Грешники

Глава 61

Злата

Голова кружится так, словно я на аттракционах всю ночь каталась. Зашла в дом, повернула замок - и тут же без сил сползла по двери.

Сидела в темноте, уговаривая себя подняться и не могла, эта ночь напомнила ту далекую, два месяца назад, когда я вышла от соседа с банкой соли под волнительное напутствие:

через два часа жду с пирогом.

А теперь Кирилл в больнице, в реанимации, без сознания. Я сижу тут, на полу в его доме и...

На втором этаже зазвонил телефон. В тишине этот звук оглушающе громкий, заставил меня подскочить на месте.

Торопливо поднялась и добралась до лестницы, так же в темноте взобралась на второй этаж и дошла до спальни.

Сотовый смолк и зазвонил снова - экран светится на тумбочке, там же, где я его оставила сегодня днем.

Еще даже сутки не прошли, а будто вечность.

Посмотрела на знакомый номер на экране, и сразу потеплело в груди.

- Да?

- Ты поела? - прозвучал его негромкий голос в динамике, и у меня заурчал живот.

- Собираюсь.

- Голова болит?

- Нет, - соврала и щёлкнула выключателем. Двинулась обратно, попутно всюду включая свет.

- Еда у тебя там есть? - новый вопрос, и мне захотелось наплевать на все и к нему броситься, я после смерти бабушки привыкла заботиться о себе сама, давно никто не спрашивал такое.

Голодна ли я - это волнует мужчину с лучшим в мире именем Савва.

Он сейчас в соседнем доме, нас разделяет только проклятый забор.

- Еды полно, - открыла шкафчики в кухне и посмотрела на коробки с крупой. - Я сварю кашу.

- А потом ляг поспи. Я пока в клинику съезжу, к твоему отцу.

Я так благодарна ему.

Что не нахожу слов.

Уже почти утро, небо на востоке окрасилось в розовый. Немножко потерпеть - и мы снова увидимся.

Положила телефон на стол, на плиту поставила кастрюльку с водой. Я на взводе, к горлу тошнота подкатывает, но знаю, что поесть надо, ведь теперь я не одна.

Когда вода закипела и я стояла над кастрюлькой с пакетиком гречки - позвонили в дверь. Звонок получился пронзительным и долгим, каким-то тревожным, и я пугливо дернулась, едва не опрокинув кастрюлю.

Савва?

Звонок повторился, и я побежала в холл.

- Милая моя, ну как ты тут одна? - с порога запричитала Света и за плечи притянула меня к себе. В одной ее руке бутылка вина, от Светы удушающе несет крепкими духами, в горле ком заворочался, и я резко отстранилась.

- Не представляю, в каком ты ужасе, моя дорогая, - Света протиснулась в дом и захлопнула дверь, первой постучала каблуками по коридору. - Я знала, что тебе плохо. Не могла же я бросить подругу в таком состоянии, Кирилл, авария...какой ужас, - Света зашла в кухню и по-птичьи быстро завертела головой. - Готовишь что-то? Гречку варишь? Ну Злата. Забей, сейчас закажем суши.

Она грохнула по столу бутылкой и по-хозяйски достала из шкафа бокалы.

Я молча сунула пакетик с крупой в кипящую воду.

Нужно прогнать ее. Ведь дружить мы больше не будем, я от ее мужа беременна, но признаваться в этом сейчас просто сил нет.

- Ты же моя лучшая подруга, - Света без мужской помощи профессионально орудует штопором. - Если бы не ты...Помнишь, как ты меня спасла от позора?

Помню. Мы общаться начали не сразу, Света каталась на дорогой машине, одевалась, как в ресторан, на пары утром приезжала прямиком из ночных клубов.

И один раз совсем невменяемая.

Я тогда только познакомилась с Кириллом, он по утрам приглашал меня на завтрак. Поэтому в тот день опоздала на пару.

И на университетской парковке появилась уже после звонка.

Света сидела у машины ректора, с помадой в руках. А неподалеку, под деревом, стояли хихикающие старшекурсницы с телефонами.

В универе тогда закрытый чат существовал, он и до сих пор есть, студенты развлекались, сливая туда всякую грязь.

И тогда они тоже поспорили, Света должна была написать на лобовом стекле, что ректор старый извращенец. Ее бы точно отчислили, несмотря на все ее деньги.

Я тогда вмешалась.

Обломала девицам веселье.

А Света, когда протрезвела, решила, что я ее ангел-хранитель.

- Поверить не могу, ведь скоро год, как мы с тобой дружим, - она отпила вина.

По кухне поплыл запах гречки, и я распахнула окно. Повернулась.

Она сидит за столом. И нервно стучит длинным ногтем по краю бокала.

Она выпила мой, нетронутый. Налила еще и подняла глаза.

- Мы с Саввой разводимся, - выдохнула она. - Я и кричала, и ударила его даже. Он меня из комнаты вытолкал. Просто вытолкал. Как какую-то...вещи собрал и уехал черт знает куда. Скотина. Что у тебя с лицом?

Она кивнула на залепленный пластырем висок.

Я ответить ей не успела - в дверь снова позвонили.

- Может, Савва? - Света подскочила из-за стола. - Я его предупреждала, что пусть только попробует меня бросить, папа ему устроит сладкую жизнь, - она, взвинченная, на каблуках побежала по коридору, я за ней. - Конечно. Какой мужик в трезвом уме станет ругаться с моим папой, да?

- Ты ему сказала, что ко мне пошла?

- Нет, он же меня из комнаты выпер. И из дома ушел, с сумкой. Вернулся? Заметил, что меня нет и приполз, козлина, - ругнулась она и распахнула дверь.

На пороге не Савва.

Две мужские фигуры. Мрачные, заспанные, в простых брюках и футболках, но я сразу, до того, как они представились, поняла - полиция.

И попятилась.

Странное чувство накрыло, словно я сплю. Сквозь шум в ушах не разобрала, что болтает Света и о чем меня спрашивают мужчины. Голоса зазвучали будто из-под земли.

-...у Златы шок, еще бы, я бы тоже с ума сходила, будь мой муж в больнице, при смерти, - охала она, пока эти двое осматривались в холле. - Но я ее лучшая подруга, мы соседи, мой коттедж рядом, через забор. Я останусь со Златой сколько угодно, подруге выплакаться надо.

- Понятно, - сказал один из мужчин и пристально посмотрел на меня. Кроликом замерла под его взглядом. Он точно гадает, почему я не с мужем, не сижу у палаты в слезах. - Что у вас? - он кивнул на уродский пластырь.

Машинально накрыла ладонью висок.

Место удара опухло, там сейчас наливается красным гематома, я так сильно ударилась, что сознание потеряла.

Жертва домашнего насилия, так это у них называется, кажется.

- Упала, - выдала привычную им отговорку.

Полицейские понимающе переглянулись. И тот, что постарше, уверенно шагнул по холлу.

- Второй водитель с места аварии скрылся. А вы где были в это время?

- Здесь сидела.

- Дом посмотреть можно?

Дом посмотреть.

Сглотнула.

Неужели у меня на лице все написано.

- Зачем это? - влезла возмущенная Света. - На каких основаниях? У подруги горе, муж в реанимации, а вы, вместо того, чтобы преступника искать, на экскурсию по дому пришли? Вы знаете, кто мой отец?

- Свет, пусть посмотрят, если хотят, - потянула ее за руку.

- Да пожалуйста, - она вырвалась и качая бедрами направилась в кухню.

Они за нами.

Они в коридоре остановились, оттуда поглядели на кипящую на плите кастрюльку, на бутылку вина и два бокала. Хмыкнули неопределенно.

- Уже и нервы успокоить нельзя? - бросилась в бой Света. - Что, скажите еще, что это запрещено.

- Нет, не запрещено, - вежливо отозвался тот, постарше.

Мужчины скрылись в коридоре.

- Нафига ты их пустила? - Света залпом выпила вино и тут же налила добавки. - Переглядываются еще. Будто это мы врезались в Кирилла и смылись. Скоты.

Машинально достала из кастрюли пакетик с гречкой и переложила его в глубокую тарелку.

У меня руки трясутся.

Голова кружится.

И проклятая тошнота не дает покоя.

Я либо очень голодная, либо это из-за сотрясения, или из-за беременности, а, может, все вместе.

Савва, наверное, уже доехал до клиники, где лежит отец...

- Смотри, ты если боишься - я их сама могу выставить, - заверила Света, покачивая бокал с вином. - Или за Саввой схожу. Гад такой.

- Света, - не поворачиваясь, вцепилась пальцами в кухонный остров. - Я прилечь хочу.

- Еще бы, гуляют тут, как у себя дома, а бедный Кирилл при смерти...

Сквозь ее болтовню различила громкий мужской голос.

Меня сверху зовут. Со второго этажа.

- Ну чего им еще, - Света воинственно встала из-за стола, и стул грохнул по полу. - Щас я им задам. Злата, давай приди в себя. Отстаивай свою территорию.

Вместе поднялись по лестнице.

Дверь спальни открыта, эти двое с подозрительными лицами топчутся там, у тумбочки.

- Тут послание от вашего соседа, - в руках полицейского мятый конверт. Он держит его двумя пальцами, за краешки.

И я в первую секунду не поняла, чего от меня хотят.

А потом мужчина вытряхнул на постель два билета.

И волосы на затылке зашевелились.

Из-за этого проклятого приглашения в театр Кирилл и озверел, после чего я в больнице оказалась, с сотрясением.

- Что тут? - Света бесцеремонно схватила билеты и конверт, на котором крупными ровными буквами выведена записка от Барсова. Прочитала, сдвинув на переносице светлые брови.

- Андрей Барсов. Это кто такой? - спросили меня.

За окном уже рассвело.

Я вторые сутки почти не сплю и мало что соображаю.

Но вижу, как они все смотрят, даже Света. Словно прямо сейчас на кровати меня застукали в объятиях Андрея.

В этой тишине внизу хлопнула дверь. И зычный мужской голос гаркнул на весь дом:

- Ау, соседи! Опять дверь не запираете?