Горсть спелой земляники

Литературно-художественное издание

Для младшего школьного возраста

Редактор Наталья Кулакова

Главный редактор Л. Богомаз

Руководитель проекта Л. Разживайкина

Корректоры Е. Аксёнова, М. Смирнова

Компьютерная верстка М. Поташкин

Арт-директор Л. Беншуша

Иллюстрации Д. Цветкова / www.bangbangstudio.ru

© Акулова Н., 2018

© ООО «Альпина Паблишер», 2020

Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.

Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

Откуда всё началось…

Мама рассказывала так: когда я появилась, папа внимательно посмотрел на моё возмущённое лицо с недовольными пухлыми губками, на пальчики, сжатые в крепкие кулачки, на волосы-колечки, которые торчали во все стороны, как у нечёсаного пуделя, и произнёс:

– Ну-у-у нет, она точно не может быть Алисой! Алисы – они витают в воздухе, а наша – шпана! Ей от роду и дня нет, а она пузыри изо рта вовсю пускает и кулаки показывает. И на Соню она не похожа: Сони – тихони, а наша как заорёт – так весь дом сразу на уши встаёт! Она и не Лена, и не Таня, и определённо не Евлампия.

– Так кто же она, господи? – отчаянно спросила мама.

– Она…

Папа сделал небольшую паузу в этом месте и поднял брови вверх, как будто ещё не понимал до конца, кто же я на самом деле. А потом его вдруг как током ударило, потому что он подпрыгнул почти до потолка и прокричал:

– Как кто?! Разве не видно? Она же Александра! Ну в том смысле, что Саша. Точнее, я хотел сказать – Саня. Посмотри – Саня и есть! Боевая, как деревенский петушок, громкая, как радио «Маяк», и хитрющая, как африканская мартышка… ну разве не похожа?

– С мартышкой я не вижу никакого сходства! – строго посмотрела мама на папу. – А голос действительно звонкий.

– Алек-са-а-анд-ра, – медленно и красиво произнесла она, – а вообще, вполне ей подходит. Я согласна.

Вот такая короткая история моего имени.

Правда, Александрой меня никто не зовёт. Разве что мама иногда. Когда она злится и хочет сказать мне что-то особенно важное, то звонко и выразительно произносит: «АЛЕКСАНДРА!» И я сразу понимаю, что, скорее всего, у меня жутко чумазое лицо, или я снова забыла причесать волосы, или мои джинсы случайно порвались, все в краске или ягодах, а может быть, даже из них торчит рогатка.

Во всё остальное время меня зовут Саней.

И очень мне это нравится!

Африканская капуста

Однажды весной, когда мне было лет пять или шесть, мы с папой спускались по лестнице в подъезде нашего дома. Собирались в кино.

Идём мы, значит, по лестнице, а навстречу нам соседи, тётя Аля и дядя Алексей. И в руках у тёти Али – свёрток довольно внушительных размеров. Кажется, что шевелится, а изнутри писк раздаётся, очень похожий на кошачий.

– Кто это у вас там мурлыкает? – удивлённо спрашиваю я дядю Алексея.

– Это наша дочка новорождённая мурлыкает, – отвечает он и улыбается.

– Ой, как интересно! – продолжаю я удивляться. – А где вы её взяли?

– А на поле капустном нашли! – так же улыбаясь, говорит мне дядя Алексей.

– На каком это поле вы её нашли, если на улице ещё снег не сошёл? – говорю я с подозрением.

– Конечно, на африканском! – отвечает дядя Алексей без смущения. – Там круглый год жара. Дети как на дрожжах растут! Вот наша четыре сто вымахала, и это ещё так – цветочки! Там и по пять, и по шесть кило водятся. Главное, кочан капусты посерьёзней достать. А если места особые знать и кочан правильно выбрать – то и двойню можно найти!

Можно, конечно, и двойню. Но мне очень хотелось хотя бы одного. Точнее, одну. Маленькую, глазастенькую, розовощёкую сестричку.

Вот это было бы счастье! Я бы её купала в воде с мыльной пеной, кормила бы клубникой со взбитыми сливками, катала бы в корзинке на велосипеде, спускалась бы с ней с тарзанки в Ботаническом саду, делала бы ей шипучий напиток с лимоном и хреном, рассказывала бы страшные истории про чёрную комнату, играла бы с ней в шашки, шахматы и морской бой.

А ещё бы научила её стрелять из рогатки, месить в луже из грязи кашу-малашу, выдувать из ладоней мыльные пузыри, прыгать на кровати до потолка и дрессировать деревенского пса Тарзана. Я бы рассказала ей про свирепых динозавров и голубых драконов и показала своё главное сокровище – кошелёк со старыми монетками. И научила бы превращать смолу в жвачку, сражаться на саблях, играть в брызги и лазить по столетнему дубу, который растёт в деревне у бабушки.

А когда бы я очень уставала, то отдавала бы сестрёнку маме. На часик или полтора. Но потом всё равно бы назад забирала.

Так вот, после разговора с дядей Алексеем план у меня созрел быстро. Можно сказать, за секунду. Папа с мамой вряд ли захотят искать мне в капусте ребёнка, поэтому я решила найти его сама!

Я вдруг поняла, что совсем не обязательно ехать за сестрёнкой в жаркую Африку. Ведь капуста растёт и у нас! А значит, в ней тоже созревают дети. Представляю, как они сидят там, словно цыплята в яйцах, и ждут своего «вылупления». Наверное, если капусту поливать по нескольку раз в день, то в итоге ребёнок становится маленьким великанчиком, а если через день – то великанчиком поменьше. А если совсем не ухаживать? Думаю, ничего не выйдет. Вырастет обычная капуста для пирогов и щей.

Но у меня всё получится! Я твёрдо решила, что за лето выращу свою капусту и найду в ней сестрёнку.

Как только меня отвезли к бабушке и дедушке в деревню, я сразу начала действовать.

– Бабушка, а скажи-ка мне, пожалуйста, ты капусту сажала? – спросила я как можно спокойней.

– Куда же без неё, Саня? Конечно, – ответила бабушка.

– А когда она у тебя вырастет? – продолжала я разведывать информацию, словно шпион.

– В этом году раннюю посадила, в середине июля будем есть. А почему ты вдруг про капусту-то заговорила? – спросила подозрительно бабушка.

Конечно, мне не хотелось рассказывать ей все подробности. Откуда я знала, как она отнесётся к моей затее найти в капусте сестру? Скорее всего, ей это не понравится. А даже совершенно определённо – не понравится. Взрослым редко нравятся планы детей.

Я решила не говорить лишнего до поры до времени. А когда капуста вырастет и я найду в ней сестру, деваться всем им будет некуда. Как миленькие примут и ещё будут помогать мне воспитывать её.

Но сейчас главным было договориться с бабушкой.

– Надо мне очень капусту. Понимаешь?.. Самый большой кочан. Я тебе за него весь огород поливать буду! – отважно попросила я.

– Да хоть пять бери! Только что ты с этим кочаном делать собираешься? – спросила бабушка, и её бровь над правым глазом изогнулась, как крыша у домика.

– Играть, – ответила я с готовностью. – Мы тут с друзьями игру затеяли. Хорошую. Для этого нам нужен самый большой кочан капусты. Как можно быстрее, понимаешь?

– Ну, раз нужен, значит, вырастет, – пожала плечами бабушка и ушла в огород.

А я пошла докладывать обстановку своим друзьям – Костику и Наташке. Они, как и я, приехали в деревню к своим бабушкам. Костик – из соседнего посёлка со смешным названием Шестопуниха. А Наташка – из города. «Такого же красивого, как Москва, – говорила она, – только поменьше раз в сто или даже сто пятьдесят».

Каждый день мы встречались на мосту у речки и придумывали себе новое приключение.

– Есть идея! – сказала я радостно друзьям. – С сегодняшнего дня мы начнём выращивать мне сестрёнку.

– Зачем она тебе? – удивилась Наташка. – Хочешь, я тебе свою отдам? Она у меня все альбомы разрисовала и все карандаши поломала! Устала я от неё, сил нет.

– Зачем мне твоя? Я свою хочу! Из капусты, – ответила я Наташке.

– Из какой капусты?! – удивился Костик. – Я слышал, что детей страусы или аисты приносят вроде бы. И что им письмо надо писать особенное. И всё в нём рассказывать подробно – про рост, вес, цвет глаз и всё такое прочее.

– Это ты неправильно слышал! – возмутилась я. – Мой сосед, дядя Алексей, достал свою дочку из капусты. Правда, капуста эта африканской была, ну и что? У нас своя будет – русская! А если её поливать и полоть – она вырастет не хуже африканской.

– Может, конечно, девочек и в капусте растят. Но мальчиков – вряд ли. Их точно аисты приносят! – настаивал Костик. – Вспомнил! Я мультик смотрел про это. По-моему, американский. Там аист, правда, слонёнка принёс родителям, а не ребёнка. Но тот был мальчиком. Кажется.

Мы бы так и проспорили до вечера, но бабушка позвала меня поливать капусту. И мы помчались со всех ног.

Росла капуста медленно. Можно сказать, что совсем не росла. Из земли торчали какие-то тощие палки, а из них лезли бледные зелёные листки, похожие на длинные и вялые уши спаниеля.

«Не капуста, а какое-то недоразумение!» — ворчала бабушка.

А дед добавлял, что в этом году все посадки будут слабенькие, потому что много дождя и мало солнца.

Каждый день я поливала и полола капусту, а ещё уговаривала её расти побыстрее. Костик помогал мне наполнять лейку водой из бочек и таскал её до грядки, а Наташка ничем не помогала. Она только сидела в огороде на скамеечке и тихонько хихикала. Она утверждала, что детей покупают в специальных магазинах. А найти в капусте или горохе можно только Дюймовочку. Да и то с помощью колдуньи или волшебной палочки. А ещё она говорила, что проще превратить тыкву в карету, чем вырастить в капусте сестру.

Но мы с Костиком её не особо слушали. Мы знали, что она это из вредности говорит.

Прошло ещё немного времени, и капусту как подменили! На месте тощих палок стали появляться балерины с пышными юбками. Листья распушились и окрепли. А внутри каждого кочана образовались упругие сморщенные шарики.

— Закустилась капуста, — обрадовалась бабушка. — Значит, дело пойдёт.

— Куда пойдёт, бабушка? — спросила я.

— В щи да пироги пойдёт, Саня, — ответил за бабушку дед. — Скоро убирать будем.

— А скоро — это когда? — поинтересовалась я.

— Недельки через две можно попробовать, — ответил дед и пошёл за коровой на дальний луг.

Это означало то, что через две недели я буду потрошить свой кочан!

Костик невероятно обрадовался этой новости. Он мне постоянно помогал и очень хотел увидеть результат нашей работы. Даже Наташка впервые не захихикала и предложила взять для моей будущей сестры кукольные одёжки — васильковый чепчик и ползунки в горошек. Они как раз для новорождённых подойдут. Но Наташка заявила, что за это хочет поучаствовать в раздевании капусты на равных.

Мы с Костиком были не против. Мы не такие вредные.

Прошло две недели. Бабушка стирала бельё. Дед ушёл на дальнее поле косить траву. Огород в этот день решили не поливать: он и так был похож на болото из-за дождя, который шёл целый день.

Условия для работы с капустой были идеальные! Пока взрослые заняты своим делом, мы потихоньку сделаем своё.

Втроём мы незаметно пробрались в огород и стали внимательно рассматривать капусту — искать нужный кочан. Руки у нас страшно чесались.

— Странно, — заметил Костик. — Два дня назад вся капуста разная была, а сегодня одинаковая стала. Подросла! Какую же выбрать?

— Да, — растерялась я. — Сейчас все кочаны как братья-близнецы. А нам нужен самый большой!

— Всего двадцать восемь одинаковых кочанов! — радостно сообщила Наташка. — Интересно, в каком из них твоя сестра сидит?

Я обошла все грядки с капустой. Погладила каждую. Затем постучала — ответа не было. Только небольшой хруст. Дед говорил, он означает, что капуста созрела и её можно срезать. Но какую именно — я не знала.

— Давай этот! — радостно сказал Костик и ткнул пальцем в первый попавшийся кочан.

— Почему этот? — спросила я.

— Потому что скоро ужин и меня будут искать. Надо торопиться, — заявил Костик.

— И меня тоже! — забеспокоилась Наташка.

— Ладно, — согласилась я. — Давайте вот этот!

Я указала на самый красивый и круглый, как мне казалось.

Мы втроём сели вокруг кочана и стали по очереди снимать с него листья. Получалось у нас не очень — листья были толстыми и большими, как лопухи. А стебель напоминал стальную проволоку, от которой их не отодрать.

Прошло десять минут, а мы не очень продвинулись в своей работе.

— Давайте каждый будет снимать по два листа, — предложила я. — Так пойдёт быстрее.

И правда, пошло быстрее. Мы один за другим срывали листья и всё ждали, что же там внутри. Капустный шарик становился всё меньше и меньше, но листья не кончались.

И тут Наташка сорвала очередной бело-зелёный капустный листок, и мы все увидели, что внутри больше ничего нет. Только скрюченная голая кочерыжка.

— Пусто, — удивлённо сказал Костик и вопросительно посмотрел на меня.

— Вижу, что пусто! — ответила я. — Значит, надо искать в другом кочане.

— Но ведь ты же просила у бабушки только один, — насторожилась Наташка.

— Просила один, но она сказала, что можно взять хоть пять! — заявила я друзьям.

— Что ж ты раньше молчала, Саня?! — возмутился Костик. — Мы бы уже давным-давно распотрошили все пять! Столько времени потеряли!

И мы принялись за другие кочаны.

Работа шла бойко. Каждый из нас выбрал по кочану капусты и начал ощипывать с него листы.

Мой снова оказался без сестры. У Костика тоже было пусто. Наташка делала всё медленно. Но и она никого не обнаружила.

— Я же говорила, что детей в магазинах покупают, а вы мне не верили! — сказала она со злостью.

— Неправда! — возмутился Костик. — Их аисты приносят по специальному заказу! Я мультик смотрел. Но у нас же ещё один кочан есть в запасе — если тебе бабушка всего пять взять разрешила. Давайте его тоже распотрошим — вдруг чего найдём.

Мы взялись за пятый кочан. Там тоже было пусто.

И вдруг меня осенило.

— Всё дело в капусте! — сообщила я Костику и Наташке. — Дядя Алексей дочку из африканской доставал, а у нас — русская. Видимо, в ней дети не водятся.

— Капуста и в Африке капуста, — возразил Костик. — Что ты думаешь, она там размером с дом вырастает?

— Ну не с дом, конечно, а, например, с собачью конуру, — предположила я.

— Вряд ли, — заявила Наташка. — Костик прав: капуста и в Африке капуста.

Она задумалась, а потом предложила:

— Может, ещё один кочан распотрошим? А вдруг?

И мы распотрошили. Сначала один. Потом второй, третий и все остальные, которые росли на грядке.

Когда ничего больше не осталось, мы окончательно и бесповоротно решили, что капуста наша не дозрела до того, чтобы в ней завелись дети.

— Всё-таки надо было ехать в Африку за сестрой, — сказала я друзьям. — Там солнце круглый год и сорта какие-то особенные, наверное, детские есть.

— Надо было письмо аисту писать, как в мультике! — настаивал на своём Костик.

— Да в магазине их надо покупать спе-ци-аль-ном, а не в капусте копошиться! — утверждала Наташка.

Больше спорить мы не стали. У нас не было сил. Все очень устали и были чумазые, как поросята.

Мы оглядели грядку, на которой ещё час назад росло двадцать восемь кочанов капусты. Она была похожа на поле битвы, по которому потом промчался бешеный слон, а напоследок всё это место накрыл ещё и мощный ураган с торнадо!

— Что же теперь будет, Саня? — спросил меня Костик.

— Меня бы за такое на целый день в угол поставили, скорее всего, — призналась Наташка.

— И меня, наверное, поставят. И родителям позвонят. Столько добра испортили, — сказала я друзьям.

— Ты не переживай, Саня! — подбодрил меня Костик. — Давай мы с Наташкой скажем твоей бабушке, что помогали тебе. Что ты не одна всю капусту испортила, а вместе с нами. Тогда тебя, может, и поменьше накажут.

— И вовсе мы не портили никакую капусту! — стала возражать Наташка. — Мы же не виноваты в том, что в ней сёстры не водятся! Значит, и наказывать нас не за что!

Я пришла домой, умылась и легла спать без ужина — есть что-то не хотелось.

А утром перед завтраком в дом вошёл взволнованный дед и сообщил:

— Кажется, в нашем огороде побывали воры. Странные они какие-то, правда. Не унесли с собой, а погубили всю нашу капусту — разобрали все кочаны по листику прямо на грядке. Словно клад какой искали в ней…

— Батюшки рóдные! — запричитала бабушка. — А я как раз завтра хотела из свежей капусты щи сварить да пресняков напечь! Вот и поели… Что ж это за воры такие к нам пробрались? Никогда в деревне у нас их не было.

— Это не воры, — сказала я тихо бабушке и дедушке. — Это мы с Костиком и Наташкой капусту распотрошили. Мы в ней сестру искали мне. Но не нашли. Видимо, сорт у тебя, бабушка, какой-то неправильный был.

— Что же это за сестру ты там искала? — строго посмотрел на меня дед.

— Самую обыкновенную. Живую, — ответила я.

— А кто тебе сказал, что её в капусте надо искать? — поинтересовалась бабушка.

— А сосед наш, дядя Алексей. Он в капусте свою дочку нашёл. Правда, она африканской была. Я думаю, в этом всё дело. В русской капусте дети не растут.

— Саня, да он же пошутил над тобой! Неужели ты не поняла? — вдруг звонко рассмеялась бабушка.

— Как это пошутил?! — возмутилась я. — Он говорил очень серьёзно, правда, всё время улыбался.

Через неделю в деревню приехали мои папа и мама. Они попросили подробно рассказать историю про капусту. Я честно выложила им весь свой план — от начала и до конца. Ну откуда мне было знать, что у дяди Алексея могут быть такие глупые шуточки?

Мама с папой почти не ругали меня за испорченную капусту, а потом сообщили такое, от чего я кричала «ура» на всю деревню! Оказывается, через пять месяцев у меня появится самая настоящая новорождённая сестра! Ну или, может быть, братик. Мама сказала, что пока точно не известно.

— А откуда же он или она появится? — спросила я маму.

— Родится, Саня. Так же, как и ты. Так же, как и все дети на земле.

— А вы уверены, что ребёнка не приносит аист или страус? — уточнила я.

— Уверены процентов на сто! — сказал папа.

— А может, всё-таки ребёнка покупают в специальном магазине? — не унималась я.

— Не покупают, Саня, он в роддоме появляется. Как и все-все дети. Их там мамы рожают. Так что можешь смело рассказать об этом своим друзьям — чтобы они, как и ты, не строили бесполезных планов по поиску сестёр.

Вот так я узнала правду о том, откуда на самом деле берутся сёстры и братья.