Хочу тебя за долги

Глава 35

Я практически не спала, лишь иногда прикрывала глаза, когда не оставалось сил, но любой шорох заставлял меня тут же вскакивать на ноги. В темноте комната больше не выглядела безопасной, тени деревьев играли на стене заставляя просыпаться самые страшные мысли. Небольшой старый диван в углу комнаты, который служил мне постелью скрипел от каждого моего движения, звукоизоляция в этом доме практически отсутствует, и я боялась, что скрипы разозлят кого-то из оставшихся людей Паука или самого Паука. Этот дом больше похож на его логово, такой же мрачный и не оставляющий надежд на светлое будущее. За стенкой расположилось несколько человек, я слышала маты и смех, слов было не разобрать. Дверь хоть и с замком, но она уже испытавшая время, вынести ее не составит труда, хватит нескольких ударов любого из его громил. Еще и мерзкий холод, словно мы в каком-то подвале.

«Я соврал» − эти слова не выходили из головы. Соврал о том, что я ему не интересна? Или соврал о том, что верен Нику? Понять, что в голове у Димы невозможно, он делает только то, что будет выгодно ему, если раньше я сомневалась, то сейчас могу с уверенностью сказать, что из троицы он самый хитрый. Паук потерял власть, но он все равно остался рядом с ним, а не примкнул к Владлену, к тому, с кем сейчас безопаснее и выгоднее.

− Мне угрожает опасность только потому, что меня купил и использует его враг. Круто! Ты дешевый кусок мяса, которые передают друг другу как трофей. − я присела на край дивана.

Сложно осознавать все происходящее, я словно в дурном сне, который никак не заканчивается. Все эти бандитские разборки, деление власти и выяснение отношений не мое, я хочу вернутся к подруге, хочу продолжить свою тихую и непримечательную жизнь. Правильно говорят, потеряв начинаешь ценить. Я была недовольна работой, не довольна тем, что ничего не достигла, но если сравнивать с кем, где я оказалась сейчас, то я жила просто прекрасно. Шикарно жила, у меня было стабильность и я не боялась не проснутся.

За окном еще темно, в комнате отсутствуют часы, я не могу сориентироваться. Я могу сколько угодно сидеть и думать о том, что мне делать, но все рассуждения упираются в одно: сама я отсюда не выберусь, самой мне это не под силу. Никто не даст гарантии, что, если Ник меня отпустил, Владлен не придет. Я много видела и знаю, хоть и не просила об этом. Еще Даша может наделать глупостей если я долго не буду выходить на связь, черт!

Сон больше не шел. Я расхаживала по комнате в ожидании чего-то. Темнота понемногу отступала и теперь я могла рассмотреть пейзаж за окном. Вот такая интересная штука жизнь, когда-то в это доме кипела жизнь, уверена, что были дети, для которых на заднем дворе оборудовали небольшую игровую зону, а сейчас все стоит заброшенное и не нужное, просто медленно умирает, пройдет пару лет и об этом месте забудут. Из моего окна виден ржавый, местами обвалившийся, железный забор, за который темный и густой лес, еще покрытый туманом. По телу пробежала дрожь.

Сидеть и ждать пока за тобой придут не лучший выход, сейчас мы все в одинаковой ситуации, если я буду истерить, то могу навредить себе, если постараюсь как-то их задобрить, то у меня есть шанс на спокойную жизнь в этом доме. Я единственная девушка, значит я должна взять на себя женские обязанности, уют и комфорт любят все, даже самые отбитые бандиты. Я решила начать с завтрака, мне было очень страшно выходить из комнаты, но другого варианта я не вижу. Все двери закрыты, на первый взгляд в доме никого нет, но вчера говорили об охране, если они менялись ночью, то половина должна спать. Я старалась идти как кошка. Небольшая кухонная зона находилась прямо в гостиной, коробки стояли на прежних местах, они все также закрыты. Я остановилась в паре шагов от дивана, не в силах оторвать взгляд от мужчины.

− Не подкрадывайся. − я не ожидала, что он загорит, непроизвольно сделал шаг назад.

Дима приоткрыл один глаз и улыбнулся, он прижимает к груди пистолет.

− Я мог бы пристрелить тебя, если бы действительно спал. Лучше не подходить тихо и близко к спящему человеку с оружием в руках. − он принял сидячее положение разминая шею.

− Прости. − с ночи его одежда изменилась, теперь он больше напоминал военного. − Я хочу приготовить завтрак. − я смотрела на него слишком долго, мои щеки залились румянцем, и чтобы хоть как-то скрыть свое состояние я быстро направилась к столу с продуктами.

Интересно, где Ник?!

− Хорошее решение, парни оценят. − он последовал за мной. − Ты спала?

− Уснешь здесь. − я старалась не смотреть на него, изучала имеющиеся продукты. − Тебе не страшно? − голос дрогнул.

− Бывало хуже. Возможно мне придётся уехать. − я замерла от его слов, мое тело словно перестало слушаться, я почувствовала слабость, банка тушенки, которая была в моих руках, выскользнула вниз, но Дима успел подхватить ее и вернуть на стол.

− Надолго?

− Не знаю, Ник еще не пришел в себя. Ему нельзя показываться в городе, слишком рискованно, его ребята. − он взглянул на входную дверь. − Ничего не знают и не решают. Остаюсь я. − я прикрыла глаза, он моя последняя надежда, пока он здесь я могу чувствовать себя в безопасности.

− Зачем ты мне это говоришь? − сейчас он видит мою слабость, а я не хочу этого, я постаралась хоть как-то взять себя в руки и продолжить разбирать коробку. − Ты знаешь, что тебе делать.

− Хочу, чтобы ты была морально готова. − он собрался уходить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

− Подожди. − я схватила его за руку. − Поговори со мной, пожалуйста.

Морально готова? Он смеется? Я на грани нервного срыва, еще немного и мне не поможет не один психолог. Я держала его за запястье так крепко, как могла. Дима сильный, ему ничего не стоит вырваться, будет достаточно одного движения, но он не делает попыток.

− Пожалуйста.

Он бегло прошелся взглядом по комнате.

− Не здесь. − мужчина опустил взгляд на мою руку, я одернула ее. − Иди за мной.

Мы вышли на задний двор, Дима кивнул мужчине, стоявшему в нескольких шагах от нас, он ответил тем же и зашел в дом. Солнце медленно поднималось, туман почти рассеялся. Я думала мы будем говорить здесь, но Дима повел меня дальше, к какой-то деревянной постройке, похоже служившей сараем.

− Два правила. − он закрыл дверь, мне не нравился его тон. − Первое, в доме не прикасайся ко мне, особенно если кто-то есть рядом. Второе, слез быть не должно, Ника, это будет злить, ты видела к чему это приводит.

− Хорошо, я запомню. − в стенах много щелей, здесь довольно светло не смотря на отсутствие окон.

Мужчина взглянул на наручные часы.

− Ты хотела поговорить. Спрашивай. У нас не так много времени.

Я смотрю на этого сильного и уверенного мужчину и с каждой секундой понимаю, что снова хочу оказать в его крепкий объятиях, снова хочу уткнутся в его грудь и ощутить себя в безопасности. Либо я окончательно потеряла связь с реальностью, либо я влюбилась в него, и сейчас я бы предпочла первый вариант. Влюбится в человека, с которым никогда и ничего не может быть самое глупое, что я могла сделать в этой ситуации, я принадлежу Никите, он чётко дал это понять, если я проявлю хоть какие-то чувства к Диме, то его убьют. Не дура ли… Что вообще такое влюбленность? Может я ошибаюсь в своих ощущениях? Сейчас этот мужчина передо мной единственный, кто беспокоится и хоть как-то заботит обо мне, который показывает свое не безразличие, несмотря на то, что я его головная боль.

− Аня. − мое молчание затянулось.

Как бы смешно это не звучало, но мне кажется, что сама жизнь наказывает меня за что-то и возможно за проступки моего брата.

− Я здесь из-за своего брата, но тебе это и так известно. − мне нужно избегать взгляда этих серых глаз если я хочу сосредоточится. − Он совершил преступление и не понес должного наказания, а я так похожа на него, что спустя пятнадцать лет должна ответить за его грехи. Я вспомнила немного, но этого недостаточно, чтобы я понимала все происходящее. Мой отец, мой дядя никогда не расскажут праву. Ник ее не знает. А ты? − я не могла найти место рукам, снова заламывала пальцы. − Знаешь, иногда ты не похож на человека, серьезно, напоминаешь какого-то робота, идеальный во всем, все знаешь, многое можешь. Я уверена, что если кому-то и удастся узнать правду, то именно тебе.

− А ты готова к правде?

− Посмотри где я сейчас. − я усмехнулась. − Я ко всему готова.

− Ты правильно сказала, сейчас тебе приходится отвечать за грехи прошлого. Ты была наивной тогда, ты ей и осталась сейчас. − сейчас эти слова не звучали как-то обидно. − Ты стараешься смотреть на все не так, как оно есть на самом деле, в своей голове ты придашь всему какой-то светлый оттенок и тебя нельзя винить за это. Тогда твой отец имел много власти и мог сделать очень много, не всегда его действия были правильными, не всегда законными, но это никого не волновало. − он замолчал. − Так не пойдет. Иди ко мне. − мужчина сидел на каком-то покосившемся столе со ржавыми инструментами.

Я подошла ближе, и он взял меня за руки.

− Калечить себя не лучшее решение. − мои нервы не в порядке, пока он говорил я не заметила, как расцарапала себе руки, я впивалась ногтями в кожу, чтобы не заплакать вновь. − Пообещай мне не делать так. − он словно изучал мое лицо. − Я не в состоянии понять, что творится здесь. − он дотронулся пальце до грудной клетки. − Не найду для тебя слов поддержки, но я вижу, что ты сильная и ты со всем справишься.

Паук с детства был таким, хулиган, искатель приключений, богатой жизнь и власти, бандит, он не скрывает того, что делал, а Дима, у него такая же жизнь? Насколько они похожи? Я жалею Никиту, но только в том, что он остался один, лишился близкого человека, которого любил, это больно, но я не смогу понять его жизнь, он сам выбрал такой путь, сам подписал себе этот приговор. Кто ему мешал завязать, мешал найти честную работу? Кто заставлял идти на преступления? Конечно, легче украсть, чем заработать.

− Ты готова слушать дальше? − я кивнула.

− Я не много знаю, но одно точно, твой брат сделал не только это, на его счету, минимум три убийства. − не верить — глупо, я верю, но не могу принять эти слова. − У него было психическое расстройство, которое твои родители предпочли скрыть, а не лечить. Знаешь, я удивлен, что они оставляли тебя с ним. В то время любую странную смерть можно было списать на разбой, хотя два раза он попался, но деньги решили все. Дела закрывали, его отпускали, он всегда проходил, как свидетель. Первой жертвой стала девочка-соседка, тогда ему было одиннадцать, он задушил ее, случайно, как потом утверждал. Второй, Кира. Ну, а третьей…

− Откуда ты все знаешь?!

− У меня хорошие связи, которые помогли найти следователя, он вел все эти дела и прекрасно все помнит. Сейчас его жизни ничего не угрожает, и он заговорил. Рассказал все в подробностях. − мой брат псих-убийца, я не знала, как реагировать. − Когда полиция приехала на вызов, их встретил Максим в крови, он и рассказал все, что произошло, это потом явился твой отец и дело закрыли, а его признали такой же жертвой. В тот день у Макса было свидание, он привел Киру в ваш загородный дом, но девочка оказалась с характером, устроила сцену ревности, она знала о его похождениях и требовала денег за молчание. Он утверждал, что это из-за нее начался пожар, что она разлила бензин и подпалила дом. Может так и было, в этом моменте не узнать правду. Но суть одна, дом вспыхнул в секунду.



− Хватит! − я закрыла глаза, чтобы он не видел слез. − Хватит.

Он виновен, ему нет оправдания, но дальше я не могла слушать, я оказалась не готова. На ногах вместо шрамов словно снова появились открытые раны.

− Ты должна знать до конца, Аня. Он знал, что ты в доме, но никому не сказал об этом, если бы ты не кричала тогда, то сейчас не стояла здесь. Ты была не нужным свидетелем.

Я попыталась сжать ладони в кулак, но он не позволил, он переплел наши пальцы и потянул меня на себя.

− Плачь. − его голос тихий, спокойный, но я чувствую, как быстро бьется его сердце. − Сейчас ты можешь дать волю своим эмоциям.

И я плакала, пока он прижимал меня к себе. Плакала и мысленно проклинала всю свою жизнь. Проклинала себя за слабость. Я всегда боялась смерти, но сейчас я хочу ее, хочу, чтобы все это закончилось, хочу больше не чувствовать боли. Всю свою жизнь я жила в иллюзии. Я подняла голову и наши взгляды столкнулись, его глаза казались темнее обычного, его лицо казалось злым, но даже так он был для меня идеален. Я не знаю сколько мне осталось жить, тогда почему я должна останавливать себя в том, чего мне так хочется. Я резко дернулась назад, но лишь для того, чтобы лучше рассмотреть его лицо. Он позволил мне делать то, что я хотела. Я обхватила его лицо ладонями, медленно проводя по щетине.

− Это кончится плохо. − он положил свою руку на мою. − Нам нужно вернутся. − он убрал мои руки от своего лица.

− Прости. − я почувствовала себя последней идиоткой, слишком размечталась, что могу что-то значить для него. − Да, ты прав, пора возвращаться. − он продолжал держать меня.

− Я умею контролировать себя и свои эмоции, но каждый раз, как ты оказываешься рядом это получается все хуже и хуже. − я окончательно запуталась в этом человеке. − Не забывай, что должна мне поцелуй, Аня. − он отпустил меня. − Мы еще вернемся к твоему долгу, но в другой обстановке.

Он не пошел со мной в дом, остался на улице говорить с охранником, я же залетела пулей, мне нужно хоть пару минут побыть одной.

