Когда сбываются мечты

Глава 14

Два крытых фургона на дороге вдали от границы с заселенными землями просто напрашивались на проверку своего содержимого. Хоть разбойников в этом мире на данный момент было не сильно много, но периодически до нас доходили слухи о нападениях лихих людей. Была надежда, что сезон охоты закончился почти два месяца назад, все кому надо было — давно уехали, и морозиться в лесах нет никакого резона. На свою беду — нашлись такие люди!

Две стрелы воткнулись в высокий борт моего с Аленкой фургона, вызвав у моего расслабленного монотонной дорогой организма неадекватную реакцию. Мозг, представив себе, что одна из этих палок с железным наконечником проткнет нежное тело Аленки, выдал безусловную команду. Всего через три секунды мощная молния ударила в направление, откуда вылетели «гостинцы» и, встретившись с одним из стволов густого леса, с громким треском разбилась на множество ветвей, прошивая все в пределах метров двадцати.

— А-а! — Высокий крик боли разбавили тревожные выкрики трех или четырех голосов, которые стали удаляться вглубь леса.

— Ми-иша… У нас что — гроза? — Моя милая с запанной мордашкой выглянула из-за приоткрывшегося тента и распахнула синь своих глаз. — Зима же…

Я прислушался к наступившей тишине и, выглянув поверх края парусины, крикнул:

— Лешка! Не останавливаемся! Вперед! Держись плотней! — Опустившись вниз, оказался лицом к лицу со своей суженой. — Милая, чмок, какая гроза? Это твой муж-волшебник решил пострелять по зайцам.

— Да-а?.. И где заяц?

— Убежал. Но я обязательно попаду в следующий раз.

«Молния» у меня закончилась и пришлось мне выполнять свое обещание с помощью других стихий. Решил испытать «заморозку» и не прогадал. Правда, вместо зайца попалась косуля и бедняжка за секунду потеряла способность убежать, подвергшись удару морозной энергии. Крикнул брательнику, чтобы бдил, и утопая по колено в снегу пошел к неподвижной добыче. Дыхание белым облачком вырывалось из ее ноздрей, но ноги и вся поверхность тела промерзла, сковав все мышцы, а глазные яблоки помутнели и покрылись инеем. Острый нож проткнул слой замороженного мяса и избавил от дальнейших страданий лесное животное. Я за время вылазок в Пустошь изрядно поднаторел на разделке живности и, подвесив за задние ноги свою добычу, быстро избавил ее от внутренностей и шкуры. Затем распластал тушку на большие куски, и на очередной остановке на ночевку наша троица с вожделением вдыхала аромат готовящегося в котле свежего мяса с овощами.

— Чем это ты ее? — Алексей, как и мои домашние, так до сих пор и не был осведомлен, что его брат — одаренный. А молния была откуда?

— Понимаешь, брат… Я тебе не говорил… У меня дар проснулся. Уже давно. Не хотел вам говорить, да вот — пришлось.

— Ух ты! — Возликовал братишка, — так ты уже и молниями стреляешься! Здоровски! Я тоже так хочу!

— Если у тебя проявится дар, то придется два года ходить в Пустошь и есть мясо и ливер ее обитателей. Иначе — можно и не начинать.

— Так ты поэтому к охотникам прибился! Вряд ли меня возьмут… — Леха быстро смекнул свои перспективы. Соображалка у него работала неплохо, иначе я бы не взял его работником в будущий магазин.

— Нет, если ты очень сильно захочешь… и наше дело с магазином выгорит, то можно будет просто покупать добычу с Пустоши. Но, без походов ты все равно станешь слабеньким магом и о молниях можешь вовсе забыть. Кажется — готово! Аленка, накладывай!

Дальше опять потянулись бесконечные дороги. Долго ли, коротко, появились сначала села, потом городки и спустя неполный месяц мы добрались до родного княжества и города Рязани. Документы у нас были выправлены перед выездом в управе — как положено, в том числе и у Аленки, которой наш бургомистр без вопросов оформил городскую «прописку». Свидетельства о рождении, свидетельство о браке и подорожная аж до самой столицы. Хоть город охотников и не был официально в юрисдикции империи, но для чиновников и тем более редких застав такие бумаги имели вполне законные основания. Еще бы не признавали! Столько всего ценного расходилось караванами от нашего города по всем уголкам государства. Поэтому к нашему обозу тоже возникали закономерные вопросы. Что везете? Куда? А не продадим ли мы своего товару?

Наш товар не был скоропортящимся, к тому же каждый пройденный километр прибавлял ему в цене. Поэтому от вопросов я отбрехивался, намереваясь продать все в столице. Зелья, рога, кости, сушеные травы и шкуры сдадим перекупщикам, а керамика нужна нам для будущего магазина. До конца весны товара должно хватить, а там можно будет подтянуть остальную родню и открыть производство на месте.

Спустя еще две недели мы наконец добрались до столицы и остановились на первом же постоялом дворе. Быстро помылись и попадали по кроватям. Моральная усталость дала о себе знать, и мы позволили себе расслабиться на целые сутки, вылезая из теплой постели лишь для еды. Фургоны и лошади были сданы в «гараж» и из рассказов бывалых караванщиков я был твердо уверен за их полную сохранность. Но сума с кристаллами все же лежала под нашей кроватью, вызывая легкое беспокойство при понимании о масштабе количества потенциальных денег, являвшихся эквивалентом стоимости скромного на вид мешка. Постояльцев было не сильно много, но они были, и я с интересом прислушивался в обеденном зале к разговорам торгового люда. Цены на квашенную капусту, размер сборов на торге, качество Вилюйского сукна и много всякой ненужной всячины. Аленка с пофигизмом смотрела на окружающее и окружающих, всем своим видом выражая полное равнодушие к столичной «красоте». А где ее тут возьмешь? На окраине то? Те же деревянные дома, дым из печек и люди в зимних тулупах. Но что то мне подсказывало, что и центральная застройка и другие столичные изыски вряд ли вызовут у нее другую реакцию, в виду ее своеобразного восприятия окружающего мира после практически полной потери памяти. Подумаешь электрическая лампочка! Ее Мишка может так шарахнуть молнией — никакая лампочка не сравнится. Правда пришлось ей объяснить в общих словах — как она работает. Аленка легко переварила идею, а Лешка практически ничего не понял, что совсем неудивительно.

— А когда мы пойдем магазин покупать? — Лешке быстрее всех наскучил отдых, и он немного заскучал в четырех стенах.

— Тут магазины на рынке не продаются. Есть специальные газеты с объявлениями, а лучше нанять знающего человека и тот за определенный процент подберет тебе несколько вариантов.

— А процент — это что?

— Процент это доля от суммы сделки. Например, одна сотая, или еще меньше. А можно заплатить твердую цену и договориться об оформлении купчей. Чтобы было все без подвоха. Так и продавец будет спокоен и нам надежней. Завтра поедем столицу смотреть, но сначала надо приодеться. А то в таком виде с нами никто разговаривать не будет. Разве что — с Аленкой за ее красоту, ха-ха!

Деньжат я прикопил прилично и перед поездкой большую часть перевел в золотые монеты, тяжелым грузом распределившихся по моему телу. И чего тут не ввели бумажные деньги? А вот что делать с мешком с кристаллами я не знал. Решил скрепя сердцем оставить его в номере. Не сидеть же нам вокруг него! Неспешно позавтракав, наша троица «покорителей столицы» села в заказанный приказчиком возок и помчалась по накатанному снежному насту к магазину готовой одежды. Одноэтажные деревянные дома быстро сменились на двухэтажные с камнем в первом этаже, а далее и вовсе возвысились до трех и более этажей, поражая вычурными арками и колоннами. Народу на улицах было полно, как и транспортных средств мощностью в одну, иногда в три лошадиные силы. Крытые кареты тоже были, как и общественные «автобусы» на конной тяге.

Извозчик, получив серебряный рубль, довольно крякнул и поинтересовался не нужно ли нас подождать.

— Боюсь, в этом магазине мы проторчим до самого полудня. Можешь подъехать, если хочешь.

Я посмотрел на витрину, богатое крыльцо и решительно потянул своих подчиненных в гнездо пышных воланов и строгих сюртуков. Приказчик с тонкими усиками сначала скривился, увидев первых с утра покупателей, но я знал как надо обращаться с халдеями и, сделав соответственное лицо остановился, не подходя до него нескольких шагов.

— Все! Купим платье здесь! Я устал выбирать магазины! Уважаемый! Нам с молодым человеком нужен деловой костюм и повседневная одежда. А девушке, кстати она моя жена, девушке… Все — что она пожелает! — Аленка огляделась по полкам и выставке готового платья и сняв меховую шапочку из белого горностая встряхнула своими природными кудрями.

— А где здесь шубки?

— Есть! — Приказчик не работал бы на этом месте если бы не обладал нужной чуйкой на платежеспособного клиента. — И шубки и сапожки! Все есть! — Его лицо расплылось в самой доброжелательной улыбке. — Фрося! У нас покупатели! Обслужи даму! А вы… господин. Чего желаете?

— Все! От носков до галстука и шляпы. Давай, дорогой! Постарайся. Удиви нас. Тебя как зовут?

Никанор оказался знатоком своего дела и уяснив для себя реальный статус покупателя, отвел нас в отдельное помещение, вызвав еще одного помощника, и принялся споро доставать из шкафов и ящиков костюмы, рубашки и прочие мужские атрибуты.

Я представился магиком, что давало мне статус ненаследного дворянина самого низкого статуса. Еще бы! Если принимать вчерашних крестьян в высшее сословие — то никаких «истинных» дворян не останется! Если бы не их польза и указ государя, то и этого бы им не стали давать. Правда «магикусом» мне еще только предстояло стать, но Шарий уверял, что с моей силой — это просто формальность. Проверят в гильдии на специальном приборе — и все. Но я отлично знал, что встречают прежде всегда по одежке, и решил все же приодеться заранее, чтобы сразу отсечь любые ненужные помыслы.

Спустя три часа мы вышли из магазина одежды, а ждущий извозчик не сразу узнал своих клиентов.

— Ваше благородие! Простите, не признал вас! Присаживайтесь. А я только подъехал. Думал вы уже ушли. А где ваши вещи?

— Вещи доставят на постоялый двор. Давай, дорогой! Покажи нам Москву!

— Простите?

— Столицу, говорю, покажи!

— А-а… Это мы можем! Вам с ветерком?

— Конечно!

Возчик весело свистнул и махнул кнутом. Сани резко тронулись и пугая шастающих по улице без тротуаров людей заскользили, обгоняя никуда не торопящихся коллег. Город соответствовал постройкам моего мира примерно из века восемнадцатого. На улице даже стояли фонари освещения и под слоем накатанного снега были мощены булыжником. Понятно, что такие блага имелись только в центральной части города и в районе богатых особняков, где селилось местное дворянство. В остальном город раскинулся далеко вдоль реки и ничем не отличался от других городишек и деревень. Разве, что заводы были крупнее, а народу на улицах на порядок больше.

Накатавшись и удовлетворив первое любопытство, я попросил остановить нас у приличной ресторации решив глянуть, чем там кормят и какая публика посещает подобные заведения.

— Миша. А зачем столько ложек… и вилок? — Аленка вертела своей прелестной головкой и привлекала внимание немногочисленных обедающих.

— Не обращай внимания. Если захочешь, я потом объясню. Ешь как тебе удобнее. А ты, Лешка. Чего молчишь?

Младший брат выглядел слегка не в себе в новой одежде и непривычной обстановке. Поэтому больше молчал, не зная как реагировать на кардинальную смену своего статуса.

— Ничего, брат. Привыкнешь. Внутри, Лешка, все люди устроены одинаково. Что бедные, что богатые.

Я старался говорить негромко и оглядывал вкушающих. Солидные мужчины во фраках, семья с двумя подростками и одинокая дама у окна. Ничего необычного. Просто декорация из фильма «Анна Каренина»! Я улыбнулся и повернулся к подскочившему половому.

— Любезный. Нам пообедать на твое усмотрение и на десерт тарелку пирожных. Газировка есть?

— Э-э… Морс есть, сок, медовуха. Газировки — нет! А что это?

— Неси — что есть. А газировка… Это так… Напиток из одуванчиков на границе Пустоши.

Я задумался. Что может быть проще, чем открыть сеть торговцев газировкой. Готовый бизнес! Здесь просто непочатый край для таких идей, которых в моей голове неисчислимое множество. Я плотоядно улыбнулся своим мыслям и перевел взгляд на беззаботную Аленку, которая чувствовала себя в роли барышни — как рыба в воде. После парочки моих сеансов облучения энергией жизни ее лицо могло поспорить с безупречным белым мрамором, только живым. А уж тело!.. Я поспешил отогнать не вовремя возникшие образы.

Обед был вкусным и обильным, в отличие от запомнившихся из прошлой жизни пары посещений пафосных заведений для богатых. А тут и еда вкусная и цены божеские. Я уже собрался на выход, когда у семейной пары с детьми возник переполох. Солидный мужчина посинел лицом и оплыл на своем стуле. Я конечно не доктор, но на лицо был явно сердечный приступ. На всякий случай всмотрелся фирменным взглядом на комок сердечных мышц, зашедшихся в неритмичном танце. Жена, официант и пара посетителей безуспешно пытались ему помочь и влить в рот какое то зелье, а я понимал, что его жизнь может оборваться в любую секунду.

— Простите! Сударыня. У вашего мужа сердечный приступ. Я мог бы, с вашего позволения, помочь.

— Ради всех богов! Сделайте что-нибудь! Он же умирает! — Вскричала, хватая меня за руку миловидная женщина. В этот момент мужчина закатил глаза и захрипел.

Я демонстративно достал небольшой кристалл жизни и влил в него свою нейтральную энергию, направляя на засбоивший орган умирающего. Эффект появился практически сразу, и я стал наблюдть, как зеленая энергия обволокла сердце мужчины и оно облегченно расправилось и забилось как и положено в нормальном ритме. Я на всякий случай подождал несколько секунд и прервал выход магической энергии.

— Николя! Тебе лучше⁈ Слава, богам! — Дама залила слезами хлопающее глазам лицо мужчины с трудом приходящего в себя.

— Что со мной? — Наконец произнес он порозовевшими губами.

— У тебя был сердечный приступ! А этот молодой человек спас тебя!

— Михаил Зимин. К вашим услугам! Это моя жена Алевтина, а это брат Алексей.

Дальше жена спасенного представила свою семью, назвала мужа каким то советником городского департамента торговли и имущества. После этого я поспешил покинуть ресторан пока «награда» не нашла своего героя. Звание то у меня пока липовое, а что тут полагается за незаконную практику я пока не знал. Может ничего, а может и выйти боком. Надо срочно регистрироваться в магической гильдии!

Поймали извозчика и попросили отвезти в оплот магикусов. Там узнали, как и когда проходят испытания, записались и вернулись на постоялый двор. Я на всякий случай проверил груз на наших фургонах и, когда дополнительно убедился в наличии мешка с кристаллами под кроватью, облегченно выдохнул. Эх! Надо было про банк узнать! Не вечно же мне таскаться с мешком сокровищ и чахнуть в тревоге, как тот Кощей.

Испытание должно было произойти через три дня, которые я потратил на продажу сопутствующего товара из города охотников. Вернее я потыкался по нескольким магазинам и лавкам, и даже продал кое-что. А на второй день степенный купчина заслышав в едальне наш застольный разговор подошел, представился и, спросив разрешения, подсел к нашей компании.

— Извиняйте за мой интерес. Но я слышал, что у вас есть интересный товар.

— Ага… У нас «товар», у вас «купец», — пошутил я. — Интересуетесь?

— Так это… Не хотел говорить… Да, чего там! Конец зимы, торговать практически нечем. У меня только в столице три лавки! Так и быть! Дам вам за него хорошую цену.

Мы продали ушлому торговцу ВСЕ! Весь товар, старую добротную одежду, походное барахло и даже самодельный арбалет. В карман то его не положишь, а пороховые пистолеты я видел в витрине одного из магазинов. Купец хотел купить и сами фургоны с лошадьми, но я пообещал ему отдать их даром, если поможет нам найти подходящее помещение под лавку и жилье.

— Ха! Вам повезло! Лучше меня никто не знает своих конкурентов! Есть одна вдовушка… Торгует из рук вон. Если дать цену — сразу готова переехать. А лавка на хорошем месте. Сам бы купил! Да, вроде пока ни к чему. А чем торговать собираетесь? — Он хитро заблестел глазами из-под кустистых бровей, отлично знавший о наличие груза под широкими настилами в фургонах. — Или секрет?

— Не секрет. Горшки там и другая посуда. Семья наша из горшечников, вот и хотим открыть свою лавку.

— А-а… Горшки… — разочарованно произнес купчина. — Что ж, горшки тоже нужны. Завтрева я позову стряпчего, а вы готовьте денежки. Раньше вдова просила сто золотых. Там второй этаж из трех спален, внизу лавка и подсобные помещения. Дом каменный, вам понравится.

Так неожиданно быстро решился наш вопрос с жильем и торговым помещением. А купец получил наш транспорт и четверых лошадок, оказав вполне соразмерную услугу. После небольшого торга и подписания купчей, мы сгрузили весь фаянс на первый этаж. Вдова пообещала оставить практически всю мебель за деньгу малую и выехать ровно через три дня. Кое-что потом можно будет поменять или докупить, но то, что можно было заселиться и сразу жить — радовало нас, как молодоженов въезжавших в свою первую квартиру.