Глава 4

КОФЕ по-домашнему. Чтобы приготовить кофе, нужна одна ложка растворимого кофе (по выбору) её нужно смешать с ложкой сахара, и тихонечко, не смешивая со слюной, проглотить, после чего залить в любое (по вашему выбору) отверстие стакан кипятка.

Из Интернета

Клиент пришел в себя довольно быстро, примерно через полчаса: резво вскочил с дивана, посмотрел на нас непонятным взглядом, прошипел что-то нечленораздельное сквозь зубы и ломанулся прочь, чуть не вынеся входную дверь.

Ронтар повернулся ко мне с видом мученика, держащего ответ перед Святой Инквизицией:

– Иди открывай. И не смей приближаться к кухне без заказа от клиента.

Да как скажете.

Открыв дверь, я подошла к одному из столиков, села за него, уставилась в окно, без интереса глядя на сновавших по тротуару нелюдей разных рас. Надо будет пристать к Ронтару с правилами техники безопасности. Что тут можно и нельзя каждой расе? Хорошо, что вампир быстро очнулся. А если бы, не дай бог, в кому впал или умер? И кому отвечать? Правильно, одной неудачливой попаданке.

Я настолько погрузилась в собственные грустные мысли, что не услышала скрипа входной двери. Очнулась от вкрадчивого мужского голоса рядом:

– Разрешишь присесть, милая?

Я резко вскинула голову и уставилась в знакомые темно-вишневые глаза. Инкуб, тот самый, что пытался меня закадрить позавчера. Черные волосы уложены в модную прическу, костюмчик синего цвета с иголочки, клыки почти не выпирают. Стоит и призывно улыбается, будто рассчитывает сразить меня наповал своим видом.

Я поднялась, качнула головой:

– Я на работе. Чего изволите?

По глазам видела: он с трудом сдерживался, чтобы не спошлить. Но все же ответил по существу:

– Стакан крови нерта и галеты. Приходи с заказом.

«Если Ронтар вместо меня Ларуну не отправит», – подумала я, прилежно записала заказ и отправилась в кухню.

– Дитор? У нас? – усмехнулся Ронтар, выставляя на стол нужный заказ. – Это что-то новенькое. Он обычно по утрам сюда не заходит. Уж не по твою ли душу он пожаловал, а, Лика? Ты не стесняйся, если что, получишь выходной. Инкуб – пара хорошая.

– Ты так говоришь, будто он меня уже просватал, – фыркнула я, расставляя на подносе заказ.

– Какое «просватал», ночь с инкубом – мечта каждой девушки. А так-то они не женятся, об этом и не думай, – и Ронтар многозначительно мне подмигнул.

Я промолчала. Не думать? Да пожалуйста. Я готова была совсем забыть настырного красавчика. Мечта каждой девушки? Как-то мелко они мечтают. Не о том. Прыгать в постель к инкубу я лично не собиралась. Не так меня воспитывали.

Дитор сидел за столиком, из-за которого встала я, настукивал пальцами какой-то незатейливый мотивчик по столешнице. Увидев меня, он раздвинул губы в призывной улыбке.

– Присаживайся, милая.

– У меня имя есть, – сообщила я, расставляя заказ на столе. – Лика. И вам я точно не милая. Приятного аппетита.

Ларуна покосилась на меня, как на ненормальную, когда я вошла в кухню с пустым подносом, но на этот раз промолчала.

– Опять послала? – Ронтар помешивал огромной кастрюле варево, по цвету напоминавшее борщ. – Ох, Лика. Ты же его только раззадориваешь таким поведением.

– Его проблемы, – я кивнула на кастрюлю. – Ждем кого-то?

– Да. Тролли должны появиться через час. Свадьбу у нас отмечают. Много их в этот раз. Втроем будете разносить блюда.

Я представила себе, как Карис, достававший Ронтару едва ли до пояса, станет работать на раздаче в зале, и прикусила губу, чтобы не засмеяться. Впрочем, народу было не до меня: они живо обсуждали, какие специи нужно положить в варево, чтобы придать ему неповторимый аромат и чудесный вкус.

– Петрушка, кориандр и базилик, – авторитетно утверждал Карис.

– Это в сочетании с мясом арнатура и яйцами горной курицы? – уточнял Ронтар. – Ты туда еще укроп добавь, и эта банда разнесет кафе по камешку.

– Пастернак и петрушка. Хватит с них. Бодрости это сочетание придаст, а вот дури, надеюсь, не найдется, – сообщила Ларуна, потянулась к полке наверху, сняла оттуда две нужные жестяные баночки, от доброты душевной сыпанула приправы в кастрюлю. Ронтар с Карисом переглянулись.

– Весь ущерб вычту из твоей зарплаты, – якобы равнодушным тоном сообщил Ронтар.

Ларуна обиженно фыркнула: «Деспот» и уселась на стул неподалеку от меня.

Тролли ввалились в кафе где-то через час и сразу же заполнили все пространство в зале. Высокие, плечистые, с лишним жиром и громкими голосами, они производили впечатление этаких наемников, решивших разграбить первый же подвернувшийся кабак. Невеста и жених, обряженные в одинаковые костюмы ярко-зеленых цветов, смотрелись как близнецы. Их сопровождающие носили одежду фиолетового и сиреневого цветов.

К их появлению мы все трое сдвинули столы, накрыли их скатертями и расставили по периметру посуду из материла, напомнившего мне земной пластик.

– Напьются – начнут посуду бить, любят они так развлекаться, – объяснила мне Ларуна, показывая, в каком порядке раскладывать столовые приборы.

Народ расселся быстро. И так же быстро, особо не чинясь, опрокинул в себя настойку: какие-то лесные ягоды на спирту. Мне стало плохо от одного запаха, а тролли, наоборот, расцвели, разулыбались. С лиц ушли угрюмое выражение и настороженность. «Еще пара-тройка рюмок, и все вокруг станут лучшими друзьями», – подумала я и оказалась права. Горячее на свадьбу полагалось подавать только после четвертой рюмки. К тому времени в кафе гремели похабно-разудалые песни, а маслено блестевшие глазки клиентов намекали на любвеобильность их хозяев.

– Ларуна, в зал, – приказал Ронтар, покосился на меня, вздохнул. – Лика, ты хотя бы не калечь их, ладно? Все же свадьба…

– Что ты из меня изверга делаешь? – возмутилась я. – Калечить? Да я им под мышку уткнусь и там потеряюсь!

Ронтар хмыкнул.

– Ты умудрилась за неполные двое суток работы заинтересовать в себе инкуба и нажить врага в виде вампира. Хочешь, поспорим, что и тут не все спокойно будет?

Спорить я не стала. И правильно сделала.

В зале раздавались разухабистые песни, тролли не стеснялись в крепких выражениях и старательно напивались до синих чертиков в глазах. В принципе, их дело, пусть заливаются спиртным. Вот только, напившись, и так не особо вежливые, они, похоже, становились неуправляемыми.

Оценивающие взгляды, откровенно раздевающие меня, я намеренно игнорировала, расставляя по столикам легкую закуску – тушенные в остром соусе овощи – и стараясь особо не наклоняться. На парочку похабных выражений, кинутых мне вслед, тоже не отреагировала. Но когда почувствовала чью-то лапу на своем заду, развернулась и решительно надела последнюю пиалу с закуской клиенту на голову. Терпеть подобное отношение к себе я не собиралась.

Песни стихли. В зале установилась практически могильная тишина. Я равнодушно наблюдала за стекавшими по лицу громилы ручейкам соуса и ждала развития событий.

– Ронтар, – прогремело на весь зал.

Мое непосредственное начальство появилось рядом через пару секунд. Окинув оценивающим взглядом развернувшуюся перед ним картину, Ронтар приказал:

– Лика – в кухню. Ларуна закончит сама.

Я забрала с собой поднос и вышла из зала. Кухня встретила меня тишиной и вызывающими обильное слюноотделение запахами.

Наученная горьким опытом, я села на стул подальше от плитки с кастрюлями, как примерная девушка, сложила на коленях руки и приготовилась к выговору.

Вскоре вернулся Ронтар. Чуть покачиваясь и сражая наповал запахом наливки, он успешно пристроился на стуле напротив и пьяно икнул.

– А я, ик, говорил, ик. Вот, ик, зачем было…

– Руки пусть не распускают, – не дождавшись окончания фразы, ответила я. – Работать подавальщицей – одно, а терпеть их наглость – другое.

Во взгляде Ронатар появилась прямо-таки вселенская тоска.

– Ты ж мне, ик, за полгода, ик, всю клиентуру…

– Ронтар, горячее где? – оборвав его стенания, в кухню заглянула Ларуна. – Какая из кастрюль?

– Да любую, ик, бери, чего, уж, ик, там теперь, – обреченно махнуло рукой начальство. – Все равно, ик, вкуса, ик, не почувст…

Не договорив, Ронтар сполз со стула, оперся о стену, закрыл глаза и захрапел.

Ларуна выругалась на незнакомом мне языке.

– Надо было так налакаться! Лика, вставай к плите. Будешь по тарелкам разливать. Да не трусь ты! Тут больше ничего испортить нельзя.

Легко сказать: не трусь. Я после вампира еще не отошла, думала, прибила болезного, а мне предлагают с толпой троллей разобраться!

Но к плите все же пришлось встать, обойдя по широкой дуге храпевшего Ронтара. Карис помогал в зале, значит, кроме меня, и работать-то было некому.

Оказалось, в том, чтобы разливать горячее, ничего страшного нет. Стоишь у плиты, поварешкой помахиваешь. Ларуна сама тарелки на подносы расставляет и по очереди те подносы в зал уносит. Когда закончили с горячим, я, подчиняясь приказу, под четким руководством пришедшего отдохнуть Кариса начала заваривать чай, молясь всем богам, чтобы в этот раз обошлось без членовредительства.

– Воду берешь из большого чайника. Да, ею же и ополаскиваешь, – объяснял Карис, не особо следя за тем, что именно я делаю, сидя на стуле и прикрыв глаза. – Заварка в первом ящичке. Тебе нужен красный пакетик. Тот, что шуршит. Взяла? Отлично. Берешь две жмени. Лика, жмени одинаковы у всех, что у меня, что у Ронтара. Не трусь. Положишь лишнюю чаинку – бодрее будут. Им еще, после нашего кафе, дома гулять.

Загрузка...