Карма против фатума

– Нужен ключ от ящиков стола, – снова послышалось из динамика.

– А если она с собой его таскает?

– Это вряд ли.

– Здесь ещё стеллаж с сейфом, – добавил Игорь и в подтверждение своих слов посмотрел на большой металлический короб с механическим замком.

– Это сейф Полянского, она туда не лазает – она не имеет к нему доступа, и ты это знаешь. Не играй со мной, Климов! Ищи ключи, они где-то поблизости.

Следующие полчаса Игорь обыскивал прихожую кабинета бывшего тестя метр за метром. Периодически ему приходилось делать вынужденные перерывы, когда уборщица выходила к обозу за какими-нибудь приспособлениями, или просто стоять неподвижно, когда она ходила в туалет. Вскоре женщина закончила убираться в актовом зале и перешла в конференц-зал, который находился недалеко от входа по правую сторону. Когда где-то совсем близко включился пылесос, сердце Климова начало гонять кровь с удвоенной силой: зал для конференций был вдвое меньше по площади, чем актовый, а значит, и время, которое осталось у Игоря на то, чтобы выполнить миссию, сокращалось в такой же прогрессии.

– Его нигде нет. Что, если она носит его на связке ключей вместе со всеми?

– Нет, он на работе, на связке ключей его нет. Думай, с чего она обычно начинает свой день?

Климов осматривал помещение, как будто ища подсказку в каком-нибудь предмете.

– Стой, что там на окне?

В просветах жалюзи виднелись горшки и плошки с цветами.

– Кто их поливает? Она. Вряд ли уборщица.

Климов заглянул на подоконник, но ничего не нашел.

– Вон они, она рыхлит ими почву, – вон же, у крайнего воткнуты! – повысил голос Максим, когда Игорь не сразу увидел пару ключей на кольце, торчащих из грунта в горшке с небольшим деревцем.

Климов полез к ним, но водитель снова сорвался на крик.

– Подожди! Первое: запомни, где и как они были воткнуты, второе: осторожней с землёй – не оставь следов на подоконнике и самое главное – не оставляй отпечатков на поверхности металла, аккуратно вытягивай их за колечко, а сам ключ бери как будто пинцетом через отверстие.

Игорь медленно вытащил пару ключей из земли и, не уронив и песчинки, вылез из-под жалюзи. Ключи были разными и заметно отличались друг от друга: один был простым и незамысловатым, а другой отличался размером, формой, нарезкой – именно он открывал дверь кабинета Полянского, Климов узнал его визуально. Ещё какое-то время Игорю пришлось покорячиться, чтобы, не оставляя на нём отпечатков, проникнуть внутрь. Через пару минут он уже стоял на паркетном полу кабинета, обставленного дорогой мебелью и привезёнными из самых разных уголков планеты предметами интерьера. Красное дерево переливалось на солнечном свете, неравномерно падавшем из большого окна, на столе был привычный беспорядок – где что-то найти без труда мог только сам Полянский. Зона отдыха, состоявшая из стеклянного стола и мягкого уголка, потускнела от пыли, которую совсем скоро вытрет уборщица.

– Начни с кофе, вперёд! – приказал голос.

Климов вспомнил, зачем он сюда пришёл, и слегка вздрогнул. Аппарат, который готовит кофе, находился в зоне отдыха в правом углу комнаты.

– Чего ты ждешь? Времени мало! – прикрикнул Макс, и Климов двинулся вправо.

– Аккуратно доведи замок до конца, чтобы пакетик полностью открылся, – я хочу увидеть, как ты высыплешь всё содержимое в кофемашину. Смотри себе на руки – давай, делай!

Игорь трясущимися руками вынул из внутреннего кармана небольшой пакетик, доверху наполненный коричневой смесью, сбившейся в комочки, чем-то похожими на растворимый кофе.

– Открой отсек для зёрен и высыпай его полностью, постарайся не вдохнуть эту гадость и не уделать пальцы.

Необходимости специально задерживать дыхание у Игоря не было – его и так полностью перекрыло от волнения. Кое-как он сумел вскрыть пакет и высыпать смесь в отсек.

– Думаешь, если сыпать в одно место, его заметят? – засмеялся водитель. – Сыпь как хочешь, идиот, – кофемолка сделает свою работу. Положи пакетик обратно.

Игорь скомкал его и сунул обратно в карман. Тем временем уборщица закончила убираться в конференц-зале и передвинула телегу к приёмной, где сидела секретарша. Климов услышал её шарканье и характерные звуки движения обоза.

– Уборщица идёт к прихожей, – шепотом сказал Игорь.

– Дождись, когда она включит пылесос, и за дело – пачка его любимых сигарет всегда валяется на столе.

Через несколько минут женщина расположилась в прихожей, и пылесос заработал. До этого момента Климов стоял в центре кабинета как вкопанный.

– Даже я слышу его, вперёд! – раздалось из динамика устройства.

Климов снял обувь, чтобы не скрипеть при ходьбе по паркетному полу, и медленно направился в сторону письменного стола, стоявшего в дальнем правом углу комнаты. Пачка лежала на самом видном месте – рядом с клавиатурой и пепельницей; судя по поднятой крышке, было понятно, что в последнее время он курил намного чаще.

– Запомни, как она лежала, и посчитай, сколько сигарет в ней осталось, – напомнил о себе Макс, – давай, поднеси её к очкам.

В пачке Полянского осталось пять сигарет, у Климова она была целой.

– Вынимай эти и клади те, что взял в кейсе, – ровно пять сигарет и чтобы я видел.

Уборщица как раз пылесосила у самой двери, и его руки стали потеть, как в парилке. От накатывавших мыслей о том, что он, пусть вынуждено, но принимает участие в заранее спланированном убийстве, тело повсеместно начало лихорадить.

– Она не будет пылесосить вечно. Перекладывай чёртовы сигареты и прячься в шкаф для одежды! Чего ты медлишь? – разразилось в динамике.

Игорь поставил туфли на пол, запихнул отравленные сигареты в пачку и положил её на стол так же, как она лежала. Тем временем уборщица закончила работать с пылесосом и направилась к своему обозу. Климов спрятал пачку, принесённую с собой, поднял с пола снятую обувь и пошёл в сторону шкафа, встроенного в стену рядом с входом. Паркет, которым был устлан пол кабинета Полянского, не оставлял Игорю ничего другого, кроме как преодолевать расстояние в несколько метров шагом канатоходца, медленно отрывая и прислоняя стопы, чтобы не издавать ни единого звука в закрытой комнате. Истекая пóтом и впиваясь пальцами в свою ношу, Климов передвигался настолько тихо, что слышал слова песни, которую бубнила себе под нос женщина, протирая мебель в прихожей. Когда уборка в соседней комнате была закончена, Игорь уже стоял напротив стенного шкафа и готовился взяться за ручку дверного замка, который никогда не закрывался. Женщина покатила обоз в сторону кабинета Полянского, и когда он потянул её на себя, одна из петель предательски скрипнула. Климов замер у приоткрытой двери, зажмурившись и сжавшись, пытаясь прислушаться к тому, что происходит в это время за стенкой. Женщина, видимо, пыталась сделать то же самое, и на какое-то время всё вокруг стихло. Списав резкий звук на скрип своей телеги, уборщица продолжила движение в кабинет Полянского, а Игорь, поняв, что она ничего не заподозрила, спешно пролазил вглубь стенного шкафа. Как только Климов исчез во мраке, механизмы замка в двери кабинета провернулись несколько раз, и он открылся. Через минуту женщина включила пылесос, и Игорь слегка успокоился.

– Ну вот – можешь, когда хочешь, – констатировал голос по телефону, – и сделал всё вовремя. Как только дверь закроется – выходишь из шкафа, надеваешь обувь. Когда она двинется в сторону лифтов, выходишь в прихожую, закрываешь за собой дверь и кладёшь ключи на место. Как только она уезжает на первый – выбегаешь следом. Вечером позвонишь жене, встретишь их где-нибудь и забудешь всё это.

Стоя неподвижно в кромешной темноте и пропуская слова Максима мимо ушей, Игорь старался дышать как можно ровнее и тише, несмотря на то, что уборщица в таком шуме его бы всё равно не услышала. Ещё никогда в жизни он не был таким сосредоточенным. Климов понимал, что к тому моменту, как она выключит пылесос, дыхание должно прийти в норму, а общее состояние должно быть сравнимо с анабиозом. Женщина закончила с уборкой пола и вернулась к обозу, который предусмотрительно оставила за пределами комнаты. Она продолжала напевать ту же мелодию несколько громче, попутно играя на нервах у единственного невольного слушателя её концерта, заставляя его потовые железы работать сильнее. После характерного плеска воды при отжиме тряпки и её шагам в районе дивана Климов понял, что она решила начать уборку с мягкого уголка. Монотонные звуки, доносившиеся из её рта, и подтирочные движения тряпки со временем стали успокаивать, Игорь понял, что женщина ни о чём не догадывается и методично занимается своей работой. Она спокойно вытерла подоконник, кожаное кресло Полянского и редкие участки стола, не заваленные бумагами. В этот раз уборщица не особенно старалась, поскольку уборка не была генеральной, да и в свете последних событий в жизни главы компании чистота рабочего пространства была последним, что его интересовало. Через какое-то время она направилась к выходу из кабинета, и Климов подумал, что сейчас она закроет двери, но вместо этого она куда-то исчезла, и его снова затрясло от волнения. Не было ни Максима в динамике, ни звуков снаружи шкафа – только полная тишина и его тяжёлое дыхание. Вскоре она вернулась одна, и ему полегчало; женщина принялась раскладывать свои рабочие принадлежности по местам, а после этого дверь в кабинет захлопнулась, и ключ провернулся в замке несколько раз. Пришло время бежать с места преступления!