И повсюду космос. Избранные стихотворения и поэмы

Буран терзал обочины,

ласкал бурьян обманчиво.

Шли по полю оброчные

и увидали мальчика.

И увидали мальчика

по росту – меньше валенка.

Ни матушки, ни мачехи

не помнил мальчик маленький.

Не помнил мальчик маленький

ни батюшки, ни отчима.

На нем – доха в подпалинах

овчиной оторочена,

шапчонка одноухая,

вихры клочками мерзлыми.

Крестьяне убаюкали

мальчишку низкорослого.

В печи до самой полночи

рычало пламя пылкое.

Мальчишка встал тихонечко

и сел в куток с сопилкою.

И заиграл о Загорье,

о загорелых ратниках,

о тропах, что зигзагами

уводят в горы раненых.

Сны у оброчных прочные, —

сопят во все подусники…

Проспали ночь оброчные

и не слыхали музыки.

Стихи да кулак булатный —

все достоянье Бояна.

Есть латы. Но эти латы

отнюдь не достоянье.

Под латами-то рубаха

в прорехах, в зубцах-заплатах.

Всучил Ярослав-рубака

за песни Бояну латы.

Не князь – перекатной голью

слоняться бы вечно певчему.

А нынче идет что гоголь,

посвечивая наплечниками.

Увидит кабак нараспашку,

клокочущий ковш осушит,

такое понарасскажет —

от хохота пухнут уши!

И выпьет на полполушки,

а набузит на тыщу.

Отыщет боярина-клушу

и под бока натычет.

Кулак у Бояна отборный.

Под забором, на бревнах тухлых

боярина долго и больно

колотит Боян по уху.