Катя (СИ)

Влад слишком быстро поймал ее. И девушка оказалась в роли безропотно принимающей все стороны. С трудом заметив у себя непонятное желание освободится, девушка все же расслабилась, отдаваясь ласкам. Влада ее покорность подстегнула.

Дойдя через какое-то время до шикарной ванной, она смогла даже взглянуть на ситуацию с другой стороны. Ей понравилось.

Влад, одевшись первым, принес ее вещи. Мятые, но ничего, сойдут.

Комната, в которой они предавались разврату, оказалась частью большой гостиной. На ее вопросительный взгляд Влад махнул рукой:

— Они адекватные. Это тебе.

На столе лежал красивый экзотический букетик.

Извинение.

Нежные цветы, тоненькие травинки. Даже сложно сказать, что именно, но букет молил “Прости”

Посмотрев на Влада, Катя все же решила уточнить:

— Кто разбирается?

— Степа, — не стал увиливать мужчина. — По мне, розы — лучший вариант, но в этом вопросе я полагаюсь на остальных.

— Спасибо, — поблагодарила Катя. — Знаешь... хотела уточнить, но, наверное, пока не буду.

— Есть хочешь? И — спрашивай.

— Хочу.

— Чай? — поддел он ее.

— Нет, — фыркнула Катя. — Ты просто не представляешь, каково это — перешивать половину концертных платьев.

— Сложно?

— Очень! Они эксклюзивны. Некоторые проще сшить заново, а напрягать этим маму не хочется.

— Ясно.

Небольшая экскурсия, закончившаяся на кухне, где водитель жарил мясо, а Степа ковырялся в планшете. Он и обрадовался их возвращению:

— Наконец-то! Вы как кролики, а вроде возраст!

— Степ, я тебе щас сам зубы выбью, — пригрозил Влад недовольно.

— А я, как самый культурный человек, два часа отваживаю желающих с тобой пообщаться. Сколько усилий и нервов мне это стоит — никто не ценит! — патетично воскликнул Степа.

— Это в плане, что тренируешься убегать от недовольных людей? — уточнила Катя, устраиваясь за стол.

Водитель расхохотался:

— Именно!

— Кто меня спрашивал? — прервал их общение Влад.

Степа указал на листок бумаги с именами и протянул телефон. Влад хмыкнул и ушел звонить.

Перед Катей поставили тарелку с отбивной. Жирной. Толстой. Зажаренной до корочки.

От картошки девушка отказалась.

— Извини, не влезет. Да и вообще, картошку я и дома поесть могу.

— А мясо — нет? — съязвил Степа. — Только на картошку и работаешь?

— Неа. На овсяные хлопья.

Водитель даже поперхнулся, зато у парня словарный запас был больше.

— Сочувствую, значит, ты три года живешь, перебиваясь с картошки на овсянку? А вроде нормально зарабатываешь...

— О, почему три?! Последние десять.

Теперь поперхнулся Степа.

— Десять?!!!

— Ну, шесть миллионов на дороге не валяются.

— Почему шесть? Квартира стоит пять с небольшим.

Катя хмыкнула.

— Считаешь мои деньги? Ладно, давай считать вместе. Сначала мы с мамой отремонтировали старую квартиру, потом поменяли ее на новую, где сейчас и живем, доплатив половину стоимости. Еще ремонт — знаешь, во сколько обошелся?! Покупка машины. Потом начала копить деньги на новую. Получается пять с половиной миллионов, плюс ремонт в миллион, но тут помогла мама, а теперь еще ипотека.

— Такими темпами за год рассчитаешься, — утешил ее Степа.

— Ты в курсе суммы платежей? А говорили “конфиденциальность”.

— Работа такая, — пожал плечами парень.

— Не надоело? — вдруг подал голос водитель.

— Надоело, но если верить вашему таланту, — махнула рукой в сторону Степы, — за год рассчитаюсь — и все.

— А какие были планы? — уточнил водитель. — На потом.

— Получить бумаги, распрощаться с жильцами, сделать ремонт. Потом либо встретить мужчину, либо, что вероятнее, операция по искусственному оплодотворению — и все, радоваться материнству.

— Круто, — раздался недовольный голос Влада за спиной. — Вон, Степа аж в прострацию впал.

— Ты молодец, довести Степку сложно, — похвалил водитель.

Влад сел рядом, подвинул к себе тарелку, и укоризненно спросил у Кати:

— Надеюсь, теперь твои планы поменялись?

— Наверно, — не стала спорить Катя.

Она догадывалась о причине недовольства, и ума не провоцировать конфликт ей хватило. И так, судя по всему, Влада что-то не устраивает. Тут снова очнулся Степан:

— Это получается, у тебя появится карапуз? — с ужасом спросил он у Влада.

Влад подавился. Катя расхохоталась.

— Тебе страшную вещь сказать? Секс — это еще не совместные дети.

— Так, — поднял руку Влад. — Все молчат.

Катя посмотрела на остальных, они и правда замолчали. Хотя, судя по усмешке водителя, у него было, что сказать. Да и Степа не мог просто так закончить беседу. Но оба держали свои мысли при себе...

Покончив с едой, все стали собираться. Катя взяла свою сумочку. Влад открыл дверь, раздавая последние команды. За руль сел водитель. Все-таки, правда, водить Влад не любит.

Как ни удивительно, но Влад тоже устроился на заднем сидении, распорядившись:

— Завозим Катю.

Девушка повернулась к нему, ожидая продолжения, но услышанное поразило:

— Тебе пары дней на сборы хватит?

— Не поняла.

— Кать, мы что — будем как пятнадцатилетние к друг дружке в гости ходить и по подъездам зажиматься?

— А я в пятнадцать и не зажималась, — заметила Катя.

Сколько она, оказывается, упустила.

— Знаю. Ничего интересного у тебя не было.

— Ага. У всех было, а у меня нет, — вполголоса не согласилась она.

— Ладно. Потом обсудим, — отмахнулся Влад.

Водитель хмыкнул, но промолчал. И то хлеб.

— Давай проясним ситуацию. Романтичные прогулки под руку интересны, но мы оба взрослые люди. Что ты кривишься? Да, я помню про танцы под дождем, к ним это не относится. Мы обсуждаем остальную часть жизни.

— Мы друг друга почти не знаем, — выдвинула Катя здравую мысль.

— Прогулки под луной этого не изменят, а совместный быт — наверняка.

— У меня все время работа, — последний довод.

Влад задумался, а потом выдал:

— Только без глупостей, хорошо? Сколько тебе осталось — около миллиона? Кать, точно зная, что у нас все срастется, я бы заплатил. Но тратить такую сумму с вариантом, что мы можем через полгода разбежаться, не буду. Ты до нового года отработаешь, я вам заказов подкину, а потом бросишь пение, идет? Тихо! Предупреждаю сразу, если у нас все получится, ты вообще работать бросишь. Мне нужна жена, которая будет заниматься домом и детьми, а не карьерой. Деньги на это я давать буду. КАТЬ! Сейчас я договорю, потом выслушаю тебя. Вот такой я неромантичный. У тебя три месяца, чтобы уменьшить сумму, потом одной зарплаты хватит. Или я закрою, там видно будет. Заодно узнаем друг друга. Не сойдемся, продолжишь следовать своему плану. В конце концов, зарплата и аренда — уже нормальный доход. Кать, спокойно. Я взрослый человек, да, ты мне нравишься, с тобой я готов попробовать создать семью. Реально, если все будет нормально — поженимся. Но, извини, всякие там цветы и прочая ерунда организуется Степой.

Тут Катя рассмеялась.

— Ты чего? — не понял он.

— То есть серенада под окном будет в исполнении Степы?

Влад хмыкнул:

— Пожалей соседей. Но если надо, то будет.

— Ясно.

Эта картинка смысла недовольство от слов Влада. Катя не считала себя самой романтичной особой на свете, но такое вот деловое предложение разозлило. Семья — это не сделка. Хотя рациональное зерно присутствовало, как и нотка сожаления от неготовности Влада подарить миллион. А с другой стороны... Кто знает, как и чем все это закончится. Быть должной банку — это одно. А если, правда, не выйдет, и разойдутся — нехорошо, а в том, что Влад захочет получить свой миллион обратно, сомнений нет, и что тогда будет — неизвестно.

Катя не то чтобы верила в неизбежность их расставания, просто... она никогда ни с кем не жила. Уверенности, что не наломает дров, не было. Все же люди далеко не с первой попытки создают удачные пары. Опять-таки, если попробовать с Владом, она будет знать, каково это, и в следующий раз многих ошибок удастся избежать.

— Ладно. Договорились, — решила Катя.

— Время на сборы?

— Не знаю, давай я завтра уточню, — призналась она.

— Хорошо.

Катю довезли до дома. Выйдя из машины, она помахала рукой, рассудив, что кидаться на шею еще рановато.

— Пока.

— До завтра, — улыбнулся Влад.

Катя взбежала наверх. Мама, к счастью, была дома.

— Привет. Мам, мне срочно нужна твоя помощь.

— Ничего рассказать не хочешь? — утонила родительницв. — Ты время видела? Позвонить или ответить на звонок трудно было?

— Прости, сначала не могла, а потом не вышло. Мам, подожди, собраться поможешь? И что мне нужно знать о семейной жизни?

Мама аж села на тумбочку в прихожей.

— КАТЯ!

— Да, смотри...

Катя пересказала случившееся, упомянув и предложение Влада о совместной жизни, и снова потребовала рекомендаций.

— Ты же знаешь, чем закончился мой брак.

— Знаю, но, во-первых, ты все же была замужем и теперь, посмотрев назад, можешь сказать, какие ошибки могут возникнуть.

Катя мигом переоделась и достала очередной альбом из маминого запаса. За это время родительница как раз успела обдумать услышанное и устроиться в кресле с чаем.

— Слушаю, — Катя села рядом.

— Слушай.

И мама начала делиться своим опытом. Катя, чтобы ничего не забыть, начала записывать, прочертив две колонки: “ни в кое случае” и “обязательно”. После первого часа, когда основное было обговорено, они перешли в другую комнату и занялись сборами. Катя вдруг поняла, как много у нее вещей. Параллельно была произведена ревизия, и часть вещей была отправлена к маме в ателье, что-то отложили на выброс.

Пакеты, коробки, пакеты и коробки, а ведь забиралось только личное и необходимое. Всякая там посуда, белье и прочее осталось. Катя мучительно решала, что забрать, а что можно будет купить после знакомства с квартирой Влада.

Сборы закончились в два часа ночи. К этому моменту вся прихожая была заставлена барахлом, несмотря на то, что все летнее, наоборот, убрали в гардероб и половина зимних вещей оставалась.

В альбоме же несколько страниц были исписаны мелким почерком.

Поняв, что на сегодня хватит, уставшие до невозможного они разошлись спать. А утром поездка на работу, машину Катя тоже забирала. Днем позвонила Владу и уточнила, не изменился ли план, заодно обрадовав полной прихожей вещей. Но на вопрос о найме грузчиков Влад отреагировал весьма резко и негативно — этим он займется сам. И с работы вечером тоже он ее заберет.

— Но я на машине!

— Ясно. Отгонят.

— Ладно...

Как-то это странно.

Чуть позже позвонила мама и, посмеиваясь, рассказала, как с ней связался Влад и уточнил, нельзя ли сейчас забрать Катины пожитки. Разумеется, мама поехала домой. Грузчики, увидев фронт работ, несколько опешили, но появился Влад с букетом для мамы и коробкой конфет, которую они вместе и съели, и сразу все наладилось. Никакого недовольства и возмущения. Ребята мало того, что забрали вещи, так еще и выкинули предназначенное на выброс, даже убрались за собой.

Маме Влад не сильно приглянулся, но придраться не к чему. Мужчина предусмотрительный — прежде чем уехать, оставил свой номер.

Тут раздался входящий с незнакомого номера, и Катя, попрощавшись, завершила разговор.

Звонил Серый, водитель Влада, приехавший забрать Катин автомобиль. Пришлось сбежать вниз с ключами, а потом долго думать, нужно ли ей что-то из машины. Забрав зонтик и альбом, девушка решила, что больше ничего ценного нет. Уже вернувшись в кабинет, сообразила, что не узнала главного: где, собственно, ее имущество потом искать?

Пришлось перезванивать:

— Это Катя. А машина где будет?

— В гараже. У Влада сервис, там есть автопарк. Проверят и поставят.

— Понятно. Спасибо.

— Не за что.

— Ага. Пока.

— Пока.

До конца рабочего дня Катя вовсю работала, иначе в голове появлялось слишком много нежелательных мыслей.

А вечером ее действительно встретил Влад.

— Привет, — улыбнулась Катя, подходя.

— Привет. Все не так страшно, как ты придумала, — добродушно улыбнулся мужчина и привлек к себе для поцелуя.

Напряженная девушка порыв не разделила.

Влад лишь хмыкнул:

— А как же восполнение пропущенного в пятнадцать? Шокировать окружающих — самое то.

— Да? Не подумала об этом, — засмеялась Катя. — Ладно, давай попробуем еще раз.

Если плюнуть на мнение окружающих, то вполне даже ничего.

— Поехали?

— Поехали.

Квартира на третьем этаже. Огромная площадь, удачная планировка, приемлемая обстановка и до работы недалеко — удобно.

Небольшая экскурсия, начавшаяся с прихожей и закончившаяся спальней.

Вечер протекал как-то непонятно. Влад показал, что и где находится, предупредил о приходящей домработнице, заметив, что теперь нужда в ней отпала, и сел на кухне, а Кате предлагалось приготовить ужин.

Все бы ничего, но под внимательным, изучающим взглядом это было непросто. Тут ее осенило:

— Влад, ты в курсе, что я никогда ни с кем не жила?

Кивок.

— Значит, понимаешь, что плохо, а что хорошо — судить не могу? Вчера я пытала маму на тему “можно — нельзя”, а теперь меня осенило, что-начинать-то нужно было с тебя.

Катя принесла альбом и положила перед Владом.

— Допиши, что с твоей точки зрения делать категорически недопустимо и, наоборот, обязательно, ладно?

Влад явно растерялся.

— Ладно.

Пока он просматривал записи, Катя изучила содержимое холодильника. Выяснив, что Влад не любит рыбу, начала жарить котлеты.

Влад.

Чувства растерянности он не любил. Оно означало недоработку. Но Катя периодически умудрялась ставить в тупик. Быстрые сборы, но вместо предполагаемого пакета у девушки оказалось полгазели вещей. Правда, Галина, Катина мать, объяснила, что большая часть — реквизит, но все равно... уложить все это за один вечер?! Удивительно!

Ладно, бывает. Но этот альбом!

Хотя идея действительно стоящая, даже если Катя прислушается только к самому необходимому.

Катя отвлекала, хотя никакой суеты не создавала.

— Я в кабинет, — объявил Влад и ушел, захватив список.

Некоторые идеи были откровенно глупыми, но кое-что заслуживало внимания. Решив, что хуже не будет, Влад начал дописывать.

Он всегда полагал, что никаких особых требований у него нет, но, исписав целую страницу, осознал свое заблуждение.

Заглянувшая Катя позвала ужинать.

Ничего экзотического, но все съедобно. Потом девушка принялась убираться на кухне, а Влад боролся с желанием закурить.

“С чего бы это? Снова?”

Наконец Катя устроилась напротив.

— Ты дописал? Я посмотрю?

— Да, конечно.

И только согласившись, осознал, что его нервировало: беспокойство — как она отнесется к написанному.

Катя прочитала и тяжело выдохнула:

— Даже не знаю...

— Конкретно, — улыбнулся Влад с облегчением.

Когда начинались переговоры, он попадал в свою стезю.

— Смотри, “просыпаться вместе” и “готовый завтрак” — в моем воображении эти два пункта плохо сочетаются. Если проснуться вместе, даже предположив, что ты первым займешь ванную, когда я успею приготовить нам поесть, привести себя в порядок и сесть завтракать вместе с тобой? Ты, кстати, чем по утрам питаешься?

— Овсянкой. Заливаю хлопья кипятком.

— А, ладно, это недолго. Но трех минут на себя мне никак не хватит.

— Разберемся. Это устаканится само собой, если ты не проводишь в ванной час.

— Наверное, минут пятнадцать.

— Ладно. Дальше?

— Крема. Я без них никак! Как я могу лечь спать, не нанеся крем, и одновременно не мазаться химией на ночь?

— Кать, ты знаешь, какова на вкус эта химия?

— Ни разу не пробовала.

— А мне предлагаешь?

— Ладно. А если я потом-потом руки намажу ничего? А то они сохнут.

И Катя протянула ладошку. Влад на ощупь не понял, в чем проблема, но кивнул. Ладно. Если только руки, он не против.

— Дальше...

Обсуждение заняло еще час. Потом, пока Катя развешивала вещи, Влад еще кое-что дописал. Очередная дискуссия. Секс перед сном. И сам сон.

Катя заснула сразу и почти моментально начала перемещаться по кровати. Сразу видно, что не привыкла с кем-то спать. Поймав девушку и подмяв под себя, чтобы прекратить метания, Влад бросил взгляд на полупустую тумбочку. Телефон на зарядке и одна баночка, причем масла. Такое количество изменений его устраивает.

Катя.

Жить с человеком, имеющим свои привычки, особенности и странности, оказалась неожиданно тяжелой. С одной стороны, Влад как бы ничего из ряда вон не требовал, а с другой, умудрялся вставать в позу в мелочах. Возьмем, к примеру, мусор. Катя так и не поняла, почему Влад не мог донести его до мусоропровода. У них с мамой было заведено: кто уходил первым, тот и захватывал. Обычно это была Катя. Ладно, не нравится — не делай, но Влада задевало, даже если Катя САМА выносила злополучный мусор.

Закончилось все ее возмущенным шипением: “Вноси в список”.

Кстати, список Катя регулярно перечитывала, обдумывала и пробовала следовать. Выходило не всегда, но это уже жизнь.

Еще одной ерундой, вызывающей разногласия, оказались продукты. Когда Катю отвезли домой, она зашла в магазин. Учитывая, что Влад четко указал — не привлекать его к этому, девушка сначала не поняла причину нервозности. Как потом выяснилось, надо было не отпускать водителя, а вручить покупки ему и не идти самостоятельно сто метров до квартиры.

Но это все мелочи. Притирка. Самым большим камнем преткновения, как Катя и ожидала, стали ее репетиции. Звукоизоляция была замечательная, поэтому, когда Влада не было или он работал у себя, девушка пела. Выучить песню — это не просто запомнить слова, это еще и понять звучание у исполнителя в оригинале. Для этого приходилось сначала выискивать песни, а потом их слушать пару раз и подпевать, запоминая. Завывания восторга не вызывали, но тут Катя встала в позу и потребовала свободы в этой части своей жизни. Влад уступил.

Дальше возник несуразный вопрос — секс. Нет, все всё знают, умеют в меру своей распущенности и так далее. Но на Влада порой находили какие-то странные заморочки. Из вариации “падишах”. В первый раз Катя с трудом удержалась от желания покрутить пальцем у виска.

Влад ждал ее, раскинув руки в стороны. И со смесью интереса и любопытства на лице. Оказалось, это значило, что инициатива предоставлялась Кате. Одна проблема: Катя под таким пристальным вниманием умела петь и танцевать, но не заниматься сексом. Специфика другая.

Узнав, в чем дело, она со спокойной совестью забралась под одеяло и прижалась к Владу спиной, пожелав “Спокойной ночи”.

— Кать, — позвал он негромко.

— А?

— А секс?

— Влад, ты себя со стороны не видел. Не знаю, как у тебя, но у меня, кроме желания вытянуться по струнке, никаких других не возникло. К тому же, раз инициатива полностью моя, я ее проявила.

— Ладно. Понял. Но если я хочу, чтобы инициатива исходила от тебя, что нужно?

— Влад, ты же умный человек, сам знаешь, просто так ничего не возникает. Нужны предпосылки, верно? Я вообще на секс не настраивалась.

— Почему?

— Ты несколько раз повторил, что устал и мечтаешь выспаться.

— И?

— Что “и”? В моем понимании, сон — это сон, а не нечто иное. Если у тебя не так — пиши.

— Ясно все с тобой.

Влад выключил ночник и обнял Катю.

— Кать, ты завтра будешь занята?

— У меня свадьба.

— Я не про это. Ты для меня список своих предпочтений не составишь.

Катя даже повернулась от удивления.

— Зачем? Ты же знаешь, как оно и что?

— Получается, не знаю. Люди все разные.

— А... попробую. Хотя понятия не имею, что писать.

— Подумай.

— Договорились.

Поцелуй на сон грядущий и Катя заснула, обдумывая специфику разговоров в кровати. Посоветовавшись на работе с вездесущей Аллой Эдуардовной, знатоком отношений, Катя получила еще один список — короче, зато более всеобъемлющий. Один из пунктов гласил: “Серьезные темы, как и ерунду, в кровати лучше не обсуждать”.

Вывод: к чему отнести просьбу Влада в этом случае?

А пятница принесла как кучу размышлений, так и новостей. Офис гудел, работа была на уровне “мы все здесь и все что-то делаем, но не надо уточнять — что”.

Естественно, новости касались руководства. Катя, мало интересовавшаяся этой темой и не следящая за развитием событий годами, многое упустила, зато теперь получила все в сжатом виде.

Сыновья учредителя, уже давно и надежно записанные в гомосексуалисты, шокировали всех. Оказалось, Георгий женится на некой Анне. Катя мысленно улыбнулась, приятно побыть свахой, наверное, есть в этом что-то чисто женское... А Виктор вообще давно женат и у него двое детей!

Когда Катя осторожно поинтересовалась, с чего все началось, определить причину сразу было невозможно. В итоге узнала, что парни еще со школы отличались от сверстников ухоженностью, отношением к одежде и маникюру, в общем, метеросексуальностью, как принято сейчас считать. Но пятнадцать лет назад диагноз был совершенно иной. А потом они оба категорично отказывались знакомиться с дочерями партнёров и знакомых. Вместо этого Георгий во время учебы в открытую стал жить с парнем, после их отношения не закончились. Виктор себе такого не позволял, но и ни с одной дамой его не видели. А дальше по принципу “подогнать факты под гипотезу” — люди все и везде видели, хотя ни один из сыновей учредителя не посещал единственный в городе гей-клуб... А тут сразу и Анна какая-то и жена у Виктора. Кстати, из слухов Катя и узнала, почему заинтересовала Григория на том вечере. Просто проигранный брату спор — и никакой романтики.

А вечером было выступление, закончившееся разборками “восхищенного поклонника” с Сырым, приехавшим отвезти Катю домой. Девушка на это уже давно не реагировала, несколько месяцев курсов самообороны в самом начале карьеры, это раз, аура “не подходи”, опыт сказывался, это два. Сейчас таких пьяных типов становилось меньше, но Влад-то об этом не догадывался. И дома, ко всему прочему, ее ожидал не то чтобы скандал, но выяснение отношений на повышенных тонах.

В общем, неделя выдалась суматошная.

Выходные тоже оказались непонятными. Вместо запланированного визита к маме пришлось заняться уборкой и умудряться при этом одновременно беседовать с Владом непонятно о чем. И все это под его пристальным взглядом. Разговор зашел о парфюме, который и привлек интерес. Оказалось, и это самое обидное, что Влад просто пользовался подаренным когда-то, но раз Кате нравится, обещал перейти на этот аромат навсегда. Ему, как он выразился, все равно. И тут уже Катя не удержалась от подколки, намекнув, что без этого замечания можно было прекрасно обойтись. И снова началось непонятно что.

Уже позже до девушки дошло, что таким образом они проверяют границы друг друга. Консультация с Лилей, как с опытной замужней дамой, успеха не принесла. Та откровенно не понимала, как можно ТАК начинать отношения. Где романтика, страсть, эмоции! Причем тут какие-то списки?! Толку от подруги не было.

Намного больше помогла мама, заметив, что люди все разные и сравнивать себя с Лилей глупо. На это нечего было возразить. Половину воскресенья Катя провела у мамы, занимаясь бухгалтерией и рассказывая о странностях. Влад, появившийся после обеда, забрал ее домой и потребовал отчет о передвижениях. Как-то странно все это, но может, так и должно быть...

А дальше все как обычно, только с поправкой на увеличившееся чисто мероприятий. Влад свое слово сдержал и помог заключить массу новых контрактов. В итоге начался период аналогичный летнему, когда каждый выходной расписан. Огромная занятость дома тоже вносила свои коррективы. Влад сразу категорично отказался участвовать в чем-либо менее мужском чем забивание гвоздя, и перед Катей выросла несуществующая обычно проблема — дом. У мамы они делали все вместе или по очереди, смотря кто и как работал. В сезон занятости Кати все брала на себя мама. В результате пришлось просить родительницу о помощи с самым банальным — готовкой. Благо не отказала, а Влад, чуть побурчав, смирился. Напоминание о сроках сделки действовало на него положительно.

Через два месяца, в начале декабря, Катя окончательно расцвела в душе. Столь тянущая ее ипотека почти закончилась. Вытащив все заначки, спасибо маме, сделавшей генеральную уборку и перетрясшей книги. Была у Кати с детства мода — откладывать деньги по купюре в книги. С чего все началось, никто не понял, но привычка оказалось полезной. И на первое декабря по ипотеке осталось чуть меньше полумиллиона. Декабрьские корпоратвы, зарплата, аренда... Все! Остаток она спокойно будет выплачивать еще полгода. Сумма будет уже не столь существенной, на крайний случай мама перекроет.

Правда, внешне счастье можно было разглядеть только по глазам. Сама по себе Катя, на свой взгляд, несколько подтянулась и, с точки зрения Влада, осунулась. Влад, кстати, периодически делал непонятные намеки на прекращение жизни в таком ритме. Упоминание срока сделки уже не помогало, наоборот, вызывало раздражение. Выручил Степа, замечательный, как оказалось, парень, пояснив, что пострадавшей стороной Влад считал себя. Осознание, что он сам предложил проигрышный вариант, лишь усугубляло ситуацию.

Поговорить по душам, что советовали все знакомые консультанты по семейным отношениям, Влад категорично отказывался. Никаких явных претензий не было, просто недовольный чем-то человек. Бывает. Изредка. Или не изредка.

Катя честно махала рукой, откладывая разговор на потом.

“Потом” наступило двадцатого числа.

Катя поздно приехала домой. Праздник растянулся, зато оплата возросла. Осталось немного...

Дома ее ждал злой и пьяный Влад, решивший именно сейчас высказать все претензии. Катина постоянная занятость, отсутствие дома... он, оказывается, Галину видел чаще, та периодически заезжала привезти еду, а порой и убиралась.

“Мама просто клад!”

Мысль была мимолетной, Влад тем временем продолжил монолог.

Он уже неделю пробует достучаться до Кати. Ему надоело видеть ее только по ночам, когда девушка проползает в кровать и вырубается, даже не добравшись до подушки. Он ей пять раз сказал, что любит и готов перекрыть эту чертову ипотеку, но она словно не слышат!

А вот правда, как это она не услышала?! Нет, что-то такое было, но она отказалась, не может она так подвести Лилю.

Одно, второе, пятое. Усталость. Несправедливость обвинений. Катя и так делает все, что можно! Она даже просыпается на час раньше, чтобы побыть с Владом, и вечером, если время позволяет, общается с ним. И вообще, ее все это достало!

Слезы, сопли, возмущение, что вместо ожидаемой поддержки и помощи получает незаслуженные упреки и укоры, а рядом оказывается человек, стремящийся больно ударить, а не подставить плечо, да еще действующий вопреки собственным правилам! Влад периодически норовил сделать что-либо не по списку! И как Катя в этих постоянно изменяющихся условиях должна жить?!

Девушка высказала свои претензии, которых было, может, и не так много, но зато какой эмоциональностью они обросли за это время!

А потом Катя, поняв, что совместная жизнь не удалась, пошла собираться обратно — к маме.

— Ты куда? — прорычал Влад.

— К маме. Ты прав, ничего у нас не выходит.

И Катя с трудом начала натягивать туфли. Ноги отекали до невозможности, но что поделаешь, издержки профессии.

Когда Влад дернул ее за руку, она начала падать. К счастью, поймать он ее успел, пусть и у самого пола.

— Кать. Пожалуйста. Хватит.

— Хватит, Влад, ты прав.

— Я про твою работу.

— А... осталось десять дней. И все.

— Кать...

— Я не могу подвести Лилю. Найти сейчас замену невозможно.

— Кать.

— Да, я понимаю, это тяжело. Прости, что втянула.

— Ну ты и дура!

— Я?!!!

— Ты.

— А...

— Тихо. Ладно. Десять дней. И все. Полностью все.

— Хорошо.

— Договорились.

Потом был совместный душ и сон, на большее Катя была физически не способна.

Правда на следующий день пришлось выслушать парочку лекций от мамы, Лили и Аллы Эдуардовны. Последняя, кстати, и дала самый полезный совет.

— Увольняйся.

— А?

— Бэ. Пиши заявление и увольняйся. Если не хочешь потерять такого хорошего мужика, бросай работу.

— Так он вроде как не против этой.

— Не дури.

— Но...

— Эх, — Алла Эдуардовна маханула рукой на бестолковость Кати и ушла.

А девушка задумалась. В принципе, Влад не скрывал своего желания видеть Катю дома. У него вообще жена была неразрывно связана именно с домом, детьми и им самим. Может, правда... Хотя, учитывая какие у них сейчас сложные отношения, так рисковать...

Но с другой стороны, Влад держится, а это на самом деле сложно. Они и знакомы всего три месяца, причем последние полтора он видит ее дома урывками. Она ничего не теряет. Даже если ничего не выйдет, январь она отдохнет, а потом начнет искать работу. Ипотека останется небольшой, аренды хватит, а так мама прокормит.

Кстати, тут на работе предлагали путевку на три человека — в последний момент не сошлось, а все оплачено и забронировано. Конечно, переоформление тоже денег стоит, но это не так дорого. Надо позвонить маме...

Мама поразилась так, что даже замолчала. Потом подумала и согласилась, что встретить Новый год вместе с девочками на курорте — неплохая идея, а узнав сумму, вообще решила подарить “коллективу” такой подарок. Коллектив, судя по крикам, раздающимся в трубке, восхитился и прям сейчас был готов паковать чемоданы.

Сведя заинтересованные стороны, Катя отошла от последующей суеты и, подумав, написала заявление. Начальник стремления уйти под новый год не понял и попробовал отговорить. Пришлось вкратце поведать о Владе. Алла Эдуардовна немного помогла, и дата заявления чуть передвинулась назад, так что последним рабочим днём стало тридцатое.

Тридцать первое декабря.

Катя проснулась от настойчивых расталкиваний Влада.

— Дай поспать, — взмолилась она.

— Кать, на работу опоздаешь.

— Я не работаю.

— Ты же говорила, что тридцать первого работаешь, — удивился он.

— Я уволилась. Вчера был последний день. Давай поспим.

— КАК УВОЛИЛАСЬ?

— Влад, это первое утро абсолютно свободного человека, а ты начинаешь его в восемь с попыток выгнать на работу как-то это ненормально.

Пришлось сесть, подложив под спину подушку, а потом, подумав, вообще переползти к Владу и обнять его.

— Кать, я не понял.

— Ты хотел, чтобы я сидела дома, так? Я буду дома.

— Спасибо.

— Не за что... спим?

— Неа.

Но он не возражал снова растянуться на кровати. Катя, сделав нужные утренние дела, вернулась под одеяло. Поняв, что полностью проснулась, начала приставать к Владу с неприличными предложениями. Через пару минут мужчина спросил:

— И как это понимать?

— Я тебя домогаюсь, — объяснила Катя, — а ты не сопротивляешься.

— Знаешь, пожалуй, мне нравится. — решил он.

Позже было посещение банка вместе с Владом. Катя отдала платеж за декабрь, заодно попросила рассчитать, сколько останется, если погасить за полгода.

— Но...

Девушка-операционистка растерялась и исчезла в служебном коридоре.

— Это как понимать? — удивилась Катя.

Обычно ее просьба такой реакции не вызывала. Нет, порой девушки интересовались причиной такого быстрого погашения, но проявлялось это не так.

Появившийся менеджер рангом повыше принес бумаги, подтверждающие полную выплату ипотеки.

— Но...

— Кать, — Влад повернул ее к себе. — Все. Я перекрыл остаток. Поздравляю, ты полная собственница квартиры.

— Э...спасибо.

Катя была рада. Наверно. Она просто как-то не до конца понимала, что дальше. К счастью, это знал Влад. Расписавшись во всех нужных формулярах, они забрали бумаги и уехали за город — отмечать Новый год.

Неделя на природе вернула Кате часть форм. Влад перестал бурчать, что натыкается на ребра везде, даже там, где их нет. Совместный отдых без необходимости куда-то бежать и что-то делать принес недостающую романтику и понимание. Тишина заснежённого леса позволила заглянуть в себя. Жизнь оказалась удивительно... счастливой.

Эпилог.

Весна.

Катя не торопясь шла с занятия. Просто следить собой и домом оказалось удивительно приятно. У нее ушло пару месяцев, чтобы это осознать и замедлить темп с бега на шаг. Но теперь жизнь заиграла массой красок.

Вопреки ожиданиям, это было нескучно и отнюдь не однообразно. Вместо пресловутых салонов и магазинов время уходило на себя, домашние хлопоты, общение с Владом, мамой и подругами.

Обживание квартиры, а потом и дома. Влад сделал неожиданный подарок на восьмое марта. Кулинарные курсы, после которых она смело могла травить окружающих. Под эгидой практики, так сказать.

Знакомство с подчинёнными и знакомыми Влада. Из-за специфики его деятельности их было много, и люди оказались самые разные. Катя теперь шутила, что мероприятия никуда не делись, просто изменился формат посещений.

Влад, как только все пошло согласно его видению мира, оказался на редкость покладистым и непритязательным в мелочах человеком. С ноткой романтики, как ни крути. И пусть букеты и конфеты по-прежнему выбирал Степа, зато Влад в любой день мог прийти домой с цветами — просто потому, что захотелось.

А месяц назад он нашел ей новое хобби. Балетная школа давно развалилась, но число желающих видеть свою дочь в балете, пусть и не на профессиональном уровне, оказалось достаточно большим. Поэтому в новом детском центре открылась вакансия, и Кате тут же порекомендовали попробовать.

Учить других не самому любимому в детстве занятию оказалось интересно. Теперь, став на место педагога, Катя начала понимать своих учителей. И пусть Большой театр этим пяти-шестилеткам не светит, навык в любом случае может оказаться полезным. Как и ей.

Думала ли она когда-нибудь, что ненавистные пение и балет сыграют такую роль в ее жизни? Нет. Никогда. Но, как оказалось, жизнь все расставляет по местам.

Влад, сам того не зная, сделал еще одно доброе дело — наладил личную жизнь мамы. Когда однажды у той не завелась машина, а зимний вечер — это не лучшее время для угадывания причины, Катя немедленно рассказала ему. Хотя уже посоветовала маме вызвать эвакуатор и собиралась поискать телефоны в интернете. Но, оказалось, напрасно. Влад немедленно все организовал, попросив одного знакомого, живущего в том районе, глянуть. Так мама встретилась с другом детства, с которым когда-то жила в одном дворе и ходила в одну школу. Тогда разница в три года была непреодолимой, теперь, пятьдесят лет спустя, на жизнь они смотрели по-другому. Пока не ясно, во что все это выльется, но Катя перестала переживать из-за брошенной в одиночестве родительницы.

В один из моментов, рассказав о своем прошлом, Влад признался в сокровенном:

— Знаешь, ты первая девушка, которая на вопрос, когда свадьба, отвечает встречным — чья. Поэтому — давай поженимся?

— Давай распишемся, — внесла встречное предложение Катя. — Без платьев, гостей, застолья и прочей суеты?

Влад рассмеялся:

— Не согласен.

— А на пышную свадьбу не согласна я.

— Я тебя люблю.

— И я тебя люблю, но это ничего не меняет, — стояла на своем девушка.

— Как с тобой сложно!

— Со мной просто. Это ты любишь все усложнять.

Тогда она сочла, что сумела настоять на своем. Пока в субботу Влад не напомнил:

— Я тебя люблю.

— Я тебя тоже, — подтвердила Катя.

Влад вышел, вошла мама с платьем в чехле.

— Мам, привет, ты чего?

— У нас всего час. В три вы должны быть в ЗАГСе.

— Не поняла.

— Ты сегодня выходишь замуж, — обрадовала родительница, раскрывая молнию на чехле.

Под ним обнаружилось строгое стильное свадебное платье.

— Скажи мне, что это глупая шутка...

— Не угадала.

Катя постояла, подумала, позвонила Владу, пообещав все существующие кары, но спорить не стала. Ладно, распишутся, и все. Жаль, что не участвовала в подготовке, с другой стороны, какая подготовка для такой церемонии?

Надо Лиле позвонить, рассказать. Подруга обрадовалась, прониклась, поздравила и отключилась, сославшись на работу. Что поделаешь, работа — это работа.

Через полтора часа, стоя в зале шикарного ресторана и прикидывая число гостей на глаз, а это она умела делать профессионально, Катя была не так миролюбива. К несчастью, и Влад и Лиля умудрялись ускользать. А мама... вот что взять с мамы, которая, в отличие от самой Кати, никогда не скрывала желания увидеть подобную свадьбу у дочери!

Праздник получился веселый, шумный, необычный. Все хорошие знакомые по организационным мероприятиям либо участвовали, либо были в числе гостей. Именно благодаря им остальные приглашенные поняли настроение новобрачной и даже выразили сочувствие свалившейся “беде”. Половина шуток так или иначе касалась этой темы. Однако Лиля проявила такт, умудрившись полностью обойтись без конкурсов с участием молодожёнов. И под конец вечера Катя расслабилась и тоже начала наслаждаться праздником.

Уже ночью Влад шутя произнес:

— Катя, поздравляю, мы пережили свадьбу почти без потерь.

— Думал, убью от большой любви?

— Да, от нескрываемой “любви” к свадьбам.

Они рассмеялись, и этот смех объединил сильнее, чем сотни сказанных слов.