Хулиганка (СИ)

— Не то чтобы, просто не хочу сейчас разговаривать, — потому что знаю, чем такой разговор может закончиться, а ругаться с самого утра с мамой очень не хотелось бы. Поэтому я пишу короткое сообщение о том, что перезвоню позже и со спокойной совестью направляюсь на рабочее место.

Уже спустя пару минут Линёв получает адрес девушки и ребята отправляются проверять достоверность этой информации. Королёв отправляется к руководству, пока я остаюсь в отделе, садясь повторно изучать материалы дела.

— Камила? — в кабинет заглянул молодой сотрудник отдела, чье имя я не запомнила в прошлый раз.

— Извините, но там этот… Игнатьев что-то бушует. Требует разговора с вами. Мы можем, конечно, отбить у него всё желание выпендриваться, но вдруг это важно для вас.

— Очень важно, — я спешно закрыла ноутбук и отправилась на переговоры. Узкий коридор и та самая комната переговоров.

— Добрый день, Костя. Вы хотите сообщить мне что-то важное? — с ходу спрашиваю я. Понимаю, что в противном случае он не стал бы меня звать на разговор, а времени итак мало.

— Здравствуйте, Камила. Я расскажу вам всё, если вы пообещаете мне кое-что, — говорит уверенно и упрямым взглядом смотрит мне в глаза.

— И что же я должна пообещать?

— Как вы думаете, почему я здесь оказался? — он ответил вопросом на вопрос, будто проверяя меня.

— Очевидно, чтобы защитить вашу сестру.

— Не только. Сегодня я слышал разговор ментов, и они сказали, что есть еще одна жертва. Это правда?

— Допустим, — ответила, неотрывно глядя на парня.

— Они хотели, чтобы я был частью их банды. Романтики. Знаете, как это прозвище их разозлило, ведь они хотели казаться крутыми, а крутым такие клички не дают, — усмехнулся злобно, с неприкрытой ненавистью.

— Кто они, Костя? Вы отказали им и поэтому они напали на вашу сестру?

— Сволочи они, вот кто. Нелюди. Мрази, — злобно выругался, а потом продолжил, — они убили её мне назло. Показать, что я упускаю. Я просто озверел тогда. Сказал, что доложу на них, и плевать, что доказательств никаких. Но я никак не ожидал, что они тронут сестру. Меня припугнули и ладно, а когда на неё напали, то я согласился «прикрыть их» в обмен на безопасность моей сестры и бабушки.

— Но конечно доверять вы им больше не могли и поэтому перестраховались, спрятав сестру у вашей одногруппницы Юлии.

— Вы очень умная Камила, и я очень надеюсь, что и честная тоже. Потому что моя надежда только на вас. Ментам я не доверяю еще со школьной скамьи, а вы кажитесь другой. — последние слова он произнес осторожно, будто боясь огорчить меня или же наоборот через чур похвалить.

— Так чем же я могу вам помочь?

— Защитите мою сестру. Позаботьтесь о ней и помогите. У неё…. Щека порезана, сильно. Не хочу, чтобы страдала потом из-за шрама. Помогите пожалуйста, я знаю вы сможете. — говорит, а в глазах тоска такая страшная.

— Что вы задумали? — спросила настороженно.

— Всё вам рассказать, что же еще. Я здесь, как отвлекающий маневр, только вот вы раскусили меня с первых минут. Они пообещали, что больше не тронут никого, просто им нужно время, чтобы нервы подлечить. Расстройство у них видите ли, а девушек то уже не вернуть никак… И на мне вся эта грязь лежит, потому что не рассказал до сих пор ничего.

А дальше он произнес имена, который я итак знала. Камера в углу фиксировала весь наш разговор. Я слушала его, делая пометки в блокноте. Слушала про его друзей, с которыми в школе был не разлей вода. До того самого случая, которого так боялась вспоминать учительница. Рассказывать, что последняя жертва именно его классный руководитель, я не имела никакого права, поэтому молчала. Его боль, как снежный ком, нарастала и нарастала, пока я слушала его, затаив дыхание и лишь изредка водя карандашом, помечая даты, имена. Дошли и до моей бывшей одноклассницы, о которой я толком ничего и не знала все эти годы. Все убийства казались легкими, будто сама судьба велела ребятам творить «такое».

— Так вы найдете мою сестру? — спросил в конце, устало выдохнув, будто с его плеч упала гора.

— Думаю, ребята уже нашли их, Костя.

— Тогда… Я думаю, что тогда на этом стоит окончить разговор. Всё, что знал, я вам рассказал. Теперь надеюсь только на то, что вы сдержите своё слово, Камила. — поднял на меня глаза, полные ожидания и доверия.

— Я всё сделаю.

Глава 35. Кирилл

Кирилл.

— Таким образом, майор, жди проверки на днях. Я максимально старался оттянуть этот момент, но как видишь здесь я бессилен.

Я согласно киваю Пал Григоричу, но обрадоваться этой новости никак не могу. У нас один висяк, который вроде как сдвинулся с места, и плюс еще дохера дел, которые надо закрывать, и соответственно дохера бумажной волокиты.

— Их интересует работа Филатовой. Постарайся всё внимание на неё переключить, чтобы в других делах не мешали вам.

— Так точно. На этом всё?

— Всё майор, иди. И да, бороду сбрей. — кидает мне в конце.

Да, теперь уже без вариантов. И хотя растительность на моём лице сложно назвать бородой, избавиться от небритости всё же придется.

— Кирилл Петрович, — окрикивает меня секретутка главного, — Поздравляю вас!

— С чем? — тупо спрашиваю, хотя вообще не собирался на неё реагировать.

— Как с чем? Вы что, еще не в курсе, что наша диковинка австралийская дело ваше раскрыла.

Тупо ухожу искать Камилу, иначе чувствую, что мокрого места не оставлю от этой барышни. Выслушивать о моей девочке, да еще и в такой манере я точно не готов.

Линёв дал отзвон пол часа назад. Девчонок нашли, везут в больницу. Сестре Игнатьева требуется медицинская помощь, потому что тот порез на щеке так и не зажил. Она плохо себя чувствует и постоянно плачет, усугубляя и без того напряженную обстановку.

Решаю поговорить с Камилой, вот только кабинет их оказался пуст, а чуда и след простыл. Чертыхаюсь и сразу же жму на вызов. Облегченно выдыхаю, только когда слышу её чуть взволнованный голос.

— Я еду в больницу к ребятам.

— Камил, меня почему не дождалась? — спрашиваю строго, потому что злюсь.

— Не ругайся, пожалуйста. Ты был у Павла Григорьевича, поэтому я поехала сама. Меня везет наш сотрудник, — а дальше называет его имя, фамилию, видимо, чтобы успокоить взбешенного меня.

— Кир, я должна быть рядом с девочкой, должна помочь ей понимаешь? Я всё всё тебе расскажу. — шепчет Камила, будто уговаривая меня. И я соглашаюсь. Обещаю сейчас же пересмотреть запись их разговора с Игнатьевым, чтобы разобраться, что он такого ей поведал. Вот только не успеваю этого сделать, потому что дежурный сообщает о попытке самоубийства.

— Ты чем думал парень? — кричу, хватая еще бледного Игнатьева, которого во время успели снять с петли.

— Она обещала помочь моей сестре. А я… я больше не нужен. — хрипит он, а я снова слегка встряхиваю его.

— Ты тут х@@ню не мели. Она твоя сестра и заботиться о ней должен ты. На@ера на другого человека перекладываешь ответственность? А о бабке своей ты вообще подумал? У неё только вы есть. Она же не простит себе никогда.

Кажется, мои слова, наконец, вразумили Костю, и он завыл, обхватив голову руками. Говорят, что мужчина всегда должен быть сильным, но иногда и самый сильный способен сломаться.

Камила дала отзвон, что добралась и находится рядом с Линёвым. Она словно почувствовала неладное, попросила меня навестить Игнатьева, чтобы он ничего там не натворил. Заверил её, что с ним всё в порядке. Она успокоилась, а меня ждал долгий разговор с парнем. И пусть вместо образования психолога, у меня имеется лишь жизненный опыт, порой и этого достаточно.

— Простите! Я дурак. Какой же я дурак! — воет парень, сидя в моём кабинете. На нём наручники, а у входа стоят два здоровенных молодца, которые среагируют в случае чего.

— Забыли. Глупости не делай больше. Расскажи лучше, чем ты так сотрудницу мою вдохновил, что она пулей умчалась из отдела?

— Я рассказал ей всю правду, а она… может сестру мою искать поехала.

— С твоей сестрой сейчас находятся врачи. И не дергайся так, с ней всё нормально. К тому же Камила там, а как я понял, ей ты доверяешь. — спросил парня в лоб, ожидая услышать от него хоть что-то вразумительное.

— Да. Её в отличии от некоторых, интересуют сами люди, а не только деньги.

— А вот это уже интереснее. Рассказывай, что за история с твоим одноклассником и почему ментов так ненавидишь?

А дальше последовал тот самый рассказ про инцидент, который нам так и не удалось узнать в школе. Оказывается, в одиннадцатом классе наш герой Костя с другом Пашей были не разлей вода. До того самого раза, когда Попов Павел не попытался изнасиловать свою подругу. Паша обломался, так как Костя успел в последний момент предотвратить надругательство друга. Пашу отмазал папа мент, который живет в областном центре, но слухи остались, как и злость парня на друга.

— Как я понял после того случая отец Павла забрал его в город. А сестру почему не забрал? Насколько я знаю, она не закончила шарагу и вроде приехала сюда на заработки.

— Да потому что они по матери родные. Отец Пашки — Александр Павлович Бестужев развелся с первой женой, когда их сыну было 5 лет. Переехал в город, повторно женился, детей несколько. А мамка Пашки вышла за алкаша замуж и дочку родила. Бестужев сыну помогал, как мог, но в приоритете всегда своя семья была. А Пашка со злости фамилию отчима взял, чтобы отцу насолить. После того случая отец засунул сына в училище, но как видите за голову он не взялся. И к тому же… — замялся парень, но потом продолжил, — он на наркоту подсел, вот крыша и поехала окончательно. Аньку жалко, да только это у них похоже семейное.

— Ладно парень, сейчас еще раз показания дашь, только уже официально. Ты как вообще? Отошел?

— Да, спасибо. Если можно, то…

— Никому не скажу, не глупи главное. Ты молодой и смышленый, нам такие люди нужны. А на счет ошибок… то все мы их совершаем. Главное не совершить неисправимую.

Парень согласно кивнул, и я дал знак ребятам увести его для дачи показаний. Ермолай недавно прибыл и уже введен в курс дела.

— Давай ориентир, я доложу главному. Надо брать ребят и сделать всё возможное, чтобы папа мент не вмешался и на этот раз.

— Есть. — отозвался Ермолай и приступил к работе.

Глава 36. Камила

Камила.

Наверное, глупо было, не предупредив Королёва, самой рвануть в больницу, но больше ждать я не могла. Тем более, как сказала секретарша Павла Григорьевича, они засели там надолго.

Звонок от Кира настегает меня по пути в больницу, и я вкратце рассказываю ему о том, что произошло. Слышу, что злится, но работа есть работа, о чём я ему тактично напоминаю.

У входа меня встречает Линёв и сразу же рассказывает о том, что девушка почти не в себе. Она постоянно плачет и врачам пришлось вколоть ей успокоительное, чтобы произвести осмотр.

— Андрей, а как Юлия? С ней-то всё в порядке? — я интересуюсь о подруге Игнатьева, которая прятала у себя его сестру. Тогда, на допросе, она показалась мне очень нежной и хрупкой девушкой.

— Ничего не рассказывает. Мы уже сказали, что Костя вне подозрения, но она будто не верит нам. Одна ревёт без конца, другая молчит, — ворчит Линёв.

— Они девушки, которые пережили сильный эмоциональный стресс.

— Да знаю я, Камил. Просто чувствую себя ослом, который сделать ничего не может. — устало трет глаза, и я понимаю, что ко всему прочему, ребята ведь не спали этой ночью. Сначала искали девушек по старому адресу, потом уже с утра ждали новой информации.

— Ты не осел, капитан Линёв. Езжай, поспи, только охрану предупреди. — сжала его руку в знак поддержки, и дождавшись кивка наконец-то зашла в палату Кати.

Она была такой хрупкой и молоденькой, и если бы я заранее не видела её фото у бабушки, то никогда бы не подумала, что она сестра Кости. Они были совершенно разные. Он высокий брюнет, а она очень миниатюрная блондинка.

— Привет. Я Камила, друг твоего брата. Как ты себя чувствуешь? — спросила и аккуратно присела около кровати Кати.

— Привет. Уже лучше, — тихонько прошептала девушка. Она была так бледна, что я боялась лишний раз её волновать. — Как там Костик?

— С твоим братом всё в порядке. Не волнуйся о нём. Я так рада, что мы тебя нашли.

— А что теперь с нами будет?

— Теперь… ну я думаю, что скоро вы все вместе сможете поехать домой, — улыбнулась ей.

— Правда? Вы отпустили брата? — спросила девушка с надеждой в глазах.

— Еще нет, но это лишь вопрос времени. Ты должна быть сильной ради него.

Девушка вздрогнула и дернула руку к лицу, которое было перевязано повязкой. Линёв сказал, что ей наложили несколько швов, потому что порез глубокий.

— Вы не думайте, я не переживаю из-за своего лица. Мне главное, чтобы Костю не посадили. Я тогда испугалась очень, плакала долго, но это всё глупости, когда твой близкий человек в настоящей опасности.

— Катя, расскажи, пожалуйста, что произошло. Кто это сделал? — я кивнула на её перевязанную щеку.

— Аня, — на выдохе произнесла, крепко зажмурив глаза. Я понимала, что хоть у неё и много бравады, она юная и очень ранимая девушка, пережившая нападение близкого человека.

— Анна Попова? — спросила и тут же получила утвердительный кивок.

— Мы раньше дружили очень. Всё таки одноклассницы, да и братья наши друзьями между собой были. Паша он, — запнулась, усмехнулась, — ну вы знаете кто он, верно? Он тогда девушку чуть не… Костя не рассказывал ничего, но тут и говорить не надо. Городок маленький, всем итак всё известно стало. Только ему отец помог, рты заткнул и увёз, а Аня осталась.

Удивительно, но в глазах этой юной девушки я видела сострадание. Её подруга порезала ей щеку, запугала и чуть не засадила брата в тюрьму, а она сочувствует ей.

— Это очень сильно её изменило. Она стала колючим ёжиком, которому постоянно приходилось защищаться. Еле доучилась до конца года, отдалилась от меня, поступила в училище, но и от туда ушла. Паша очень переживал за неё, даже ко мне как-то приезжал, просил, чтобы я поддержала её, а я итак поддерживала, только ей это не нужно было.

— Паша забрал её к себе да?

— Да, когда она чуть не убила мою подругу. Мы шли со школы, и встретили Аню. Я обрадовалась и начала спрашивать, как она поживает, а она вдруг завелась, что моя подруга на неё не так посмотрела. Я тогда жутко испугалась, потому что Аня была будто не в себе. Я брату не сказала ничего, но после этого Аню не видела. Слышала, что она теперь у Паши живёт. Она… я не знаю, как объяснить такое. Она будто стала какой-то сумасшедшей. Смеялась так злорадно, как в ужастиках.

— Мы найдём её, а ты не должна ничего бояться. — сказала подбадривающее, но девушка в ответ лишь нахмурилась.

— Я не боюсь её, просто не понимаю, почему она стала такой. Неужели Пашка заставил её делать все эти ужасные вещи?

— Боюсь, что это был её выбор.

— Наверное, — вздохнула неуверенно.

— Отдыхай, к тебе сейчас Юля придет, и вашу комнату будут ребята наши охранять. Пожалуйста, никуда не сбегай, ты в безопасности здесь. И с братом твоим всё в порядке, правда. — девушке вкололи успокоительное и она уже клюёт носом, поэтому я не могу наседать. Тем более всё, что мне нужно было, я выяснила.

— Я вам верю, Камила. Спасибо.

— Пока не за что.

Выйдя из палаты, сразу же звоню Королёву, и узнаю, что он уже здесь, поднимается к нам. Тут же даёт указания, оставив девочек под охраной своих ребят. Отводит меня в сторону лифтов и едва заметно касается моей руки.

— Ты как? — интересуется у меня, а у самого темные круги под глазами.

— Всё хорошо. Кир, давай домой, отоспись. — понимаю, что нарушаю нашу немую договоренность, но не могу не прикоснуться к нему. Глажу щеку и целую в уголок губ. Ребята на службе, а врачам до нас дела нет.

— Хулиганка, — улыбается Королёв и притягивает меня к себе. Зарывается носом в макушку и глубоко вдыхает. — На днях проверка приедет Камил, надо дела добить на работе.

— Тогда поехали. По Поповым есть новости?

— Нет, дали наводку, ищем. Камил, — усаживает меня в салон своего авто, пристегивает и только потом продолжает, загадочно улыбаясь, — а ты меня не бросишь, если я бороду сбрею?

Удивленно хлопаю глазами, не понимая, зачем это ему брить бороду? Тянусь к нему и трусь щекой об его щетину. Он хохочет и глубоко целует в ответ.

Глава 37. Кирилл

Кирилл.

Суматоха последних дней немного выбила меня из колеи, а еще я очень сильно скучал по своей девочке, даже, несмотря на то, что она была в соседнем кабинете.

Проверка прошла отлично. Пал Грирогич был прав, и они всё внимание уделяли работе Филатовой, буквально заглядывая ей в рот. По остальным делам тоже пробежались, благо мы с ребята успели прибрать все хвосты. Я по максимуму огораживал Камилу, потому что ей неприятно такое сильное внимание к своей персоне, а еще она так же, как и я, терпеть не могла лесть.

И вот, наконец, мы можем выдохнуть, потому что проверка отчалила в столицу, снова забивая на нас на несколько лет.

— Не занят? — в кабинет заглядывает моё чудо и я испытываю вину за то, что не дал ей уехать раньше. Мы еще не поймали Поповых и у меня какое-то наваждение, что они могут навредить Камиле. Впервые в жизни молюсь, чтобы это предчувствие было недостоверным.

— Для тебя я никогда не занят, — улыбаюсь, словно кошак, глядя на её плавные изгибы. Щелчок замка и вот я уже целую, севшую мне на колени девочку.

— Я так скучала, — шепчет сквозь поцелуи, медленно расстегивая мою рубашку. Знаю, что ребята еще не ушли, но сейчас мне реально похрен, потому что все эти дни я только урывками мог получить её поцелуи и ничего больше.

— Знаю, — отвечаю хрипло, потому что башню сносит от осознания, что нужен ей. Жадно целую в ответ, ловя губами её тихий стон. Хочу снять с неё всю одежду, но она перехватывает мою ладонь, когда касаюсь её блузки.

— Сегодня праздник на вашей улице, сэр, — загадочно улыбается и пока я не понял смысла слов, расстегивает мою ширинку, сдвигает белье, освобождая член и тут же прижимается к головке губами.

Сдавливаю руками ручки кресла до скрипа, потому что не ожидал такого от неё. Хотел безумно, но никогда не просил подобного, даже не намекал. Стоит передо мной на коленях и гладит меня своим острым язычком.

Сказать, что я поражен, это ничего не сказать. Камила полна загадок и не перестает меня удивлять. Заворожено глядит на меня, а потом закрывает глаза и опускается на меня, вбирая в себя глубоко. Двигается медленно, дразнит, распаляет, а потом резко увеличивает темп.

— Камила, — выдыхаю глухо, потому что меня уже кроет, а ведь она только начала. Хватаю её за волосы, оттягивая назад, но она продолжает скользить языком, вынуждая меня дернуть бедрами вперед.

Погружаюсь в негу удовольствия и едва сдерживаюсь, когда она берет особо глубоко. Рычу и отдергиваю чудо от себя. Стягиваю с неё брюки, с намерением усадить на себя, но они узкие и застревают в области колен.

— Упрись, — просто разворачиваю Камилу, выставив её руки на стол. Она протяжно стонет, когда я одним махом погружаюсь в неё. Выгибает поясницу, словно кошка и принимает меня до конца.

Шлепки наших влажных тел такие громкие, и я надеюсь только на то, что ребята всё же ушли, иначе и дураку будет понятно, чем мы тут занимались.

Камила ложиться на стол грудью, сильнее выпячивая ягодицы, и я не сумев сдержаться, звонко шлепаю по ним.

— Киррррр, — полустон, полукрик, так как зажимаю ей рот рукой. Усиливаю толчки, потому что концовка близка. Особо громкий стон и наши тела сотрясаются, получая разрядку. Да, я определено по этому скучал.

Падаю в кресло, утянув Камилу за собой и просто дышу ею. Её волосы влажные, разметались по моему плечу и я снова, как маньяк, вдыхаю их цветочный аромат.

— Обожаю тебя, Королёв, — шепчет тихо, уткнувшись носом в мою шею, а я просто кайфую. Не могу ничего ответить, не сейчас.

— Поехали ко мне, — шепчу спустя несколько минут, едва мы отдышались. Я так соскучился, что не хочу никуда её отпускать, а еще я кое на что решился, только вот ей не скажу ничего, иначе сбежит.

— Вам бы выспаться не помешало, майор, а вы в гостей зовёте. — улыбнулась Камила, оправляя свою блузку.

— Завтра до обеда мы с тобой свободны, поэтому хотел провести вместе ночь, — сказал и тут же словил её заинтересованный взгляд.

— И по какому же поводу ты нас освободил?

— Не скажу, иначе это не будет сюрпризом.

— Поехали уже, пока я не передумала. — смеётся, а потом сознаётся, что отец с женой уехал в деревню, а Ярика она предупредит по дороге.

— Идеальная, девушка Кошка, — шепчу, снова прижимая её к себе и целуя в макушку.

Глава 38. Камила

Камила.

— Ты что серьезно? — возмущенно спрашиваю у Кира.

— Абсолютно, — спокойно отвечает он, задорно улыбаясь.

— Королёв, останови немедленно. Я на такое не соглашалась, — делано хмурюсь, а у самой мандраж. Я вообще не ожидала, что он захочет познакомить меня со своими родителями. Мы ведь даже не обсуждали наши отношения.

— Я знал, что ты захочешь сбежать, поэтому сказал тебе об этом только сейчас, — смеётся, открывая пультом ворота и мы въезжаем на небольшую территорию, прилегающею к двухэтажному частному дому.

— Королёв, так дела не делаются. Нужно было хоть цветы купить и торт. — вот теперь я уже возмущаюсь, потому что приходить к его родителям с пустыми руками — это как минимум некрасиво.

— Цветы моя мама не любит, а сладкое вредно. Не бойся, пошли. Если что они не кусаются, — подтрунивает меня Кир, видя, как я нервничаю.

— Ну Королёв, тебе это так просто с рук не сойдёт, — ворчу, выходя из машины и даже не замечая, что мы уже не одни.

— Вот это я понимаю, правильный подход к моему сыну, — произнесла с порога женщина, чем жутко меня смутила.

— Привет мам, я тут вам невестку привёз на смотрины, но вы сильно не придирайтесь, всё равно другую не выберу, — отвечает улыбающийся майор, глядя на недоумевавшую меня.

— Ты сумасшедший, — произношу одними губами, боясь, что услышит его мама.

— А еще мы без цветов и торта, потому что Камила не знала, куда именно мы едем, а я решил, что важнее привезти невесту, чем это.

— Правильно решил, сын, — не скрывает улыбки женщина, с любопытством глядя на меня.

— Знакомьтесь Елена Дмитриевна, это моя Камила. Прошу любить и баловать, — говорит Кир, а я не узнаю в этом весельчаке своего Королёва.

— Очень приятно, — наконец произношу, несмело улыбаясь женщине. Ей немного за пятьдесят, но выглядит она просто отлично. Моя мама непременно бы ей позавидовала, потому что тратит много денег и времени, чтобы сохранить молодость и красоту, но выглядит примерно так же, как и мама Кира, хотя намного младше её.

— Мне тоже очень приятно. И я тоже ничего не знала, — заговорщицки шепчет она, приглашая нас в дом. Здесь очень уютно, и сразу видно, чем мама Кира увлекается. Повсюду полно цветов, от обычных фиалок, до огромной монстеры, которая стоит на веранде.

— А отец где? — спрашивает Королёв, как только мы усаживаемся на диван.

— Да у Барсика что-то с лапой. Вроде как колючка застряла. Мы вытащили её, обработали, а он всё равно хромает.

— Вы мне тут собаку то не калечьте, я её забрать планирую.

— Да куда тебе в квартиру собака сын, да и тем более у Барсика здесь настоящий рай. Хочет кошек гоняет, хочет огород копает, — смеется женщина, — Да мы уже привыкли к нему и ни за что не отдадим.

— То брать не хотели, теперь не отдают. Ладно, уговорили, пусть у вас живёт, — деланно согласился Кир.

— А у вас есть животные, Камила? — вдруг поинтересовалась женщина.

— Нет мам, она такой же трудоголик, как и я, — ответил Королёв, подмигивая мне.

— Так сын, иди-ка ты дров наколи, пока мы тут с девочкой побеседуем.

— Какие дрова, если у вас газовое отопление?

— Для бани. Я сегодня никуда вас не отпущу, так что вечером баня будет.

Королёв кивнул, и резко перестал дурачиться, потому что в дом вошел мужчина. Я сразу поняла, что это его отец, потому что Кир на него очень похож. Такой же высокий, статный, с косой саженью в плечах.

— Неужто блудный сын пожаловал, — проговорил мужчина, будто удивляясь, — да еще и не один. Лен, ущипни меня, может я уснул перед телевизором.

— Бать, не переигрывай. Обещал же заехать, как только дела раскидаю. И да, невесту вам привёз. Главное притворитесь, что вы нормальные, иначе она от меня сбежит, а другую я искать не буду, эта нужна. — как ни в чём не бывало, отвечает Кир, на что мужчина задорно смеется и хлопает сына по плечу. Мне так неловко от того, что майор вдруг неожиданно сделал меня своей невестой.

— А мы её сами никуда не отпустим, — добавляет его мама, с нежностью глядя на меня.

— Любить и баловать, только так. — повторяет свои слова уже отцу.

— Может представишь нас сын, где твои манеры? — возмущается мужчина.

— Простите, нервничаю, — усмехнулся Королёв. — Бать, это моя Камила. Камил, это Пётр Иваныч.

Мы лишь успеваем кивнуть друг другу, потому что Кир сразу же уводит отца во двор, чтобы толи дрова рубить, толи просто не мешать нам с его мамой знакомится.

— Камила, вы не стесняйтесь меня пожалуйста, я вас не обижу. Я не из тех свекровей, которые вечно недовольны своими невестками. Мы с Петей рано поженились, и первые несколько лет жили с его мамой, тогда то я и поклялась себе быть адекватной женщиной, потому что на своей шкуре испытала все прелести жизни со свекровью. — она смеется и мне безумно нравится та легкость, которую чувствуешь рядом с ней.

— Знаете, я и не знала, что невеста, до сегодняшнего дня.

— Да, Королёвы они такие. Не успеешь глазом моргнуть, а уже кольцо на пальце, — улыбается она, но я вижу тревогу в её взгляде.

— Знаешь Камила, Кир прав в том, что мы немного того, — хохочет и крутит пальцем около виска, — Мы с Петей начали встречаться еще в школе, на выпускном я узнала, что беременна. Родить в восемнадцать лет — это то еще удовольствие, поэтому нам многое пришлось пройти, чтобы сохранить брак. Королёв даже думать не давал никогда, что разведётся со мной, хотя бывали моменты, когда я хотела сдаться. Он учился, а вечерами работал, чтобы содержать семью. Я возилась с Киром, и только когда ему было пять, поступила в универ на вечерку. Тогда Петя уже во всю работал и вечерам мог сидеть с ребенком сам. К тому моменту мы уже съехали на наше первое съемное жилье. Были и ссоры, и слезы, но Королёв как кремень, настоящая опора, всегда был на моей стороне, всегда понимал меня, поддерживал. Кирилл такой же. Смотря на нас, тоже рано хотел обзавестись семьей, мы не мешали, молчали, потому что это был бы его выбор. Обжегся, повзрослел, и вот спустя столько лет привел тебя.

Я молчала, потупив взгляд на колени. Догадывалась ли я о чём-то подобном — естественно. Расстроилась ли я — совершенно нет. Королёв взрослый мужчина, который строил себя, создавал день за днем. Его прошлая жизнь интересна и многогранна, и именно она сделала его таким, каким он есть сейчас. Мне неважно, кем была та девушка, на которой он хотел жениться, и неважно, что между ними произошло. Я знаю, что я значу для него нечто больше, так же как и он для меня.

— Я тебя не испугала?

— Нет, что вы. У вас отличный сын, и я прекрасно понимаю ваши чувства. Мой брат чуть младше Кирилла и тоже холостяком ходит. Тоже ждем того момента, когда он девушку в дом приведет, — если честно, то меня немного смущает та открытость, с которой говорит мама Кира.

— Приведет, даже не сомневайтесь, — тепло улыбнулась женщина и позвала меня на кухню. Пока мы накрывали стол, наши мужчины занимались своими делами.

Вообще это довольно интересно, общаться с мамой Кира. Я узнала о нем столько нового. Спасибо этой добродушной женщине, что она не накинулась на меня с расспросами, хотя я понимаю, как ей этого хотелось.

Я немного рассказала о себе, что родилась здесь, жила, потом уехала вместе с мамой в Австралию. Конечно, опустила все семейные страсти, просто сказав, что родители развелись. Елена Дмитриевна была очень удивлена, узнав, кем именно я работаю, но ничего негативного по этому поводу не сказала.

— Позовешь мужичков? — спросила она, снимая с плиты закипевший чайник. Кивнула и вышла на улицу, чтобы в следующий момент оказаться в объятиях веселого хаски.

— Барсик? — произнесла несмело. Я не боюсь собак и видно, что этот песик тот еще добряк.

— Барсик, ну-ка не пугай нам девочку, — услышала я крик отца Кира со двора.

— Всё нормально, — отозвалась, ласково потрепав пса за ухом. Он действительно очень веселый, а еще активный, потому что пока я дошла до Кира, песик успел раз десять пробежать вокруг меня.

— Пойдемте чай пить, — сказала, чуть прочистив горло. Мужчина кивнул, вытирая руки тряпкой и удаляясь в дом, а Королёв продолжал возиться с мотором.

— Ничего не хочешь сделать? — спросила у него с вызовом.

— Хочу, ты даже представить не можешь что, но боюсь с тебя вряд ли быстро отмоется масло, — и указал взглядом, на свои перепачканные руки.

— Королёв!

— Иди сюда! — расставил руки, чтобы я в ту же минуту прильнула в его груди. Поцеловал в макушку и спросил, — Ну что, разве это оказалось так страшно?

— Нет, мне безумно понравилась твоя мама, — призналась честно.

— Ну вот видишь. Я же говорил, что она не кусается. А теперь пошли вон туда, польешь мне на руки, и пойдём пить чай.

— Как скажешь, жених, — с вызовом произнесла я, и куснула смеющегося Кира за плечо.

Глава 39. Кирилл

Кирилл.

Камила и представить не может, как я волновался о том, чтобы они с мамой нашли общий язык. Это своеобразный акт доверия, который я показал своей девочке. С учетом нашей работы, у нас не было свободного времени на конфетно-букетный период, поэтому мы просто перешагнули этот этап. Но я знал, чувствовал, что Камила, как нежная роза, нуждается во внимании. Ей важно понимать, что нужна человеку, и хоть по сей день не заводит тему наших отношений, я знаю, как ей важно знать, что всё это не просто так.

— Устала? — спрашиваю у неё после плотного обеда. Вообще я не планировал оставаться здесь на целый день, но родители правы в том, что я очень давно у них не был. Да и хотелось, чтобы Камила побольше с ними пообщалась, привыкла, освоилась.

— Немного, — шепчет она, потому что вслух никогда в таком не признается.

— У меня есть идея, — в ответ шепчу ей на ухо и увожу в свою комнату.

— Это пошло Королёв, — моя девочка встаёт на пороге, уперев руки в бока и пытается хмуриться.

— Вообще-то, ничего такого я не имел ввиду, — смеюсь, понимая, о чем она подумала, — Переоденься во что-нибудь удобное, мы пойдем прогуляться.

Она удивленно смотрит на свою узкую юбку и шелковую блузку, будто позабыв о том, что внизу стоят её ходули, на которых здесь она точно далеко не уйдёт.

— Это мои вещи Камил, а идти нам далеко, поэтому, пожалуйста, надень то, что посчитаешь комфортным. Например, вот этот костюм.

— Он точно твой, — смеется Камила, смотря на меня с неверием.

— Да, просто после стирки он немного сел. Я привез его сюда, чтобы сжечь в печке, но благополучно о нём забыл.

Это правда, забавно, потому что этот шерстяной костюм был Камиле лишь чуть великоват. Оставался вопрос с обувью, но думаю, здесь нас выручит мама. Сам быстро скинул джинсы и свитер, чтобы надеть толстовку с капюшоном и спортивные штаны.

— Не смотри на меня так, иначе действительно выйдет очень пошло, — произнес, увидев, каким взглядом меня пожирает чудо. Она лишь фыркнула в ответ и направилась вниз.

Вообще этот дом достался нам от прадеда, только тогда это место было чем-то вроде дачи. Захудалый домик мы снесли и наняли ребят, чтобы отстроить вот этот дом. Здесь прошла вся моя юность, по этим улицам я с соседскими пацанами гонял на велосипеде, потом на байке. Девчонок целовал жаркими вечерами.

— О чём это ты задумался, Королёв? Ностальгируешь?

И всё то она понимает, моя маленькая умная девочка. Ничего не ответил, а лишь загадочно улыбнулся в ответ.

— Мы уже почти пришли. Не замерзла? — спросил, сворачивая на знакомую тропу, по которой мы гоняли к речке.

— Нет, костюм очень теплый.

— Сегодня оставайся в нём, потому что вечером в доме прохладно.

— Мы останемся с ночёвкой? — я ждал, когда она задаст этот вопрос. Конечно же давить и принимать решения за неё я не буду.

— А как ты хочешь?

— Можем остаться, только…

— Нет, спать ты будешь со мной. Если стесняешься — то обещаю, что домогаться не буду. — возмутился я.

— Я так не могу Кирилл, — она остановилась, энергично замотав головой.

— А я без тебя не могу, Камил.

Замерла и в глаза мои смотрит так, будто в душу заглядывает. Знаю, что многое хочет спросить. Почему невестой назвал, просто так или значит что. Понимает, что не просто так, но сомневается наверняка.

— Веришь мне? — спросил, взяв чудо за руку и поднося ладошку к своим губам.

— Верю, — ответила твердо и сразу же поцеловала, будто боясь, что произнесу какие-то более важные слова.

— Пошли, — еле оторвался от её губ и пошел к речке, утягивая Камилу за руку.

— Какая красота. В детстве мы часто приезжали на эту речку, только с другой стороны и севернее. Ну, знаешь, где более менее хороший пляж. Я обожала купаться, а мама всегда ругалась, что я простыну, потому что вода была прохладная.

— И что, простывала? — спросил, обнимая её сзади и положив подбородок на макушку.

— Ни разу. Когда у тебя два старших брата, невозможно не повторять за ними. Это своеобразный челлендж, сделать так же, как и они.

— А второй брат где? — давно хотел спросить, но понимал, что раз о нём молчат, то это не очень приятная тема.

— Сейчас в Питере, вроде как новый офис там открывает. Он тату салон держит, и на байке гоняет. С нами общается крайне редко. Это… с мамой моей связано в общем. — выдохнула тяжело.

— Можешь не говорить.

— Нет, я должна. Как ты понимаешь, у Ярика с Владом другая мама и она умерла, когда они были маленькие. Через несколько лет отец встретил мою маму и родилась я. Ярик с детства был самостоятельным, маму мою любил, но на шею не вешался. А Влад стал считать её своей мамой, и для него было огромным ударом, когда она их бросила. После этого он закрылся, словно ракушка, с отцом ругался часто. В такие перепалки попадал, что страшно подумать, что бы было, не будь у отца связей. Мы все его очень любим, но не лезем к нему. Ждём, когда повзрослеет и поймет ценность семьи.

— Грустно, но такова жизнь Камил. Ты тут точно ни в чем не виновата.

— Знаю. Но боюсь…

— Чего боишься, Камил? Что станешь такой, как твоя мама? Зря. Ты совсем другая, поверь мне. — меня злила эта женщина, которую я даже никогда не встречал. Конечно, я никогда слова плохого не скажу про неё, потому что она мать моей девочки. Потому что Камила любит её, не смотря ни на что.

— Ты ведь даже не знаком с ней, — произнесла тихо, будто сдаваясь мне.

— Мне достаточно того, что я вижу. Ты другая, Камила. Ты лучше и ценности у тебя другие. Сердце не обманешь, верно?

Она развернулась, удивленно распахивая глаза. Сегодня у меня прямо день откровений. Того глядишь и сдамся Камиле с потрохами.

— Верно, — и снова целует, не давая сказать и слова. Страстно, глубоко, отдаваясь мне сполна, забываясь во мне, закрываясь от всего мира. Только она и я, мы вдвоем, у спокойной реки под раскидистым кленом.

И важна лишь та хрупкая нить, что связывает нас, крепнет с каждым днем. И без разницы, какие километры ждут нас порознь, если будет эта нить — будем и «МЫ».

Глава 40. Камила

Камила.

Нам определенно нужен был этот выходной, тем более, что он прошел в такой приятной семейной атмосфере. Я просто без ума от родителей Королёва. Отец, хоть и выглядит грозным, но на деле очень добрый человек. Почему-то он напоминал моего же папу, тоже серьезного вида генерала, но такого открытого и душевного.

— Надеюсь, вы скоро к нам еще заедите, детки, — произносит Елена Дмитриевна с грустью в глазах. Видно, что она очень тоскуют по сыну, несмотря на то, что они живут в одном городе.

— Конечно, — заверяю я, тепло улыбаясь женщине. Даже не удивляюсь, когда она притягивает меня к себе, чтобы обнять. Она такая теплая, солнечная, и я действительно хочу увидеть её еще раз.

Отец Кира тоже меня обнимает, как родную. Даже Барсик подбегает ко мне, для того, чтобы получить свою порцию ласки.

— Барсик, вот хитрая морда, — бурчит Пётр Иванович, но тут же тянется и сам треплет пса за ухом. А Барсик на радостях снова принялся нарезать круги вокруг нас.

— Спасибо за гостеприимство, до свидания, — произношу и машу рукой, как только Королёв закрывает за мной пассажирскую дверь. Быстро целует маму в щеку, жмёт руку отцу и садиться в салон.

— Ко мне? — загадочно улыбается этот хитрец, прикусывая нижнюю губу.

— Ко мне Кир. Я переоденусь и на работу поедем. Отдохнули и хватит, — деланно возмущаюсь, а сама тоже хочу бросить всё и снова побыть только вдвоем.

— Злая ты, Камила. И не жалко тебя, меня? — спрашивает Кир, но ответить я не успеваю, потому что он принимает звонок от Линёва. Павла Попова арестовали и только что привезли в участок. Его сдал кто-то из полиции, что находился под руководством Бестужева, отца Павла.

— Скоро будем, — бросает Королёв и отключается.

— Думаешь, он прятал сына?

— Да, но поняв, что да как, сам же его сдал. Бестужев сдал своего же сына, когда запахло жаренным Камил. Его работник сообщил координаты парня, понятно с чьей подачи. Я иногда так злюсь Камил, видя в каком мире живу. Отец, который бросил сына на пьянствующую мать, бросил его во второй раз, сегодня, потому что он снова стал ему неудобен. У него же другая семья, своя жизнь, за безопасность которой он отвечает. Карьера, разрушить которую он никому не позволит. И плевать, что это твоя плоть и кровь, такие люди просто идут по головам.

Я сейчас совершенно не оправдываю парня, Камил. Он урод, моральный, потому что творил такое, от чего многие по ночам бы спать не могли. Но такими уродами не рождаются, а становятся. Становятся, когда видят, что родная мать бухает изо дня в день, и плевать хотела на своих детей, которым порой просто жрать нечего. Когда видят, что ты не нужен родному отцу, и как бы ты не старался быть хорошим, удобным, в какой-то момент тебя просто выкидывают за порог, как нашкодившего щенка. Когда дети видят, что взрослый мир жесток и понимают, что нужно становиться таким же, иначе тебя сломают. И вот тогда она сами начинают ломать этот мир.

Это всё родом из детства Камил и ты даже представить не можешь, как я благодарен своим родителям, за то, что они всегда были для меня опорой. В любой ситуации я мог прийти к отцу и рассказать, во что влип, спросить совета, даже если знал, что огребу от него по полной. Но это и есть семья, когда вот так открыто. Когда не нужно носить панцирь, когда вы честны друг перед другом.

Я молча слушала его, понимая, как больно человеку видеть сломанные судьбы, особенно с учетом того, на какой работе он трудится. Человечность, вот что первое приходит в голову, когда узнаешь Королёва. И этим он похож на моего отца. На отца, который не мог сопротивляться, когда любимая женщина увозила его дочь. На отца, у которого такой же уклад ценностей, что у Кира, но он был бессилен.

— Камил, всё нормально? — спросил, обеспокоенно глядя на меня майор.

— Да, всё хорошо, — для убедительности покивала, сжимая ладошку Кира. — Знаешь, на самом деле я тоже очень часто анализировала подобные семьи. Неблагоприятные, как их называет общество. Видела, как детей забирают органы опеки, а те не хотят с ними уходить. Им очень повезет, если они попадут в хорошую и действительно любящую семью. В Австралии с этим очень строго, но нет-нет да выстрелит такой ужас, после которого действительно трудно спать по ночам. Семья — это очень важный шаг, очень обдуманный. Но случается всякое, и порой даже очень крепкий человек ломается или даёт сломать себя. Об этом можно говорить бесконечно, но суть у всех ситуаций одна.

— Если создаешь семью, то ты ответственен за её благополучие, финансовое и духовное, — перебил меня Королёв, — Когда у меня будет семья, я никогда не отпущу от себя свою женщину и своих детей. Я давно это решил Камил, поэтому и не женат до сих пор.

Я промолчала, потому что поняла к чему он сказал мне всё это. Я подписываюсь под каждое его слово, потому что считаю точно так же. Но мне трудно вот так в открытую что-то ему заявлять. Королёв умный мужчина, и понимает меня, поэтому сжимает мою ладонь чуть крепче и сразу же меняет тему разговора.

— Камил, я Ярому еще вчера звонил, просил, чтобы он человечка своего в вашем доме оставил. Ничего страшного нет, но пока не поймаем девчонку, я беспокоюсь за тебя. Сегодня послушаем, что скажет Попов, но сама понимаешь, что последние убийства задумала его сестра, и именно у неё скорее всего крыша поехала.

— Да, нам нужно обязательно её найти. Линёв уже начал допрос Попова?

— Сразу же, как его привезли. Потом записи посмотрим, если что на второй заход пойдем.

— Хорошо. Со мной зайдешь? Кофе попьешь, пока себя в порядок приведу.

Королёв согласно кивнул, и сам вышел открыть ворота. Пока он заезжал на территорию, я заметила какое-то движение в окне.

— Кир, там кто-то есть. Может Ярика люди? — произнесла сиплым голосом. Он сразу же нахмурился и достал табельное оружие, приказав мне оставаться здесь. Кажется, те несколько минут, что его не было, я не дышала вовсе.

— Всё нормально, свои, — произнес, выходя из дома не один.

— Привет Саш, — поздоровалась, узнав парня, которого Ярик просил несколько раз быть моим водителем, — Чего пугаешь то так?

— Это кто еще кого пугает. Я тебе написал вообще-то, чтобы позвонила, как домой соберешься, но кто-то сообщения вообще не читает, — возмутился он, а Королёв нахмурился, готовый кинуться на мою защиту.

— Прости, зарядку с собой не брала, телефон сел. Ну, чего стоим, все в дом пошли. Кофемашина на кухне, дорогу найдете. Я скоро, мой герой! — последнее прошептала Киру, легонько поцеловав в щеку. Саша сразу же отвел взгляд и протопал на кухню, а Королёв довольно улыбнулся и отправился следом за ним.

Мне кажется, майор может поладить с кем угодно. Я вот даже не удивилась, когда вернулась на кухню спустя минут десять и обнаружила, что мужчины поймали какую-то свою волну и увлеченно общались. Конечно же на рабочую тему, то и дело называя какие-то незнакомые мне фамилии.

— Саш, ты остаешься здесь? — спросила у парня, как только они закончили говорить.

— Нет. Сейчас Лёня приедет, с ним поменяться должны, а вечером думаю опять сюда сошлют, — сказал и тут же прикрыл рот ладошкой, поняв, что взболтнул лишнего.

— Ну да, ссылка похуже чем в Сибирь, — засмеялся Королёв, — ладно, чуть позже Ярому наберу — решим, может своих ребят оставлю.

— Только Ярославу Владимировичу не говорите, — пропищал Саша, чем вызвал у нас с Киром смех.

— Прости Саш, что брат дергает тебя. Скоро всё закончится и Добби будет свободен.

Саша мою шутку не оценил, а вот Королёв даже очень. Посмеялся от души и похлопал парня по плечу. — Саш, да мы все через это проходили. Сам не поймешь, как потом уже своих ребят будешь гонять по личным поручениям.

Парень устало выдохнул, но согласился, а мы поторопились в отдел, где скорее всего уже был допрошен Попов.

Глава 41. Камила

Камила.

— Он сознался во всем, — с порога огорошил нас новостью Линёв. Я даже не сомневалась, что парень не будет юлить. И тут дело даже не в том, чтобы признали его «работу» убийцы, скорее всего он хочет взять всю вину на себя, чтобы защитить сестру. Уж кто-кто, а он знает, какого это, когда тебя предают. Он же пойдет до конца за «своего» человека.

— Сестру защищает? — спросил Королёв, будто прочитав мои мысли.

— Да. Палится на том, что не знает ничего о последних убийствах, а по остальным всё идеально сошлось, — выпалил капитан на одном дыхании.

— Палится? — удивилась я. К сожалению, многих сленговых слов я не знала, но быстро их запоминала.

— Выдаёт себя с потрохами, хоть и берёт всю вину на себя, — исправил Королёв, улыбнувшись мне. Боже, какой же он сексуальный. Наверное, я никогда не перестану им восхищаться. И то, что его щетина вернулась на своё законное место — безумно меня радует.

— Извини Камил, я замотался немного, — выдыхает капитан, и тоже улыбается мне.

— Да нормально всё. Пойдем, посмотрим его запись.

Запись мы посмотрели. Сразу же отменили те моменты, в которых парень явно лукавил. На второй заход ребята решили меня не пускать, на этот раз допрос вёл Ермолаев, а я же активно следила за происходящим, стоя за стеклом.

— Ну как? — спросил, подошедший Линёв. На нём лица не было и меня это немного тревожило.

— Лжёт. Записала, что и как говорит не так, как должен был. Первые убийства идеальны, поэтому он и даёт полную раскладку. Был там, сам творил, а вот что потом пошло не так — непонятно. Была мысль, что не один он этим занимается, потому что вряд ли самостоятельно захотел бы втянуть сестру в такое дело. Но мысль сразу отпала, потому что он прокололся. Первое тело, на осмотр которого я поехала, принадлежало моей однокласснице. Он ничего не знал о ранах в области живота, потому что их нанесла его сестра, уже после того, как он оставил тело. Скорее всего она следила за ним, и дожидалась, пока он уйдет. Жутко конечно это всё, но таковы мои выводы.

— Абсолютно согласен, — подтвердил, откуда-то взявшийся из-за моей спины Королёв. Снова эта его манера незаметно подкрадываться.

— Может его мать навестить?

— Нет смысла. Ориентир дан, девушку все знают. Если увидят, то точно сообщат. — ответил майор, нахмурившись.

— Эндрю, что у тебя происходит? — спросила, как только мы с Линёвым прошли в кабинет. Он выглядел каким-то озадаченным, будто мыслями совсем в другом месте.

— Не знаю Камила. В жизни моей херня какая-то началась.

— Это из-за неё, да?

— Она давит, — сказал неуверенно, будто сомневаясь, посвящать ли меня вообще в свои проблемы, — Сильно давит. Просит больше внимания к себе, чтобы всё время уделял только ей. Я на работе зашиваюсь, домой прихожу и там зашиваюсь. Говорит, что ребенка пора рожать, что замуж пора, а я прошу пока оттянуть всё это хоть ненадолго. Злится, ругается, обижается. Никогда не думал, что всё будет так.

— Тут важно понять, что её подстегивает так себя вести.

— Эгоизм подстегивает Камил. Сейчас она любит, чем пять минут проклинает. Вообще ничего не пойму, — Линёв устало вздохнул, опустившись на стул, рядом со мной.

— Эмоциональные качели — это всегда не весело. Есть предположение, но тебе оно не понравятся.

— Говори, Камил, иначе я точно с ума сойду. Чувствую такими темпами мы растопчем всё, что когда-то было между нами.

— В том то и дело, что было, но кто ты для неё сейчас? Тот же человек, ради которого она пошла против родителей и была готова переехать к нему, даже без замужества?

— Я не понимаю, Камил, ни черта, — выругался Эндрю.

— Ты должен понять, действительно ли ей нужен именно ты? Знаешь, что в двадцать семь лет девушек уже считают старородящими и естественно хотят они того или нет, у них в подсознание вбивается эта информация. Нужно бежать, рожать, скорее, скорее. Порой даже не важно от кого. В этом то и вопрос Андрей. Я очень удивилась, когда ты сказал, что она хочет замуж, ребенка. Она действительно хочет всего этого с Тобой, или же просто хочет, неважно с кем?

— Думаешь, я просто тот осёл, которого проще было захомутать? — злобно спросил он.

— Я бы не стала выражаться так фигурально. Тут важно понять, нужен ли ты ей на самом деле.

— Понял, Камил. На обед пошли сходим, иначе не смогу сосредоточиться сейчас на работе, — улыбнулся он, стараясь вернуть себе ту непринужденность, с которой мы общались до этого разговора.

— Пошли, умираю с голоду, — Королёв еще с утра предупредил, что в обеденное время уедет с Ермолаевым по работе, поэтому я просто набрала ему смс с вопросом, захватить ли ему что-нибудь перекусить.

«Позже к вам подъедем» и подмигивающий смайлик в конце, — вот такой короткий ответ пришёл спустя пару секунд. Вообще, это первый раз, когда мы с Киром переписываемся, и он даже тут смог меня удивить.

— Что ваше величество хочет отведать сегодня? — спрашивает Андрей, как только мы покидаем отдел. На улице так хорошо, что хочется погулять подольше, вот только времени на такие прогулки совсем нет, да и столовая находится в десяти минутах от офиса.

— Котлеты, — ответила первое, о чём подумала.

— С котятами? — засмеялся Линёв, за что получил от меня локтём в бок. — А я борщ хочу. Знаю, что готовят там так себе, но вот борщ у них отменный. Ел бы и ел.

— Самый вкусный борщ готовит папина жена. Я убедилась в этом на прошлой неделе. Наверное, мне нужно смириться с тем, что я никогда не буду так вкусно готовить.

— Мужик появится, научишься. Это ты пока одна, ешь как птичка. Правильное питание, салатики свои, хлопья овсяные. А нормальный мужик на такой фигне не протянет, вот и придется стараться ради него, — уверенно произнес капитан.

— А ты я смотрю профи в этой теме. Чем же тебя дома кормят, расскажи по дружбе. Какими харчами?

— Вкусными Камил. Вчера, например манты ел, до этого котлеты, и не такие, какие вот тут подают, а настоящие, домашние.

— Дождешься Линёв, что в гости к тебе приеду, — пошутила я и сразу же замолчала, увидев перед собой не очень довольную девушку.

— Лена? А ты чего тут? Позвонила бы хоть, — задумчиво почесал свою репу капитан.

— А сам позвонить что не мог? Видимо сильно занят был, да? Не знаешь даже где я, что со мной. Может меня пристрелил кто, пока ты тут с барышнями гуляешь, — возмущалась Лена, а я извинилась и сказала, что подожду их в столовой. До неё оставалось всего ничего и я направилась туда, даже не замечая другой фигуры, до того момента, пока не почувствовала тупую боль на затылке.

Глава 42. Кирилл

Кирилл.

Я чувствовал, что какая-то херня должна произойти, но не думал, что это случится вот так. Возле нашего отделения, средь бела дня, да еще и когда рядом с Камилой будет капитан Линёв.

Быстро решив пару рабочих моментов, мы с Ермолаем направились в сторону отдела. Камила в курсе была, что я уехал, и заботливо поинтересовалась, захватить ли мне обед.

— В столовку заедем пообедать? Наши уже там, — спросил у Ермолая, на что получил кивок головой. Вообще умный он мужик, хоть и ленивый. Он принадлежал к тому типу людей, которых нужно было постоянно подгонять, но отдача была на все сто.

— И чего это ты так ухмыляешься? — спросил в наглую, видя его физиономию.

— Ничего шеф, молчу, — ответил, тут же отвернувшись к окну. Мы уже подъезжали, когда я заметил капитана, выясняющего отношения с какой-то девушкой.

— Вот чёрт, — услышал ругань Ермолаева и увидел, как он резко дернулся на кресле. Проследил за его взглядом, чтобы тут же дать по газам, едва не заезжая на предлежащую территорию той самой столовки.

Визг тормозов заставляет Камилу обернуться, что смазывает удар стоящей позади неё девушки. Я уверен, что эта Анна Попова, только какого чёрта она творит, непонятно.

Рванул к своей девочке, оседающей на землю, чтобы поймать и прижать к себе. Она в сознании, но слегка бледна. Смотрит на меня так растерянно. К голове ладошку приложил — крови мало, но вероятно сотряс.

Обернулся назад, Ермолай девчонку уже скрутил. Она лежит визжит, а Линёв к нам бежит с квадратными глазами.

— Капитан, скорую вызывай, — проорал на всю улицу, не отрывая взгляда от родной девочки, — Камила, ты меня слышишь? Камила?

— Я…. голова кружится, — произнесла шепотом.

— Сейчас девочка. Глаза не закрывай. Спать нельзя, нельзя Камила. Разговаривай со мной, — произнес резче, чем нужно было, но адреналин по телу, страх и паника, которые силой отодвинул назад, чтобы мыслить нормально.

— Линёв, садись за руль, — приказал капитану, — скорую ждать долго, сами быстрее доедем. Ермолай, девчонку в отделение. Головой отвечаешь.

Ермолай кивнул, поднимая Попову и уводя её в сторону отдела. И пока я как можно аккуратнее загружал Камилу в машину, девчонка проклинала нас, на чём свет стоит.

— Линёв, давай быстро, но резко машину не дергай, — произнес, усаживаясь рядом с Камилой на заднем сидении и кладя её голову себе на колени. Колени её согнул, и голову развернул, чтобы дышала свободно. Когда паника чуть отпустила, сразу соображать начал, что делать нужно в таких случаях.

Та девушка, с которой у Линева по всей видимости были разборки, молча села на переднее пассажирское. Мне плевать было, что за дела с ней у капитана, но вот что Камилу проворонил — злило.

— Камила, девочка моя, потерпи немного. Сейчас тебя доктору покажем.

— Тошнит, — тихонько прошептала, я услышал едва, — Я буду котлеты. Я хотела котлеты.

— Будут тебе котлеты, сам лично пожарю. Голова болит?

— Пульс в ушах. Котлеты.

— Сотрясение, — тихо произнесла девушка с переднего сидения. Хотелось сказать, что сам догадался, только вот не время припираться сейчас было. В прошлом году один наш сотрудник тоже по голове получил на задании. Вроде нормально всё по началу, в сознании, даже пошутил, а через пару минут отключился. Оказалось черепно-мозговая травма, гематома образовалась. В течение часа уже прооперировали его, но реабилитация долгая была. Сейчас в другом отделе трудится, решил больше не рисковать жизнью. И сейчас, гладя Камилу по голове, я молился только о том, чтобы с ней всё хорошо было.

— Подъезжаем, — почти выкрикнул Линёв, видимо сам изрядно перенернечев. Показал корочку на въезде, потому что пускать не хотели. Прибежал с каталкой, пока я Камилу на руках из машины вытаскивал.

— Не оставляй меня, — прошептала, за руку мою хватаясь, когда уложили её. Мед. персонал выбежал, покатил её вперед, что-то спрашивая.

— Никогда, — произнес, смотря только на свою девочку. Она порозовела, и вроде говорила громче, четче, но страх всё равно не хотел уходить.

Линёв рассказал что случилось, данные её продиктовал, пока нас на осмотр врач не забрал. Я сидел рядом, пока он вопросы ей задавал, в глаза фонариком светил, рефлексы проверял. За руку держал, и отпускать не хотел, даже когда на МРТ её отправили.

— Здесь ждите, — произнесла медсестра, увозя от меня Камилу. Вышел в коридор, а там Линёв стоит, глаза совсем мутные. И вроде отругать его хотел, но сам виноват, если так боялся, нужно было самому всегда рядом быть. Кто же знал, что так выйдет, а капитан вроде и сам в шоке.

Подошёл, по плечу похлопал его, он взгляд в пол потупил. Ничего, всё забудется, с кем не бывает. Главное, чтобы с девочкой моей всё было в порядке.

— Извините, это из-за меня всё, — подала голос та самая девушка, несмело заглядывая мне в глаза, — Я скандал устроила прямо на улице, а Камила… она вперед пошла, чтобы не вслушиваться. А та девушка, она что убить её хотела? Она ваша бывшая?

— Чего? — вообще не врубился, с чего она такие вопросы задает.

— Ну она кричала, что девушек таких ненавидит. Что Камила с вами была, и с … с Линёвым тоже на свидания ходила.

Я глянул на Линёва, но тот лишь нахмурился. Так ни черта и не поняв, вернулся в кабинет и стал ждать результатов.

— Вы муж? — спросил врач, видимо удивляясь моей наглости.

— Муж, — ответил резко, на что тот только хмыкнул в ответ.

— У неё легкая степень сотрясения, — произнес, спустя пару минут, неотрывно глядя в монитор.

— МРТ смотрите?

— Да. Ничего страшного там нет. Сейчас рану обработаю и отпущу.

— Зашивать не надо? — спросил, на что врач снова хмыкнул мне в ответ.

Рану обработали, указания по уходу дали и отпустили домой отдыхать, предварительно открыв больничный лист.

— Покой и только покой, — произнес врач напоследок, велев, если что-то случится, то сразу же звонить ему на личный номер. Хороший оказался мужик.

Как только вышли от него, Линёв, стоящий напротив двери, сразу же подорвался, глядя на Камилу виноватыми глазами.

— Со мной всё хорошо, но две недельки вы уж как-нибудь без меня обойдитесь, пожалуйста, — произнесла моя девочка, шутя.

— Прости, Камил, — извинился капитан, и девочка его следом извинилась, правда поглядывала на нас с большим любопытством.

— Ой, ладно уж, — отмахнулась она, — Ну что встали? Майор то не железный. Сколько сможет еще на руках меня так удержать?

— Всю жизнь, — прошептал тихо, целуя её в лоб.

Глава 43. Камила

Камила.

Забота мужчины — это как отдельный вид удовольствия. Она проявляется даже в мелочах, но воспринимается, как нечто самое ценное. Никогда не думала, что Королёв — это сплошной комок нежности, ласки и еще того, о чём мы оба пока молчим.

С того момента, как на меня напали, прошло два дня. Ровно два дня, как я нахожусь в квартире Кира под его строгим присмотром. Я даже не удивилась, когда он привез меня к себе, заявив, что отныне несет за меня полную ответственность сам.

Когда на следующий день к «нам» приехал разъярённый Ярик, я немного растерялась. Кир согласно кивал и лишь немного хмурился, когда брат отчитывал его, как делает это со своими сотрудниками. Я защищала Королёва, но брату нужен был козел опущения, поэтому к концу диалога мы с майором просто молча соглашались со всем сказанным в наш адрес.

Единственное, что не сделал Кир, так это не отдал меня брату. Он припирался и настаивал, чтобы я осталась у него. Отец с Любой всё равно в деревне, брат вечно пропадает на работе, а мне нужен уход и забота. Тут уже у Ярика не нашлось аргументов и он был вынужден согласиться, но отныне звонил мне в день по четыре раза, чтобы убедиться, что я в порядке.

О случившемся мы договорились больше никому не рассказывать. Дальше отдела эта информация не должна была уйти, поэтому я была спокойна. Единственное, чего мне хотелось, так это встречи с Анной и разговора. Тяжело заглядывать в глаза человеку, убившему несколько ни в чём не повинных людей просто так. Мне хотелось узнать, ради чего она это делала, но Королёв был непреклонен и дело передали в суд.

Правда о мотивах молодой девушки мне рассказал Линёв, когда на следующий день пришёл навестить меня. Королёв вышел сварить ему кофе, пока я выпытывала капитана о произошедшем.

— Камил, она каким-то образом проследила за братом и увидела его деяние, а потом говорит, что поняла своё призвание. Твою одноклассницу Попов убил из-за Костика Измайлова. У них то ли роман начинался, то ли просто пока общение, и Попов психанул, что он к нему не присоединился. Точнее к ним Камил. Мы взяли подельника Попова, с которым он девушек убивал. Его имя Игнатьев тебе называл. Две парней, творили безнаказанно всё, что хотели. Срок им грозит не малый.

— Всё-таки вытянула информацию да? — спросил с усмешкой Королёв, и подав кофе капитану.

— Я держался, как мог, — сказал в свою защиту Линёв и рассмеялся.

— Мне срочно нужно утолить информационный голод, — попыталась пошутить я, целуя в щеку майора. Андрей тактично отвернулся и немного прокашлялся.

— Ладно уже, рассказывай. Всё равно ведь не отстанет, — разрешил Королёв, обнимая меня за талию. Мы сидели на диване, а напротив в кресле сидел капитан и смотрел куда угодно, только не на нас.

— Андрей, хватит смущаться. Наверняка уже весь отдел знает о нас с Королёвым, — на что он лишь неопределенно пожал плечами.

— В общем, эта банда состояла сплошь из манипуляторов Камил. Сначала Попов манипулировал парнишкой, чтобы вместе творить ужасы. Потом сестренка его их засекла и пошла не к брату, а именно к его дружку. Спелись они в общем на этой ноте, а Попов и не знал ничего. Тогда уже парнишка начал девчонке мозги промывать. Последние два убийства он помог ей осуществить, даже можно сказать подтолкнул. Следил за тобой именно он, и засек вас, когда вы от учительницы выходили. Естественно брат не знал ничего, накинулся на друга, когда его из допросной выводили. Жуть в общем, — произнес Королёв, задумчиво уставившись куда-то в окно.

— А девочка что?

— А девочка, Камил, убить тебя хотела, потому что дружок напел ей о твоём аморальном поведении. Видел он, как вы уезжаете, и когда мы с тобой в кафе сидели. Не знаю уж чего он так зациклен на этом, но и одноклассницу твою именно на этой почве в живот пырнули. Это его инициатива, хоть и руками девчонки действовал, — выпалил на одном дыхании капитан, всё так же, не поднимая на нас глаз.

— Понятно. А с твоей-то девочкой как дела обстоят?

— Ты была права, — Линёв ответил кратко и опустил голову, смотря себе под ноги.

— В чём именно?

— Во всём, Камил. Похоже, я оказался тем самым ослом. Невероятно, но факт. Ладно, тебе отдыхать нужно. Если получится, то заеду на неделе. Прости еще раз, за то, что всё вышло так, — он неуверенно провел ладонью по короткостриженной макушке.

— Еще раз извинишься, и я перестану с тобой дружить, — пригрозила капитану. Он не виноват, так же как и Королёв, но они упорно игнорируют меня и продолжают заниматься самобичеванием.

— Понял, не дурак, — ответил Линёв и размашистым шагом прошел в коридор. Я обняла на прощание этого замечательного мужчину, шепнув на ухо, чтобы он не отчаивался.

А как только мы с майором остались одни, то я тут же оказалась в его жарких объятиях. На секс у него было жёсткое табу, которое я без конца пыталась нарушить своими приставаниями, но Королёв мужик крепкий и еще ни разу не поддался.

— Даже не надейся, чудо, — прошептал Кир, как только я прильнула к нему всем телом, — Марш на кровать, я пока что-нибудь нам сготовлю. Через час будем ужинать, но сначала примешь лекарство.

— Слушаюсь, сэррр, — протянула я, зная, как это заводит моего майора.

— Доиграешься, Камил, — он слегка прикусил моё плечо, легонько подтолкнув в сторону спальни.

— А давай закажем роллы и посмотрим какой-нибудь фильм? — спросила, уже выглядывая из спальни.

— Например? Очередные романтические сопли? — фыркнул Королёв. Вчера днём я пыталась усадить Кира рядом с собой, когда начала смотреть любимую английскую классику. Его без конца дергали по работе, но кажется, он и сам был рад сбежать подальше от такого киносеанса.

— Нет, сегодня ты выбираешь. Я согласна посмотреть даже жуткую резню или ужастики. Только тогда нам придется спать с включенным светом.

— Что насчет детектива? — спросил через пару минут, заходя в комнату и листая что-то в телефоне.

— Я за, — довольно просияла.

— Выбирай, какие хочешь, — протянул мне свой телефон с сайтом доставки еды, а сам устроился рядом, гладя мои голые коленки.

— Провоцируете, сэр, — прошептала, потому что по телу уже прокатила волна мурашек.

— Каюсь, — поднял руки вверх, сдаваясь, — выбрала?

— Да, — ткнула пальцем на подходящий сет и продолжила разглядывать Королёва. Красивый мужчина, слюной подавиться можно. А он, будто прочитав мои мысли, закусил нижнюю губу.

— Просто поцелуй, — успела прошептать, прежде, чем приблизиться к нему. Прижалась губами к его и легонько прикусила еще влажную нижнюю. Он тяжело вздохнул, но не отстранил.

— Ты хулиганка, а я сыщик, И каждый, кто тебя видел, уже мой завистник, — пропел мне, хриплым от желания голосом.

— Что это за песня? — удивилась, впервые слыша что-то подобное из его уст.

— У Ермолая на флешке была, он в машине включал. Там… нехорошая песня в общем, но несколько строчек прямо про нас, — засмеялся, загадочно на меня глядя.

— Выходи за меня, Камил, — произнес так твердо, но так неожиданно. Я молчала, удивленно хлопая глазами. Он определенно умел удивлять, вот только я не была готова к такому, от слова совсем.

— Окей, — произнес, протяжно выдыхая, — будем ждать ответа с базы, — снова пошутил он, поднимаясь с кровати и подавая мне руку.

— Кииииир, — протянула испуганно. Меньше всего на свете мне хотелось обидеть его чувства, но сейчас я была настолько растерянна, что вряд ли смогла ответить что-то вразумительное.

— Я не давлю Камил. Как готова будешь — ответишь, это ведь на всю жизнь, — улыбнулся мне, притягивая к себе и целуя в лоб.

Глава 44. Камила

Камила.

— Камил, прости, я не хочу оставлять тебя одну, но там ребята уже не выгребают сами, — извиняется Королёв, быстро натягивая на себя джинсы с футболкой.

— Кир, прекрати себя изводить. Я никуда не денусь и со всем справлюсь. У меня сотрясение, а не перелом каких-либо конечностей.

— Сегодня твой отец возвращается, ты забыла? — спросил серьезным тоном. Прошло больше недели, как я гощу у майора и он явно не хочет меня отпускать. Мой больничный закончится через несколько дней, и мы решили, что эти дни мы обязаны провести вместе. Только ночевать мне придется дома, потому что отец не знает о наших отношениях и о моём больничном тоже.

— Я помню. Ярик вечером меня заберет, если вдруг ты задержишься, — я обняла Королёва, утыкаясь подбородком в его грудь. Он устало выдохнул и обнял меня в ответ. Я так и не ответила на его вопрос и знала, что он волнуется, но молчала, будто ждала чего-то.

— Камил, я скорее всего не успею отвезти тебя сам, но завтра с утра заберу к себе, хорошо?

— Конечно. Езжай, все хорошо, — прошептала, поцеловав на прощание.

Остаток дня я провела на диване, лениво переключая каналы и ожидая приезда брата, потому что на часах было почти шесть. Королёв звонил полчаса назад, спросил о моём самочувствии и сообщил, что освободиться не раньше, чем через два часа. Ребята большие молодцы, что прикрывали его столько времени, но, конечно же, всему есть предел.

Чего я не ожидала, так это звонка от мамы. В Сиднее было около полуночи и обычно в это время она спала. Я не успела принять вызов, как услышала её быструю речь:

— Привет Камила, почему так долго не отвечаешь? Ты что снова торчишь на своей работе?

— Привет мам, мои дела отлично, спасибо, что поинтересовалась, — ответила лениво.

— Я звонила Вове и знаю, что у тебя всё хорошо. Могла и сама звонить родной матери хоть иногда. — возмутилась родительница.

— Мам, я не понимаю, зачем ты звонишь папе? Мне не десять лет, чтобы справляться у него о моём самочувствии. Ты разве не понимаешь, что ты всё портишь?

— Что за глупости ты говоришь? Я родила ему дочь — он многим мне обязан. Ты когда домой вернешься? Мне совсем не нравится эта твоя идея пожить там. Может ты мне назло всё это задумала?

Я замолкаю, потому что дальше идёт сплошной монолог, что я не такая, как она. Что я трачу жизнь, на какие-то глупости, когда молодость уходит. Нужно брать быка за рога и тому подобное.

Мне стало так грустно, потому что столько лет я жила рядом с человеком, который совершенно меня не понимает. Да, она моя мама, поступки которой и я не в силах понять. И мой самый большой страх — стать такой, как она, именно поэтому я не ответила Королёву согласием. Чувство вины, перед отцом, перед братьями, гложет меня до сих пор. Я боюсь того, что однажды и я принесу столько же боли своей семье, сколько когда-то принесла моя мама.

— Мы снова поссорились с Билом, представляешь? Он приревновал меня к соседу. К тому толстому недотепе, что недавно купил дом у Джонсов.

— А меня замуж позвали, мам, представляешь? Он невероятный. — произношу в своих мыслях.

— Я сказала, что не готова слушать всю ту чушь, которую он мне говорит. Если что-то не нравится, то я всегда готова уйти, — продолжает родительница.

— Его нет рядом всего пару часов, а я уже невероятно скучаю, мам. Он такой родной, ласковый, заботливый.

— Конечно, он тут же извинился, но я уже завелась. Мы вместе столько лет, но это не значит, что мною можно помыкать.

— Он уважает меня, мам, ценит и оберегает. Он такой сильный и рядом с ним я как за каменной стеной.

— Я осталась у Барбары, чтобы проучить Била. Он позвонил мне уже десяток раз, прислал сюда огромный букет цветов, но я решила пожурить его до утра.

— Рядом с ним я оживаю, мам, наслаждаюсь каждым мгновением. Он будто пробудил меня от долгой спячки.

— Сначала я хотела остаться в твоей квартире, но ты не дала мне ключи. Пришлось ютиться у Барбары, но ты же знаешь, что я терпеть не могу её дом.

— Мне с ним и рай в шалаше. Я так люблю его, мам, что сердце щемит в груди.

— Ой, снова Бил звонит. Ладно Камила, скорее возвращайся, мы же яхту купили новую. Хотим поплавать в эти выходные.

— Молодцы. Пока мам. — прошептала тихонько и положив трубку, разрыдалась. Я никогда не могла рассчитывать на этого человека, но именно сейчас мне была так необходима её поддержка. Неужели так сложно, просто любить своего ребенка? Неужели я никогда не дождусь от неё этого чувства?!

В дверь позвонили и я, глянув в глазок, быстро отворила замок. На пороге стоял Ярик и хмуро смотрел на меня. Ему вот вообще Королёв мой не нравится. Разревелась еще больше.

— Камил? Ты чего? — спросил взволнованно, проходя в квартиру и усаживая меня на диван, — Что случилось то?

А я ответить ничего не могу, реву, утыкаясь брату в грудь. Он что-то шепчет, поглаживает меня по спине. Только спустя пару минут я немного успокоилась, но еще продолжала всхлипывать.

— Мама звонила. Мне так больно, Ярик. Больно от того, что мама сделала вам всем, но самое страшное то, что она даже не понимает этого. Она не понимает, что делает больно родным людям. У неё же нет никого, кроме меня и Била. Разве так сложно меня любить, брат? Разве я не заслуживаю хоть маленькой частички её любви? — шептала и всхлипывала, потому что грудь сдавливало болью, непониманием.

— Боже, родная. Я… я даже не знаю, что сказать. Я тебя люблю. Мы все тебя любим, Камил, а на её счет вообще нету слов. — произнес брат, успокаивая меня.

— Я не смогла ей рассказать про Кира. Она бы даже слушать не стала. Ругает меня, что я отвергла мужчину, с которым познакомила меня зимой. Он богатый и значит достойный, но это ведь не так! Королёв самый достойный из всех мужчин, что я встречала. Он… меня замуж позвааааал, — проревела я, громко всхлипывая и утыкаясь носом в уже промокшую рубашку брата.

— И чего Камил? Тут же итак понятно было всё.

— Непоняяяятно, — продолжала плакать я.

— Ага, отец вон уже догадываться начал. Погоди, или ты замуж не хочешь? — спросил серьезно Ярик.

— Хочуууу, но боюсь.

— Господи, Камил, пожалуйста не плачь. Я же не знаю, чего делать то с тобой. Ну, хочешь, я Королёву морду набью, за то, что тебя замуж позвал?

— Нет, — резко отстранилась, утирая слезы рукавом, — Ты моего Королёва не обижай.

— Вот так значит, да? Не обижай. Я тут за неё заступиться пытаюсь, так еще и обидчиком остался?! — возмущается брат, но это помогло, потому что слезы прекратились.

— Ну а если серьезно, в чём дело Камил? — спросил, дождавшись пока я умоюсь.

— Мне страшно, Ярик, что больно сделаю ему.

— Вот тут ты точно ерунду говоришь, Камил.

— Яблоня от яблони, не зря же придумали это выражение. — возмущенно произнесла.

— Это не про тебя совсем. Мы с тобой яблоки от папиной яблони, и ты прекрасно это знаешь. Ты никогда не сможешь так предать, — брат даже повысил голос, пытаясь меня убедить.

— Знаешь, что я тебе скажу? Ты очень счастливая, потому что встретила такого человека, как майор. И не смотри на меня так удивленно, я знаю, о чём говорю. Да, я не был в большом восторге, когда узнал о вас, но он честно мне обо всем рассказал. Он хороший человек и я вижу, как он относится к тебе Камил. Я буду спокоен, зная, что рядом с моей любимой сестренкой будет такой надежный мужчина. Но если ты его не любишь, то… — закончить я ему не дала, резко перебив.

— Люблю. Безмерно.

— Тогда выше нос, принцесса. И никаких боюсь, страшно. Я рядом буду всегда, сама же знаешь.

Глава 45. Камила

Камила.

Когда мы с братом приезжаем домой, то обнаруживаем, что отец с Любой уже там. Она возится на кухне и мне жутко стыдно, что за время их отсутствия я даже не прибралась в доме. Конечно, я бы физически не смогла сделать это, но всё равно неудобно.

— Дочка ты в порядке? Выглядишь немного бледной, — интересуется отец, строго глядя на меня.

— Конечно, всё хорошо, пап. Как отдохнули? — льну к нему в объятия и получаю краткий поцелуй в лоб.

— Разве с этими женщинами отдохнешь? — ворчит отец, но на Любу глядит так нежно, что глаз оторвать невозможно.

— Чтобы вы понимали, отдых для него — это пахать в огороде с утра до ночи. Конечно, мы не давали ему так «отдыхать», иначе потом не разогнулся бы совсем, — отвечает женщина задорно.

Отец смеется, а я радуюсь, что у них всё так хорошо. Наверное, они бы помирились и без моего участия. Любят ведь друг друга, хоть и упертые донельзя.

— Бать, вот если бы я поехал, то меня бы эксплуатировали по полной. Мне после вашей прошлогодней картошки еще долго спину клиняло. Вот бы меня так пожалели, — ворчит брат, и Люба тут же подходит, чтобы обнять его.

— Наш ворчун здоровенный. Ну же зря же в тебе силушки то столько богатырской, — говорит Люба ласково.

— Лучше бы спасибо сказал, что в нужное русло пустили. Это тебе не гантельки поднимать, — добавляет отец, явно подшучивая над братом.

— Ну вот какие гантельки-то, пап? Я штанги тягаю. Жму сотку от груди, но это еще не предел, — отвечает брат горделиво.

— Лучше бы ты мне так внуков делать старался.

— С внуками это не ко мне, бать. По крайней мере, не в ближайшие лет 5.

— Это что же мне ждать, пока тебе 40 не стукнет? — удивляется Люба, и грозит брату кулаком.

— Хохмач, — снова бормочет отец, а потом произносит немного грустно, — Может там Владька уже папой скоро станет, а мы и не знаем ничего.

— Такое он не стал бы скрывать отец, — отвечает брат и хлопает отца по плечу.

Я ужасно расстроилась, когда Влад сказал, что мы не сможем встретиться. У него дела в Питере и он безумно занятой, что даже не сможет приехать к нам на денек. Ярик после этой новости знатно поругался с братом, и от этого мне стало только хуже.

— Он обязательно расскажет, пап, ты же знаешь. Как только будет готов, — последнее я сказала так тихо, что не была уверенна, услышал ли отец.

— Так дети, мы рыбу привезли, так что дел невпроворот. Ярик бегом чистить её, а ты Камил пока с пирогом мне помоги. Потом жарить будем, — Люба быстренько построила нас по стойке смирно. Отец хотел было утащить меня, но я настояла, что сама хочу помочь.

Вот так незаметно для меня пролетел целый вечер. В кругу родных мне людей, в доме, наполненном теплом и уютом. Только Королёва не хватало рядом.

Он позвонил мне, как только приехал домой. Поинтересовался о моем самочувствии и пожелал спокойной ночи. Наш разговор показался мне каким-то сухим и скудным. Быть может дело в том, что мы привыкли показывать свои чувства тактильно, а словами выражать попросту не умели.

* * * * *

Утро встретило меня легкой головной болью и помятым лицом. Наверное потому, что я ворочалась пол ночи и смогла уснуть, как только начало светать. Все мои мысли занимал наш ночной разговор с Королёвым. Я пыталась анализировать его интонации, слова, но даже диплом психолога мне никак не помогал в этом деле.

Я чувствовала Кира, когда была рядом. Могла определить его эмоции, прочитать всё, что он хочет мне сказать в его глазах. А сейчас, находясь от него далеко, я ощущала себя такой опустошенной.

Быстро умылась и как была в пижаме, так и спустилась вниз. Ярик обычно спал до последнего, и вставал минут за 15 до выезда на работу. Мы оба не завтракали дома, но брат непременно брал с собой порцию омлета, или бутерброды, которые ему заботливо готовила Люба. Я тоже брала, чтобы её не обидеть, но мой завтрак обычно доставался ребятам из отдела, так как я предпочитала обходиться только кофе.

— Доброе утро. Сварить кофе? — любезно предложила Люба, увидев меня. Сегодня она жарила блинчики и у меня аж слюнки потекли, так сильно я захотела их попробовать. Пока я жила с Киром, он постоянно готовил мне полезные завтраки. Овсянка с фруктами или легкий омлет с овощами. Первые дни меня тошнило, и я почти не вставала, но потом начала помогать ему готовить. Сначала завтраки, а потом уже обед и ужин. До того момента я никогда так не любила возиться на кухне, но в его компании любое дело казалось мне таким особенным и интересным.

— Доброе утро, — поцеловала женщину в щеку, — Сегодня заварю себе чай. Будете?

— Если только тот, что с яблоком. Вкусный, — смутилась Люба, будто просила у меня не чашку чая, а как минимум новый автомобиль.

— Конечно. С шиповником и яблоком. Я очень люблю этот чай, — улыбнулась ей и чуть не выронила пачку с заваркой, потому что в столовую вошел Королёв вместе с моим отцом.

Я моргнула несколько раз, чтобы убедиться, что мне не показалось. Кир выглядел просто потрясающе в светло-голубой рубашке и черных джинсах. Он улыбнулся и тут же направился в сторону выхода.

Я зависла, потому что не понимала, куда он пошёл и почему даже не поздоровался со мной. Взглянула на отца, но тот лишь загадочно улыбался. Поцеловал меня в лоб и на миг крепко прижал к себе. Я только открыла рот, чтобы спросить, куда умчался майор, как услышала крик брата, быстро сбегающего по ступенькам.

— Подождите, — кричал Ярик, натягивая спортивные штаны на ходу и держа перед собой телефон.

— Эм, ты в порядке? — спросила у него, словно у умалишенного. Не знаю в чем дело, но вид у него был именно такой.

— Ага, — лишь отшутился он.

Я всё поняла, как только скрипнула дверь, впуская Королёва с огромным букетом алых роз. Его глаза улыбались, а руки немного подрагивали, когда он вручал мне цветы.

Но чего я не ожидала, так это того, что он опустится передо мной на одно колено. Первым же моим порывом было взять его за руку и попросить встать, но я замерла, так ничего и не сделав, потому что он заговорил.

— Камила, я знаю, что обещал не давить и дать тебе время подумать над моим предложением, но… Я люблю тебя. И… хочу каждую минуту своей жизни быть рядом с тобой, — улыбается, смотря на меня снизу вверх, а я не могу остановить слезы, что льются из моих глаз.

— Чудо, — открыл коробочку, и тяжело сглотнул, — Ты выйдешь за меня?

Я кивнула, понимая, что не смогу произнести и слово, и тут же почувствовала его теплые ладони, надевающие на мой безымянный палец самое красивое кольцо, которое я когда-либо видела в жизни.

— Я так и не услышал ответа, — прошептал, поднимая взгляд на моё лицо и заглядывая в глаза.

— Дааааааа, — кинулась к нему в объятия уже рыдая в голос, а он закружил меня, едва не выронив из моих рук букет.

Эпилог.

Полгода спустя.

Кирилл.

Никогда не думал, что в свои 36 начну кататься на доске. Сёрфинг — это как отдельный вид субкультуры, который безумно затягивает. На дворе ноябрь, но в Австралии самая настоящая весна.

Океанская волна догоняет меня и мне приходится уйти под воду. Наверное, со стороны я выгляжу, как дикарь, потому что не перестаю улыбаться.

Хватаю доску и гребу к берегу, где меня дожидается моё чудо. Её глаза прикрыты очками, но я вижу, как она улыбается мне даже издалека. Подхожу ближе и тут же ловлю свою девочку, которая запрыгнула на меня словно обезьянка. Целую сразу глубоко и Камила охает, явно не ожидая такого напора.

— Королёв, пошли домой, иначе девушки скоро головы свернут, глядя на тебя, — Камила ворчит и явно ревнует меня, но я то понимаю в чём дело.

— Королёва, я приметил только одну и она сейчас в моих объятиях, — отвечаю, но чудо лишь хмыкает.

Опускаю свою ревнивицу на ноги и тут же опускаюсь перед ней на колени. Целую пока еще плоский животик, прикрытый белым купальником. Там внутри растет маленькая частичка нашей большой любви. Я уверен, что это девочка, а Камила говорит, что я не могу знать наверняка, но в глубине души она тоже знает, что у нас будет дочь.

— Как мои девочки? — шепчу, еще раз целую животик, а потом поднимаюсь и целую её губы. Она даже не понимает, насколько прекрасна сейчас и я приметил, как минимум дюжину парней, которые пялятся на неё.

— Хорошо, но тоже хотят сёрфить, — она дуется, но прекрасно знает, что это может быть опасно.

— Посёрфите тут у меня, — грожусь я и тут же получаю заветный и самый сладкий поцелуй.

Я не могу описать словами, насколько счастливым я ощущаю себя. Мы поженились несколько месяцев назад, но мне кажется, что мы вместе уже целую вечность.

— Мама звонила. До сих пор обижается из-за того, что мы поженились в России. А если мы уедем, она, наверное, с ума сойдет, — говорит чудо, а сама улыбается.

К слову на нашу свадьбу её мама так и не приехала, чем, конечно же, расстроила мою девочку. Но зато она так обрадовалась, когда узнала, что Камила в положении. Теперь звонит несколько раз в день, и хоть и ворчит, но всё же проявляет свою материнскую любовь и заботу.

— Я очень люблю тебя, — шепчу ей в макушку, крепко обнимая и она тут же прижимается в ответ. Я ждал бы и больше, чем 36 лет, если бы знал, что встречу её. Мою чудную и одновременно чудесную девочку.