ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Пытаясь решить, что делать, Тесс молча смотрела на Кейда. Он же уставился в счет с таким видом, будто мысленно давно был далеко. А что, если они попадут в аварию, потому что Кейд думает о Дэле, а не о дороге?

Решение пришло само.

— Если я поеду с тобой, мне нужна одежда.

— Нет времени. Завтра купим все необходимое. Поехали.

Так же послушно, как хорошо натренированная собака, Тесс вышла за Кейдом к машине. Сердце девушки сжалось, когда Кейд дважды не попал ключом в замок дверцы.

— Сможешь вести?

— Не переживай, ничего с тобой не случится.

— Я за тебя беспокоюсь, не за себя. — Тесс пристегнулась и подумала о том, когда в последний раз для нее кто-нибудь что-то значил.

Очень давно.

А если точнее, то в пять лет, когда она с родителями уезжала из Мадрида. Только они трое, а любимая няня Тесс Изабель осталась там, и девочка даже не успела попрощаться с ней...

Ее преданное сердечко начали разбивать уже тогда, и это постепенно привело Тесс к пониманию того, что подпускать кого-то слишком близко к себе нельзя. Иначе потом будет очень больно.

И последним из всех в этом ряду должен быть Кейд Лоример. И все же Тесс обнаружила, что рассматривает его руки, лежащие на руле. Сильные руки с длинными пальцами, покрытые порослью темных волос...

Девушка отвела глаза и выглянула в окно. Скоро поездка кончится. Кейд не говорил ни слова, Тесс тоже молчала, но эта тишина вовсе не была мирной и успокаивающей. Девушка почувствовала большое облегчение, когда Кейд наконец остановил машину и она могла выйти, размять ноги.

— Городская больница, — пояснил Кейд. — Дэл восстановил ее после смерти моей матери два года назад.

— Мои соболезнования.

— Дэл так и не пришел в себя после ее смерти. — Кейд вышел.

А ты, подумала Тесс, ты так же любил свою мать, как любишь Дэла?

Тут, к изумлению девушки, мужчина взял ее за руку. Его ладонь была теплой, прикосновение уверенным. Жар обдал тело Тесс, она споткнулась, чувствуя, что нервы ее на пределе. В животе что-то сжалось, когда они проходили по длинным коридорам, где пахло лекарствами.

Это желание, растерянно подумала Тесс. Я никогда в жизни не испытывала ничего подобного к мужчине, но узнаю это ощущение, будто всегда знала о нем. Как такое возможно?

И Тесс не могла отдернуть руку. Она была нужна Кейду. Или она ничего не понимает и неправильно поняла ситуацию?

Они подошли к лифту, поднялись на второй этаж. Все это время Тесс отчаянно пыталась обрести контроль над собой. Она не сможет вынести, если Кейд догадается о ее чувствах.

На выходе из лифта их встретила дежурная медсестра. Она улыбнулась Кейду:

— Палата двести четыре. Он отдыхает.

— Спасибо, — поблагодарил мужчина.

Возле двери с номером 204 Кейд остановился, словно боясь, что он может увидеть за ней.

Тесс попыталась высвободить руку, но ей это не удалось. Не оставалось ничего, кроме как последовать за ним в палату. Дрожа, девушка посмотрела на мужчину в постели.

Дэл Лоример спал, его седые волосы рассыпались по подушке, а руки, по локти утыканные проводами и катетерами, лежали поверх одеяла.

Тесс вгляделась внимательнее в лицо своего деда. Какие резкие черты! Она не почувствовала ничего, что могло бы помочь ей ощутить родство с этим человеком. И он нисколько не напоминал ей Кори.

Девушка украдкой взглянула на Кейда. Тот стоял, не выказывая никаких эмоций.

Тесс отодвинулась, так что их плечи больше не соприкасались. Она ошиблась: Кейд не любил своего приемного отца. Слово «любовь», похоже, ему совсем незнакомо.

Девушка даже обрадовалась, что смогла так ясно разглядеть истинное лицо Кейда Лоримера. Будет проще забыть о нем и считать его безжалостным человеком, который ворвался в ее жизнь.

Желание. Снова это слово.

К счастью, в палату вошел врач в белом халате. Кейд подошел к нему, и мужчины стали тихо говорить о чем-то у двери.

— Мы можем ехать, — безразлично сообщил Кейд. — Дэл проспит до утра, нет смысла оставаться.

На секунду Тесс взглянула на мужчину, лежащего на постели, который, несмотря на сочувствие, которое она сейчас к нему испытывала, ничего для нее не значил. Девушка вышла следом за Кейдом из палаты, и они двинулись по длинному коридору.

Минут через пятнадцать после того, как они покинули больницу, машина подъехала к большому поместью. Каменный дом с безразличным рядом окон и большими дымовыми трубами, а вокруг — такие же безличные сады.

Дом не понравился Тесс с первого взгляда.

Девушка первой нарушила тишину:

— Завтра ты отвезешь меня домой.

Кейд потер напряженную шею.

— Ты можешь ночевать в западном крыле. Оттуда слышен шум волн.

— Завтра! — твердо повторила Тесс.

Мужчина заглянул в зеленые глаза и сразу вспомнил о Дэле, который сейчас беспомощно лежит на больничной койке.

— Хватит, Тесс. Разве мы не достаточно спорили для одного дня?

— Тогда, может, попробуешь услышать меня?

Эта девушка умеет постоять за себя, решил Кейд, наблюдая, как сумеречные тени скрывают ее лицо. Ее кожа казалась совсем прозрачной, на шее билась жилка, к которой так и хотелось прикоснуться губами...

Никогда еще с тех пор, как он начал встречаться с женщинами, Кейда так не тянуло ни к одной из них. Женщины появлялись и исчезали из его жизни с легкостью. Отношения без обязательств — вот его стиль. Но с Тесс Ритчи этот номер не пройдет, в этом Кейд был уверен.

— Пойдем в дом, — пригласил он, открывая для нее дверь.

За дубовой дверью оказались четыре собаки, которые радостно приветствовали Кейда лаем.

Тесс испуганно спряталась за спину мужчины.

Аллея... пес... выстрел...

— Лежать! — Все четверо подчинились. — Ты боишься собак, Тесс?

Не то слово, рассудил Кейд. На лице Тесс застыл ужас. И еще что-то, чего Кейд не мог ни объяснить, ни понять.

— Я... да, я их боюсь.

— Они думают, что это Дэл.

— Мне все равно, что они думают, просто убери их подальше от меня.

— Тебя покусали в детстве? — поинтересовался мужчина, приказывая собакам оставаться на месте, когда повел Тесс вверх по лестнице.

— Да.

Обвинять ее во лжи пока бессмысленно. Но она лгала, заключил Кейд. Снова.

— Комната роз, — с иронией произнес мужчина, открывая для Тесс дверь. — Моя мать была очень консервативна в некоторых вопросах.

Большая кровать, покрытая розовым покрывалом и живые розы на камине.

— Здесь поместился бы весь мой дом.

Кейд открыл шкаф и достал пижаму.

— Полотенца и зубная щетка в ванной. Утром, когда будешь готова, спускайся завтракать.

Пижама из зеленого шелка стоила, очевидно, больше, чем весь гардероб Тесс. Она взяла пижаму из его рук. Словно электрический ток прошел между ними. Девушка отскочила, нервно рассмеявшись.

— Все слишком удобно складывается.

Его руки легли на ее талию. Мужчина прижал Тесс к стене. Она попыталась вырваться.

— Не надо!

— Ты так чертовски красива, что я не могу оторваться от тебя.

Где-то внутри девушка почувствовала нечто неизведанное. Тепло растекалось по телу медленно, лениво, волнуя кровь и душу. Тесс уперлась ладонями в грудь Кейда.

— Если ты привез меня сюда, чтобы соблазнить, то ошибся. Пусти меня, Кейд! Пожалуйста...

Теперь Кейд был почти уверен в том, что Тесс терпеть не могла, когда ее трогают. Это относится лишь к нему? Или ко всем?

Обычно женщины шли к нему добровольно. Все они даже слишком хотели оказаться с ним в постели. Все, но только не Тесс.

Кейд отстранился, потирая брюки.

— Ты тоже чувствуешь влечение, но отчего-то борешься с ним.

— Ничего я не чувствую! Или у тебя настолько раздутое эго, что ты не признаешь отказа?

Дикая кошечка вернулась, сверкая зелеными глазами.

— Нет, чувствуешь, Тесс. Я вижу это. — Кейд усмехнулся. — Мы все выясним утром. Спокойной ночи.

Как только за ним закрылась дверь, Тесс заперлась на замок. Приняла душ, надела зеленую пижаму и легла в постель.

Она никогда в жизни не встречала таких, как Кейд Лоример. Несколько секунд назад желание почти захлестнуло ее с головой. Тесс читала о желании, но никогда не думала, что сама когда-нибудь испытает нечто подобное.

Проснувшись утром, Тесс услышала, как по стеклу барабанит дождь. Она встала и заметила под дверью конверт. Внутри была записка.

«Я весь день буду в больнице. Экономка найдет тебе одежду. Собаки в клетках. Кейд».

У него был характерный почерк, решительный и какой-то очень мужской. Тесс отворила дверь и вышла в коридор. У порога лежала стопка одежды и новые босоножки. Очевидно, экономка уже побывала здесь.

Тесс умылась, оделась и вышла к завтраку. Остаток дня она провела в библиотеке, читая и слушая дождь. К своему раздражению, девушка обнаружила, что ждет, когда вернется Кейд. Она хотела, чтобы он отвез ее домой. Других причин ждать его возвращения у нее нет.

Тесс встала и заходила взад-вперед по комнате, молясь, чтобы дождь кончился и она смогла выйти на улицу. Краем глаза девушка заметила дипломы и награды над камином. Степень Гарварда, грамота Лондонской школы экономики.

Все награды принадлежали Кейду.

Тесс не раз чувствовала унижение, но так сильно — никогда. Она даже не закончила школу...

Дочь наркомана и его любовницы.

Тесс подбросила дров в камин и вернулась к чтению. Ни к чему вспоминать о прошлом.

Она прервалась на обед, хоть аппетита и не было. Кейд еще не вернулся, хотя часы показывали девять. Тесс поняла, что заперта в этом ужасном доме еще на одну ночь. Она спустилась в кухню и приготовила себе чашку горячего шоколада.

— У тебя шоколад вокруг губ, — раздался голос Кейда.

— Я тоже рада тебя видеть, — усмехнулась Тесс.

— Мне нужно выпить. И что-нибудь покрепче, чем шоколад.

— Как Дэл? — Тесс удивленно заключила, что действительно хочет знать.

— Как медведь в клетке. Завтра днем уже будет дома. Чья на тебе одежда?

— Внучки пекаря.

Футболка явно была маловата, а брюки узковаты. Чтобы отвлечься от созерцания ее форм, Кейд открыл холодильник, выудил пиво и сделал большой глоток.

— Больничная еда самая гадкая на свете, а вода у них воняет хлоркой.

Кейд уселся на стул и расстегнул верхние пуговицы рубашки. Он выглядел усталым, заключила Тесс, наблюдая за тем, как движется его кадык, когда он глотает. Кейд засучил рукава, обнажив мускулы. Эротично играют. Да что со мной такое? — думала Тесс. Никогда раньше она не обращала внимания на такие вещи.

— Дождь все еще идет? — поинтересовалась Тесс, только чтобы отвлечься от волнующих мыслей.

— Должен прекратиться к завтрашнему утру. Чем ты занималась весь день?

— Читала в библиотеке.

— Как похоже на тебя.

Кейд улыбнулся. Всего лишь улыбнулся. Он не обещал ей солнце, луну и звезды. Тесс решила ни за что не поддаваться его обаянию.

— Если ты не сможешь отвезти меня домой завтра утром, уверена, в этом доме есть шофер. Я попрошу его отвезти меня... спокойной ночи.

— Погоди!

Тесс сверкнула глазами в его сторону. Его пальцы — те самые длинные пальцы — сомкнулись вокруг ее левого запястья.

— Пусти! Я не собираюсь быть игрушкой для мачо.

— Дэл приедет только днем, а он хочет встретиться с тобой. Ты не можешь уехать, не повидав его. А когда вы встретитесь, не говори и не делай ничего, что может расстроить его. Ему нельзя волноваться.

— Ты сказал ему, что я здесь? И что я встречусь с ним?

— Разумеется. Почему еще ты здесь?

— А как мне уехать? У меня нет машины, автобусы до Малагаша здесь не ходят, а идти пешком в дождь я не хочу.

Кейд поднялся, не выпуская ее запястье.

— Ты встретишься с ним, Тесс. И будь по крайней мере вежлива.

— Иначе что? — съязвила девушка.

Кейд притянул ее к себе и впился в ее губы, целуя ее жадно и неистово. Все эмоции, накопившиеся за два дня, выразились в этом поцелуе.

— Я ждал этого с того момента, как увидел тебя на пляже, — заключил Кейд, отстранившись. — Ты будешь дома, когда приедет Дэл. И следи за язычком. Если ты хотя бы наполовину такая, как говорят островитяне, ты не захочешь, чтобы смерть старика была на твоей совести.

Тесс выдернула руку.

— Это ты привез меня сюда! Как же твоя совесть?

— Моя совесть — моя забота. Просто завтра веди себя хорошо.

— Не указывай мне, как себя вести! Мне двадцать два, а не десять.

— Я не указываю, я жду подчинения. Ты все поняла?

— Я не твой сотрудник, которому ты можешь указывать.

— Да. Но ты внучка Дэла.

С этими словами Кейд отпустил девушку.

Действительно ли она одной крови с человеком, который сейчас лежит в больнице? Или все это просто странный сон? Злясь на себя и на Кейда, Тесс вышла из кухни. По пути в свою комнату она все трогала губы, как будто можно было стереть тот горячий поцелуй, что слишком сильно взволновал ее.

Неудивительно, что она лишилась дара речи. Неудивительно, что хочет сбежать.

И снова Тесс заперла дверь своей комнаты.

Загрузка...