Утром все были немного грустные, как это бывает, когда приключение заканчивается, и приходит время возвращаться домой. Горячий завтрак готовить не стали, доели остатки ужина, фрукты и печенье. Лагерь разобрали довольно быстро, а вот стол и лавку решили не оставить, вдруг еще пригодится.
За пару часов управились, сложили оставшиеся вещи в мешки, наполнили фляжки водой из ручья и начали спускаться вниз. После восхождения на гору Тирикхиль спуск с плато показался легкой прогулкой.
К полудню добрались до сторожевого отряда, ожидающего у подножья горы вместе с лошадьми. Быстро взобрались в сёдла и погрузили вещи.
Сначала двигались медленно и осторожно, однако, когда вышли на открытое пространство и лошади были готовы перейти на рысь, то решили разделиться: основной отряд под предводительством Мирихара, включающий высокородных эльфов и молодых эльфиек, а также четверых эльфов из охраны должен был с максимальной скоростью отправиться в замок, чтобы успеть до темноты.
А Валентина должна была остаться под надзором Инглора и Галдора и вместе с ними ехать с той скоростью, которую позволяла развить ее физическая подготовка без ущерба для здоровья. Однако задерживаться им тоже не рекомендовалось, двигаться предстояло без остановок. Хоть долина и была местом, закрытым от внешних проникновений, однако здесь водились дикие звери, и оставаться в чистом поле в темноте было небезопасно. Валентина была благодарна такой заботе, стирать ноги в кровь она больше не хотела.
По команде Мирихара основной отряд встал в строй попарно за ним и унесся вдаль, поднимая за собой облако пыли.
Группа сопровождения гувернантки поехала быстрым шагом, Валентина с Инглором чуть впереди, а Галдор то ехал сзади, то обгонял их, затем обходил по дуге и снова оказывался метров на 15 позади. Таким образом, девушка с эльфом могли вести вполне приватную беседу, так как Галдор постоянно находился немного в отдалении.
— Хорошо ты придумала с ориентированием вчера, — похвалил Инглор, — Давно так не веселился. И высокородные наши расшевелились.
— Спасибо, сама не ожидала, что все настолько удачно получится, — ответила Валентина, — И, кажется, мы стали свидетелем зарождающихся чувств.
— А вот это ты зря, зачем провоцируешь их, — возмутился Инглор.
— Кого провоцирую? — удивилась девушка, — Я говорю про Дуилина и Митреллу. Мне кажется, работа в одной команде помогла им вчера посмотреть друг на друга под другим углом.
— Ах, вот ты о ком! Не обратил внимания вчера, я на другую парочку смотрел.
Валентина не стала ему отвечать, прекрасно понимая, кого он имеет в виду.
— Что же мне делать? — спросила она в надежде, что у эльфа есть правильный ответ, — Я бы с радостью уехала домой отсюда, чтобы не провоцировать их. Я всего лишь человек, и не пара высокородным эльфам. Но мне жить здесь еще полтора года. Боюсь, не смогу держать их на расстоянии.
— Может, попробовать переговорить с Королем, чтобы он пересмотрел условия твоего контракта? — предложил Инглор.
— И как это будет выглядеть? "Здравствуй, Лафлареил Эдиль, Владыка свободного эльфийского города, мне срочно нужно расторгнуть контракт и уехать, иначе твой сын и советник передеруться между собой?" — усмехнулась Валентина, — боюсь, что после этих слов мой контракт завершится моментально посредством моей казни. Я всего лищь смертная, какая разница, когда это произойдет: сейчас или лет через 30?
— Если бы дело было только в Мирихаре, я бы и слова тебе не сказал, — продолжил Инглор, — Вы оба взрослые и свободные, делайте, что хотите. Но из-за того, как на это реагирует принц Этриан, я начинаю беспокоиться и о тебе, и о Мирихаре. Ты уедешь рано или поздно, а ему еще жить при дворе. Мало ли какие пакости он может сделать и как подставить советника перед своим отцом.
— Я об этом даже не подумала, — проговорила Валентина и замолчала, так как Галдор в очередной раз поравнялся с ними.
В горах вечереом быстро темнеет. Солнце скрывается за высокой горой и наступают сумерки, хотя до заката есть еще пара часов. Именно такие сумерки и накрыли долину. Первый отряд уже давно скрылся из виду и наверняка уже добрался до гордских ворот, а Валентина и ее спутники продолжали ехать.
— Смеркается — сказал Галдор, — Может быть попробуем ехать побыстрее? Через пару часов будет уже темно, а мы не рассчитывали на ночлег. При свете луны мы ехать сможем, но она не полная, все равно будет темно и небезопасно.
— Давайте попробуем, я не против, — согласилась Валентина, которая согласна была на дискомфорт во время быстрой езды, лишь бы не ночевать под открыты небом в чистом поле.
Дальше поскакали рысью, однако до города все равно было довольно далеко, и Валентина догадывалась, что добраться до темноты они не успеют. Но она надеялась на опыт ее сопровождающих, все таки Галдор был опытным дозорным.
Чуда не случилось, и надолину стремительно опускалась ночь. В эльфийском городе Валентину не смущало, что вечер наступал слишком рано ведь повсюду были магические огни.
Пришлось снова перейти на шаг — лошади в темноте могли оступиться.
— Инглор, а как создаются магические огоньки, которые были у нас в лагере над столом? — поинтересовалась Валентина, когда ее дыхание немного успокоилось. Спину снова ломило, а бедра натерлись от неправильной посадки в седле, но девушка держалась стойко.
— Это артефакты, они были привязаны в ветвях дерева. Заряжаются от магического потока любым эльфом. Они у нас и с собой есть сейчас, еще даже не все разрядились. Но как они нам помогут?
— Нам бы их как-то привязать и держать впереди лошади, как фонарь. Но так, чтобы она не пугалась света, — предложила Валентина.
— Это может сработать, — оценил ее идею Галдор. Он взял один огонек, привязал его на кончик стрелы, которую вез с собой, связал между собой две стрелы так, что получилось что-то типа удочки. И вытянул эту конструкцию вперед, освещая слабым светом дорогу для лошади.
Сосредоточившись на создании освещение, Галдор на какое-то время забыл о патрулировании. Поэтому прорезавший темноту звериный вой оказался для запоздалых путников полнейшей неожиданостью. Валентина судорожно вцепилась в седло, лошади заволновались.
— Продолжайте двигаться в сторону города, не останавливайтесь, — сказал Галдор, вручил освещение Валентине, а сам снова стал обходить девушку и Инглора по большому полукругу. Очень настораживало то, что эльф достал лук и стрелы. Значит, опасность была не надуманной.
Из-за того, что замок не было видно, Валентина не могла оценить, сколько им еще предстоит проехать. Восходящая Луна осветила слабым светом долину. Девушка невольно вскрикнула, увидев метрах в трехстах от них непонятное шевеление. Было понятно, что это что-то живое и довольно крупное.
— Волки, — подтвердил ее догадку Инглор.
— Разве они нас не боятся? — удивилась Валентина, вспоминая, что волк уже давно признал человека победителем и старался избегать встречи.
— А с чего бы им нас бояться? — удивился Инглор. Эльфы здесь ходят редко, на волков не нападают. Поэтому они себя чувствуют здесь вполне вольготно. Только вот еды им на всех в долине не хватает. А потому они сейчас очень хотят съесть наших лошадей, а, может, и нас заодно.
Внутри у Валентины все похолодело. Не так она представляла завершение своей карьеры гувернантки в эльфийском государстве. При этом ехать быстрее она не могла, как бы ей этого не хотелось.
— Сейчас подпустим их поближе, и я попробую напасть на вожака, — сказал Галдор, приближаясь к своим попутчикам, — Главное, чтобы лошади не напугались, и не понеслись в противоположную от городских стен сторону.
Дальше произошло несколько событий одновременно. Справа совсем рядом с ними раздался волчий вой, а затем волки начали окружать путников утробно рыча. Галдор выпустил стрелу, которая попала в шею ближайшего волка, тот заскулил, но не перестал угрожающе приближаться. Лошадь Валентины испуганно заржала, и понеслась вперед. Девушка не имела достаточного опыта в управлении, поэтому упустила момент и не смогла успокоить свою кобылу.
В этот момент из темноты появилось несколько всадников, один ехал впереди, а двое с горящими факелами несколько позади. Огонь привел хищников в замешательство, и этого хватило для пары метких выстрелов Галдора, которые все-таки навсегда успокоили вожака стаи.
Первый всадник, ехавший навстречу со стороны города, бросился наперерез запаниковавшей лошади Валентины, поймал упущенные поводья, и успокоил животное. Капюшон соскользнул с его головы и девушка обрадованно выдохнула:
— Мирихар!