Глава 18

– И чего ты ревешь? – Света сделала руки в боки, внимательно изучая мою зареванную физиономию. – Жизнь же на этом не заканчивается. Наоборот! – подняла указательный палец вверх. – Только начинается.

– У меня нет денег, – шмыг носом. – Нет своего жилья, – снова запнулась, вытирая тыльной стороной ладони слезы с лица. – Как я буду воспитывать ребенка?

– Наше жилье тебя чем не устраивает? – прищурилась, все так же сканируя меня сверху вниз.

Даже курить на кухне перестала, когда узнала новость. Они с Катей реально обрадовались моей беременности, а я в ответ прямо с порога разрыдалась. Все эмоции, как по заказу, рвались наружу. Не могла остановить истерику – так долго держала в себе. И вот теперь прорвало, что называется.

Голова и так чумная, потому что ответов на банальные вопросы нет, а от рыданий разболелась еще сильнее. Мне вроде как нервничать нельзя, но и сдерживаться дальше не могла.

Девочки меня приютили, устроили на работу, а тут я со своими проблемами. Еще и с сюрпризом в виде ребенка. Одна ночь. Один чертов раз, мать его!

И вот результат. Который, по ходу, придется разруливать мне.

Мать-одиночка – вот тебе и подарок, Алиса, на восемнадцатилетие. Устроил же Игнат мне веселую жизнь. Свой штамп в паспорте может засунуть себе в задницу, мне не нужны от него подачки. Еще и, не дай Бог, ребенка заберет.

Или заставит меня жить по его правилам, лишь бы с малышом не разлучаться.

– Свет, ты же понимаешь… – начала я жалобно, однако девушка лишь махнула рукой, скривившись:

– Не начинай!

– Но я же…

– А ты чего молчишь? – проигнорировала меня, обратившись к сестре.

Да, кстати, Света и Катя – родные сестры. Однокомнатная квартира в Нижнем им досталась в наследство от бабки. Вот и приехали девочки из периферии, где жили до недавнего времени, покорять мегаполис.

– Да ты мне слова не даешь вставить! – возмутилась молчаливая Катя. Она по жизни молчунья, поэтому ее слегка повышенный тон немного выбил из колеи.

– Вставляй! – Света выпучила глаза на сестру, а та повернулась в мою сторону.

– Мелкая, мы никогда не интересовались, – сделала паузу, а я уже прекрасно понимала, куда она клонит. – Отец у ребенка есть? Или так, – пожала плечами, – случайно получилось. Знаешь, как бывает, – снова замолчала, а у меня из глаз снова потекли слезы.

Воспоминания, черт бы их побрал. Никуда от них не деться.

Так больно и обидно, что хочется выть. Как тогда, два месяца назад. После единственной ночи с Игнатом.

Господи, ну почему я? Почему ты меня наказываешь за то, чего я не делала?

– Есть, – кивнула, и меня прорвало.

Слова сыпались одно за другим. Но, видимо, настолько путана была моя речь, что девочки лишь переглядывались между собой. А мне в край необходимо было выговориться. Пусть даже осудят, мне плевать. И так слишком долго я пыталась сбежать от этого кошмара.

– Трындец! – выдала Света, когда я закончила. Уже не плакала, лишь всхлипывала иногда, вытирая слезы.

– Да помолчи ты, – фыркнула на нее Катя и снова повернулась в мою сторону. – Если Игнат – твой законный муж, то я думаю, стоит ему все рассказать.

– Нет! – резко вырвалось, однако я тут же осеклась. – Мне от него ничего не надо. Я хочу лишь развода.

– Почему? – спокойно поинтересовалась девушка, продолжая заглядывать мне в глаза. – Ведь ты говорила, что он тебе нравился. Я думаю, вам просто стоит встретиться и поговорить.

– Не стоит, – поникла, так как думала об этом по дороге домой. – Во-первых, я не знаю, где его искать, а во-вторых, – запнулась, глубоко вдыхая воздух. – У нас ничего не получится. Я не смогу с ним жить после того, что произошло. Я не вещь, Катя, чтобы один урод меня продавал, а другой покупал. Завтра он захочет продать нашего ребенка, и что мне прикажешь делать в этом случае?

– Такой может и забрать малыша, выкинув нашу Алису на улицу, – влезла Света.

Согласна с ней. Хотя и с Катей тоже. Палка о двух концах – где же выход-то найти? Разговор с Игнатом неизбежен – рано или поздно мне все равно придется ему рассказать. Никто мне просто так развод не даст. Маленький ребенок – это не игрушка. К тому же, штамп в паспорте есть, а значит Игнат автоматически становится отцом.

Но я пока не готова. Возможно, попозже, а сейчас…

– Короче, рожаем! – сделала заключение Света. – И возражения не принимаются! – выставила вперед руку, когда я открыла было рот, чтобы ответить. – Ты нам уже, как член семьи, поэтому…

Договорить она не успела, как я с очередным ревом бросилась ей на шею.

– Спасибо, девочки, – по очереди обнимала то одну сестру, то другую. – Не знаю, что бы я вообще без вас делала.

– Мелкая, только прошу тебя, – Светлана заглянула мне в глаза. – Никаких абортов. Выкрутимся, не переживай.

– Но я на твоем месте все равно бы поговорила с Игнатом, – влезла Катя, однако старшая сестра ее осекла:

– Не ворчи! Придет время, поговорит. А пока радуйся, – дотронулась до кончика ее носа. – У нас скоро появится ребенок!

И мы радовались. Все вместе строили планы – куда поставить кроватку, какую купить коляску. Девочки, как обычно, фыркали, даже спорили громко, а я лишь смеялась.

Точно, семья. Которой мне так не хватало после смерти мамы. Когда знаешь, что ты кому-то нужен.

И этот кто-то не предаст, как поступил отец.

Сердце кровью обливалось, когда вспоминала о нем. Боль еще не прошла окончательно после его предательства. Скорее, просто смирилась. Но все равно еще не готова была с ним общаться.

Я лежала на своей кровати и каждый вечер перед сном гладила живот. Была уверена, что родится девочка. Милая, нежная, такая маленькая и… родная.

Мой любимый ребенок. Моя кровиночка. С отцом не повезло, зато теток – целая куча. Здоровье позволяло работать, и я трудилась, откладывая деньги. Отказывала себе во многом, потому что видела впереди цель. Каждый день молилась, чтобы с ребенком все было в порядке. Просила Бога больше не посылать мне испытаний.

Но он не услышал моих молитв!

– Как замер? – я не поверила своим ушам, когда врач огласила этот страшный диагноз. – Посмотрите там повнимательнее. Возможно, ошибка…

– Я бы с удовольствием ошиблась, – женщина в белом халате внимательно всматривалась в монитор. – Но плод, деточка, замер. Такое, увы, бывает.

Удар. Еще один. Сердцебиение эхом отдавалось в висках. Вместе с жестокими словами врача.

Она же не хотела – это я во всем виновата. Хоть и объясняла мне милая женщина в белом халате, что у ребенка патология. И лучше уж так, на ранней стадии, чем потом мучиться.

Но я все равно не верила.

Моя жизнь закончилась там, на больничной кушетке.

Сейчас была не просто боль. Агония. Которая давила изнутри.

Я ненавидела всех, особенно Игната.

За то, что разрушил мою жизнь.

За то, что его не было рядом.

За то, что не сделал все правильно.

– Будь ты проклят, – прошептала и закрыла глаза.

Именно тогда не было сил возвращаться в действительность…

Загрузка...