Глава 4

Вокруг все было окутано оранжевым и охряным туманом. Талли слышал крики и вопли, щелканье гигантских клювов, чувствовал запах гнили и удушливую вонь орхидей, топкий ил под ногами. На бегу он столкнулся в тумане с Фангаром, и как только остановился, его ноги стали погружаться в ил.

— Где это мы, черт побери?

— Наверняка не там, куда они хотели привести нас, — отозвался совсем рядом Пайк. — Я думаю, они запаниковали и установили свою машинку не на то место.

— Или послали нас не в то измерения, — яростно прогремел Вейн. Его мощная фигура смутно вырисовывалась в тумане. Он стоял чуть впереди, держа в руке оружие пурпурного луча. Тут же к нему присоединился Корни с двумя-тремя собратьями Вейна. Пайк продолжал держать за руку девушку, которая, как увидел Талли, вообще не думала о том, что этот сильный молодой человек желает заботиться о ней.

— Измерение? — переспросил Пайк.

— О, да, — отозвался Талли. — Это можно себе представить…

Они осторожно двинулись вперед по топкой почве, огибая заполненные водой промоины, из которых струился туман. Откуда-то доносились звуки, но слабые, словно отделенные почти непроницаемой завесой. Затем Пайк резко остановился, схватил левой рукой девушку за талию и швырнул ее назад к Талли, который едва успел подхватить. Тут же Пайк прыгнул к Вейну и толкнул гиганта в сторону.

— Что за глупые шутки?! — взревел Вейн.

Затем все увидели цветок. У него были шестифутовые лепестки, раскинутые по земле во все стороны, точно звезда, с отверстием в центре. Пайк кинул туда пригоршню грязи, и лепестки мгновенно сомкнулись с жадным щелчком. Девушка застонала. Вейн отшатнулся, поднял оружие и срезал лучом цветок. Вейн был потрясен. Он продолжал жечь цветок, пока от него не остался лишь пепел.

— Могу сказать, что ты действовал быстро, сынок. Я не попал в пасть зверю. Я не забуду этого. Маленький отряд огляделся вокруг в оранжевом тумане.

Талли почувствовал себя, как на необитаемом острове. Немного погодя они повстречались с другими такими же цветами. Нужно было очень осторожно обходить их подрагивающие лепестки. Когда они проходили мимо, цветы гудели и щелкали, жадно захлапывая лепестки-челюсти. Сколько же пленников нашли свой конец, послужив пищей для этих цветов?

— Тоб'клайки совершили на этот раз безумную ошибку, — сказал Вейн. — Что-нибудь получается, Корни? Его молодой спутник остановился при словах Вейна и поднял голову. Он медленно начал поворачивать ее, словно хотел уловить ветер. Взглянув на его лицо, Тали мог бы описать его выражение, как состояние глубокого созерцания. Вскоре Корни вышел из этого состояния.

— Ничего.

— Черт! — Вейн пнул ил. — Врата же всегда находятся группами. Поблизости должны быть еще одни. И мы найдем их. — Он повернулся к Пайку и девушке. — Я Джиин Вейн Гнурланд делт'Фронт. Можете звать меня Вейн. А вас как зовут?

— Грэхем Пайк… а это Рой Талли и Фангар.

Затем, к удивлению Талли, певучим голосом заговорила девушка.

— Она сказала, что ее зовут Пойли. Ее кузен был схвачен летающими тварями там… — перевел Вейн. — Я понятия не имею, что это было за измерение. Эй, Корни, у тебя есть какие-нибудь предположения на этот счет?

— Никаких. Уж поверьте мне, мы проделали долгий путь из Ируниума.

У Вейна вырвалась длинная череда проклятий.

— Сесть на мель в измерениях, — с горечью сказал он. — И это случилось со мной!

— Вы не на мели, Вейн, — со странной торопливостью в голосе сказал Корни. — Я тоже здесь, не забывайте.

— Не забуду, — проворчал Вейн. — Но я отказываюсь думать о том, что предполагаю. Это не подобает.

— По крайней мере, мы потрясли Тоб'клайков и Дал-Лоунта, — вставил один из людей Вейна. — Надеюсь, они сейчас кормят собой цветы.

Странные люди, подумал Талли. но по крайней мере, в отличие от меня, они понимают, что происходит. Вейн пригладил рыжие усы.

— Мне не хочется думать о том, что говорит сейчас Графиня. Она ждет, что я вернусь с грузом… Ну, неважно. Они пошли дальше. Пойли совсем выбилась из сил и повисла на Пайке. Талли подошел к ним и перекинул ее другую руку через свое плечо. Он мог бы и не помогать, Но не мог равнодушно смотреть, как тяжело вздымаются ее маленькие крепкие груди с розовыми сосками, как она с трудом переставляет стройные ножки, и думать при этом, что Пайку достается лакомый кусочек. Ну ничего, пока они проделают путь через все измерения домой, может, что отломится и ему. Корни снова остановился и застыл в созерцании.

— Что он делает? — спросил Талли у молодого человека с желтыми волосами, закрученными усами и страшным шрамом, проходящим от виска через всю левую щеку, говорящим о том, что его обладатель когда-то едва избежал смерти.

— Конечно же, ищет врата, — презрительно бросил желтоволосый. — Мы должны отыскать путь назад домой, в Ируниум. Домой, — повторил он с циничной усмешкой. — Ируниум и Город Алмазов теперь единственный дом, какой у меня есть. Мысли Талли прервал крик Корни, который перестал медленно поворачиваться и зафиксировал остановившийся взгляд на какой-то точке в тумане в нескольких ярдах от них. Все уставились на Корни. Желтоволосый сделал шаг назад и попал на полускрытые илом лепестки плотоядного цветка. Лепестки тут же захлопнулись и проглотили его.

Цветок задергался, точно внутри него началась борьба. Корни бросился вперед, точно гончая по следу. Вейн со своими людьми поспешил за ним, туда же устремился и Фангар. Желтоволосый не успел даже вскрикнуть, раздалось лишь клацанье захлопнувшихся лепестков.

— Должны же мы что-то сделать! — закричал Талли. Он скинул руку Пойли с плеча и Пайк подхватил ее оседающее тело. Цветок содрогался. Талли ухватился за верх лепестка и потянул его вниз. Он тащил изо всех сил, чувствуя сопротивление, затем потные руки соскользнули, и лепесток снова захлопнулся.

— Черт побери! — выругался Талли.

Он сделал еще одну попытку. На этот раз ему удалось отжать лепесток до половины, он опустил на него колено и продолжал давить вниз так, что зашумело в ушах, и тогда заглянул внутрь цветка.

Желтоволосый был мертв. Он уже растворялся в желудочном соке цветка-людоеда. Он лежал грудью на лепестке, потягивая к Тали руки, глядя на него остекленевшими глазами.

— А-ах! — вырвалось у Талли.

На секунду он ослабил нажим, лепесток дрогнул и тело Желтоволосого медленно поползло в чрево растительного чудовища. Голова его была совсем рядом с Тали, но он не мог шевельнуть и пальцем. Что-то блеснуло в волосах мертвеца, и с его головы слетела лента, украшенная драгоценностями. Чувствуя, что силы покидают его, Талли схватил ленту и откинулся назад, отпуская лепесток. Лепесток захлопнулся. Талли упал спиной в грязь и с трудом поднялся на ноги, дрожащий, потный. Пайк подбежал к нему.

— Рой! Бога ради!.

— Я… все в порядке. Вот только… все, что осталось от бедного парня. Это может случиться с любым из нас.

— Что это?

— Он носил ее в волосах. — Талли поднял украшенную драгоценностями ленту.

— Ну ладно. — Пайк схватил ее. — Похоже, с ее помощью мы сможем прожить на широкую ногу всю оставшуюся жизнь. — Он повертел ее в руках. — Вот черт, даже некуда положить ее. — И он надел ленту на голову. — Теперь давай догонять остальных.

Пойли что-то сказала с резким возбуждением в голосе.

— Что? — вскрикнул Пайк. — Эй, Пойли… Я понял, что ты говоришь! Рой… Она стала говорить понятно! В этот момент из тумана выдвинулась еле видимая фигура Вейна.

— Эй, Пайк! Вы идете с нами?

— Конечно, Вейн! Сейчас идем!

Когда они догнали группу и рассказали об ужасной смерти Желтоволосого, Вейн только усмехнулся. Затем он увидел на голове Пайка ленту с драгоценностями.

— Так ты спас его транслятор? Ну, Пайк, сынок, береги его. Тебе она будет гораздо полезнее, чем кровососущему цветку.

— Спасибо, Вейн, — сказал Пайк.

Теперь они с Талли поняли истинную ценность дара.

— Теперь соберитесь в кучу. Корни проведет нас в другое измерение и должен хорошо видеть всех.

— Я не уверен, где мы, — сказал Корни. — По крайней мере, мы не на векторе Миксотик-Дуросторум-Агравинг. Однако…

— Он помолчал, о чем-то размышляя. — Если я вернусь назад, то доставлю в Академию новую лоцию измерений…

— Сначала разберись с этим, — оборвал его Вейн. — И будь благодарен, что я обхожусь с тобой без помощи цепочки.

— Он покачал головой. — Я, должно быть, сошел с ума, доверяя кому-то… Но Графиня доверяет тебе, как выпускнику Академии, значит, должен доверять и я.

— Не много найдется людей лучше меня, — с самодовольством в голосе сказал Корни. — Даже Соломон…

— Хватит болтать! — взревел Вейн. — Вперед!

Талли, погрузившись по лодыжки в ил, наслаждался отдыхом. Он уловил нотку восхищения в тоне Вейна. Корни был слишком самодоволен, прекрасно зная о своем отличие от остальных из отряда Вейна. Талли не знал, что это за отличие, он мог лишь гадать. Они стояли в плывущих клубах оранжевого тумана и исчезали один за другим. Когда подошла очередь Тали, сразу за Фангаром, он испытал то же самое резкое, болезненное чувство покалывания в мозгу, чувство перемещения, чувство, что горизонты разлетаются ракетами во всех направлениях.

Он врезался в Фангара, который развернулся с быстротой кошки, чтобы схватить его железными руками.

— Что происходит с тобой, Рой? — спросил Пайк.

— Моя голова! — У Талли было то же самое чувство, словно в голове резвились демоны.

Остальные уже спешили за Корни по покрытому травой склону в новом измерении, ведущему к бурному потоку. С помощью Фангара Талли последовал за ними. Следующие события ой Талли воспринимал расплывчато. Он чувствовал боль, снова боль, нарастающие силы, которые словно перемешали его мозг, открыли голову и подставили мозг всем ветрам мира. Они проходили через бесчисленные измерения, и Корни становился все более и более самоуверенным. Наконец, когда Рой Талли видел в сером тумане лишь алое пятно боли, они вышли к широкой дороге. Вдалеке виднелся город, крыши и башни которого мерцали на солнце. Вдоль полей по дороге шли люди и животные.

— Это Горд Первый в Брокане, — сказал Вейн с удовлетворением, смягчившим его грубую усмешку. Он рассмеялся своим сухим смешком. — Мы можем найти здесь агента Графини. Ты сделал это, молодец, Корни.

Под солнечным светом знакомого измерения к Вейну вернулось веселое настроение.

Загрузка...