Колокольчики Достоевского. Записки сумасшедшего литературоведа

[0]

Евгения Львовна, прошу прощения!

Вы повелели уложиться на двух-трех страницах. Боюсь, не получится.

Все-таки заявку на книгу пишу не совсем о себе, то есть совсем не обо мне (как мне видится), а о нем, предмете наших долгих разговоров с Вами, хотя… хотя Вам, очевидно, интереснее было бы обо мне почитать, это я хорошо понимаю. Кому как не мне понятен Ваш сугубо профессиональный интерес, и кому как не мне хорошо понятно, что Вас растрогать нельзя этим моим пониманием. Но с другой стороны, вспомните наши прежние споры у Вас в кабинете, где растет мирт, – отнюдь не дилетантский взгляд Вы тогда обнаруживали на творчество классика. Я это ценил. Есть у меня подозрение (ой, какое нехорошее слово!..), есть догадка, и догадка такая: интерес Ваш к нему, дорогая Евгения Львовна, безотносительно ко мне интересу, далеко не формален.

Вы ведь тоже неравнодушны к объекту. Это заразно.

(Ай, опять!..) Но как со мной получилось, того Вам не грозит. Не тревожьтесь. Не надо.

Помилосердствуйте! Дайте еще три-четыре листочка, а лучше пять! (Лучше десять, конечно…) И карандаш – подлиннее! Хотя бы тупой…

А за “Преступление и наказание” большое спасибо! Здешняя библиотека поистине хороша!..

Кроме этого тома за нумером шесть, был бы рад получить еще том седьмой с рукописными редакциями романа. А также тома, содержащие письма, – хотя бы двадцать восьмой (предпочтительней книгу первую, том двадцать восемь – сам в двух томах); в идеале же доступ хотел бы иметь ко всему собранию сочинений.

Со своей стороны обещаю не быть многословным, держать себя в рамках и не предаваться сильным эмоциям, в корень глядеть (и помнить: когда в корень глядишь, знай, что корень сам глядит на тебя).

Обещаю придерживаться духа моих прежних литературоведческих трудов, не вызывавших ни у кого нареканий (по части каких-либо расстройств известного рода). Намерен также обозначить между мною и им четкую демаркационную линию: никто не дождется от меня утверждений, что я его инкарнация (вспомните, вспомните – я никогда не утверждал этого!..)!

Ни слова не скажу о метемпсихозе. (А Вы бы хотели?)

Обещаю быть обстоятельным, дисциплинированным. В меру возможностей не отвлекаться ни на что постороннее, и особенно, и особенно – об этом и говорить, наверно, не стоит – и особенно не отвлекаться на лично мой Случай, заставивший познакомиться с Вами (при обстоятельствах для меня роковых).

Не знаю, разочарую ли Вас или нет, но здесь буду явлен перед Вами образцово здоровым (и точка). Здоровым и рассуждающим здраво. Увидите сами.

Отчет себе отдаю, что речь ведь идет всего лишь о заявке на книгу… Я не забыл!

Так и пусть. Книга быть интересной нам обещает, обещает быть просветительской книгой. Надеюсь, кое в чем сумею Вас убедить (помня прежние наши беседы). Причем уже в этой заявке! В заявке на книгу!

Достоевский forever!

Вот и начало заявки! Уже чуть-чуть заявил. Чем-то подобным, но проще, но лапидарнее, можно было бы книгу начать (заявляю по ходу заявки). Могло бы так называться начало в заявляемой книге – с учетом того, что это именно Вам:

ПОСВЯЩЕНИЕ