Хранители идей

Глава II. Библиотека

Спать Ника легла в полном смятении. Трудно было поверить в реальность происходящего. Она даже думала, что ей всё это померещилось на нервной почве. Всё же Соколова узнала о её самой главной мечте и собиралась сделать из неё посмешище, как тут не нервничать. Убедив себя, что это временное помутнение рассудка, Ника пребывала в уверенности, что на утро кот будет снова молчащим, а рука – беззвёздной.

Однако, когда она проснулась, звезда по-прежнему красовалась на запястье, а кот, вместо привычного «ма-а-а-у», поприветствовал её непривычным «добр-р-рого утр-р-речка».

В школе Ника первым делом хотела обо всём рассказать Коле. Пускай он и ведёт себя в последнее время как дурацкий дурак влюблённый, но всё же он её лучший друг. И он не станет крутить пальцем у виска, в этом Ника не сомневалась. Он поддержит и поможет во всём разобраться.

– Коль, привет! – несмотря на то, что Ника была в нём уверена, она всё равно волновалась: не каждый день признаёшься друзьям в том, что разговариваешь с кошками.

– Привет! – бросил ей Коля.

– Слушай, я тебе хочу кое-что рассказать… – начала было Ника, но Курицын её перебил.

– Сначала послушай, какое я стихотворение написал! – сказал он. – Новое! Наисвежайшее! О Стеше… Ты будешь первой, кто его услышит!

И, не дожидаясь согласия, Коля зачитал:

Ника закатила глаза, но промолчала.

– Ну как? – спросил Коля.

– Норм, – выдавила из себя Романова: к чему ей разборки?

– Так что ты там хотела рассказать? – вспомнил Курицын.

– Да ничего особенного, – пожала плечами Ника, – твоё стихотворение затмило все новости.

– Да, – кивнул Коля, – согласен, сильное получилось.

Дальше всё шло как обычно – биология, география, литература. Девочка уже понадеялась, что Стеша забыла о подслушанном вчера разговоре, но на перемене произошло неприятное. Ника направилась в столовую на обед, и вдруг буквально из-под земли выросла Соколова со свитой верноподданных.

– Ну что, Романова? – с насмешкой произнесла она. – Как там твой роман? Много написала? Небось всю ночь работала, писательница ты наша одарённая?

– Пропусти, Стеша, – как можно спокойнее сказала Ника.

Это обращение очень разозлило Соколову. Ведь она велела всем называть её «Стефани» или, в крайнем случае, «Стеф». И она очень не любила, когда её не слушались.

– Я. Не. Стеша. – отчеканила она.

– Вот как? – Ника с вызовом посмотрела на своего врага номер один. – Тогда буду называть тебя просто «Соколова». Пропусти, Соколова!

– Знаешь, что, Романова? – глаза Стеши превратились в узкие щёлочки. – Книги – отстой! Даже если ты напишешь свой роман и он окажется не бездарным (в чём я очень сильно сомневаюсь), тебя всё равно никто не будет читать! Потому что будущее – за гаджетами и искусственным интеллектом!

– Думай как тебе угодно, – отмахнулась Ника и, протиснувшись между фрейлинами Соколовой, быстро ушла под дружные смешки «элиты» класса.

Наконец уроки закончились и можно было идти домой. Нацепив куртку и намотав вокруг шеи длинный шарф крупной вязки, Ника вышла на улицу. Прикрыв глаза, она с наслаждением втянула воздух и только тогда почувствовала облегчение: школьный день был позади. Но тут девочка заметила странное – где-то справа сидело нечто белое и как будто бы пристально на неё смотрело. Приглядевшись, Ника с удивлением узнала в этом белом пятне своего кота Альбуса. На самом деле в том, что кот вольготно гулял по улице, не было ничего странного: их квартира располагалась на первом этаже и кот свободно ходил, где хотел, ему доверяли. Но встретить его здесь Ника не ожидала. В школу он ещё никогда не захаживал.

– Альбус? – сказала она и по привычке добавила: – Кис-кис.

– О-о-о, – протянул кот, – можно без этого вот «кис-кис»? Очень утомляет.

– Ясно, – констатировала Ника, – глюки не закончились.

– Они и не закончатся, – сказал Альбус, – и это не глюки.

– А что, если я просто сошла с ума? – обратилась Ника к самой себе.

– Не сошла, успокойся, – кот раздражённо дёрнул хвостом, – какая ты недоверчивая! Не ожидал от тебя! Уж мне-то ты можешь доверять!

– Тебе я доверяю, я себе не доверяю, своим ушам.

– Понятно, тогда другой разговор, – тут же успокоился Альбус. – Но хватит разглагольствовать, нам пора в библиотеку.

– В библиотеку? – удивилась Ника. – Это ещё зачем?

– Как зачем, – ответил кот, – учиться будешь. Учиться быть хранителем. Недостаточно, знаешь ли, стать хранителем. Многое ещё уметь делать надобно.

Любопытство было сильнее мыслей о сумасшествии, а потому Ника согласилась проследовать за котом в библиотеку. К счастью, идти было недалеко – кот привёл её прямёхонько к их районной библиотеке № 143, где она так любила бывать и которую именовала своим местом силы. Для Ники не было ничего приятнее, чем затеряться среди высоких стеллажей с книгами. Неспешно ходить мимо книжных полок, шуршать страницами, подолгу выбирая «ту самую» книгу, потом удобно устроиться в кресле и читать-читать-читать. Поэтому Ника обрадовалась, что знакомиться с ремеслом хранителя ей предстоит именно в этой библиотеке.

Девочка открыла тяжёлую дверь и пропустила Альбуса, после чего сама зашла внутрь. Слева за столом сидела девушка, которую Ника хорошо знала: та регулярно выписывала ей книжки. Кот по-свойски запрыгнул на стол и протянул:

– Встреча-ай, Таисия, новобранец!

– Здравствуйте, – робко поздоровалась Ника, – значит, вы… Вы тоже в курсе всего происходящего?

– Здравствуй-здравствуй! А как же! – девушка широко улыбнулась и вышла из-за стола. – Герман! Кузьма! – позвала она. – Большая радость! Свершилось! Новенькая!

Не прошло и минуты, как из глубины библиотеки вышли двое мужчин: невообразимо высокий худощавый учёный и низенький пухленький любитель мучного. Учёному не хватало разве что очков для полноты образа, а вот любителю мучного всего хватало – рот его был испачкан сахарной пудрой, а в руке лоснился пончик.

– Кузьма, – обратилась Таисия к низенькому, – сколько раз я просила тебя не проносить с собой еду в читальный зал?!

– Извиняю-с, – Кузьма резким движением спрятал пончик за спину, – больше не посмею-с!

– Герман, а ты куда смотришь? Почему не следишь за порядком? – Таисия осуждающе посмотрела на высокого. – Ладно, потом разберёмся, – вздохнула она и продолжила уже более приветливым тоном: – у нас гостья! Ника – наш завсегдатай, а теперь ещё и новый хранитель!

– Здравствуйте, здравствуйте, – закивали высокий и низенький, – рады, сердечно рады встрече!

– И я, спасибо, – несколько смущаясь, сказала Ника, а затем прибавила: – Герман и Кузьма… А как вас по отчеству? Как я могу к вам обращаться?

– О, прошу, вот давай только без этого, – тряхнула головой Таисия, – мы тут, знаешь ли, все одно общее дело делаем, так что к чему эти формальности? Обращаться друг к другу у нас принято только по именам. Так решила я – главный библиотекарь, – посмеиваясь, заявила девушка.

– Ладно, постараюсь привыкнуть, – неуверенно кивнула Ника, а потом спохватилась, вспомнив, о чём ещё хотела спросить: – Простите, а вы сказали «свершилось», это значит, вы уже давно ждали нового хранителя? И, если честно, я пока вообще ничего не понимаю. Голова кругом.

– Не волнуйся, – ответила девушка, – скоро всё поймёшь, на то есть мы. И да, ты совершенно права! Нового хранителя мы ждали очень давно, нам не хватает рук. И мозгов, – добавила она, покосившись на Кузьму. – Но беда в том, что звёзды выбирают нового хранителя раз в десятилетие и ни годом раньше, даже если потребность в хранителях очевидна! А ведь с каждым годом идей становится всё больше и больше! Мы просто не успеваем с ними справляться!