Катенька

Роль воспитателя мало подходила мне, и вообще выглядела как-то глупо. Я старше лишь на год с небольшим псевдовоспитанни

Скорее всего, я казался ей уж не таким мальчишкой-залупышкой. Бабуля свалила по делам. Катя стала заниматься детскими. Почему-то сие слегка удивило меня. Она тихонько что-то напевала, а я изучал книгу. Так мы сидели около часа. Вернее сказать, я сидел, а Катя все время вскакивала и ходила — то два-три шага взад и вперед, то убаюкивая куклу; потом снова садилась на корточки. Это было в некоторой степени неестественно. У меня возникло подозрение, что девочку что-то беспокоило, будто у нее почесывалось там, где слегка натирает у любой малолетней девчонки. А ведь подобные вещички не остаются незамеченными у пацанов.

Настала пора спать. Девчонка никак не засыпала. Я посматривал на нее. Увлечена игрой. И явно не собиралась ложиться. И не замечала, куда я смотрю краем глаза. Мне был хорошо виден застиранный треугольник ее трусиков, слегка облегающий пухленькие девчоночьи бедрышки. Было приятно наблюдать за Катенькой, ненавязчиво трогать писюн. Я начал фантазировать, как обнимаю малолеточку и ебу ее. Прошу понять меня правильно, ведь вас самого, читатель, беспокоили мальчишеские стоячки в довольно-таки нежном возрасте. А тогда все письки хороши. Да и попки…

…моя рука ласкает ее попу. Часто в фантазиях представлял тетю Веру, взрослую брюнетку. Конечно, тода она представлялась мне очень взрослой. А ей было еще далеко до тридцати, да что там тридцати, даже двадцати пяти. Но титечки у нее были немалые, на взгляд тугие (на ощупь — не знаю).

Захотелось подрочить, но делать это в открытую я стеснялся, так как рядом лежала, сопя, Катя. Наконец-то я уложил девочку спать, за что бабуля и была мне благодарна. Мастурбировать рядом с практически незнакомой девочкой, даже спящей, было как-то стыдно. Сел, широко расставив ноги, и похвалил себя за то, что одолелел сегодня задачу по арифметике, которая была довольно-таки, на мой взляд, непроста. Внезапно появилась шальная мысль снять с Кати трусишки, эти широкие псевдопорточки из не очень плотной материи в крупный красный горошек. Сквозь ткань аппетитно просвечивала маленькая аккуратная жопка пятилетнего ребенка. Угадывалась даже манящая задняя дырочка. Но тут же эта мысль угасла. Так как девочка может спросить, зачем это нужно, а потом сдуру доложить бабке, что, мол, что-то вышло не так. Но тут сама Катя, сонная, подсказала мне выход.

Розовая ночная сорочка, полупрозрачное малышовое бельишко. Выпростав пенисок, я провел им по полуобнаженному тазу ребенка, затем спусился ниже, к задней дырочке. Прикосновение залупки к нежной детской попе, даже не голой, а обтянутой трусиками, доставило фантастическое удовольствие; посетила мысль о традиционной мальчишеской эякуляции. Девочка хмыкнула, якобы не просыпаясь. Ее трусцы стали темнеть внизу, но и сверху, в ракурсе, это вскоре стало заметно. Я стал обонять вкусный запах детской манденки, ни с чем не сравнимый.

Взял ее за левую руку, притянул, чтобы сделать приятно себе (правой я ласкал пенис). Уперся кончиком в детскую ладошку. Хотелось, чтобы малышка потрогала, а я бы внутрь кончил… Но рука быстро юркнула под подол коротенькой рубашки. Катеньке больше нравилось развлекаться с собой. Что за эгоизм! Став куда более взрослым и познав немало дев, не дев и не совсем дев, мне стала знакома эта развращенная донельзя разновидность мастурбантки. Стоило начать ее трогать и всячески ласкать, девица, настроившись на половое удовлетворение, начинает мастурбировать свое междуножье, нисколько не задумываясь о сексуальном удовольствии партнера. Подразумевается, вид тесно сжимающей ножки жертвы похотливых мечтаний эдакого Гумберта автоматически доводит оную до экстаза.

Естества мальчиков Катька, несмотря на смешной возраст, уже неоднократно касалась, и наверняка с известным успехом, но куда приятнее было бесстыдно ласкать половой орган самой, лежа полуголенькой перед созерцателем эстетических сокровищ.

Малышка сладострастно погладила себя, от ножек и письки до сосочков под футболкой. Соблюдая некие правила, я кое о чем подумал. Настолько откровенно мастурбирующая девочка слегка пригасила мою крышу. Я, конечно, видел такое не впервой. Здесь, в этом захолустье девичий онанизм был настолько же привычным явлением, как и прополка грядки. Вот дрочат девчата вечерком… Речь идет не только об относительно взрослых девушках и женщинах, но и просто о детях. Для мальчишек и девчонок лет до десяти вполне естественно самоудовлетворяться прилюдно, сие даже поощряется в местных детских садах и школах. Девушкам дозволяется мастурбировать — такова мораль — всегда — до того, как девушка не перестанет ощущать себя девушкой. Любой пвцан легонечко вынмает хуишко и лрочит, а дитятки женского пола демонстрируют ему лысые писи.

— Катя, прекрати! Неужели тебе не стыдно? Натяни трусики обратно на попку! — Я был несколько смущен такой прямотой, что ни говори.

А девчонка наяривает. Никакого бесстыдства.

Было заметно, что малолетке очень приятно, и останавливаться эта бесовка явно не собиралась.

— Катька! Ну опомнись же! Я ведь тоже не железный! У меня стоит, что с этим делать? Сейчас спушу!

Я, конечно, уже неоднократно мастурбировал с деревенскими девочками, не ведающими стыда; у нас это уже вошло в привыяку, да что греха таить, мы предаемся этому занятию постоянно, так что сия деятельность для меня далеко не новость. Но как спускал этот ребенок! Ни Ленка, ни Танька, ни малолетка-Ксюха не умели выворять этакое!

— Катя! Ну хватит! Мой пенис уже не может стоять! Бесстыдная ты девочка!

С девчатами я кончаю буквально каждый день по нескольку раз, мне нравится мастурбировать с сестрицами, с младшими и старшими, а шоу, предоставленное пятлетней малышкой, превзошло все ожидания. С каким бесстыдством она дрочила! Я пытался тем или иным способом урезонить малолетку. Куда там! Полуголая девчонка, задрав до пупка рубашку, перевернулась и повелела:

— Теперь целуй.

Я полюбовался крошечной девичьей вагинкой.

Ее маленькая пися была очень аккуратна. Девочка не расставляла широко ног наподобие моих сестер, указательный пальчик легко порхал между влажненьких детских губок дошколетки. Катенькино личико выражало немалую степень детского удовольствия.

Мне просто пришлось выоизпть детсое естество. Сестры одоблили, мастурбируя. О, как мне нравился этот лгкий развратец. Аленка, приподняв тьрусикит, дрочи

Я даже не знал, за чем мне интереснее наблюдать: за слегка прираскрытой, увлажненной детской вульвочкой, либо за личиком сладострастницы-малолетки. Длинные светлые волосы ребенка были разбросаны по подушке, а она, нисколечко не стесняясь, мастурбировала по-детски при мне, Аленка, приподняв юблчку, дрочила. Анжела, совсем спустив трусики, охада от наступающего оргазма. Олька просто кончала, спускала, как дурочка.

До чего ж приятно было раздвинуть языком эти нежные губы девчоночьей писи, проникать внутрь маленькой девичьей вагинки. Теперь девочка раздвинула ножки, я даже не заметил, как исчезли эти далеко не эротические трусики. Словно развратница, она стала тереться детской безволосой писей о мой рот и думать, по-видимому о чем-то своем, детском. Я не уставал трогать пенис, лаская Катюшкины половые органы. Девчонка постоянно вздрагивала. Похоже, ей были приятны эти детские сексуальные ласки.

Такого еще не было в моем довольно богатом сексуальном опыте — опыте семилетнего пацана. Сестры и соседские девчонки трогали мой пенис, доводя меня до оргазма (я, конечно, тоже нежно ласкал пальцами их крошечные клиторки, доставляя юницам и кое-кому постарше, с более крупными скользкими клиторами, немалое удовлетворение), но до такой степени интимной близости, мы, разумеется, не доходили никогда. Старшая сестра — Ира — строго-настрого запретила делать мне это с собой, Ленкой и Ксюшкой. Хотя что с Ксюшки-то было взять, подумаешь, четырехлетка. Инцест, объяснила мне сестра. Во взаимной мастурбации нет ничего удивительного, и современное общество смотрит на это уже сквозь пальцы, но если сестренка полижет братику, а тем более папа — дочке, это уже слегка предосудительно. Лучше придерживаться правил.

Ире очень нравилось, когда я, стоя перед ней голым, играл со своим стручком, и в конце концов изливался на полногрудую обнаженную девушку. Забыл объяснить: регулярные занятия онанизмом со своими сестрами преждевременнно выработали у меня возможность эякуляции, причем, по возззрениям Иры, не такой уж маленькой для моего возраста. «Мальчикам мастурбировать полезно, — говорила она. Да и девочкам… М-м, Данон. Тоже…»

Мне очень нравились и Ленка, и Танечка, и Ксюшка, будучи голенькими. Ксюха была еще совсем малолеткой и пока не умела спускать, но старалась быть во всем похожей на старших сестер; дрочила, сколь могла. Ах, эта детская мастурбация. Иные встревоженные родители бьют во все колокола, поднимая ложную тревогу. Между тем дети попросту исследуют свои тела, и не нужно, на взляд всячеих паниковсих

Иры (а также и соседских девочек) делать из этого какую-то бы ни было проблему. Нам нравилось мастурбировать вместе и, как я уже говорил, заниматься этим постоянно.

…Я стал полизывать крохотные соски девочки. Она завизжала. Катькина писька была настолько хороша, что я не смог удержаться и начал гладить пальцем ее детский клиторок. Малышка уже уселась на мне верхом и терлась детской вагинкой о стоящий ствол. Девочке было приятно. Катя благосклонно отнеслась к данному занятию, прижимаясь к моему рту то одним, то другим детским соском. Эх, пятилетка! Теперь у меня нездоровые ассоциации… Мне нравилось, как голенькая девочка прижимается ко мне. Я тем временем слегка раздвинул ножки пятилетнего ребенка и стал щекотать между. Попка была интересней, и я начал медленно, очень нетороплио вводить в нее указательный палец.

Это было довольно забавно. Девочка на мновение замерла, словно поняв, что последует далее. Я не спешил. А Катька уселась поудобнее и насадилась сама, впрочем, не на член, а на палец! Даже и зная, что к чему, ведь мне, братцы, было ненамного больше лет, чем воспитаннице — невзирая на ноготь, могущий слегка повредить маленькую нежную девичью попку, этот розовенький детский анусок, — я таки позволил ей сесть и стал трогать ее попку изнутри. Даже вопрос, кто получил больше кайфа. Никогда не забуду этого ощущения — упругая попа пятилетней малышки насаживается на мой палец, небезуспешно имитирующий детский член, а я трогаю анус ребеночка изнутри.

Фрикции Катюшки были недолгими — короче, чем хотелось бы этого мне. Но теперь попа была в достаточной степени подготовлена, а стыд… Смеетесь? Я приподнял дошколенку, а затем аккуратно насадил ее анусочком на остроконечное навершие своего не такого уж большого членика, хвастаться не буду. Расслабленная попка малолетней девочки с малоскрываемым удовольствием отправилась в путешествие, кое сулило некие радости. Девочка скакала попкой на моем члене и не забывала радоваться жизни.

— Ты так и не поцеловал меня там. — Вопрос ребенка был справедлив и нуждался в немедленном удовлетворении.

— Ладно, полижу… А в попочку еще раз позволишь вставить? В тесную, узкую? Горячую, тесную, упругую?

— Ой… Там тесновато, конечно… Ладно, Слава… Славик, еби меня пальчиком…

В попочку, забегая вперел, вставил. Древние греки,,типа, не врубались, что к чему, хотя и занимались альтернативным мышлением. Так или иначе, деток в попки они имели.

Я стал ебать малышку в попу. Анальное отверстие ребенка оказалось на редкость разтяжимым, и мой половой член с легкостью проник в Катюшкин анус. Девчонка ойкнула. Конечно, это был уже далеко не палец. Я ебал сестренку с наслаждением. Двигать туда и обратно пенис в этой розовой тугой дырочке малолетки — высшее наслаждение. Катюхе не исполнилось еще и семи лет, а она уже познала прелесть быть ебомой. Еще чуток, и наступит детский оргазм. Это, уже, конечно, не то, что удовольствие от теребеньканья курка, а вполне серьезное удовлетворение женщины. Катя заинтересовалась свом устройством, любуясь собой в зеркале. Пизда ее, пардон, окаалась весьма интересным объектом исследования\. А клитор Анечки вышел оюъшгтлм кула как более интересным\ Я присосаося. Это был весьма интресный клитор. Сестра, дура, вздрагивала от оразмов, как глупая третьнклассница, кою просто так выебли.

Девочки, а что у вас пол подолами? Думаете, такие уж сокровенные тайны? Письки. Типчные письки, и более — ничего. Просто щедки

Анеска показала мне пиздущку, задрав платьице и приспустив трусики. Я был в восторге. Это было не типичное летнее приключении, п ревльный секс. Алинка легла на меня и стала тереться марфуткой о мой пенис. Девочку я ебал — таи мне казалось.

Реально я выеб других левочек.

Ленку и Таньку в рсчет не беру. Вот Вилнгка...

Вставил ей, было дело, ну. Девочка пписуна, что ж! — в попу — значит в попу, на войне, как на войне.

Я выебал Леночку. Она была хороша, как дома на Юго-Запале. Эз, поебись. Ебля прекрасная, как автобус номер 87.