ЧЕЛОВЕК-НЕВИДИМКА С КЛЮШКОЙ, ИЛИ ШЕСТОЙ ИГРОК В ХОККЕЙНОЙ ПЯТЕРКЕ

Эту школьную хоккейную команду тренировала девочка, и звали её Грунька. Удивительно, не правда ли? А в этой истории всё удивительно, начиная с названия. Человек-невидимка да ещё с клюшкой… По сравнению с этим девочка и вдруг… хоккейный тренер — вполне правдоподобно, тем более что брат у неё был знаменитый хоккеист. И он иногда брал Груньку с собой на разбор игр. Сидит она в углу тихо-тихо. Взрослые хоккеисты шумно свои неудачи и удачи обсуждают, а Грунька слушает внимательно-превнимательно и, что ей пригодится, запоминает.

Так вот… Однажды и произошёл этот фантастический матч, который Грунькина команда не просто проиграла, а продула. Неуважительно, позорно и разгромно. И главное, проиграла-то не то чтобы очень уж сильной команде. Всё складывалось так, будто в команде противника был ещё какой-то игрок: невидимый. Казалось, он-то и забивал всё время шайбы, и силовую борьбу вёл непобедимо, и помогал выиграть шайбу у борта, и сногсшибательные приёмы чисто делал за двоих, и шайбу подправлял в верхний угол ворот или в нижний, да так ловко, что вратарь уже ничего не мог сделать!..

После проигрыша команда собралась в раздевалке и стала громко переживать свою неудачу.

Сначала, конечно, все набросились на вратаря и стали кричать, что он дырка от бублика, а не вратарь. Тогда вратарь стал нападать на все три пятёрки сразу и стал говорить им, что это не он дырка, а они ноль на хоккейной клюшке.

— И вообще, — добавил вратарь, — если бы вы так нападали на противника, как на меня, то мы бы их разгромили с сухим счётом.

Тогда три пятёрки все хором сказали вратарю, что ему хорошо бабочек ловить сачком, а не шайбу на льду.

После этого все ещё сильнее заспорили: нападающие стали нападать на защитников, а защитники сначала защищались, а потом стали нападать на нападающих. И поднялся такой шум, что уже вообще нельзя было разобрать, кто кого подвёл и кто в чём виноват.

Дождавшись, когда хоккеисты устанут спорить, Грунька сказала:

— Зря вы шумите, ребята, никто из вас не виноват в проигрыше!

— Как это никто?! — удивились хоккеисты, чувствуя, что кто-то из них всё-таки виноват, раз они продули важную встречу.

— Как же не проиграть, — прошептала таинственно Грунька, — если у наших соперников в каждой пятёрке играло по шесть игроков?

Наступила тишина.

— Как это шесть? — не поверил вратарь. — Судья бы заметил и фью-ю!

— Игроки-невидимки выступали за их команду, что ли? — удивились защитники.

— Вот именно, — сказала Грунька, — невидимки с клюшками.

— Чепуха! — сказал вратарь. — Это только в книжках для детей!

— Я и сама так думала, — согласилась Грунька, — до этого несчастного матча! А во время игры чувствую, что что-то тут не так, загадочно как-то мы проигрываем.

— Ну, откуда же они взялись у них? Из ателье проката вместе с инвентарём, что ли, достали?..

— Вот в том-то и дело, что невидимки возникли как бы из ничего, сказала Грунька. — Это я так сначала подумала, а потом думаю: «Из ничего невидимки не возникают. А вот из чего?..»

— А вот из чего? — переспросили её тихо защитники.

— А вот из чего… Я ведь, как вы знаете, ходила не только на наши тренировки, но и на тренировки наших соперников. И знаете, что я заметила за их первой пятёркой? Она тренировалась по графику: ели сколько положено… вместе отдыхали. Накануне матча легли спать в десять часов все, как один… А наше нападение? Костя пропустил тренировку. Коля объелся за обедом. Серёжа дурел за телевизором до полуночи. Юра вообще не явился. Петя ходил со знакомой девочкой в воскресенье на одну и ту же картину три раза. А Глеб, тут Грунька пропела:

Хоккеист наш Глеб вполне

Сам себя прославил,

Клюшкой бьёт по голове,

В нарушенье правил!

— Я, конечно, иногда… это сгоряча, — начал оправдываться Глеб. Когда промахиваюсь по шайбе… задеваю противника…

— Ну, вот пол-игры и остывал на скамье штрафников… Итак, получилось, что каждый наш игрок явился на матч с минусом, — продолжала Грунька. — А каждый игрок соперников с плюсом. Пусть с небольшим, ну, примерно, на одну пятую. И вот, если взять да сложить пять пятых человека, то получится целый, да не просто, а тренированный хоккеист. Вот этот невидимка с невидимкой-клюшкой и был у наших соперников в каждой пятёрке шестым игроком. Как же тут не продуться в пух и прах?!

Никто, даже из самых заядлых спорщиков, на такое Грунькино объяснение не мог найти ни одного возражения. Даже наоборот, все дружно поддержали её предположение.

— То-то, — сказал Глеб, чаще других сидевший на скамье штрафников, меня в центре площадки кто-то огрел клюшкой, и главное — рядом никого не было!.. Правда, я перед этим сам на пятачке отхлёстывался.

— А у меня, — сказал вратарь, — уже шайба в самой ловушке была и вдруг… в сетке.

— А я лечу один на вратаря, ну, думаю, гол, а в это время — силовой приём… и проведён по всем правилам.

— Да, — сказали двое защитников хором, — так мы их никогда не победим.

— Конечно, не победим! В трёх пятёрках три невидимки…

— Да ещё наш Глеб всё время на штрафной скамье… сидел… На четырёх игроков получается меньше…

Незадачливые хоккеисты долго сидели молча…

— Что же делать? — спросил один из нападающих.

— Что делать? — переспросила Грунька. — А заиметь в своей команде такого же шестого нападающего — невидимку. А для этого вам всем надо не делать то, что мы делали, и начать делать то, что мы не делали, то есть начать отчаянно тренироваться. Сегодня же! Сейчас же! Сию же минуту!.. Кто «за» — поднимите клюшки…

И с криком «Ура!» все игроки, как один, взметнули клюшки вверх, и усталая команда выкатилась на лёд и стала отчаянно тренироваться…

Загрузка...