Играй и умри

Глава 27

Почва вдоль рельса для роллера была хорошо утрамбованной, ровной; идти – одно удовольствие. Погода также выдалась способствующей длительной прогулке под открытым небом – пасмурно, но без дождя – ни жарко, ни холодно. Путь до гор с местами открытия порталов, несмотря на приличное расстояние, не казался особенно трудным. Четверка решивших покинуть Эдилу друзей преодолела уже бо́льшую его половину, сделав всего одну остановку на легкий перекус. Дальше тоже шагалось легко и однообразно, поэтому Фир, идущий рядом с Айной, которая держала его за руку, словно ребенка – как бы не потерялся, – за неимением другого занятия предался размышлениям.

Нюд спросил его, куда он намылился. И в голосе начальника, пусть теперь уже и бывшего, слышалось не только удивление, но и откровенное неодобрение. Что ж, его можно понять. Сейчас наступают, а точнее, уже наступили такие времена, когда на счету каждый человек, особенно тот, кто в курсе всего происходящего и кто имеет какой-никакой боевой опыт. И тут уж не стоит лукавить и принижать собственную значимость – и то, и другое как раз про него. Конечно, опыт – так себе, но тем не менее. А теперь получается, что он просто сбегает. Но ведь это не так! Он просто спасает любимую. Да, можно остаться и сражаться вместе. Но… Как ни страшно и ни стыдно в этом признаться, сам он в полную победу над киберами не верит. Во всяком случае, в скорую победу. А его любимой достаточно и того, чтобы механические хозяева вернулись хотя бы на день. Она приговорена – и ее уничтожат. Его – за убийство исполнителей – тоже, но это уже не так важно, без Айны ему жить все равно не захочется. Хотя… что он тут вспомнил?.. Какие исполнители? Какой приговор?.. Они все приговорены. За участие в попытке свержения киберов. Именно в попытке, ведь до полного свержения их на всей Эдиле еще очень далеко. А он… Он все-таки сбегает. И дело тут не в недовольстве Нюда, даже не в его возможном презрении. Дело в том, что начинаешь презирать себя сам. Понимаешь, что любимая дороже, чем все остальные вместе взятые, – и все равно презираешь. Можно понять Сома с Теонгом – Эдила не их родина, у них и дома проблем хватает. У Айны тоже родной дом на Земле. А вот он из своего сбегает, да еще в тот момент, когда больше всего нужен… Просто выть хочется!..

Но, с другой стороны, что мешает ему вернуться? Ведь главное, почему он собрался на Землю? Не из-за страха ведь за собственную жизнь, в конце-то концов! Из-за страха за жизнь любимой! Ну и обеспечь ей безопасность, доставь ее на Землю, убедись, что ей ничего не угрожает – и возвращайся! А уж когда здесь все дела закончишь, тогда и… Если, конечно, тогда будет открыт портал. А сейчас он открыт?.. Кто его знает. Вот то-то, сначала убедись, а потом уже и планы строй. Возможно, все это глупое самобичевание вообще напрасно и им всем придется вернуться.

Приняв наконец однозначное решение, Фир немного успокоился и осмотрелся. Рельс тянулся к горам почти по идеальной прямой. Слева и справа возвышались корпуса павильонов. Порою настолько гигантских, что с такого близкого к ним расстояния казались бесконечной высокой стеной. Таким был, к примеру, павильон «Долина», вдоль которого, скорее всего, они сейчас и шли. Отсюда трудно было даже представить, насколько быстро можно трансформировать любой павильон во что-то другое, а зачастую и перенести на другое место. Для любимых игр киберы не жалели ничего – все достижения эдилянской науки были направлены в эту сферу. А сколько тратилось материальных ресурсов, энергии? Если бы не игры, как сильно можно было бы изменить жизнь людей к лучшему! Но игры необходимы киберам. А потому, покуда на Эдиле есть киберы, пока они всем заправляют, будут и игры. Не станет проклятых киберов, тогда люди откажутся от игр и наступит эра благоденствия!

И вдруг выскользнула откуда-то новая мысль: а откажутся ли?.. Что, если людям самим будет недоставать кровавого, щекочущего нервы азарта?.. И они будут продолжать во имя этого убивать друг друга? Повторяя вновь и вновь лозунг: «Играй и умри!»

Пришедшая на смену этой, весьма удручающей, новая мысль и вовсе окатила Фира волной жутковатого холода. Он уже слышал от новых друзей гипотезу о существовании так называемой Розы Миров и не нашел в ней каких-то существенных противоречий. Напротив, в эту теорию весьма логично укладывалось то положение вещей, которое было на данный момент известно людям. И страшная мысль, пришедшая в голову Фира, заключалась в том, что, возможно, все они до сих пор участвуют в игре. Только в очень большой игре, Игре – с прописной буквы. И все известные планеты – Эдила, Земля, Тохас – это не что иное, как те же павильоны, только во много раз крупнее размерами. И тогда киберы – никакие не зрители, а те же игроки, что и он, Фир, что его друзья и любимая. Просто киберы исполняют роль зрителей, являясь по сути обычными игроками. А настоящие зрители, хозяева всего этого многообразия игр, смотрят сейчас увлекательное шоу, поставленное для них в павильоне «Эдила». Кем поставленное? Неизвестно. Кто сценаристы этого шоу? Неясно. Где находятся зрители? Непонятно. Возможно, в том самом Центральном мире, о котором говорил Теонг? Кто знает…

Развить дальше эту шокирующую идею бывший сценарист не успел.

– Летят! – выкрикнул идущий впереди всех Сом.

– Что летит? – завертела головой Айна, сильнее сжав ладонь Фира.

– Скорее, кто, – сказал Теонг, зрение которого, видимо, обладало бо́льшей остротой, нежели у людей. – Наши старые знакомые…

– Я думаю, что новые, – увидел и Фир перемещающуюся по небу точку, которая, судя по увеличению в размерах, двигалась в их сторону.

– О ком вы? – Айна переводила взгляд с Теонга на Фира и обратно. Конечно, она и сама уже все понимала, просто боялась в это поверить.

Ответил ей Сом:

– Ясен пень, о ком. О механических ублюдках, чтоб им с неба рухнуть…

– Но откуда они тут? – едва не плача, спросила Айна и умоляюще посмотрела на него: – Ведь они же все выключились, разве нет, Чертенок?..

– Выключились наши, – ответил тот, – из нашего центра. Эти летят из соседнего. Обеспокоились, видимо, что с нашими киберами прервалась связь.

– Значит, так, – скомандовал Теонг. – Всем лечь на землю! Вон туда, за рельс.

Сталкер, почувствовав, видимо, что-то вроде обиды или даже ревности, что командует не он, быстро перехватил инициативу.

– Эпический опус! – рявкнул он Фиру с подругой. – Вы глухие, что ли?! Быстро за рельс!

Сам же он достал лучемет и, встав на одно колено, изготовился к стрельбе. Однако Теонг этого не одобрил.

– Ты тоже – за рельс, – жестко сказал он Сому. – Я лягу рядом, а ты поможешь расправить мне крылья и укроешь ими вас троих.

Сталкер крякнул, но, вспомнив об экранирующих свойствах тела тохасианина, спорить не стал и поднялся на ноги. Буркнул только:

– И что, вот так дадим им уйти?

– А ты знаешь, сколько их там? Чем вооружены? – посмотрел на него тохасианин. – Или ты так сильно мечтаешь геройски погибнуть? А как же твои друзья на Земле?

– Да знаю я, знаю, – раздраженно отмахнулся Сом. – Не тарахти, солить твою плешь… – И перевел взгляд на Фира с Айной: – Я не понял!.. А вы чего ждете? Особого приглашения, тук тебя в так? Так считайте, что получили. А ну марш за рельс и вжались в землю!

Сам он первым перепрыгнул через высокий, около полуметра, рельс и дождался, когда это сделают остальные. Затем помог Теонгу снять плащ, а когда тохасианин улегся, накрыл одним крылом влюбленных, а сам залез под другое.

– Я не очень понимаю, зачем мы… – начала Айна, но Фир приложил к ее губам палец и прошептал: – Тихо! Не надо шуметь. Ты же помнишь, как нас спас Макур, накрыв своим телом? Из-за этого киберы не уловили наших ментальных волн. Так же мы страхуемся сейчас и от этих киберов. Если они учуют нас, нам несдобровать, разве что их совсем мало и ничего мощнее обычного лучемета на борту не имеется.

– А разве белую птицу с распахнутыми двухметровыми крыльями они не заметят? – также перешла на шепот Айна.

– Может, заметят, а может, и нет. Это ведь еще надо знать, куда смотреть. А их цель – наш центр, так что туда они и смотрят. Думаю, даже если киберы увидят кусок какого-то белого полотнища, то ничего не поймут. А поскольку никакого ментального излучения от этой «тряпки» не идет, то зачем им тратить время на раздумья, откуда она оторвалась.

– Сам ты тряпка! – обиженно фыркнул Теонг. – Я ему жизнь спасаю, а он…

– Ладно тебе, – примирительно произнес Фир. – Я и мусорным ведром готов назваться, если это поможет делу.

– То есть, обозвав меня тряпкой, ты помог делу?

– Хватит вам! – зашипел из-под второго крыла Сом. – Ведра, тряпки… Вы бы еще швабру вспомнили, ковать твою медь!

– Это что, намек? – тут же отозвалась Айна.

– Тьфу на вас! – разозлился сталкер. – Уборная команда… Их, может, убьют через минуту, а они тут дурью маются.

– Так ведь если убьют, уже не помаяться будет, – улыбнулся Фир. – А перед смертью отчего бы и не подурачиться?

– Смерть отменяется, – весело сказал тохасианин. – Улетели сволочи.

– Быстро они, – Сом, выбравшись из-под крыла, приставил ладонь козырьком ко лбу. – И тарантайка у них какая-то… Словно утюг без ручки. Как такая и летает-то? И с такой нехилой скоростью, валять твою кладь!

– Так ведь хоть что полетит, если силу тяготения нейтрализовать, – Фир тоже выбрался из-под крыла и помог встать Айне.

– Это как? – удивленно заморгал Сом. – Вы что, антигравитацию изобрели?

– Давно уже… А вы разве нет?..

– Йодистый калий! Может, вернемся, а, ребята? – непонятно, в шутку или серьезно попросил сталкер. – Валять твою кладь, да за это на Земле мы сразу нобелевку получим!

– Не понимаю, почему ты так возбудился, – Теонг поднялся на ноги и с трудом пристроил на место правое крыло. – Я же тебе рассказывал про наши воздушные корабли, они по тому же принципу работают. Помоги мне лучше крылья закрепить.

– Не, ну вы даете! – хлопнул себя по бедрам сталкер. – Антигравитация для них это так, в булочную за хлебушком сходить… Йодистый калий! Анютка, это что получается: только мы такие отсталые?

Подруга Фира только пожала плечами – антигравитация ее явно не интересовала.

– Но вы хоть знаете основные принципы, ковать твою медь? – не унимался Сом.

– Я чуть-чуть знаю, – ответил Фир.

– Ну и я в общих чертах, – добавил Теонг.

– Ладно, – принявшись помогать с крыльями тохасианину, сказал Сом. – Мне бы раньше знать, я бы какую-нибудь летучую хреновину надыбал. А сейчас к ребятам надо… Но вы смотрите мне, на Земле все нарисуете, что там и как. Усекли?

– Вы что, и правда на Нобелевскую премию замахнулись? – усмехнулась Айна.

– Ты мне не «выкай», – неожиданно обиделся сталкер, – это раз. А два – замахнулся не я, а мы все. На Земле ведь на что-то жить надо будет, солить твою плешь. Или вы сразу в наемники, с такой-то амуницией?

– Не знаю как кто, а лично я – на Тохас, – заявил Теонг, поправляя плащ. – Мне никакая премия не нужна.

– Ага, щас! – фыркнул Сом. – Залезем на гору, а там таблички приколочены: «На Хрюкас», «На Землю» и «Прямо в ад». Выбирай, эпический опус, любую.

– Мне – на Тохас, – упрямо повторил тохасианин. – И давайте уже пойдем, а то еще кто-нибудь прилетит.

Табличек у прохода, разумеется, не было. Зато, судя по свечению с голубыми искорками, портал работал. Все понимали, что это может отключиться в любое мгновение, поэтому к нему ринулись все разом. Но сталкер опомнился первым.

– А ну, стоять! – рявкнул он, растопырив руки.

Резко замер Теонг, Фир с Айной едва не влетели в его раненые крылья.

– Значит, так, – понизив тон, продолжил Сом. – Я иду первым. Если там Земля или Хрю… Тохас, я остаюсь и жду остальных. Если какая-то непонятная хрень, возвращаюсь назад, и будем вместе кумекать, что делать. Усекли? Ждать десять секунд. Не вернусь – значит, шагайте.

– Постой! – схватила за руку готового уже шагнуть в портал сталкера Айна. – А зачем нам Тохас?

– Как это за… – возмущенно начал было Теонг, но Сом остановил его жестом.

– Во-первых, потому, – сказал он, глядя прямо в глаза девушке, но явно адресуя свои слова и всем остальным, – что сюда мы с Тимохой попали именно с Тохаса. А на Тохас я попал с Земли. Сечешь намек?.. Во-вторых, потому что Тохас – это Тимохин дом. А Тимоха нам не чужой, авось не прогонит. И там уже будем соображать, как попасть на Землю.

– А в-третьих, вы поможете мне найти своих и возродить цивилизацию, – все-таки не выдержал и влез тохасианин.

– Ну да, – усмехнулся Фир. – Всего и делов-то – возродим цивилизацию и дальше почапаем.

– Все, – поднял руки сталкер. – Вопрос решен, ковать твою медь. Я пошел!

И, прощально помахав уже поднятыми руками, Сом исчез в искрящемся сиянии.

– Следующий я! – заволновался Теонг. – Вы, если что, и здесь дома.

– Да никто не спорит, – добродушно сказал Фир. – Иди. До десяти сосчитай только.

– Я уже считаю!.. Сейчас уже семь… восемь… девять… десять!..

Тохасианин прыгнул вперед, будто ныряя в вертикально зависшую прорубь.

– Ну, – посмотрел на подругу Фир. – Не передумала?

– Я-то домой иду, – сказала Айна и нежно поглядела на Фира. – А вот ты не передумал, Чертенок?

– А мой дом там, где ты, – ответил бывший сценарист. – И, да, забыл сказать… Ты теперь Светлячок.

Еще раз посмотрев друг на друга, они взялись за руки и вместе шагнули в искрящуюся неизвестность.