Глава 3

Я ехала в доверху гружёной машине в свой родной Междуреченск и прикидывала, хватит ли мне на две недели чистого белья и колготок. Покинув городок тринадцать лет назад, я там больше не появлялась. В памяти осталась какая-то неустроенность, грязь, безысходность. Хорошие вещи в магазинах отсутствовали, развлечься было негде. Хотя нет, это после того, как я остоличилась, жизнь в провинции стала казаться скучной и унылой. А ведь когда-то я думала иначе.

Три одноэтажных дома, общий двор, ватага чумазых ребятишек. Нам некогда было скучать. Незрелые соседские яблоки выглядели гораздо аппетитнее тех, что росли под окнами. Они манили, притягивали, и мы совершали героические набеги, в то же самое время, зорко охраняя свой собственный урожай. Подраться, измазаться, найти заячью капусту и съесть вместе с землёй, а потом забаррикадироваться на час в общественном деревянном туалете ― казалось делом обычным. Удобств в домах не было. Каждый вечер мамы грели воду и купали нас в тазиках, а по субботам водили в городскую баню. Вещи стирали руками и сушили на верёвках, подперев те длинными шестами, чтобы не обвисали. Что ещё? Ах, да, двери не закрывали, то есть вообще, завешивали проём обычным тюлем. В гости ходили без приглашения. А ещё, если наши дворовые бабушки пекли пирожки, угощались все. Я тяжело вздохнула. Прямо, как в песне Варум. «Ах, как хочется вернуться в городок!»

Мне не хотелось. Меня туда послали. Могли бы послать куда поближе. А вот теперь дуй за триста километров от цивилизации. Я даже не знала, где остановиться. Есть ли в Междуреченске гостиницы? Раньше была, одна, для командировочных, кишащая тараканами и вредными уборщицами. Замученные тётки в тёмно-синих халатах ровно в семь утра отмыкали комнаты постояльцев своими ключами и принимались махать вениками и материться в адрес усатых насекомых.

И всё же я любила Междуреченск, свой двор и свою улицу. Я плакала, когда к нам заявились солидные дядьки и проинформировали, что дома идут под снос. Мама с отцом, напротив, прыгали от счастья, как сумасшедшие. Я не понимала, чему они радуются?

– У нас будет большая кухня, ванна и туалет!

Это всё у нас было и тут.

– А ребята? С кем я играть буду?

– Будете встречаться по воскресеньям.

По воскресеньям! А остальные шесть дней? Я была в отчаянии.

Двор расселили по разным многоэтажкам. Наша квартира располагалась в центре. Новые соседи, угрюмые и неразговорчивые, плотно закрытые двери. Тут не было ни яблок, ни бабушек с пирожками, ни заячьей капусты, ни Казаков-Разбойников. Жизнь закончилась.

Да, мы пообещали, что будем встречаться, и первое время, действительно, встречались, ходили в единственный кинотеатр, ели мороженое. Но вскоре весёлая компания заметно поредела. А через год отцу предложили хорошую должность в Москве, и мы покинули Междуреченск. Связь прервалась. А жаль.

Дорога петляла между деревьями. Когда-то тут был заброшенный парк. Родители не разрешали ходить сюда, пугая маньяками и грабителями. Ничего не изменилось. Ухабы, колдобины, непролазные дебри вокруг. Куда же смотрят отцы города? Хотя бы субботник какой устроили! Столько драгоценных гектаров пропадает! И дёрнул меня чёрт срезать десяток километров! Нужно было ехать по кольцевой. За окном что-то грохнуло. Я нажала на тормоз. Покрышка?

Выйдя из автомобиля, осмотрела шины. Вроде, целы. Значит, кто-то стрелял. По воронам? По зайцам? Хотя, откуда тут зайцы? Здравый смысл настоятельно рекомендовал покинуть столь опасное место. Я пристегнулась и завела мотор. Уже при въезде на трассу, увидела три чёрных Джипа, которые выскочили, как черти из табакерки, с противоположной стороны парка и понеслись в город на запредельной скорости.

Загрузка...