Коронованный (СИ)

Интересно, когда “Лютый” превратился в Артура? Ненавижу запах стойкого парфюма и табака, но сейчас мне так не хватает этого. Марк был и останется первой любовью. Артур? Кто он для меня? Человек, разрушивший жизнь? Я отомстила ему? Привязала к чужому ребенку. Артур всегда проявлял заботу, никогда не посвящал в дела. Держал вдали. В дом никто чужой не приходил, даже по телефону не общался на специфичные темы. Оберегал семью от разборок и “работы”. Ходили слухи, что “Лютый” ведет дела по совести и чести. Дядя Игорь, как-то упомянул, что к Артуру обращаются за советом или приглашают на разрешение споров.

— Хочу мультик.

— А? — не заметила, как в комнату пришёл Тимур.

— Папа включает на компутеле.

— Компутеле, говоришь. Я попробую найти и позову — треплю сына по голове и направляюсь в кабинет.

Включаю компьютер. Артур не скрывал пароль или важную информацию, нет причин для этого. В дела не вникаю, даже если бы наткнулась на важную информацию, то не поняла бы о чем она.

— Где же папка с мультиками? — бормоча под нос сказала Света — Не то. Снова нет. Что это?

На одном из видео была сама Света. Женщина поставила запись на повтор, видео датировано четыре года назад.

— Это…бордель — архивные данные. Женщина отмотала кадр вперед. Картина прошлого всплыла в голове.

Фил зашел, напал и вот появился Артур. До этого, Фил вышел из соседней комнаты, сильно пьян и еле-еле стоявший на ногах. Марк подошел, переброска слов, развернул мужчину в сторону спальни. Моей спальни. Сам спускается.

"Он все подстроил. Тот мужчина зашел случайно, не понимая, что ошибся дверью. Марк направил его. Господи" — пробормотала Света.

“ Марк манипулирует людьми. Он внушил мне, что Лютый может убить ребенка, а собственному брату ничего не сделает. Подложил семнадцатилетнюю девочку под взрослого мужика. Сделал той, которой никогда не являлась. Марка не заботили чувства, только желание. Попользовался и выкинул. Господи! Не Артур, а Марк сломал жизнь. С помощью него, я превратилась в жену криминального авторитета. Переспала с незнакомцем и родила от другого”.

Женщина еще долго размышляла, сопоставляла факты, события. Когда пришел деверь, отвела в кабинет и включила запись.

— Хотел вытащить оттуда.

— Вытащить? Только сначала должны изнасиловать.

— Артур бы не допустил. Я видел, брат с Анжелой развлекался за стенкой.

— Как предугадал, что буду кричать? Как предугадал, что Артур выйдет в коридор?

— Если бы этого не случилось, то сам бы ворвался в комнату. Важно, чтобы Лютый увидел вас, с Филом.

— Ты завидуешь брату. Я понравилась Артуру, но ты хотел быть первым — глотаю слюну и немного задерживаю дыхание, чтобы не сорваться на крик — Узнав о беременности, испугался, струсил. Лютый не простил бы, что младший брат ослушался и забрал себе то, что должно было принадлежать ему. Ты бы потерял статус “правой руки”.

— Что ты такое говоришь? Брат должен был взбеситься и разорвать контракт с Филом. Только и всего, а ты целую теорию развела.

Не могу поверить, Марк ведёт свою игру, за спиной брата. Брата, который доверяет ему.

— Давай сведем общение к минимуму — выпалила с невероятной яростью.

Мужчина вновь хотел возразить, но пресекаю попытки. От Артура перенесла часть привычек, одна из них — мастерское владение взглядом, поэтому мужчина застывает, так и не решившись продолжить.

Глава 10. Смерть или жизнь

Марк покидает дом быстро. Очевидно, вступать в спор не хочет. К лучшему, давно надо было поставить точку. Как же больно. Внутрь залили раскаленную лаву, которая обжигает сердце. Помню, подруги твердили, первая любовь — самая тяжелая. Я бы добавила еще, что самая опасная.

Невольно встаю и подхожу к окну. Смотрю в даль и только сейчас в голове звучат слова супруга: “посматривай… вдруг появлюсь на пороге раньше”. Невольно обхватила себя за плечи.

Все это время винила Артура в своей судьбе. Проклинала Анжелу, которая пустила в VIP — зал. Как Лютый отправил в бордель. Унижение, страх и обиду. Сейчас понимаю, никто, кроме Артура не желал мне ничего хорошего. Мой муж, жесткий человек. Его слово — закон, но только он спас от Фила, не пытался затащить в постель, как это сделал Марк. Всегда приглядывает, приставляет охрану для защиты, но я не замечаю тех амбалов. По сути он дает чувствовать свободу, при этом защищая своё. Имея авторитетный статус и достаточное количество денег помогаем с Тимуром. Может сам починить кран, прибить картину и добиваться больших высот, не имея образования и диплома. Не пускает в дом чужих. Всячески оберегает. Когда-то Вера Ивановна упомянула, что Артур дал денег на операцию ее мужа, к сожалению, мужчину не спасли, но попытка была. А ещё он анонимно делает пожертвования детскому дому. Тогда я пропустила эти слова. Подумала, женщина вырастила братьев, поэтому видела в них только хорошее. Не замечая очевидных вещей, но очевидных вещей не замечала только я.

Из кабинета Артура видно, как меняется охрана. Все люди в окружении супруга работают давно. Некоторые только грозные на вид. Все они преданы семье Адьяловых. Готовы защищать босса. Ценят и уважают за заслуги. Даже сейчас, когда его нет, ребята отлажено работают. Не задают вопросы.

Святым Артура не назовешь, но и “отморозком” тоже. Он лучше всех мужчин, которых когда-либо встречала.

Прикрываю глаза и делаю глубокий вздох. Разворачиваюсь и иду в детскую. Остаток дня посвящаю Тимуру. Сын очень скучает, но мама рядом. Пока нет Артура, постараюсь заменить отца, окружить двойной любовью.

Как только укладываю ребенка, вновь смотрю в окно. Со временем это становится привычкой. Утром и вечером я наблюдаю, не спуская взгляда с центральных ворот.

Спустя месяц охрана принесла небольшой чёрный телефон. И первым на него позвонил Артур.

— Понравился подарок?

— Лучше бы сам был рядом.

— Буду, Светик. Очень скоро буду.

— Правда? Не обманываешь? — в сердце вновь затеплилась надежда. Я увижу его и почувствую стойкий запах парфюма и табака.

— Не бросаю слов на ветер. А пока, придётся общаться так.

— Я даже не знаю, как пользоваться — слышу как мужчина рассмеялся и мне стало неприятно — Что смешного? Это ты у нас “король улиц” с кучей денег и прислуги. Куда нам, простым людям, которые впервые так близко увидели мобильный телефон.

— Опять пререкаешься — в голосе проскользнули стальные нотки, но меня было не остановить.

— Ой, совсем забыла, должна быть благодарна за столь щедрый подарок. Как лучше это сделать? Возьмешь на грязном столе, как одну из своих девок?

— Ты не все.

— Не все, значит… — он признался. Подозрения были, но доказательств никогда. Последние слова причиняли невыносимую боль. Может я и обманула Артура, сказав, что чужой ребенок его, но никогда не изменяла.

— Брось, знаешь и понимаешь все. Ты моя жена. И только тебя защищаю и никому не отдам. Я последний мужчина в твоей жизни. Запомни.

— А вот и нет. Ты всегда будешь вторым.

— Ты. Моя. — раздельно произносит муж, приглушая голос, от тона которого проносятся мурашки с головы до пят.

— На первом месте всегда будет Тимур — невозмутимо произношу, понимая, что перегнула палку.

На другом конце повисает молчание, слышу, как Артур ровно дышит, выпуская пар от сигареты. Тишина затянулась и решаю продолжить.

— Скажи “поздравляю”.

— Просто слова.

— Слова много значат.

— Слова ничего не значат, если не подкреплены действиями.

— Действий достаточно, а слов нет — ну, что я заладила с этими словами. Как маленькая девочка. Артур бандит с большой буквы и не знает слов любви, привязанности и много всякой романтической ерунды.

— С Днём Рождения, Светик! — неожиданно произносит и время словно останавливается.

— Видишь, не так и сложно…

— Позови сына — перебивает — Хочу поговорить — подмывает сделать замечание, но перед глазами появляется острый, как лезвие, взгляд мужа. Тон звучит властно. Решаю пререканий на сегодня достаточно.

Покорно отношу аппарат в игровую. Звонкий голосок Тимура быстро заполняет комнату. Я вновь удивляюсь, какой Артур человек. За минуту сын становится счастлив, и я радуюсь вместе с ним. Спустя несколько минут, сынок протягивает телефон обратно.

— Наклонись.

— Что, малыш? — чуть пригибая голову произношу.

— Ниже — склоняясь еще ниже, Тимур обнимает за шею и целует в щеку — Это от папы. Его нет, и я выполнил просьбу. Дал слово пацана.

Мальчик гордо выпрямился при последних словах.

— Пацана?

— Да.

— А знаешь кто это?

— Мужик, который держит своё слово.

Невольно улыбаюсь. Не понимаю когда мой мальчик успел вырасти?! Тимур берет за руку и уводит на кухню, пытаясь приготовить сам бутерброд. На “праздничный завтрак” приходит Вера Ивановна, а следом Марк. С момента последней встречи деверь навещал один или два раза в неделю. Не могу сказать, что рада видеть, но отталкивать тоже не хочу. Он и я теперь навсегда связаны. Нужно принять, как факт, как данность, и продолжить жить. Свою жизнь.

— Держи — протягивает букет и небольшую продолговатую коробочку — Это от меня.

— Спасибо — открываю подарок и там браслет, усыпанный сапфирами — Красиво. У Дины отличный вкус.

— Дины?

— Твоей жены. Это же она выбирала — разворачиваю коробочку к Вере Ивановне, затем вновь адресую взгляд Марку — Подарок от вашей семьи очень понравился. Перекусишь?

— Нет — резко отвечает мужчина. Слова задели. Мы оба понимали, Дина — фиктивная жена, которая не принимала участия, но я не сдержалась и не упустила шанса подчеркнуть семейные отношения.

— Заехал только поздравить. Дела. Прости.

Как только Марк ушел, мы сели за стол. Долго общались. Вера Ивановна хорошая женщина, часто помогала, не отказывала в помощи. Тимур привязался к ней и называл бабушкой, а женщина не отрицала. После завтрака сын решил продемонстрировать, как умеет бросать мяч. Мы вышли на улицу и Вере Ивановне стало плохо. Я попросила отвезти в больницу, там назвали страшный диагноз — рак. Операция противопоказана по возрасту.

Я вновь стояла в коридоре, когда доктор рассказывал. Вновь мучительные слова, вновь капельницы и ожидание чуда. Внушаешь, все хорошо, но ничего хорошего. Ты теряешь близкого человека. Когда возвращаюсь домой, хочу услышать только Артура. Достаю мобильный и вопреки запретам нажимаю на последний вызов. Выключен. Не может держать телефон включенным. Глупо поступила. Кладу мобильный на подушку рядом, и еще долго не свожу глаз с аппарата.

Артур перезвонил спустя сутки. На одном дыхании рассказываю о здоровье Веры Ивановны. Мужчина моментально отвечает, не потребовалось даже секунды на раздумья.

Через час приехал Марк с каким-то мужчиной. Брат рассказал о случившимся и приказал взять ситуацию под контроль.

Втроем отправляемся в больницу. Незнакомец оказался именитым онкологом. Персонал нам не препятствует, наоборот пытается всячески угодить. Предоставляет данные, дают разъяснения. Мужчина изучил диагноз, просмотрел последние анализы и принял решение перевести женщину в свою клинику, которая находится в другом городе.

Я начала понемногу успокаиваться. Артур всегда приходит вовремя, может и сейчас удастся спасти Веру Ивановну.

Вернувшись домой поднимаюсь в комнату Тимура. Оставила сына с одним из охранников. Человек преданный, ладит с детьми, у самого семья, жена и две девочки близняшки. Артур специально приставил его к нам. И всецело доверял.

— Мама — голос моего мальчика, прозвучал, как всегда, громко и весело.

— Ты хорошо себя вёл?

— Да.

— Да? — спрашиваю вопросительно и немного щурю глаза.

— Скажи, Гриша.

— Что? Повтори? — мальчик испуганно посмотрел. Я не могла ослышаться. Сынок, наконец-то стал выговаривать букву “р”.

— Я ничего плохого не сказал.

— Все хорошо, малыш — быстрее успокаиваю и немного треплю по голове.

— Света? — Григорий все это время наблюдал и внимательно слушал.

— Он не выговаривал букву — ещё больше улыбаюсь — Побудешь с ним? Нужно собрать Веру Ивановну в клинику. Она ещё не знает об этом, нужно подготовиться.

— Конечно. Не волнуйся. Для этого я здесь. Все же считаю лучше поехать с тобой. Дом под охраной, Тимур в безопасности.

— Нет. Мне спокойнее, когда ты рядом с ним. Я не так ценна, как сын Лютого — смотрю, как мальчик увлеченно играет в приставку и внутри резко пронзила жгучая боль осуждения на саму себя.

На сборы Веры Ивановны ушло два часа. Женщина отказывалась, не хотела уезжать. Утверждала, что Артур очень много сделал для ее семьи, сейчас она просто сядет ему на шею. Поэтому не принимала помощь. Тогда решила пойти на хитрость и сказала, что это экспериментальное лечение. Все оплатит государство. Только после этого женщина согласилась. С тех пор мы через день приходили в больницу. Приносили любимые угощения, делали небольшие подарки. Однажды, даже Артур смог выйти на связь. Я не сказала, где сейчас мой муж. Она догадалась сама. После тишины поступила необычная просьба.

— Света, у меня есть племянница. Позвони ей. Предупреди.

— О чем предупредить?

— О смерти.

— Не говорите так.

— Я никому не рассказывала о диагнозе. Вновь перекладываю проблемы на других — женщина погрустнела, а на глазах проступили слезы.

— Не говорите так. Это мы всем обязаны Вам — утираю слезы — Вырастили Артура и Марка. Поддерживали меня. Помните нашу первую встречу? Когда родился Тимур, то научили нас всему. Просто так, ничего не требуя взамен. Я все сделаю. Позвоню. Найду. Если нужно привезти сюда, то исполню.

Женщина еще больше прослезилась и я решила сменить тему. В этот же день связалась с единственными родственниками Веры Ивановны. Оказывается, племянница ровесница Марка, ее внебрачной дочери только исполнился год. Вера Ивановна постоянно помогала ей, перечисляя всю пенсию. Девушка остановилась в доме тети, мне так было жаль женщину, что я просто стала содержать Дарью, уговорив остаться до смерти тети.

К сожалению, Вера Ивановна не дожила до выхода Артура всего три месяца.

Супруг вышел на свободу отсидев четыре года, вместо положенных пяти. В послужном списке Лютого было уже три ходки, мужчине прочили статус “Коронованного”. По словам самого Артура, тот кто хотел навредить, помог в итоге возвыситься. Мне было все равно, что муж стал еще опаснее, влиятельнее и сильнее. Я была счастлива ощутить родной запах парфюма и табака.

— Я скучала — прижимаюсь крепко и не могу разомкнуть руки. Как идиотка выбежала в халате и тапках, едва Артур открыл дверь автомобиля.

— Пойдем в дом, Светик. Замерзнешь и заболеешь. Тем более, мне нужно переодеться. Избавиться от тюремного запаха.

— Переодеться? На тебе костюм, ты побрит, пострижен и даже пахнешь тем же парфюмом. Словно не ты откинулся пару часов назад, а кто-то другой.

Артур громко рассмеялся, а вместе с ним часть “свиты”. Я хлопаю глазами, не в силах понять, что не так.

— Светик, похоже в лексиконе появились мои словечки.

— Ах — охаю. А ведь и вправду. Переняла часть привычек, манеру разговаривать как супруг. Самое главное, теперь хорошо разбираюсь в жаргоне. В бандитском жаргоне.

— Идем — целует в лоб и подталкивает в сторону дома. Перешагнув порог, Тимур слетает с лестницы и Артур, как в детстве подхватывает сына. Затем крепко сжимает в объятия. Они просто стоят. И я боюсь даже пошевелиться. Боюсь спугнуть такую идиллию.

— Артур?

На верхнем этаже показалась Дарья. Совсем забыла, что девушка живет у нас вторую неделю. Она решила остаться жить в этом городе. Мы даже стали часто общаться. Наверное из-за того, что нужна была подруга или что-то типо того. Мне было все равно, хотелось с кем-то поговорить. Девушка продала дом Веры Ивановны, а новый еще не купила. Я пригласила пожить у нас.

— Дашка — женщина быстро спустилась и обняла мужчину, словно они отлично знали друг друга.

Внутри меня моментально вспыхнули новые чувства. В особенности появилось желание поскорее выставить девушку за дверь, как только взгляд Артура хищно мазнул по миниатюрной фигурке. Что-то мне подсказывает, гостеприимство затянулось.

Тимур хочет увезти отца, но Артур настаивает на отдыхе, пообещав после обеда уделить все свое время.

Провожаю мужчину взглядом и направляюсь на кухню. Сегодня, как никогда, хочется приготовить что-то особенное. Поэтому развернулась я не на шутку. Потратив целых четыре часа на приготовление любимых блюд. Потираю устало лоб и иду накрывать на стол. Окна в столовой выходят на задний двор, откуда слышны голоса. Невольно выглядываю в окно и замираю на какое-то время, наблюдая за игрой в баскетбол. Артур хоть и был в тюрьме, но стал более спортивным. На теле появился рельеф, а ведь ему почти сорок. Он ловко чеканит мяч и точно бросает в корзину. Затем медленно показывает Тимуру. Я широко улыбаюсь, впервые за долгое время ощущаю себя счастливой. Артур замечает меня и я машу рукой, показывая на время. Тимур надувает губы, и я сдаюсь. Даю еще двадцать минуть.

За это время расставляю приборы и тарелки. Вновь выглядываю в окно, неожиданно вижу Дарью, в коротких шортах и топике. Девушка так и вертится вокруг мужа. Смеется, лепечет, выгибается. И внутри вновь разливается непривычное чувство. Стискиваю зубы и поднимаюсь наверх. Для начала нужно остыть. Включаю душ и встаю под струи воды. Тёплые капли стекают по телу оставляя легкость. Пыл притупился и сейчас можно мыслить здраво. Переодеваюсь в привычную домашнюю одежду.

— Фух… Тимур вымотал меня — в спальню входит Артур и стягивает с себя грязную футболку. Я замираю, словно впервые вижу супруга голым. Его тело стало накаченным. При дневном свете капли пота выгодно сверкали, придавая накаченным рукам еще больше могущества и размаха. У меня перехватывает дыхание.

— Светик? — замечая мой взгляд, супруг мгновенно сокращает расстояние, обвивая одной рукой за талию. Упираюсь ему в грудь, чтобы чувствовать небольшое расстояние.

— Артур…ты…ты потный, отойди.

— Кажется, не хочешь этого. И я так голоден. Очень — проводит губами по шее, выдыхая воздух в волосы. От малой шалости тело среагировало быстро. Пульс участился и я стала задерживать дыхание, чтобы преждевременно не выдать себя. Томительный черный взгляд и я начинаю терять контроль. Как он это делает? Артур медленно проводит рукой по пояснице вверх и вниз. Тело покрывается мурашками. И я заставляю вспомнить о Дарье, как она крутилась возле моего мужа.

— Обед на столе — резко произношу.

— Хочу начать с десерта.

— Не получится, иначе чувство сытости не наступит.

Мужчина усмехается, в глазах просматривается игривость.

— Что ж — цокает языком и отпускает. Разворачивается и направляется в ванную. Я же медленно выдыхаю и быстро покидаю комнату.

Внизу уже ожидает Дарья, ее дочь и Тимур. Я улыбаюсь и присаживаюсь на стул. Женщина устраивается напротив меня. Спустя десять минут появляется Артур, вольготно устроившись во главе стола.

— Что будешь? — спрашиваю и привстаю.

— Суп.

Беру тарелку и тут Даша опрокидывает стакан с водой, прямо на Артура.

— Ой. Прости. Прости. Прости — берет салфетку и начинает протирать рубашку, медленно опускаясь ниже.

Я замираю вместе с половником в руке.

— Достаточно — Артур перехватывает руку девушки, как только она касается ноги супруга.

Я сдерживаюсь от переизбытка непонятных мне эмоций и заставляю себя сконцентрировать на тарелке. Не успеваю передать ее, как Дарья начинает разговор.

— Нужен стакан. Принесешь? — наивно хлопает ресницами и мне хочется выдрать все их до единого.

Я мотнула головой, потрафлять этой змее не хочу, но если бы стала возражать, то девушка удостоверилась, что сильно задела. Нельзя показывать слабость. Это я усвоила четко.

Приношу стакан и возвращаюсь на место.

— Ты не поможешь? Супница далеко — протягивает тарелку.

— Даша, у нас нет прислуги. Не можешь дотянуться, просто встань и подойди — ровно и невозмутимо отвечаю, хотя внутри уже разрастается отвращение к этому человеку.

Девушка не ожидала такого ответа, но деваться было некуда.

Обед уже подходил к концу, когда пришел Марк с тем редким гостем, который был вхож в дом. Мужчину звали Николай или, как еще называли “Коля — Бугай”.

— Здравствуй, Артур — мужчина улыбнулся, протянул руку и даже приобнял мужа.

— Присоединишься? Светик, неси приборы — моментально ответил супруг, указывая в сторону стола.

— Спасибо. Света отлично готовит, удержаться сложно, но я приехал не для этого — мужчины быстро удалились в кабинет. Мы же продолжили обед.

После Даша пошла укладывать дочь. Тимур же вновь вернулся на улицу. Тренируя броски в корзину. Я же стала прибираться.

— Светик — громко выкрикнул муж.

— Аааа

— Я поехал.

— Поехал? Куда?

— Ребята хотят повидаться.

— Ребята? Ребята? — почти срываюсь на крик от обиды. Как он может думать о “работе”, если с семьей толком не увиделся. Меня распирали эмоции — А как же мы?

— Братва хочет…

— Братва? — перебиваю. но уже более спокойным тоном — Братва важнее? Мы с Тимуром на втором месте. Сын всегда скучает. Жена в ожидании мужа.

— Светик, прекрати. Тимур всегда будет на первом месте. И ты моя жена.

— Серьезно? — вижу, как взгляд Артура меняется, но я вновь начинаю пререкаться — Всего лишь игрушка. Моя миссия была родить наследника для Лютого. Ты уходишь не только к ребятам — с горечью добавляю последние слова — Мне неприятно чувствовать тебя, после кого-то. Я не просто собственность авторитета, я жена. Законная жена, с которой нужно считаться. Я не просила регистрации брака, ты устроил это, но, кажется, семьей мы так и не станем, только на бумаге.

Артур колко смотрит, хочет остановить, но зная привычки супруга ловко уворачиваюсь и выскакиваю из кухни. На лестнице сталкиваюсь с Дашей и девушка, как назло, начинает разговор.

— Ты в порядке?

— Да — выпалила я, с плохо скрываемыми эмоциями. Позади раздается грохот входной двери, на улице послышался шум и звук отъезжающей машины.

— Нельзя так с мужем — качает головой и я невольно распахиваю глаза от такой бойкости — Что так смотришь? Если выводить хозяина из себя, то есть вероятность оказаться без крова. Одной. Без защиты и дома.

— Тут права. Как и с хозяйкой. Не забывай, кто я. Девок много, но законная жена одна — опаляю взглядом и Даша тут же втягивает голову, не решаясь возразить.

Поднимаюсь в спальню, беру мобильный телефон и прошу одного из людей Артура об одолжении. Девушка перетянула эмоции на себя. Интересно, на сколько хорошо Даша знакома с моим мужем. Марк рассказывал, что в детстве и юношеском возрасте она часто приезжала к Вере Ивановне. Однако, они не виделись десять лет. А сейчас прямо кинулась в объятия мужа. К деверю такого прилива чувств я не заметила. Или же, мне все равно.

— Мама.

— Что сынок? — в комнату зашел Тимур и я вижу, как малыш приуныл.

— Папа ушел? Снова?

— Работа. Понимаешь.

— Да, но он обещал провести со мной время.

— Ты же знаешь папу, если обещал, значит выполнит. Если уехал, значит, так было нужно. Думаю, он компенсирует прогул, ну, а если нет, то можешь напомнить об этом — подмигиваю глазом и сынок смеется.

Что я так взъелась на Артура? Он ведь не может быть обычным мужчиной. Его жизнь связана с тем миром. Миром власти, денег и крови. Он ведь всегда проводил максимально возможное время с ребенком, никогда не нарушал обещаний. Если ушел, значит действительно вопрос срочный. Я поступила как эгоистка. Думала только о себе. И о том, как сильно соскучилась. И это правда.

Ночь прошла беспокойно. Муж не ночевал, я мучилась угрызениями совести. Вдруг то, что наговорила на кухни были последние слова? Может случиться непоправимое? Нужно остановиться. Это же Лютый. Фигура недосягаемая, высокая и опасная. Сейчас уже точно никто не рискнет бросить вызов.

Хочу отвлечься от мыслей и продолжаю читать роман о дружбе, непростой судьбе и настоящей любви на Литмаркете. Сон сморил к утру. Удивительно, но проснулась я довольно бодрой, хоть и прошло всего пару часов. Сегодня будет отличный день. Жду не дождусь, когда увижу лицо Дарьи от моего “подарка”.

Подхожу к окну, наслаждаясь солнечными лучами. Потягиваюсь и иду в ванную комнату. Быстро принимаю душ и одеваюсь.

Как обычно, готовлю завтрак. Артур все время настаивает нанять помощницу, но я против. Мне нравится кулинария и забота о семье. Делать все для своих мальчиков. Какая же я глупая, что потеряла столько лет, не замечая очевидных вещей.

— Светка, доброе утро — за спиной раздался голос Дарьи. Девушка привыкла, что за ней ухаживают, поэтому сразу плюхнулась на стул, не предложив помощь. Что ж, сама допустила, превратившись в прислугу в собственном доме. Слишком хотела угодить.

— Доброе — говорю улыбаясь, мельком взглянув на часы.

— Артур не ночевал?

На секунду застыла. Бьет по-больному. Конечно, муж мог сутками пропадать неизвестно где, неизвестно с кем. Я привыкла к такому укладу, но осадок от последнего разговора остался.

Быстро беру себя в руки и отстраненно произношу:

— Нет.

— И ты так спокойно об этом говоришь?

— Да.

— Тебе все равно? — короткими ответами вывожу девушку из себя. Тем самым, разворачивая спектакль волнения еще больше. Мне так хочется запустить тарелкой прямо в голову — Будь я на твоем месте, то…

— Но ты не на моем месте — спокойно произношу, продолжая намазывать масло на булку.

Девушка внимательно наблюдает за моими движениями.

"Полюбуйся, пока еще есть время, затем выставлю за дверь".

Наливаю чай и за столом воцаряется молчание. Спустя двадцать минут в комнату зашел человек из охраны, и передал Даше конверт. Я неотрывно смотрю, как девушка в недоумении медленно надрывает бумагу. Эмоции достигают точки кипения. Я пребываю просто в какой-то эйфории, жадно впитывая каждое движение. Как какая-то уколотая наркоманка.

— Что? Это же…

— Да — не выдерживаю и продолжаю фразу — В память о Вере Ивановне.

— Не могу принять. Ты и так много для меня и тети сделала — начинает искать причины.

— Настаиваю. Вера Ивановна, так много помогала. Давала любовь и заботу. Квартира уже свободна, я попросила водителя отвезти вас после обеда.

— Но…

— Это не обсуждается. Денег от продажи дома тети хватило почти на все. Я лишь немного добавила на ремонт.

— К-к-как это? — от удивления девушка даже заикаться начала.

— Ты же подыскивала квартиру. Мои люди помогли — делаю глоток чая, вытираю края губ салфеткой и выхожу. В дверях уже решила добавить — Помогу собрать Настю. Новость неожиданная, понимаю. Впереди много дел, а времени в обрез. Тем более, люди Артура, не любят ждать.

По глазам вижу, Даша в нокауте. Я беру на руки девочку и начинаю подниматься на верх. Внутри невероятно весело. Впервые начала сражаться за семью. За свою семью и своего мужа.

К часу все готово. Часть чемоданов уже в машине. И я наслаждаюсь этой картиной. Даша что-то говорит, делает жалкие попытки остаться, но понимает, перегнула палку. Когда последняя сумка была в багажнике, приехал супруг.

— Артур. Артур — девушка быстро оказалась рядом, схватив за руку — Я так благодарна. Приютили. Заботились о нас. Не могу принять подарок. Слишком дорого.

— Подарок? — вопросительно спрашивает, но по интонации понимаю, он все знает. Не думала, что так изучу повадки супруга.

— Да. Да. Светка — откашлялась немного — Света, купила квартиру нам с дочкой. Точнее ты, она же не работает.

— Купила? Хм

— Я так не могу. Слишком дорогой подарок.

— Я не купила, а всего лишь добавила — невинно развожу руками, проигнорировав фразу о моем содержании.

— Забери ключи. Мы не примем такое. Доченька такая маленькая. Может все же позволите остаться, пока не найду работу, а там видно будет.

— Подарок это или нет, но не привык забирать назад. Тем более, не вмешиваюсь в дела жены — берет и разжимает пальцы, затем резко сбрасывает руку девушки с себя и в два шага оказывается рядом со мной, обнимая за талию — Если Светлана так решила, то противиться не буду. Вещи уже в машине. Водитель ждёт.

— Но…

— Гриша — муж даже договорить не смог, как за спиной девушки появляется двухметровая фигура и Даша не продолжает возражения.

Прикрываю дверь и смотрю на Артура. Он встал на мою сторону. Вновь. Защитил дом и уберег семью.

— Ты знал?

— О чем?

— Об этом?

— Все таки это мой человек. И ты молодец, ловко провела. Сначала подумал, что действительно купишь квартиру, но когда вложила деньги от продажи дома Веры Ивановны, то, признаться, удивила.

— Ты снова на моей стороне? Почему? Тебе нравится такой тип девушек.

— Такого ты значит мнения обо мне. Девка однодневка, не более. Такие быстро надоедают. Ты другая. И должна была сама постоять.

— С последним, задержалась. Нужно было раньше так сделать.

— Нет. Все в срок. И с таким изяществом.

Молчание повисает между нами. Хочу приблизиться, обнять, извиниться. Но ледяной взгляд останавливает.

— Устроил Тимура в частную школу — начинает разговор вновь.

— Правда?

— Обещал и сделал.

Хмурю брови, не припоминаю такого. Муж читает мысли.

— Тогда в тюрьме. Сказал, мой сын будет учиться в Англии.

— Думала шутка. С матерью ребенка не думал советоваться? — скрещиваю руки под грудью.

— Опять? — устало брякнул Артур.

— Нет — слово вылетело непроизвольно. Не хочу пререкаться и вновь ссориться. Сейчас нужно рассказать Тимуру и быстрее поговорить с мужем. Не хочу тянуть. Нам нужно это, чувствую всем сердцем.

Сын уезжает спустя неделю. Так быстро, что не могу опомниться. Отпускаю в чужую страну. Далеко от себя. Когда с Артуром возвращаемся домой, то молча расходимся в разные стороны. Он грустит и скучает не меньше меня, возможно даже больше. Только в восемь вечера заставлю выйти из комнаты сына и приготовить что-нибудь. Замечаю свет в кабинете. Артур тоже не выходил целый день из комнаты. Может сейчас самое время для разговора. Для себя давно решила, теперь выбор за ним.

— Что делаешь? — вхожу в кабинет и протягиваю чашку свежезаваренного чая.

— Смотрю фотографии. За последние четыре года Тимур так вырос. Столько пропустил. Даже толком не повидались.

— Становишься сентиментальным.

— Жизнь в тюрьме дала время на размышления — мужчина встал, поцеловал в лоб и хотел выйти, но я хватаю за руку.

— Хочу девочку.

— Что? — муж точно не ожидал и был растерян.

— Не думал о втором ребенке? Хочу, чтобы у нас родилась дочь.

— Зачем тебе это?

— В последние годы много думала. Все время задавала один и тот же вопрос. Где бы я была, и кем бы стала без тебя? Только с Артуром Адьяловым поняла, что значит быть любимой. Хочу подарить тебе еще ребенка, чтобы “Лютый” больше никогда не появлялся.

Впервые супруг по-настоящему растерян. Немного знаю о законах. Артур мог никогда не “надеть корону”, имея даже одного наследника, а о двух даже речи не может идти. Но мне так хочется подарить ему ребенка. Нашего малыша. Он ведь этого заслуживает.

Пока Артур думал, я тяну в спальню. Вижу борьбу в глазах, но на этот раз не даю опомниться уже ему. Ведь, я, как никто другой, знаю натуру супруга. Что ему нравится и от чего заводится и забывается.

Ночь стала переломной в нашей жизни. Словно обрушилась невидимая стена. Так хорошо и спокойно никогда не было. Готова долго еще пролежать в объятиях. Внимательно наблюдая, как мирно сопит рядом. Я утыкаюсь в шею мужчины, вдыхая аромат парфюма и табака. От этого Артур ещё крепче прижимает к себе. И мне это безумно нравится.

Долгожданная беременность наступила только спустя два месяца. В этот раз готова кричать об этом на весь мир. Не бояться последствий, дарить любовь каждому.

Все протекало легче, чем в прошлый раз. На УЗИ пошли вместе, я и Артур. Врач сказал, что будет вновь мальчик.

— Кажется, доктор, скоро мы вновь придем. Жена хочет девочку — с усмешкой и невероятной игривостью в голосе произнес Артур.

— Перестань — сжимаю еще крепче его ладонь.

— Выбрали имя? — спрашивает доктор и я вспоминаю, как Артур быстро ответил в прошлый раз.

— Имя для второго ребенка выберет супруга — наклоняется и целует в лоб. Моментально накрывает чувством вины. Решаю все рассказать, как только, мальчики немного подрастут. Мой муж заслужил правду.

— Нет. Ты у нас мастер по придумыванию имен. И еще глава семьи.

— Обсудим дома.

В дороге все же переубедила, что именно Артур должен дать имена своим сыновьям, иначе не справедливо. Одного любит, а другого нет. Дети могут ревновать. Теория получилась глупая, но на Артура подействовала, или же он просто не подал вида. Имя объявил, как только перешагнули порог дома. Нашего младшего сына будут звать Стас.

Мальчик родился ровно в срок. Дождавшись когда Тимур приедет на каникулы. Старший брат вместе с гордым отцом первыми увидели младшего Адьялова.

Из роддома выписали быстро, на третьи сутки. Дома все было приготовлено к встрече нового члена семьи. От переизбытка эмоций и играющих гормонов выступают слезы.

— Спасибо. Люблю тебя — держа второго ребенка на руках произнес Артур, и от этого слез стало больше.

Признание выбивает почву под ногами, заставляя присесть на диван. Лютый впервые признался в любви. Хочу сказать то же самое, но не решаюсь. Страх сделать повторную ошибку слишком велик. Один раз поторопилась, сейчас должна быть уверена. Знаю, братья слишком разные, Артур не причинит боли, и он не просто мужчина, которого обманула и вынуждена жить рядом. Он намного больше, но я не готова произнести вслух эти слова.

— Кажется, я тоже — единственно, что смогла вымолвить.

Омрачал радость семьи только Марк. Когда объявила о второй беременности, мужчина словно, с катушек съехал. Знакомиться со Стасом приехал только через два месяца после рождения. С женой, Диной, стали возникать частые скандалы. Женщина, то уходила, то возвращалась. Марк мог развестись, бизнесу ничего не угрожало, да и окружающие были не против, но отчего-то тянул время. Я не вмешивалась. Мне все равно. У меня семья, любящий муж и двое очаровательных сыновей. Затею с дочкой Артур не оставлял. Как только буду готова, мы вновь попробуем.

Спустя год Лютый создал и возглавил структура, под названием “Совет”. Влиятельные главари группировок, собирались для обсуждения и решения многих вопрос. Жизнь была размеренной, спокойной и стабильной. Понемногу Артур стал легализовать бизнес. Стал больше проводить время дома и готовился к переезду в новый особняк на Рублевке. Еще больше и роскошнее этого.

— Мебель завтра подвезут. Думаю, можно паковать чемоданы. Справишься за мое отсутствие?

— Ты уезжаешь?

— Светик, мне нужно кое-что перепроверить — внутри что-то кольнуло. Не понимаю почему и от чего. Но отпускать ни как не хочу. Заметив это Артур подходит и обнимает меня, согревая своим теплом.

— В тюрьме был смотритель, мудрый человек. Он рассказал историю, сейчас анализируя ситуацию, думаю, мужчина прав. Нужно подтверждение. Придется разыграть ситуацию с покушением.

— С покушением? — вот оно, то что пугает до жути. То чего боюсь до сих пор.

— Постановка, не более — пытается быстро успокоить.

Спустя две недели, прошелся слух, о нападении на Лютого. Спустя еще время, Гриша, преданный человек супруга, много лет проработавший на семью сказал, что Артур разбился на машине.

В день похорон охрана сбежала из дома. Тимур стал “лакомым кусочком” для других бандитов. Сын и первенец Лютого — наследник “Совета”, а потому многие хотели расправиться с семьей. Оставшись один на один с бедой, я доверилась Марку. Не догадываясь, что мужчина вновь изменил судьбу и сыграл в очередную игру манипулятора.

Глава 11. Тайна

Еще раз обхожу все комнаты, не оставляя без внимания каждый уголок прежней жизни.

Повсюду запах Артура. Кажется вот-вот откроется дверь, Тимур побежит навстречу, он поднимет сына в воздух. Потом возьмет на руки Стаса. Меня за что — то отчитает, поцелует и крепко обнимет. Начну говорить наперекор. Вновь поссоримся, затем помиримся. Вместе проведем семейный вечер у камина. Ночь будет только для нас двоих. Артур заговорит о дочери, и мы погрузимся в сладостную агонию. Утром Тимур снова утащит отца играть в баскетбол. Демонстрируя двухочковый бросок в корзину. Мы со Стасом будем наблюдать за игрой. За каждой дверью воспоминание. За каждой вещью история.

Утираю слезы, ради моих мальчиков должна держаться. Больно в груди, эмоции выжжены разом. Нам было отведено так мало, а я ещё потратила время впустую, размышляя об обидах, отталкивая Артура. Винила и обвиняла во всем. Глупая, глупая девчонка.

Резко встаю с кровати, злясь на себя. Закрываю дверь и выхожу на улицу. Иду вдоль дорожек, яркие цветы и ухоженные клумбы не впечатляют и вовсе не радуют. На баскетбольной площадке стоит Тимур, а рядом сидит Стас. Младший ребенок не узнал отца. Есть только пару фотографий. Он повторил судьбу матери.

Кусочки разбитого сердце причиняют неописуемую боль. Словно врезаются под рёбра, разрывают вены изнутри острыми краями. Я не плачу, даже не реву. Внутри образовалась одна большая дыра, которая не дает найти равновесие. Баланс между реальностью и мечтами. Частично виноваты таблетки. Успокоительные, которые прописал доктор. После того как Григорий сказал, что супруга не стало, я находилась в прострации. Не могла поверить. Когда привезли гроб, то случился нервный срыв. Марк незамедлительно привёз доктора, который выписал рецепт.

Утираю соленые капли с лица, делаю три глубоких вдоха и выхода, только лишь затем направляюсь к сыновьям.

— Нужно идти.

— Не хочу — произносит сынок, не выпуская мяч из рук.

Присаживаюсь на корточки, чтобы быть наравне с ребенком.

— Папа построил новый дом. Ему хотелось там жить. Давай исполним мечту.

— Там он не был, а здесь повсюду. Я скучаю — крепко обнимаю мальчика, не в силах возразить. Правда есть правда.

— Знаю родной, но он бы хотел, чтобы мы двигались дальше. Главное, запомни, папа всегда будет здесь — показываю на сердце — И здесь — на голову — Пока живы воспоминание, жив и папа.

— Мы будем сюда приезжать?

Киваю головой, но в душе понимаю, вернуться мне сюда будет сложно, очень сложно.

Беру на руки младшего сына и направляюсь к машине.

На самом деле, хотела сбежать подальше отсюда. Воспоминания слишком тяжелы. Марк настоял, чтобы переехали в новый особняк на Рублевке, который построил Артур перед гибелью. Безопасная территория, частный сектор, охрана. Дом, в котором должна была начаться новая жизнь, теперь кажется слишком пустым и безжизненным.

Марк встречал на крыльце, бросив пару вопросов. Не сразу концентрируюсь на них, только когда дверь захлопывается.

— Прислуга подготовила спальни на втором этаже. Все три комнаты рядом. Моя в самом конце.

— Что значит “твоя комната”? — твердо произношу.

— Думаю, будет лучше, если побуду рядом.

— Зачем? — не отступаю.

— Тимур, возьми брата и посмотрите мультики. Надо с мамой поговорить.

Мальчик без вопросов проходит в гостиную, как только слышится звук телевизора, Марк продолжает.

— Почему так реагируешь? Теперь я возглавляю “Совет”, никто не тронет вас.

— Может и занял место брата, но никогда не станешь им — выпалила с негодованием.

— Я принял удар на себя. Структура, связи, власть, деньги. Тимуру ничто не угрожает.

— Тимуру и Стасу — быстро обрываю.

— Светик, можно выдохнуть. Все под контролем. Тимур вырастет достойным приемником — мужчина подходит близко и кладет руки мне на плечи.

— У Лютого два сына — одним движением сбрасываю руки Марка и делаю шаг назад — Старший ребенок продолжит учебу в Англии, поступит в Кембридж, как и мечтал отец. Младший тоже пойдет в частную школу, получит образование и станет законопослушным гражданином — отхожу еще на шаг назад и холодным тоном добавляю — И только один человек вправе называть меня “Светик” — мой муж, Артур — разворачиваюсь и направляюсь к сыновьям.

Краем глаза замечаю, как Марк с досадой смотрит вслед. Но слушать дальше его речи не намерена. Это временные меры. Нужно просто переждать момент, собраться и жизнь наладится.

Тимур отказывается уезжать в Англию. Я не настаиваю. Понимаю, как нелегко смириться с потерей. И мне будет спокойнее, когда дети рядом. Один звонок и сынок учится в частной школе в России. Со Стасом сложнее. Мальчик постоянно капризничает и плачет. Не могу наладить контакт с ребёнком. Он чувствует, папы больше нет. От этого у меня все валится из рук. Виню себя за то, что младший сын повторяет мою судьбу.

Завещанием полностью занимается Марк. Ко мне приходят адвокаты, юристы, нотариус. Кто-то разъясняет, другие рассказывают, третьи просят поставить подпись. Из всего я поняла одно, большая часть бизнеса супруга была легализована, поэтому сложностей с деньгами не испытывали. Счета, акции, акцизы, были оформлены на детей. На меня сделан личный вклад. Могла не задумываться о будущем, не отказывая себе ни в чем. Многие управляющие “Совета” помогли дооформить стадион, конюшню и часть земельных участков в Москве и Подмосковье. Как сказал Марк, “в память о заслугах Лютого”.

Муж обеспечил не только меня и сыновей, но даже следующие поколения.

Три месяца пролетают быстро. Я полностью отказывают от успокоительных. Но внутри все такая же чёрная дыра, которая не дает двигаться дальше. Решаю позвонить дяде Игорю и пригласить на прогулку.

Мальчики радуются каждой встречи, мужчина заменил им дедушку. Когда вижу улыбку на лице детей, то понимаю, не все потеряно. Жизнь действительно преподносит сюрпризы. Мы с Артуром, рано потеряли родителей, но наши дети все же знают любовь дедушки и бабушки. Вера Ивановна заменила бабушку, а дядя Игорь дедушку. Да и обо мне, никогда не забывал. Артур рассказал, Игорь предлагал отдать все, что имел, лишь бы выкупить из борделя. Никогда не забуду этого.

— Как дела? — обнимает, и чувствую отеческую заботу.

— Не знаю. Жизнь словно разделилась на "до" и "после". Тимур часто просится в прежний дом, а я не могу. Сложно даже перешагнуть порог.

Мужчина тяжело вздыхает: Марк? Все еще живет по соседству?

— К сожалению. Занял место Лютого в “Совете”. Думаю, ты в курсе. Теперь часто в гости наведываются незнакомцы, бандиты, черт знает кто еще. Артур никогда не впускал чужаков. Вел дела издалека. Оберегал семью. У Марка все двери нараспашку.

— Лютый был почти “коронованным”, авторитетным человеком. Брату далеко до его заслуг. Но Марк ведет дела спокойно, люди довольны. Плохо, что в дом впускает, но это может значит, что не боится расправы. Или же хочет показать, что нечего скрывать. С момента первой встречи с ним, меня не покидает странное чувство — при этих словах напрягаюсь — Марк словно что-то вынюхивает, внимательно смотрит и наблюдает. Возможно, стал параноиком, но двуликости этого человека стоит опасаться.

Слушаю внимательно, понимая, на сколько прав дядя Игорь. Предостережение слышу слишком поздно.

Прогулка занимает каких-то три часа, но на душе становится легче. Как глоток свежего воздуха. Конечно, далеко и надолго от дом даже с охраной не решаюсь уходить. Невероятный, даже животный страх до сих пор напоминает о случившимся. Но первый шаг сделан — это самое главное.

Вернувшись горничная докладывает, что меня ждет еще один гость. Старший брат Дины сидел в гостиной. Пришёл буквально десять минут назад, и решил дождаться нашего прихода.

— Здравствуй, Света — произносит мужчина, при виде меня.

— Добрый вечер — Николая, точнее “Колю-бугая”, знаю достаточно хорошо. Муж хорошо отзывался о нем и утверждал, что можно доверять. Вот только почему, когда супруга не стало, он даже не появился на похоронах.

— Чай или кофе? — спокойно произношу, не подавая вида. Разборки нужны меньше всего.

— Нет, спасибо. Хотел извиниться лично, не смог вырваться раньше. Приехал, как только появилась возможность. Был заграницей. Узнал о гибели друга только месяц назад. Могу ли чем-то помочь?

— Марк все организовал. Спасибо, нам ничего не нужно — может зря плохо подумала о Николае. Говорит вроде искренно.

— Знаю. Первым делом побывал на могиле. Как дети? Как ты?

— Учимся заново — горько вздыхаю.

— Тимуру еще многому предстоит учиться. Когда придет время старший сын Лютого должен возглавить структуру.

— Что?

— Место в “Совете”.

Вопросительно смотрю, не до конца веря в услышанное.

— Тимур — первенец Артура, место его. Влиятельные группировки защищают мальчика, Лютый научил чтить законы.

— Что значит защищают? В дом проникли в день похорон мужа. Охрана разбежалась, мы с детьми остались одни. Без защиты. Марк успел в последний момент. Перехватил незнакомцев в саду.

Мужчина смотрит с распахнутыми глазами и нескрываемой растерянностью.

— Невозможно. Как только узнали, что Лютый разбился, Марк убедил руководителей возглавить “Совет”, занять место брата, до определенного момента. Тимуру только десять, а ты не сможешь вести дела, младший брат — самый оптимальный вариант. Был “правой рукой”, владеет информацией, близок к семье.

В голове моментально пронеслось: “Вновь обманул”.

— Пришел ещё навестить Дину.

— Дину?

— Разве она не здесь?

— Нет. Деверь, сказал, они развелись два месяца назад. Оставил дом и поселился здесь.

— Странно. Тот дом, все еще числится на Марке и сестра там не появлялась около месяца.

— В последний раз видела Дину на похоронах Артура.

Мужчина потёр подбородок, явно был озадачен.

Странно — махнул рукой — не бери в голову. Опять нужно разыскивать непутевую сестричку. Думал, остепенится в браке, но не тут то было.

Звонок на мобильный и Коля — Бугай хмуря брови смотрит на аппарат. Сбрасывает вызов и торопится уйти.

В голове рой мыслей. Для начала поднимаюсь наверх, в комнаты мальчиков. Стас играет с няней, Тимур в приставку. Захожу в спальню, но места не могу найти. Разговор с авторитетом не выходит из головы. Метаясь по комнате, как загнанный зверь в поисках ответов. За окном глубокая ночь, а я все еще не могу найти место. В пять часов окончательно бросаю попытки хоть немного заснуть. В семь направляюсь в кабинет Марка, начиная разговор не церемонясь и не подбирая выражения.

— Собирался рассказать?

— Чем снова недовольна? — деверь сидел в кресле, перебирая бумаги и даже не поднимая взгляд на меня.

— Тимур — наследник “Совета”. Николай рассказал. Структуры защищают мальчика.

— Не рассказывал, потому что, не о чем рассказывать. Не допущу сына к криминалу.

— Он сын Артура. У ребенка всегда был только один отец. Запомни.

— Не стоит напоминать — обращает взгляд на меня, полного холода — Дурак. Думал будет достаточно видеть мальчика. Но ты не представляешь, как больно. Хочу обнять, прижать, услышать “папа”.

— Был шанс. Сам отказался. Тимур никогда не узнает правды. Хотя скрывать особо нечего. Отец не тот, кто родил, а тот, кто вырастил. Артур взял первым на руки, дал имя, фамилию. Играл, баюкал, успокаивал.

Мужчина смотрел с огорчением.

— Права — выслушав до конца цедит сквозь зубы — Был шанс, упустил. Но не хочу, чтобы Тимур стал похожим на Лютого. Пока я на “троне”, попытаюсь изменить законы “Совета”.

Если бы можно было бы убить взглядом, то, наверное, сделала бы это. Разворачиваюсь и выхожу. Позади дверь с грохотом закрывается.

Нельзя было доверять Марку. Не раз попадалась на эту удочку, давая шанс вновь и вновь. Он что-то скрывает, надо поскорее отправить Тимура в Англию. Подальше от сюда и от этого человека.

Мне потребовался ровно час на то, чтобы взять себя в руки и тщательно все взвесить.

После завтрака провожаю сына в школу и прошу водителя отвезти в ближайшее агентство недвижимости. Женщина подпрыгивала до небес, узнав, что квартиру приобрету за наличный расчет, всю сумму передам в день сделки. На выбор было предложено сразу три варианта. Я не стала откладывать и посмотрела все. К сожалению, ни одна не впечатлила, тем более, нужно думать о безопасности. Дежурящие под дверью охранники привлекли бы внимание соседей. Я в тупике. Неужели придется уживаться с Марком?

Достаю мобильный и набираю единственный родной номер.

— Можно приеду? — произношу, как только слышу голос, не замечая, что даже не поздоровалась.

— Конечно. Я в клубе. Адрес помнишь?

— Да — сбрасываю вызов и велю водителю ехать в указанном направлении.

Не понимаю, чего жду от встречи, но я нуждаюсь в совете. Сейчас дядя Игорь — единственный близкий человек, который знает всю мою историю.

Когда дергаю за ручку, сердце даже екнуло на мгновение. Клуб совсем не изменился. Те же стены, тот же интерьер, частично даже персонал этот же. Аня, узнала сразу. При мне девушка работала официанткой, обслуживала VIP залы. Сейчас администратор. Анжела, как мне сказали, рассчиталась спустя пару недель после инцидента с подносом. Внутреннее чувство подсказывало, что Игорь уволил женщину, а может, ушла сама, поняв, что мужчина никогда не любил.

— Мы тебя помним. Так скучаем. А ты? Ой, что такое говорю — лепетала Аня, завидев меня — Невозможно скучать по такой грязной работе. И прими соболезнования. Мы все любили Лютого.

От последних слов становится трудно дышать. Боль утраты все еще не стихла. Кто-то утверждает, время — лучшее лекарство. Нужно переждать. Успокоиться. Смириться. Выплакать все, что накопилось, но в реальности сделать это очень сложно.

Женщина идет впереди, постоянно что-то рассказывая, время от времени оборачиваясь. Я просто бреду за ней. Когда поравнялась с VIP зоной, голова невольно повернулась в направлении той самой комнаты, где произошла встреча. Наша с ним встреча. Первая и роковая. Невольно ноги сами делают шаг в сторону. Я вхожу и замираю ровно в том месте, где ударила подносом. Тогда впервые бросила вызов одному из самых опасных людей в городе, не специально, конечно. Этого хватило, чтобы остаться в памяти Лютого.

— Эй, сюда нельзя — за спиной раздался голос Ани. Видимо женщина заметила мое отсутствие.

— Почему? Клуб закрыт. Посетителей нет — женщина замялась, не зная, как реагировать на дерзость. С одной стороны должна была запретить мне, тем более, негоже прислуживать выскочке, без выдающихся способностей. Девчонке, которой удалось родить от влиятельной фигуры. С другой стороны, перед ней не та малолетка, которую легко подставить.

— Уборщица помыла, подготовила все и…

— И я, по твоему, топчу зал? Мусорю? — перебиваю Аню и вижу, как легкая тень недовольства и волнения проскользнула на лице.

— Не так поняла. Игорь ждет.

— Думаю десять минут у меня еще есть — женщина не решается больше возразить, оставляя одну в комнате.

Впервые так разговариваю. Указываю на место и превозношу себя. Ни раз видела, как люди ищут повода для разговора или встреч из-за статуса, но я всегда избегала подобного. Не люблю лицемерить. Сейчас по другому. Словно хочу поставить на место Аню. Артур действительно изменил мой мир. Женщине давно нужно преподать урок. Всегда искала дружбу только с влиятельными людьми. Ябедничала на коллег. Сплетничала и плела интриги вместе с Анжелой. Все же эта история в прошлом. Должна быть благодарна ей. Ведь, если бы тогда они не пустили в VIP комнату, то не встретилась бы с Лютым. Возможно, так и не познав любви. Еще раз бросаю взгляд на стул, где когда-то сидел супруг, диван и неубранный поднос на столе. Усмехаюсь и выхожу, столкнувшись взглядом с Аней.

— Идем? — с осторожностью спрашивает.

— Да.

— Проходи — произносит Аня и отступает на шаг, чтобы я смогла пройти.

Кабинет Игоря не изменился. Все так, как я помню. Мужчина тут же встал из-за стола и приблизился.

— Будешь что-нибудь?

— Нет. Спасибо.

— Аня, можешь идти. Спасибо — обернувшись к девушке проговорил Игорь. Затем вновь устремил взгляд на меня и жестом предложил присесть на стул.

— Рассказывай, что стряслось — как только занял место напротив заботливо произнёс.

— Нужна квартира, но не могу найти нужную. Точнее не понимаю, какую нужно искать.

— Квартиру? Хочешь уехать из дома?

— Да.

— Дело только в доме? Может, все же, в Марке? Он пристает?

— Нет. Дом слишком большой. С ним должно было быть связано счастье, уют и смех. Получилось наоборот. Особняк слишком холодный.

— Послушай, ты пришла за советом, но не могу его дать, если не будешь до конца честной — Игорь внимательно смотрит, не торопит с ответом.

— Частично причина в Марке — выдыхаю я и устремляю взгляд вниз — Узнала, что Тимур — наследник “Совета”. Но ни я, ни Артур не хотели этого. Сейчас деверь возглавляет структуру, говорит, что не допустит племянника к тому миру, но…

— Ты не веришь ему — мужчина заканчивает фразу за меня. Мне остается только кивнуть.

Игорь встал и подошёл к бару. Налил себе в бокал виски и немного покрутил стакан в руке. Затем вновь вернулся на место.

— Решила, если сбежишь из дома, то Марк не сможет добраться?

— Не знаю. Это уже не мой дом. Не чувствую себя хозяйкой.

— Тебе больно, поэтому хочешь сбежать — поднимаю глаза и Игорь подходит и кладет руку мне на плечо — Сбежать от себя не удастся. Поверь, будет еще хуже. Лютый строил особняк для семьи.

— Марк тоже его семья.

— Он ещё не знает о решении?

— Нет — мужчина возвращается на кресло, потирая лоб.

— У меня есть отличный риэлтор, думаю женщина сможет помочь. Но все же не торопись. Год или два ничего не решат. Тимур слишком мал для такой должности.

— Спасибо.

Дядя Игорь провожает до машины. По пути ловлю осуждающие взгляды персонала. Теперь даже не пытаюсь быстрее скрыться, мне все равно, что думают все эти люди. Они не будут на моем месте, и никогда не поймут мои чувства.

Смотрю на время, Тимур уже закончил учебу. Встречаю сына у ворот школы. И предлагаю немного прогуляться. Ребенок весело соглашается. Мы идем в парк, катаемся на аттракционах, едим мороженое. Невероятно, но прилив энергии ощущаю, как никогда. Домой возвращаемся вечером. Впервые, за долгое время, решаю самостоятельно приготовить ужин. Мальчики с охотой помогают накрывать на стол. Мы почти поели, когда пришел Марк с очередным гостем.

— Здравствуй, Света — произносит девушка.

— Что ты тут делаешь? — не видела и не слышала два года, вдруг заявилась.

— Даша поживет в доме какое-то время — невозмутимо произносит Марк.

— С нами? Не думаю, что готова к принятию гостей — дерзость срывается с губ быстрее, чем осознаю слова.

— Говорила же, Марк, не стоило… — жалобно произнесла женщина, склонив голову и утирая невидимую слезу.

— Света, что с тобой? — растерянно произносит деверь.

— А что такое? Хочу сказать, что случилось с тобой, Даша? — невозмутимо холодно произношу. Внутренне замечаю, как сильно изменилась. Раньше бы никогда не позволила бы такое.

— Ее уволили и негде жить — вновь ответил Марк. Женщина уткнулась ему в плечо, периодически всхлипывая.

— Не знала, что ты теперь личный спикер. Может, Даша уже расскажет, что стряслось?

— Мне… Мне так сложно говорить. Не представляешь, каково это, жить в опасном мире. Выживать.

— Действительно, откуда мне знать — внутри разгорается раздражение, медленно, но верно перетекающее в гнев от устроенного спектакля — Тимур, солнышко, отведи брата в комнату. Сейчас поговорю с тетей Дашей и поднимусь к вам. Хорошо?

Сынок послушно кивает и в комнате воцаряется тишина. Звук раздался только от детских шагов и разговора между мальчиками. Провожаю взглядом, как только сыновья скрываются за дверью, вновь обращаю взор на Дашу.

Женщина, по — новой, начала всхлипывать. Казалось, еще немного и точно сорвусь. К счастью, Даша вовремя останавливается.

— Понимаешь сначала уволили с работы. Нам с доченькой неоткуда ждать помощи.

— Вроде замуж собиралась. Жила с каким-то парнем.

— Не всем так везет с мужчинами — вздыхает Даша — Когда средства закончились, Олег уговорил продать квартиру. Якобы его сестра выкупит, а мы постепенно отдадим деньги.

— И ты лишила дочь крыши над головой — констатирую безэмоционально.

— Нет. Все не так. Мы прописали Настю в…в… — женщина медлила — в барак.

— Куда? Из хорошей двухкомнатной квартиры в спальном районе, в полуразваленный дом?

— Ты не поймешь. Привыкла к роскоши. Заботе. Артур ни в чем не отказывал. Содержал. Ты и дня не проработала. Я ведь еще маме помогала. Отправляла деньги на лечение. Подумала, это отличный вариант. Кто же знал.

— Ты. Ты знала. Нельзя доверять незнакомцам. Схема — липа, очевидна, как белый день — все больше и больше находила аргументы, начав читать мораль. Слова вылетали быстро и резко. Даша была не при чем, просто хотелось накричать, отчитать, выплеснуть все, что есть внутри. Девушка попалась под руку.

— Перестань отчитывать, как маленькую девочку — тон изменился от плаксивого, до требовательного.

— Мой дом — мои правила. Не нравится, дверь там. Хочешь остаться, нет проблем. Но знай, кто хозяин. Не следует переступать границы — встаю и иду к выходу, как только поравнялась с женщиной более сдержанно добавляю — Обязана Вере Ивановне, твоей тети, но не тебе. Женщина бескорыстно заботилась о нашей семье. В память о ней помогу. Но не буду терпеть хамство.

— Не хотела обидеть, Светочка. Прости. Не так поняла — тут же начала лепетать женщина.

Выхожу из столовой и выдыхаю. Марк перехватывает между этажами.

— Что с тобой? Почему хамишь? Дашке помощь нужна.

— Мозги нужны ей, а не помощь. Ищет легких денег. Спекулирует памятью тети. Давит на жалость. Ничем не обязана этой девице. Помогла с квартирой. Артур договорился о работе. Она все упустила сама. Чего ожидает сейчас? Кто мы ей?

— Права, но знаю девушку с детства. Вместе по двору бегали. Мать действительно сильно болела, а год назад умерла. Хочешь выставить за дверь?

Слова Марка немного утихомирили пыл. Сорвалась, накричала, чуть не отказала бедняге. С другой стороны, все еще ревную к Артуру. В голове вижу картину прошлого, как клеилась к мужу, вертела задницей в коротких шортах. Все-таки девушка осталась одна. Может и глупостей наделать.

— Помогла тогда, помогу и сейчас. Но терпеть обнаглевшую девицу не собираюсь — поворачиваюсь и начинаю подниматься наверх, как Марк меняет тему разговора.

— Почему не рассказала о квартире? — замираю. Подсознательно предполагала, деверь следит за каждым шагом. Охрана и водитель — преданные люди деверя. От Артура ничего не осталось.

— Расскажу, как только будет о чем. Свободна? Могу идти? — разворачиваюсь и хочу уйти

— Ты возводишь стену. Отстраняешься. Убегаешь.

— От себя не убежишь — обессиленно произношу.

— Марк — голос Даши не дал продолжить.

— Что? — раздраженно произносит мужчина и спускается.

Я поднимаюсь в спальню. Тимур самостоятельно смог уложить Стаса и сейчас играл в приставку. Мой мальчик совсем большой. Присаживаюсь в кресло рядом с сыном, наблюдая со стороны. В целом день не так и плох. Горько признавать, но Марк прав. Даша обратилась за помощью, попала в беду, а я отчитала девушку. Грубо поговорила. Что со мной не так? Внутри столько гнева и ярости, что начала огрызаться на людей. Нападаю, как дикая кошка. Сначала Марк, затем Аня, сегодня Даша. Кто следующий на очереди? Надо отвлечься. Для начала, сосредоточиться на поисках квартиры.

— Мам, когда вернемся домой?

— Мы же дома.

— Хочу вернуться в прежний дом — мальчик полностью откладывает приставку.

— Тебе здесь не нравится?

Тимур пожимает плечами.

— Ладно, завтра поедем. Хорошо?

— И проведем там выходные — подытоживает ребенок и обнимает меня.

Сердце разрывается. Отказать не в силах, но и вернуться тяжело.

— Рассказать секрет? — мальчик кивает — Хочу переехать отсюда. Будем жить в квартире. Что скажешь? Получится?

— Конечно. Не могу подвести папу. Должен занять его место. Он всегда заботился о семье. Теперь — моя обязанность — последнюю фразу Тимур произносит серьезно. Не по годам сдержанно и разумно. Сынок намного сильнее. Если бы только знала, куда приведут те слова, то никогда бы не сделала следующий шаг.

Утром Тимур разбудил едва солнце встало. Сам собрал Стаса. Даже от завтрака отказался. Сын сильно спешил вернуться в дом. Туда, где присутствие его отца все еще было ощутимо.

Водитель быстро доставляет на место. Я замираю на пороге, в то время, как Тимур вбегает внутрь. Не беспокоюсь о безопасности. Дом под охраной. Горничная убирается через день. Даже за садом присматривает сосед.

— Почему остановилась? — неожиданно произнес ребенок.

— Иду, родной — беру за руку младшего сына и направляюсь вперед.

— Пойдем на задний двор. Покажу броски, а вы будете болеть, как раньше.

“Как раньше” — мысленно повторяю. Тимур держится невероятно стойко. Как такое возможно? Неужели мама этих мальчиков так слаба?

— Видела? Видела? Не разучился — Тимур вырвал из раздумий.

— Да. Ты молодец.

— Жаль, не с кем сыграть.

— Почему не с кем. Я здесь — голос мужчины раздался позади и мы одновременно обернулись — Ну, что готов?

— Дядя Марк, не знал, что умеете играть.

— Думал, только отец может?

Тимур пожимает плечами. Отчего-то ежусь, холод пронзает тело, но понять что не так не могу.

Марк целый час проводит время на баскетбольной площадке. Затем настаивает на обеде. Когда возвращаемся в дом, на столе уже все накрыто. Деверь приехал не один, захватил повара и официанта. Артур никогда не позволил бы хозяйничать без спроса. Почему все время сравниваю братьев? Марк, по своему, старается, надо пойти на встречу. Перешагнуть через себя.

После обеда Тимур убегает в прежнюю комнату. Вижу, как ребенок рад и это придаёт сил. Иду укладывать на дневной сон Стаса. Затем решаю заглянуть в спальню. Открываю дверь, и слышу звук воды. Беру торшер с комода и прячусь в углу. Как только вода стихла, то замахиваюсь на человека. Мужчина в последний момент перехватывает руку.

— Что творишь?

— Марк? — адреналин пульсирует в висках, быстро гоняя кровь по венам.

— Кого ждала? Никто чужой не сунется внутрь.

— Что ты делаешь в нашей с Артуром спальне?

— Принимаю душ. Не видно разве? — мужчина настолько сильно обнаглел, что вышел из ванны обмотанный полотенцем вокруг бедер.

— Кто позволил? Дом мой. Я здесь хозяйка. И это моя спальня. Захотел помыться, воспользуйся гостевой ванной.

— Что ты так взъерепенилась? — мужчина делает шаг навстречу, заставляя инстинктивно отступать.

— Уходи Марк — резко произношу, кипя от гнева. Если раньше хотела пойти на уступки. Думала, можно договориться, ужиться. Сейчас понимаю, мужчина занят лишь собой.

— Хочешь сказать, будешь монашкой? — в глазах заискрился похотливый огонь.

Приблизившись, резко прижал к стене, пытаясь залезть под кофту. Упираюсь, хочу закричать, но понимаю в соседней комнате Тимур. Мальчик не должен видеть такое. Марк крепко держит за руки, начинает целовать и я безжалостно кусаю его за нижнюю губу. Кровь быстро начинает стекать, превращая белоснежные зубы в алый цвет.

— Ай. С Артуром совсем одичала.

— Пошел вон! Убирайся! Можешь взять меня, прямо здесь, но никогда не станешь им.

— Что такого в Артуре? Я ведь люблю тебя.

— Нет — спокойно выдаю, глядя в глаза — Нет. Ты любишь себя. Хочешь уважения, статуса, власти, денег, но не достигнешь таких же высот как Артур. Можешь изнасиловать прямо в этой спальне. Доказывая что-то старшему брату даже после его смерти, но никогда не сможешь занять его место.

— Значит…?

— Я сильно люблю Артура — хватка с каждым словом слабеет. Затем и вовсе отходит в другой конец спальни, развернувшись лицом к окну.

— Давно? — спокойно произносит, не переставая тяжело дышать.

— Да.

— Почему?

— Любят не “почему” и “не за что”. Сердце выбирает самостоятельно.

— В клубе бросила вызов. Такие, как ты пачками ложились под брата. Сами раздвигали ноги, предлагая невинность. А ты отказала на глазах у всех. Лютый всего лишь не смог простить и отпустить малолетнюю выскочку. Поэтому упек в бордель, чтобы Анжелка выбила дурь. Ни о какой любви речи не шло.

— Знаю — сглатываю слюну от тяжелой правды.

— Лютый подминал под себя красоток в мини-юбках, всех девиц кто давал. Думаешь в тюряге не было баб? Сам лично отбор производил.

— И это я тоже знаю — Марк в недоумении оборачивается. Странно, но по глазам вижу с каждым словом хотел очернить брата. Опустить в моих глазах. Слышать, тем более, осознавать измены невыносимо больно, но показать это не могу. Тем более, для себя, давно простила супруга. И в последние годы, мы стали настоящей семьей — Артур навсегда поселился внутри. Проник глубоко под кожу, под рёбра. С ним ощущала счастье и уныние, любовь и боль, сладость и горечь. Он мой муж и всегда им останется. Лучшее, что произошло в моей судьбе.

Марк склонил голову и молча смотрел в пол. Затем взял одежду, зашел в ванную и вышел, буквально через две минуты, уже полностью одетый.

— Не хотел причинить вреда. Мне жаль — я мотнула головой и мужчина спешно вышел.

Дверь захлопнулась и я безвольной каплей стекаю вниз по стене. Обнимаю колени, упираясь затылком в стену. Не понимаю сколько проходит времени, и сколько бы ещё так просидела. Голоса мальчиков раздаются в холле. Старший сын подначивает брата повлиять на меня и я заранее решаю сдаться. Мы остаёмся на ночь.

Вернуться в особняк не было желания, по крайне мере, не сейчас. Оставаться здесь невыносимо тяжело. Все же решаю задержаться на пару дней. За это время созваниваюсь с риелтором, которого порекомендовал дядя Игорь. Женщина за одну неделю смогла найти квартиру. Дом в новом фонде. Самый центр. Камеры по периметру. Консьерж, охрана. Соседи — люди круга моего погибшего супруга. Так или иначе уже знакома с этими людьми. Срок сдачи — следующий квартал, придётся повременить с переездом. Все-таки уже можно обсудить дизайн комнат и присматривать мебель. Я с головой погрузилась в ремонт. Марк приезжал несколько раз в неделю, вновь приносил извинения, пообещав держать дистанцию. Спустя две недели возвращаюсь в особняк.

Деверь, сдержал обещание. Мужчины почти не бывало дома. Даша спит до обеда, не работает. Фактически находится на содержании. К счастью, старается не попадаться на глаза. Запросов тоже нет. Внутреннее чувство подсказывало, есть подвох. Девушка ведет себя подозрительно тихо. Стас стал называть Дашу тетей, а ее дочь принимал за сестрёнку. С Тимуром становилось легче. Мальчик постоянно брал ответственность. Помогал с младшим братом. Прилежно учился. Я даже не была готова, когда сын вновь заговорил об Англии. Со Стасом же обстоятельства были сложнее. Я так и не смогла отдать в детский сад. Всегда казалось, слишком маленький, наказанный судьбой. Так и не узнавший отцовской любви.

Спустя четыре месяца, мы, наконец-то, начали паковать чемоданы. Марк не препятствовал переезду. Предлагал помощь, рассказывал об охране, новом водителе. Не хочу чтобы этот человек даже людей сам выбирай, но нанимать персонал самостоятельно, к сожалению, не умела. Не знаю критериев, где искать, рекомендации. Хотя какие рекомендации могут быть у бандитов. Возле машины бросаю взгляд, но так ничего и не чувствую. Этот большой и роскошный особняк не стал домом.

Первым гостем в квартире стал дядя Игорь. Мальчики прямо повисли на мужчине.

— Красивая квартира. Высокие потолки. Достаточно комнат. Простор. Довольна?

— Да — вздохнув полной грудью впервые за долгое время искренне улыбаюсь.

— Что по поводу Стаса? Надо пристраивать в детский сад. Социализировать мальчугана.

— Знаю, только он такой маленький.

— Парню вот-вот четыре стукнет. Когда, если не сейчас?

— Да, наверное, Вы правы. Подлить ещё чаю?

— Нет. Дай лучше воды.

— Послушно приношу стакан. Игорь достает таблетку и выпивает.

— Вы больны?

— Нет. Давление. Не обращай внимание, старость уже — смотрю с волнением и мужчина продолжает — Поверь. Все хорошо. Я ещё на свадьбе Стаса не погулял.

Немного расслабилась при этих словах. Игорь не так молод. Давление — вещь банальная. Если следить и вовремя принимать таблетки, то нет ничего страшного.

Утром, как обычно, провожаю Тимура в школу. Затем едем в частный детский садик. Первые три дня Стас оставался до обеда, но, как только появилась "невеста", стал спокойно оставаться на целый день. Я же совершенно не знаю, чем заняться. Пытаюсь найти работу, но за плечами было только девять классов образования и статус “жены авторитета”. Не на шутку увлекаюсь выпечкой и десертами, но девать мне их совершенно некуда. Поэтому скармливала дяде Игорю, отдавала охране, оставляла бездомным.

К концу месяца, Тимур сам принял решение вернуться в Англию. Мне становится совсем грустно. Стас настаивает отдать игрушку, маленького медвежонка, чтобы старший брат его не забыл. Странно, но Тимур соглашается. Пока день свободный, возвращаюсь в особняк, часть вещей так и не перевезли.

С каждым метром приближения, сердце ныло, словно должно что-то случиться. Поначалу гнала тревогу прочь, но предчувствие не обмануло.

Глава 12. Новый этап

Горничная оказывается рядом едва перешагиваю порог. Женщина без конца задает вопросы, интересуется не нужно ли мне чего — нибудь. Я благодарю и отправляю обратно. Поднимаюсь наверх. Найти игрушку не составило большого труда. Как мне тогда казалось, повезло. Первая коробка, почти сверху. Странно, только горничная наблюдала в проходе.

— Люба — твердо произношу и женщина моментально оказывается рядом, будто ждала сигнала.

— Да, мадам.

— Что происходит? Почему следишь?

— Не понимаю, о чем Вы.

— Не хочешь говорить?

Женщина молча смотрела.

— Может уволить? — слова срываются с губ. Понимаю, дерзость необходима, все же неприятно делается внутри. Никогда не было прислуги, дело рук Марка. Повсюду создал роскошь, чтобы чувствовать себя королем. Я же, так и не научилась отдавать команды и распоряжения. Это живые люди, а не роботы, готовые выполнять все и сразу. И совсем неловко чувствую, когда прошу убрать за собой, словно немощная.

— Почему Вы так говорите, мадам. Я ничего не сделала.

— Ничего значит. Уверена? — вижу, как забегали глаза — Для начала, никогда не называла меня “Мадам”. Не задавала столько вопросов, не стояла под дверью. Что случилось?

— Ничего. Я говорю правду. Поверьте. Возникли осложнения со слухом, вот и приходится быть начеку.

— Показывалась врачу?

— Да.

— И что он сказал? Какой диагноз? Прогнозы? Почему приходится расспрашивать? Что мешает ответить на прямую.

— Врачи дают неутешительные прогнозы. Возможно потеря слуха, но сейчас прохожу курс лечения — женщина вновь потупила глаза — Не увольняйте, пожалуйста.

— С чего решила, что могу уволить только из-за этого?

— Дарье Александровне, не нужны полу работники.

— Полу? Она так сказала?

Женщина молчала.

— У нее нет таких полномочий на увольнение. Не переживай.

— Но…

— Прекрати. Скажи, клиника хорошая? Нужна помощь?

— Хорошая О враче положительные отзывы идут.

— Давай поступим так. Я позвоню знакомому, и ты поедешь по определенному адресу. Отказов не принимаю. Будем считать, это мой тебе подарок на День рождение. Слух — дело серьезное, а у тебя подрастает маленькая дочь.

— Мадам — пресекаю взглядом и женщина вновь опускает глаза. Вижу как одинокая слеза медленно ползет по щеке.

— Иди. Мне ничего не нужно, тем более уже уезжаю.

Горничная улыбается и покидает комнату. Я сжимаю крепко мишку.

Руки у этой Даши слишком далеко тянутся. Что о себе возомнила? Хочет угрожать моему же персоналу?

Спускаюсь и слышу смех девушки.

Отлично, надо приструнить хамку. Слишком хорошо устроилась.

Быстрыми шагами иду на звук. Совсем не удивлена, что голос раздался из кабинета Марка. Дверь приоткрыта, хочу распахнуть, как послышался протяжный стон. Стою, как идиотка, около двери. Одна часть меня хочет открыть дверь, другая противится. Вдруг, все не так, как кажется. Решаю чуть приоткрыть дверь и вижу картину, от которой стало подташнивать.

Даша полуголая уперлась в стену, пока Марк безжалостно имел, как хотел и куда хотел. Было ощущение, что девушка просто продала тело. Прогибаясь и принимаю нужную позу. Марк накручивал волосы на кулак, резко дергал, вновь приближал к себе.

Преодолеваю подступающий завтрак и выхожу.

— Тетя. Тетя — на верхней ступени раздается Настин голос. И я делаю шаг на встречу.

— Привет, красавица.

— Не могу найти маму — кошусь в сторону приоткрытой двери. Как можно вести себя так безрассудно? Ребенок мог зайти в любую минуту.

— Мамы здесь нет. Поищем в саду?

— Хорошо. Покажу свои рисунки. Я теперь ученица художественной школы. Преподаватель, говорит, у меня неплохо получается.

— Конечно. Пойдем — протягиваю руку и мы вместе поднимаемся наверх. Мысленно отчитываю непутевую мамашку.

В комнате проводим не больше двадцати минут, когда входит Даша.

— Света? Давно здесь?

— Достаточно. Надеюсь важные дела закончены и могу передать Настю в руки — смотрю прямо в глаза, но не нахожу малейшей искорки стыда. Как такое возможно?

Почти у входной двери перехватывает Марк.

— Давно приехала? Почему не сказала?

— Должна отчитываться? Или боялся, помешаю.

— Все не так поняла.

— Мне все равно. Теперь понятно, почему девушка возомнила себя хозяйкой. Угрожает слугам, ведет праздный образ жизни.

— Света…

— Марк, давно надо рассказать — раздался голос Даши. Девушка подошла и положила одну руку на плечо мужчине, другой провела по груди.

— Что рассказать? — переспрашиваю я.

— Мы вместе. Любим друг друга и живем.

— Поздрав…

— Что несешь — яростно перебивает Марк, сбросив руки с себя — Расплачиваешься за содержание, красивую жизнь, но не более. Какая еще любовь? Всего лишь кукла для расслабления. Утех. Называй, как хочешь. Пока хороша в постели, даю деньги. Как надоест, посмотрим куда сгодишься.

Девушка хлопала глазами, открыв рот. В данный момент сильно жалко стало ее. Может стоило поставить на место, но не так жестоко. Вдруг чувства Даши настоящие?

— Но… я…думала — со слезами начала девушка.

— Думала женюсь? — усмехнулся Марк — Запомни, не женятся на тех, с кого трусы спадают быстрее, чем мужик успевает подумать.

Девушка молча покинула комнату. Марк переводит взгляд на меня.

— Почему смотришь с осуждением? Не думала же, что буду евнухом?

— Не ожидала, такой жестокости.

— Дашка знала на что идет. Хотела заполучить все. Сама первая оседлала, показав пробный заезд. На тот момент даже в мыслях не держал.

Смотрю на мужчину и не понимаю, как могла так ошибаться. До последнего искала что-то хорошее. Вспоминала, как утешал и подбадривал при первой встрече. Артур был прав. Слова ничего не значат, если нет действий. Молча разворачиваюсь и иду к машине. Марк галантно открывает дверь и вновь начинает разговор.

— Не хочешь рассказать о Тимуре? Например, что собирается в Англию.

— Зачем рассказывать, если и так, все знаешь? И скрывать ничего не пыталась.

— Я приду проводить? Разрешишь? Все же мой племянник.

— Спрашиваешь разрешения?

— Понимаю, наделал глупостей. Так что разрешаешь?

— Хорошо.

Мужчина едва заметно улыбается и я настороженно сажусь в машину. Водитель медленно покидает территорию особняка, замечаю, как Марк провожает взглядом. Невольно холод пронзает с головы до пят. Откидываюсь на сидение и прикрываю глаза.

Не верю. Марк спрашивает разрешения, хотя любит отдавать приказы. Извиняется, перед одним, тут же унижает другого. Артур поднимался с низов, но не забывал кто он. Марк же получил должность по наследству. Ослеплен жаждой власти и…

Машина резко тормозит и я лечу по инерции вперед, но ремень безопасности моментально тянет обратно.

— С Вами все в порядке? — беспокойно спрашивает водитель.

— Да.

— Какая-то полоумная бросилась под колеса. Сейчас посмотрю.

Мужчина выходит, я всматриваюсь в лобовое стекло на быстро стекающийся народ. Невольно любопытство стало одолевать, выхожу из машины.

— Светлана лучше вернитесь. Возможно угрожает опасность. Надо проверить. Вторая машина уже на подъезде.

Не обращаю внимание на предупреждения телохранителя. Взор полностью прикован к женщине, которую чуть не сбили. Когда сомнения полностью развеялись, произношу едва слышно, но этого хватило, чтобы собеседник услышал.

— Ира…

Женщина поднимает глаза и не остается сомнений. Это она, моя подруга. Последнее общение было давно, когда хотела восстановиться в колледже, тогда ещё в парке напали отморозки. Затем на Артура начались покушения, запрещены были звонки и письма. Когда ситуация нормализовалось, не смогла сделать первый шаг, боясь навредить своей дружбой. Многое изменилось с тех пор, но то, что вижу перед собой никак не бьется с воспоминаниями. Ира росла в семье среднего достатка, хорошо одевалась, имела чувство стиля. Училась в Университете. Раз в год всей семьей отдыхали в Сочи. Сейчас же передо мной уставшая и измотанная жизнью женщина в протертом и выцветшем платье. Когда-то ярко-красные цветы стали напоминать непонятные бледные кляксы и разводы. На одной ноге все еще была изрядно изношенная сандалия, другая нога босая.

— Ира — более уверенно произношу. Женщина попыталась встать и сделать шаг вперед.

Водитель моментально встает между нами. Меня под локоть хватает другой охранник и утаскивает в только что приехавшую машину.

— Отпустить. Немедленно — бегу к подруге. Водитель отходит, и я смотрю прямо в лицо.

— Света — со слезами произнесла женщина.

— Пойдем — придерживаю за плечи и веду к машине. Ира даже не сопротивляется.

— Домой — приказываю охране и замечаю, как подруга не реагирует ни на что.

Осматриваю еще раз, отмечая, как сильно жизнь изменила. Мы ровесницы, а под глазами черные круги, в уголках морщины. Странно одета. Отстранена. Безразлична к окружающим вещам. Что же случилось?

Водитель и телохранитель помогают выбраться из седана, но я спешу к Ире. Помня, как в прошлый раз сильно испугалась амбалов Артура. Хотя сейчас, кажется подруга не здесь, ее мысли где-то совсем далеко. Это по-настоящему пугает.

В квартире пытаюсь заговорить.

— Ира, разогреть чай?

— Света — вновь повторила подруга.

— Да. Это я — пытаюсь улыбнуться, но получается плохо. Волнение предательски сковывает.

— Света — слезы брызнули из глаз и женщина прикрыла лицо руками. Спешу обнять и успокоить.

Спустя час уговариваю принять ванну, приношу чистые вещи и ухожу на кухню готовить.

За это время из детского садика привозят Стаса, а затем Тимура. Я знакомлю сыновей с Ирой. Смотря на младшего сына, подруга вновь начинает плакать. Невольный жест навел на подозрения. Вечером догадки полностью подтвердились. Когда мальчики пошли спать, а за столом остались одни Ира начала рассказ.

Оказывается, вышла замуж сразу после окончания учебы. Родила сына четыре года назад. Ребенок появился на свет раньше срока, возникли осложнения, требовалось лечение. На заводе, куда устроилась заработная плата невысока. Денег катастрофически не хватало. В семье пошли скандалы, супруг стал выпивать, затем и вовсе поднял руку. Тогда женщина вернулась к родителям.

— Год назад пришли они — теребя уже измятую салфетку произнесла Ира.

— Кто?

— Кредиторы мужа. Я ведь не подала на развод. Думала исправится. Множество раз просил прощения, столько раз возвращалась, но так ничего и не вышло.

— Почему пришли именно к тебе? Чего хотели?

— К чему вопрос? Знаешь же всю систему изнутри — неожиданно презрительно выпалила Ира — Наверняка дело рук Лютого. Его же город.

— Я вдова уже два года — между нами повисает тишина и я отвожу взгляд в сторону.

— Прости. Нервы. Угрожать приходят в первую очередь к близким родственникам. Вернуть деньги любым способом, вот их цель. Сперва продали мебель, затем квартиру, в которой жили, но этого не хватило. За то время, пока искали покупателей, накапали проценты.

— Как связались с… с… — хочу подобрать более мягкие слова, но решаю к чему церемониться — Как связались с бандитами?

— На лекарство сыну нужна была срочно большая сумма. Человек с работы посоветовал этих ребят. Я работала без выходных на трех работах. Родители помогали. Оставался последний взнос, когда Ванька, в пьяном угаре, подрался с одним человеком в баре. Мужчина оказался приближенным к окружению тех, у кого взяли деньги взаймы. Сумма и проценты увеличены в тот же день. Пыталась договориться, объяснить, но не вышло. Когда пришли впервые, то избили мужа до потери сознания. Как только выписали из больницы сбежал, оставив кредиторов мне и больному ребенку. Сейчас просто не знаю, что делать. Нужен еще курс лечения, если не смогу продолжить, то предыдущие попытки были напрасны. Ума не приложу, где взять денег. Продали все. Все, что только можно было, но не знаю, как помочь своему мальчику. Он умирает, понимаешь — вновь Ира прикрыла лицо руками и горько залилась слезами.

— Сколько нужно на лечение?

— Много. Очень много.

— Я найду деньги — Ира смотрит уже опухшими глазами.

— Отдам. Все отдам. Обещаю.

— Не надо. Вспомни, сколько всего сделала для меня. Жила много месяцев в вашей семье.

— Это другое.

— Вовсе нет — твердо возражаю — У каждого наступает черная полоса, в этот момент и нужен друг. Сейчас пойдем спать. Утро вечера мудренее.

Подруга хочет возразить, но не даю сделать этого. Вместе застилаем постель. Немного перебрасываемся словами. Ира рассказывает о родителях, свадьбе, старых друзьях. Расспрашивает обо мне, но говорить особо нечего. Выходя из комнаты внезапно осеняет. Городок, в котором выросли, всегда принадлежал Лютому, после смерти перешел к Марку. Я ведь могу перекупить долг. Нужно узнать, кто те кредиторы. Самостоятельно выяснить нет возможности, Артур держал вдали от дел. Не хочу общаться с деверем, но, кажется, придется. Ради Иры перешагну через гордыню.

Утром удается уговорить Иру хоть немного поесть. После завтрака подбираем гардероб. Подруга очень худая, одни кости, все мои вещи висят, словно мешок. Все же удается найти платье с поясом. С обувью легче, благо с подругой один размер. Не откладывая в долгий ящик, отправляемся в больницу. Ира сразу идет в палату, я к главному врачу. После оформления необходимых документов, возвращаюсь к подруге, но застываю на пороге. Мальчик оказывается ровесником Стаса. Сейчас лежит в трубках, беспомощный, сердце сжимается от такого.

— Это тетя Света — представляя меня сынишке произнесла Ира.

— Здравствуйте.

— Привет — говорю с улыбкой.

Мальчик оказывается очень бойким и разговорчивым. Показывает игрушки, рисунки. Подруга не перестает обнимать ребенка и смеяться, но в глазах отражены невыносимая боль и печаль.

После больницы обманным путем заманиваю в магазин. Набираю кучу всякой одежды и обуви, на свой вкус, подруга категорически отказывается выбирать. С большим усилием консультантов в магазине удается заставить примерить часть вещей. Далее силком беру и веду в парикмахерскую. Пока над подругой работает мастер, неожиданно, вспоминаю слова Даши о своем содержании и незнанию проблем и нужды.

Тогда фраза сильно задела. Сейчас понимаю, правда. Вероятно, не встреть Артура, оказалась бы на месте Иры. Вышла бы замуж за типичного пьяницу, который перекладывает проблемы на жену. Родила бы ребенка, и ради малыша стала бы терпеть побои и унижение. Не в силах подать на развод, только лишь потому, что это не принято, только лишь из-за страха остаться одной. Часто обижалась на судьбу, несправедливость жизни, но только сегодня понимаю, какая же я счастливица.

— Отлично выглядишь. Совсем другой человек.

Ира все еще рассматривала себя в зеркале, не произнося ни слова.

— Давно не видела себя такой.

— Какой?

— Красивой.

— Я проголодалась. А ты?

— Нет — женщина отходит в сторону, отводя глаза.

— Все в порядке?

— Не могу так. Понимаешь? Ты платишь по счетам. Не знаю, когда смогу вернуть потраченную сумму.

— Не надо. Столько сделала, и только сейчас выпал шанс отплатить малой частью.

— Не приму кровавые деньги. Должна вернуть все до копейки — замираю на миг. Ира права, счета, которыми располагаю, достались нечестным путем.

— Кровавые или нет, главное спасут жизнь. Возможно, смоют часть тянущихся грехов. Главное то, что делаю, это от сердца — пытаюсь уйти, но подруга перехватывает за руку.

— Прости.

— Ничего.

Вернувшись домой, предлагаю Ире пожить с нами хотя бы до выписки сына, после будет видно.

— Посидишь в субботу со Стасом? Провожаю старшего сына в аэропорт. Возвращается в Англию.

— Почему именно Англия?

— Артур мечтал, чтобы дети получили хорошее образование, нашли работу. Стали бы политиками, бизнесменами, учеными, но не людьми криминала. Муж всегда держал подальше от дел.

— Ты любила его?

— Да, но когда поняла, было поздно.

— Главное поняла. Подарила двух мальчиков. Судя по тебе, цветущему виду, роскоши, не была безразлична Лютому.

Улыбаюсь в ответ, вспоминая совместные моменты.

Рассказываю подруге о быте, мечте о дочке, о любимой игре в баскетбол. Семейных посиделках у камина. Ира продолжает беседу, раскрывая секреты жизни. Как познакомилась с супругом, как долго не могла забеременеть, как впервые взяла сына на руки. Мы еще часа два сидим за столом, делясь впечатлениями, болтая буквально обо всем. Не описать слова, как рада возвращению подруги в свою жизнь.

Следующие дни проходят без изменений. В субботу отправляемся с сыном в аэропорт, подсознательно понимаю, встречу Марка. Точно, шестое чувство не обмануло. Деверь стоял в холле, завидев нас заторопился. Вместе провожаем Тимура, жду когда взлетит самолет и начинаю разговор о кредиторах подруги. Забавно, но мужчина не отказывает в помощи. Спустя два дня, долг полностью закрыт. Ребята так испугались покровителя Иры, что вручили подарок, в виде ключей от квартиры в старенькой двушке на окраине. Хотя бы здесь Марк сдержал слово и как следует припугнул обидчиков.

В день выписки подруга с ребенком возвращаются в родной город, но на этот раз договорились, больше не терять связь.

Вернувшись в квартиру, поняла, чем могу заполнить пустоту жизни. И это — благотворительность. Неограниченный поток денег и связи позволили открыть фонд. Жизнь заиграла новыми красками.

Спустя три года Стас настоял на учебе в Англии, хотел быть ближе к брату. Мальчик всегда тянулся к Тимуру словно через него мог найти связь с отцом. Внимательно слушал, ходил по пятам, выполнял любую просьбу. Иду на уступки, не могу ничего поделать.

Спустя несколько лет судьба лишила меня дяди Игоря. У мужчины случился инфаркт, врачи сказали, подскочило резко давление, мужчина не успел принять вовремя таблетки. Свое имущество завещал мне. Тимуру на тот момент исполнилось восемнадцать, и сын решил продолжить бизнес, уговорив не продавать клуб.

Сегодня особенный день, день приезда моего старшего ребенка, но сначала надо заехать в особняк. Юрист оставил документы, в которых требовалась подпись.

Съемки нового ролика для благотворительного фонда пришлось закончить раньше. В предвкушении встречи еду без предупреждения на Рублевку. У ворот узнаю знакомую фигуру. Это же охранник, который сбежал много лет назад, как и многие другие из окружения Артура. Григорий о чем-то спорил с Марком, жестикулировал руками. Завидев меня поторопился скрыться в машине, резко тронувшись с места.

— Что происходит? Это же…

— Да, телохранитель Артура — взволнованно произносит Марк — Пришел проситься обратно. Я прогнал. Предал тогда, предаст снова.

Хочу узнать, что так взбесило мужчину, но деверь резко разворачивается и уходит. Скорее даже сбегает, не желая продолжать разговор. Вновь внутри повеяло холодом. Марк хочет скрыть что-то. Вот только что? Предчувствие опасности быстро забралось в каждую клеточку. Словно скоро грянет гром, а затем молния разделит небо на две половины. Кажется, спокойная и размеренная жизнь подошла к концу.

Глава 13. Правда

Самолет Тимура приземляется в аэропорту ровно в назначенное время. С последней встречи сын сильно возмужал. Садимся в машину и замечаю как сильно похож на Артура. Тот же темный взгляд, чёрные, как смоль волосы, волевой подбородок и высокие скулы. Генетика все же удивительна и непредсказуема. В особняке на Рублевке редко останавливается, скорее заходит осмотреться. Больше времени проводит в доме детства. На время каникул стараюсь всегда быть рядом.

Парень сразу отправляется на баскетбольную площадку, кинув сумку прямо на землю. Мотаю головой, но не возражаю. Это словно традиция, своеобразное приветствие по прибытию. Пару бросков в корзину, лишь затем поднимается в комнату. После ужина вновь возвращается во двор, и я весь вечер наблюдаю, как гоняет мяч по двору.

— Принесла чай — кладу чашку на стол.

— Спасибо.

— Что это? Откуда такие синяки на теле? — сын натягивает футболку на тело, пряча красные пятна, но я все же успела разглядеть ссадины.

— Бокс — отмахивается рукой.

— Тимур Артурович — придаю интонации нотку жёсткости.

— Ма, брось. Спорт есть спорт. Тем более такой.

— Не понимаю, что хорошего, в получении побоев? Баскетбол или футбол, чем не спорт? Помню, как с папой играли — с улыбкой произношу, но слезы вновь предательски подступают к глазам. Отворачиваю лицо в сторону и утираю соленые капли.

— Тебе сложно здесь находиться — садится рядом и берет за руку.

— Все нормально. Мне достаточно видеть, что с моими мальчиками все хорошо.

— Перестань. Ты прилетала в Англию восемь месяцев назад. Жила почти три недели, виделись через день. Раскрою секрет, с того момента ничего не изменилось. Я все так же здоров, умен и талантлив. Стас обормот и разгильдяй — со смехом произносит сын и я невольно улыбаюсь.

— Всегда переживаю.

— Знаю — более серьезно произносит парень.

Мы еще долго разговариваем, перелистываем альбом. Затем Тимуру звонят друзья и он уезжает. Я же вновь смотрю старые фотографии и погружаюсь в воспоминания. На одном из кадров запечатлен наш охранник Григорий. И в голове возникла картина утреннего разговора бывшего телохранителя и Марка.

Зачем вернулся именно сейчас? Артур так доверял этому человеку, что даже приставил к семье, дал задание присматривать за женой и ребенком. Гриша один из немногих кто был вхож в дом. Как же так получилось, что в день похорон сбежал. Предал. Почему?

От дурных мыслей разболелась голова. Откладываю альбом в сторону и поднимаюсь в спальню.

Следующие недели Тимур полностью погружается в новый проект. Предприимчивость и хватка отца дают первые плоды. Сын самостоятельно делает ремонт в клубе, изучает документы, советуется с людьми. Постепенно подготавливая заведение к открытию.

Мне же вопрос с Григорием не даёт покоя. Чем больше думаю, тем больше возникает вопросов. Так больше не может продолжаться. Набираю номер знакомого следователя, и узнаю адрес бывшего сотрудника.

Беру водителя и еду в гости, сама до конца не понимая цели визита.

Дверь мне открыла вдова, сказав, супруг умер. На дальнейшие расспросы не решаюсь. Приношу соболезнования и возвращаюсь к машине с ещё большим сомнением и досадой. Дергаю ручку и позади раздается голос.

— Светлана Адьялова? — оборачиваюсь к девушке — Видела Вас по телевизору. Не вините отца. Матери очень тяжело — очевидно одна из дочерей Григория. Помнится у мужчины было две девочки близняшки.

— О чем ты? За что винить?

Девушка осторожно посмотрела по сторонам.

— Я слышала разговор. Папа игрок. Десять лет назад сильно проиграл в казино. Марк Олегович выкупил и простил долг. Дал еще сверху, поэтому с сестрой смогли получить высшее образование.

— Знаешь, за что Марк заплатил деньги?

— Папа что-то сделал, но потом не смог с этим жить. Стал выпивать. Последние годы никогда не видела трезвым. Перед смертью просил прощения у Лютого.

— Лютого? — внутри тело стало заполнять сомнение.

— Да, кажется работал на него. Точно не могу утверждать, была мала, всех дел не знаю. Последним работодателем точно был — Марк Олегович.

— Спасибо.

Сажусь в машину и командую водителю.

— На Рублевку.

В дороге прокручиваю разговор, сопоставляю факты и с каждой новой мыслью холодеет внутри. Григорий никогда не работал на Марка. Охранник убежал в день похорон, даже не попрощавшись. Потом не видела мужчину много лет. Черт! Марк!

Вбегаю в особняк, горничная пытается остановить, говорит у деверя посетитель, в кабинете идет совещание. Я отмахиваюсь, из последних сил сдерживая эмоции.

Подхожу к двери и резко дергаю за ручку.

— Может и породнимся. Эмма полностью во вкусе Тимура — заканчивая самодовольно фразу произнёс Марк. Затем сверкнул недовольным взглядом в мою сторону — Света…

— Нужно поговорить — перебиваю мужчину.

— Светлана, отлично выглядишь — вмешивается собеседник и я только сейчас замечаю гостя.

— Фёдор Павлович, прошу прощения, но дело безотлагательное — этого мужчину хорошо знаю, один из глав “Совета”. Скользкий тип. Голос всегда звучит вкрадчиво и тихо. Когда обращает взор, то волоски на теле поднимаются. Словно удав смотрит на кролика. Дернись и проглотит целиком. Личное знакомство произошло уже после смерти супруга. Марк первым делом заручился поддержкой этого влиятельного мужчины. Почему-то не удивлена.

— Жду звонка — кивает мужчина в сторону деверя и тут же вальяжной походкой покидает кабинет.

Дверь захлопывается, и я освобождаю эмоции и негодование наружу.

— Ты убил Артура? А теперь хочешь женить Тимура? Поступить так же, как брат с тобой?

— Спятила?

— Слышала ваш разговор с водителем. Была у Григория дома. Все знаю. Говори. ГОВОРИ — перехожу на крик. Цепляясь двумя руками в ворот рубашки и начинаю трясти мужчину

— Да — холодно бросает Марк.

Замираю. Затем отхожу назад, прикрывая рот руками, слезы градом бьют из глаз, быстро стекая по щекам. Марк спокойно продолжает.

— Когда родила от Артура, осознал, потерял навсегда. В тот момент, окончательно съехал с катушек. Я люблю тебя. Слышать, как родной ребенок называет чужого человека "папой” невыносимо — мужчина медлил и подбирал выражения — Слабое место легко было найти, я же вел дела, нанимал охранников, рабочих. Был шестеркой у старшего брата. Знаешь, кто помогал строить структуру? Кто прикрывал Артура? Я. А что получил?

— Он верил тебе. Верил и доверял — негодующе произношу, все еще не веря в услышанное.

— Он заставил жениться. Дина полная дура. Зато, вновь укрепил позиции. Возвысился. Перешёл на новый уровень. Мне же пришлось терпеть эту идиотку, которая еще и бесплодна. Тогда в клубе, мне сильно понравилась. Разговаривая с тобой, понимал, как похожи, родственные души. Оба потеряли рано родителей, оба оказались в плену. Артур всегда получал то, что хотел.

Смотрю на Марка с еще большим омерзением.

— Брат стал догадываться, кто слил информацию и упек за решетку.

— Ты “крот”?

— Если бы мог предугадать, что последняя ходка превознесет Лютого ещё выше, никогда бы не сделал этого. Просто хотел отослать подальше от тебя. Видел, как сближаетесь. Ревность полностью застилала глаза. Когда объявила о беременности, мир рухнул. Знал, Григорий игрок. Прикрыл делишки, выкупил долг. Заключил сделку. Когда Артур разыграл нападение, хотел вывести меня на чистую воду. Перепроверить догадки. Наконец-то раскусил всю игру, но я вновь переиграл братца. Пустил слух, что ночью придут за женой и детьми. Знал, Артур лично помчится спасать. Гриша заранее перерезал тормоза, когда скорость достигла сотки, шансов выжить уже не оставалось. Братва, следующая за ним, видела, как машина слетела с трассы, перевернулась и загорелась.

— Мразь — выпалила с нескрываемой ненавистью.

— Имя Тимура навсегда связано с Лютым, авторитетным человеком. Тут изменить ничего нельзя, но я сделал его таким. Я привёл в бизнес, тренировал, дал образование. Его имя так же будет связано и с моим.

— Сын не собака, чтобы его тренировать. Что ещё за обучение ты ему дал?

— Тимуру желаю только добра. Направлял и направляю на достойную смету.

— Не смей. Сын никогда не станет преступником.

— Тимур — лучше меня или Артура. Ты ничего не сделаешь. Слишком поздно что-то менять.

Холодный пот прошибает насквозь. Выбегаю из кабинета, запрыгиваю в машину и прошу водителя быстрее мчаться в клуб, где сейчас находится мой сын.

С приходом Тимура здание слегка изменилось, но все же сохранило первоначальный лоск.

Охрана преграждает путь, но узнав кто я быстро расступаются.

Открываю дверь и застываю.

— Тимур

— Ой — вскрикивает девушка лежащая на столе под парнем.

— Мама? — сын отклоняется от стола. Эмма прикрывает обнаженную грудь, глазами сверкая по сторонам, в поисках одежды.

— Лифчик позади тебя — спокойно произношу. Девушка сначала одевает футболку сына, затем подбирает вещи. Слегка покраснев выходит из кабинета.

— Подожди внизу — бросает сын Эмме, устроившись поудобнее на столе, прямо там где только что раздевал и целовал девушку.

Я не свожу глаз с натренированного тела сына. Понимаю мальчик с детства занимается спортом, но не профессионально, чтобы иметь атлетичную фигуру. Ссадин, ушибов, синяков слишком много. Явно не только от бокса.

— Мам, что случилось?

— Ты ведь в курсе, Эмме семнадцать — почему начала именно с этого. Может просто хочу переключиться на текущие проблемы, как в обычных семьях.

— Да. И что?

— Как это “и что”? Девушка несовершеннолетняя. Тебя могут посадить.

— Брось. Все по обоюдному согласию. Веду себя осторожно.

— Осторожно? — вскидываю удивленно бровь, хотя подсознательно понимаю. Тимуру уже двадцать, взрослый мальчик. Да и с Эммой учился в Англии целых пять лет.

— Не хочу обижать, но обсуждать интимную жизнь с матерью не собираюсь.

— Тимур, скажи, от куда столько ран на теле?

— Говорил, спорт, бокс.

— Ничего не скрываешь?

— Что тут скрывать?

— Раны свежие, а в России только две недели.

— Подрался вчера. К Эмме стал подкатывать один мужлан, пришлось вмешаться.

— И все?

— Мне пора. Нужно отвезти девушку домой. У неё и так стресс — парень стремительно покидает кабинет.

— Оно и видно — бормочу под нос и выхожу следом.

Сажусь в машину с полной путаницей мыслей в голове. Всю дорогу взвешиваю, сопоставляю, делаю выводы. В итоге ни к чему не прихожу. Слишком много информации. Слишком много правды.

На ватных ногах направилась в дом и не сразу замечаю припаркованный седан у ворот. Охрана до сих пор никого не пропускает внутрь. Правила сохранились, как принято было при Артуре. Я разрешила пригласить гостя внутрь. Каково было мое удивление, когда в холл вошла Даша.

— Здравствуй, Света.

— Здравствуй.

Женщина молчала, словно взвешивая стоит ли продолжать, постоянно теребя пальцами ручку сумки.

— Что-то случилось? — решаю прервать молчание.

— Марк натаскивает Тимура, делает копию себя, рассказывает о делах. Слышала разговор.

— Зачем пришла? Не понимаю к чему ведешь разговор.

— Марк сломал не только твою жизнь.

— Ты сама выбрала путь подчинения.

— Подчинения — Даша подняла глаза и немного усмехнулась — Верно сказано. Всегда четко подбираешь слова. Наверное, именно за проницательность полюбили братья.

— О чем говоришь? Кто полюбил?

— Подозрения закрались сразу, впоследствии подтвердились. Артур ведь был моей первой любовью. Стал первым мужчиной. Думала, молоденькая не примечательная девчонка не помеха. Не может нравиться мужчинам типажа Артура или Марка. К сожалению, оказалась не права. Чтобы не предпринимала, как бы вульгарно не одевалась, твой муж не смотрел. Была не интересна. Вот ты — другое дело. Когда выгнала из дома, продолжила общение с Марком. Потом потеряла квартиру и обратилась за помощью. Тогда-то и заметила, как ревностно мужчина смотрит на тебя. Видела скандалы и склоки между вами. Марк страшный человек, ни разу не слышала чтобы позволял так неуважительно разговаривать с ним. Женщины для него вообще мусор. Созданы только для одного — удовлетворять примитивную потребность. С тобой совсем другой. Идет на встречу, заботится, следит, позволят помыкать. Я злилась еще больше. Почему никчемной простушки досталось такая роскошь?

— Решила, раз с Артуром не получилось, то…

— То получится с младшим братом.

— И ты первая предложила себя — заканчивая фразы друг за дружкой проговорила я.

— Да.

— Но Марк — не Артур. Верно?

— Верно. Когда стал грязно иметь, поняла — сделала ошибку. Мужчине слишком нравилась игра в альфа — самца, поэтому стал приказывать разводить нужных людей.

— Как это “разводить нужных людей”?

— Стала девкой. С кем-то ложилась, чтобы сделать компромат, с другим, чтобы выудить информацию, а третьему просто доставалась в подарок.

— Зачем все это рассказываешь?

— Потому что только ты бескорыстно помогала. Марк содержал и оплачивал обучение и кружки дочери из-за корысти, скрытых интересов. Винить сложно, он человек деловой. Каждая услуга должна быть оплачена. Зато Настя учится в частной школе, выбираем заграничный ВУЗ.

— Рассказала, не просто так. Если спасу Тимура, то ты отомстишь Марку.

— Проницательна. Вот, держи.

— Спортивный клуб? — читаю на визитке броские буквы.

— Клуб боевых искусств, если быть точным. Тимура тренируют там. Можешь убедиться сама. Слышала, в субботу будет что-то важное, что именно точно не могу сказать.

Даша спешно уходить. Оставляя еще больше смятений и страха.

Какое-то время бездумно смотрю в окно. Кажется голова взорвется от обрушившейся правды. Не понимаю, что делать с неожиданной информацией от Дарьи. С одной стороны, хотела помочь. Все таки, обиженная женщина — та ещё фурия. С другой стороны, с чего вдруг такой порыв?! Сама произнесла, завидовала. Одно ясно, Марк ещё не успел ввести сына в мир криминала. Вечер проходит тихо. Ночь оглушает тишиной. Лежу и рассматриваю потолок. Кажется, сейчас вернулась в прошлое. Когда впервые появилась в этом доме, даже шорохов было не слышно, прямо, как в эту ночь. Пятница пролетает быстро. Когда наступает утро субботы, то уровень тревожности достигает пика. Решаю днём доехать до этого клуба. Хотя точно не уверена, что хочу увидеть, а самое главное, готова ли. На первый взгляд это самое обычное здание. Такая же броская вывеска, как и на визитке. В клубе боевых искусств, есть даже детские секции. Странно. Что здесь может произойти. Самый центр. Все под носом. Камеры. Меня замечает администратор, интересуется о цели визита. Сказала, что хочу приучать сына к спорту. Девушка моментально рассказывает о всевозможных кружка, тренерах, услугах. Даже показ сделала. Беру флаер и возвращаюсь домой.

Даша ошиблась или… Или Марк хотел проверить женщину, а может специально слил информацию. Догадывался, расскажет.

— Я к Димке. К ужину не жди. От него сразу в клуб — голос сына вырывает из раздумий.

— Хорошо — отвечаю на автомате и словно током простреливает. “Клуб”. Интересно, что еще за клуб посещает Тимур.

Знаю, неправильно следить за родным ребенком, но заглушаю укор.

Водитель ставит машину, так, чтобы не было видно. Тимур, как и говорил, поехал к другу. А вот затем в тот самый клуб. Выжидаю какое-то время. Затем решаю подойти ближе. Свет фар проезжающей машины заставляет пригнуться.

Окна зашторены. Подхожу и дергаю дверь, но она заперта изнутри.

— Заблудились? — позади раздается незнакомый голос.

— Нет — оборачиваюсь и твердо произношу огромному амбалу с леденящими глазами. Забавно жизнь сложилась. Нет страха перед такими людьми. Даже вызов могу бросить.

— Клуб закрыт — мужчина растерялся, от моей резкости и нахальства.

— Знаю. К сожалению, мой сын внутри. Ты либо, впускаешь меня, либо выпроваживаешь парня.

— Не понимаю, о чем речь, дамочка….

— Дамочку зовут Светлана — перебиваю охранника и так же дерзко с видом хозяина продолжаю — фамилия Адьялова. Слышал о такой?

— Вижу, как мужчина бледнеет, хотя быстро берет себя в руки и открывает дверь. Без слов прохожу внутрь, следуя за громилой. Сердце бешено колотится, адреналин зашкаливает. Амбал доходит до комнаты, встает в сторону, пропуская меня, и встречаюсь с хищным взглядом.

— Научилась использовать громкую фамилию.

— Так же, как и ты.

— Зачем здесь?

— Пришла забрать сына.

— Что ж, пойдем.

Марк хватает за руку и ведет куда-то по плохо освещенному коридору.

Мы встаем перед окном и я вижу, через стекло, как Тимур спокойно наблюдает за избиением человека.

— Что ты сделал? — пытаюсь найти выход. Ворваться внутрь и хорошенько встряхнуть сына.

— Как и сказал, поздно что-то менять. Уже слишком поздно.

Стучу по стеклу, выбегаю в коридор. Продвигаюсь вперед, и врезаюсь в какого-то мужчину. Пистолет быстро направляется на меня.

— Отошел — позади раздается жесткий голос, не хочу верить, но знаю наверняка.

— Отдай шефа. Или тетка словит пулю. Мне терять нечего, знаешь.

— Знаю — раздается выстрел и грозный мужчина падает рядом — Мама? Как ты? — голос звучит эхом.

— Тимур, ты…ты убил…че…человека

— Нет. Посмотри, он все еще жив — сын слегка разворачивает корпус и я вижу, как мужчина корчится на полу от боли. Тимур прострелил руку и колено — Обычная защита. Не более — коротко добавляет и подталкивает к выходу.

— Сказал, отправишься в клуб.

— Один тип хотел подставить, навредить семье, нанял киллера. Пришлось вмешаться.

Не могу поверить своим ушам. Тимур разговаривает так словно это обычное дело. В голове раздается голос деверя “поздно…слишком поздно”. Вот чему Марк тренировал — жестокости. Наблюдать, как погибают люди, причинять увечья. Иными словами, становиться таким, как он. Все же Тимур не убил того амбала.

Дорога домой проходит в безмолвной тишине. Утром набираю номер знакомого и договариваюсь о стажировке в Америке. За океаном Марк не дотянется до сына, я не собираюсь сдаваться.

— Войдите — стук в дверь выводит из раздумий.

— Как ты мама? — сын смотрит с теплотой и заботой.

— Попрошу об одолжении.

— Все что угодно.

— Не делай так. Не причиняй боль. Отец жил по совести и чести, не становись жестоким.

— О чем ты? У тебя стресс. Полежи. Вызвал доктора.

— Тимур… — звонок на мобильный сына прерывает разговор.

— Представляешь — с улыбкой произносит, как только сбрасывает вызов — Пригласили на стажировку.

— Отличная новость.

— Только это в Америке. Придется уехать.

— Поезжай. Смени обстановку, друзей, колледж.

— Ты начала говорить, когда прервал звонок.

— Не хочу чтобы верил всем, даже родным. Живи только своим умом. Пожалуйста — слезы покатились из глаз.

— Эй…перестань. Ничего не случилось. Хотел заступиться.

— Знаю, но не так жестоко.

— Тот тип застрелил бы.

— Нет, если бы не пошла за тобой. И тебя тоже могли убить.

— Почему пришла в клуб? — интонация сына изменилась.

— Потому что угрожала опасность. Не хочу потерять тебя.

— Не потеряешь. Помнишь, как в детстве, всегда замещал отца, во время отсутствия.

— Ладно, иди. Не теряй время, собирай вещи.

— Выгоняешь? Конечно, скоро прилетит любимчик семьи, Стас. Не дал положительного ответа, может останусь.

— Поторопись, а то будет слишком поздно — с улыбкой произношу и крепко обнимаю старшего сына.

Глава 14. Наши дни

Тимур встал с кресла, вновь подошел к окну, всматриваясь в даль.

Поздно — повторяя с усмешкой слова матери произнес мужчина.

— Хотела рассказать. Много раз хотела, но когда видела улыбку на баскетбольной площадке, со старым мячом, сердце разрывалось на куски. Ты — мой сын, мне жалко тебя, всегда защищала и пыталась уберечь. Прости.

— Не плачь — мужчина развернулся и крепко обнял мать.

— Если бы не отпустила в Англию. Переехала бы вместе с вами, то могла бы уберечь, но была ослеплена. Винила себя, что смалодушничала и не рассказала Артуру правду. Зациклилась на боли и своих чувствах.

— Не вини. Вариант отправить в штаты был верным. Дядя практически не звонил, но затем началась новая схема, новые партнеры, поставки. Спустя два года, вновь вернулся.

— Не смогла вытащить и защитить.

— Все равно, не было шансов. В школе сразу определили в секцию бокса, в колледже увлекся стрельбой. Поначалу интерес и веселье, но люди, которые окружали, стерли границы игры и реальности. Учителями были искусные психологи и манипуляторы. Стас всегда тянулся ко мне — Тимур глубоко вздохнул — Может права. Во мне, малой видел связь с отцом. В начальных классах, повсюду таскался. Брал брата на секции. Лично обучал стрельбе из огнестрельного оружия. Сам свернул с дороги и Стаса утянул туда же.