Инстинкт выживания

Глава 3. Неудачная ночь

В машине на нас уставились три пары любопытных глаз. Вопрос на их лице читался без лишних слов, и мы с Ольгой не выдержали и засмеялись.

– Чё ржёте? – сразу отреагировал Дикий. – Рассказывать будете?

– Вы бы видели свои рожи, – вместо рассказа продолжил веселиться я.

– Вам там покурить, что ли, чего дали? – не удержался от комментария Валера.

– Извините, это, похоже, истерика уже, – пару раз хрюкнув, взяла себя в руки Ольга. – А вообще, ребята, мы в полной жопе.

– Отличная новость, – кивнула Гайка. – Я уже и не помню, когда было иначе. Как по мне, так из жопы мы ещё ни разу не вылезали.

– Твоя правда, – согласился я. – А теперь по факту…

Я полностью выложил друзьям всё, что удалось узнать. Пересказал как можно подробнее весь наш разговор с Тимом и тут же получил миллиард вопросов. Некоторые звучали глупо, но были и те, что вызвали у меня чувство сожаления. И почему я сам не догадался их задать?

Но как всегда, мы имеем то, что имеем, и действовать придётся исходя из этого. Плана как такового у меня нет, друзья также пребывают в шоке, и ждать от них рассудительности в данный момент не стоит. Больше всего досталось Гайке, и она почти сразу замкнулась в себе, что в её случае норма.

Так всегда бывает, когда получаешь плохие новости. Вначале включается паническое мышление. Нужно с этой информацией переспать, чтобы мозг разложил всё по полочкам, и только после можно рассчитывать на детальный анализ.

Лично у меня всегда так.

Вот и сейчас я решил отложить это на потом. В данный момент есть готовый план по другой нашей проблеме, и он уже требует решительных действий. Всё остальное нужно взвесить и как следует обдумать.

Но моим друзьям было на это наплевать, и они сыпали всевозможными идеями. Однако ничего действенного до сих пор так и не прозвучало. Я не сидел отрешённо, участвовал в дебатах наравне с остальными, хотя головой понимал, насколько тупо звучат как мои версии, так и собеседников.

Дорога уже давно бежала под нами, рация иногда шипела, раздавая команды водителям. Дикий тоже не забывал о своих обязанностях и периодически говорило предстоящих засадах на пути. Сейфа это злило, ему казалось, что таким образом мы только усложняем себе маршрут, делая его ещё более продолжительным. Но через какое-то время он подозрительно замолчал, отвечая на поправки моего товарища сухим словом: «Принял».

В моём кармане нервно завибрировал телефон, оповещая о приближающемся рассвете, когда перед нами внезапно возникла буферная зона форта.

Как оказалось впоследствии, Сейф постоянно отмечал маршрут на карте. И сейчас он с озабоченным лицом попросил меня подойти.

– Смотри, – ткнул он мне в нос распечатанной на принтере картой района. – Ничего странного не замечаешь?

– Я тебя не понимаю. – Я взял лист и всмотрелся в его каракули, галочки и полоски. – Что тут не так?

– Да всё так, – усмехнулся он. – Туда мы ехали как и положено, вот наш путь до места засады. А теперь посмотри на обратный.

– Да ну? – Наконец разобравшись в чём дело, я поднял на Сейфа удивлённый взгляд. – Так не бывает. По крайней мере, не здесь.

– Ага, я тоже так подумал, когда Дикий уже в третий раз направил нашу колонну во дворы, – усмехнулся он. – Но, как оказалось, мы выбрались к форту практически по прямой линии. Я довольно долго живу в Мешке и ровно столько же вожу караваны, но такое со мной впервые.

– Полностью с тобой согласен, – кивнул я. – Но мне казалось, что ехали мы очень запутанно. Постоянно крутились, вертелись…

– Так всегда, – ответил караванщик. – Попробуй в незнакомом городе взять местное такси. Водитель, как правило, будет ехать так, что никогда в жизни самому в голову не придёт, но в итоге приедет на место гораздо раньше, чем ты по навигатору.

– Да, бывало со мной такое, – подтвердил я. – Ну и что ты хочешь этим сказать?

– Знаешь, возможно, я покажусь тебе психом, – перешёл на заговорщицкий шёпот Сейф, – но мне кажется, нас сюда твари вели.

– Ха-ха-ха, – грохнул от смеха я, хотя как никто другой понимал, что это чистая правда. – Ну ты фантазёр, Сейф.

– Ой, да пошёл ты в жопу, придурошный! – мгновенно взорвался он. – Вы чё встали? Работы нет? А ну бегом вернули груз на своё место! Завтра выезд, а у нас ни хера не готово!

– Слушай, Пёс, – уже в столовой подошли ко мне Гриб с Гуслей. – Ты давай это… как-нибудь пореже с Сейфом общайся, что ли? У меня уже руки болят от его истерик и спина отваливается. Техника никогда в жизни такой чистой не была, даже на новых тачках грязи больше, чем на наших.

– Извините, парни, – смутился я, понимая, что они в самом деле страдают от его характера из-за меня. – Я честное слово не специально.

– Да мы-то всё понимаем, – улыбнулся Гусля. – Пацаны просили с тобой за это поговорить.

– Хорошо, постараюсь свести наше общение к минимуму, – кивнул я. – Может, по пиву?

– Ну на хер, – отмахнулись оба. – Не дай бог, завтра вы снова закуситесь.

Ребята ушли, а на лицах друзей за моим столом блуждали глупые улыбки. Хорошо, что в голос заржать никто не решился, было бы максимально неудобно перед парнями.

На сей раз дорога извивалась правильно. Третий день в пути сказывался на пояснице и седалищном нерве, но мы упорно нагоняли предыдущий график.

Сегодня настала моя очередь сидеть на рации и предупреждать о возможных засадах.

Пока наша тактика работала и задержек на отстрел тварей не было. Не сказать, что ребят это радовало, так как они остались без калыма, но Сейф был счастлив. Экономия патронов сказывается на его личной прибыли, и хоть я и обещался пополнять его запас, на ресурсе стволов отсутствие огня так же сказывалось.

Однако Мешок всё равно оставался в своём репертуаре. Здесь невозможно передвигаться без приключений, и он заботливо их нам подкинул. Раз уж твари нам были не страшны, так получите разбойное нападение.

Вначале прогремел взрыв, знатно обрушив стену прямо на головной БТР. Колонна замерла, хоть это и было против правил. Но своих бросать Сейф не привык, да и дорогостоящую технику жалко.

Нам устроили засаду по всем правилам городского боя, чувствовалось, что действовали профи, а не пацаны с улицы.

Очереди ударили по машинам почти сразу, как только БТР скрылся под обломками здания и в клубах цементной пыли. Огонь вели с трёх точек, по бокам и сзади, таким образом оставив единственный путь к отступлению, в сторону первого взрыва.

Но Сейф не просто так столько времени водил караваны. Буквально за мгновение до случившегося он словно почувствовал беду и приказал по рации покинуть машины. Так что в данный момент страдали только они. Мы же успели залечь и вжать головы в землю.

Это не сильно помогало, ранения люди получали, их крики периодически раздавались с разных концов замершей колонны. Но и мы лежали не просто так.

Когда первый шок прошёл, настало время для волшебной пыли и яростного отпора, тем более что Тузик уже начал действовать.

Первый пулемёт затих, а из разбитого окна с противоположной стороны донёсся предсмертный вопль вперемешку с голодным рычанием.

В это время от начала колонны послышались первые автоматные трели: наши наконец-то стали огрызаться. И вскоре инициатива постепенно перешла в руки жертв ограбления.

Я вдохнул зелёную пыль и выбрался из-под броневика. Вокруг царил хаос боя. В голове сама собой всплыла похожая сцена, но в ту ночь я мог лишь как можно глубже закапывать себя в грязь, чтобы сохранить жизнь.

Это воспоминание вызвало волну гнева. В мозгу возникло непреодолимое желание отомстить за позор, что мне пришлось тогда пережить. Тело уже давно действовало, а все те промелькнули за мгновение.

В одно движение я перевалился в окно дома напротив нашей машины и сразу выскочил на лестничную площадку. Влетел на третий этаж, откуда до сих пор работали из окна. Здесь засели двое, и от них мой манёвр не ускользнул.

Один из нападавших уже держал под прицелом дверной проём, но мне под зелёной пылью было наплевать. Выстрелы грохнули одновременно, вот только мой настиг цель, разворотив человеку лицо. Ошмётки мозгов и костей разлетелись по всей комнате, а я, передвинув затвор дробовика, повторил выстрел по следующему.

Он как раз поворачивал своё испуганное лицо от окна, совсем ещё пацан, но это был его выбор. Заряд картечи ударил его в бок. Он успел лишь вскрикнуть от боли, чтобы в следующее мгновение повиснуть на раме, наполовину вывалившись из окна. Снизу кто-то добавил ему на всякий случай короткую очередь, но на тот момент она уже оказалась лишней. С такой дырой в рёбрах не живут, даже если её обильно помазать йодом и залепить пластырем.

Я вылетел из подъезда, и, пока действует пыль, во всю прыть понёсся к следующей огневой точке. Там наших прижали конкретно, даже пошевелиться не давали.

Пули ощутимо бились о созданную пылью невидимую преграду. Они со свистом проносились мимо головы и в любых других условиях я, скорее всего, был бы уже мёртв.

Я влетел в подъезд и снова выскочил на лестницу. Но на этот раз прошло не так просто: противник дураком не был и в открытую встречать меня на площадке не стал. Картечь вылетела из дробовика, но не нанесла ему никаких повреждений, лишь выбила крошку из штукатурки вокруг него и напрочь вынесла часть оконной рамы.

Я знал всего один способ убить противника под защитной пылью, но сейчас для этого просто не было времени. Потому мозг принял единственное решение: я с разбегу пригнулся и подхватил его за ноги, чтобы в следующее мгновение выбросить из окна. Да, это не смертельно, но даст возможность добраться до стрелков в засаде.

Вспышка из квартиры по правую сторону и щёлканье пуль по стене указали мне нужное направление. Рванув прямо на очередь, ударом ноги отправил стрелка на пол в прихожей. Дробовик грохнул, в очередной раз лишив меня слуха, а голова человека превратилась в кровавое месиво.

А вот и первый на моём пути пулемётчик.

Он даже не услышал выстрел за спиной, потому как колотил в этот момент из крупняка, а на голову натянул активные толстые наушники. Они прекрасно спасли его уши от грохота моего дробовика, но вот позвоночник расстроился, потеряв хороший кусок, который вылетел на подоконник вместе с передней частью грудной клетки.

Звуки стрельбы доносились до меня звонкими, едва слышимыми отголосками. Но судя по поведению ребят Сейфа, что я видел в окно, бой стих, и выстрелы относились к контролю раненых.

Того бойца, что вылетел в окно, дружно пеленали, положив мордой в лужу. Его живым доставят в форт и повесят на воротах в назидание остальным. Сейчас действие защитной пыли закончится, и для начала ему быстро пересчитают рёбра сапогами, хотя в нашем случае – ботинками. Однако на его ощущения это вряд ли сильно повлияет.

Я выбежал из подъезда. Сейчас начнём подсчитывать потери и тратить драгоценный микс. В триста восьмидесятом форте я не пожалел камней на здоровье людей, и теперь каждый из колонны имел в своём портсигаре трубочку микса. Бакс мне даже скидку за опт и новых клиентов сделал, отдав лекарство по стандартной стоимости Мешка: две сотни камней. По карману это всё же ударило, но, как теперь выяснилось, совсем не зря. Жизнь явно стоит дороже.

Примерно через полчаса Сейф подвёл итог, а я к тому моменту уже мог слышать крик прямо в ухо.

– Процентов тридцать товара пришло в негодность! – прокричал для меня Дикий. – Пострадали две боеголовки, но вроде как несильно, можно восстановить. Всё же их неплохо защитили при упаковке. Двое убиты, вся техника в хлам.

– И чё делать? – прокричал я, так как не слышал собственного голоса.

– Заголять и бегать! – удалось прочесть по губам слова Сейфа.

Дикий набрал в грудь воздуха, собираясь повторить мне эту фразу, но я вовремя остановил его.

– Такое вполне предсказуемо! – прокричал в моё ухо Сейф. – Разберёмся!

Началась суета. Большинство людей бросили на осмотр и беглый ремонт машин, а оставшийся живым БТР взял на буксир совсем уж убитый грузовик и потащил в сторону форта.

Часа через два к месту схватки пожаловала и другая техника, которую, видимо, нанял Сейф. Машины растащили минут за двадцать. К тому времени удалось завести и своим ходом отправить следом ещё два «Урала», а заодно разобрать заваленный БТР, который тоже оказался на ходу.

– Вот попали так попали, – с сожалением вздохнул я, выслушав Сейфа. – И что, раньше никак?

– Даже во внешнем мире быстрее никто не сделает, а здесь ещё нужно части достать, – пожал плечами тот. – Нет, три недели – это самые оптимистичные сроки. Ну а как ты хотел, там крупняк работал.

– Сколько машин на ходу в данный момент? – уточнил я.

– Ну, к концу недели три-четыре точно будут готовы, – почесал макушку он. – Но вряд ли больше. Один УАЗ вообще минус, там проще новый купить, чем его восстанавливать.

– Что за оплату просят? – Я уже накрутил себе в голове стоимость, в которую выльется ремонт.

– Да там ребята свои, скидку сделали… – начал издалека Сейф.

– Сколько? – с нажимом переспросил я.

– Тысячи в три примерно оценили, – поморщился он. – Но там ещё могут по ходу повреждения вылезти, так что камней пятьсот смело можно в плюс закладывать.

– Козлы, твою мать! – выругался я, имея в виду напавших на нас. – Уроды!

– Ну, мы так-то неслабо на них подняли, – подмигнул караванщик. – Считай, половину ущерба окупили за счёт трофеев.

– Какую половину? – психанул я. – А товар повреждённый ты не считаешь?!

– А это не мой товар, так что похер, – продолжил скалиться Сейф.

Ему впервые за долгое время удалось меня разозлить, и сейчас он вовсю наслаждался местью.

– Короче, через три дня выдвигаемся малым караваном, – проглотив обиду, заключил я. – Часть товара продадим, заплатим за ремонт. Распредели так, чтобы самое ценное осталось. Крупняк, головки… ну, ты понял.

– Разберусь, – кивнул он. – Пошли ребят помянем. Наши уже все в кабаке.

– Да, – согласился я, – жаль парней. Хер с ними, с машинами.

Из форта вышли через три дня, и на этот раз мы больше не вели себя столь расслабленно. Урок хорошо усвоили все, и как ни прискорбно понимать, для этого потребовались человеческие жизни.

Однако работу никто не отменял, а груз всё ещё требовал доставки. Мы всё так же попеременно с Диким выходили в рой, чтобы хоть как-то минимизировать боевые столкновения с тварями. Однако Сейф решил, что иногда всё же стоит с ними драться, чтобы избегать вот таких неприятностей.

Я не верил во все эти приметы, но, как показывает практика, всегда и за всё приходится платить.

Это мы ещё малой кровью отделались. Повезло, что с нами бок о бок работает тварь. Тузик в ту ночь очень сильно помог, погасив две огневые точки прежде, чем мы начали огрызаться. Да и впоследствии продолжил рвать врага на части, тем самым приблизив нашу победу.

Ребятам он очень нравился, каждый хотел заполучить себе точно такого. Стоило нам остановиться на дозаправку или обед, все считали своим долгом погладить нашего питомца и угостить вкусненьким. А жрать он мог до бесконечности. Единственный раз, когда я видел его сытым, был в ангаре, где лежали шестьдесят разорванных тел. Тузику хватило троих, чтобы полностью насытить свой бездонный живот.

Так что крохи в виде бутербродов для него словно конфеты, не более. Он глотал их даже не жуя, что, опять же, больше характерно для собаки. В его повадках они очень хорошо сочетались, и теперь кличка Тузик уже не казалась мне такой странной.

Наконец мы достигли той отметки пути, после которой должно было состояться нападение в спину со стороны наёмников. Эта днёвка должна была стать нашей последней перед смертью. И что же принесёт нам завтрашний день?

Это мы и собирались выяснить. Мало того, мы были готовы, имели план и всё рассчитали. Сейф даже примерное место определил, где удобнее всего расположить засаду. И вопреки здравому смыслу, мы собирались влезть в неё по самые уши. Только так можно выманить тех, кто всё это спланировал.