Кочепыжка и его истории

Как Кочепыжка в космосе побывал

Кочепыжке очень хотелось полетать ещё. Настолько, что этой ночью ему снова снился сон про полёт. А утром ему пришла идея.

Выскочив из дома в той же маечке, которая была на нем с вечера, не поев и не умывшись, он побежал к друзьям. Сначала он зашел за Юоллом – он жил ближе всех. Юолл как раз доедал завтрак из четырех блюд, и Кочепыжке пришлось его ждать.

– Завтрак – самый важный прием пищи! – со знанием дела сказала его мама, прося сыночка не торопиться.

Она предложила покушать и Кочепыжке, но он отказался. От распирающей его идеи ему совсем не хотелось есть и пить. Нужно было как можно скорее поделиться ею с друзьями.

Когда нерасторопный Юолл наконец собрался, они отправились к Масику.

По дороге троллик частенько просил сделать остановку и передохнуть в теньке – физические нагрузки на полное пузико давались не легко.

Масик, как и подобает кроллам, жил с большой семьей из восемнадцати домочадцев в большой норке. Кочепыжка попросил его старшего братика позвать Масика. Тот сразу исчез, мелькнув белым хвостиком. Через пару секунд широкими скачками к ним приблизился Масик. Оказывается, он бегал наперегонки с братьями и сестрами с самого утра. Ему уже надоело, и он был совсем не прочь сменить обстановку.

Вместе они побежали за Мими. Она жила на окраине, поскольку ее семья была очень большой. Гораздо больше семьи Масика. Остановившись около узкого лаза, они долго не решались войти в темный проход. Но никто оттуда не появлялся. Тогда Масик решительно шагнул вперед.

Муравины вырыли эту норку сообща, и там было столько ходов, что ни в одном из них Кочепыжка ни разу не бывал повторно, а о многих и не знал вовсе. Ходить там без проводника было опасно – можно было навсегда потеряться в запутанном лабиринте. Только Мими могла их безошибочно провести.

В полутемных круглых коридорах было плохо видно, и лидера довольно быстро сменил Кочепыжка. Его огромные круглые глаза гораздо лучше приспосабливались к недостатку света.

– Кажется, там кто-то есть, – тихонечко, словно боясь спугнуть птичку, произнёс Кочепыжка. – Давайте спросим у них, где Мими?

Впереди в лучах солнышка, льющихся из небольшого отверстия в потолке, и впрямь суетились муравины, то убегая, то прибегая с увесистыми ящичками наперевес. Стоял шум и гам. Похоже, это был местный рынок.

– Простите, – остановил Кочепыжка одну пожилую даму с плетёной корзиночкой, – где мы можем найти Мими?

– Мими? Ой, дорогие, это вы совсем не туда свернули. А впрочем, если подождёте, я передам ей.

– Спасибо! – подпрыгнул от радости Масик, опередив Кочепыжку с выражением благодарности.

Они ждали долго. Очень долго для того, у кого идея готова вот-вот сорваться с языка. Кочепыжка уселся на землю и постоянно повторял идею про себя, потому что совсем не хотел забыть то, чем собирался поделиться с друзьями, даже самые мелкие детали.

Дама, которая понесла весточку, была старенькой, а бабушки не могут ходить быстро. Поэтому отнестись к задержке следовало с понимаем. Да и другого выхода всё равно не было.

– Ребята, вы тут? – вдруг раздался голос рядом.

На друзей смотрела улыбающаяся Мими.

– Как хорошо, что вы пришли! Хотите, я покажу вам новый ход, что мы недавно сделали? Он ведёт к сладкому мёду!

– Мёду? – переспросил Масик.

– А что такое мёд? – задал интересующий всех вопрос Кочепыжка.

– Бедненькие, вы никогда не пробовали этой вкуснятины! – всплеснула лапками Мими. – Это чувство, как во рту соединяется счастье с радостью! А ещё это очень полезно. Хотите, угощу?

Мими была очень доброй девочкой и всегда угощала их чем-нибудь новеньким, что удалось раздобыть.

Кочепыжка, Масик и Юолл задумались, каким же на вкус может быть сочетание счастья и радости. Они почти согласились, но Кочепыжка всё же взял себя в руки.

– Нет, – решительно сказал он и отёр рот. Ему показалось, что от аппетитных мыслей у него аж слюнки потекли. – Мы пришли рассказать тебе мою гениальную идею!

– Как интересно!.. – Раскосые глаза Мими от любопытства заблестели.

– Только нужно выйти наружу, – добавил Масик. Он очень хотел побыстрее отсюда выбраться, ему становилось не по себе в тёмном замкнутом пространстве.

– Так что ты хотел рассказать? – спросила Мими, как только они выбрались на улицу.

Кочепыжка отвёл всех в сторону, усадил на лавочку и заговорщицки зашептал:

– Мы можем полетать и другим способом! Нам не нужны будут коровки и ничьё разрешение.

– Надо же! Это как? – оживился Масик.

– Можно соорудить воздушную корзину из пушинок одуванчиков. И тогда, стоит подуть ветру, мы умчимся в воздушном потоке.

– Я уже хочу попробовать! – восторженно вскричала Мими.

Она захлопала в ладоши, а Масик запрыгал. Они радовались. Ведь это действительно может сработать.

– А как мы её построим? – резко остановился Масик.

– Этого я ещё не придумал, – с досадой признался Кочепыжка.

– У меня есть дядя, он изобретатель, – очень по-взрослому произнёс Юолл. – Каждый год он делает всякие новые штуки специально для ярмарки. Давайте обратимся к нему?

– Юолл, как хорошо, что у тебя есть такой замечательный дядя! – бросился ему на шею Кочепыжка. – Так у нас точно всё получится!

– Д-да… – начал запинаться от смущения Юолл.

В их семье не было принято обниматься и ярко выражать свои эмоции. Троллики не такие. Грузные, в очаровательную складочку и с пузиком, они по большей части были бизнесменами и руководителями. Все как один носили штанишки такого же цвета, что и шершавая шкурка. Например, сам Юолл был светло-серым, а его мама – коричневая, и одежду носили такую же.

От радости они забыли спросить, куда, собственно, идти, и ещё долго бродили вслед за Юоллом по узеньким улочкам города.

– А где он живёт? – не выдержала Мими и остановилась. Все с благодарностью остановились тоже.

– Я забы-ы-ыл, – чуть ли не плача ответил Юолл. Он ходил по улицам, пытаясь вспомнить, какие же дома были вокруг, и увидеть знакомые клумбы и магазинчики.

– Не страшно. Мы поможем тебе вспомнить, – подбодрил друга Кочепыжка.

– Да. Что там было? – подскочил к нему Масик.

– Мастерская. Дядя там живет и работает. Такое двухэтажное здание позади домиков хомоф. И… и там малолюдно. А ещё рядом полянка, покрытая мхом с красными ягодками.

– Ищем-ищем высо-о-окое здание! – Масик суетливо взмахнул лапками и бросился осматривать окрестности.

Бегал он очень быстро, оставляя после себя пыльные облачка.

Все было собрались сделать так же, но тут Кочепыжка заметил хома, вышедшего из магазинчика зерна неподалёку. Тот неспешно шёл вразвалочку, грызя семечки из маленького мешочка.

– Смотрите, – схватил он Мими за лапку. – Там хом! Можно спросить у него.

Лапка Мими на ощупь была жёсткой, словно в панцире.

– Точно! Пойду и спрошу. – Она пожала в ответ его лапку и побежала к хому.

Мими была сильной, хоть и девочкой. Его лапку она сжала ощутимо, но Кочепыжка считал себя настоящим мальчиком и не подал виду, лишь немного скривился. Когда Мими отошла достаточно далеко, он потер лапку, чтобы муравина не видела.

Мими пробежала вперёд и встала перед хомом.

– Мистер хом, а где вы живёте? – с любопытством спросила она.

От неожиданности хом испугался и замер на месте. Его пухлые щечки затряслись, а длинная шёрстка встала дыбом.

– О, о, я спешу, – тихо пробормотал он и быстро засеменил прочь маленькими шажочками.

Казалось, он вовсе и не шёл, а забавно переваливался с ножку на ножку, как пингвинчик.

– Нам очень нужно найти кое-кого важного, – не отставала от него Мими.

– За-зачем ва-вам? – заикаясь, спросил хом.

– Понимаете, без него мы не сможем совершить путешествие.

Хом остановился и начал нервно ворошить пушистую шерстку на голове, сразу спутав ее в один большой колтун.

– Я ни-никого не знаю…

– Быть может, вы встречали высокое здание? В нем живет изобретатель.

– Ох, простите, моя д-дурная привычка, когда я переживаю, начинаю копошить шерстку, и ничего путного не выходит… – Глазки хома превратились в блестящие от слез бусинки, а ротик растянулся в виноватой улыбке, показав Мими один большой зубик спереди.

Хом попытался спешно распутать колтун, но в результате только сделал его больше, превратив голову в неряшливый пушистый шарик.

– Хм, за моим домиком есть какое-то большое здание. Но я не видел, чтобы оттуда кто-нибудь выходил.

– А где ваш домик?

– Г-где? – смутился хом. – Ну-у, третий поворот налево, там прямо и за прилавком с росинками направо.

– Спасибо! – прокричала Мими, убегая к друзьям.

Хом помахал ей вслед.

Масик и Кочепыжка терпеливо ждали ее на месте.

– Ну что? – спросил Кочепыжка.

– Почему так долго? – пожаловался Масик.

– Теперь я знаю, куда идти! – довольно произнесла Мими. – Только, чур, я пойду первая.

– Хорошо… – в очередной раз уныло согласился Юолл и поплелся позади всех.

Мастерской оказался ботинок с ноги какого-то неведомого великана. На самом деле, то, что он с ноги великана Кочепыжка выдумал, потому что он никогда не встречал великанов, не знал, как они выглядят и не спрашивал их, что они носят. Но этот домик выглядел именно так.

– А вот и вывеска, – указала Мими лапкой наверх.

На деревянной табличке было неумело накарябано: «Инженер-изобретатель».

– И полянка, – добавил Кочепыжка, ткнув в сторону.

– Точно! – хлопнул в ладоши Юолл. – Эти мелкие ягодки мы собирали в детстве. У нас красились язычки, и мы пугали ими мам.

– Давайте сделаем так же? – Не дожидаясь ответа, Масик сорвал ягодку и закинул в рот.

Пока он жевал, его лапка нетерпеливо стучала о землю.

– Ну как? У меня уже окрасился? – высунул он красный язычок и показал всем.

– Аха-ха-ха! – рассмеялась Мими и сорвала горсть ягодок.

– Я тоже хочу! – вскричал Кочепыжка и бросил в рот одну из ягодок.

Все показали красные язычки и начали корчить рожицы, смеясь и тыкая пальцами друг в друга.

– Это забавно, давай с нами, Юолл! – подошел Кочепыжка к одиноко стоящему троллику.

– Не-е-ет, – нравоучительно отозвался он. – У нас потом животики болели, – погладил он пузико. – Мама сказала, их нельзя много кушать.

Услышав это, все трое начали плеваться и чистить язычки лапками. Никому не хотелось заболеть, к тому же так сказала мама, а мамы всегда говорят правильно.

Пока они спрашивали друг друга, чистые ли у них теперь язычки, Юолл подошел к двери и позвонил. Звонком служил камешек, привязанный на ниточке у какой-то блестящей поверхности. Юолл понял, что это звоночек, только потому, что тот был рядом с дверью. В детстве у дяди всегда были разные звоночки, но все они располагались в одном и том же месте.

Раздался громкий гудящий звук. К ним заспешили, шаркая лапками. Кажется, еще слышалось недовольное бурчание из-за того, что оторвали от работы.

Деревянную дверь открыл взрослый троллик. У него была белая борода и странные толстые стеклышки перед глазами, из-за которых те смотрелись несоразмерно большими. На нем была мешковатая маечка поверх таких же свободных штанишек.

– Это ещё хто? – нахмурился он, осматривая ребят.

Чтобы было лучше видно, он прищурился и смотрел на них сверху вниз.

– Это я, дядя. Юолл, – ответил Юолл. – А это мои друзья.

Дядя Юолла старательно вытер лапку о серые штанишки и отряхнул голубую маечку. На мятой ткани штанишек осталось масляное пятнышко.

– Я немного запачхался. Рад знахомству, – сказал он. – Ну, проходите.

Ребята стали переступать порог мастерской, как вдруг он остановил их.

– Х слову, хах вам мое новое изобретение? – указал дядя Юолла на звоночек. – Это металл. Я нашел его в лесу. Очень прочный и звучный, хах вы сами убедились.

– Да, очень находчиво, – ответил за всех Кочепыжка.

– Тольхо вытрите ноги о половичох, – попросил изобретатель.

Ребята стали усердно чистить лапки о ворсистую поверхность небольшого прямоугольничка.

– Да, тах достаточно, – остановил их дядя Юолла. – Это оптимальное время, чтобы грязь ушла в ховрих.

– А что ещё у вас есть? – оглянулся Кочепыжка.

Вся комната была заставлена какими-то неизвестными предметами, станками, стёклами, пузырьками и странным оборудованием, видимо, для изобретений.

– Ну, у меня есть собиратель росинох, прицепчих для божьих хоровох, подсластитель пресного, преобразователь воды в желатин, ярчатель храсох… – на ходу припоминал дядя Юолла, указывая на разные дивные предметы.

Свободного места почти не было. Идя за дядей, на каждом шагу друзья задевали то, что грудилось высокими кучками на полках, было свалено на столах или неаккуратно разбросано по полу. От каждого шороха изобретатель вздрагивал и опасливо смотрел, не пострадало ли что.