И снова эти кланы 2

Глава 35

Утро.

Таверна «Три дороги».

Кюнн завершил разговор и отключил артефакт. После чего горестно выдохнул.

«Вот у всех подчиненные, как подчиненные: в меру инициативные, послушные, стабильные. Мои же… (Кюнн задумался, вспоминая эпизоды из своей жизни), ну ладно, подчиняются они в должной степени, но вот инициативность и стабильность? Где найдется еще один руководитель, который, оставив подчиненных всего на неделю, чуть не получил войну сразу с тремя союзными кланами? Хочешь сделать хорошо — сделай это сам! А главное, кто во всем этом виноват?». — анализировал прошедший разговор Кюнн.

— Да успокойтесь Вы. Все хорошо! Сами же все слышали. — успокаивал патриархов Рюй.

«А дракона то я и не заметил! Вот же виновник!» — Кюнн вперил взгляд четко между лопаток Рюя, вспоминая, что ему говорил тестюшка: — « Было много примеров, иногда браки расторгались, иногда нет. Одно точно! Стороны начинали активно культивировать, чтобы доказать свою правоту!».

«Иногда? Два из трех! И третий не был расторгнут просто потому, что попался грамотный исполнитель!» — продолжал раздумывать Кюнн, подспудно вслушиваясь в разговор Рюя с патриархами.

— Мою дочь продержали в заточении! Никаких оговоренных результатов достигнуто не было! Требую возврата предоплаты! — заявил патриарх семьи Хуанг.

— Поддерживаю! — заявил патриарх семьи Ши.

— … — промолчал патриарх семьи Шень.

— Друзья! Какая-такая компенсация⁈ Да и какое заточение? Они сами решили погостить! Я то тут причем? Это Вы должны за постой. Я же, как истинный друг, за символическое вознаграждение предоставил уникальную возможность — породнится с Самим! Вы же должны знать, что возможность — это всего лишь шанс, который не гарантирует положительный результат. — заливался соловьем Рюй.

— … — два патриарха молча и возмущенно посмотрели на Рюя.

— Более того. Я бы с Вами согласился, если предоставленная возможность изначально была бы провальной… — Рюй сделал драматическую паузу.

— НО! Представительница семьи Шень добилась результата! — сказал вслух Рюй, а про себя подумал «Хотя и не того, который подразумевался.» — Патриарх Фань подтвердит!

— Да! Согласен! Ведь не у всех есть такая умная дочь, как у меня… — с явно издевательским сочувствием и гаденькой улыбкой высказался патриарх семьи Шень.

За что получил сразу два злобных взгляда.

— Что? Да я тебе сейчас бороду вырву! — окрысился патриарх семьи Ши.

— Это ты кого тупыми назвал? — набычился патриарх семьи Хуанг.

— Я⁈ Никого… И вообще, теперь я будущий тесть молодого главы клана Бьяо, фактически, как Рюй. И что вы теперь мне сделаете⁈ Муа-ха-ха! — глава клана Шень пребывал в экстазе от услышанного, только один вопрос омрачал его настроение.

— А с дочкой точно все будет в порядке?

— Не надо ставить под сомнение навыки старейшины Яна! — припечатал Кюнн.

— Это рабочая тренировка, эксклюзивно для членов клана Бьяо! Вашей дочери уже несказанно повезло, что Гин попросил за нее!

От услышанного, Фань Шень просиял.

— Если не секрет, можно понять, в чем она заключается? — спросил патриарх семьи Ши.

Рюй вопросительно посмотрел на Кюнна, тот кивнул, ничего сверхсекретного в этой тренировке не было. Секретом были подводящие к этой тренировке упражнения, на совершенствование которых, методом проб и ошибок были потрачены многие годы, и секретные артефакты «зонтики» нивелирующие большую часть разрушительного воздействия.

— Всем известно, что культиваторы достигнув определенного уровня силы, проходят испытание небесной молнией, известное в народе как «Трибуляция». Бывают разные уровни этого испытания, но одно остается неизменным — чем сильней культиватор, тем выше уровень. Даже животные и демоны не освобождены от этого. — начал рассказ Рюй.

— У нас в клане его называют «Зависть небес!». Мол даже небо завидует таланту культиватора, поэтому обрушивает свой гнев и ярость. — добавил патриарх семьи Хуанг.

Объяснения Рюя, Кюнну были неинтересны, поэтому он вышел из ВИП-комнаты, чтобы заказать чаю и еды.

— Так об этом все знают! Ты же хотел про тренировку рассказать? — не выдержал Фань Шень.

— Так не торопи! — упрекнул его Рюй, — Так вот! У северных Асур был один культиватор, который подумал, а что, если заранее закалить тело небесной молнией, чтобы, когда придет «Трибуляция», быть готовым?

— Асуры все на голову больные! Особенно северные! — решительно заявил патриарх семьи Ши.

— Тсс! Тихо ты. У Кюнна одна из жен оттуда!

Патриарх семьи Ши затравленно обернулся, но, увидев, что Кюнн вышел облегченно выдохнул. — Да что-то я заговорился! Асуры лучшие! Особенно северные!!!

После чего возникло неловкое молчание.

— У него получилось? — заполнил паузу патриарх семьи Хуанг.

— Не! Получил молнией и осталась только обувь! Вот только смерть одного, не означает, что работа в этом направлении не продолжилась. Асуры кидали копья с цепями в грозовую тучу! Кто-то после этого даже выживал. Ведь желающих было много! Особенно среди тех, кто использовал молнию в качестве основы для культивации.

— Природная молния не только помогает подготовится к «Трибуляции», но и должна серьезно укрепить систему меридианов! — озвучил эффект тренировки Фань Шень. — Тогда почему не все кланы этим занимаются?

— Во-первых: риск. Если в клане Бьяо добились приемлемого результата при умеренном риске, то в других кланах все тот же приемлемый результат, но уже при серьёзном риске. Во-вторых: должны быть яйца…

— В каком это смысле? — спросили все присутствующие.

— В смысле решительность поставить свою жизнь под угрозу! В-третьих: нужна молния, значит нужен регион, где они часто бывают. И в-четвертых: нужен возраст и уровень. Закалка молнией для разных уровней действует с убывающей эффективностью.

— Это все понятно. Ты главное объясни, почему дочь в коме — это хорошо? — не выдержал долгих объяснений и перебил Рюя, Фань Шень.

— Хорошо это потому, что есть только два результата этой тренировки в первый раз! — Рюй начал загибать пальцы, — Первый — переход в состояние праха, второй — кома, ну или потеря сознания, как минимум…

— И моя дочь прошла эту тренировку? — воскликнул Фань Шень. — Она же могла умереть!

Вернулся Кюнн и из пространственного кольца распечатал чайник со стаканами и еды на всех.

— Культивация — это путь против неба! Если боишься умереть, лучше вообще на него не вступать! — провозгласил Кюнн, — Каждый культиватор должен готов умереть! Либо на тренировке, либо в попытке поймать шанс. Это достойная смерть!

— Разумом я это понимаю, но вот сердцем принять не могу… — горестно вздохнул Фань Шень.

— Я понимаю твои чувства! — потрепал его по плечу патриарх семьи Хуанг.

— Я тоже! — патриарх семьи Ши налил ему чаю.

— Риск был минимальный! Это же старейшина Ян! — утешил его Рюй.

Некоторое время в ложе было тихо. Присутствующие молча пили чай и размышляли, каждый о своем.

Кюнн допил чай в своей кружке.

— Объясни-ка мне, почему план «великого стратега», — скепсис в голосе Кюнна просто зашкаливал, — Полностью провалился и чуть не стал бедствием?

— Для начала я и сам хотел бы задать несколько вопросов. — Рюй задумчиво держал полную кружку в руке болтая чаем в ней,

— Конечно, клан Бьяо те еще отморо… (под внимательным взглядом Кюнна Рюй изменил формулировку), беспреде… задиры! Вот только брать в заложники и устраивать поход по причине отмены помолвки это даже для твоих… подчиненных перебор! — обличительно выдал Рюй, под синхронные кивки патриархов.

— Честно говоря, я тоже… несколько опешил. — шокировал всех присутствующих Кюнн. — Не думал, что у Гина настолько хорошие отношения в клане. Ладно с Мо… С ним он провел полгода. С Ксианом он мог сойтись. Допускаю, что у библиотекнутых на всю голову из-за общности интересов может быть взаимоподдержка. Но он ведь даже Лао из культивации вытянул раньше срока, а это даже мне не удавалось. Хоть прямо сейчас его главой клана делай! Как он сошелся с остальными — вообще не понятно?

— Среди хора голосов призывающих «мочить и убивать» я точно слышал голос Юкси? — сразу решил уточнить Рюй.

— Этого я даже не учитываю! Опять «злые» кубики походу выкинул! — сразу открестился Кюнн.

— Так ты САМ такого человека сделал ответственным за внешнюю политику! — обличительно выдал Рюй.

— Кризис кадров! Не моя вина! — открестился Кюнн.

— Ладно-ладно… То есть ты не знаешь? — примирительно поднял руки Рюй.

— Так это мой сын! Природную харизму от отца никуда не денешь! У дракона и сын дракон! — не дрогнув ни одним мускулом на лице заявил Кюнн.

— Стоп! — словно в прозрении воскликнул Рюй. — Ты до этого сказал, что он с Ксианом сошелся на почве того, что ходит в библиотеку⁈

— Да! — подтвердил Кюнн, — А что, это важно?

— Это в корне меняет абсолютно всё! — заявил Рюй, хлопнул чашку об стол и замер, серьёзно задумавшись.

— Да объясни, что не так-то по-людски, чтобы даже я понял! — не выдержал Кюнн.

Патриархам тоже было интересно, почему план не пошел по задуманному.

— Какова вероятность, что он изучал работы Тзы Суня? — словно в трансе сам себе задавал вопросы Рюй.

— Какого такого Тзы Суня? Ты давай объясняй, чтобы понятно было. — не выдержал Фань Шень.

— В глубокой древности был великий генерал — Тзы Сунь. Он участвовал во многих воинах и выигрывал любые, даже казалось бы, проигрышные сражения. В одном из своих трактатов «Война — это искусство!», он разработал концепцию «Абсолютная безжалостность… к себе». — словно в трансе начал свой рассказ Рюй. — Так вот, согласно этой концепции, чтобы победить врага допускалось наносить вред самому себе. «Пожертвую пальцем, чтобы оторвать врагу руку! Потеряй глаз, но выколи врагу два!». Ведь то, что враг получит — явно не будет стоить затраченных усилий.

— Когда противник САМ готов уничтожить у себя что угодно, лишь бы это не доставалось врагу… начиная от ресурсов и заканчивая разменом жизнь за жизнь…

— При жизни он создал такую репутацию, что даже после трехсот лет с момента его смерти, никто не рисковал нападать на страну, в которой он проживал!

— Да нет, не может же быть такого⁉ — воскликнул патриарх семьи Хуанг.

— Именно! — резюмировал Рюй.

— Можно, я попробую! — спросил патриарх семьи Хуанг. — Поправь, если где ошибся. Обычно разрыв помолвки — это потеря лица. Это общеизвестный факт. И именно из этой концепции исходил многоуважаемый Рюй, когда предложил свой план. Но, если мы вводим в уравнение, что молодой господин Гин изучал работы великого генерала, то он решил изначально строить репутацию человека, который готов нанести вред себе, если это нанесет еще больший вред его врагам! Он решительно разорвал помолвки зная, что понесет репутационный урон! Вот только его это не остановило! Наоборот, он специально пошел на это, рассчитывая, что разрыв приведет к тотальному уничтожению кланов обидчиков! Он просчитал всё! И отношение к себе внутри клана Бьяо, и их реакцию на обиду!

— Возможно, он даже вычислил, что все три помолвки — это звенья одной цепи и догадался, что это план господина Рюя! Он прямым текстом задекларировал: «Попытаешься использовать меня — подавишься!»

— Господа! Мы же говорим о шестилетнем ребенке? Вы слегонца того, не перегибайте палку! — вклинился патриарх семьи Ши.

— Мы говорим о моем сыне! — Кюнн моментально вызверился.

— Мой внук! — начал вторить ему Рюй.

— Ладно! Допустим! Но тогда из этой схемы выпадает семья Шень. — продолжил спорить патриарх семьи Ши.

— Не выпадает! — хором ответили Рюй с Кюнном.

— Поясните!

Хотя Кюнн не особо запаривался над всеми объяснениями, зачем ему думать над сложными вещами, когда этим могут заниматься другие, а он в это время продолжит культивировать. Но здесь, в данном конкретном случае, всё стало понятно даже ему.

— Обратное следствие! — воскликнул Рюй.

— Что еще за «обратное следствие»! Из тебя слова щипцами тянуть надо? — зарычал Фань Шень.

— Принцип: «я порву себя, но уничтожу врага», имеет обратный вывод. Для друзей сделаю всё, так же не щадя себя. Образно говоря, это репутационный кнут и пряник. Придешь с мечом — умрешь, придешь с миром — я ни в чем не откажу. — воскликнул Рюй. — Он строит отношения с нуля и сразу задает стандарт. Ему точно шесть лет?

— Ты бы радовался, что изначально план был согласован с господином Кюнном. Будь вместо нас какие-то случайные кланы, их бы уже не было. — сказал патриарх клана Ши.

— Мой внук дошел до таких сложных концепций. И в таком малом возрасте. Рад, что моя кровь оказалась доминирующей! — радостно заявил Рюй.

— Поговори мне еще! — для проформы рыкнул Кюнн, а про себя подумал: «Я с детства знал, что частые походы в библиотеку ничем хорошим не закончатся! Оставил ребенка с этими… старейшинами и вот, на тебе… Началось все с иероглифов, а потом пошли какие-то мутные концепции! Это не нормально! Я в его годы морды бил и за ресурсы боролся, а не каких-то „Тзы Сюней“ изучал! Но ничего, ничего. Ты у меня вернёшься на истинный путь!»

— Вот! Видите! Мой план был верен! Ни в одном из изученных мной исторических прецедентов по помолвкам, ни один брошенный жених не применял принципы Тзы Суня. Ведь его труды настолько редки, что ни один из тех документов по помолвкам, которые я изучал не мог содержать такого случая. Откуда мне знать, что внук будет строить репутацию по работам умершего за тысячи лет до его рождения генерала? — оправдывался Рюй.

… — молча и скептически смотрел на него Кюнн с выражением лица «ты говори-говори! Я все равно тебе не поверю».