Маджериум. Инициация тьмой

Глава 3

Вечер опустился на академию как-то быстро. Не успела я оглянуться, как на улице стемнело. За окном вновь поднялся ветер, он клонил макушки деревьев к земле и бросал в окно колючие капли дождя.

Любой другой от этого монотонного шума уже уснул бы. Но у меня, хоть я и чувствовала себя измотанной, сна не было ни в одном глазу.

Слишком много эмоций, слишком много мыслей, разрывающих голову, не дающих расслабиться.

И сильнее всего пульсировало буквально осязаемое беспокойство за Ская. Все ли с ним в порядке после сегодняшнего считывания? Дошел ли он до магистра Орфиуса? Я вновь мысленно отругала себя за то, что не узнала номер его комнаты. Сейчас во мне было достаточно желания и решимости, чтобы сходить и проверить, как он там. Но вот куда идти?

Впрочем, один вариант был…

Я слезла с постели и быстро оделась. Решила, что, если где-то в это время суток и можно отыскать неспящих студентов, так это в общей гостиной.

Я оказалась права. Еще на подходе я услышала приглушенные голоса, доносящиеся из-за приоткрытых дверей.

– О таком стыдно говорить, но я знатно перетрухнул. Думал, ищейка полезет мне в голову. Он так смотрел, будто видит насквозь, – коснулся слуха басистый рокот Джона Фалкона.

– За это и не люблю менталистов, – вставил женский голос, в котором я узнала старшекурсницу Габриэль.

– Да половина из нас менталисты! Пусть и со скромными способностями.

Я приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Разговоры тут же стихли, ребята напряглись, будто их застали врасплох. Но сразу расслабились, увидев меня.

– О, Легран. Тоже не спится? – ехидно поинтересовалась Сирена.

Я кивнула и проскользнула внутрь, плотно закрывая за собой дверь. Быстро оглядела собравшихся. В гостиной собрались почти все, кто играл тогда в «поцелуй в темноте». Не хватало только Ская. Да Астон Шейн, как всегда, отбился от компании. Но сейчас лорд заботил меня меньше всего.

– А где Скай? – вопросительно посмотрела на Питера, надеясь, что хотя бы он в курсе.

– Где-где? Дрыхнет без задних ног! Мы как отдали дверь, так он сразу завалился спать. Его сейчас и колоколом не добудишься.

Мне хотелось узнать подробности: как он себя чувствует, успел ли сходить в корпус к менталистам. Но было неловко расспрашивать Питера при всех. Особенно в присутствии Сирены, которая по-прежнему с придыханием смотрела на Ская.

Поэтому я лишь сдержанно кивнула и прошла вглубь комнаты, устроившись на свободном уголке дивана.

– Твоя была идея? – тут же набросилась на меня Сирена. – Рассказать про дверь и про игру? Ищейка сегодня по всем прошелся! И разговаривал с нами так, будто мы в чем-то виноваты. Да еще штраф впаяли! Довольна?

Я лишь только открыла рот от удивления. Но ответить девушке не успела.

– Ты совсем дура? – опередил меня сидящий напротив Эштон Доусли. – Эбби погибла, а тебя волнует допрос и несчастные двадцать штрафных баллов?

– Меня волнует, что нас в чем-то подозревают! И что, не ровен час, дознаватель полезет мне в голову!

– Не беспокойся, Скай уже отчитался за нас всех. Никто к тебе в голову не полезет, – теперь Сирену осадил еще и Питер.

Та возмущенно запыхтела и, скрестив руки на груди, откинулась на мягкую спинку дивана.

– Я вообще не понимаю, почему нас подозревают? – уже спокойнее произнесла девушка. – Может, она сама сунулась среди ночи в лес и ее задрал дикий зверь.

– Никто ее не задрал! – вновь слишком эмоционально отреагировал Эштон.

Было видно, что парень на пределе. Случившееся с Эбигейл ударило по нему так же сильно, как по мне… А может, и хуже, ведь я ничего не знала об их отношениях с Эбби. Ладили ли они, когда Эш был ее куратором? Или они так же собачились, как мы со Скаем? Соседка ничего не рассказывала, а я и не спрашивала. Была слишком занята собой и своими проблемами.

А теперь подруги не стало. И это давило тяжким грузом, заставляя не только желать наказания для убийцы, но и непрерывно копаться в себе.

– Ее убили, – тихо добавила я, не в силах молчать. – Это был человек. Маг. И сейчас он находится где-то в академии.

Сидящая рядом рыженькая Рита зябко передернула плечами.

– Меня от одной мысли бросает в дрожь.

– Зачем кому-то убивать Эбби? Кому она могла мешать? – Джон Фалкон озадаченно почесал затылок.

– Не знаю… Но сомневаюсь, что дело в самой Эбби. Я думаю, это все дверь. А точнее, куда эта дверь ее привела, – озвучила я свою версию, на что Рита, которая секунду назад ежилась от страха, легкомысленно рассмеялась.

– Да ну, глупости! Еще скажи, что артефакт ее убил. Мы столько лет играем – никогда ничего не случалось! Слушайте, может, это все-таки Шейн? – Рита наклонилась вперед и перешла на шепот: – Ну все ведь сходится. Он играл с нами в первый раз. И остался без пары. У него нет алиби.

– Ага, а еще его нет сейчас здесь! Интересно, его ищейка хоть допрашивал? – фыркнула Сирена. – Или его светлейшество неприкосновенный?

И красноречиво посмотрела на меня. Словно я была подружкой Шейна и знала обо всем, что с ним происходит.

– Понятия не имею, – сказала я, отвечая Сирене не менее неприятным взглядом.

Бездна, кажется, я уже начинаю жалеть, что вообще пришла сюда. Я ждала, что ребята выдвинут хоть какие-то разумные версии, выскажут свои подозрения, а все вновь сводится к перемыванию костей. Хотя, казалось бы, на фоне общей опасности мы должны сплотиться и оставить взаимную неприязнь и обиды.

– Ты, кстати, тоже осталась без пары, да, Легран? Может, ты свою подружку сама и порешала? – накручивая кудрявый локон на палец, задумчиво произнесла рыженькая.

– Рита! – тут же осадил ее Фалкон, но я уже успела вскочить с дивана.

– Да идите вы…

Глаза защипало от слез. Внутри все переворачивалось от смеси злости, обиды и ужасного чувства несправедливости.

Как она вообще может говорить такое? Я так переживала из-за Эбби. Подняла на уши чуть ли не всю академию, а они… Мало того что смеялись надо мной тогда, так и теперь лишь дурачатся. Словно не понимают, насколько все серьезно.

– Ну ладно-ладно. Я всего лишь пошутила. Подумаешь… Чего так реагировать-то?

– Следи за языком, Рита!

– Эй, Изабель, постой!

Питер поймал меня в дверях, мягко придержав за локоть.

– Не обижайся. Рита вечно мелет что попало. Никто на тебя не думает.

Я быстро вытерла выступившую в уголке глаза слезу и лишь после повернулась к Рэнксу.

– Я все равно пойду… Смысл сидеть тут и страдать… ерундой.

Я кинула быстрый взгляд на Риту. Та сидела, нахохлившись и скрестив руки на груди. А Фалкон что-то недовольно шептал ей на ухо. Никак пытался пристыдить.

– Ладно, – не стал настаивать Питер и отпустил мою руку. – Тебя проводить?

Я уже хотела ответить, что не стоит. Мне всего-то и надо подняться на этаж выше и дойти до своей комнаты. Но тут взгляд зацепился за знакомую кожаную куртку, висящую на спинке кресла. На рукаве красовалась знакомая нашивка ловца.

– Это куртка Ская? – Я схватила вещь и сразу ощутила знакомый запах хвои и древесной смолы.

– Да, оставил, когда провожали ищеек. Надо ему занести.

Питер протянул руку, чтобы забрать куртку, но я не дала. Мысли живо перескочили к другому вопросу, и я озадаченно уставилась на ребят.

– А кто-то ходил вечером кормить Драга?

Загонщики непонимающе переглянулись.

– Ну драггаста!

– Похоже, что мы выжили из ума? – Габриэль хмыкнула и остальные поддержали ее согласными возгласами.

– А кто-то из смотрителей загонов?

– Вряд ли, – покачал головой Питер. – Зверь подпускает только Монтего. А Монтего…

– Спит в своей комнате… – хором произнесли мы.

Не знаю, возможно, я задумала полную глупость. Но решение пришло в голову молниеносно, и, ни секунды не колеблясь, я натянула на плечи куртку Ская и направилась к выходу.

– Эй, ты куда собралась? Да ты спятила! – Питер кинулся следом, намереваясь остановить меня. – Ничего с этим кошаком не случится. Подумаешь, поголодает денек. Стройнее будет!

Но я упрямо застегивала пуговицы. Во мне горела какая-то странная решимость и уверенность, что все получится. К тому же я все равно не смогла бы уснуть. Сна не было ни в одном глазу, а желание помочь хоть чем-то, сделать хоть что-то полезное, пусть и немного безумное, горело в груди. Словно жизненная потребность.

– Я все равно пойду.

– Ой, дурная!

Не прощаясь, я решительно направилась к двери и лишь краем глаза успела заметить, как Питер метнулся куда-то в сторону.

Уже в коридоре парень нагнал меня, впопыхах натягивая куртку.

– Одна ты точно не пойдешь!

– Не стоит. Я справлюсь, – сказала я, больше из вежливости. На самом деле я была рада, что кто-то пошел со мной. Шастать по ночной академии, в глубинах которой разгуливает убийца, а уж тем более выходить на улицу, было тревожно.

– Справится она… А Монтего мне потом за тебя голову открутит!

– Прям так и открутит? – хмыкнула я и почувствовала, как что-то теплое толкнулось в груди.

– А то! – в том же тоне усмехнулся Рэнкс. – Или думаешь, я такой дурак, и не вижу ваших переглядываний?

– Каких переглядываний? – опешила я, сбившись с шага, но быстро взяла себя в руки. – Не было никаких переглядываний!

– О, принцесса, да ты покраснела!

Уж не знаю, как Рэнкс это заметил, учитывая, что мы шли полутемными коридорами, где ночники горели через раз. Но мне стало вдвойне неловко. Щеки и правда пылали, как раскаленные угли. Казалось, брызни воды, и зашипят.

Я приложила прохладные ладони к лицу и прибавила шага, стараясь укрыться от пытивого взгляда Рэнкса. Но тот словно видел меня насквозь.

Питер рассмеялся, заметив мое смятение.

– Папочка Рэнкс в таких делах шарит. Не удивлюсь, если вы с Монтего еще и в «поцелуй в темноте» вляпались. Да? Да? Я прав? Признавайся!

Рэнкс обогнал меня и резко развернулся, продолжая шагать по коридору спиной вперед. А я поняла, что краска залила не только мои щеки, но и уши, и шею. Я не знала, куда себя деть, и была в ужасе от того, что кто-то посторонний мог заметить, что между мной и Монтего что-то есть.

– Что? Но как ты?..

– О да! Я прав! – победно воскликнул Питер, глядя в мое растерянное лицо. – Я ж говорил, мы в эту игру не первый год играем. И никогда не бывало такого, чтобы кто-то остался без пары.

Рэнкс вновь развернулся и теперь уже шел нормально, пристроившись по правую руку от меня. Мне стало спокойнее и волнительнее одновременно. Ведь я не собиралась никому рассказывать про поцелуй. Это была наша со Скаем тайна. И то, что Рэнкс смог так легко нас раскусить, означало, что и остальные могут сложить два и два.

– Знаешь, дверь ведь… она, как бы это сказать, подыгрывает нам. В тот вечер я загадал попасть к тебе. Так надеялся на поцелуй. Но… видимо, кто-то хотел этого больше. – Питер хмыкнул и озорно подмигнул мне. Я же почувствовала, как сердце ускорило свой бег, мощно толкаясь о клетку ребер.

Мысль о том, что Скай мог желать поцелуя еще тогда, в самом начале нашего знакомства, когда мы толком не знали друг друга – да что там, мы терпеть друг друга не могли, – жаркой волной прокатилась по телу. Это было так странно, непонятно, но в то же время приятно, что я окончательно запуталась. Как ни крути, но понять его логики и мотивов мне было не суждено. Или не было там никакой логики?

– Монтего в этом плане всегда был везунчиком, – продолжал Рэнкс, и в его голосе проскользнула напускная обида. – Вот скажи, почему все самые классные девчонки всегда достаются ему, а? Ну чем я хуже?

– Ты просто очень много болтаешь, Рэнкс! – не удержалась я, в глубине души очень надеясь, что он не разболтает нашу тайну каждому встречному загонщику. Тогда я его точно убью. Своими же руками.

– Да, серьезно? Стоит напустить на себя таинственности? – заговорщическим тоном прошептал парень и поиграл бровями.

– Стоит подрезать тебе язык.

– Фу, какая ты недальновидная. С отрезанным языком я не смогу целоваться. Уж в чем в чем, а в этом я мастер. Хочешь, докажу?

Питер вновь попытался повернуться ко мне, перегородив дорогу. И хоть я понимала, что все это шутка, на которую не стоит обращать внимания, но решила, что лучше сразу пресечь любые поползновения. Поэтому нарочно толкнула его плечом, освобождая проход, и выскользнула в двери, для весомости добавив:

– Вот за это Монтего тебе точно голову открутит!

В итоге на улицу я вышла с горящими щеками и глупой улыбкой на губах. Но тут же обо всем забыла, стоило почувствовать прохладу ночи. И без того мерзкая погода к ночи только ухудшилась. Промозглый ветер бросал в лицо мелкие колючие брызги. А темнота стояла такая, что хоть глаз выколи. Единственным источником света был фонарь над входными дверями, а дальше полигон буквально утопал в темноте. Кромки леса – и той было не видать в густом мраке ночи.

– У тебя есть магический светлячок? – обратилась я к Питеру, понадеявшись, что парень оказался дальновиднее меня и прихватил что-то для освещения.

– Нет, – вопреки ожиданиям, расстроил Питер. – Но у меня есть кое-что другое.

Загонщик полез в карман куртки и достал оттуда что-то мелкое. Лишь когда он стал надевать это что-то на пальцы, я поняла, что это кольца. По одному на каждую руку.

– А сейчас будет магия! – предупредил Рэнкс и по касательной ударил ладонь о ладонь.

Я услышала металлический звон столкновения колец, а между мужских ладоней проскользнула вполне заметная искра. Еще одно такое же движение по касательной – и высеченная искра вспыхнула огоньком в руке парня.

– Видела? – самодовольно улыбнулся Питер, демонстрируя огонек. И, словно в насмешку, крохотное пламя погасло, а парень ругнулся сквозь зубы.

Видимо, огненная стихия была отнюдь не близка загонщику. Но покрасоваться, бесспорно, хотелось. Впрочем, через пару попыток Рэнкс все-таки справился с непокорной стихией, и мы двинулись вдоль полигона с крохотным огоньком, освещающим путь.

Спустя пару минут мы, пронизываемые всеми ветрами, дошли до ангара с полночниками. Ровно, как и над входом в корпус, над широкими двустворчатыми воротами мерно мерцал фонарь.

– Наверное, надо захватить что-то из дичи, – предложил Питер и дернул на себя кольцо, проверяя не заперт ли ангар. Дверь с тихим скрипом поддалась, и парень шагнул внутрь.

Из ангара веяло теплом и сухостью. Запахом сушеного сена и трав. И мне так хотелось последовать за Рэнксом. Но я задержалась снаружи.

– Ты иди. А я проверю, как там Драг.

– Опять собралась геройствовать? – цыкнул парень.

– Нет. Просто хочу убедится, что все в порядке, и он не агрессивен. Если явимся вдвоем, зверь точно станет нервничать. – И на осуждающий взгляд парня добавила: – Не беспокойся, близко подходить не буду. Даже в загон не войду.

Питер лишь покачал головой, тяжело вздыхая, но все же сдался.

– Ладно. Жди меня у загона. И смотри не заблудись.

Ну, заблудиться у меня вряд ли бы получилось – стоило обогнуть ангар, как я оказалась у заветного загона. Повыше подняв воротник и закутавшись в куртку с чужого плеча, я бесшумно двинулась к ограде. Свет от ворот сюда почти не проникал, но я все равно смогла различить очертания навеса, сооруженного Скаем. А потом, не дойдя десятка шагов до ограды, услышала звериный рык.

Неужели драггаст почуял меня на таком расстоянии? Но если почуял, должен был узнать. Даже я отчетливо различала, как от воротника куртки тянуло знакомым мужским ароматом. Терпким, приятным, призывающим прикрыть глаза и представить, что Монтего рядом. Сжимает в своих объятиях.

Но Драг рычал. И я не понимала причины его агрессии. В тишине ночи звякнула металлическая цепь аркана.

– Эй, дружок, не бойся, это я, – ласково позвала зверя. Хотя называть подобного хищника «дружком» было весьма опрометчиво, если не сказать смешно.

Но стоило мне подать голос, как в глубине загона что-то шевельнулось.

Я несколько раз моргнула.

– Драг…

От невысокого навеса отделилась тень и метнулась куда-то в сторону. Я различила быстрые удаляющиеся шаги, звук глухого прыжка, словно кто-то перемахнул через ограду, и испуганно отпрянула.

– Кто здесь?

Сердце тут же подскочило к самому горлу. Я изо всех сил всматривалась в темноту, но это было бесполезно.

Драггаст недовольно ворчал, шуршал сеном под навесом, словно пытался копать. Я уже хотела бросится наутек, как различила шаги за спиной.

Резко обернулась и увидела знакомый огонек, плывущий в темноте.