Город темных дел

Глава 2

Здание новое, помещения светлые, просторные, в современном офисном стиле, а все равно казенный дух казармы витает…

– Да просто приколоться решили, едем, смотрим, девчонка красивая стоит, Леша говорит, а давай остановимся!

Напротив Груздева сидел мужчина обыкновенной наружности. Открытый взгляд, грубые, но не жесткие черты лица, нос картошкой, расслабленный подбородок. Плечи широкие, но вялые, брюшко выпирает, если он и любитель, то пива, а никак не тренировочных залов. Обычный автослесарь, кем он в общем-то и являлся. Но Артем-то помнил, как этот тип ударил его ногой: мощно, нацеленно, на поражение.

– Я видел, как вы ехали. Быстро ехали! – мотнул он головой.

– Когда вы маски надеть успели? – кивнул Груздев.

– Так мы в масках ехали!

– Зачем вам маски?

– Так это не маски, балаклавы, в интернете купили, копейки стоят. Лицо на морозе не мерзнет!

– Думаешь, выкрутился, дурачок? Сто двадцать шестая статья твоя, до пятнадцати лет лишения свободы.

– Так мы же отпустили девчонку! Добровольно! Только отпустили, а тут вы! Еще и с кулаками набросились! Я жаловаться буду! – коварно улыбнулся мужчина, фамилия которого была Сараев.

Малахов выразительно глянул на Груздева. Не так проста эта фигура, не случайно на Киру набросились, готовились похитители к захвату, даже со статьей Уголовного кодекса ознакомились. А примечание к сто двадцать шестой статье никто не отменял: лицо, добровольно освободившее похищенного, освобождается от уголовной ответственности. Понятное дело, что писалось это не под Сараева и его дружков, но грамотный адвокат мог подстелить под них соломку, чтобы не больно упали на суде.

И адвокат не заставил себя долго ждать, подъехал, с ходу выставил Артема за дверь, как лицо, не обремененное соответствующими полномочиями, а Сараеву заткнул рот, чтобы он не наболтал лишнего. Груздеву ничего не оставалось, как оставить задержанного в покое, отправив его в камеру. Тем более что следователь пока не назначен. Дознаватель еще только должен вынести постановление о возбуждении уголовного дела, а там уже нужно будет решить, чья это подследственность. Если чистое похищение без всяких «довесов», то прокурор передаст дело в Следственный комитет, пока то, се, неизвестно, сколько времени пройдет…

Малахов ждал Груздева в его кабинете. Наконец Вадим появился, строгий, важный, спина прямая, плечи расправлены, как ни крути, а он большой начальник. Настолько же большой, насколько Покровск немаленький.

– Думаю, похищение не пройдет, а хулиганку пришить можно – насилие, группа лиц, до семи лет лишения.

– Дело не в статье, Вадим, дело в системе. Сараев знает, что нужно говорить, возможно, это уже не первый случай похищения. Кудряшова про какой-то публичный дом говорила, девушек туда похищают, все, правда, на уровне слухов, но слухи, сам знаешь, на голом месте не рождаются. Огромная усадьба там, говорят, пруд с лебедями. А почему нет? Места здесь красивые, до Москвы, пулей домчишься, земля дорогая, богатые «буратинки» строятся, опять же коттеджные поселки как грибы. Спрос на дорогую «клубничку», думаю, есть.

– И девушек на эту «клубничку» воруют? – в раздумье проговорил Груздев.

– Утверждать ничего не могу.

– Потому что фактов нет, доказательная база отсутствует.

– Это ненадолго.

– Если судить по тому, как ты начал, то да, ненадолго, – усмехнулся Вадим.

– Соскучилась по мне преступность, не смогла дождаться, когда я в должность вступлю.

В дверь постучали, и когда Груздев откликнулся, в кабинет вошел немолодой, подтянутый мужчина с крепким, но сильно искривленным носом. Густая седина в темных волосах, глубокие возрастные морщины на лбу, спокойно-суровый взгляд, тяжелый подбородок. Крупный, подкачанный, он крепко стоял на сильных кривых ногах, как столетний дуб на глубоко вросших в землю корнях.

– Майор Щеколдин Иван Аркадьевич, начальник отдела уголовного розыска, – произнес Груздев, представляя подчиненного с какой-то внутренней настороженностью и даже с чувством вины какого-то давнего происхождения. Словно Щеколдин мог наорать на него в ответ или просто в чем-то упрекнуть – лоб в лоб, глаза в глаза.

– А это подполковник Малахов! – натянуто улыбнулся Вадим. – Прошу любить и жаловать!

– А должность почему не называешь? – Щеколдин обращался к нему, а смотрел на Артема. Тяжело смотрел, неприветливо, нехорошо.

Малахов ответил ему тем же. Спокойно ответил, без внутреннего трепета, хотя нерв в душе завибрировал от напряжения:

– Заместитель начальника отдела полиции – начальник полиции, – представился он.

– Я вас внимательно слушаю, товарищ подполковник! – не сводя с него глаз, произнес Щеколдин.

– Девушку сегодня пытались похитить. Что нам известно о гражданах Сараеве, Колядине и Никишине?

– Колядина знаю, Колядин Валерий Павлович, восемьдесят какого-то года рождения, подпольная кличка Коляда, дважды судим, первый раз за хулиганство, второй за распространение наркотиков. Остальных не знаю, не слышал. – Щеколдин говорил довольно быстро, но все равно казалось, что слова он роняет нехотя, небрежно.

– Целенаправленно сбытом занимался или так, случайно взяли?

– Целенаправленно. На Колю Тропинина работал. Их обоих взяли, Тропинин до сих пор сидит, а Коляда в прошлом году освободился.

– А Тропинин, случайно, девочками не занимался?

– Занимался. Наркоманок своих за деньги предлагал, они у него за дозу работали.

– Может, Коляда сейчас за него?

– Не знаю. Не слышал я про него ничего, освободился, встал на учет, и тишина.

– Если тишина, это вовсе не значит, что завязал. Может, он и сейчас девочек по притонам развозит. Похищает, сажает на иглу, эксплуатирует…

– Сажает на иглу?.. Бывало такое, но чтобы похищать… Тропинин точно никого не похищал.

– Ну, так Тропинин сидит. А Коляда на свободе, обогащенный новыми знаниями. Сколотил банду и занялся девочками.

– Не знаю, девочками у нас Алик занимается, Ермолаев Александр Антонович.

– Ермолаев? – нахмурился Груздев.

– Сын главы администрации, – глядя на него, мрачно усмехнулся Щеколдин.

Надо же, подумал Артем, еще за дело не взялись, а уже семейная мафия во всей красе: и отец, и сын – оба находятся на темной стороне закона.

– Знаю я Ермолаева, – в раздумье проговорил Груздев, – но Антона Викторовича. Сколько помню, он мэром был, причем весьма неплохим, город при нем цветет и пахнет…

– Пахнет, – кивнул Щеколдин, – цветами. А под городом пахнет дерьмом. Алик Ермолаев – дерьмо нашего города. Проституция, казино…

– И мэр об этом знает, – скорее утверждая, чем спрашивая, сказал Малахов.

– Знает. Но ничего не может поделать.

– А пытается?

– Мы пытаемся. С его молчаливого согласия. И бордели закрываем, и казино, а они снова появляются.

– Как грибы? – усмехнулся Малахов.

– Как грибы, – тяжело глянул на него Щеколдин.

– У таких грибов, как правило, один корень. Корень вырвать не пробовали?

– Ну, так вы этим и займитесь, а у нас пока не получается. Ермолаев скользкий, сам ни в чем не замешан, с поличным его не возьмешь, а если задержишь, сразу адвокат, и не один.

– Да и папа еще позвонить может?

– Может. Но не звонит. Стыдно ему за сына.

– А если сына сильно прижать, может и позвонить?

– Я же говорю, не получается пока сильно прижать.

– Кто у него адвокат? Мы его сегодня видели? – напирал Малахов.

– Вы видели Вихарева Павла Андреевича, а Ермолаева представляет Нечипоренко Илья Иннокентьевич, такой же неприятный тип.

– Вихарев Ермолаева никогда не представлял?

– Не припомню.

– Скажите, а красивые девушки в городе не пропадают? Бывали такие случаи?

– Бывали, но в пределах допустимого. Если вы думаете, что это Ермолаев Кудряшову пытался похитить… Нет, разочаровывать, конечно, не буду, все возможно, но раньше Ермолаев похищениями не занимался.

– Пока из мест не столь отдаленных не вышел некто Коляда, – подсказал Артем.

– Исключать ничего не могу, – не стал спорить Щеколдин.

– А вы уже в курсе, что Кудряшову похитили?

– В курсе. И отцу ее позвонил.

– Вы отца ее знаете?

– Знаю. Дом родительский переоформлял на себя, Олег Викторович мне здорово помог, чехарда с землеотводом запарила…

– Может, он еще кому-то помог, а кому-то другому это не понравилось, и он решил отомстить и похитил его дочь? – предположил Малахов.

– Поговорю с Колядовым, узнаю. – Щеколдин выразительно отвел взгляд, давая понять, что разговор будет не при свидетелях. И без адвоката. Суровый мужской разговор, возможно, с применением силы, не обязательно физической. Мало ли у матерого опера методов психологического воздействия. А именно такое впечатление и производил Щеколдин.

– Я бы воздержался от грубости, – сказал Артем, пристально глядя на старого майора. – Слишком уж быстро прибыл адвокат. За Сараевым, за Колядовым стоит кто-то серьезный.

Возможно, за похитителями стоял сам Щеколдин. Уж кому, как ни Артему знать, кто такие «оборотни в погонах», собаку на них съел. Эти звери умеют прикидываться шелковыми, стелить мягко и гладко.

– Я все понял, – покладисто кивнул майор, продолжая при этом смотреть на Малахова, что называется, на разрыв.

– Ну, тогда действуйте, Иван Аркадьевич, – произнес Груздев. – И держите меня в курсе.

Щеколдин кивнул и вышел, не спрашивая разрешения. И как-то сразу стало легче дышать.

– Интересный типаж, – провожая его взглядом, заметил Артем.

Груздев ничего не сказал, открыл ящик стола, достал оттуда довольно-таки мощный на вид детектор, неторопливо обошел кабинет. Сканер упорно молчал – или нет «жучков», или не обнаруживаются.

– Даже так? – удивленно покачал головой Малахов, когда детектор вернулся на место.

– Иван Аркадьевич здесь как у себя дома, должен все видеть, все слышать, все контролировать.

– Тогда почему?.. – выразительно посмотрел на Вадима Артем.

– И огонь они вместе прошли, и воду – умели понимать друг друга с полуслова.

– Мой предшественник не рекомендовал Ивана Аркадьевича, категорически не рекомендовал. Он человек честный и Щеколдину не доверял.

– Достаточно того, что я ему доверяю. Я служить начинал, он к тому времени уголовным розыском командовал. Я уже здесь, – Груздев кивком показал на свое кресло, – а Иван Аркадьевич все еще там.

– Могли бы замом назначить.

– Малинин и против этого возражал. Может, у них просто личная неприязнь? А вдруг Малинин прав, и Щеколдину нельзя доверять? Тебе-то я доверяю…

– А ты с Малининым лично говорил?

– Да собирался, но с первого раза не получилось, а для второй попытки в Питер надо ехать, он теперь питерский, в родные края уехал… По телефону о таких вещах, сам знаешь, не говорят.

– А как специалист Щеколдин тебя устраивает?

– Специалист он высшей категории. Насчет мотивации сказать не могу, может, он уже и не хочет работать как надо: сорок шесть лет, а все в майорах ходит.

– Ну да, обидно мужику.

– В майорах… – повторил Груздев. – А ведь Щеколдин у нас не просто начальник уголовного розыска, он твой заместитель, заместитель начальника полиции по оперативной работе…

– Заместитель заместителя, – усмехнулся Артем, не желая напрягать голову над превратностями штатно-должностной структуры.

– Не хотели Щеколдина на подполковника представлять. Почему, не знаю. Коса на камень у них с Малининым. И я пока не готов сказать, кто из них прав, а кто виноват… Если Щеколдин прав, представлю его к подполковнику… А если неправ, меня представят к майору… Я так понял, ты уже начал работу, – резко сменил тему Вадим.

– Хотелось бы побеседовать с гражданином Колядовым. Могу поговорить с ним прямо в камере. Если адвокат хочет присоединиться, примем его по всем правилам: селфи – профиль-анфас – «пальчики». Повод придумаем.

– Тебе смешно, а если за Колядовым действительно кто-то стоит?

– Ермолаев?

– Щеколдин говорит одно, а как оно на самом деле? Может, нельзя Алика обижать, только тронь – такое начнется!..

– Что начнется? Ты начальник отдела, Вадим, не какой-то там опер без роду без племени!

– Без роду без племени, говоришь?.. Да нет, и род есть, и племя, я же не только служил здесь, с восьмого класса в Покровске, отца перевели… И про Алика слышал, в одной школе учились.

– Так с этого и надо было начинать.

– Алик после школы в Москве жил, учился, работал, я даже не знал, что он вернулся.

– А вернулся! Может, из Москвы рулит?.. Попробуй поговорить с ним по старой памяти…

– Какая старая память? Не пересекались мы особо. Да и о чем говорить? Мне факты нужны: когда Ермолаев привлекался, за что, чем он владеет, что легальное, что нет, какие учреждения уже закрыты или ничего не закрывалось… Мне нужно полное на него досье, и я даже знаю, где его взять! – Груздев пристально посмотрел на Малахова.

– И я знаю, кто это досье тебе подаст, – с кислой иронией усмехнулся Артем.

Он был на восемь добрых лет младше Щеколдина, но почувствовал себя в его шкуре. Даже хуже. Щеколдин хотя бы не опускался по службе, просто не дорос до высокой должности. Артем же возглавлял отдел МВД, причем в двух городах. А теперь он всего лишь заместитель начальника, и над ним стоит его же бывший подчиненный. Всех Груздев обскакал, но разве его можно за это винить? Тем более что Артему нужна не столько должность, сколько служба. И какое-нибудь «валидольное» дело. Возможно, неудавшееся похищение Киры Кудряшовой всего лишь ниточка, потянешь за которую и распутаешь махровый клубок. Лишь бы этот клубок катком не прошел по нему. Впрочем, Артему не привыкать бросаться под танк…