Исторические записки. Избранное

Жизнеописание Гуань Чжуна и Янь Ина

Гуань Чжун[68], по имени И-y, родился в Иншане[69].

В молодости он странствовал и занимался торговлей вместе с Баошу Я. Баошу Я ценил Гуань Чжуна за его мудрость.

Гуань Чжун был беден и часто обманывал своего друга, но тот был неизменно добр и не обращал на это внимания.

Потом Баошу Я поступил на службу к цискому княжичу Сяо-бо, а Гуань Чжун стал служить княжичу Цзю.

Вступив на престол под именем Хуань-гуна[70], Сяо-бо велел убить княжича Цзю, а Гуань Чжуна бросил в тюрьму. Тогда за Гуань Чжуна вступился Баошу Я. По его совету Хуань-гун принял Гуань Чжуна на службу и поручил ему вести государственные дела княжества Ци.

Благодаря Гуань Чжуну циский Хуань-гун вскоре стал гегемоном. Он заключил союз с владетельными князьями и стремился объединить Поднебесную.

Впоследствии Гуань Чжун часто говорил:

– Я был беден, и мы вместе с Баошу Я занимались торговлей. Когда делили прибыли, я брал себе большую часть. Баошу Я понимал, что я поступал так не потому, что я жаден, а потому, что беден. Зато иной раз я устраивал дела Баошу Я, а сам оказывался в еще более бедственном положении. Но Баошу Я не считал меня глупым, ибо понимал, что у каждого могут быть успехи и неудачи. Трижды я пытался поступить на службу, трижды господин выгонял меня. Но Баошу Я не считал меня неспособным, ибо понимал, что время мое еще не настало. Три раза мне приходилось сражаться, и три раза я обращался в бегство. Но Баошу Я не считал меня трусом, он знал, что у меня есть престарелая мать. Когда княжич Цзю потерпел поражение, Чжао Ху убил его, а меня с позором бросил в тюрьму. Но Баошу Я не счел меня никчемным человеком, так как понимал, что это не покроет меня позором, но мне будет стыдно, если слава моя не распространится по всей Поднебесной. Меня растили отец и мать, а другом моим был Баошу Я.

Выдвинув Гуань Чжуна, Баошу Я по положению оказался ниже его. Сыновья и внуки Гуань Чжуна много веков состояли на службе у циских князей. Представителям десяти поколений князь дарил земельные владения, и каждый из них имел звание да-фу[71].

В Поднебесной немного сыщется таких мудрецов, как Гуань Чжун, зато много таких, как Баошу Я, которые умеют распознавать людей.

Когда Гуань Чжун взял в свои руки государственные дела, княжество Ци, расположенное на берегу моря, развернуло широкую торговлю. Гуань Чжун укрепил государство, создал могущественную армию. При этом он делил с народом и хорошее, и плохое.

«Когда житницы и кладовые полны, люди знают, что такое этика и долг, – писал он. – Когда люди сыты и одеты, они понимают, что такое слава и позор. Если старшие соблюдают закон, отношения между родными незыблемы. Если четыре бечевы[72] не натянуты, государство гибнет.

Когда издается указ, он напоминает источник, из которого берет начало большая река. Указы должны быть по душе народу, поэтому их надо излагать просто, чтобы они были легко выполнимы.

Дай простому народу то, что он желает; избавь его от того, что он отвергает. Правитель должен уметь всякую неудачу обращать на пользу, уметь превращать поражение в успех, быть осторожным и тщательно взвешивать свои поступки».

Однажды Хуань-гун напал на княжество Цай[73]. Гуань Чжун, воспользовавшись этим, напал на княжество Чу под предлогом, что чуский правитель не внес дань династии Чжоу.

Затем Хуань-гун совершил поход на север против племени шаньжун[74]. А Гуань Чжун, воспользовавшись этим, потребовал от правителя княжества Янь установления такого же управления, какое существовало при Шаогуне[75].

Во время встречи в Гэ Хуань-гун хотел изменить уговору с Цао Куем[76]. Но Гуань Чжун не позволил ему нарушить слова, вследствие чего Ци сохранило симпатии князей.

По этому поводу Гуань Чжун писал:

«Знать, когда следует дать, чтобы потом снова взять, – вот что больше всего ценится в политике».

По богатству Гуань Чжун был равен князю. Он имел жен из трех знатных семей. Но люди в Ци не считали это чрезмерной роскошью.

После смерти Гуань Чжуна правители княжества Ци продолжали его политику. Благодаря этому циский князь был могущественнее всех других князей.

Янь Ин жил через сто с лишним лет после Гуань Чжуна.

Янь, по имени Ин-пин, посмертно известный под именем Чжун, был родом из города Ивэй, находившегося в местности Дунлай. Он служил циским правителям – Лингуну[77], Чжуан-гуну[78] и Цзин-гуну[79]. Благодаря скромности и старательности он добился высокого положения. Получив титул сян[80], он почти не ел мяса и жен своих не одевал в шелка.

Когда Янь Ин бывал при дворе и государь обращался к нему с вопросом, он отвечал смело; если же к нему не обращались, старался остаться незамеченным.

Если государь справедлив, судьба ему не изменит; если же он несправедлив, счастье отвернется от него. Вот благодаря чему Янь Ин на три поколения прославился среди князей.

Юэ Ши-фу был мудр, но однажды обвинили его в преступлении и отправили на выполнение тяжких повинностей. Янь Ин встретил Юэ Ши-фу, когда тот отдыхал у обочины дороги, выкупил его в обмен на левую пристяжную и привез к себе домой.

Юэ Ши-фу, даже не поблагодарив Янь Ина, вошел к нему в дом и направился прямо в женские покои. Через некоторое время он появился оттуда и стал просить Янь Ина отказаться от него.

Янь Ин изумился. Он подарил своему гостю новую одежду, головной убор и сказал:

– Я не могу назвать себя гуманным человеком, но все же я выручил вас из беды. Почему же вы просите, чтобы я так быстро отказался от вас?

– Вы неправы! – возразил Юэ Ши-фу. – Я слышал, что совершенный человек сторонится тех, кого не знает, и доверяет только тем, кого знает. Когда меня схватили и отправили на выполнение повинностей, вы меня не знали, но тем не менее выкупили. Значит, вы признали меня своим другом. Я же по отношению к вам поступил дурно, но это же намного хуже, чем выполнять самые тяжелые повинности.

Несмотря ни на что, Янь Ин все же принял Юэ Ши-фу как почетного гостя.

Янь Ин был сяном в княжестве Ци. Как-то ему нужно было предпринять поездку. Жена кучера из-за ворот подглядывала за своим мужем. А муж ее гордился тем, что был кучером сяна, что раскрывал зонт над его колесницей и правил четверкой коней.

Когда кучер вернулся, жена принялась гнать его из дома. Муж не понимал, в чем дело, и стал спрашивать о причинах ее поведения.

– Янь Ин маленький и невзрачный, а занимает должность сяна да еще славится среди князей, – негодовала жена. – Я наблюдала за его выездом и задумалась. Ведь есть же такие, которые сами себя унижают! Ты высок ростом, но кто ты такой? Слуга, кучер! И ты доволен своим положением! Гордишься им! Вот почему я и прошу тебя уйти!

С этих пор кучер стал всячески заискивать перед сяном. Янь Ин заметил это и удивился. Кучер правдиво рассказал ему о разговоре с женой и благодаря Янь Ину получил звание да-фу.

Я, придворный историк Сыма Цянь, от себя добавлю:

– Я прочел сочинения Гуань Чжуна «О том, как управлять народом», «О высоте гор», «О верховой езде», «О легком и тяжелом», «О казне», а также «Летопись» Янь Ина. Как ясно они писали! Когда я прочел эти книги, мне захотелось узнать о деяниях их авторов. Я составил жизнеописание, в котором рассказал не о книгах, которые и без того широко известны, а о личной жизни Гуань Чжуна и Янь Ина.

В мире Гуань Чжуна называют мудрецом, но Кун-цзы его принижает. Неужто он полагал, что, поскольку ослабла власть династии Чжоу, Хуань-гуну при его уме не понадобилось никакой помощи, чтобы стать гегемоном? Между тем в «Луньюй»[81] говорится: «Дай народу то, чего он желает, избавь его от того, что ему ненавистно, тогда верхи и низы будут жить в согласии». А разве не о том же писал Гуань Чжун?

Янь Ин плакал над телом убитого Чжуан-гуна и ушел лишь после того, как совершил обряд. Разве можно сказать, что он не исполнил своего долга, поступил как трус?[82]

Что же касается его советов, которые иногда шли вразрез с желаниями государя, так он старался выразить в них всю свою преданность и устранить упущения.

О, если бы Янь Ин был жив! Я был бы счастлив даже держать его плеть![83]