Глава 3 КОГДА РЕАЛЬНОСТЬ СТРАШНЕЕ СНОВ

Ночью Лиде приснился кошмар. Странное дело, но подобного не случалось, пока она жила в замороченном городе и едва ли не каждый день попадала в переделки. Даже после лабиринта, когда она думала, что Сашка погиб, сны снились на удивление светлые, в них все были вместе, а опасности остались позади. Но вот немного расслабилась и…

Во сне Лида брела в полутьме по смутно знакомой улице. Вроде бы это была та самая улица, что вела мимо ее дома к богатой части поселка. Подкашивались ноги и слипались глаза, как будто девушку выдернули глубокой ночью из постели и выставили на холод. И лишь раздутая синюшная луна освещала ей путь.

Дом остался где-то позади, и Лиде ужасно хотелось вернуться туда, укрыться от страшной луны, заползти к маме в постель и проспать рядом с ней, как в детстве, до самого утра. Но непостижимая сила гнала ее вперед, прямо по лужам, в темноту.

Фонари, впрочем, горели, но чрезвычайно тускло, в четверть силы. Вот и улица, на которой живет Алеша. Дома темные, все спят. Но нет, не все: в конце улицы явно что-то происходит. Кто-то лежит посреди дороги, ребенок или подросток, не разобрать. Темная фигура носится кругами, зовет, бьется в ворота домов. Лида ускорила шаг.

Фигура заметила ее, метнулась навстречу, впилась руками в плечи. Это была незнакомая женщина, вместо лица – сплошная маска ужаса.

– Помоги мне! – крикнула женщина. – Спаси его!

Лида машинально зашарила руками по одежде в поисках мобильника. Но одежда оказалась какая-то странная: лохмотья без намека на карманы. Женщина тащила ее вперед, к том у, кто лежал на земле.

– Пойдем же, скорее!

– Но я не врач! Лучше мне сбегать за помощью! – вскричала Лида и не узнала своего голоса. Сухой, старческий, он напугал ее больше всего происходящего. Лида оттолкнула руки женщины, лихорадочно ощупала лицо, голову. Волосы оказались неожиданно длинными, до пояса, девушка поднесла прядь к глазам, ахнула – она была пепельно-серой.


От ужаса Лида проснулась.

Но пробуждение принесло облегчение лишь в первые секунды. С колотящимся сердцем Лида сползла с кровати, оперлась руками на спинку, чувствуя приступ тошноты. Ужас парализовал ее.

«А вдруг это правда? Наследники впоследствии становятся теми, кто дарует бессмертие умирающим детям. Лазарь ведь намекал, что мы лишь по незнанию называем старуху смертью. А про Наследников никто ничего толком не знает. Вдруг мне суждено жить вечно, но не юной, как ребята, а ужасной старухой? И у меня не будет никакого выбора? Нет, только не это!»

В панике она схватила телефон и убежала с ним на ку х-ню. Руки тряслись так, что мобильник дважды падал на линолеум. Наконец ей удалось набрать номер Лазаря. Но механический голос поведал ей на английском, что абонент недоступен. Набрала Анну – тот же результат.

Недоумевая и еще больше испугавшись, Лида скорчилась на табуретке, прижала холодные ладони к пылающему лбу. В Нью-Йорке сейчас разгар дня. Лазарь перед отлетом подчеркнул, что они постоянно будут на связи, хотя бы один из них – наверняка. И всего пару часов назад она разговаривала с ним, рассказала о первом школьном дне, о мираже в парке. Лазарь в ответ сообщил, что они прибудут буквально через пару дней, как только закончат все дела. Лида не вдавалась в детали, но уловила, что ребята разделились и сейчас находятся в разных штатах. И вот – оба недоступны…

Холод заставил отлипнуть от табуретки. Лида подошла к окну: так и есть, приоткрыто на целую ладонь, мать вечно проветривает кухню и забывает закрыть раму на шпингалет. На подоконнике уже вырос небольшой сугроб. Закрыв окно и включив газ, чтобы согреть выстуженное помещение, девушка снова и снова набирала два заветных номера. А через час настолько обессилела, что уронила голову на столешницу и отключилась.


Разбудил ее сигнал побудки в телефоне. Первая мысль была – добраться до кровати и заново провалиться в сон, чтобы ни о чем не думать. Но в комнате уже возилась Вера, со второго этажа звала и громко кашляла тетка. И Лида решила не нервировать близких своим бледным видом, как могла, взбодрилась, даже похлопала себя по щекам для румянца. Сбегала к тетке – той срочно понадобилось полоскание для горла и тазик. Наотрез отказалась завтракать, соврав матери, что уже пила чай с бутербродом. Натянула на себя первое, что под руку попалось, и выскользнула из дома.

Ватное небо набухло так, что провисло едва не до земли, было ясно, что скоро начнется затяжной снегопад. Ветер вроде бы не сильный, но сырой и въедливый, моментально нырнул под одежду. Низко наклонив голову, девушка почти бегом рванула в сторону вокзала, на остановку автобуса. Парк в такую погоду больше не манил ее.

– Лида!

Она тормознула и обернулась: у ворот стоял Алексей. Ухмылялся и покачивал головой, видимо, выражая свое удивление ее столь стремительным пробегом. Потом мигом оказался рядом, поздоровался, бодро улыбаясь.

– Привет, – сиплым после тяжелой ночи голосом отозвалась Лида. Мысленно прикидывая, насколько плохо и бледно она выглядит. – Ты чего здесь?

– Весна, мы живем в одном поселке. Почему бы нам вместе не пройтись до школы?

– Потому что ты не хочешь со мной встречаться.

– Гнусный поклеп! Мне по душе твоя компания.

– Прекрати, ты же знаешь, о чем я! – рявкнула девушка. Санин сделался чуточку серьезней.

– Слушай, но дружбу между нами ведь никто не отменял? Да еще и боевую. А остальные вопросы можно обсудить и потом.

– Это когда же?

– Давай для начала решим более насущные проблемы, – растерял свое веселье Алексей.

Лида со вздохом взяла его под руку. И вдруг обратила внимание, что ботинки Санина, всегда безукоризненно начищенные, на этот раз выглядят скверно. Брючины до середины голени заляпаны уже застывшей грязью. Этого не могло произойти, если бы он пришел сюда из дома.

– Эй, а ты где гулял этой ночью? Колись!

– Ходил к дворцу, – не стал темнить Алеша. – Не ночью, на рассвете уже пошел. В общем, мне удалось заснять то окно, в котором возникают вспышки. В темноте видно, что они пульсируют, вроде кто-то сигнал подает.

– Покажешь? – ахнула Лида.

– Ага. Я сразу скинул запись Лазарю, пусть разбирается.

– Что? – Лида резко тормознула, подняв каблуками фонтан грязевых брызг. – И он был доступен? Ответил тебе?

– Да, поблагодарил эсэмэской за информацию. А ты чего так переполошилась?

– Да так, неважно. Домой больше не ходил?

– Не-а, сидел в кафе, пытался расшифровать сигнал с помощью азбуки Морзе. Но только или я такой тупой, или это не морзянка. В общем, у меня не сложилось. Но ничего, Лазарь разберется, что да как.

– Я не могу до них дозвониться, – выдохнула Лида, не в силах больше держать в себе тревогу за друзей. – Они обещали быть на связи, и вдруг оба куда-то запропастились.

Глаза защипало, сорвался голос. Санин обнял за талию, на ходу прижал к себе.

– Эй, да ты чего? Мало ли какие могут быть обстоятельства, по которым им пришлось выключить телефоны. Или попросту разрядились. Сама подумай, что с ребятами может случиться?

– Но они даже не вместе там, в Америке. Что за странное совпадение?

Слезы застилали глаза такой прочной пеленой, что Лида двигалась вперед словно слепая, опираясь на надежную руку проводника. Немного проморгавшись, Лида глянула вокруг и застонала от боли в сердце. Они как раз стояли на мост у, по иронии судьбы в том самом месте, где когда-то девушка впервые увидела своих друзей. А ведь хотела же пойти на автобус! Продолжать путь не стало ни малейшего желания.

– Ты иди, – сказала она. – А я лучше погуляю где-нибудь. Все равно учиться не смог у, буду только номера под партой набирать.

Но Санин решительно увлек ее за собой со словами:

– Давай все же дойдем до школы. Мила дружит с Анной, она может что-то знать. Вдруг они созванивались?

Об этом Лида не подумала, поэтому без препирательств ускорила шаг. Да, в такой ситуации им стоит держаться вместе, неизвестно, кто первый получит известия.


Четверть часа спустя они подошли к школе – и Лида взвизгнула от радости. Потому что сразу увидела Лазаря, который традиционно возвышался над всеми во дворе. Сейчас он стоял к ней спиной и разговаривал с Милой, склонившись над ней, как над ребенком. Секунду спустя Лида уже повисла на шее друга, не забыв предварительно стукнуть его кулаком по спине.

– Я чуть с ума не сошла! Ну почему вы не отвечаете на звонки?!

– Прости, Лидуся, были в самолете. – Вроде бы обычный его голос, но что-то заставило Лиду пристальней взглянуть на друга. И прочесть на его лице усталость и мучительную тревог у.

– Что случилось? – пробормотала она, машинально прижимая руки к груди. – Что-то с Анной?

– С Анной все в полном порядке, – заверил ее профессор. – Я высадил ее у дома с вещами, а сам поехал сюда. Не хотите ли прямо сейчас отправиться к нам?

– И прогулять уроки? – уточнила Лида. Сердце колотилось все тревожней: Лазарь не стал бы по пустякам нарушать школьную дисциплину.

– Можно и после занятий.

– Нет, пожалуй, лучше сейчас, – сориентировалась Мила. И метнула на Лиду понимающий взгляд: она тоже почувствовала неладное. Переполненные недобрыми предчувствиями, они даже не разговаривали в те минуты, что заняла поездка от школы до дома на въезде.


Квартира сияла чистотой, пахло кофе и ванилью. Анна, выскользнув из ванной с полотеничной чалмой на голове, расцеловала гостей и пообещала скорый завтрак. Но Лида успела заметить, как она метнула вопросительный взгляд на Лазаря, и он тут же сказал:

– Предлагаю сначала пообщаться в гостиной. Мы должны сообщить вам нечто важное.

– Догадались уже, – невесело усмехнулся Алексей.

– Я сейчас свихнусь от волнения, – поддержала его Лида.

– Да, в таких вещах тянуть не стоит, – согласился Лазарь, жестом предлагая ребятам занять диван. – В общем, суть такова: в ближайшее время вы должны покинуть этот город вместе с семьями.

– Почему?! – ахнула Мила, прижимая ладошки к щекам.

– Я расшифровал послание, которое ты мне скинул. – Профессор кивнул Санину. – Оно действительно от Валерия, хотя я не слишком понимаю, каким непостижимым способом он сумел его передать.

– Это азбука Морзе?

– Не совсем. Схожий принцип, однако это особый сигнал, известный только Валерию, Анне и мне. Мы разработали его пару лет назад на всякий пожарный случай, когда начались нападения на вечников. Он сообщил, что примерно через две недели город взлетит на воздух. Подробностей не знаю. Но раз Валерий передал, значит, это случится.

Несколько минут никто не мог вымолвить ни слова. Лишь слышно было, как звякает посудой на кухне Анна. Потом заговорил Санин:

– Но лично я не покину город, пока здесь остается хоть один человек.

Мила коротко и быстро закивала – похоже, говорить она была не в силах. Лида не нашла в себе сил даже на кивок.

– Я знал, что вы так скажете, – невозмутимо произнес Лазарь. – Значит, нужно придумать, как сделать так, чтобы в городе не осталось ни одной живой души.

– Да, и вот еще, – продолжал он, поскольку молчание затягивалось. – Валерий передал, что Марат с ним.

Мила тихонько вскрикнула, Санин от волнения даже подскочил с дивана.

– И я от души рад том у, что они там приглядят друг за дружкой, – подытожил профессор.

Подавать информацию Лазарь был мастер: после его слов о Марате первая часть сообщения уже не казалась такой чудовищной. Все даже согласились позавтракать за компанию. За столом к обсуждению проблемы не возвращались, чему Лида была очень рада. Она понимала, что не в состоянии предложить ни единого варианта для ее решения. Оставалось традиционно рассчитывать на более опытных друзей.

После кофе ребята решительно отвергли предложение Лазаря развезти всех по домам: достаточно было глянуть на лица хозяев квартиры, чтобы как можно скорее оставить их в покое. Все вместе выкатились во двор и остановились там под прикрытием развесистого старого дерева, ошеломленно глядя друг на друга. Никто не начинал разговор первым.

Лида грустно сознавала, что ребятам гораздо тяжелее, чем ей: в этом городе они прожили много лет, Мила так и вовсе с самого рождения. Здесь была их жизнь, их воспоминания, сотни знакомых.

Мимо проходили люди, спешили к торговому корпусу, недавно только отстроенному на самом въезде в город. У каждого были свои заботы, приятные и не слишком, были планы, задумки. И никто не догадывался, что скоро их жизнь роковым образом изменится. И многие из них никогда уже не сумеют вернуться к нормальному существованию.

– Кажется, мне напрочь отказала фантазия, – виновато прошептала Мила. – Я ничего не могу придумать.

– Я тоже, – с облегчением поддержала подругу Лида.

– Думаю, никто от нас этого и не ждет, – подметил Алексей. – Могу поспорить, что у Лазаря уже есть план. Нас просто предупредили заранее, чтобы пообвыклись с этой мыслью. И были готовы в нужный момент.

– Может быть, Валерий и Марат как-нибудь сумеют спасти город? – с наивной надеждой в голосе предположила Журавка.

– Может, конечно. Ну что, куда дальше? – спросил Санин. Мила глянула на часики и заторопилась.

– Ой, уроки закончились! Я обещала родителям, что сразу домой.

– Они не работают пока? – поинтересовалась Лида.

– Нет, болеют оба. Папа целый месяц жил в машине, застудил спин у, и у мамы какая-то бесконечная простуда.

– Скоро все наладится… – машинально произнесла Лида, но замолчала и мучительно покраснела, сообразив, что несет полную чушь, – не наладится, а станет в разы хуже.

– И моя болеет, – поспешил сказать Санин. – Сейчас вот нужно в аптеку за лекарствами забежать. Лид, составишь компанию?

Но девушка покачала головой. Ей хотелось остаться одной и хорошенько все обдумать. Хватит вечно хвататься за друзей, пора взрослеть.

Правда, на проспект вышли все вместе – им было по пути. Влились в непрерывный поток людей и услышали за спиной оклик:

– Ребята! Постойте!

Голос не был Лиде знаком, и она инстинктивно приготовилась защищать друзей. В тот же момент Санин задвинул обеих девушек себе за спин у. Спешащего к ним сквозь толпу мужчину они встретили сплоченной боевой группой. Тогда как это оказался всего-навсего их новый классный руководитель.

– Здравствуйте, э-э… – Санин быстро глянул на Милу.

– Тимур Саевич, – одними губами подсказала Журавка.

– Здравствуйте, Тимур Саевич!

– Здравствуйте-здравствуйте, – ответил учитель, останавливаясь напротив них и окидывая ребят веселым взглядом. – А я вот заметил, что в классе у меня сегодня кого-то не хватает, две парты практически пустуют. Что скажете на это?

– Простите, так получилось, – залепетала Мила. – Мы шли в школу, вот. – Она продемонстрировала раздутую сумку на плече. – Но потом встретили одного нашего друга – он уже не учится – и узнали, что ему срочно нужна наша помощь…

– И что же?

– Что?

– Помогли вы вашему друг у?

– А, конечно!

– И я могу надеяться завтра увидеть вас в школе?

– Да-да! – мелко закивала Журавка.

Лида изумленно скосила глаза на подругу: ну какая сейчас школа. Ей стало горько от мысли, что больше не нужно бояться учителей, врать им во избежание проблем. Может, Журавка этого еще не осознала?

И вдруг девушка ощутила нечто странное. Учитель обсуждал что-то с ребятами, на нее даже не смотрел – а ей казалось, что всем своим существом он настроен именно на нее, ловит каждый ее вздох. Словно невидимые путы связали их в одно существо, и ему не надо смотреть на девушку, чтобы чувствовать ее… Наваждение было таким сильным, что она даже помотала головой.

Когда распрощались и разошлись в разные стороны, Мила сказала:

– И не строгий совсем. Ох, съедят его в школе.

– Но уже не в нашей, – мрачно подытожил Санин.

Лида почему-то разозлилась на него: зачем смаковать то, о чем хотелось бы забыть? Вслух же сказала:

– Ты, Мил, в самом деле собираешься ходить в школу? Или научилась врать наконец?

Получилось резче, чем хотелось бы. Вот и подруга растерялась, замешкалась с ответом. Вместо нее ответил Санин:

– А знаешь, я тоже завтра пойду в школу. И тебе советую. Может, все еще обойдется, а репутацию себе испортим. А главное, мы пока здесь под мороком жили, поняли, что школа все же лучше, чем сиднем сидеть и пытаться найти выход. Ну, на уроках и идеи как-то лучше в голову приходят.

– Ладно, тогда встречаемся в школе, – кивнула Лида, глянув на нервно переступающую с ноги на ногу Журавку. – Все, расходимся, до завтра!


Еще где-то с час Лида бесцельно бродила по парку, мрачном у, размокшем у, растерявшему свои цвета и похожему на черно-белую фотографию. Долго рассматривала холм, на котором они таким странным образом видели Джулию. Потом все так же нога за ногу приблизилась к своему дом у.

Еще на подходе увидела мать: Вера стояла в открытой калитке, озиралась с такой тревогой, что Лида рванула к ней на всех парах.

«О, нет, что еще произошло?»

– Лидочка! – Вера крепко обняла дочь. – Ну где ты пропадаешь? Я с ума тут схожу!

– Мам, ты что? – вытаращила на нее глаза Лида. – Занятия полчаса как закончились!

Мелькнула мыслишка: не стукнул ли кто из школы, что она сегодня там даже не появлялась?

– Все равно я очень волновалась, – все еще тяжело переводя дыхание, быстро заговорила женщина. – Сегодня звонил Юрий Борисович. Не забыла еще нашего доброго доктора? И знаешь, он рассказывает страшные вещи. Я бы не поверила слухам, но у него же двоюродный брат вроде работает в полиции. Так вот, он рассказал, что в Питере и области пропадают подростки. Статистика уже превысила все мыслимые показатели! И так странно это происходит, Лид: они просто уходят, как будто спешат куда-то, можешь себе вообразить?

Лида, видевшая подобное собственными глазами, очень даже могла – но промолчала конечно. Холодок пробежал по спине, сбилось дыхание: как, как остановить этот кошмар?

– И больше их не находят. А раньше хотя бы находили, но уже… не живых, в общем. Теперь – нет. Представляешь, какой ужас: никогда не узнать, что произошло с твоим ребенком? Лида, я своей материнской волей освобождаю тебя от школы, магазинов и всего-всего. Сиди лучше дома, пока не поймают похитителей.

«Только их никогда не поймают».

– Да ничего со мной не случится, – попыталась она успокоить мать. – Если это какой-то гипноз, то я ему не подвержена, проверено на питерских цыганках. Пойдем в дом, а то еще простынешь.

– Ты иди, – бледно улыбнулась в ответ Вера. – А я постою еще, Музу дождусь.

– А где она?

– Да вот вроде как оклемалась, пошла до магазина воздухом подышать, заодно и Славика с собой взяла. И оба запропали куда-то.

Вера бросила озабоченный взгляд на часики.

– Хочешь, сбегаю погляжу, где они?

– Еще чего! – Вера для надежности вцепилась в рукав ее куртки. – Иди, обед грей. Или нет, лучше со мной постой.

Кажется, мать была твердо настроена больше ни на секунду не терять дочку из виду.

В этот момент в конце улицы показалась тетка Муза. Она почти бежала, тяжело переваливаясь на коротких толстых ножках. Руки притиснуты к груди, глаза вперены в дом.

– Ох, что-то случилось… – пробормотала Вера.

А тетка уже была рядом, но не могла вымолвить ни слова, только тяжело отдувалась и вытягивала шею, пытаясь через их головы заглянуть во двор. Потом пропыхтела:

– Славичек… вернулся?

– Нет, тетя, – быстро произнесла Лида.

– В полицию… в полицию звоните! – взвыла обезумевшая тетка. – На минутку только оставила его у магазина, чтобы чужими микробами не дышал… Увели, увели!

– Муз, да не пошел бы он с чужим, – бормотала Вера, шаря по карманам в поисках телефона. И не замечала, что Лида уже набирает экстренный номер.

Загрузка...