Кома, или Между мирами (СИ)

Часть 3

Но вот Он снова в палате, а его пустое тело умирает.

Душа рвется, трепещет, словно раненая пташка, стремится на волю, только с его черным жизненным багажом — она на веки осуждена быть в своей мертвой клетке.

Ему кажется, что это дурной сон, мираж, а улыбки чертей свидетельствуют о жестокой реальности.

Неужели слова этих чудовищ — жестокая правда, недоступная простому человеку? Бедные люди, насмехающиеся над верующими! Что же ожидает их в будущем? Мучительная обида за тех людей терзает сердце. Ответ на этот вопрос рывком входит в мозг: То же, что и с ним... Хотя нет, скорее всего их ожидает более легкая участь — будут гореть в аду. Ему же даже этого не дали. Он завис, отчужденный обоими мирами.

Мысль, столь долго пытающаяся до него добраться, достигает цели. Он может чувствовать, ощущать! Если это реальность, а не бред наркомана, то он теперь может страдать, бояться, переживать, скучать, дружить, любить... Не может быть! Радость переполняет его, выливается через край, энергия обволакивала, грела, освещая всё сиреневым цветом. Да, теперь он может не только чувствовать эмоции — он видит и наглядное их проявление в виде цвета.

— А как он нас лелеял, как потакал! — Черт! Он совсем забыл про этих двух существ, умиленно разглядывающих обездвиженное тело, видя в нём маленького мальчика.

— С каждым днем в нём наших собратьев становилось всё больше...-счастливый вздох не в состоянии разогнать черноту ауры души.

Он всё чувствует, видит и ощущает на много лучше, чем в теле, при жизни. Запах палёного, гарь обжигает воображаемые легкие. На стенах палаты отблески пламени.

Неужели он всё же попал в ад?

Но нет! Он слышит, как холодные капли осеннего дождя срываются с неба, с тихим стуком падают на крышу, барабанят в окна, зовя и маня обратно в жизнь.

Всё тот же дождь накрывает дымчатой пеленой город, стремясь затопить, залить горе...

Только дождь сожалеет о его смерти.

Неужели он больше никогда не увидит дождь? Никогда не постоит под его очищающими струями? Как же ему хочется вернуться назад, что-то исправить, что-то достичь. Но время, неумолимо и жестоко убивает прошлое, оставляя, лишь карандашный набросок воспоминай, с каждым годом всё больше теряющий былую четкость. Люди верят, стремятся, любят, задыхаясь от счастья, или мстят, кончают самоубийствами, потеряв всякую надежду, а бессмертное время старательно и нежно счищает грязь и накипь жизни, превращая все эмоции и переживания в неясную дымку прошлого. Так что же такое «время» — волшебник, помогающий забыться, или мрачный и бездушный убийца, не имеющий жалости? За миллионы лет человечество так и не пришло к единому мнению. А время всё продолжает свою беспроигрышную расправу.

Его мысли концентрируются, и он начинает прислушиваться к продолжающемуся разговору.

— Помню, как он впервые запинал котенка! — улыбка восхищения сияет на адском лице.

— Ну и кто бы сомневался! Это же ты, моя подруга, ты умеешь «правильно» наставить человека на «путь истинный»... Ты, о моя прекрасная НЕНАВИСТЬ. — женщина, если так можно назвать это ужасающее существо, с благосклонной улыбкой приняла его горделивый взгляд.

Он напряженно пытается всколыхнуть в своей затертой памяти этот момент его никчемной жизни. Перед тускнеющими глазами проносятся годы унылости и грязи мимолетных чувств.

Наконец, мозг услужливо предоставляет старую киноленту изломанных воспоминаний.

«Маленький неуклюжий четырехлетний мальчик, но в его глазах уже застыл надменный, мертвый взгляд, наполненный злобой и безразличием. Взгляд, стремящийся мимо, не замечающий ничего... Пустота и низость уже стали его лучшими друзьями.

Маленький пушистый комок, едва стоящий на нежных, пушистых лапках, ему не более двух недель. Удивленными, недавно открывшимися глазами, он взирает на мир, восхищаясь его яркостью, красотой, величием. Это милое существо ещё не познало зла и жестокости, котенок видит лишь хорошее, доброе, сама жизнь для него — огромное счастье.

Легкие изящные шаги. Его мать осторожно трется о его маленькое тельце, мурлыча от удовольствия, наслаждаясь радостью материнства. Малыш переводит свои восторженные глазки-пуговки на кошку. Какая радость плещется в них! Врожденная способность любить набирает обороты, волны нежности изливаются из его смертной души. О, как же не похожи эти два маленьких существа — мальчик и котенок. Одному дано всё: бессмертная душа, способность мыслить и чувствовать на высшем уровне эволюции, но он не пользуется этими дарами, ему легче уподобится скотам, чем стать настоящим человеком. А у другого есть лишь способность ощущать и инстинкты, жизнь его ни в какой ипостаси не вечна, но даже этот краткий миг, он проживает лучше и чище высокоразвитого человека.

Теплый, шершавый, такой родной язычок мамы, трепетно вылизывает его шерстку, ласкает носик. Живой комочек счастья тихонько урчит, прижимаясь к пушистому маминому боку.

Эта семейная идиллия должна вызывать восторг! Даже животные способны испытывать чувства, способны любить...

Только этому мальчику незнакомо понятие любви. Он безжалостен, беспощаден, безответственен. Его глаза, полыхающие ненавистью, с непреодолимой злобой следят за этим счастьем, Он не может понять и принять хорошее и светлое. Душа мальчика чернее ночи и свет в ней вызывает лишь изнуряющую аллергию.

Котенок видит яркую, красивую бабочку, перелетающую с цветка на цветок, в поисках сладкой пыльцы. Азарт, любопытство, новизна, инстинкты, — всё это смешивается в нем, образуя энергию, движение. На неокрепших лапках, неуклюже и забавно он пытается догнать столь обольстительную искусительницу. Кошка с нежностью и материнской заботой наблюдает за ним.

Мальчик не выдерживает такого наплыва позитивных эмоций. Резко и неожиданно он подбегает к маленькому пушистому комочку и пинает его...

Малыш отлетает и ударяется о ствол, стоящего неподалеку, дерева, скатываясь на росистую траву. Котенок удивлен, он впервые в своей маленькой жизни столкнулся со злом. Но стремление жить заложено в его инстинктах и трясущиеся тоненькие лапки уже вновь подняли его избитое тело. Кошка, мать, с истошными криками уже мчится к нему, её когти впиваются в рыхлую землю, оставляя за собой след полный страдания и ужаса. Она ничего не видит от горя...

Но мальчику этого мало.

Он отталкивает разъяренную кошку.

Удар. Удар. Удар.

Тельце, ещё недавно живого маленького существа, безжизненно распростерто по грязной земле.

На душе мальчика стало лучше. Облегченно вздохнув, он пошел дальше, оставив обезумевшую от потери кошку, рядом с трупом её ребенка...»