Государь и его коммандос

Глава двадцать пятая. И все заинтересованные лица: Великое посольства 2.0 Подайте Богов ради

Герцог Горона и глава магической миссии в его герцогстве подъезжали к Джахану в самом мрачном расположении духа. Они изначально совсем не были уверенны в успехе затеянного предприятия, а чем ближе столица союзного королевства, тем понятнее вся безнадежность их положения.

Началось все с месяц назад вроде бы неплохо. Слух о том, что Джаханский король раздает соседям зерно, вначале показался сущим бредом, но подтвердился. Правда, в обмен требовалось построить участок дороги от Драконьего ущелья до Конгалорского хребта. Идея абсолютно безумная, хотя бы тем, что проложенный тракт уперся бы в отвесную скалу. Но своих запасов у герцога оставалось на неделю, а толпы горожан буквально обложили его дворец со всех сторон.

Естественно, никаких рабочих он нанимать и не пытался. Хлеб раздавали горожанам. При этом герцог гордился тем, что на черный рынок к спекулянтам попало не более трети джаханского зерна.

Но вот и эти запасы кончились. Надо вновь ехать к его величеству Ризвану. А в пути выясняется, что на других участках эту самую окаянную дорогу вовсю строят. И осенняя распутица не мешает. И голодных толп, как в Гороне, в соседних городах не шляется. Все при деле. Вон навстречу герцогской карете подростки гонят целую вереницу груженых щебнем осликов. При этом мальчишки не выглядят изможденными ни голодом, ни непосильным трудом.

А вот морды ближайших ослов, разрази герцога гром, как похожи на рожи крупных горонских спекулянтов, с которыми герцог безуспешно пытался бороться до тех пор, пока те не поняли, что запасов в стране больше нет, и не подались за добычей во все тот же Джахан. Если местные маги и впрямь так серьезно за них взялись, то понятно, отчего на местных базарах цены в десять раз ниже, чем в Гороне.

Только вместе с удовлетворением в душе герцога закопошилась тревога. Спекулянты получили поделом, но вот как бы у него самого после аудиенции у джаханского короля копыта и хвост не отросли.

Едущий верхом перед герцогской каретой глава магической миссии в Гороне тоже обратил внимание на этот обоз. Точнее, на поведение сопляков, что магистру, конечно, поклонились, но дороги не уступили. Маг привычно потянулся за жезлом, но передумал. Уж больно чудно все вокруг. Он все больше чувствовал себя влезшим в чужой монастырь со своим уставом.

Гаже всего отсутствие четких инструкций Конгалора. Сразу как пропавшие летом магические способности стали мало-помалу возвращаться, Малый Круг рьяно взялся за восстановление пошатнувшегося, было, влияния. Но все свелось либо к внутренним интригам, либо к указаниям общего идеологического характера. О проблеме голода и отношении к активности Джахана — ни слова.

Маг и кучер кареты натянули поводья, придерживая лошадей. Старая дорога резко уходила под уклон. Рядом с ней уже монтировали опоры виадука новой трассы.

На противоположном холме, от которого начиналось возведение эстакады, собралось с десяток орденских магов. Завидев знакомые мантии, его милость с облегчением поскакал к ним. Хотя бы обстановку прояснить получится.

Маги рассматривали висящее в воздухе изображение готового участка дороги и спорили едва ли не до драки. Собственно, навыки спецмага Зараса Тутоса Тамаса — единственное, что останавливало отдельных спорщиков от аргумента хуком в челюсть. Косы из-под капюшонов торчали лишь у половины. Но, подъехав ближе, его милость с удивлением обнаружил, что среди них нет магов джаханской миссии. В основном — конгалорцы, есть Великий магистр спецмагов, двое из Конора и еще один из какой-то совсем высокогорной дыры.

Собственно, кроме его милости Тамаса остальные маги были шпионами. В последний месяц разведывательная миссия в Джахан стала едва ли не самым желанным назначением в Ордене. Об интригах, которые затевали их милости черные маги, чтоб оказаться здесь, можно отдельную авантюрно-криминальную сказку рассказывать. И все, ради того, чтобы оказаться там, где можно заниматься делом, на которое раньше смотрели как на блажь. Маленькая слабость, которая, в отличие от маленьких добродетелей, черному магу позволительна, но не более того, здесь превращалась в основное дело. Кем были раньше собравшиеся вокруг Зараса Тутоса Тамаса маги — строительные инженеры, никто не интересовался. А разведка… Что разведка? Ну, посылают они копии своих отчетов в Конгалор. До этого здесь тоже никому нет дела.

Вдруг спор смолк, а на месте проекции участка дороги возник магический шар.

— Внимание, Малый Круг Ордена Черной Грозы обращается ко всем своим братьям и сестрам. Ваши милости господа черные маги. Малый Круг принял солидарное решение о полезности строительства трансконгалорского пути для нашего общего дела. Ибо путь этот принесет всем немалые деньги, а деньги это зло. Так достойно ли нам, черным магам, сходить с пути зла?…

Из дальнейшего его милость глава горонской миссии запомнил только то, что в скале, в которую должна была упереться их дорога, из Конгалора каким-то новым магическим способом начали пробивать тоннель. Мантия прилипла к покрывшейся испариной спине. Одно дело надуть богатеньких соседей, совсем другое — нарушить волю Малого Круга.

Магистр зло хлестнул лошадь и поскакал догонять карету. Догнав, едва ли не за шиворот вытащил из нее герцога и впихнул его в портал. Они увидели достаточно, чтобы не терять более не секунды.

Его величество Ризван Джаханский еще досматривал обращение Малого Круга, но горонскую делегацию принял немедленно. Сбивчивый, похожий скорее на заученный попрошайкой жалостливый текст, монолог герцога он выслушал, не перебивая.

— И какой вывод, вы, как глава государства, можете сделать из всего случившегося?

Герцог растерянно замер с полуоткрытым ртом. Рот, правда, закрыл быстро, а вот с ответом медлил.

— Халява развращает. Но мой старший сын еще слишком мал, чтобы я мог отречься в его пользу.

— Второе — не вывод, а организационное решение. Причем неправильное. Расхлебывать сами будете. В дальнейшем, каждый кусок хлеба должен быть заработан.

— Вы дадите Горону еще зерна? — осторожно уточнил герцог.

— Не дам. Продам. За деньгами идите к его высочеству княжичу Елизару. У великокняжеских кредитов условия приемлемые. Если, конечно, сумеете убедить Синеяр в собственной надежности. Если нет, то придется идти к росавейским купцам. Но там нравы, по сравнению с которыми их милости черные маги — добрые феи. Контроль над расходованием — на магах. Нового главу миссии с навыками аудитора вам подберут.

Главы союзных государств продолжили торговаться с азартом базарных баб.

Его милость видимо уже бывший глава магической миссии сидел в сторонке и в разговор не встревал. Великий магистр Ухан Слонориус Зикгер его даже не принял, сославшись на вспышку кишечной инфекции на южном перевале. Велел обращаться к магу — королю…

Ожидая своей очереди, магистр рассеянно чертил карандашом на подвернувшимся клочке бумаги. Вот король Ризван треплет за бороду горонского герцога. Вот он сам уворачивается от молний, выпущенных сразу тремя магами Малого круга. Обычно такие забавные картинки его успокаивали, особенно, если заставить их шевелиться…

Незнакомый невысокий маг в очках тихо подсел рядом. Через плечо заглянул на заполненный движущимися фигурками лист.

— Вот так же наглядно инструкцию по технике безопасности проведения строительных работ в зимних условиях нарисовать сможете?

Магистр непонимающе замер.

— Так же просто и забавно нарисовать для неграмотных работников, как вести себя во всяких ситуациях.

— Смочь, наверное, смогу. Но боюсь, в ближайшее время мне станет не до этого; — маг кивнул в сторону разговаривающих герцога и короля.

Незнакомец несколько минут прислушивался, вникая в суть.

— Ну, что ж, ваша милость маг — временно безработный, самое время трудоустраиваться.

— Ишаком? — мрачно уточнил горонский магистр уже в коридоре, не кстати вспомнив встреченный обоз, но уже через четверть часа обсуждал детали информационного живого листка с инженерами — дорожниками.

Отправивший его туда Зырян направился назад к королевскому кабинету, но столкнулся с Елизаром.

— Вернулся?

— Вернулся. Чудно, даже: словно домой.

— Ничего, скоро, действительно домой. В нас здесь уже особо не нуждаются. Их милости почти три недели как меж собой не грызутся.

— А они тут черной магией не злоупотребляют? — вспомнил про опасения горонского магистра Зырян.

— Та-а-а-к. про ишаков донесли уже? Неужто кто копытом кляузу нацарапал! Злоупотребляют, не сомневайся. Но именно это сделало джаханскую элиту, включая Хайду, одной командой. Из тех, которым все по плечу. Так что посмотрим недельку на то, чтоб Конгалор не слишком рьяно за дело руководства взялся. Хотя здесь мы вроде готовы.

Княжич не без гордости показал табличку в своих руках: «Путь Зла».

— Что это?

— Новое название переулка между дворцовой площадью и казармами магического полка.

— Что за бред?

— Это не бред, а плановое сотворение зла. Сколько можно на словах клясться Ордену в верности. Некогда, но черному магу творить зло время от времени надо. Так что Зикгер срочно открывает платную клинику, прейскурант в Конгалоре должны оценить. Бек тщательно подсчитывает, какой урон дикой природе наносит, выжигая драконом просеки для трасс. А военмагам отчитываться нечем. Ну, несерьезно же магистру докладывать о зуботычинах новобранцам. А теперь все путем: всякий выходящий из казарм обязательно вступит на «Путь Зла». По несколько раз на день. Да не один, а с подчиненными. И прочие, сильно занятые черные маги перед сном прогуляться смогут.

— Боюсь, Конгалору придется смириться с подобной формой сотворения зла.

— Надеемся. Прокатит, так и домой можно собираться.

Зырян наконец вошел в королевский кабинет, как только из него вышел герцог Горона. Но у его величества уже сидел его милость Зикгер. То ли из внутренних покоев королевской четы вышел, то ли портал сразу сюда открыл.

— Ну, что ж, твое величество — бывший коллега, наши с вами диагнозы впервые совпали. Месяцев через семь у вас будет наследник.

— Поздравляю, ваше величество; — Зырян заулыбался заметившим его магам.

— И тебя, кудесник, с возвращением; — улыбнулись ему в ответ: — Давно из Конгалора?

— Только что. Убедить малый Круг в том, что процесс, который нельзя остановить, разумнее возглавить, оказалось сложнее, чем я думал.