Козельск

ПРИОКСКОЕ КНИЖНОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО

ТУЛА — 1967

От авторов

Написанию исторического и литературно-краеведческого очерка «Козельск» предшествовала длительная исследовательская работа. Она велась непосредственно на территории бывшего Козельского уезда; в архивах Государственных библиотек им. В. И. Ленина в Москве и им. М. Е. Салтыкова-Щедрина в Ленинграде, в архивах ряда мемориальных музеев-квартир известных деятелей культуры. Мы детально знакомились с материалами Калужского областного краеведческого музея. Полученные данные сопоставлялись с уже имеющимися печатными работами, относящимися к истории города Козельска.

Авторы признательны всем организациям и лицам, которые приняли участие в обсуждении рукописи и внесли предложения по улучшению данного очерка.

Более подробное изложение исторических и литературно-краеведческих материалов этих авторов о Козельске находится в Козельской районной библиотеке и в партийной библиотеке при Козельском райкоме КПСС. Эти материалы хранятся там на правах рукописи.

Изучение истории родного края с древних времен до наших дней имеет огромное воспитательное значение. Известно, какое большое и важное место отводит XXIII съезд КПСС развитию общественных наук, в том числе истории СССР на всем ее протяжении.

Любые мероприятия, осуществляемые сегодня в области народного хозяйства, культуры или политической деятельности государства, основываются на учете прошлого опыта. История борьбы наших предков против внешних врагов за национальную независимость, особенно же суровая и героическая борьба трудящихся классов нашей страны против интервентов, стремившихся реставрировать старый режим, против немецко-фашистских захватчиков, пытавшихся поработить русский народ и уничтожить завоевания Октябрьской революции, — что может дать лучшую пищу для воспитания патриотического духа, нежели изучение этих народных подвигов, вписанных золотыми буквами в скрижали истории? Этой цели и служит книга «Козельск».

В долине тихой Жиздры

Козельск… Городок этот расположен в юго-восточной части Калужской области и во многом похож на сотни древних городов Центральной России. Теперешний Козельский район имеет территорию в 1400 квадратных километров. Наибольшая протяженность района с севера на юг — 48 километров, с запада на восток — 42 километра.

Поверхность района по преимуществу всхолмленная: он является окраиной Средне-Русской возвышенности. Здесь много холмов, оврагов, речных долин. Средняя высота района — 206 метров над уровнем моря.

С юго-запада на северо-восток течет неширокая, но довольно полноводная и обильно разливающаяся весной река Жиздра. Длина ее 215 километров. Жиздру питают притоки: Рессета, Грязна, Вытебеть, Сосенка, Орденка, Другузна, Клютома, Железенка, Серена, Чепчева, Песочня, Городенка и другие реки. Через город протекают Жиздра, Орденка, Другузна, Клютома.

Реки живописны, на многих из них исстари находились мельницы, плотины от которых сохранились до наших дней. Жиздра и Вытебеть являются сплавными реками. В донных отложениях — кладовые морёного дуба. На Жиздре во многих местах, особенно у Козельска и в Березичах, имеются чудесные пляжи с мелкозернистым белым песком. О притоке Жиздры реке Сосенке побывавший в наших местах советский писатель Д. А. Фурманов отзывался с восторгом: «Лунным вечером в лодке по Сосенке. Вьется она зеленой медяницей. Берега в камышах, в зарослях, лоно светлое, чистое, а по горе — гигант — сосновый лес. Глушь, тишь, дичь, красота сказочная». Река Серена имеет быстрое течение: уклон русла достигает 100 метров.

Немало в районе небольших, но красивых озер. Часть из них образована старицами Жиздры. На Ореховом и Горожоном озерах, близ Козельска, произрастает редкое в наших местах растение — водяной орех «чилим». Озера и малые реки могут широко использоваться для рыбоводства и разведения водоплавающей птицы. Жиздринская стерлядь, козельские озерные караси и окуни! Славятся они давно. А теперь здесь все шире распространяется зеркальный карп. Много водоплавающей птицы разводится в водоемах района. Неприхотливые утки и гуси водятся здесь рядом с дупелями и бекасами. Весной луга и леса района оглашаются голосами пернатых. Их насчитывается здесь свыше 300 видов. Скворец, синица, жаворонок, мухоловка, журавль, цапля приносят большую пользу. В охотничьей фауне выделяются куропатки, тетерев и вальдшнеп. Водится в наших лесах и красавец лось, и бурый медведь, и хищный волк. В охотничий сезон отстреливается много зайцев, лисиц, куниц.

Леса занимают почти треть территории района (49 500 га). Эта зеленая краса козельских мест отличается разнообразием пород. Хвойные — сосна и ель, лиственница и можжевельник перемежаются с лиственными — березой, дубом, липой, осиной, кленом, вязом, ольхой, черемухой. Встречаются в наших лесах кедр, а из кустарников — жимолость, бересклет, акация, золотистая и черная смородина, малина. Тысячи козельских сосен, дубов, лип, серебристых елей украшают парк Московского Государственного университета, рассажены по улицам столицы. Козельские серебристые ели можно видеть вблизи стен Кремля на Красной площади.

С каждым годом в наших лесах появляются многие новые и быстрорастущие породы деревьев: тополь, лиственница сибирская, кедр, лох узколистный с питательными плодами.

Лес является богатством района. Древесина используется как топливо и как строительный материал для изготовления мебели, паркета, щепы и обозных изделий, кузовов для автомашин. Много белых грибов, подосиновиков, подберезовиков, опенок и других грибов растет в козельских лесах. А из ягод здесь больше всего земляники, черники, малины, рябины, калины.

Ценен козельский бор и как прекрасное место для отдыха людей, улучшения их здоровья. Недаром в наших местах долгое время находился дом отдыха имени Максима Горького, и великий писатель, приглашенный сюда погостить, отвечал: «Приехать не могу. Стар и слабоват стал Максимыч. Но ваши места знаю и вместе с вами восторгаюсь ими. Главное использовать их на благо человека, и в этом мы все должны приложить максимум энергии».

В 18 километрах от Козельска, в Шепелевском лесничестве, находится урочище «Чертово городище». Это редкий геологический памятник — остаток поверхности доледникового периода с реликтовыми растениями: папоротником-многоножкой и светящимся мхом-шистостегой. Словно причудливые развалины дворца, стоят в окружении древнего леса белые скалы из громадных глыб с пещерами, освещенными негасимыми огнями светло-розового мха. Сюда устремляются многие экскурсии, и всех их ждет истинное удовольствие.

«Чертово городище» — место выхода песчаников каменноугольного периода — является заповедником.

Есть в районе залежи бурого угля, фосфоритов, огнеупорных глин, кварцевых пластов, торфа. У деревни Жильково бурые угли выходят на поверхность. Мраморная порода известняка встречается по берегам реки Серены у деревни Маслово. Даже железную руду и серный колчедан находили в недрах района. В последнее время открыты незначительные запасы гипса. Жирные и тощие глины в достатке обеспечивают местные нужды в производстве кирпича, черепицы и глиняной посуды. Пески, особенно обильные к востоку от Козельска, пригодны для прокладки дорог, строительных растворов, производства бетона и стекла. Известняки, которые добываются в Плюсковском сельсовете и в даче Чепчева, используются для строительных нужд и производства минеральных удобрений.

Немало в нашем крае минеральных полезных ископаемых. Значительная их часть в дореволюционное время была совершенно неизвестна или мало изучена. Сейчас экономика Козельского района быстро меняет свое лицо. Крупная шахта разрабатывает залежи бурого угля вблизи поселка Сосенского. Выявлен и изучен ряд новых угольных месторождений. Кварцевые пески древней Жиздры являются базой крупного стекольного производства в Березичах. Неограниченные запасы безвалунных и покровных глин и суглинков полностью обеспечивают нужды края в кирпично-черепичном и керамическом производстве. Богаты к востоку от Козельска (ст. Тупик) аллювиальные месторождения промышленного и дорожно-строительного песков, имеются залежи гравия. Многие виды окских и упинских известняков, имеющихся в Козельском районе, пригодны для бута, изготовления строительной извести, минеральных удобрений, стекла.

Большое значение имеют сернокислый источник и лечебные грязи в поселке Оптино. Требуют исследований в бальнеологических и других целях огромные залежи высокоминерализованных напорных и фонтанирующих источников.

Это было 60 лет назад. Известный исследователь древностей И. Д. Четыркин произвел под Козельском ряд археологических раскопок. Вблизи деревни Стенино он обнаружил окаменевшие остатки эпохи палеолита: зуб и части бивня мамонта. А затем были найдены орудия труда и охоты, относящиеся к пятому тысячелетию до нашей эры. Значит, давно, очень давно жили в наших местах люди.

Совсем недавно ученики городской средней школы принесли в районный краеведческий музей каменный топор, найденный на глубине 120 сантиметров, кремневые долота, ножи, каменные орудия со сверлением. В последнее время была раскрыта тайна курганов, окружающих город. Раскопки подтвердили, что коренным населением наших мест в первые века нашей эры были славяне.

Экспедиция Института материальной культуры Академии наук СССР под руководством кандидата исторических наук Т. Н. Никольской в течение 1958–1959 годов производила раскопки Дешевского кургана и определила, что он представляет собой поселение славян, укрепленное валами. По окраине мыса обнаружено сооружение из толстых бревен. Это изгородь. Отсюда и название — «Городище». На площадке вскрыты остатки жилищ — длинные наземные столбовые постройки с открытыми очагами, круглые и прямоугольные в плане землянки, найдены каменные пряслица, глиняная посуда, железные серпы, обломки косы-горбуши, рыболовные крючки, костяные гарпуны и стрелы, а также кости лося, бобра и зайца. Все это рассказывает о занятиях наших предков.

Обнаружены здесь и металлургическая мастерская с сыродутным горном и железный шлак. Они указывают на то, что древним поселенцам наших мест было знакомо производство металла и железные орудия, которые изготовлялись здесь же, на месте.

Раскопки Дешевского городища опровергают измышления реакционных буржуазных ученых о том, что древние славяне были диким отсталым народом с низким уровнем культурного развития. Раскопки Дешевского городища свидетельствуют о высокой культуре населения, обитавшего по Оке и ее притокам. Оно было гораздо развитее, чем население Западной Европы.

Большое количество черепков с рисунками указывает на то, что здесь изготовлялась глиняная посуда без гончарного круга. Было и меднолитейное дело. Об этом говорит наличие медных и бронзовых предметов украшения: перстни, браслеты, застежки. Найдено много каменных сверленых и глиняных обожженных пряслиц, обнаружена общественная ткацкая мастерская. Значит, женщины занимались прядением, ткачеством и изготовлением одежды.

Экспедиция убедилась, что на территории данного городища жила община кровных родственников, ведущих коллективное хозяйство сообща и на довольно высоком уровне культуры.

«Пусти Дюрги сына своего Иванка к Святославу, и сам узвратися из Козельска». Так впервые упоминается наш город в летописных событиях, относящихся к 1146 году. Поэтому и вошло в понятие, что Козельск на год старше Москвы, упоминаемой впервые в летописях, как известно, в 1147 году.

В действительности же Козельск существовал значительно раньше. Он был главным городом славян — вятичей. А название свое получил, видимо, от того, что находился в лесу, богатом козами. В летописях он назывался то Козлеском, то Козелеском.

О названии реки, на которой стоит Козельск, есть такая легенда: «На обоих берегах этой реки жили лодочники, занимавшиеся переправой. Утром один спрашивал у другого: «Жив?» Другой отвечал: «Здрав». Это часто слышали проезжающие, и река получила название, производное от этой переклички: Жиздра. Эта река была одной из частей водного пути, соединяющего Днепровскую систему с Волжской (Днепр — Десна — Болва — Рессета — Жиздра — Ока).

В двенадцати километрах от Козельска, выше по течению реки Жиздры, было много порогов. Большие лодки здесь приходилось передвигать волоком — переволакивать. Отсюда возникло название села Волконск. В свое время оно было городом.

Название ряда других поселений под Козельском указывает на то, что наши места были окружены дремучими лесами: Дебри, Березичи, Дубенки, Дубновичи, Сосенки, Кленовка, Опаленки, Ягодная, Осиновое и другие.

Шли годы. Пережив вместе с Киевом расцвет Руси, Козельск испытал затем тяжесть княжеской междоусобицы и феодальной раздробленности. В летописях за 1154 год Козельск упоминается как опорный пункт княжеских ратей, направляющихся против Изяслава Мономаховича Киевского.

После распада Черниговского княжества образовалось Карачевское, а из последнего вскоре выделилось Козельское княжество. Понятно, что княжества эти были мелкими, не укрепленными. Они не поддерживали связи между собой. Напротив, один князь был заинтересован в упадке и разорении другого. Феодальная раздробленность и междоусобица были одной из причин того, что Русь не смогла выдержать напора татаро-монгольских полчищ.

Отражая набеги врагов

В Европу татаро-монгольские орды пришли в 1223 году. Обогнув с юга Каспийское море, разорив Азербайджан и Грузию, полчища Чингисхана вторглись в половецкие степи.

На помощь половцам пришли русские. В знаменитой битве на реке Калке среди многих русских людей погибли смертью храбрых козельский князь Мстислав Святославович и его сын.

Битва на Калке кончилась поражением русских и половецких войск. Но и татаро-монголы, обессилев, вынуждены были вернуться в Среднюю Азию и в течение тринадцати лет не беспокоили русских.

Вторичное вторжение на Русь татаро-монголы предприняли в 1236 году уже со стороны Урала. Черные тучи нависли над русской землей. Раздираемые феодальной междоусобицей, русские княжества были бессильны дать должный отпор захватчикам. И хотя жители ряда городов героически сражались за честь родной земли, они не смогли остановить стремительной и грозной лавины нашествия.

Один за другим пали Рязань, Пронск, Коломна, Москва, Владимир, Ростов. На реке Сити погиб в битве великий князь Суздальский Юрий II. Орды захватчиков двигались в направлении Новгорода. Богатства этого города привлекали татаро-монголов. Однако Батый получил сведения о значительных силах, сосредоточившихся у Новгорода. Наступила оттепель. Дороги оказались непроезжими. В болотах вязли кони и тонули люди. Батый твердо решил изменить направление своего похода и отправиться на юг, в Кипчакские степи.

Убивая жителей от старого до малого, превращая в пепел драгоценности и народное добро, захватчики преследовали одну цель: запугать русских людей, затушить всякую искру сопротивления. Чванливым и самоуверенным ханам стало уже казаться, что дорога им всюду открыта и никому из русских не придет в голову мысль о сопротивлении. Они подошли к границе Половецкой степи и здесь встретили городок Козельск.

Обычно бойкий и шумный, этот сторожевой пост и крепость русских притих, словно чего-то выжидая. Казалось, что в городе никого нет. Леса стояли дремучей стеной. Реки в эту раннюю весну разлились, стали бурными, пугали своими темными омутами. Болота приходилось далеко обходить: уж очень широкими трясинами выступали они среди леса и луга.

Татары выбивались из сил, преодолевая весеннюю хлябь на пути к Козельску. Начальствующий над одним из передовых отрядов темник Гуюк-хан решил поставить войско в город на отдых. Но одно решил Гуюк-хан, другое — козельчане. Они решили не пустить врагов в город и упорно сопротивляться. 25 марта 1238 года начались тяжелые бои. Татары пробовали взять город приступом. Но храбрые козельчане не только отбивали приступы неприятеля, но сами бросались в атаку в гущу полчищ противника, резались с ними ножами и короткими мечами, разбирали деревянные дома, подымали бревна на стены, а ночью метали их на врагов. Со стен города козельчане поливали захватчиков горячей смолой. Они уничтожали стенобитные машины татар, делали ночные вылазки, наводя ужас на тех, кто привык сам сеять ужас.

Расчеты татаро-монголов быстро овладеть Козельском провалились. Захватчики хотели поскорее уйти в приволье Дикого поля. В орде началось разложение. Многие просто бросали оружие и бежали на юг. Отряды, идущие с севера, узнав о необычной смелости козельчан, не решались встретиться с отважными защитниками маленького города, спешили проскочить мимо Козельска, чтобы скорее достичь спокойных Кипчакских степей.

Гуюк-хан решил снять осаду. Об этом узнал сам предводитель татаро-монгольских войск хан Батый. Он пришел в ярость и поспешил лично прибыть на козельское поле битвы. То, что увидел Батый, поразило его. Татары сражались уже несколько дней, но в город так и не проникли. Горы трупов валялись у стен.

Казалось, что сама природа помогала козельчанам. С запада — крутые холмы и взгорья, с юга, с севера, с востока — реки, а за ними — непроходимые леса, болота. Обойти город трудно, взять приступом — еще трудней. Но Батый, не считаясь с потерями, потребовал взять Козельск. Он взял на себя руководство осадой, обложил город тесным кольцом отрядов, слывших непобедимыми. Эти «бешеные», как их называли, под руководством соратника Батыя богатура Сабудая перехватили пути отступления отрядов Гуюк-хана и погнали их обратно к стенам Козельска.

Батый не сразу пошел на приступ. Он приказал своим послам сказать «горстке безумных», что если они «покорно склонятся во прах», то он «им их дерзость прощает».

Но козельчане даже не пустили в город послов Батыя. Князь Василий, которому принадлежал город, был малолетним и, конечно, не мог играть решающей роли при обсуждении вопроса о судьбе города. Решил его сам народ. По зову колокола козельчане собрались на городское вече. Здесь старейшины прямо поставили вопрос: как быть? Сдаться или сражаться? А вдруг не хватит сил для сопротивления — что тогда?

Летописец отметил: «Козельчане совещашася решили не сдаваться Батыю». В русской литературе осталось немало произведений, где эта решимость козельчан — лучше умереть, но не сдаться врагу, нашла свое отражение. Так, поэт А. П. Степанов (1771–1837 гг.) — участник итальянского похода Суворова, отец знаменитого художника и редактора журнала «Искра», написал в 1818 году поэму «Предание о Калуге». В ней Степанов поэтически воспроизводит момент решения козельчанами судьбы родного города. Когда воинов спросили:

Другой талантливый русский поэт А. А. Навроцкий (1839–1914 гг.) в поэме «Злой город», посвященной обороне Козельска, приводит обращенные к согражданам слова старого козельчанина на городском вече:

Громкое «клянемся» и лес поднятых рук были ответом на клич старого козельчанина.

Батый, узнав о том, что его требование отвергнуто, приказал послать на приступ отборную и свирепую рать и отдать этой рати город, как добычу.

Все более свирепел Батый. Он решил послать новую рать, чтобы «с удвоенной силою приступ начать, вконец истребить непокорных».

Семь недель, или сорок девять дней, продолжалась ужасная битва. Ценой многочисленных потерь татарам удалось пробить стену города, и тогда лавина врагов ворвалась в Козельск. Началась ужасная резня. Обезумевшие татары во многих местах подожгли город. Но его защитники продолжали сражаться, а женщины и дети боролись с пожарами. Однако зарево появлялось то в одном, то в другом конце города. Чтобы укрепиться в засаде от врагов, козельчане разбирали на бревна оставшиеся дома и делали из них искусственные укрепления. Предпочитая умереть, но не сдаться врагу, тяжелораненые добивали себя.

Враги пошли на последний приступ. Заполыхал собор. Зарево взвилось над его куполом. А из глубины собора полились мощные слова песнопения. Это русские люди, верные долгу, гибли в огне, но не сдавались.

«Бысть брань великая и сеча зла», — пишет летописец. В ряде литературных источников указывается, что на помощь воинам-козельчанам приходили их жены, дети и старики. Все пошли в ножи, выбили врагов из города и под стенами дали последнюю битву. Силы врага во многом превосходили силы защитников города, и исход битвы был в конце концов решен. Как указывает летописец, все жители Козельска были перерезаны, но и татары в последний день сражения оставили на поле боя четыре тысячи трупов. Тела трех любимых темников Батыя так и не нашли.

Летописец говорит, что малолетний козельский князь Василий утонул в крови.

Взяв наконец город, хан Батый в ярости приказал сжечь его до тла, а пленных изрубить. Но любимый его воевода Ахмат сообщил Батыю, что пленных нет, «в живых никого не осталось». Тогда началось надругательство над мертвыми. Чтобы показать свои трофеи, Батый велел отрубить у всех мертвых головы и сложить их в курганы.

Следует полагать, что козельчане сумели перед концом битвы отправить часть стариков, женщин и детей в лес, где они спаслись и после отхода татар пришли на пепелище. Именно они, оставшиеся в живых козельчане, могли похоронить павших защитников Козельска в братской могиле, над которой был поставлен каменный крест. В памяти народной сохранилось, что эта братская могила находится на юго-западной окраине современного Козельска. Совсем недавно при раскопках были обнаружены многочисленные черепа. Это и есть остатки тех отрубленных голов, которыми Батый хотел продемонстрировать свое могущество. Батый наименовал Козельск— «злым городом» (Могу-Болгусун).

Поэт Навроцкий очень ярко показал конец козельской битвы с татарами. Вот что он пишет:

В 1776 году, когда Козельск стал уездным городом Калужского наместничества, ему был присвоен специальный герб. В Указе императрицы Екатерины II было сказано:

«Во время нахождения Батыя на Россию, сей город, быв уделом малолетнего князя Василия Титыча, был осажден татарскими войсками, и, хотя малолетство князя явилось бы долженствовать ослабить его жителей, но… они рассудили сделать вылазку и обще… погибнуть или спастися. Сие ими исполнено было, но от превосходящего числа татар были все побиты… Самою своею смертию засвидетельствовали свою верность. В напоминание сего приключения герб им полагается: в червленом поле, знаменующем кровопролитие, накрест расположенные пять серебряных щитов с черными крестами, изъявляющими храбрость их защищения и несчастную судьбину, и четыре златые креста, показывающие их верность».

Упоминает об исторической битве под Козельском К. Маркс:

«Батый изменил направление, испугавшись болот и непроходимых лесов; он двинулся в область Калуги, взял приступом Козельск, оборонявшийся в течение семи недель». (Архив Маркса и Энгельса, т. VIII, стр. 144.)

В четырнадцатом веке Московское княжество сделалось одним из сильнейших на Руси. Москва возглавила борьбу против татаро-монгольского ига. В 1380 году в верховьях Дона, на Куликовом поле, у реки Непрядвы, русские войска под руководством князя Дмитрия Ивановича Донского жестоко разгромили захватчиков. Но набеги татар на Русь продолжались и после этого.

Московские князья старались укрепить не только Москву, но и дальние подступы к ней. Козельск оказался одним из значительных пунктов, где можно было держать большой гарнизон и умело подстерегать и обезвреживать врага. Находился он в лесах. Устроив лесные засеки, русские делали почти недоступными для врагов подходы к главным городам страны. Еще в 1376 году, чтобы укрепить самостоятельность козельского княжества и иметь возможность лучше обороняться от набегов татар и от угрожавших тогда Руси литовцев, козельский князь Иван Титович вступил в тесный союз с великим князем сильнейшего Рязанского княжества Олегом Ивановичем. Союз этот был скреплен браком Ивана Титовича с дочерью Олега. Но после смерти Олега Козельск лишился самостоятельности.

Князья могли тогда дарить, уступать и менять города. Козельск несколько раз переходил из одного княжества в другое. Это обессиливало город, но все-таки патриотизм и стойкость козельчан давали о себе знать врагам.

В 1425 году литовцы совершили набег на Калугу и Козельск. Но овладеть этими городами не удалось: они имели хорошие крепости и стойких защитников. В 1445 году Козельск временно подпал под власть Литвы, а уже через четыре года он находился снова в руках русских и вскоре окончательно отошел к Москве. На этом кончилась история Козельска как удельного города.

В 1497 году Иван III заключил мир с Литвой. На вечные времена Литва отказывалась от притязаний на пятнадцать городов, в том числе и на Козельск.

Вся тяжесть борьбы была обращена против татар, сосредоточившихся в Крыму. В Козельске, Белеве, Крапивне, Туле были расквартированы постоянные гарнизоны, и эти города стали «на бережении Москвы от крымцев».

Вновь претерпел большое разорение наш город в 1480 году, когда хан Ахмат после «стояния на Угре», знаменовавшего окончательное падение татаро-монгольского ига, поджег и ограбил Козельск. Однако татары поспешили уйти, боясь возмездия со стороны русских.

Усилив в Козельске гарнизоны, Иван III начал строительство Козельской засечной черты, назначение которой состояло в охране подступов к Москве. Тридцать верст Козельской засечной черты — а она составляла часть общей засечной черты от польской границы до Рязани — были укреплены рвами, настами, лесными завалами, имели пять ворот с надолбами и опускными колодами (шлагбаумами). Крепость и стены Козельска в третий раз были отстроены заново.

Еще более укрепился Козельск как опорный пункт обороны Московии во второй половине шестнадцатого века. Иван IV (Грозный) обезопасил Козельск сторожевой линией с деревянными крепостями. Город был окружен деревянными рублеными стенами с двумя проезжими и шестью глухими башнями. Стена имела длину около четырехсот саженей, земляной вал — 450 саженей. Протяженность Козельской засеки составила ужо 111,6 версты. В этой засечной черте были установлены пять укрепленных ворот в районе теперешних населенных пунктов Буда, Кцынь, Кирейково, Киреевское, Шепелево.

Иван Грозный в 1566 году лично приезжал в Козельск для осмотра состояния засечной черты, наличия засечной стражи, ее готовности к обороне подступов к Москве. Царь нашел, что все это находится в плохом состоянии. В страшном гневе приказал он арестовать козельского князя Лузину, а Козельскую волость передать в опричнину.

Устная легенда повествует о том, что князь Лузина бежал от царского гнева в Литву, где был принят на службу к королю. В подтверждение этой легенды можно сказать, что и сейчас в городе Гвоздеце, что в Западной Украине, имеется католический монастырь, в одном из костелов которого на мемориальной доске выгравировано: «Церковь сия построена… вдовой… князя Козельского Михаила Лузины».

Грозный стал ссылать под Козельск на охрану засечной черты от набегов врагов провинившихся и ненавистных ему людей. Об этом, в частности, рассказывается в известном романе А. К. Толстого «Князь Серебряный». Царь приказал князю Никите Романовичу Серебряному и прибывшему с ним к царю отряду станичников: «Пусть идут к Жиздре в сторожевой пост. Коль охочи они на татар: будет им с кем переведаться». А потом в романе описывается, как отряд, возглавляемый Никитой Романовичем, углублялся в темные леса, которые соединялись с Брянским дремучим лесом: это и есть наш Козельский лес.

Как известно, роман «Князь Серебряный» заканчивается кратким сообщением: «Через семнадцать лег вспомнил Грозный, что он послал Серебряного к Жиздре служить. Но старый боярин, бывший когда-то воеводой в Калуге, отвечал, что князь в тот самый год, как пришел на Жиздру, убит татарами и вся его дружина вместе с ним полегла».

Напрасно мы стали бы искать могилу князя Серебряного. Он не был историческим лицом. Это — собирательный образ, прототипом которого был ряд живших во времена Грозного людей. Но мы должны гордиться тем, что здесь, в наших местах, жили мужественные русские люди, не жалевшие жизни для всей Руси.

По завещанию Грозного Козельск достался его сыну Федору.

Козельск в семнадцатом веке являлся не только укрепленным пунктом, но и торговым городом, в котором насчитывалось более пятнадцати тысяч жителей. Это был один из лучших окраинных городов. Вокруг него были построены слободы: Казачья, Заречная, Стрелецкая, или Солдатская, получившая потом название Инвалидной. Издалека съезжались в Козельск торговые люди на ярмарки и базары. По старинной традиции ярмарки в Козельске проводились два раза в год: в конце весны и глубокой осенью. Козельчане тоже ездили во многие города со своими товарами.

В Козельске было 40 церквей. Большую известность получил основанный еще во времена Ивана III монастырь Оптина пустынь. Легенда повествует о том, что монастырь был создан бывшим предводителем шайки лесных разбойников Оптой, принявшим при пострижении в иночество имя Макария. Первое время монастырь служил целям обороны родины, был рассадником просвещения.

Первая крестьянская война, вспыхнувшая в начале XVII века, широкой волной охватила и Калужский край. Намучившись от бояр и боярского царя Василия Шуйского, крестьяне наших мест поддержали вождя крестьянского восстания Ивана Исаевича Болотникова. Часть войск Болотникова при поддержке местных жителей заняла города Козельск, Венев, Михайлов.

Вид Козельской Введенской Оптиной пустыни.

Против Болотникова под Козельск был послан боярин Измайлов. Любимец Лжедмитрия I князь Григорий Шаховской вместе с князем Долгоруким выступили к осажденному Козельску и принудили Измайлова снять осаду этого города. Тогда царь Василий Шуйский послал против Козельска Третьяка-Септова и князя Василия Мосальского. Септов очистил от войск Болотникова город Лихвин, Белев и Болхов. Но Козельск Мосальскому взять не удалось, хотя он имел в своем распоряжении около 8 тысяч человек. Только после того, как Иван Болотников был захвачен в плен, царские войска вошли в Козельск.

Тяжелые испытания выпали на долю крестьян в период польской интервенции. Иноземцы, вторгшиеся в город, получили в свое распоряжение деревни, чинили издевательства над жителями, надругательства над женщинами. В Московской летописи есть рассказ польского пастора Бера Мартина, и в нем, между прочим, говорится:

«Седьмого сентября 1610 года внезапно пришли из стана Сигизмунда вольные люди, в два часа овладели Козельском, побили 7 тысяч жителей, увели в плен воевод, бояр… разграбили добро и ушли, предав пламени город».

Как видим, пастор совершенно хладнокровно рассказывает о страшных действиях так называемых вольных людей, шаек наемников польского короля Сигизмунда. Многие из иноземцев, завладев под Козельском наиболее удобными земельными массивами, так и осели здесь. До самой революции в Козельском уезде было немало их потомков — помещиков с иностранными фамилиями.

Сентябрьский налет на Козельск в 1610 году явился таким ударом по городу и его окрестностям, от которого они не могли оправиться в течение всего XVII века.

Следует сказать, что козельчане с большой ненавистью встречали иноземных поработителей. Когда московский посол Никита Трубецкой прибыл в Козельск с известием о низложении царя Василия Шуйского и с указом боярской думы о присяге польскому королевичу Владиславу, козельчане отказались от присяги Владиславу. Не смея действовать открыто, они послали в Москву выборных с поручением сказать, что когда королевич примет православие, тогда козельчане ему и присягнут.

Вскоре русские люди изгнали польских интервентов из своей страны. Среди подписавших грамоту об избрании на московский престол Михаила Романова были «из Козельска выборный Иван Иванов Щербачев и выборный дворянин Степан Михайлов Юшков».

Польский королевич не хотел отказаться от притязаний на русские богатства. Долго еще пробовал он держать своих ставленников в разных землях России. Так, на украинские земли он поставил воеводу Чаплинского. Удалось Чаплинскому захватить часть подмосковных городов, в том числе и Козельск.

Козельск оставался во владении поляков до 1 декабря 1618 года. Но русские сумели не только силой оружия, но и дипломатическим путем заставить поляков отказаться от притязаний на русские земли. По Деулинскому перемирию Козельск вновь вошел в состав Московского государства, но потерял значение укрепленного пункта Московии, так как границы ее расширились, и Козельск стал уже не окраинным городом, а одним из близлежащих к центру.

После польской интервенции Козельск жил почти все столетие сравнительно тихой жизнью. Помещики наживались за счет крепостных, барщинные крестьяне несли тяжкую кабалу, оброчные уходили на заработки, а потом выплачивали барину тяжелый оброк деньгами и натурой. В разные концы страны тянулись из Козельска и в Козельск обозы с товарами и продуктами.

Среди этой тишины иногда вспыхивали крестьянские бунты. Но их жестоко подавляли, а бунтовщиков ссылали в Сибирь. Довольно значительный бунт был в Клюксах. Крестьяне выступили против ненавистного помещика, подожгли его усадьбу. Более десяти зачинщиков бунта были сосланы в Сибирь, многие «сечены нещадно».

Козельск. Бывшая Калужская (ныне Б. Советская) улица.

Из документов того времени мы узнаем о том, что козельчане участвовали в делах государства. Конечно, это были, главным образом, дворяне, купцы, духовенство. Так, 3 января 1642 года на Государственном совете по вопросу о том, удерживать ли за Россией Азов, взятый у турок русскими казаками, присутствовали выборные из Козельска И. Д. Щербачев, У. Д. Сокольников и И. С. Кошелев.

Конец XVII века был опять тяжелым для Козельска: пожар — пятый за время существования города — превратил большую часть города в пепел. Но Козельск был восстановлен сравнительно быстро. И снова пошла бойкая торговля, закипела жизнь.

Петр I провел в России много реформ, в числе которых были и административные. В 1708 году Россия была разделена на 8 губерний, Козельск входил в состав Смоленской губернии на правах уездного города. В 1719 году страна была поделена на 50 провинций. Козельск вошел в состав Калужской провинции Московской губернии. Из Калужской провинции Козельский уезд был самым населенным: имел на своей территории 5428 дворов.

В общем атласе географического описания Российской империи сказано, что в Козельском уезде считается 59 тысяч душ, один каменный дом, четыре каменных церкви, 103 водяных хлебных мельницы. В городе числилось в 1719 году 1871 житель (861 мужского и 1010 женского пола). Помимо сельского хозяйства и торговли, в уезде стала медленно развиваться кустарная промышленность.

В 1767 году в лесу между реками Жиздрой и Железенкой была открыта железная руда. Проба показала, что в руде содержится 60 процентов железа. Поскольку территория эта была монастырской, монахи завладели рудными богатствами и сдавали землю для разработок и добычи руды в аренду сначала братьям Баташовым, потом заводчику Маслову.

Заводчики платили монастырю по четыре рубля со ста возов руды. И так как для монастыря доход этот был незначителен, а от «копания земли» происходила большая потеря леса, в 1775 году разработка руды была прекращена.

Железная руда была найдена и в районе деревни Копанова (само название произошло от того, что здесь капали землю для добычи руды). Эта руда послужила основой для строительства на берегу реки Серены железоделательного завода. Хозяином завода был купец Криворотов. Он отличался необыкновенной жестокостью. Работающие на его заводе крепостные крестьяне многократно бунтовали. Криворотов вынужден был в середине XIX столетия закрыть завод. Остался след только в виде деревень с названиями Серено-Завод и Копаново.

В 1776 году было учреждено Калужское наместничество, в составе которого Козельск оставался уездным центром. Вот тогда-то императрица Екатерина II и издала Указ о присвоении Козельску специального герба в ознаменование его героических действий в период борьбы с татаро-монголами в 1238 году.

Новое горе — пожар 7 июня 1777 года уничтожил больше половины города. Из 664 домов сгорело 368. Огнем было уничтожено 6 церквей, погибло очень много жителей, в том числе малолетних детей. Но и это испытание не сломило воли козельчан. Они принялись восстанавливать свой город. По просьбе козельчан в Москве был составлен регулярный план города для новой застройки. Теперь центральная площадь вытянулась в длинную, идущую с юга на север Калужскую (теперь Советскую) улицу. Казацкая слобода была перенесена с южной окраины, откуда она всегда защищала город от набегов кочевников, на северную окраину Козельска.

Был построен гостиный двор, в нем находилось 34 каменных лавки. Более десяти лавок расположились в других концах города. Такое обилие торговых точек объяснялось тем, что козельчане наладили обширную торговую деятельность. Предметами торговли были пенька, конопляное масло, сало, мед, воск, рогатый скот. Многочисленные лавки, регулярные ярмарки и базары стали развертываться не только в Козельске, но и в больших селах уезда: Сухиничах, Плохине (ныне Ульянове), Коробках и Касьянове. Воск козельский, сало сухиничское, яблоки клыковские и слепцовские, мед коробкинский славились далеко за пределами края.

А пенька «плохинка» котировалась даже на Лондонской бирже. Эта пенька шла не только на выработку парусов, но и на производство батиста. Наличие хорошей пеньки явилось основой для создания в Козельске у слияния рек Другузны и Жиздры парусных фабрик Брюзгина и Зотова. Фабрики эти имели большое государственное значение. Ведь в то время на морях и реках флот был только парусным. О создании парусного флота особенно заботился Петр I. Его ближайший соратник Яков Брюс получил в дар от императора имения в Плохине и его окрестностях. Он позаботился о специалистах для обработки конопляного волокна. И даже когда парусный флот был вытеснен паровым, производство пеньки не сократилось. Пеньковое волокно пошло на веревочное производство.

В Козельске было создано несколько веревочно-канатных предприятий, заводов по выработке конопляного и льняного масла, которые употреблялись не только в пищу, но и для производства олифы.

Маслобойки работали почти в каждом селении. Понятно, что это были очень маленькие предприятия, не идущие ни в какое сравнение даже с самыми небольшими мастерскими и цехами современной промышленности.

За землю, за волю

Гроза 1812 года, нависшая над Россией, подняла весь народ нашей страны на борьбу против иноземных захватчиков. Когда Наполеон взял Москву и армейских сил России явно не хватало, стали создаваться партизанские отряды и отряды народного ополчения.

Сборным пунктом седьмого конного полка явилось имение князя Дмитрия Александровича Оболенского в селе Березичи. Начальником этого ополчения был назначен генерал Василий Федорович Шепелев.

В короткий срок для ополченцев и армии в Козельском уезде было собрано 69 777 четвертей сухарей, много сена, теплой одежды, перевязочных материалов. Козельский городской магистрат внес в фонд помощи армии и ополченцам 10 035 рублей, много холста, полушубков, сапог, рукавиц, белья, медикаментов и другого имущества общей стоимостью в 32 737 рублей. В Козельске был организован и размещен лазарет, в котором лечилось более двух тысяч раненых.

Город в эти дни принял торжественно-суровый облик. Закрылись все присутственные места, кроме рекрутского и охраны. Мужчины оставили дома и готовились к обороне. Всюду встречались военные караулы.

Но отступающий враг пошел другой дорогой. В его разгроме приняло участие немало козельчан. Так, в битве под Тарутином отличился полк козельских ополченцев под командованием генерала В. Ф. Шепелева. Его именем названа одна из деревень, а теперь и станция на железной дороге.

Освободившие Родину от врагов, прошедшие долгий путь наступлений, побывавшие в Европе и прославившиеся как победители и освободители, наши солдаты и офицеры вернулись в Россию. Здесь они вновь столкнулись с мрачным режимом крепостного права, солдатской муштры и царского произвола. Немудрено, что именно среди них появились те люди, которых Ленин назвал первыми русскими революционерами. Это были декабристы. И хотя они были страшно далеки от народа, дело их не пропало даром, а послужило искрой для дальнейшего развертывания освободительного, демократического движения. Среди участников знаменитого восстания декабристов на Сенатской площади в Петербурге был дворянин Козельского уезда, владелец имения в Нижних Прысках, Сергей Николаевич Кашкин (1799–1868 гг.). Его сослали в Архангельскую губернию за участие в Северном тайном обществе. Из ссылки Сергей Николаевич вернулся в родные Прыски глубоким стариком и здесь был похоронен. Участником декабрьского восстания 1825 года был и Петр Николаевич Свистунов, владелец имения в деревне Алешня. Из наших мест (сельцо Бестужевка близ Попелева) происходил один из руководителей восстания декабристов Михаил Павлович Бестужев-Рюмин, казненный 13 июля 1826 г.

В страшную пору реакции Николая I, который «процарствовал тридцать, а заморозил Россию на шестьдесят лет», революционно-демократическое движение росло и ширилось. В нем приняли участие и наши земляки.

На одном эшафоте с Федором Михайловичем Достоевским стоял осужденный по делу петрашевцев сын декабриста С. Н. Кашкина — Николай Сергеевич Кашкин. Он был чиновником государственного департамента, имел блестящее университетское образование. Царизм лишил его всех чинов и званий и приговорил к смерти за то, что он осмелился участвовать в тайном антиправительственном обществе.

С. Н. Кашкин с сыном Николаем.

В самый последний момент казнь была заменена каторжными работами. Царь своею рукой против фамилии Н. С. Кашкина написал: «К четырем годам каторги, а затем в солдаты». Отбыв тяжелую каторгу на рудниках в Сибири, Кашкин был определен на Кавказ рядовым. И только личное участие в смертельно опасном бою возвратило ему дворянское звание и право вернуться в родные Нижние Прыски.

Нижние Прыски — это большое красивое село на реке Жиздре. Ранее оно принадлежало Н. В. Ртищеву, дочь которого была замужем за генерал-майором Г. П. Бахметьевым — первым предводителем дворянства Калужской губернии. При Бахметьеве в Нижних Прысках в 1796 году был построен трехэтажный дом в стиле барокко. При Кашкиных — наследниках Бахметьевых — в прысковском имении была собрана замечательная уникальная библиотека из произведений русских и зарубежных авторов по различным отраслям знаний, древнегреческой и древнеримской литературы. Библиотекой пользовались приезжавшие в Прыски такие деятели культуры, как поэты В. И. Красов, В. И. Богданов, писатели Ф. М. Достоевский, А. К. Толстой, композитор Н. Г. Рубинштейн, художники В. М. Васнецов, В. В. Верещагин и другие. Оба Кашкины — декабрист Сергей и петрашевец Николай — были меценатами, всемерно содействовали работе деятелей культуры и сами обладали прекрасным образованием, написали ряд статей в московские и петербургские журналы о борьбе с чумой скота, об улучшении лугов и по многим другим сельскохозяйственным вопросам. Н. С. Кашкин был в длительной и постоянной переписке с великим русским писателем Ф. М. Достоевским.

Но и у просвещенных хозяев крестьянству жилось тяжело. Сам Н. С. Кашкин вынужден был признать: «Да, и в наших Прысках жизнь мужиков очень и очень плохая, и, как бы мы ни старались, пока не уничтожишь проклятого ярма крепостничества, жизни крестьянской не улучшишь».

Н. С. Кашкин и П. Н. Свистунов были избраны от дворян Калужской губернии в комитет по обсуждению проекта земельной реформы. Однако царь Александр II запретил Кашкину и Свистунову приехать в Петербург и участвовать в обсуждении проекта реформы. Об этом с возмущением писал А. И. Герцен в своей газете «Колокол»: «Правительство способно только на обманы. В Петербург не дозволено приехать для обсуждения вопроса о реформе из Калуги ни г. Свистунову (декабрист), ни г. Кашкину (замешанному в деле Петрашевского). Хорошо же понимает правительство амнистию!» «Колокол» призывал бороться за освобождение крестьян силой.

Козельск. Полицейское управление и казначейство (ныне здание Госбанка).

К тому же призывал и революционно-демократический сатирический журнал «Искра», издававшийся с января 1859 года в Петербурге под руководством пламенного защитника идей Белинского и Чернышевского Василия Степановича Курочкина. Среди корреспондентов «Искры» был А. Ф. Вельтман, проживавший в Калужской губернии и часто посещавший Козельский уезд. Он сообщал в «Искру» сведения о бедственном положении козельских крестьян.

Однако «Искра» писала не только о забитых и заглушённых крестьянах. Она видела, что крестьянство пробуждается, готово силой избавиться от унижения. В рукописях журналистов «Искры» сохранились предназначавшиеся для опубликования стихотворения Д. Д. Минаева. Автор некоторое время проживал в Козельском уезде и знал настроения здешних крестьян. Вот что писал поэт:

«Козельские мы…»

Мартовскими утрами 1861 года в селах уезда стали громко звонить колокола, и с церковных амвонов провозглашалось: «Осени себя крестным знаменем, православный русский народ, и призови с нами божие благословенье на твой свободный труд». Это были слова из царского манифеста о так называемом «освобождении» крестьян. Сам манифест и разъяснения его были столь туманными, что крестьяне не могли понять, что же им дают и что у них отбирают. В журнале «Искра» была помещена карикатура со стихотворной подписью. Мальчик спрашивает отца-крестьянина: «Что такое свобода, про которую все время говорят?» Отец отвечает:

Крестьяне сами скоро поняли настоящую цену так называемой «свободы», поняли, что их попросту обобрали. Мировой посредник по Козельскому уезду А. Н. Домогацкий с тревогой доносил о растущих крестьянских возмущениях в уезде. Наиболее крупные споры крестьян возникли в селах Дудине с помещиком Булгаковым, в Колодезях с помещиком Шлиппе, в Клюксах с помещиком Ергольским. Многие крестьяне не верили, что царь их обманул, и, взваливая вину на помещиков, обращались к попам и урядникам с просьбами написать об обмане царю-«освободителю». В журнале «Искра» приводился пример из нашего уезда, когда крестьяне деревни Клюксы решили пожаловаться на своего помещика Ергольского царю и попросили батюшку написать это письмо как можно жалостливее да поумнее. Священник обещал составить прошение. А через неделю наехали в деревню казаки, собрали сход и, вызвав именно тех, кто говорил с батюшкой, так отмутузили их, что те долго с земли не поднимались.

Правительство пыталось изобразить положение так, будто крестьяне довольны реформой. Либеральные органы печати сочиняли всякое вранье о крестьянских торжествах в честь реформы. Обман народа призрачной свободой понадобился царизму для того, чтобы потушить искры все нарастающей революционной ситуации. Вместе с тем царизм жестоко преследовал не только организаторов и участников крестьянских бунтов, но и тех, кто, по его мнению, плохо следил за порядком в уездах.

4 марта 1866 года студент Дмитрий Каракозов стрелял в царя, но промахнулся. После выстрела Каракозова началась страшная волна царских репрессий. В статье «Белый террор» «Колокол» рассказывает: «Ночью с 8 на 9-е апреля начинается период поголовного хватанья. С этой ночи аресты начались в громадных размерах. Брали чиновников, офицеров, учителей и учеников, студентов и мастеров, брали женщин и девушек, нянюшек и мамушек, мировых посредников и мужиков, князей и мещан, допрашивали детей и дворников, прислугу и хозяев. Полиция в своем холопском усердии доходила до высококомического… В Калужской губернии, в Козельском уезде были арестованы мировой посредник Бибиков, Головтеев, князь Вадбольский и секретарь мирового съезда Оболенский. Жена его арестована через несколько часов после приезда в Москву в гостинице Мамонтова, содержалась там несколько недель, переведена в Сущевскую часть и через два месяца освобождена, так как никакой вины самое подозрительное и пристрастное следствие не могло открыть за ней».

«Колокол» показывает, что козельчане активно содействовали работе пламенных борцов за народное освобождение.

Правительство пыталось найти участников тайных народовольческих обществ, мстило даже тем, кто только знал об их существовании. В «Колоколе» приведено дополнение к приговору верховного суда. В нем указывается: «Что касается обвинения мирового посредника Бибикова, секретаря Козельской управы Оболенского, юхновского мещанина Никифорова, бывшего судебного следователя Маликова и бывшего студента Никольского в знании о существовании в Москве тайного революционного общества, то это обвинение на судебном следствии не подтверждено; между тем обнаружено, что Бибиков, Оболенский и Маликов знали об умысле освободить государственного преступника Чернышевского, а Никольский сам намеревался освободить государственного преступника Серно-Соловьевича».

Таким образом, «Колокол», открывая тайники царского следствия, показывает, что козельчане активно содействовали работе пламенных борцов за народное освобождение. Это не полный перечень всего, что писал «Колокол» о жизни Козельского уезда в годы после реформы 1861 года. Но уже из этого можно сделать вывод, что «Колокол» Герцена и Огарева раскрыл реакционное содержание реформы, показал, что народу надо не ждать милости от царизма, а добывать свободу революционным путем.

В самом деле. Могли ли, хоть в некоторой степени, быть довольны реформой крестьяне, если помещики «наделяли» последних землей по баснословно высокой и все возрастающей цене? Стоимость надела по продажным ценам 1855–1859 годов составляла 155 рублей, а в 1863–1872 годах поднялась до 180 рублей. В конечном итоге крестьянам Козельского уезда пришлось уплатить за каждый надел по 342 рубля. В результате крестьяне оказались задавленными выкупными платежами и другими поборами.

По Козельскому уезду из общей площади 244 660 десятин крестьянам было выделено 124 660 десятин на 51 тысячу мужских душ (женщины при наделах во внимание не принимались). Если даже предположить, что мужчин и женщин было одинаковое число, то в среднем на человека в крестьянском хозяйстве приходилось по 1,15 десятины земли. Но ведь это вся земля, в том числе и неудобная. Пахотной земли во всех трех клинах у крестьян было лишь 85 167 десятин, то есть немногим более полдесятины на человека. В то же время 72 помещика оставили у себя 30 тысяч десятин пахотной земли, 6700 десятин лугов и 36 139 десятин леса. У 70 помещиков осталось лесов в три раза больше, чем у 100 тысяч крестьян.

Крестьянам были выделены наиболее плохие, бросовые участки. Малоземелье, примитивный способ земледелия оставляли крестьян по-прежнему без хлеба. Они вынуждены были уходить на побочные заработки.

Козельский уезд поставлял во все концы страны — в Москву и Петербург, в Киев и Харьков, в Тифлис и Баку, в Нижний Новгород и Тулу, на Урал — глиновалов, порядовщиков-кирпичников, каменщиков, плотников, строителей. Каждый год из уезда уходило в отход более 15 тысяч человек.

Мастерство, приобретенное в отхожем промысле, переходило от дедов к отцам, от отцов к сыновьям. Целые деревни приобретали определенные профессии. Так, далеко за пределами уезда знали, что в Глупееве жили порядовщики, в Славышене — арматурщики, в Рубцах — каменщики, в Дудине — торфяники, в Косыни — плотники, в Костешово — трубоклады. Деревня Алешня славилась бондарями, Красный Клин — санниками, а сам город изобиловал сапожниками, портными, столярами, красильщиками, гончарами. Остававшиеся на местах мужчины также занимались ремесленным и кустарным промыслом: изготовляли корзины, корыта, клепку, щепу, полозья, лопаты, обручи, ободья, лапти на продажу; гнали деготь, выжигали уголь, заготавливали лыко. Одежду и обувь крестьяне делали для себя сами. Зипун, лапти, овчинный треух, грубая домотканая рубаха — вот и весь наряд тогдашнего крестьянина. На всю деревню водилась, бывало, одна пара сапог, которая одалживалась жениху, чтобы в день свадьбы он мог в сапогах явиться в церковь для венчания.

Жизнь крестьян была по-прежнему каторжной. В одном из рассказов Ив. Воинова упоминается отходник, который на вопрос, откуда он, отвечает: «Козельские мы… Я — козельский». Потом этот отходник рассказывает, что в их селе сначала был недород, потом возник голод. Отец не смог уплатить подати. И вот на его глазах — тогда еще мальчика — со двора увели любимую кормилицу — корову Пеструху. И ни слезы матери, ни вой детей не помогли. Урядник избил причитающих. «И я, — говорит рассказчик, — целую неделю ходил кровью на двор за Пеструху».

Крестьянина эксплуатировали помещики, кулаки, заводчики. Над ним издевались урядники, полицейские и другие царские чиновники. А православная церковь проповедовала смирение, кротость, послушание богачам. Кроме того, духовенство само выступало в роли хищного эксплуататора.

Особенно отличался этим Оптинский монастырь, славившийся своим так называемым старчеством. Про оптинских старцев усиленно распространялись слухи, будто они умеют провидеть, увещевать, исцелять. И люди стекались в монастырь, неся свои деньги на содержание монахов. Монастырь ширился, богател. Правда, Петр I, не особенно считавшийся с «пастырями божьими», в 1724 году упразднил Оптинский монастырь, слив его с Белевским. Но буквально через два года, в 1726 году, после смерти Петра I, по настоянию церковников императрица Екатерина I восстановила монастырь. И вот уже в нем возникли роскошный собор, церкви, гостиницы, начала работать лесопилка, еще больше расширились земельные владения, сады, стада животных. В 1821 году при этом монастыре был построен скит. В нем жили отшельники-старцы.

В годы первой русской революции

До конца XIX века Козельск оставался маленьким купеческим городком. В нем не было сколько-нибудь развитой промышленности. По данным статистики, здесь значилось 6100 жителей, 1010 домов (в том числе 48 каменных), 97 лавок и лавочек, 25 трактиров, 10 ларей, одна винная лавка, шесть постоялых дворов, два кожевенных завода, маслобойное заведение, гончарное производство, веревочная фабрика, два кирпичных завода и столько же иконописных заведений.

Помещичьи хозяйства в уезде специализировались на выработке сыра, животного масла, на выращивании фруктов. Сушильни у помещиков Шлиппе и Оболенского готовили сухие фрукты и варенье. Известный садовод Златоустовский в Клыкове выращивал семена и прививки фруктовых деревьев на продажу. Картофель, производимый в помещичьих хозяйствах и скупаемый у крестьян, шел на выработку спирта. Этим производством занимались винокуренные заводы Оболенского в Березичах, Домогацкого в Рогах, Кашкина в Нижних Прысках. Так возникал капитализм в сельском хозяйстве Козельского уезда.

Большим достижением для города и его окрестностей было строительство Данково-Смоленской железной дороги, которая потом называлась Рязанско-Уральской. Она была построена в 1898 году. Затем в 1912 году начал работать новый стекольный завод недалеко от села Березичи и там же — завод плоской черепицы. Оба предприятия принадлежали помещику князю А. Д. Оболенскому. Под Козельском работали две лесопильных рамы: монастырская и городская. Еще одна лесопилка была у купца Клягина под Уколицами. Но объем производства их был незначительным, а техника — чрезвычайно отсталой. Доски готовились здесь пильщиками вручную. На стекольном заводе дули стекло путем тяжелого напряжения легких. О том, как тяжел был труд рабочих на заводах нашего уезда, рассказывает бывший стеклодув Константин Соколов:

«Гута для нас была сущим адом. Страшнейшая жара и никакой вентиляции. Длинный рабочий день и никаких отпусков. Всегдашние попреки мастера и подачки ему. А уж если не подмаслишь — потом натерпишься. На поселке не было ни школы, ни бани, ни больницы. Сколько было обожженных, изувеченных, потерявших раньше времени зрение, ставших туберкулезными, — не счесть».

В конце XIX века в Козельске начал действовать подпольный революционный кружок социал-демократического направления. Его организатором был учитель Дмитрий Васильевич Розанов, который поддерживал тесную связь с А. В. Луначарским и И. И. Скворцовым-Степановым, находившимся в ссылке в Калужской губернии.

На развитие революционной работы в Козельском уезде оказал большое влияние верный друг В. И. Ленина Иосиф Федорович Дубровинский, который с мая по ноябрь 1896 года в качестве сотрудника статистического отделения Калужской губернской земской управы исследовал 20 волостей Козельского уезда. В статистическом описании Калужской губернии он раскрыл истинную картину бесправия и нищеты крестьянских масс. С жизнью наших крестьян и рабочих детально знакомился В. И. Ленин. В своем труде «Развитие капитализма в России» он приводит многочисленные данные о проникновении капитализма в сельское хозяйство Калужской губернии, о нещадной эксплуатации рабочих на заводах Мальцева, на бумагоделательных предприятиях нашей губернии и т. д.

В 1905 г. революционные события в Москве и Петербурге вызвали отклики по всей стране. В октябре прекратилось движение поездов на Рязанско-Уральской железной дороге от станции Киреевской до станции Сухиничи. Забастовали железнодорожники. Начальник жандармского полицейского управления Сухиничского отделения Московско-Киево-Воронежской железной дороги ротмистр В. П. Васильев сообщил прокурору Калужского окружного суда П. Ю. Лошкареву о появлении на станциях и разъездах воззваний, призывающих к забастовкам. В листовках предъявлялись требования улучшить материальное и служебно-правовое положение железнодорожников. Руководство забастовкой на станции Сухиничи осуществляли машинист Григорий Калинин и главный кондуктор Владимир Добытин. Забастовка продолжалась до 24 декабря 1905 года.

В Козельске открыто выразили недовольство рабочие иконописной мастерской П. Е. Балашова. На других предприятиях забастовок не было, так как власти предприняли строгие предупредительные меры, а полиция и жандармерия расставили шпиков и изолировали наиболее опасных лиц. В то время в Козельском уезде находилась рота 222-го Шацкого полка.

Но и эти меры предосторожности не предотвратили революционных выступлений в уезде. В конце ноября 1905 года исправник Козельского уезда Л. В. Рахманов сообщал начальнику губернского управления об усиливающихся волнениях крестьян в уезде. В деревне Копаново были самовольно разобраны хлебозапасные магазины. В Нижних Прысках не ограничились этим и приступили к рубке помещичьего леса. Прысковские крестьяне прекратили всякие платежи казенных повинностей. В селе Кстищи крестьяне предъявили требования управляющему имением помещика Бурнашова Коноплеву: продать им помещичью землю по ценам, которые установит общество. Управляющий имением князя Вяземского Блохин сообщал исправнику, что крестьяне рубят лес и их ничем остановить нельзя. Из деревни Новоселок шла жалоба начальству от помещичьего приказчика: «Нет управы над людьми: разбирают хлеб и скот».

Из конца в конец уезда переливались крестьянские волнения — в Паневе, Жилькове, Глинной, Востах шумели крестьянские сходы, слышались почти одни и те же требования: «Землю отдать, лесом снабдить, налоги сбавить!»

Всеми революционными выступлениями в городе и уезде руководили рабочие-сезонники, которые проходили революционную выучку на предприятиях больших городов и уже не раз привозили в уезд подпольную литературу.

Когда полиция принимала меры к аресту руководителей выступлений, крестьяне в ряде сел оказывали решительное сопротивление. Так было в селе Пронино Коробкинской волости. Полиция хотела арестовать агитатора Якова Леоновича Полякова ночью. Но сельский сторож поднял всех селян. Они взяли колья и вилы. Урядник со стражниками едва вырвались из села. На следующий день в Пронино был послан отряд из 70 стражников с приставом во главе. Но Якова Полякова не нашли, он успел скрыться. В бешеной злобе полиция арестовала девять человек, в том числе отца Полякова Леона. Их судьба была определена резолюцией губернатора А. А. Офросимова: «Продлить срок ареста всем заключенным и представить к высылке в отдаленную местность Леона Полякова, сельского старосту и сторожа ночного на пять лет, а остальных на три года».

Остановить крестьянские волнения было не так-то легко. Они бушевали по уезду и в 1906 и в 1907 годах. Особенно активно выступали против помещиков крестьяне Волосово-Дудинской волости. Сюда несколько раз являлись крупные полицейские силы во главе с вице-губернатором и прокурором. Над крестьянами была учинена жестокая расправа.

Первая русская революция многому научила крестьян Козельского уезда. Они острее почувствовали свои классовые интересы, необходимость союза с рабочими, поняли, что только суровая, беспощадная борьба с помещиками и царизмом избавит их от гнета и эксплуатации. Все это пригодилось им в недалеком будущем.

От покрова до пасхи

Неотступная нужда, тяжелый труд на помещиков и в своем хозяйстве, отсутствие школ и других культурных учреждений — все это лишало крестьян возможности получить образование, приобщиться к культуре. До Октябрьской революции более семидесяти процентов жителей сел Козельского уезда были или вовсе неграмотными или умели только расписаться.

Робкое начало школьного образования крестьянских детей было положено в 1866 году. В сентябре этого года уездное земское собрание решило отпускать из уездной сметы по 100 рублей для тех волостей, которые откроют у себя училища. С того времени сеть школ стала постепенно расти: в 1890 г. в уезде было 34 школы. Содержание земских школ ложилось на плечи самих крестьян. Обучение в школах с несколькими классами было платным, поэтому крестьянским детям приходилось обучаться в них недолго.

Многие школы располагались в неблагоустроенных избах. «Наши школы, — говорится в журнале заседаний земского собрания от 29 сентября 1911 года, — построены 20–30 лет назад усилиями крестьянских обществ без всякого специального указания, носят совершенно тот же характер, что и рядовые избы крестьян… та же постройка на курьих ножках с вечно отваливающейся завалинкой, те же гнилые, ничем не обшитые стены, те же драные, а иногда и соломенные крыши — такова школа снаружи. Внутри она не лучше: размеры класса совсем не сообразуются с количеством учеников. Впрочем, погрешности в сторону простора нигде не замечаются, зато в противоположную сторону уклонение всюду есть, вплоть до таких пределов, что ученики не могут сидеть или стоять плечо в плечо, а должны стоять вполуоборот. И к тому же во многих школах из классного помещения еще выгорожена комната учителя».

Козельск. Женская гимназия.

В старой школе учебный год фактически шел от «покрова до пасхи», то есть около шести месяцев, потому что многие школьники уходили в пастухи, в «мальчики» при разных мастеровых, а некоторые — и с отцами в отход на сезонные работы.

Заслуженная учительница РСФСР Татьяна Федоровна Кашникова, начавшая работать в Полошковской школе в 1911 году, вспоминает:

«У нас было очень много способных учеников и жалко было, что, проучившись всего одну или две зимы, они прекращали ходить в школу.

— Не в попы становить, — говорили обычно в таких случаях родители.

Они брали своих детей из школы не потому, что им не хотелось учить их, а потому, что не было средств, и в крестьянстве уже 8-летний мальчик становился работником».

Старые учителя А. Б. Белов, Г. И. Туков, Е. М. Зобов рассказывают о тяжелом положении работников просвещения. Они должны были угождать инспектору народных училищ, земскому начальнику, дружить с урядником, быть заодно с попом. Все эти чиновники в мундирах и рясах следили за тем, насколько тесно был связан учитель с местным населением, не несет ли он крамолу в народ, какие газеты выписывает и читает, посещает ли церковь. На учителя Владимира Николаевича Кирсанова священник доносил инспектору училищ о том, что Кирсанов отверг приглашение участвовать в церковном хоре. По этому доносу учитель имел от инспектора строгое внушение. Учительницы А. Я. Акимова и А. А. Беляева часто вспоминают, какой нагоняй получали от наблюдателя церковноприходских школ за то, что плохо преподавалось в школе церковное пение.

Были в культурной жизни уезда и отрадные явления. В 1803 г. в Козельске открылась лесная школа. Позднее она была переведена в Петербург и на ее базе организован лесной институт. В 1890 году в Козельске была открыта женская прогимназия, которая в 1909 году была преобразована в женскую гимназию с восьмым педагогическим классом. В 1914 году впервые в Козельске было выпущено 14 учительниц. В 1911 году в Козельске открылась мужская гимназия, а в 1914 году — учительская семинария. Широкой известностью в губернии пользовалось основанное в 1883 году Козельское ремесленное училище, которое готовило слесарей, кузнецов, столяров для промышленных предприятий. Особенно много кадров дало оно для Путиловского завода в Петербурге. Этим объясняется дальнейшая связь путиловцев с Козельском. В 1866 году в Козельске возникла публичная библиотека, в которой насчитывалось 800 томов. С 1908 по 1914 год в нашем городе существовал школьный музей, который выдавал во временное пользование школ уезда учебные пособия и дополнительную методическую литературу.

Интересным событием явился первый в губернии Козельский уездный съезд учителей. Он проходил в мае 1911 года. Присутствовало около 50 человек. Любопытно, что уже тогда учителя ставили вопрос о связи школы с жизнью, решили организовать показательные пришкольные участки, обучать детей ремеслу, прививать им любовь к труду, нести в массы слова просвещения. Жаль, что осуществить все это не удавалось: на пути учителей становились попы, урядники, жандармы.

Не лучше обстояло дело и с медицинским обслуживанием. На всю территорию уезда в 2300 квадратных верст с населением в 138 тысяч человек на медицинскую часть расходовалось 76 тысяч рублей в год, то есть менее 50 копеек на человека. На два города — Козельск и Сухиничи — и на весь уезд было всего пять врачей, 14 человек среднего медицинского персонала, 20 нянек-санитарок и две больницы. Не удивительно, что болезни свирепствовали, смерть уносила ежегодно тысячи людей. Оспа, тиф, венерические болезни, трахома, туберкулез, вшивость были постоянными спутниками деревни.

А как выглядели эти больницы? Вот что писал о состоянии Дудинской больницы 47-му уездному собранию 29 сентября 1911 года врач Д. И. Востров:

«Здание Дудинской больницы, построенное из сырого кирпича в 1891 году, запущено, мрачно, грязно. В палатах и коридорах удушливый воздух. Штукатурка во многих местах отстала, потрескалась и осыпалась. Печи сложены дурно, дымят, покрыты слоем штукатурки, достигающим полтора вершка в толщину. Полы местами разошлись и все нуждаются в окраске. Палаты загромождены настолько, что являются тесными для помещения в них больных. Стенка, выходящая в холодные сени, совершенно сгнила».

Большим событием было открытие аптеки в 1910 году — единственной на весь уезд. Профилактических прививок против инфекционных заболеваний не было совсем.

В 1910 году были осмотрены 3744 ученика. При этом выяснилось поголовное заражение вшивостью, масса случаев трахомы, чесотки и экземы. Все это было результатом отсутствия бань, неграмотности населения и его чрезвычайной бедности.

Козельск и русские писатели

Козельск может по праву гордиться тем, что в нем и в его окрестностях бывали многие выдающиеся деятели культуры. Это пребывание оставило определенный след в их творчестве.

Через Козельск проходил путь А. С. Пушкина из Калуги в Орел. Березическим имением князя Оболенского одно время владел и там работал поэт-баснописец Василий Львович Пушкин, дядя великого русского поэта, которого Александр Сергеевич любовно называл своим парнасским отцом. В. Л. Пушкин до 1816 года часто бывал в имении, отсюда писал письма Вяземскому и другим писателям.

Учитель А. С. Пушкина, знаменитый поэт, родоначальник русского романтизма, талантливый переводчик Василий Андреевич Жуковский был в нашем городе несколько раз. Ведь он родился и рос в селе Мишнево, Белевского уезда, а оно всего в сорока километрах от Козельска. Юного Жуковского возили в Оптинский монастырь. Сюда же он дважды ездил, будучи взрослым, вместе со своим другом и родственником Иваном Васильевичем Киреевским.

В 1837 году В. А. Жуковский снова приезжал в Козельск. Об окрестностях города у поэта остались отрадные впечатления.

Оптино — в наши дни северо-восточная часть города. Здесь погребены два замечательных человека — братья Киреевские.

Старший Иван Васильевич (1806–1856) был выдающимся публицистом, создателем и редактором журнала «Европеец». Журнал этот был запрещен царским правительством «за вольнодумство». И. В. Киреевскому принадлежат повести и романы: «Две жизни», «Остров» и другие, а также знаменитые критические работы об А. С. Пушкине, А. С. Грибоедове, И. А. Крылове. В своих произведениях критик дал в основном верную оценку творчества этих великих писателей.

Иван Киреевский знал восемь языков, был талантливым переводчиком, находился в личной близости с А. С. Пушкиным. Великий поэт назвал И. В. Киреевского одним из создателей истинной критики. Иван Васильевич пользовался уважением и многих других писателей. Это об Иване Киреевском сказал А. И. Герцен: «Что за прекрасная, сильная личность Ивана Киреевского. Таких людей нельзя не уважать».

Н. В. Гоголь в письме к Плетневу также указывает на прекрасный ум Киреевского. В. А. Жуковский назвал Киреевского знатоком и владыкой могучего русского языка. Верную и всестороннюю оценку творчества Киреевского дал Д. И. Писарев. Он отметил горячую любовь И. В. Киреевского к народу, его впечатлительность, восприимчивость, отзывчивость. Но Писарев справедливо критиковал И. В. Киреевского за то, что он не указывал правильных путей к народному освобождению, а видел идеал Руси в допетровской древней цивилизации. И. В. Киреевский был славянофилом, а славянофильство, по образному выражению Д. И. Писарева, — это «донкихотство, всегда искреннее, часто трогательное, большей частью несостоятельное».

Иван Васильевич Киреевский.

Для Ивана Киреевского была характерна утопичность взглядов, а также ошибочная установка, будто новая цивилизация будет развиваться на основе христианской нравственности. Мысль о торжестве социалистических начал в будущем у Киреевского правильная, но путь, который он предлагает — через религиозное самоусовершенствование — был глубоко ошибочным.

Здесь сказалось влияние на Киреевского монахов Оптинского монастыря. Они постарались привлечь талантливого писателя к себе. С 1842 года наставником И. В. Киреевского становится оптинский старец Макарий. Он заставил И. В. Киреевского приезжать каждое лето в Оптино и жить здесь не меньше двух недель, участвовать в литературной обработке и редактировании многочисленных религиозных листовок и книжонок, издаваемых в Оптинском монастыре.

Десятого июня 1856 года И. В. Киреевский поехал в Петербург на свидание с сыном, который заканчивал учебу в лицее. В дороге он заболел холерой. На второй день по прибытии в столицу скончался на руках у сына.

Петр Васильевич Киреевский (1808–1856) в течение двадцати пяти лет собирал и литературно обрабатывал народные песни. Почти каждое лето он проводил в родном селе Долбино и в Оптине. Сюда многочисленные добровольные помощники слали тексты песен. Целую тетрадь — пятьдесят песен, собранных в Псковской губернии, — прислал Киреевскому А. С. Пушкин. Слали ему песни Н. В. Гоголь, А. В. Кольцов, знаменитый составитель толкового словаря В. И. Даль и другие. Из Белоруссии было прислано более пятисот народных песен. В Оптине при библиотеке был сосредоточен специальный уголок Киреевского, и хотя монахи готовы были избавиться от светской литературы, им пришлось мириться: слишком большим авторитетом пользовался Петр Киреевский.

Петр Васильевич Киреевский устанавливал, где и когда песня родилась, каков ее характер, кто и как ее исполняет. Надо сказать, что Петр Киреевский сам страстно любил музыку и хорошо играл на фортепьяно. В монастыре не разрешалось светской игры. И Киреевский снял флигерь у купца Демидова в Козельске на Калужской улице. Здесь он и проверял свои музыкальные записи. Собранные Петром Киреевским песни занимают три с лишним тысячи страниц. В одном из стихотворений Языков сказал о Киреевском так: «Своей народности подвижник просвещенный». Впрочем, подвижничество это было не весьма благодарно по тогдашним условиям: при жизни Киреевского из более чем семи тысяч собранных и записанных песен только семьдесят одна увидела свет да и то пятьдесят пять песен были духовного содержания. Надо отметить, что Петр Киреевский был менее набожным, чем брат. Но монахи старались и его привлечь к себе. В одном из писем к Петру Киреевскому старец Макарий советует ему отрешиться от собирания «греховных песен», а собирать лучше духовные, божественные песнопения. Петр Киреевский, не прекращая сбора обычных песен, стал собирать и духовные песни.

Главное внимание Петр Киреевский уделял историческим, обрядовым, свадебным песням. Эти веселые и грустные творения народа отражают его жизнь, борьбу, невзгоды и победы. И. С. Тургенев назвал собранные Киреевским песни об Илье Муромце, об Анике-воине, о Кащее Бессмертном, о Потоке-богатыре и другие «удивительными песнями».

Петр Киреевский исходил пешком почти все деревни Козельского и Белевского уездов, слушая певцов и певиц. В Оптинском «странноприимном» доме он платил деньги нищим за исполнение простых народных песен.

Помещики называли Петра Киреевского чудаком. Козельскому городничему он показался даже подозрительным. Только вмешательство знавших его купцов спасло талантливого этнографа от преследования. Но П. В. Киреевский не отступал. Одетый в простую венгерку, подстриженный в кружок, он продолжал ходить по деревням, а потом долго сидел и обрабатывал собранные и присланные песни.

Петр Васильевич Киреевский.

Слава о труде Петра Киреевского перешла русскую границу. Известный чешский деятель П. И. Шафарик еще в 1836 году писал историку М. П. Погодину: «Что делает П. В. Киреевский со своим собранием народных песен? Ради бога, не должен он более откладывать. Время летит. Мы желаем воспользоваться этим сокровищем, пока живы».

Но тяжелый труд и глубокие переживания по поводу смерти любимого брата прервали деятельность Петра Киреевского в самом расцвете: через четыре месяца после скоропостижной гибели Ивана Киреевского скончался Петр и был похоронен рядом с братом в Оптинском монастыре. Узнавший об этом И. С. Тургенев писал из Парижа С. Т. Аксакову: «Как мне жаль обоих Киреевских — передать вам не могу».

Великий русский критик В. Г. Белинский считал, что поэтический талант М. Ю. Лермонтова не был в его время одинок: «Подле него блестит в могучей красоте самородный талант Кольцова, светится и играет переливными цветами грациозно-поэтическое дарование Красова».

Василий Иванович Красов родился 23 ноября 1810 года в г. Кадникове, под Вологдой. Учился в Московском университете вместе с В. Г. Белинским, М. Ю. Лермонтовым, И. А. Гончаровым. Затем преподавал в Черниговской гимназии, был помощником профессора Киевского университета, но из-за незнатности рода не был допущен к защите диссертации магистра и возвратился в Москву.

В 1854 году В. И. Красов в крайней бедности умер от чахотки.

В общении с русской природой, в поэтическом отражении русской жизни В. И. Красов находил истинное вдохновение. В 1841 году, когда, казалось, иссякли поэтические силы, Красов выехал на лето и осень к своему другу, опальному помещику декабристу Сергею Николаевичу Кашкину. В селе Нижние Прыски Козельского уезда поэт прожил с мая до октября. В рукописном отделе Государственной ордена Ленина библиотеки имени В. И. Ленина сохранились подлинные тексты писем В. И. Красова из Нижних Прысков издателю журнала «Москвитянин» профессору М. П. Погодину. В одном из писем Красов просит поместить в журнал пьеску: «Если для Вашего журнала захотите иметь мою работу в прозе, Вам только стоит известить об этом меня в Нижние Прыски». В другом письме В. И. Красов рассказывает, над чем он работает в Нижних Прысках: «Сколько нового за душой: песни новгородского удальца, где должна кипеть вся широкая богатырская отвага древней Руси».

В письмах В. И. Красов говорит о том благодатном влиянии, которое оказывает на него жизнь в деревне: «В деревне во время моих прогулок по рощам стихи у меня родятся так легко и нечаянно, как грибы».

Поэт спешит использовать время пребывания в Нижних Прысках, чтобы «…в это лето и осень кое-что сделать порядочное. А то молодости уже след простыл. Жизнь сурово требует отчета: пора!»

Неподалеку от Козельска в г. Лихвине (ныне г. Чекалин) 12 января 1837 года родился Василий Иванович Богданов — талантливый поэт «Искры», создатель знаменитой «Дубинушки» и многих других песен и стихов, проникнутых ненавистью к эксплуатации, к войне, к расправе над революционерами. Василий Богданов учился в Калужской губернской гимназии и во время каникул с отцом не раз выезжал в Козельский уезд, к своим родственникам.

После окончания медицинского факультета Московского университета В. И. Богданов недолго проживал в Лихвине и отдыхал в деревнях Козельского уезда, потом уехал в Петербург, где два года работал в больнице для чернорабочих. Именно тогда он стал сотрудником сатирического журнала «Искра», ближайшего собрата «Современника». В. И. Богданов был учителем будущей жены Л. Н. Толстого — Софьи Андреевны Берс, ее сестры и братьев.

В должности врача Богданов совершил кругосветное путешествие и впечатления от него выразил в ряде общественно-политических стихотворений, направленных против войны, колониализма и угнетения. Он был одним из первых поэтов-публицистов, умевших создать политически заостренные произведения, направленные на решение острых злободневных вопросов. Он призывал изменить условия жизни трудящегося люда, требовал «лекарства» от бедности и восклицал: «Пусть у нас навек исчезнут все мытарства эксплуатируемых масс». Что-же касается религиозности, которую пробовал воспитать в Василии Богданове его отец, то от нее и следа не осталось. Увидев в Оптинском монастыре роскошь и тунеядство, Василий Богданов пишет, что в недалеком будущем исчезнут

Автор многочисленных исторических драм, стихотворений, баллад, повестей, афоризмов Алексей Константинович Толстой жил в Козельске в 1850 и 1851 годах, когда он, как член сенатской комиссии, ревизовал Калужскую губернию. Алексей Константинович поселился в доме промышленника, владельца канатной фабрики Брюзгина и вместе с любителем старины А. К. Жизневским внимательно осматривал окрестности нашего города, интересовался его историей, наслаждался красотой окрестностей.

В это время он и замыслил свой знаменитый роман, в котором хотел показать историю времен Ивана Грозного, а кстати и отразить моменты обороны русских против татар.

Алексей Константинович мастерски, как подлинный художник, показал величие природы нашего края. Вспомните описанные в романе «Князь Серебряный» «…косые лучи заходящего солнца, позлащавшие увядающие ветви густых кленов», алые лепестки последних цветов шиповника, усеявшие черную одежду Елены, склоненную жимолость или реку, пробиравшуюся меж камышей и сверкающую сквозь густую зелень, и вы поймете, что природа в романе живет, что без нее герои выглядели бы бледнее, а сам оттенок грусти и скорби не был бы столь очерченным и глубоким. Значит, не зря так присматривался А. К. Толстой к удивительной красоте козельских лесов и рек. Хорошо описаны в романе глухой и мрачный бор у берегов Жиздры, лесная тишина, нарушаемая лишь стуком дятла да шуршанием веток от беличьих прыжков, звучные переливы протяжной песни под могучим навесом дерев и земляной вал у реки.

А. К. Толстой в своих письмах неоднократно отмечал, что места у Жиздры незабываемы и что трудно даже определить, что здесь интереснее — природа, история или люди. «Скорее всего, — говорил он, — все вместе и в равной степени».

Бессмертные подвиги дружин защитников Москвы, отдавших свои жизни на берегах Жиздры, так же, как и сами эти берега, вдохновили талантливого писателя на создание прекрасного исторического произведения.

В июне 1850 года к Ивану Киреевскому в село Долбино приехал в гости Николай Васильевич Гоголь. Великий писатель готовился к тому, чтобы в зиму этого года окончить второй том «Мертвых душ». Ему нужно было «хорошенько поработать в ненатопленном тепле с благотворными прогулками по воздуху», чтобы силы пришли «в состояние полного вдохновения». Гоголь рассказал Киреевскому, что хочет погулять по живописным местам, побольше повидать простых людей, накопить материал, творчески переработать его. «Тогда, — говорил Гоголь, — я в один день буду делать больше, чем в месяц».

Иван Васильевич живо слушал человека, перед которым всю жизнь преклонялся, и, сдерживая стеснение перед ним, нерешительно сказал:

— А что, если вам поехать под Козельск, в оптинские окрестности?

И он просто, но ярко обрисовал Гоголю живописность этих мест, где в долине Жиздры, в сосновом бору можно отдохнуть лучше, чем в Коринфе или Бейруте. Великий писатель заинтересовался рассказом Киреевского. И тут же, в Долбине, 19 июня 1850 года он вручил Киреевскому личное послание к оптинскому иеромонаху Филарету: «Мне нужно быть в Оптиной пустыне». Гоголь указывает, что в Оптино, среди прекрасной природы, он хочет получить пополнение творческого вдохновения, «возвести себя до той чистоты, которой должен достигнуть писатель, дерзающий говорить о святом и прекрасном». Под святым и прекрасным Гоголь понимал страстное желание России освободиться от пут дикого угнетения и бесправия.

Получив письмо от великого писателя, иеромонах Филарет поднял на ноги весь монастырь, а настоятель связался с калужским епископом, запрашивал инструкции на случай приезда Гоголя. «Духовные отцы» решили выслужиться перед царизмом и совершить над Гоголем то, что не посмели совершить ни жандармы, ни наемные убийцы. Игумену было дано строгое указание убедить писателя в греховности его помыслов, попытаться заставить отречься от «Мертвых душ». Из монастыря пошло письмо к духовнику Гоголя с просьбой торопить писателя ехать в Оптину пустынь.

Однако в 1850 году Гоголь, усиленно работая над «Мертвыми душами», отложил поездку. В сентябре 1851 года Николай Васильевич был приглашен на свадьбу сестры на Украину. Доехав до Калуги, он внезапно почувствовал припадок грусти.

«Нервы мои, — писал он матери, — от всяких тревог и колебаний дошли до такой раздражительности, что дорога, которая всегда была для меня полезна, — теперь стала вредна». И вот Гоголь поворачивает на Козельск, едет в Оптино. Здесь по личному указанию архимандрита Моисея писателя начали шантажировать. Уже через восемнадцать лет после смерти Н. В. Гоголя в революционно-демократическом журнале «Искра» было помещено письмо Плетнева к Жуковскому, а в нем, между прочим, говорилось:

«Так еще осенью, отправляясь в Малороссию на свадьбу сестры, он (Гоголь) заехал дорогою в Оптин монастырь и обратился к одному монаху, чтобы тот дал совет: в Москве ему остаться или ехать к своим. Монах, выслушав рассказ его, присоветовал ему последнее. На другой день Гоголь опять пришел к нему со своими объяснениями, после которых монах сказал, что лучше решиться на первое. На третий день Гоголь явился к нему снова за советом. Тогда монах велел ему взять образ и исполнить то, что при этом придет ему на мысль. Случай благоприятствовал Москве. Но Гоголь и в четвертый раз пришел за новым советом. Тогда вышедший из терпения монах прогнал его».

Этот отрывок из письма Плетнева говорит о том, что Гоголь не доверял оптинскому старцу, а перепроверял его предсказания. Монах же с целью внушения давал советы, один противоположный другому.

Гоголь не воспринял ничего полезного из встреч с монахами Оптинского монастыря. Зато многое получил из бесед с крестьянами села Прыски, которых посетил в те же дни. По свидетельству современников, Гоголь «вставал обыкновенно в пять часов, умывался и одевался без помощи слуги и выходил в сад. Там он беседовал с садовником, работавшими в саду крестьянами, подолгу всматривался в их лица, иногда что-то записывал».

Из козельских мест Гоголь вынес много интересных народных советов, впечатлений, материалов для решения своих творческих планов. Один такой народный совет — как излечиться от слепоты — он приводит в письме В. А. Жуковскому 2 февраля 1852 года, то есть буквально накануне своей смерти.

Под влиянием впечатлений, полученных в Оптинском монастыре, Н. В. Гоголь делает правку во втором томе «Мертвых душ», в эпизоде с Хлобуевым. Капиталист Муразов рассказывает Хлобуеву о своем посещении монастыря и о беседе с «затворником», который «ничего не видит». Этого в первоначальной редакции не было. Не было и совета Хлобуеву идти по Руси, быть ближе к народу, страдать во имя счастья ближних. Такой совет порожден беседами Гоголя с крестьянами козельских деревень.

Приехав в Москву из поездки в Калугу и Козельск, Гоголь был полон надежд на то, что допишет второй том «Мертвых душ». В письме А. С. Данилевскему он извиняется: «Не гневайся, что мало пишу: второй том, который требует около себя возни, причина всего. Ты на него и пеняй. Может, я его привезу летом сам, а может быть, в начале весны». Это Гоголь писал в конце 1851 года. Но вскоре под влиянием нахлынувшей волны психического расстройства, немалую роль в котором сыграли письма и наставления его духовников-монахов, Гоголь сжег почти законченный второй том «Мертвых душ», и до нас дошли только уцелевшие отрывки.

Поездка в козельские места была последней поездкой Гоголя в Россию. Главное впечатление об этой поездке выражено в его восклицании: «Грустно и даже горестно видеть вблизи состояние России. Но мы должны с надеждой и светлым взором смотреть в будущее».

На улице имени пионера Никиты Сенина в Козельске стоит старинный особняк с мезонином — дом № 48. В этом доме, принадлежавшем ранее уездному казначею К. И. Вялкинскому, трижды останавливался и по нескольку дней проживал великий русский писатель Иван Сергеевич Тургенев.

Козельский и Жиздринский уезды бывшей Калужской губернии занимали в жизни И. С. Тургенева немалое место. Здесь писатель часто охотился. Все, видимо, помнят начало первого рассказа из цикла «Записки охотника» — «Хорь и Калиныч», где Тургенев явно симпатизирует калужским местам. В Козельском уезде (ныне Ульяновский район) Тургенев останавливался вблизи села Афанасова в деревушках, ныне носящих названия Хоревка и Тургеневка. Здесь живы потомки описанного Тургеневым Родиона Хоря — предприимчивого и уверенного в своей силе крестьянина, смело глядящего вперед и любящего разумные и полезные новшества.

Дом К. И. Вялкинского — место остановок И. С. Тургенева в Козельске.

О пребывании Тургенева в самом Козельске свидетельствовали дневниковые записи бывшего уездного казначея Капитона Ивановича Вялкинского. Записи эти хранила его внучка учительница-пенсионерка Е. Н. Сахарова. Незадолго до смерти она их переслала в Москву. В одной из записей значится: «Вчера на нас навалилась невероятная радость: приехал на охоту Иван Сергеевич Тургенев и по добрым советам остановился у меня. Выбрал комнатку на балконе, хотя я и рад был зал предоставить. Собеседник он хороший, человек невзыскательный, любит выспрашивать, особливо об охоте».

Через неделю Вялкинскиу писал: «Тургенев шесть дней охотился, приходил поздно, уходил чуть свет, так что мы его почти и не видели. Вели беседы, да накоротке. Хвалит наши места. Говорит: они густы дичью, да и красотой не обижены».

Приезд на охоту в козельские места отмечен и в письмах самого Тургенева. Рассказывая о невеселой жизни в Спасском и в Тургеневке, куда он был сослан по приказу царя в мае 1852 года, великий писатель указывал, что он томится в ссылке, страшно скучает в уединении, когда «бесцветные дни однообразно и быстро скользят друг за другом, как дождевые капли осенью по стеклам». «Жду не дождусь дней, когда поеду за тетеревами в Козельск и Жиздру, за болотной дичью в Карачев и Епифань», — уведомляет он своего друга П. В. Анненкова.

Поехать на охоту в Козельский и Жиздринский уезды Тургенев порывается еще в июле 1855 года. Однако здесь тогда свирепствовала холера, и поездку пришлось отложить. Но уже 3 августа этого года Тургенев писал С. Т. Аксакову: «Теперь она (холера) заметно ослабла и я, может быть, решусь отправиться верст за сто на дупелей. Собаки славные, ружья отличные, места открыты удивительные». Ту же мысль И. С. Тургенев продолжал в письме к Н. А. Некрасову: «Охотники мои вернулись оттуда и рассказывают чудеса про тамошние места. Что делать! Охоту я люблю страстно».

Накануне отъезда из Спасского И. С. Тургенев писал В. П. Боткину, что будет в отсутствии почти месяц, так как будет бить тетеревов в Жиздринском и Козельском уездах.

Но не одни тетерева привлекали в наших местах И. С. Тургенева, его интересовала вся природа, а главное — народ. Одним из результатов наблюдения за жизнью в Козельском уезде явилась повесть «Собака», написанная в 1864 году. Это довольно большое произведение написано за два дня. 22 марта 1864 года Тургенев писал П. В. Анненкову:

«И вдруг на меня нашел какой-то стих, и я, как говорится, не пимши, не емши, сидел над новой повестушкой, которую сегодня кончил и сегодня же прочел в маленьком обществе, причем получил необыкновенный успех». Это была повесть «Собака». В ней прекрасно описана природа наших мест. Средства художественной выразительности достигли удивительной красоты. Недаром А. П. Чехов писал: «Очень хороша «Собака». Тут язык удивительный. Прочтите, пожалуйста, если забыли».

В 1848 году двадцативосьмилетний отставной инженер-поручик Федор Михайлович Достоевский и двадцатилетний чиновник из села Нижние Прыски, сын декабриста, Николай Сергеевич Кашкин познакомились в кружке Петрашевского. Здесь были организованы чтения знаменитого письма Белинского к Гоголю, отсюда распространялась литература, направленная на борьбу с самодержавием и крепостничеством.

И вот молодые друзья на эшафоте. После восьмимесячного пребывания в Петропавловской крепости их лишили дворянства и приговорили к смертной казни. Они одеты в саваны смертников. Перед ними строй солдат с ружьями наперевес. Скоро раздастся команда «пли», и все будет кончено. Но вот стоявший у края эшафота Николай Кашкин по-французски шепнул Достоевскому:

— Мне только что мигнул обер-полицмейстер: казни не будет.

Оказывается, в последние минуты перед казнью царь решил прикрыть «милостью» свою звериную жестокость. Он заменил расстрел каторгой и солдатчиной. При прощании Кашкин и Достоевский условились, что они, если будут живы и вернутся из солдатчины, непременно встретятся в Нижних Прысках.

Каторга искалечила Достоевского физически, повлияла на его мировоззрение. И все-таки у писателя не иссякли воспоминания о старых друзьях, он почти непрерывно поддерживал переписку с Кашкиным, звал его жить в столицу, но старый друг отвечал: «Я хочу жить и умереть в Прысках».

В мае 1878 года у Достоевского умер любимый сын Алексей. Друзья предложили Федору Михайловичу найти утешение в поездке к старому приятелю Кашкину, тем более что рядом с имением этого человека был расположен Оптинский монастырь, где Достоевский хотел найти нужный материал к уже задуманному роману «Братья Карамазовы». Достоевский выехал в Козельск вместе с Владимиром Соловьевым, известным публицистом и поэтом. В Оптине ему был предоставлен для пребывания небольшой домик в скиту. Он сохранился до сих пор. Достоевский посещал и город и имение Кашкиных.

Чем же занимался в Оптине и в Нижних Прысках Ф. М. Достоевский? Он, как свидетельствует Соловьев, много беседовал с людьми разных сословий, писал, перечитывал и перечеркивал, вновь писал, иногда засиживаясь до глубокой ночи.

В письме к И. С. Аксакову Федор Михайлович указывал: «Кончаю Карамазовых… теперь подводится итог тому, что три года обдумывалось, записывалось. Надо сделать хорошо, то есть, по крайней мере, сколько я в состоянии. Пришло время, что все-таки надо кончить и кончить не оттягивая».

Николай Сергеевич Кашкин.

В доме-музее Достоевского в Москве на видном месте помещена фотография Оптинского монастыря в том виде, в каком застал его Достоевский. Писатель в романе «Братья Карамазовы» назвал Оптино замечательным местом и подробно обрисовал его окрестности. Много раз Достоевский возвращается к дороге от города к монастырю с поворотом на половине пути, где начинается аллея из ракит. Помните, как именно под первой уединенной ракитой ожидал Митя Алешу с вестями от Катерины Ивановны. Достоверно описывается скит с расписными воротами и клумбами, с редкими и прекрасными цветами, одноэтажная деревянная хибарка старца с галереей при входе, скитская пасека, старый огромный вяз у скита, могильные памятники у монастырского собора, река у подножья монастыря, озеро с пескарями и многое другое, что сохранилось до наших дней.

Обычно Достоевский в своих произведениях не любил рисовать пейзажи. Но в наших живописных местах он с большой силой описал свежую тихую ночь у скитского озера, белые башни, сверкающие на яхонтовом небе, заснувшие цветы и необычную земную тишину. Пейзаж помог Достоевскому оттенить настроения и переживания людей. Мрачные думы Алеши при расставании с братом Иваном кажутся более ощутимыми, когда прочтем только одну фразу: «Поднялся опять, как вчера, ветер, и вековые сосны мрачно зашумели кругом его, когда он пошел в скитский лес».

В наших местах Достоевский отмечал факты и явления, которые потом вошли в роман как суровое обвинение крепостничеству. Случай, когда генерал затравил собаками ребенка на глазах матери, имел место в деревне Лубны — и имении генерала Зеленого.

Прототипом старца Зосимы явился оптинский иеросхимонах Амвросий. Достоевский много с ним беседовал, читал его поучения, стремился показать его как идеал добра и смирения. Но логика развития действительности оказалась сильнее субъективного, ложного в авторских представлениях. И Зосима выглядит нерешительным, прячущимся за святые писания. Его лечения кликуш Достоевский разоблачает как результат самовнушения верующих и больных женщин. Еще при жизни Зосиму прочили в святые, а едва он умер, как труп его разложился, и монах Феропонт закричал: «Поган, а не свят».

Один из героев романа Миусов говорит о монахах: «Веками вырабатывалась наружность, а в сущности шарлатанство и вздор». Другой герой романа прямо в лицо игумену заявляет: «Нет, монах святой, ты будь-ка добродетелен к жизни, принеси пользу обществу, не заключаясь в монастыре на готовые хлеба и не ожидая награды там наверху, — так-то потруднее будет. Это мужик русский, труженик, своими мозольными руками заработанный грош сюда несет, отрывая его от семейства и от нужд государственных. Ведь вы, отцы святые, народ сосете!»

В своем романе Достоевский хорошо показал разложение и духовный крах дворянства. Этому в какой-то мере способствовало его знакомство с бытом и нравами помещиков Козельского уезда, наставников и обитателей монастыря.

В жаркий июньский полдень Достоевский покинул Оптинский монастырь. Через полгода он завершил роман «Братья Карамазовы» и вскоре умер, надломленный неустанной работой и тяжелыми условиями жизни.

Талантливый русский поэт и писатель Алексей Николаевич Апухтин значительную часть своей жизни и творчества связал с Козельским уездом. Он родился в 1841 году в городе Волхове, но летние месяцы проводил в родовом имении — деревне Павлодар (Павлово), входившей тогда в состав Бетовской волости Козельского уезда. Милые сердцу деревенские картины Апухтин хорошо отразил в ряде стихотворений. В Козельском уезде в 1853 году юный Апухтин написал одно из первых своих стихотворений «К родине». Здесь же он, уже будучи взрослым, создал ряд знаменитых стихов, которые были позднее положены на музыку П. И. Чайковским и другими выдающимися композиторами. О романсах Апухтина с восторгом отзывались И. С. Тургенев и А. А. Фет. Апухтину принадлежит несколько прозаических произведений, интересных своими сатирическими тенденциями в обрисовке аристократии. Привязанность к нашим местам, неиссякаемая память о них дали право писателю присвоить одной из героинь своей повести фамилию Козельская.

Алексей Николаевич Апухтин.

Еще в детстве и юности А. Н. Апухтин ежегодно посещал козельский Оптинский монастырь. Мать поэта Мария Желябужская старалась привить своему первенцу набожность, но Алексея Николаевича интересовало в Оптине другое. В воспоминаниях о своих посещениях Оптина Апухтин отмечает, что ему не импонирует монастырская жизнь, зато нравятся красоты здешней природы. Неизгладимое впечатление произвел, например, цветник в скиту: «Такой массы и таких чудных цветов, как в Оптинском скиту, я уж потом во всю свою жизнь не знал. Мне теперь кажется, что я видел там голубую георгину даже». Впечатления об оптинских окрестностях, а также свои взгляды на монастырскую жизнь А. Н. Апухтин обобщил в лучшей своей поэме «Год в монастыре». В ней он осуждает мир богатых тунеядцев:

Герой поэмы хочет найти спасение в монастыре, но, убедившись в том, что он ошибся, бежит оттуда. И именно в миг разрыва с монастырем «радость страшная всего зажгла и воскресила». Эта радость заключена в симпатиях к труду. Очень хорошо описал поэт зимний пейзаж оптинского леса, куда герой поэмы пошел рубить дрова. Простой труд А. Н. Апухтин ставит несравненно выше светских развлечений и удовольствий:

Лев Николаевич Толстой был в козельских местах шесть раз. Первое посещение относится к 1841 г., второе — к 1877 г. В это время писатель, заканчивая роман «Анна Каренина», старался уточнить правильность созданных им образов, хотел поближе познакомиться с крестьянским бытом. Вместе с известным критиком и философом Н. Н. Страховым (1828–1896) Толстой предпринял поездку из Ясной Поляны в Тулу, Калугу и Козельск. В Калуге, на станции, Толстого встретил его старый друг князь Д. А. Оболенский, о котором Лев Николаевич еще в «Воспоминаниях детства» отзывался с теплотой и радушием. Оболенский повез Л. Н. Толстого в Оптино. 26 июля Лев Николаевич писал своей жене: «Пишу тебе, милый друг, из гостиницы Оптиной. Приехали мы прекрасно, благодаря Оболенскому… Я здоров и мне очень приятно».

Сын Д. Оболенского Алексей Дмитриевич так описал этот приезд Л. Н. Толстого в Оптино: «Он остановился в так называемой странноприимной гостинице, всегда битком набитой разным народом. Отец мой, знавший давно Льва Николаевича, решил позвать его к нам в гости. В это лето у нас гостило довольно много знакомых, в том числе был и Н. Г. Рубинштейн, так что мы могли угостить Л. Н. Толстого и хорошей музыкой. Мы все поехали в монастырь. Отец пораньше, к обедне, а я и другие молодые, не особенно любящие молиться, позднее. Целой гурьбой вошли мы в гостиную, где уже сидели наши и разговаривали с Львом Николаевичем».

Весь день 26 июля Толстой осматривал окрестности монастыря, говорил с посещающими монастырь простолюдинами, восхищался при виде кедровой рощи, красивых озер и гигантского бора, ночевал в Оптине, а утром поехал через город в имение князя Оболенского, которое тогда находилось на северо-западной стороне села Березичи. В рукописях писателя сохранились краткие, но интересные записи из его наблюдений за природой здешних мест: «Пригорок над рекой весь как в бархате, в мягкой зелени мха», «…воздух свежий. Взор отдыхает на неподвижной темно-зеленой опушке леса», «После дождя, на закате солнца вся зелень разбухла, размокла густо и матово».

В имении Оболенского Толстой провел весь день и вечер, с интересом слушал игру замечательного пианиста Н. Г. Рубинштейна — основателя Московской консерватории. Здесь же Толстой прочитал два отрывка из восьмой части «Анны Карениной».

В разговоре с женой Лев Николаевич отмечал, что поездка в козельские места обогатила его большими впечатлениями.

В третий раз Л. Н. Толстой посетил Оптино в 1881 году. Пешком с крестьянином С. П. Арбузовым и учителем Д. Ф. Виноградовым отправился он 10 июня из Ясной Поляны. Ночевали в деревнях, в крестьянских избах, большей частью в сенях, на полу. Опять-таки по дороге Лев Николаевич делал краткие записи, которые, однако, составили восемнадцать страниц его записной книжки 1881 года. Здесь много пословиц, крылатых слов, фразеологизмов. Часть из них вошла в драму «Власть тьмы» и в другие произведения.

Пройдя через Крапивну, Одоев и Белев, Толстой и его спутники вышли в селения Козельского уезда. В записной книжке помечено, что они прошли деревни Овсянниково, Косынь (ныне Сенино), Красный Клин, Сосенские Дворики (ныне деревня Сосенка).

На пятый день путешествия, 14 июня, Толстой и его спутники прибыли в Оптино. Лев Николаевич пришел босым с лаптями и котомкой за плечами. Так он и вошел в гостиницу.

— Куда? — громко заорал монах, ведающий гостиной.

— Нам бы ночевать.

— Да знаешь ли ты, куда прешь? — уже более грозным голосом закричал монах.

— Понятно — знаю: в гостиницу.

— То-то, в гостиницу. Да разве тебе тут место? Марш в странноприимный дом!

Делать было нечего, Толстой ушел. В странноприимном доме он передал привратнику свою визитную карточку, а сам разместился среди пестрой и оборванной толпы простонародья. Вместе с нищими Толстому пришлось и ужинать, так как в трапезную их не пригласили. Между тем визитная карточка графа Толстого наделала переполох. Игумену пришлось извиняться перед Толстым и пригласить его в главную гостиницу. Странным показалось настоятелю, что светлейший граф с каким-то неудовольствием стал собирать свои пожитки.

Впрочем, более странное ожидало настоятеля и старца Амвросия на следующий день, когда Лев Николаевич вступил в спор с настоятелем и старцем и буквально разгромил их.

— Мне только что здесь, в Оптине, передали ответное письмо от обер-прокурора святейшего синода Победоносцева. Он пишет, что не будет передавать мои письма царю, уверяет, что его религия не схожа с моей. Разве у нас две религии? Где же правда? Почему молчат монастыри и церкви, когда казнят народных заступников? Почему вы слепо преклоняетесь перед царем?

Амвросий стоял, маленький и жалкий, не в силах что-либо противопоставить веским аргументам бородатого человека в простой холщовой рубашке. Сославшись на недомогание, Амвросий перешел к более легкому делу — к беседе с богомольцами. Толстой слушал эту беседу, а потом записал в своей тетрадке, как к старцу приходили бабы и спрашивали: «Выйдет ли дочь замуж?», «Жить ли с деверем?», «Поминать ли мужа? (он опился на крестинах)».

Толстой не приводит ответов Амвросия, но уже само перечисление вопросов дает представление о характере этих бесед. Разговор с игуменом также не принес Толстому удовольствия. Зато истинное удовлетворение получил он от бесед с крестьянами окрестных деревень, работавшими в монастыре на правах батраков. На поляне у пруда Толстой отвечал на самые животрепещущие вопросы народной жизни. Эти беседы встревожили монастырское начальство, и Толстому в вежливой, но ясной форме рекомендовали покинуть монастырь.

19 июня Лев Николаевич возвратился в Ясную Поляну. В своем письме к И. С. Тургеневу от 26 июня 1881 года Лев Николаевич отмечал: «Паломничество мое удалось прекрасно. Я наберу из своей жизни годов пять, которые дам за эти десять дней».

Действительно, это путешествие очень много дало для творчества Л. Н. Толстого. Сюжеты ряда нравоучительных рассказов были навеяны Толстому беседами с крестьянами и рассказами странников в странноприимном доме.

Поездка Л. Н. Толстого в Оптино в 1890 году была своеобразным продолжением поездки 1881 года. На этот раз споры были более горячими и непримиримыми, чем девять лет назад. Спор со старцем Амвросием кончился тем, что о «святом отце» Толстой записал в своей тетради: «Амвросий жалок до невозможности. По затылку бьет, «учит» и не видит, что нужно». А в отношении всех монахов Оптинского монастыря Лев Николаевич сделал такой вывод: «Горе им. Они живут чужим трудом. Это — святые, воспитанные рабством. Монастырь — духовное сибаритство».

В это же посещение Оптина Л. Н. Толстой столкнулся в споре с одним из бывших друзей — романистом, критиком и публицистом К. Н. Леонтьевым, ярым реакционером, кончившим свой путь переходом в монастырь. Леонтьев об этой встрече с Толстым писал: «Он неисправим. Был любезен, но два часа спорил. Во время разговора я сказал: «Жаль, Лев Николаевич, что у меня мало фанатизма. А надо бы написать в Петербург, где у меня есть связи, чтобы вас сослали в Томск и чтобы не позволили ни графине, ни дочерям вашим посещать вас и чтобы денег вам высылали мало. А то вы положительно вредны». На это Лев Николаевич с жаром воскликнул: «Голубчик, Константин Николаевич! Напишите, ради бога, чтобы меня сослали. Это моя мечта. Я делаю все возможное, чтобы компрометировать себя в глазах правительства, и все сходит мне с рук. Прошу вас: напишите».

Сам Л. Н. Толстой в дневнике о встрече с К. Н. Леонтьевым записал: «Был у Леонтьева. Прекрасно беседовали. Он сказал: вы безнадежны. Я сказал ему: а вы надежны. Это выражает вполне наше отношение к вере».

Здесь же, в Оптине, Толстой сделал первый набросок своей повести «Отец Сергий». Часть материалов для нее была взята из оптинской действительности, из наблюдений за жизнью старцев. Еще сейчас жив в селе Нижние Прысни крестьянин Конон Михайлович Родионов. Ему 101 год. В молодости он в качестве столяра работал в Оптинском монастыре. Родионов помнит, как зимой 1890 года в столярню вошел Л. Н. Толстой, как он беседовал с работающими, расспрашивал об их «житье-бытье». Когда они сравнили свою тяжелую жизнь с роскошной и праздной жизнью монахов, Толстой воскликнул: «Не только праздность, но и разврат в монастыре. Но скоро этому конец наступит».

В августе 1896 года Л. Н. Толстой с женой посетил свою сестру Марию Николаевну, монахиню Шамординского монастыря. В пятнадцати километрах от Козельска, на левом живописном берегу реки Серены в XIX веке был построен женский монастырь. Здесь поражал своим величием и архитектурой Казанский собор. Лев Николаевич остался очень доволен красотами здешних мест, но в беседе с сестрой высказал мысль, что было бы куда лучше, если бы средства, затраченные на строительство в монастыре, были бы отданы на улучшение жизни крестьян.

С женой и сестрой Толстой снова поехал в Оптино. Он жил там три дня, выходил на крестьянские луга и, как вспоминает крестьянин села Нижние Прыски Федор Васильевич Костриков, даже принимался помогать крестьянам убирать сено: клал его вилами на воз и шутливо предлагал жене поработать граблями. Он говорил крестьянам, что может и косить и пахать.

«Труд всегда освежает человека. Без труда он заплесневеть может. А в труде красота человеческая обретается. Эти слова Льва Николаевича я хорошо запомнил», — говорит крестьянин Ф. В. Костриков.

Из Оптина Лев Николаевич пришел в Козельск, был на заседании уездного суда. После суда беседовал с присяжными о том, как они определяют виновность подсудимого, чем руководствуются.

— Больше божьим благословением, — сказал один из присяжных.

Толстой сокрушенно покачал головой.

Встретившись с исправником, Лев Николаевич расспрашивал, как содержатся арестанты в городской тюрьме, просил разрешить посетить тюрьму. Исправник, сославшись на запрещение начальства, разрешения не дал.

Крестьянин деревни Стенино Ксенофонт Викторович Вороненков и житель Старой Казачьей Слободы Семен Иванович Гайдуков вспоминают, что Толстой, будучи в Оптине, возмущался тем, что у самой стены монастыря живет урядник, который на его глазах беспощадно сгонял на уборку подходов к монастырю обитателей странноприимного дома. Толстой, указав на урядника, беседующего с игуменом, произнес: «Они друг другу служат».

Все эти факты становятся особенно интересными, если принять во внимание, что Толстой в это время работал над романом «Воскресение». Оптинская обстановка способствовала тому, что проповеднику пассивного отношения к жизни Л. Н. Толстому пришлось, как верно сказал А. М. Горький, признать и оправдать в «Воскресении» активную борьбу.

Последнее посещение Л. Н. Толстым козельских мест связано с его уходом 28 октября 1910 года из Ясной Поляны. Вместе со своим врачом и другом Душа- ном Петровичем Маковицким Лев Николаевич рано утром тайно покинул свое имение и отправился на станцию Щекино. Здесь они взяли билеты на Козельск, а на узловой станции Горбачево пересели на товаро-пассажирский поезд с одним вагоном третьего класса. Вагон этот был переполнен простыми людьми, с которыми Лев Николаевич оживленно беседовал. Подробно об этой беседе рассказали в своих воспоминаниях Д. П. Маковицкий и бывшая гимназистка, теперь пенсионерка Татьяна Таманская. Поезд шел очень медленно. Сто пять верст, отделявшие Горбачево от Козельска, проехали за шесть часов двадцать пять минут.

Эта медленная езда в тесном, переполненном, душном вагоне третьего класса, из которого Толстой часто выходил на площадку, помогла, как выразился доктор Маковицкий, убивать Льва Николаевича. Однако Лев Николаевич по приезде в Оптино записал в своем дневнике: «Путешествие от Горбачева до Козельска в третьем (третьего класса), набитом рабочим народом, вагоне очень поучительно и хорошо».

В четыре часа пятьдесят минут дня подъехали к Козельску. Толстой был с вещами и потому нанял две подводы. Возчик одной из них Федор Ильич Новиков недавно умер, возчик второй — Петр Иванович Волкоедов и сейчас проживает в Старой Казачьей Слободе, находящейся на восточной окраине Козельска.

П. И. Волкоедов с теплотой вспоминает о разговорчивом и любознательном человеке, который во время дорожной поездки интересовался жизнью крестьян, укорял местное начальство за плохие дороги, высказывал мысль, что неплохо бы здесь остаться, не в монастыре, конечно, а где-нибудь в деревне, в крестьянской избе жить.

Через луг проехали к Оптину, потом на пароме через Жиздру. Лев Николаевич щедро расплатился с возчиками и попросил одного из них довезти его завтра к вечеру до Шамордина, где хотел повидаться с сестрой.

В это посещение Оптина Толстой не пошел к старцам, зато много беседовал с простыми людьми. Крестьянке Окаемовой он оказал помощь: направил ее к своей дочери в Ясную Поляну, чтобы там в школе устроили на бесплатное обучение и содержание ее осиротевших детей.

Здесь же, в Оптине, Л. Н. Толстой написал последнюю литературную работу — статью «Действительное средство». Она предназначалась для газеты «Речь» и была направлена против смертной казни. На следующий день Лев Николаевич Толстой совершил последнюю прогулку по любимым местам между монастырем и скитом; был в кедровом лесу, возле озер, беседовал с рыболовами и, вернувшись в гостиницу, оставил в книге посетителей последнюю запись, последний автограф: «Лев Толстой благодарит за прием».

Из Оптина Лев Николаевич доехал до Шамордина, где встретился с сестрой. Он хотел поселиться в соседней деревне, но, узнав, что его ищут родные, повернул в Козельск.

Соратник Чапаева, комиссар легендарной дивизии, замечательный советский писатель Дмитрий Андреевич Фурманов летом 1923 года приехал на отдых в Козельск. Писатель поселился в небольшой деревушке Сосенке, в пяти километрах от Козельска, в доме крестьянки Агриппины Федоровны Сухановой, которую в своих очерках, зарисовках и дневниках ласково именует Грушей.

Много интересного о встречах и беседах с писателем рассказывают жители этой деревни А. Н. Кузовков, А. М. Никольская, Е. И. Кузовкова, местные лесники, работники козельского лесхоза. Фурманов много беседовал с крестьянами. По просьбе крестьян дважды ходил в уездный исполком и добился удовлетворения их просьбы о выделении им лугов.

В четвертом томе сочинений Фурманова, названном «За коммунизм», помещено несколько очерков и зарисовок, связанных с пребыванием писателя в Сосенке. В них Фурманов рассказывает о своих «малиновых походах» в чащу леса, о встречах с лесниками и их семьями, о красотах Козельского бора и дубрав. Ласково и нежно, с большой душевной теплотой описал он «сосенских девчурок», смелого и энергичного сына лесника Васю, который «каждое деревцо, каждый кустик в лесу знает».

20 октября 1923 года Фурманов написал краткое письмо «Уезжаем». Вот его содержание: «Через неделю, в будущую пятницу, едем в Москву. Прости, Сосенка! Полюбил тебя! Расстаюсь с болью сердечной. Будет время — приеду когда-нибудь, к этой красоте ужели не приехать. А теперь уже хватит. Тоска начинает забирать без работы даже в этой чудесной глухой стороне. Так и не привелось видеть ни лося, ни медведя, даже волка не видел, одни его свежие следы на песке. Мы уедем в красное пекло, в Москву. А они все тут останутся — и на серое, хмурое ненастье, и на глухую, темную зиму, кругом в сугробах, под стоны метели, под волчий вой. Кругом леса. Какая красота — и какая тоскливая жизнь».

Фурманову не суждено было вновь увидеть Сосенку. Менее чем через полтора года он умер от менингита. Но воспоминания о нем живут в памяти козельчан, назвавших одну из улиц своего нового поселка именем Дмитрия Фурманова.

Героическое прошлое небольшого города Козельска, красота и богатство природы привлекали в наши места многих писателей, музыкантов и других деятелей культуры. Они подолгу работали здесь, изучали жизнь, быт и обычаи трудолюбивых крестьян и мастеровых людей Козельского уезда и самого города, отражая все это в своих трудах. Благодаря этому мы имеем возможность знать многие подробности из истории Козельского края от древних времен и до наших дней.

Мы гордимся героическими подвигами наших предков в борьбе с чужеземными захватчиками, в классовых боях с помещиками за хлеб, за землю, за свободную счастливую жизнь. Козельчане принимали посильное участие в свержении ига помещиков и купцов в своем краю, горячо встретили Октябрьскую революцию и Советскую власть.

Но обо всем этом речь пойдет ниже.

В Козельск пришла советская власть

О свержении самодержавия козельчане узнали раньше, чем это стало известно в Калуге. 28 февраля 1917 года в Козельск прибыла группа раненых фронтовиков.

Они уже знали, что царь свергнут с престола и в Петрограде создано Временное правительство и что во многих местах страны избираются Советы рабочих и солдатских депутатов. Первого марта эта весть подтвердилась телеграфным сообщением. Четвертого марта здесь уже получили газеты с подробным описанием революционных событий, которые совершились в Петрограде, в Москве и в других крупных городах страны В Козельске состоялась первая демонстрация. Здесь были красные флаги, на транспарантах крупными буквами было написано: «Свобода, равенство, братство», «Да здравствует революция!»

Но простые люди Козельска, выражая радость по поводу свержения царя, не могли не заметить, что организаторами и активными участниками демонстраций были купцы, чиновники, буржуазные интеллигенты. А через некоторое время стало ясно: буржуазия и ее подручные явно стремились направить революционный порыв масс в нужном для них направлении. В провинциальном городке Козельске тогда далеко еще не все вполне сознавали значимость происшедших событий. Буржуазия распоясалась, и скоро манифестации перестали носить революционный характер. Ораторы в своих речах охотно осуждали царя, но призывали охранять, как неприкосновенную, собственность богачей, уважать и оберегать ее хозяев, сохранять капиталистические порядки и довести империалистическую войну «до победного конца».

В городе и уезде власть сменилась. Полицейские и урядники были обезоружены. Управление взяли в свои руки стражники буржуазного Временного правительства и агенты буржуазии — меньшевики, эсеры. Всю власть в уезде возглавил представитель Временного правительства Е. Е. Ларин, впоследствии проявивший себя как активный эсер. Он стал так называемым уездным комиссаром Временного правительства.

Солдаты с фронта еще не возвращались. Большевистских сил, способных оказать решительное сопротивление агентом буржуазии в Козельском уезде, не оказалось. Уездный комиссар в своем донесении калужскому губернскому комиссару 3 августа 1917 года писал, что «особо выдающихся событий политической жизни, аграрного, рабочего движения и других, заслуживающих внимания правонарушений и тому подобных происшествий в Козельском уезде не наблюдалось».

Но вот в Козельск стали прибывать фронтовики-солдаты, а из Петрограда, Москвы и других городов — рабочие-отходники. 8 апреля крестьяне Костешовской волости уже требуют контроля над Временным правительством и раздела помещичьих земель. В середине апреля такие же требования выдвигаются крестьянами ряда других волостей.

В июле 1917 года из сибирской ссылки приехал в Козельск член РСДРП Василий Матвеевич Щербаков, бывший путиловский рабочий, уроженец села Меховое. Василий Матвеевич Щербаков имел уже большой опыт революционной работы. С 13 лет он был вовлечен в число распространителей социал-демократических прокламаций. В 1906 г. вступил в большевистскую партию, участвовал в создании нелегальной типографии в Крымских горах, после двукратного ареста был выслан в родную деревню и там создал большевистскую группу из 10 человек, в числе которых был Алексей Иванович Иванов, впоследствии — один из активных участников революционных преобразований в нашем уезде. В 1910 г. В. М. Щербаков уехал в Петербург. Здесь по поручению Петербургского комитета РСДРП он создал подпольную типографию. Осенью 1911 г. на станции Колпино Щербаков был арестован с прокламациями и заточен в одиночный каземат Петропавловской крепости. Ему грозила смертная казнь, но она была заменена 25 годами каторги. Впоследствии и каторга была заменена Щербакову вечной ссылкой в Иркутскую губернию. Вернувшись оттуда, он был направлен большевистской организацией Петербурга в Козельск для подготовки социалистической революции.

Василий Матвеевич Щербаков.

Щербаков немедленно взялся за создание в Козельске ячейки большевистской партии и сплочение рабочих и крестьян под большевистскими лозунгами. Большевикам было нелегко: крестьяне, будучи мелкими собственниками, неохотно шли на захват земель местных помещиков, а рабочих в Козельске было очень мало. Но Щербаков был хорошим оратором, квалифицированным и смелым пропагандистом. Он умел подойти к народу, разъяснить, кто является его настоящим врагом, какими средствами бороться против эксплуатации и гнета.

В делах калужского губернского комиссара появляется сообщение, что в Калужском и Козельском уездах крестьяне отказываются обрабатывать помещичью землю, требуют сдачи этой земли в аренду, не допускают рубки леса, но и не позволяют в нем хозяйничать помещикам. В июле сообщается, что крестьяне — депутаты крестьянских комитетов — производят обыски в Оптинском монастыре, отбирают у монахов муку, захватывают землю, скот и зерновые запасы. В других сообщениях говорится, что крестьяне деревень Гришино и Звягино захватили помещичьи леса. То же сообщается о жителях деревни Сорокино. Идут сведения о том, что разгромлено имение Дубки землевладельца Фрейберга. Несколько позднее поступают сообщения о разгроме имений Зотова в селении Трошна, Булгакова — в Дудиyе, лавки Кузина — в Волосово-Звягине. «Милиция бессильна», — пишет уездный комиссар и просит Калугу выслать в Козельск «внушительную воинскую часть».

В сентябре в уезде состоялись волостные крестьянские съезды по выборам волостных земств и делегатов на уездный крестьянский съезд. Председателем волостного земства Губинской волости и делегатом на Козельский уездный крестьянский съезд был избран большевик Н. И. Краснощеков. Председателем каменского волостного земства и делегатом от Каменской волости на уездный крестьянский съезд был избран В. М. Щербаков.

Уездный крестьянский съезд открылся в Козельске 10 ноября. Прибывший из Петрограда со Всероссийского крестьянского съезда кулак-эсер Михайлов отстаивал политику Временного правительства, требовал оказывать Временному правительству поддержку. Нашлись другие подпевалы буржуазии, говорившие, что для взятия власти народом время еще не пришло, да и силы не накопились. Но вот слово взял В. М. Щербаков. Просто и ясно, сжато и смело изложил он характеристику момента, показав, что Временное правительство завело страну в тупик и потому не поддержка, а удаление его — единственное спасение России. Эсеры, засевшие на съезде, мешали Щербакову говорить, а уездный комиссар пригрозил арестовать его. Поднялся необыкновенный шум. И здесь Щербаков допустил было опрометчивость. Взяв с окна свой плащ, он направился к двери.

— За мной, товарищи сторонники большевиков! За мной все, кто поддерживает правду! Нам нечего делать в кругу врагов революции! — громко восклицал он.

Делегат от Губинской волости большевик Н. И. Краснощекое преградил Щербакову дорогу. Потом подошел к столу президиума и обратился к делегатам съезда с протестом против угроз уездного комиссара.

— Пусть выслушают рабочую правду все делегаты съезда! Пусть сами они решают, за кем идти. Вы же говорите о свободе, но сами попираете свободу слова, не даете говорить Щербакову. Народ осудит вас.

Уступая требованию делегатов, уездный комиссар позволил Щербакову закончить свое выступление. Однако на этом съезде большинством голосов была принята резолюция доверия Временному правительству, «если оно будет отражать интересы рабочих и крестьян». Это показало большевикам, что борьба еще впереди, борьба большая и трудная.

Попытка Щербакова уйти с заседания съезда была ошибкой, но научила многому. Нужно было не горячиться, а терпеливо разъяснять политику большевиков, бороться за массы, вырвать их из-под влияния врагов. Вот об этом-то и разговаривали большевики, собравшись после крестьянского съезда в чайной Котельникова. Здесь договорились: не дожидаясь указаний сверху, провести по всем волостям уезда съезды крестьянских депутатов, на которых объявить о роспуске волостных земств, считать волостной съезд крестьянских депутатов единственной властью в волостях, избрать волостные исполнительные комитеты Советов крестьянских депутатов и делегатов на уездный съезд Советов.

Большевики начали проводить в жизнь намеченные мероприятия. В это время Советы депутатов рабочих, солдат и крестьян уже создавались в большинстве других уездных центров Калужской губернии. Козельчане могли следить за тем, как действуют большевики в Жиздре, в Мещевске, в Калуге, и соответственно этому строить свою работу.

Вскоре петроградские и московские газеты принесли радостную весть о победе Великой Октябрьской социалистической революции. Повсеместно были избраны волостные Советы крестьянских депутатов и делегаты на уездный съезд. Были приняты меры к тому, чтобы враги не помешали созыву съезда, а на случай вооруженной схватки с врагами революции у сторонников большевиков было оружие.

15 ноября представители большевиков Краснощекое и Серяков пришли в управление уездного воинского начальника и представились капитану Тер-Марукову как представители Советской власти в уезде. Растерявшийся воинский начальник заметался по кабинету: он подумал, что пришли его арестовывать. Между тем большевики вели себя вполне корректно.

— Мы хотим спросить вас, — начал Краснощекое, — какое отношение мы, представители Советской власти, можем ожидать от местного гарнизона?

Оправившись от испуга, немного подумав, воинский начальник ответил:

— Я и моя команда в полном вашем распоряжении.

Так, без применения силы большевикам удалось взять в свои руки воинскую команду и склад с оружием. Проверенные большевиками надежные солдаты были направлены в качестве контролеров на почту, на телеграф, в казначейство и в милицию.

В типографии Сагаловича было отпечатано воззвание к гражданам городов Козельск и Сухиничи и к крестьянам всего уезда о переходе власти к Советам рабочих, солдатских и крестьянских депутатов в центре. Воззвание призывало поддержать мероприятия большевиков и способствовать организации Советской власти на местах. Его разослали по волостям и расклеили на улицах городов Козельск и Сухиничи.

Поздно вечером 15 ноября большевики Щербаков и Юдин пришли на квартиру к уездному комиссару Ларину и потребовали передать печать и написать заявление о сложении с себя полномочий уездного комиссара. Ларин наотрез отказался.

Щербаков попытался связаться по телеграфу с Калугой, но ответа добиться не удалось. Вызвали город Жиздру. Там, на телеграфе, оказались дежурные Жиздринского уездного Совета Народных Комиссаров и Людиновского Совета рабочих депутатов, которые посоветовали большевикам Козельска никого на телеграф не допускать, держать связь с Жиздрой и обещали через Жиздринский Совет добиться военной помощи для Козельска.

Вся ночь на 16 ноября прошла в совещаниях и беседах в одной из комнат гостиницы Зотова. Ларин, видимо, узнал о разговоре козельских большевиков с жиздринскими и наутро пришел в гостиницу сам. Его встретили большевики Щербаков, Краснощеков, Юдин и Серяков.

— Что вы собираетесь делать? — задал вопрос Ларин.

— Здесь не самозванцы, — ответили ему. — Мы — избранные делегаты от Каменской, Губинской и других волостей. Готовим крестьянский съезд. А вам вместо того, чтобы задавать такие вопросы, следовало бы предоставить и подготовить помещение для проведения уездного съезда крестьянских делегатов. Чем быстрее вы станете помогать революции и откажетесь от своего упорства, тем будет лучше для вас.

Зная, что в Петрограде Временное правительство арестовано, что в ряде уездов Калужской губернии уже созданы Советы Народных Комиссаров, Ларин не стал возражать. Он передал Щербакову печать уездного комиссара и предложил свои услуги, говоря, что он человек опытный в организационных вопросах.

Съезд собрался 7 декабря. Большевик Щербаков сделал доклад по текущему моменту. Ларин еще пробовал пугать делегатов анархией и беспорядком, призывал действовать осторожно, потому что-де у большевиков сил мало, а поддержать их вряд ли кто сможет. Другие эсеры вели агитацию среди крестьян — делегатов съезда, призывая их сопротивляться большевикам. Но крестьянские делегаты, уже раскусившие эсеров, не слушали их, и съезд подавляющим большинством поддержал предложение большевиков и им сочувствующих о доверии рабоче-крестьянскому правительству, возглавляемому Владимиром Ильичем Лениным, и о немедленном окончании войны с Германией. На этом съезде был избран Совет Народных Комиссаров Козельского уезда в составе 21 человека.

Поздно вечером Козельский уездный съезд крестьянских депутатов закончил свою работу. Делегаты разъехались по местам, неся в села и деревни радостную новость: в Козельском уезде восторжествовала Советская власть!

С первых же дней Советской власти уездный Совет Народных Комиссаров и президиум уездного исполнительного комитета развернули активную работу в массах по разъяснению целей и задач Советской власти. Это было тем более необходимо, что враги продолжали разжигать в народе вражду и недоверие к власти рабочих и крестьян.

В ночь после окончания уездного съезда Советов, провозгласившего Советскую власть, в гостинице осталась группа товарищей для подготовки первого заседания уездного исполкома. Сюда пришла довольно большая толпа с намерением разгромить комиссаров. С криками «Долой комиссаров!», «Бей антихристов!» часть толпы ворвалась в гостиницу. В двери полетели камни, поленья. Попытка комиссаров говорить с толпой через окно ни к чему не привела. Казалось, вот-вот контрреволюционеры потопят в крови организаторов Советской власти.

Но в это время из самой толпы послышались возгласы: «Назад! К ним идет помощь!» И точно. С южной окраины города двигался вооруженный берданками, топорами, вилами, кольями, лопатами отряд бывших фронтовиков и старых крестьян, вдоволь натерпевшихся от прежней власти.

Кто же оповестил народ о нахлынувшей беде? Оказывается, в минуты, когда опасность угрожала руководству козельских Советов, из их среды товарищ Рулев незаметно для толпы выбрался на улицу и быстро побежал в деревню Дешовки и в село Березичи. Здесь ему удалось собрать около двухсот человек, которые, узнав, что большевикам грозят смертью, ринулись в город. Толпа контрреволюционеров рассеялась, как дым. Отряд ушел в свои деревни, оставив для охраны Советов 25 человек. На другой день порядок в Козельске уже охраняла своя рабоче-крестьянская милиция.

Но борьба с контрреволюцией продолжалась. В отдельных местах торгаши, чиновники, землевладельцы и кулаки, подбиваемые эсерами, организовывали саботаж, открытое сопротивление и диверсию против Советов. Большевики вели с ними упорную непримиримую борьбу.

Руководителем уездной чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией был старый большевик — Дмитриевич Осипов. Он имел большой опыт революционной работы. В 1905 г. состоял членом Петербургского Совета рабочих депутатов. Заместителем И. Д. Осипова по руководству ЧК был коммунист М. Т. Минаков. Военкомом Козельского уезда являлся член большевистской партии с 1914 г. Василий Афанасьевич Варганов, а после его назначения на пост губернского военкома — Николай Ионович Краснощеков.

Василий Афанасьевич Варганов.

Военкоматам в те годы принадлежала особо важная роль в жизни уезда, так как три раза за два года в Козельском уезде вводилось военное положение. Наибольшую опасность представляли армии белого генерала А. П. Деникина, приблизившиеся непосредственно к границам уезда. Военкомат организовал строительство оборонительных сооружений по линии Козельск — Лихвин. Одновременно Н. И. Краснощеков был председателем ревкома, и на его плечи легла борьба с дезертирством и бандитизмом.

Заместителем В. М. Щербакова в уездном исполкоме был Тихон Иванович Анисимов — старый большевик, умелый организатор хозяйственных мероприятий. С отъездом Н. И. Краснощекова в Донбасс Анисимов стал военкомом уезда.

Секретарем уездного исполкома долгое время работал большевик Петр Хрисанфоров, отделом народного образования руководил Алексей Иванович Иванов. С 1918 по 1926 г. на различных ответственных работах в Козельском уезде старательно трудился Владимир Потапович Родичев. В самые трудные годы он был уполномоченным уездного исполкома по созданию продовольственных фондов, и в губернском исполкоме часто ставили его в пример другим: он умел решить продовольственные вопросы всегда в интересах трудящихся. В 1922 г. В. П. Родичева избрали председателем уездного исполкома, а в 1926 г. перевели на руководящую работу в Калугу. Везде, куда бы его ни направляла партия, он оставался скромным, вдумчивым, энергичным и волевым человеком, умеющим зажигать сердца пламенным словом и вести на дела личным примером.

Большевикам приходилось нелегко. Нужны были средства на содержание школ, больниц, на пособия инвалидам войны, вдовам и сиротам, на заработную плату рабочим, служащим караульной команды и т. д. С разрешения губернских органов Советской власти были установлены чрезвычайные налоги на мелких промышленников, кулаков, купцов и тех, кто за время империалистической войны нажил большие доходы на спекуляциях. Теперь они и должны были отдать то, что бессовестно приобрели.

Продовольственные затруднения разрешались путем введения нормированного распределения продуктов и строгого учета потребностей. Выявлялись запасы муки, сахара, сала, припрятанные спекулянтами и торговцами. Все это реквизировалось и шло в распределение среди населения. Так, большие запасы мануфактуры были обнаружены замурованными на чердаке магазина П. А. Гайдукова — крупного оптового торговца «красным товаром» — текстилем. Понятно, что эти товары были изъяты и распределены среди населения.

Как-то в уездный Совнарком пришло несколько крестьянок.

— Милые большевики, — слезно просили женщины, — разве вы не знаете, что в деревне Рога на винокуренном заводе Домогацкого спирта видимо-невидимо. Так зачем же спирт при Советской власти? От него только дурман, да и опасностей много.

Это был серьезный сигнал. Враги революции могли пьяную толпу направить против Советов. Ночью народная милиция вместе с группой тамошних рабочих вылила спирт в ямы и засыпала его землей. Возможные беды были предотвращены.

Партийная организация в Козельском уезде организационно оформилась 20 февраля 1918 года. Тогда в нее входило 29 членов. Вокруг партийной организации группировались 50 сочувствующих. Это небольшое, но крепкое ядро сыграло решающую роль в становлении Советской власти, в укреплении связи партии с массами.

Представители козельских партийных организации участвовали в работе III губернской партийной конференции, проходившей в Калуге в конце февраля 1918 года, а также в работе I губернского съезда РКП(б), который состоялся 15 апреля 1918 года. На съезде присутствовало 28 делегаций от городских, уездных, заводских партийных организаций и отдельных партгрупп, насчитывающих в общей сложности около тысячи членов партии. Делегаты Козельской парторганизации голосовали за необходимость усиления партийной работы в массах, за улучшение руководства советскими органами, за необходимость сосредоточить главное внимание на хозяйственно-организаторской деятельности по налаживанию экономической жизни.

Делегация от Козельска на 2-й Калужский губернский съезд Советов (1918 г.). Сидят (слева направо): Рулев, Мантейфель, Анисимов. Стоят: Краснощеков, Варганов.

К маю 1918 года партийные организации всех двадцати восьми волостей численно пополнились за счет солдат, демобилизованных из армии, организационно окрепли. Однако трудности по-прежнему были большие. Не хватало продовольствия. Были случаи враждебных выступлений. Но в основном массы поддерживали политику большевистской партии.

С укреплением партийных организаций на селе укрепляются и органы Советской власти в уезде. 5 февраля 1918 года исполнительный комитет Козельского уездного Совета рабочих и крестьянских депутатов и уездный Совет Народных Комиссаров вынесли декрет о новой структуре исполкома. Был упразднен уездный Совет Народных Комиссаров. Вместо комиссариатов были организованы отделы исполкома, отрегулированы взаимоотношения между ними.

Руководство уездным комитетом партии с конца 1918 года до середины 1920 г. осуществлял Алексей Васильевич Медведев. Это был профессиональный революционер, уроженец деревни Серено-Завод Козельского уезда. С юношеских лет Алексей Медведев познал труд и лишения. Был рабочим в Брянске, Харькове, Москве, Петербурге, руководил забастовками, отбывал заключение в царской тюрьме и ссылке, принимал активное участие как член Петроградского Совета в Октябрьской социалистической революции. Будучи председателем Козельского уездного комитета партии, тов. Медведев пользовался большим авторитетом среди коммунистов и всех трудящихся. Его уважали за то, что он смело и непреклонно проводил в жизнь ленинскую политику партии, был скромным, принципиальным, честным и прямолинейным. При его руководстве партийная организация уезда выросла почти до тысячи членов. Из Козельска А. В. Медведев был направлен Центральным Комитетом партии на Украину, позднее стал секретарем ЦК КП(б)У, членом Президиума и секретарем Союзного Совета ЦИК СССР.

Молодая Советская власть в уезде прежде всего стремится наладить хозяйственную жизнь. Самым крупным из действовавших предприятий был стекольный завод бывшего князя Оболенского. С введением рабочего контроля хозяин сделал попытку оставить завод без средств. Но этого ему не удалось. Заводской комитет добился регулярной работы стекольного завода, следил за поступлением сырья. Изготовляемая продукция отгружалась по нарядам губернского исполкома.

Плохо обстояло дело с продовольствием для рабочих и со снабжением завода топливом. Но и эти вопросы были успешно решены партийной организацией уезда и местным Советом.

Съезд Советов Козельского уезда, собравшийся в марте 1918 года, конкретно решает вопрос о распределении помещичьих и частновладельческих земель на основании закона о социализации. Были учтены все помещичьи земли, живое тягло, инвентарь, которые вскоре были распределены между гражданами, нуждающимися и желающими личным трудом обрабатывать землю. Всего крестьянство уезда получило 83 633 десятины частновладельческих земель, около девяти тысяч десятин леса и большое количество скота, инвентаря. Были организованы товарищества по совместной обработке земли, коммуны. В селе Киреевском сельскохозяйственная коммуна просуществовала до 1932 года, преобразовавшись потом в колхоз. Коммуна была организована и в Оптине в здании бывшего монастыря. Она существовала до 1922 года, а потом была ликвидирована. Оставшиеся при монастыре монахи пытались превратить это хозяйство в религиозную общину. На базе земельных угодий монастыря был организован совхоз, основными отраслями которого было разведение племенного скота и садоводство.

Большая часть частновладельческого леса отошла в ведение государства, а остальные лесные угодья были поделены между сельскими обществами.

На этом же уездном съезде Советов обсуждался вопрос об организации народного образования. Съезд передал многие помещичьи и частновладельческие дома школам. Было решено создать школьные Советы с представительством от населения и местных органов Советской власти. Уже к началу 1918–1919 учебного года было открыто четырнадцать новых школ, а количество обучающихся детей возросло по сравнению с 1913 годом в четыре раза. Число девочек в школах увеличилось в восемь раз. Для пополнения учительских кадров было решено создать специальные педагогические курсы.

На уездном съезде Советов был рассмотрен и такой важный вопрос, как оказание помощи в деле защиты революции, проведение в жизнь декрета Совета Народных Комиссаров Российской Республики о создании народно-социалистической армии. Съезд призвал всех «истинных сынов революции и всех тех, кому дорого завоевание революции, вступить в ряды Красной народно-социалистической армии и партизанские отряды для борьбы за землю и волю против русско-австро-германской буржуазии».

При уездном Совете рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов был организован вооруженный отряд, а вскоре был объявлен призыв населения для прохождения военной службы.

В мобилизации масс на выполнение хозяйственных, политических и военных мероприятий активно содействовала газета «Известия Козельского исполнительного комитета Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов». Первый номер этой газеты вышел в октябре 1918 года. Газета была почти такого формата, как теперешние областные газеты. Выпускалась она на четырех полосах два раза в неделю. В ней широко освещались события на фронтах нашей страны, в различных городах Советской республики, сообщения из-за рубежа, губернские новости. Особенно полно и разносторонне рассказывалось о жизни в уезде, о преодолении хозяйственных трудностей, изобличались враждебные элементы, пытавшиеся помешать укреплению Советской власти.

«Товарищи из деревень, сел и волостей, — призывала газета, — обо всем, что творится в деревенской жизни вокруг нас, пишите в нашу газету, не стесняйтесь своей неопытности. Пусть рабочие и крестьяне России и всего мира узнают, что совершается в каждом уголке нашей революционной социалистической республики».

Читатели охотно шли навстречу редакции. Они писали в газету о том, как бедняки и батраки идут на борьбу с кулаками, выявляли спекулянтов, дезертиров, клеветников на Советскую власть, рассказывали, как местные партийные и советские организации помогали крестьянству в улучшении жизни.

В январе 1919 года вместо «Известий Козельского Исполкома» стала выходить новая уездная газета «Козельский коммунист». Она продолжала линию своей предшественницы, но была более массовой и целеустремленной. Газета выступила за усиление агитационной и культурно-воспитательной работы в деревне, показала первые ростки культуры. С радостью отмечалось, например, создание в городе педагогических курсов, народного дома имени А. В. Луначарского, первые лекции на политические и научные темы для народа, постановки местной труппы артистов, открытие сельских клубов в Дешовках, в Матчине и в ряде других сел.

Однако положение в городе и уезде было тяжелым. Свирепствовал тиф. По деревням распространялся голод. Не было ни соли, ни керосина. Сократилось пассажирское движение, так как средства транспорта оказались необходимыми для подвоза к столице продовольствия и угля. Была введена продразверстка. В школах и больницах не хватало дров. Несвоевременно поступали средства для детских приютов. Трудящиеся отказывали себе во многом, понимая, что нужно бороться за дело революции, бороться с нуждой и разорением. На многочисленных митингах крестьяне выражали свою поддержку политике Коммунистической партии, желали здоровья Владимиру Ильичу Ленину.

Вот как писала о козельчанах газета «Известия Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов» от 25 марта 1919 года: «Хотя в Козельском уезде голод и на почве его даже были заболевания, Бурнашевская и Коробкинская волости объявили однодневную голодовку, чтобы сбереженный таким путем хлеб отослать красному пролетариату Москвы».

Нельзя без волнения читать хранящийся в Центральном партийном архиве института марксизма-ленинизма документ — обращение Козельского комитета РКП(б) ко всем коммунистам с призывом выступить на защиту Советской республики. Это обращение датировано 9 августа 1918 г. Вот что в нем говорится:

«Товарищи коммунисты (большевики)! Революция в опасности. Молодая Российская республика в опасности. Набат прозвучал… Громко, звучно… Тревога… Все коммунисты, на фронт. Смерть или победа. Середины нет и не должно быть: смерть или победа. Мы, коммунисты, не дадим революции из наших мозолистых рук в пухлые руки контрреволюции. Все на фронт, пока не поздно. Малейшее промедление грозит гибелью республике. В поход со знаменем революции и с винтовкой в руках. Пусть останутся в партийных ячейках только сильно больные. Молодежь, коммунисты-большевики, все на фронт. Мы, коммунисты-большевики, снова на деле покажем преданность революции. Умрите же за революцию.

Товарищи солдаты, коммунисты-большевики. Нам не место сидеть вдали от боя за революцию. Мы едем на революционный фронт. Товарищи-рабочие, коммунисты-большевики, все на помощь вашим братьям-рабочим, сражающимся и истекающим кровью в беспощадной борьбе за Октябрьскую революцию.

Семьи товарищей-коммунистов. Не беспокойтесь, что вы останетесь без призрения. Вы все наши, и мы, коммунисты, ваши. Мы — одна семья. У нас все общее.

Итак, товарищи коммунисты-большевики! Революция в опасности. Набатный зов прозвучал. Мы, коммунисты-большевики, слышим его. Эхо этого зова до нас докатилось. И мы откликаемся: едем на фронт. Больше не нужно слов. Мы — к делу.

Да здравствует беспощадная борьба с контрреволюцией. «Сами набьем мы патроны, к ружьям привинтим штыки».

Козельский Комитет Российской Коммунистической партии (большевиков).

На гражданскую войну из Козельского уезда добровольно пошли многие коммунисты и беспартийные. Одними из первых ушли добровольно на фронт председатель уездного комитета комсомола С. А. Костерев, работник укома комсомола Николай Богомолов, сестры Ксения и Анна Миловидовы, коммунисты П. Е. Скубов, И. Д. Абрамов, Федор Егоров.

В 1918 году все предприятия в уезде перешли в собственность государства. Для руководства ими и снабжения необходимыми материалами в Козельске был организован уездный совнархоз, который возглавил П. М. Коротков.

В деревнях работали комитеты бедноты. Они помогали партии ограничивать эксплуататорские стремления кулаков, руководили работой мельниц, следили за деятельностью продовольственной кооперации, устанавливали порядок продразверстки, вели борьбу с кулаками, помогали в обеспечении продовольствием школ, детского дома, рабочих предприятий. После того, как комитеты бедноты сыграли свою роль, они слились с местными Советами.

Трудовое население поддерживало работу Советов и партийных организаций по хозяйственному строительству, военно-мобилизационным делам и культурному воспитанию людей. На общем собрании граждан Губинской волости в резолюции по докладу уездного военного комиссара В. А. Варганова крестьяне твердо заявили, что будут прилагать все силы к тому, чтобы «не уступить буржуазии завоеваний Октября».

Усилиями рабочих и крестьян под руководством Коммунистической партии в трудных условиях гражданской войны были преодолены тяжелые последствия голода и хозяйственной разрухи.

Но вот гражданская война победно закончилась. По всем населенным пунктам уезда прошли собрания, в которых приняли участие почти все трудящиеся и члены их семей. Эти собрания приняли решения, приветствующие нашу Красную Армию за ее успехи, выражали искреннюю благодарность родной партии большевиков за то, что она спасла молодую Советскую Республику от внутренней буржуазии и иностранных интервентов, обеспечила мирную жизнь для строительства социализма.

Наиболее крупным по тому времени промышленным предприятием в уезде был Березический стекольный завод. В 1922 году его передали в подчинение губернскому совнархозу. На заводе было около двухсот рабочих, а вся производственная программа составляла примерно 12 процентов того, что дает завод в настоящее время. Завод выпускал стаканы, блюдца, кувшины. Губернский совнархоз отремонтировал предприятие, организовал на нем выделку оконного стекла.

В короткие сроки восстановлены 8 лесопилок, кирпичные заводы, маслобойки и мельницы. Винокуренные заводы были закрыты.

В 1923 году по просьбе крестьян деревни Плюсково при личном содействии Владимира Ильича Ленина была начата постройка гидроэлектростанции на реке Серена. Через год строительство электростанции было закончено, и впервые в уезде загорелись лампочки Ильича. Гидроэлектростанция была небольшая. Мощность ее составляла всего 50 киловатт. Она работает до сего времени, являясь живым примером заботы Коммунистической партии о хозяйственном и культурном развитии деревни.

В годы восстановления народного хозяйства в нашем уезде были проведены большие мероприятия по развитию культуры. В уезде насчитывалось 90 процентов неграмотных женщин и 42 процента неграмотных мужчин. Ликвидация неграмотности стала одной из самых серьезных задач. Учителя, служащие, грамотные рабочие и крестьяне, в первую очередь коммунисты, комсомольцы и демобилизованные воины, пошли в поход за культурную революцию. В уезде было создано более двухсот пунктов по ликвидации неграмотности. В 1923 году в них обучалось свыше трех тысяч человек.

После гражданской войны осталось много беспризорных детей. В Козельском уезде были организованы два детских дома. Один из них размещался в селении Нижние Прыски, другой — в селе Булатове. Детским домам выделялись свои земельные участки, школы-изоляторы и мастерские. В 1921 году в этих детских домах воспитывалось около двухсот детей сирот. Многие из бывших воспитанников детских домов до сих пор с благодарностью вспоминают своих воспитателей, которые научили их труду, дали возможность получить образование и специальность.

В 1921 году в Козельском уезде насчитывалось 25 книгочитален, 9 библиотек, 12 клубов, 4 народных дома, несколько драматических и хоровых коллективов. Через эти учреждения культуры развертывалась большая воспитательная работа среди крестьян. Эту работу организовывал уездный отдел народного образования под руководством уездного комитета партии.

Среди первых работников уездного отдела народного образования следует отметить теперешнего талантливого советского писателя Григория Александровича Медынского-Покровского. Он родился в г. Козельске и в первые годы Советской власти работал в уездном отделе народного образования.

В связи с повышением грамотности население все больше приобщалось к чтению книг. В уезде были открыты четыре кооперативных магазина по продаже политической, сельскохозяйственной и художественной литературы. Большой популярностью пользовались газеты «Правда», «Беднота» и губернская — «Коммуна».

Культурная жизнь в уезде приобрела новое содержание. Участники литературного кружка выступали перед населением, читали стихи и рассказы. Местная труппа артистов ставила в Козельске, Сухиничах, во многих селах пьесы русских и зарубежных драматургов. Развернул активную работу клуб добровольной пожарной дружины. На теперешней Красноармейской улице действовал кинематограф.

Особое значение приобрела в те годы антирелигиозная пропаганда: попы и монахи усиленно мешали социалистическому строительству и культурной революции. Население все больше отворачивалось от священнослужителей. Монахи были выселены с территории Оптина, колокола с церквей сняты и переплавлены, церковные ценности переданы в фонд помощи пострадавшим от голода. На базе монастырской лесопилки был создан Оптинский лесозавод с производительностью около ста тысяч кубометров пиломатериалов в год.

В сельской местности появляются первые социалистические предприятия — совхозы. Они созданы и на территории бывшего Шамординского монастыря и в бывших помещичьих хозяйствах деревень Ерлыкова, Клыкова и Булатова. Совхозы распространяли передовую науку и технику в земледелии и животноводстве. Именно благодаря совхозам козельские крестьяне впервые познакомились со сложными сельскохозяйственными машинами, узнали про новые способы агротехники, получали для разведения племенной скот.

Глядя на работу совхозов, крестьяне все больше убеждались в преимуществах крупного механизированного хозяйства. Однако основная масса крестьян продолжала единоличное ведение сельского хозяйства. Партия и правительство оказывали всевозможную помощь крестьянству в приобретении сельхозорудий, в овладении агротехническими знаниями. Соху и деревянную борону стали уверенно вытеснять плуг и железные бороны.

В связи с расширением промышленных предприятий и созданием производственных кооперативов резко сократилось отходничество. Бывшие отходники были привлечены к жилищному строительству в городах Козельск, Сухиничи и в ряде сел. Многие деревни меняют свое лицо. Вместо прежних убогих деревянных домишек с соломенными крышами появляются кирпичные дома, крытые черепицей, дранью и даже железом. Широким фронтом развертывается строительство школ. Новые школьные здания возникли в Волконске, в Слаговищах, в Березичах, в Прысках и в ряде других сел.

Улучшается и народное здравоохранение. В Козельске построены новые корпуса больницы, создаются зубоврачебный кабинет, детские ясли, специальная детская больница. В ряде сел были построены медицинские пункты. Заново отстраивается Дракунская сельская больница. Улучшается работа амбулаторий и профилактическая деятельность медицинского персонала.

Активными помощниками партийной организации в хозяйственном и культурном строительстве явились комсомольцы. Первые комсомольские ячейки были созданы в нашем уезде в 1919 году. Комсомол послал лучших своих членов на фронты гражданской войны, а в Козельске участвовал в создании части особого назначения (ЧОН), которая вела охрану конфискованного имущества, выполняла ряд оперативных заданий, несла караульную службу и т. д.

Работа комсомольских организаций в уезде отличалась боевитостью, товарищеской сплоченностью, дисциплинированностью, преданностью делу партии. Комсомольцы были первыми инициаторами культурных мероприятий, страстными атеистами, воинствующими пропагандистами новых мероприятий в сельском хозяйстве, борцами с кулачеством и нэпманами. В уезде справляются первые комсомольские свадьбы, октябрины, вечера вопросов и ответов. Комсомольцы на предприятиях были застрельщиками социалистического соревнования, активными участниками субботников по налаживанию работы железнодорожного транспорта, благоустройству города, строительству дорог и озеленению улиц.

В 1923 году в Козельске был создан первый пионерский отряд имени Октября. Сначала многие родители неохотно пускали своих детей в отряд юных пионеров. Но вскоре, поняв, что пионеры (а их к концу 1923 года было уже более 120) — примерные школьники и хорошие помощники в домашних делах, родители сами стали присутствовать на пионерских кострах и утренниках детской самодеятельности. К началу 1924 года в уезде было четыре пионерских отряда, а в 1926 году — 26. Пионеры активно помогали семьям погибших в гражданской войне, собирали книги для детских домов, старшие даже обучали женщин грамоте, помогали в работе библиотек и клубов.

Развитию пионерской работы в уезде способствовало то обстоятельство, что с 1925 по 1930 год в Оптине каждое лето отдыхали в лагере юные пионеры Сокольнического района города Москвы и Московского железнодорожного узла. Они приняли шефство над Козельской пионерской организацией. Представители козельских пионеров по приглашению шефов участвовали в первом Всесоюзном слете юных пионеров в 1929 году.

Тяжелым ударом для всей страны была смерть великого Ленина. Как только телеграф принес в Козельск тяжелую весть о смерти дорогого вождя, почти все население вышло на траурный митинг. Всю неделю приспущенные траурные флаги развевались по уезду. В день похорон В. И. Ленина рабочие и крестьяне уезда решили увековечить память о великом вожде. Они на собранные средства установили монументальный памятник. Площади, где находится памятник, было присвоено имя В. И. Ленина.

По ленинскому призыву в партийные ячейки уезда вошло большое пополнение из среды передовых рабочих и крестьян. Увеличились ряды комсомольских ячеек и пионерских отрядов.

Руководство уездным комитетом партии в эти годы возглавил делегат XI съезда партии Дмитрий Филиппович Казначеев. Он энергично проводил в жизнь советы Ильича, данные на этом съезде по крестьянскому вопросу.

Дмитрий Филиппович Казначеев.

Отрадным явлением было выдвижение на партийное руководство людей, выросших в гуще народных масс своего уезда. Бывший крестьянин-бедняк из д. Петелино Егор Яковлевич Сурнин прошел большую жизненную школу в качестве отходника — рабочего крупных промышленных центров, закалился в отрядах красногвардейцев и в сражениях Красной Армии под Царицыном и, когда был избран на руководство Козельским комитетом партии, показал образец чуткости и внимания к запросам людей и снискал большое уважение трудящихся. Более четырнадцати лет находился Е. Я. Сурнин на партийной работе, за заслуги перед Родиной был награжден.

По новому пути

Индустриализация страны, прошедшая по почину и под руководством нашей партии, имела горячую поддержку и у всего населения района. Дружно и организованно прошла подписка на заем индустриализации. По путевкам укомов партии и комсомола поехали на новостройки Магнитогорска, Челябинска, Сталинграда, Харькова, Комсомольска-на-Амуре сотни лучших людей уезда.

С честью справлялись посланцы козельчан с поручениями партии и комсомола. В числе строителей новостроек первой пятилетки посланцы Козельска тт. Дмитрий Дроздов, Иван Петухов, Павел Белин были награждены орденами Союза ССР.

Вместе с крупными гигантами страны росли и предприятия Козельского района, вошедшего в состав Западной области (центр ее был в г. Смоленске). Березичский завод был расширен и перестроен. Он стал выпускать посуду для медикаментов и лечебных процедур. Здесь появились новые, более совершенные станки, которые позволили увеличить производственные мощности. На лесной опушке, восточнее Козельска, сооружается фибролитовый завод, превращенный потом в завод сельскохозяйственных машин, а еще позднее — в механический завод.

Партия ставит задачу: превратить наш край из потребляющего в производящий. Но задача эта могла быть решена только в условиях крупного коллективного сельского хозяйства. После решения пятнадцатого съезда партии, нацелившего страну на коллективизацию сельского хозяйства, начинается упорная и серьезная подготовка к перестройке экономического уклада в деревне.

Трудно приходилось в те годы коммунистам, комсомольцам и советскому активу. Даже в их семьях не все понимали необходимость и пользу коллективизации, ликвидации кулачества. Враги подстерегают активистов, покушаются на их жизнь. В овраге у деревни Стенино наемники кулаков — бандиты подстерегли несущего почту секретаря Лубенской комсомольской ячейки Гришу Никитина и зверски убили его. Григорий Никитин был организатором и секретарем передовой в уезде ячейки комсомола. Похороны комсомольского активиста превратились в демонстрацию народного гнева и ненависти к врагам. Кулаками был зверски убит молодой председатель Дракунского сельсовета Г. А. Хромов. Его ждали в засаде. Когда он стал обороняться от нападавшего на него кулака, жена этого кулака топором нанесла смертельный удар по голове Хромова.

Несколько позднее бандитами был зверски зарезан милиционер Осипов. Коммуниста Семена Галкина в Матчине антиколхозные элементы во время первой жатвы обобществленных полос схватили и бросили под едущую жатку. К счастью, Галкин отделался небольшими травмами.

Были попытки со стороны врагов поджигать избы сельских активистов. Так, несколько раз поджигали в деревне Потросове дома председателя сельсовета Ивана Васильевича Шалопкина и его брата. Был совершен поджог дома председателя Бильдинского сельсовета коммуниста Василия Григорьевича Фомичева. Но коммунисты и комсомольцы продолжали свое благородное дело.

В феврале 1929 года была проведена уездная конференция, где обсуждался вопрос о повышении урожайности. На конференции говорилось, что самым важным шагом для улучшения сельского хозяйства является объединение крестьян. Хороший пример в те годы подавала Киреевская коммуна, преобразованная в артель. Применяя минеральные удобрения и механизацию, эта артель добилась более высокой урожайности, чем крестьяне окрестных деревень. В 1929 году она получила семь тысяч рублей чистой прибыли, построила мельницу, кузницу, кирпичный завод. Хорошие примеры подавали и кооперативные объединения в Плюскове, в Алешне, в Глупееве.

Пример передовых артелей начал увлекать за собой крестьян. Появились инициативные колхозные группы, душою которых были коммунисты и комсомольцы.

Среди организаторов и первых руководителей колхозов следует отметить Ивана Васильевича Шалопкина, Ивана Андреевича Ларькина, Евдокию Ивановну Тарасову, Федора Дмитриевича Подобедова, Семена Лаврентьевича Галкина, Николая Николаевича Фролова, Бориса Сергеевича Макарова и тогдашнего руководителя козельских коммунистов Панфила Ефимовича Иванова.

Но большинство крестьян все-таки относились к новому осмотрительно, а иногда и просто подозрительно. Вот, например, что решили на сходке в деревне Лубны: «От записи в колхоз, сознавши, не отказываться, а сейчас подумать несколько и тогда записаться». Конечно, такое решение не могло удовлетворить коммунистов и комсомольцев, особенно тех, которые так много положили сил в борьбе со старым миром, сражались в отрядах Красной Гвардии, бились с белыми на фронтах гражданской войны. И вот начинаются бедняцкие собрания, долгие разговоры с колеблющимися, подворный обход, сколачивается инициативная группа желающих записаться в колхоз, а в этой группе значится: «Степин Павел — идет с отцом, Пимкин — идет один, Траубенберг Тамара, пойдет и ее мать».

В семье у лубенского комсомольца Кузина брань. Сам Кузин пришел в ячейку и заявил:

— Не могу против родителей перечить. Не пускают меня в колхоз.

Собрание комсомольцев решило: «Как предавшего нас в трудные минуты Кузина из комсомола исключить, а от решения вступать в колхоз не отступать и вести дальше терпеливую разъяснительную кампанию».

Медленно, но верно разворачивалась коллективизация. Однако успехи вскружили голову местным руководителям. Они стали торопить с вступлением крестьян в колхоз. Для организации колхозов посылались иногда слишком молодые и не совсем опытные товарищи. Были, например, направлены для агитационной работы и для организации колхозов студенты педагогического училища. Некоторые из них не имели ни малейших познаний в сельском хозяйстве. Такие «организаторы» администрировали, торопили крестьян вступать в колхоз, порой не сознавая, что допускают ошибки.

На видном месте в Козельске установили доску показателей. На ней помещались сводки о ходе коллективизации. Сельсоветы, в которых больше хозяйств вступило в колхозы, помещались рядом с нарисованным самолетом, а тех, кто имел малое число колхозников, помещали на черепаху и даже на рака. В специально напечатанном обращении к единоличникам был задан непродуманный и неполезный вопрос: «С кем вы, товарищи единоличники? Ждем делового ответа!»

Центральный орган нашей партии «Правда» поправил козельских руководителей. В статье «Ждем делового ответа» газета разъяснила, что вместо погони за дутыми процентами коллективизированных надо усилить разъяснительную работу и, не нарушая принципа добровольности, воспитывать единоличников на примерах передовых колхозов, вдумчиво приучать крестьян к коллективной, социалистической жизни. Исправление допущенных ошибок было делом нелегким, но козельские большевики правильно поняли критику и преодолели искривления. Огромную роль в деле вовлечения крестьян в колхозы сыграла щедрая помощь партии и правительства труженикам села.

В 1930 году в Козельске была создана машинно-тракторная станция. Она приняла на свои плечи наиболее трудоемкие процессы в сельском хозяйстве — обработку земли, мелиоративные работы, явилась проводником новейших достижений сельскохозяйственной науки и практики.

Большую роль в коллективизации сельского хозяйства сыграли посланцы партии — двадцатипятитысячники. Их в районе было 9 человек. Двадцатипятитысячники активно создавали колхозы, а потом возглавили их. Они не жалели сил для укрепления молодых хозяйств, личным примером показывали, как надо трудиться в коллективном хозяйстве. Очень большую поддержку оказали молодым колхозам шефствующие предприятия центральных городов. Фабрика «Москвошвей» № 8, например, выделила несколько бригад для ремонта машин, проведения сельскохозяйственных работ в колхозах. Москвичи помогли организовать культурно-массовую работу на селе.

Пример в организации дела подавали совхоз «Красный комбинат», преобразованный из оптинского совхоза, и совхоз «Красный плодовод», возникший на землях, принадлежавших до революции князю Вяземскому. В деревнях Дубровка и Клыково, тоже на бывших помещичьих землях, разместился кролиководческий совхоз.

В Оптине до 1930 года в течение трех лет существовала школа крестьянской молодежи, а затем она была преобразована в школу совхозного ученичества. В Козельске организовалась межрайонная школа по подготовке массовых колхозных кадров. На базе семилетних школ в районе было создано пять школ колхозной молодежи. Эти школы явились кузницей кадров для колхозов и совхозов. Многие учащиеся потом стали вожаками в колхозах, агрономами, зоотехниками.

Активно помогали партийным организациям и Советам селькоры. Их в районе к 1932 году было более трехсот. Многие из них часто выступали в «Крестьянской газете», в областных газетах «Рабочий путь», «Социалистическая деревня», «Большевистский молодняк», в районной — «Козельская правда». 64 передовых селькора окончили двухгодичные заочные курсы, организованные «Крестьянской газетой». В 1932 году в районе выпускалось 168 стенгазет, из них 74 — на селе.

В начале 1933 года при Козельской МТС был создан политический отдел, начальником которого стал опытный старый коммунист т. Усит. Вместе с секретарем райкома партии П. М. Деменком т. Усит и другие работники политотдела приложили немало усилий к тому, чтобы колхозы района быстро выросли, окрепли и стали большевистскими, а колхозники — зажиточными,

Козельская МТС не могла обслужить все колхозы. Поэтому район как бы разделился на две зоны: в одну из них входили колхозы и селения, обслуживаемые машинно-тракторной станцией. Здесь политическое руководство осуществлял политотдел МТС. Он же руководил сельскими партийными организациями. Политотдел имел свою газету «За большевистские колхозы». Вторая зона района не обслуживалась машинным парком МТС. Здесь вся политическая и организаторская работа проводилась райкомом партии.

Вполне понятно, что наиболее успешно развивались колхозы, входившие в зону обслуживания МТС, так как они могли почти всю пашню обрабатывать машинами. Но по мере увеличения в нашей стране производства машин число МТС росло с каждым годом. Новая МТС была создана и в Козельском районе. Политотделы к этому времени, сыграв свою положительную роль, были преобразованы, а вся политическая и организаторская работа сосредоточилась в райкоме партии.

Сплошная коллективизация в Козельском районе завершена в 1933 году. Правда, некоторые колхозы были очень маленькими. Так, колхозы деревень Сеславль, Рядики и Дмитриевский хутор насчитывали по двадцати и менее хозяйств и имели не более 250 гектаров земельных угодий. В некоторых селах было по нескольку колхозов. Несмотря на это, коллективные хозяйства широко использовали технику, развернули производственное строительство, повысили урожайность полей и продуктивность животноводства. Плата на трудодни колхозников неуклонно повышалась. Создав производственную базу, колхозы занялись и культурным строительством. Государство охотно пошло им навстречу.

В 1933 году в районе развернулась радиофикация. В Козельске был создан радиодом с мощным радиоузлом и сетью радиоточек в окрестных колхозах. Зазвучали передачи местного радиовещания по колхозам, наладились выезды радиопередвижек в отдаленные села для выпуска радиогазет на местные темы.

Более крепкие колхозы смогли построить электростанции. Электрическая энергия не только осветила избы колхозников, клубы, библиотеки, но и стала все шире применяться на молотьбе, приводить в движение мельницы. Электростанции были построены в Полошкове, Березичах, Попелеве, Зеленых Водах, Лавровске, Парфенове и ряде других деревень.

Колхозники нашего района начали создавать хорошие клубы. Прекрасно был отделан клуб в деревне Потросово. Приехавший сюда известный художник Михаил Панин специально для клуба нарисовал несколько картин. К сожалению, эти произведения погибли во время войны. Дешовский колхоз подарил своему струнному оркестру набор домбровых инструментов. В колхозах «Пламя», «Красногвардеец», «Новое село», «Верный путь» и других были созданы хоровые коллективы. Впоследствии они слились в единый межколхозный хор. Создателем и руководителем этого хора был учитель пения и музыки Владимир Семенович Вагин — теперь заслуженный учитель школы РСФСР. Он написал музыку на стихи колхозника Алексея Архипова, поэта Дмитрия Дворецкого, обработал много народных песен. Все они зазвучали в колхозных клубах.

Козельск издавна славился своими самобытными песнями. А ныне они зазвучали с еще большей силой, потому что в них вложено новое содержание, свежо и задушевно исполняют их колхозные певцы. Межколхозный хор был неоднократно премирован областными организациями и комитетом Всесоюзной сельскохозяйственной выставки, участвовал во Всероссийском смотре колхозной художественной самодеятельности. Этот хор впоследствии дополнили оркестром народных инструментов и коллективом плясунов.

В деревне Дешовки, где народные песни и пляски отличаются особой самобытностью и колоритом, был создан свой коллектив вокалистов и исполнителей народных танцев. Он выступал в Смоленске, в Калуге, в Москве. Хор существует до сих пор.

Частыми гостями в Козельске были советские писатели. В 1931 году наш город посетили поэт-песенник Михаил Васильевич Исаковский, смоленские поэты Николай Рыленков и Василий Горбатенков. Они ездили по колхозам, выступали со стихами перед колхозниками, а потом провели большой литературный вечер в Козельске, на котором рассказывали о своем творчестве и читали свои стихи. М. В. Исаковский принимал участие в занятиях литературной группы при редакции «Козельской правды», выступил с разбором произведений местных авторов. Из нашего района ему послано более 200 песен и частушек, записанных в деревнях и селах района.

Среди комсомольцев и пионеров росло число ударников труда, селькоров. Наиболее яркой фигурой был пионер Никита Сенин из села Косынь. В дни летних каникул он выработал 108 трудодней, организовал шефство над молодняком, разоблачал воров колхозного добра в районной газете. Четырнадцатилетнего школьника Никиту Сенина зверски убили на лесной дороге 13 января 1935 г. Ему нанесли несколько револьверных выстрелов и 17 ножевых ран. Убийцы пионера-селькора были сурово наказаны. А имя Никиты Сенина носит село, где он жил, и одна из центральных магистралей Козельска.

Советский народ успешно выполнял пятилетние планы. Шла техническая реконструкция народного хозяйства. Кадры овладевали новой техникой. Росло число передовиков производства, мастеров умелой организации и высокой производительности труда, поднимался жизненный и культурный уровень советских людей.

Вместе со всем советским народом трудящиеся Козельска радовались новой Конституции СССР, законодательно закрепившей победу социализма. На примере своего района трудящиеся видели торжество советского строя. Они убедились, что социализм уже не мечта, а действительность. Если до революции удельный вес промышленности в хозяйстве Козельского уезда составлял 2,4 процента, то к 1937 году этот показатель возрос до 38 процентов. Число людей, занятых на промышленных предприятиях района, за двадцать лет Советской власти увеличилось более чем в десять раз.

Социалистический сектор безраздельно господствовал и в сельском хозяйстве. Кустари и крестьяне-единоличники составляли лишь 1,2 процента населения района. К двадцатилетию Советской власти в Козельском районе было уже 26 промышленных и промысловых предприятий. Среди них заново построенный завод сельхозмашин, полностью реконструированы заводы: стекольный, крахмало-паточный, черепичный, обозный, овощных концентратов, по переработке молочной продукции, кирпичные заводы, фабрика детских игрушек, ремонтная база железнодорожного транспорта и другие.

В 1936 году началось строительство новой железнодорожной линии от Козельска до Тулы. Дорога вступила в эксплуатацию 27 декабря 1940 года. Она дала новый толчок в развитии экономики и культуры Козельского района, кратчайшим путем связала его с промышленной Тулой и другими экономически развитыми центрами страны. Появились две железнодорожные станции — Шепелево и Тупик.

За двадцать лет Советской власти далеко шагнуло народное образование. В 1937 году в Козельском районе было 75 начальных, 12 семилетних и 6 средних общеобразовательных школ, педагогическое училище, школа «Совхозуч», межрайонная школа колхозных кадров, тракторно-механическая школа, школа медсестер, школа ФЗО. Несколько позднее появилось ремесленное училище. В районе работали семь вечерних школ рабочей и колхозной молодежи. В школах всех типов трудилось свыше 600 учителей, а всего работников интеллигентного труда в районе было свыше 950 человек. Количество неграмотных сократилось более чем в 16 раз.

Для отдыха трудящихся в живописном месте близ села Березичи был создан большой санаторий, а в не менее живописном Оптине — дом отдыха имени Максима Горького. В летний период постоянно действовали три пионерских лагеря. На здравоохранение в первый год после Октябрьской революции выделялось 17 тысяч рублей, а в двадцатую годовщину — 993,7 тысячи рублей.

Женщины, получив равные права с мужчиной, успешно трудились во всех отраслях экономики и культуры. Среди работников интеллигентного труда женщин насчитывалось 72 процента, среди рабочих — 46 процентов. В колхозах района бригадирами работали 24 женщины, звеньевыми — 82. На долю женщин приходилось 49 процентов всех депутатских мандатов в местных Советах.

Совершенно прекратили свое существование монастыри, кабаки, трактиры. Если до революции в уезде насчитывалось 128 кабаков, то в 1937 году их не было и в помине. А как изменился состав сельской интеллигенции! Кроме работников народного образования и культуры, на селе трудились 65 агрономов и 46 зоотехников. На курсах по повышению агрономических и зоотехнических знаний обучалось 3420 колхозников. Агротехническую учебу организовывали специалисты сельского хозяйства области и шефствующий над районом аппарат Наркомата земледелия СССР. Академик В. Р. Вильяме, отвечая козельскому агроному Л. М. Рыльскому, дал через районную газету ряд практических советов по повышению культуры земледелия.

Восемь колхозов района стали участниками Всесоюзной сельскохозяйственной выставки. Три из них были удостоены почетных премий Главного выставочного комитета.

Особенно хорошо применяли агротехнику и добивались высоких урожаев плодовых и ягодных культур садоводы совхозов. Им оказали большую помощь специалисты Наркомата совхозов, принявшие шефство над нашим районом, а также научные сотрудники Мичуринского института садоводства. В Козельском районе долгое время проходили практику студенты этого института. Позднее некоторые из них здесь остались на постоянную работу. Так, со дня организации совхоза «Красный комбинат» работают в нем агрономы А. В. Зазов, Н. Н. Герасимова.

Коллективный труд, разносторонняя механизация сельскохозяйственных работ, высокая агротехника благотворно сказались на материальном благосостоянии тружеников деревни. Вот как писала об этом газета «Козельская правда»:

«Есть в сельхозартели «Красное знамя» семья колхозника И. А. Французова. В ней четверо трудоспособных. За год они выработали 1500 трудодней. Если все полученное на эти трудодни — зерно, картофель, яблоки — погрузить на подводы по двадцать пять пудов на каждую, то потребуется 72 подводы, из них 18 подвод надо будет загрузить зерновыми».

Советское правительство высоко ценит самоотверженный труд наших людей. В 1939 году первой в районе была награждена орденом Трудового Красного Знамени учительница Березичской сельской начальной школы Анна Дмитриевна Орлова. А немного позже орденами и медалями Советского Союза были награждены 27 рабочих и инженерно-технических работников железнодорожной новостройки Козельск — Тула, 32 козельчанина, работавшие на строительстве Московского метрополитена, 6 рабочих стекольного и механического заводов.

Вместе со всем советским народом 12 декабря 1937 года козельчане отдали свои голоса за кандидатов блока коммунистов и беспартийных. Этот день явился замечательным праздником единения народа и партии. Лучших своих сынов и дочерей послали козельчане в местные Советы депутатов трудящихся.

Козельчане хорошо трудились. Но если требовалось, они могли с оружием в руках защищать родную советскую землю. В августе 1938 года за доблесть и геройство при защите государственных границ был награжден орденом Красного Знамени наш земляк красноармеец Пучков. В боях у озера Хасан отличился колхозник из деревни Губино Дмитрий Петрович Кузин. Вот что он рассказывал:

«Второго августа погиб мой друг пулеметчик Солдаев. Он получил ранение в горло. Обрызганный его кровью, я взял из ослабевших рук пулемет и стал уничтожать самураев. Меня ранило, но я не ушел с поля боя, а продолжал косить врагов. Когда вторично меня ранили — уже навылет в правую руку, — я был отправлен в лазарет. Президиум Верховного Совета СССР наградил меня орденом Красной Звезды».

В боях на озере Буир-Нур, где наши войска помогли дружественному монгольскому народу отбить атаки захватчиков, отличились козельчане И. Коновалов, С. Коршаков, В. Якунин, Е. Алешин, И. Фирсов. В боях с белофиннами в 1940 году мужество и геройство проявил козельчанин комиссар полка Дмитрий Александрович Балаханов. Ему было присвоено звание Героя Советского Союза. Очевидец его героического подвига козельский журналист Яков Ватолин, позднее сам погибший в боях с врагом, писал:

«Балаханов лично сам подал пример геройства. Он бросился первым в атаку на врага, увлекая остальных. Враги не ожидали такой отваги и были смяты. Балаханов повторил свои подвиги несколько раз. Он погиб как герой. Под его руководством было уничтожено более тысячи солдат и офицеров противника».

В марте 1940 года был подписан мирный договор с Финляндией. Бойцы козельчане вернулись в родные места, к труду. Вместе со всем народом трудящиеся нашего района жили единым стремлением: работать больше, лучше и производительнее, хорошо учиться, культурно отдыхать. А уж если нападет враг — защищать Отчизну до последней капли крови. Да иначе и быть не могло. Партия, Советская Родина обновили древний Козельск, сделав его краше, больше, интересней. Из города церквей и монахов, купцов и нищих он превратился в город садов и училищ, город обеспеченных и культурных трудящихся. Жители Козельска гордились историческим прошлым своих предков — дедов и отцов, дорожили честью своего города, своей Родины, всем тем, что создано своими руками под руководством Коммунистической партии и Советского правительства. Но мирный, созидательный труд нашего народа был прерван вероломным нападением фашистских орд.

Великие испытания

Ярким и благодатным, таким, как всегда в летние дни, было в Козельске утро 22 июня 1941 года. Этот воскресный день люди думали использовать для отдыха. Предполагалось даже провести традиционную массовку в Долине любви на реке Железенке.

Неторопливо поднималось солнце над зеленым частоколом леса. Звенели косы на росистых лугах и неподвижно замирали рыболовы над золотыми от солнечных лучей омутами Жиздры. В это утро Козельск еще не знал, что на западе нашей Родины пограничники уже ведут тяжелые бои с полчищами фашистских захватчиков. Утро было спокойным…

А в двенадцать часов дня из репродукторов донесся тревожный голос Москвы: фашистская Германия напала на нашу Родину. Люди побежали к военкомату. Здесь стихийно собрался митинг. Митинги прошли в этот день в большинстве сел и деревень. Коммунисты и комсомольцы разъясняли населению призыв партии: «Все для фронта, все для победы». Не дожидаясь повесток, мужчины призывных возрастов, а вместе с ними и юноши, и давно снятые с военного учета старики требовали отправки на фронт. Но отправиться туда можно было не вдруг. Враг был силен и коварен: фронту нужны хорошо обученные и снаряженные воины. На опушке леса, восточнее Козельска, был разбит военный лагерь. Здесь формировалась дивизия из военнослужащих запаса и призывников Козельского и близлежащих районов. Командиром этой дивизии в период ее формирования был председатель районного Совета Осоавиахима Михаил Васильевич Кулешов, комиссаром — главный агроном совхоза Алексей Григорьевич Салин. Через несколько дней эта дивизия вышла в район Тулы, где влилась в запасную стрелковую дивизию. А Михаил Васильевич Кулешов выехал на защиту Москвы и погиб в боях под Волоколамском.

В самом Козельске был создан истребительный отряд, состоящий, главным образом, из комсомольцев. Он насчитывал более ста юношей и девушек. Отряд нес службу охраны порядка в городе и готовился к истреблению вражеских десантов и диверсионных групп. Учеба в этом отряде очень пригодилась многим комсомольцам. Комсомолка Аня Овсянникова — учительница Попелевской семилетней школы — ушла в партизанский отряд, который действовал в районе станции Рудня. Вместе со своими товарищами она истребила много немецких оккупантов. Аня Овсянникова была схвачена фашистами, подверглась страшным пыткам, но не выдала тайны врагу. Она с почестями похоронена недалеко от станции Рудня в Смоленской области. А ее земляки, жители Козельска, собрали все силы для того, чтобы в срок выполнить ответственные военные заказы, готовились к отпору врага. В две смены занимались курсы и школа санитарной службы, круглосуточно дежурили посты и группы противовоздушной обороны. Молодые выпускницы Козельской школы медсестер быстро освоили основы военного дела. Часть из них направилась в действующую армию, другая часть — в местный госпиталь. Возглавил его главный врач Козельской больницы, заслуженный врач республики Дмитрий Матвеевич Арсеньев, а комиссаром стал член партии с 1917 года Ефрем Ильич Малеев.

В сентябре фашистские самолеты начали совершать налеты на железнодорожную станцию и мосты в Козельске. Бойцы истребительного отряда установили пулемет на самодельную турель из колеса и успешно отражали атаки стервятников. К концу этого месяца в Козельск пришли беженцы из близлежащих западных городов. Скопилось много эвакуированных граждан. Одни из них сразу же приступили к работе на предприятиях и в колхозах, заменив ушедших на фронт. Другие, получив необходимую поддержку в снабжении продовольствием и одеждой, направлялись дальше, в глубь страны.

Шестого октября врагу удалось захватить Сухиничи. Продвижение вражеских войск помешало плановой эвакуации. Жители города поспешно покидали его, стремясь лесами отойти за Оку в направлении Лихвин — Белев. Противник рвался к Козельску. Специальная группа истребителей уничтожила часть имущества, чтобы оно не досталось врагу. На станции Козельск взорван склад горючего. С болью в сердце бойцы истребительного отряда уничтожили мост через реку Жиздру. Этот красавец мост был гордостью Козельска, его лучшим архитектурным украшением. Но оставить его было нельзя: по нему могли пойти на восток эшелоны противника. Рабочие механического и стекольного заводов демонтируют и закапывают оборудование, которое не было возможности своевременно вывезти.

На рассвете 8 октября в город ворвались фашистские захватчики. Наступили черные дни оккупации Козельска. 81 день вражеские силы были в городе. Население города и района жило под страхом смерти. Своими зверствами и разбоем немецкие захватчики превзошли всех врывавшихся в Козельск врагов. Город и окрестные села не видели таких ужасов со времен татаро-монгольского ига и литовского разорения.

Отбирая теплую одежду и продовольствие у населения, немцы в первые же дни убили несколько мужчин и подростков. 9 октября в селе Нижние Прыски фашисты захватили Ф. Павлова и Н. Аркадьева. Ф. Павлов позднее с фронта писал:

«Неожиданно в дом, где я находился, вошли немцы и, что-то бормоча, наставили на нас оружие и с поднятыми руками заставили выйти из дома. Немцев было пятнадцать, а нас двое. Когда мы прошли около пятидесяти шагов, раздался залп. Николай упал. Через мгновение я почувствовал страшные ожоги. Фашисты ранили меня в трех местах. Одна пуля попала в щеку. Кровь из раны смочила лицо и голову. Фашисты начали толкать нас носками сапог. Я притаил дыхание и без воплей переносил удары. Немцы что-то еще пробормотали и пошли в следующий дом. Истекая кровью, я лежал неподвижным около пяти часов, пока убийцы не выехали из деревни. К нам подошла сестра Николая. Я с трудом встал. Николай уже был мертв».

На стекольном заводе немцы расстреляли мастера С. М. Моршунова вместе с женой и пионера Зайцева. Захватив в лесу группу скрывавшихся мужчин, немцы сняли с них валенки и полушубки, а самих расстреляли. Среди расстрелянных был бухгалтер Козельского лесхоза А. Н. Пучковский.

Немецкие захватчики не щадили ничего. Они разрушали культурные учреждения. В городском кинотеатре, в здании средней школы, в Благовещенской церкви разместили лошадей. Фашисты растащили и сожгли районную библиотеку. Сожжены были многие сельские школы, клубы и красные уголки.

За период оккупации немецкие грабители угнали из колхозов 8550 лошадей, отобрали из общественного стада и у населения 5249 голов крупного рогатого скота, 2129 свиней, 4637 овец, 19860 птиц, отняли у населения 19750 центнеров зерна, 11530 центнеров картофеля, 21 150 центнеров фуража. Немецкие захватчики не останавливались даже перед тем, чтобы забирать у людей последний хлеб и раздевать их донага. В одном из актов значится, что в колхозе «Красный луч» Матчинского сельсовета немцы «изъяли из детских яслей пятнадцать детских рубашек и двенадцать метров мануфактуры».

Гитлеровские захватчики пытались создать видимость, будто их поддерживает русский народ, утверждая, что управление оккупированными городами и селами осуществляют сами русские. Подобрав в Козельске всякий сброд, недовольный Советской властью, немцы послали его в городскую управу и полицию.

Предатели пытались всеми средствами выслужиться перед оккупантами. Они заставляли носить фашистские опознавательные знаки — желтую звезду на одежде, требовали, чтобы все коммунисты и комсомольцы явились для регистрации в полицию. Но никто не подчинился этому требованию, зная, что за регистрацией последует жестокая расправа.

Оставшиеся на оккупированной территории патриоты жестоко мстили захватчикам. Так, внезапно была взорвана печь на стекольном заводе и совершен поджог механического завода. Это помешало немцам восстановить предприятия.

Коммунисты и комсомольцы, действовавшие в глубоком подполье, вели работу среди населения: знакомили их с положением на фронтах, призывали сопротивляться захватчикам и ничем не помогать им. В деревнях Матчинского сельсовета коммунистка Е. Д. Большова, слушая подпольное радио, рассказала колхозникам, как прошло торжественное собрание в Москве, посвященное двадцать четвертой годовщине Великой Октябрьской революции. Призыв партии — бороться за честь и независимость Родины нашел горячую поддержку среди советских людей. В Матчинском сельсовете, например, люди не выходили на работу, спрятали все детали сельхозмашин и оборудование для их ремонта, сумели сохранить семена.

Комсомолец П. Д. Артамонов в колхозе «Красный маяк» Плюсковского сельсовета и комсомолка А. Д. Кускова в колхозе «Новый путь» Киреевского сельсовета тайно хранили радиоприемники, слушали передачи из Москвы и сообщали о них колхозникам. Комсомольцы Д. П. Сухов и А. Г. Костянов из колхоза «Новое село» обмолотили общественный хлеб и надежно спрятали его от захватчиков. Группа мастеров училища механизации разобрала по частям машины и оборудование и скрыла их до прихода Советской Армии.

Сопротивление Красной Армии и всего советского народа нарастало с каждым днем. Фашисты получили достойный отпор под Тулой. Тыловые части их начали отступать от Белева в район села Вейна. В деревне Побуж фашисты были обстреляны кем-то из населения. Кто стрелял во вражеский обоз — осталось неизвестным. Но фашистские изверги учинили зверскую расправу над жителями деревни. Запылали дома. Фашисты бегали с факелами и предавали пламени все, что могло сгореть. Тех, кто пытался остановить пожар, убивали на месте.

Ирина Галкина вынесла из горящего дома двоих детей в возрасте двух и четырех лет и кинулась в огонь спасать остальных. Немецкий изверг застрелил вынесенных детей, а когда Ирина вынесла на своих руках из огня еще двух малышей, он заколол штыком ее и остальных детей. Марию Данюшкину вместе с ее четырьмя детьми зарезали около горящего дома. Четырехлетнюю Оксану и прожившего всего годик Ваню Обуховых зверски застрелили. Неподалеку нашли Дуню Обухову — их сестру и ее убили. Затем согнали в овраг за деревню более ста пятидесяти женщин, детей и стариков и начали их поливать свинцовыми автоматными очередями. Недобитые были завалены трупами убитых. Немцы наспех засыпали свои жертвы землей, уверенные, что никто не встанет и не расскажет о зловещем преступлении. Однако нашлись те, кто поведал людям о страшной побужской трагедии.

Бригадир колхоза «Победа» Наталья Васильевна Обухова рассказывает, как она получила несколько страшных ранений, потеряла сознание и упала в общую кучу стонущих и мертвых людей. Немцы произвели еще несколько «контрольных» автоматных очередей по этой человеческой груде и ушли, немного прикрыв землей окровавленную гору тел. «Когда я очнулась, я не поверила своим глазам, потому что вокруг меня лежали одни мертвецы, да и сама я была беспомощная: слишком много потеряла крови. Я долго еще лежала среди холодных тел и лишь глубокой ночью выползла и направилась к избам. Но изб не было, стояли только одинокие трубы да кое-где уцелевшие кирпичные развалины. Я с трудом нашла двух женщин, которые приютили меня в погребе. Оказалось, что немцев бояться уже нечего: они бежали от наступающих частей наших освободителей».

На месте, где была совершена расправа над побужцами, нашли более пятидесяти трупов детей в возрасте от года до десяти лет. Всего же в этой деревне было убито, сожжено и тяжело ранено свыше трехсот человек. Весть о побужской трагедии, после того как о ней рассказала газета «Правда», облетела всю нашу страну. Она укрепила решимость беспощадно уничтожать фашистскую нечисть. Вот письмо одного из земляков-побужцев:

«Получил от вас письмо и узнал, что в период оккупации нашего района немецко-фашистские бандиты уничтожили мою родную семью, в том числе и трехлетнего сына Василия и тринадцатимесячную дочь Марусю. Эта весть была для меня очень тяжелой, и я дал клятву, что за всю семью, за всех людей, расстрелянных и сожженных фашистскими извергами, за сожженную деревню я буду мстить беспощадно гитлеровским бандитам до последней капли крови, до последнего их уничтожения. Я призываю вас, чтобы вы работали не покладая рук, оказывали повседневную помощь фронту. С красноармейским приветом С. И. Криворотов».

Побужская трагедия была началом конца оккупации гитлеровцами нашего района. Войска 10-й армии под командованием генерал-полковника Ф. И. Голикова и гвардейская кавалерийская дивизия под командованием генерал-майора Н. С. Осликовского, форсировав Оку, устремились к Козельску.

Дремучие леса, трещавшие от декабрьских морозов, засыпанные снежными сугробами просеки и лесные дороги не задержали гвардейцев-конников. Стремительным ударом они овладели деревнями Шепелевка и Красный Клин и 26 декабря вышли на подступы к Козельску. Опытный глаз разведчиков сразу определил переднюю линию обороны. На окраине города за рекой Жиздрой видны были окопы и траншеи. Многие дома скрывали пулеметные гнезда. По обоим берегам реки находилось несколько рядов колючей проволоки, а на льду реки — минные поля, в садах и оврагах — орудия и минометы. С колоколен церквей просматривается каждый овражек, каждая полоска кустов. Особенно сильно был укреплен центр города. Немцы заблаговременно создали оборонительный рубеж Козельск — Белев, стараясь удержать Козельск как важный железнодорожный узел на путях отхода своих войск на юго-запад.

Гарнизон Козельска насчитывал до полутора полков. Противник срочно подбрасывал резервы, пытаясь остановить на рубеже Жиздры наступление гвардейской кавалерийской дивизии. С утра 26 декабря командир дивизии генерал-майор Н. С. Осликовский выдвинул на север от Козельска 180-й кавалерийский полк подполковника Васильева, а остальными частями и подразделениями повел наступление на город. Массированный огонь противника остановил бойцов, заставил их залечь и окопаться на подступах к городу. Свыше 500 самолетов противника обрушились на позиции наших войск под Козельском.

Атака гвардейцев не удалась. Черные клубы дыма от разрывов авиабомб поднялись над лесом. С треском валились древние сосны. Обстановка усложнилась. Но в обход города с юга прорвалась 75-я кавалерийская дивизия полковника Масалика. К исходу дня она перерезала железную и шоссейную дороги Козельск — Сухиничи. Козельск был окружен почти со всех сторон нашими войсками.

Наступая с востока и юго-востока, советские войска вышли на окраину города. Завязались жестокие уличные бои. Враг упорно сопротивлялся. Но смелые и энергичные гвардейцы пятого кавалерийского полка под командованием майора Браминова сломили сопротивление немцев. К 23 часам 28 декабря город был полностью очищен от фашистского зверья, и в новогодней речи Всесоюзный староста М. И. Калинин поздравил козельчан с желанным освобождением.

Стремительное наступление гвардейцев помешало немцам угнать из Козельска приготовленные для отправки эшелоны с различными воинскими грузами. На станции были захвачены богатые трофеи: два эшелона с танками и автомашинами, много вагонов с боеприпасами и медикаментами. В боях за город было взято в плен 120 немецких солдат и офицеров.

На подступах к городу пал смертью храбрых комиссар второй гвардейской кавалерийской дивизии полковой комиссар Терентий Лаврентьевич Веденеев. Он похоронен в сквере в центре города. Козельчане свято чтят память славного комиссара. Решением горисполкома одна из центральных магистралей Козельска названа улицей Веденеева. Уже после освобождения один из командиров полков, освобождавших город, Михаил Иванович Логвинов погиб под дер. Рядики.

В боях за Козельск, за освобождение Сухиничей, Думиничей и других городов и поселков активно проявили себя десантники-пехотинцы. Среди них храбро сражался молодой комсомольский поэт Семен Гудзенко. В боях под Козельском он был ранен, но продолжал участвовать в боях. Именно в эти дни Семен Гудзенко писал:

Во время разведки Семен Гудзенко был вторично ранен. Об этом он записал в дневнике: «Ранен. В живот. На минуту теряю сознание. Упал. Больше всего я боялся раны в живот. Пусть бы в руку, ногу, плечо. Ходить не могу. Ранен — аж видно нутро. Везут на санях. Доехал до Козельска».

Один из госпиталей в то время размещался в Березичском парке. Из-за того, что он был переполнен, а больной поэт находился в очень тяжелом состоянии, его взял в свою квартиру начальник госпиталя. Целую зиму лечили Гудзенко, а весной он снова вернулся в ряды действующей армии, прошел в сражениях европейские страны и только после полной победы над врагом возвратился к мирной профессии журналиста. Однако тяжелая рана так и не зажила. Семен Гудзенко умер в 1953 году.

В Козельском госпитале лечился раненый на Сухиничском направлении генерал-полковник, а ныне маршал К. К. Рокоссовский.

Сотни и тысячи козельчан отважно сражались на фронтах Отечественной войны, многие отдали за Родину свою жизнь. Танкист старший сержант Иван Степанович Трубин из деревни Алешня на своем танке уничтожил немецкую колонну, в которой находилось пятнадцать автомашин, тридцать солдат и офицеров. В боях за город Чугуев он пал смертью храбрых. Посмертно ему присвоено звание Героя Советского Союза. Также посмертно звание Героя присвоено комсомольцу лейтенанту Ивану Александровичу Буканову из слободы Новая Казанья. Во время форсирования Днепра храбрость и мужество проявил старший сержант Андрей Васильевич Алешин. Ему было поручено выяснить наличие огневых точек противника и донести об этом в штаб. Алешин форсировал Днепр, но его группу заметили немцы и открыли ураганный огонь. Смелый сержант нырнул под воду и долго не появлялся на поверхности. Он успешно выполнил задание командования. Это позволило нашим частям быстро переправиться на другой берег реки. Алешину присвоено звание Героя Советского Союза. Он же является кавалером ордена Славы всех трех степеней. Сейчас он работает бухгалтером в козельском совхозе «Красный плодовод».

В десятой Калининской партизанской бригаде сражалась Таня Ковалева из села Губино. На ее боевом счету 8 взорванных эшелонов, 6 автомашин, 2 железнодорожных моста. За смелые ратные подвиги она награждена орденом Красного Знамени и медалью «Партизану Отечественной войны». Сапер капитан Василий Пименович Михалько, проживавший до войны в деревне Березичи, геройски проявил себя во многих смелых действиях против врага. Капитан Михалько погиб смертью храбрых. Ему присвоено звание Героя Советского Союза. Звание Героя Советского Союза получили также капитан Ф. И. Кузнецов, проживавший в Козельске, А. Н. Кузин из деревни Трошны, В. В. Пронин из деревни Грива и В. С. Паршин из Козельска.

После того, как противник был отброшен от Козельска, он перешел к обороне по реке Жиздре, на рубеже Вейна — Дретово — Павлово. Артиллерийским огнем враг полностью уничтожил село Павлово, деревни Дретово и Кричино. Очень сильно пострадали от артиллерийской перестрелки и пожаров села Волконск, Чернышино, Киреевск, Алешня, Славышино. Сам город неоднократно подвергался налетам авиации противника. Во время налетов погибло много мирных жителей, сгорело более сотни домов. Почти полностью был разрушен центр города. Но даже и в этих условиях козельчане изо всех сил старались помочь фронту. Сразу же после освобождения Козельска приступил к работе партийный и советский аппарат. 15 февраля состоялось собрание партийного актива района, а затем прошли собрания колхозников, которые обсудили вопросы подготовки к предстоящему севу и наметили первоочередные мероприятия по восстановлению хозяйств. Снова на общественные дворы сводится колхозный скот, собираются семена и инвентарь.

Весна 1942 года была очень тяжелой, хотя государство оказало колхозам значительную помощь. Не хватало инвентаря, машин, лошадей. Приходилось перебрасывать инвентарь из одного колхоза в другой, пахать на коровах и даже копать поля лопатами. Посевные работы в южной части района приходилось вести под артиллерийским огнем противника. Не хватало семян, фуража, продовольствия. Еще не была восстановлена МТС. И все-таки колхозники не только провели весенний сев и обеспечили образцовый уход за посевами, но и оказали всемерную помощь фронту.

Осенью 1943 года, когда враг был отброшен от Козельского района, трудящиеся приступили к восстановлению населенных пунктов. Восстанавливались дома, надворные постройки, приобретался скот в личное пользование. За осень 1943 года было построено 1009 домов, 47 бань, 98 скотных дворов, 8 мельниц. Большие работы пришлось провести по восстановлению городского хозяйства. Заново отделаны электростанция, баня, аптека, средняя, две начальных школы, кинотеатр, шесть магазинов, 351 жилой дом. Восстановлен водопровод, капитально отремонтирован пункт по убою скота и заготовке мяса.

В 1944 году в районе было восстановлено 15 государственных и кооперативных предприятий, 37 учреждений и 361 жилой дом в городе. На селе прибавилось еще 1059 жилых домов, 138 скотных дворов, 166 конюшен, 200 прочих животноводческих помещений, 50 бань. Колхозникам выдано в личное пользование 549 коров.

Дочь Эрнста Тельмана Ирма и бывший комендант города Фюрстенберга козельчанин Б. С. Макаров встретились в 1965 году на родине вождя немецкого пролетариата.

В другие районы области, пострадавшие от фашистской оккупации, колхозники Козельского района выделили безвозмездно 573 коровы, 591 лошадь, 54900 пудов зерна и 70 тысяч пудов картофеля.

Из Козельска и сел района было послано на фронт свыше 30 тысяч различных подарков. Рабочие и ученики, пенсионеры и домашние хозяйки посылали бойцам теплые варежки, валенки, пряники, задушевные письма. Несколько раз козельчане посылали свои делегации на фронт. Они достойно встречали фронтовиков, прибывающих на побывку или на лечение в госпитали.

Добрую славу снискал козельчанин Борис Макаров. Назначенный комендантом немецкого города Фюрстенберг, он освободил из фашистского лагеря жену и соратницу Эрнста Тельмана Розу Тельман и их дочь Ирму. До сих пор Ирма Тельман шлет благодарственные письма пенсионеру Б. С. Макарову в Козельск.

На свои средства березичские рабочие построили самолет, на котором было произведено более восьмисот боевых вылетов. Козельчане сдали 6 миллионов рублей в фонд строительства танковой колонны.

Активную помощь оказывали колхозники окрестных деревень личному составу французской авиаэскадрильи «Нормандия — Неман». С этой взлетной площадки поднимались наши союзники для участия в сражениях на Орловско-Курской дуге.

Вместе со всем советским народом козельчане беззаветно трудились во имя победы над злейшим и коварным врагом, всеми силами помогали действующей армии быстрее разгромить врага. За доблестный труд в годы Отечественной войны более 300 тружеников района награждены орденами и медалями, многие руководящие работники и передовые производственники, оказавшие особенно активную помощь фронту, награждены орденами Отечественной войны. Среди них секретарь РК КПСС т. Уваров, председатели райисполкома тт. Афонин и Каченко, районный уполномоченный Министерства заготовок М. И. Никитин и др.

Молодость древнего города

В месте с радостью победы над фашистской Германией козельчане почувствовали прилив энергии и новых сил. Они горячо стремились быстрее восстановить родной город, села, сделать наши места еще более красивыми, плодоносными, богатыми.

В 1944 году была образована Калужская область, и Козельск вошел в ее состав.

Годы, минувшие со дня победы над фашистскими захватчиками, неузнаваемо изменили лицо Козельского района. Промышленные предприятия коренным образом реконструированы, расширены, механизированы. Производственная мощность механического завода возросла в несколько раз. Если до войны его основной продукцией были небольшие сельскохозяйственные машины вроде сеялок и льнотеребилок, то теперь завод выпускает передвижные ремонтные мастерские, предназначенные для механизаторов сельского хозяйства. Эти мастерские оснащены всем необходимым для текущего ремонта сельхозмашин. Помимо этого, завод выпускает много других предметов и деталей для механизации сельскохозяйственного производства, запасные детали для комбайнов, тракторов и других сельскохозяйственных машин. Производственные мощности предприятия непрерывно растут. Стекольный завод выпускает сейчас не только аптекарскую посуду, предметы медицинского оборудования и разнообразную продукцию народного потребления.

Производительность труда на обоих заводах выросла против довоенного уровня почти в два раза. Оснащенность машинами и механизмами утроилась. Вступили в строй новые цехи. На стеклозаводе исчезла тяжелая профессия стеклодувов. Новые печи для стекловарения, автоматы и полуавтоматы для приема стеклопродукции облегчили труд рабочих, позволили расширить ассортимент изделий.

В том, что механический и стекольный заводы стали передовыми предприятиями, работающими ритмично и высокопроизводительно, большая заслуга их директоров С. М. Полуэктова и М. М. Стрельцова. Вот уже более 10 лет каждый из них руководит предприятиями, сочетая это руководство с большой общественной работой и учебой. Успех во многом зависит от того, что и С. М. Полуэктов, и М. М. Стрельцов являются высококвалифицированными специалистами и всю свою работу проводят, опираясь на коллектив инженеров, техников, рабочих, советуясь с коммунистами, неустанно прислушиваясь к голосу масс.

Совершенно перестроен головной завод по выпуску молочной продукции. Это уже не карликовое, полукустарное производство, а высокомеханизированное предприятие с поточной лентой конвейера.

В селе Киреевском возник обозно-паркетный завод, в трех колхозах — льнозаводы. В городе построены новый кирпичный завод и завод по выработке овощных консервов. Макаронная фабрика, созданная после войны, освоила выпуск различных сортов продукции. Полностью реконструирован райпромкомбинат. Он выпускает сейчас мебель. Создана ремонтно-строительная база в городе и в межколхозной строительной организации, есть два больших автохозяйства.

Там, где до войны шумел глухой заболоченный лес, разведчики недр открыли запасы бурого угля. В начале 1957 года здесь вошла в строй первая в области угольная шахта, а через год — вторая. Эти шахты — высокомеханизированные предприятия. Уголь с глубины 30 метров подается из лав и забоев по ленточным транспортерам. Мощные десятитонные контактные электровозы доставляют уголь к стволу шахты, а отсюда мощные подъемные машины выдают его на-гора. Для отгрузки породы сооружена подвесная канатная дорога. Управление всеми механизмами — дистанционное. Валовая продукция промышленности в районе по сравнению с довоенной выросла в два с половиной раза.

Только за последние 8 лет число рабочих и служащих в районе более чем удвоилось. Количество городского населения в Козельском районе выросло до 20 тысяч человек, что составляет почти 40 процентов населения района. Численность населения в самом Козельске возросла против довоенного с 7 до 13,5 тысячи человек. Возник рабочий поселок Сосенский с населением более 7 тысяч человек.

Город Козельск помолодел, расцвел. Улицы его оделись в асфальт и бетон, украсились зеленым нарядом деревьев и радужным разноцветьем садов и скверов, созданных руками самих горожан. Первые скверы были заложены в честь 800-летия Козельска, которое отмечалось в 1946 году. Теперь в городе и прилегающих к нему поселках девять скверов. В лучшем сквере им. Ленина находятся могилы воинов, отдавших свою жизнь за освобождение нашего города, за честь и независимость Родины. Красные розы и белый жасмин цветут над могилами летом. В любое время года здесь много венков: козельчане хранят светлую память о тех, кто погиб смертью героя. Неподалеку от памятника Ленину установлен памятник в честь героической обороны козельчан в 1238 году. Выдержки из летописей на постаменте не только напоминают о славной истории города, они воспитывают чувство патриотизма, призывают хранить и умножать героические традиции предков, наших отцов, братьев.

Пройдите на восток от нового железнодорожного моста через Жиздру. Пятнадцать лет назад здесь была одна улочка — Заречье. Теперь на этом месте раскинулся большой поселок механического завода. Вы увидите красавец клуб, новое здание средней школы, медицинский пункт, детские ясли и сад, комбинат бытового обслуживания, баню, магазины, столовые. Красивые улицы названы именами выдающихся людей, посетивших наши места, — Достоевского, Фурманова и других. На Жиздре построен новый большой бетонный мост, асфальтовые магистрали протянулись к поселку шахтеров, к механическому и стекольному заводам.

Пройдите на запад города. И вы увидите совершенно перестроенную широкую магистраль — трехкилометровую улицу им. Чкалова с многоэтажными корпусами и красивыми домами, возведенными коллективом углеразведки. В этом районе также свои магазины, мастерские бытового обслуживания, отделение связи, сберегательная касса. За железнодорожным вокзалом — корпуса вновь построенного завода овощных консервов, головного молочного завода, гаражей автобазы, производственные и жилые корпуса «Сельэлектро», районного отделения «Сельхозтехники», пакгаузы. Дальше — городок рабочих совхоза с красивым Дворцом культуры, построенным силами общественности.

На северной стороне города, параллельно улице, носящей имя одного из героических освободителей Козельска — комиссара Веденеева, появились новые улицы, которым присвоены имена Крупской, Горького, Матросова, Кутузова. Здесь несколько лет назад протекала мелкая извилистая речушка Клютома. Но пришли инженеры, подвели землеройные машины, и река подалась на восток. Теперь она уже идет прямой синеющей лентой мимо выращиваемого местными школьниками фруктового сада. Две средних школы получили новые многоэтажные здания на красивом холмистом месте, откуда ниспадают цветники, дорожки, газоны, места детского отдыха.

В центре города сохранено много памятников старины. Среди них Никольская церковь, построенная в стиле русского барокко в 1740 году, здание, где находится исполком районного Совета, два здания, занимаемых школами, и ряд других. Почти заново восстановлено старинное здание бывшего казначейства, в котором теперь помещается Госбанк. Рядом с ним сохранено также очень старинное здание бывшего архива. В здании бывшего собора (также архитектурного и исторического памятника) разместился районный Дом культуры. Рядом с Домом культуры — детская музыкальная школа. Здесь же, в центре города, недавно построены здания 8-летней школы, школы-интерната, ателье бытового обслуживания.

Любимым местом отдыха козельчан является старинный городской сад с красивыми тенистыми аллеями, летней эстрадой, читальней, павильоном общественного питания, детской площадкой. С террасы этого сада открывается чудесный вид на красавицу Жиздру, на сосновый бор, на поселок механического завода, на окрестности Оптина и Березичей.

Многоместные автобусы курсируют теперь от Козельска до Калуги, Малоярославца, Сухиничей, Ульянова и в пределах района. Протяженность автобусных линий с постоянно действующим движением машин составляет около ста километров.

На южной стороне города выросли новые корпуса межрайонной больницы, ветеринарно-бактериологической лаборатории, дорожного участка, дом связистов, универсальный магазин, санитарно-эпидемиологическая станция, ветеринарная лечебница.

На высоком склоне к реке Другузне разместились краеведческий музей, районная библиотека и детская библиотека с хорошо оформленными читальными залами. На левом берегу этой речки находится техническое училище. Здесь готовят квалифицированных рабочих различных профессий — слесарей, арматурщиков-бетонщиков, штукатуров-маляров.

Козельск теперь имеет два железнодорожных вокзала на своей западной и восточной сторонах. Третья железнодорожная станция района — Шепелевка расположена недалеко от угольных шахт и поселка шахтеров Сосенский. В поселке Сосенский прямые красивые улицы, прекрасный клуб «Горняк», средняя школа, больничный городок, детский сад и другие социально-культурные объекты. Большой поселок вырос при станции Киреевская.

Почти в пять раз по сравнению с довоенным временем увеличился поселок Березичского стекольного завода. В поселке хорошая больница, большой клуб, новое здание десятилетней школы, магазины и предприятия бытового обслуживания. Недалеко от завода, в бывшем имении князя Оболенского, разместилась Березичская школа-интернат, преобразованная из специального детского дома. Дети, родители которых погибли на фронтах Отечественной войны, нашли приют и воспитание в двух организованных в нашем районе специальных детских домах — Оптинском и Березичском. Недавно бывшие воспитанники детских домов — теперешние инженеры, агрономы, педагоги, квалифицированные рабочие и студенты высших учебных заведений — собрались в свое первое учебное заведение. Они с благодарностью говорили о воспитателях, давших им хорошую путевку в жизнь, и прежде всего о руководителях детдома Николае Григорьевиче Власове, Ирине Алексеевне Клиневской и заслуженном учителе школы РСФСР Тимофее Ивановиче Толстом. Специальные детские дома нашего района воспитали более двухсот детей воинов, отдавших жизнь за Родину в период Великой Отечественной войны.

Под Козельском в поселке Сосенский действует вечерний машиностроительный техникум. Он выпускает квалифицированных специалистов для нашей промышленности, в частности мастеров по обработке металла резанием. В Оптине и Шамордине разместились сельскохозяйственные профессионально-технические училища. В настоящее время они готовят трактористов-машинистов широкого профиля.

По всей восточной и южной сторонам района, а местами и на севере его — широкие лесные массивы. Лес, зеленый друг, сослужил хорошую службу людям в годы войны. Именно в лесном урочище недалеко от деревни размещалась в годы войны авиационная эскадрилья «Нормандия — Неман».

Но лес во время войны сильно пострадал. Сразу же после войны работники лесхоза вместе с колхозниками принялись за восстановление и развитие лесного хозяйства. Здешние леса издавна отличались большим обилием сосны и дуба. По количеству дуба, например, наш район занимает первое место в области. Теперь продолжаются посадки этих ценных пород. Кроме того, большое внимание уделяется выращиванию ели, липы. Все больше в наших лесах занимают места кедр, лиственница. В последнее время высажено много веймутовых сосен, родиной которых является Северная Америка. Все больше ценных пород кустарников: золотистой смородины, черноплодной рябины, лоха и других. Практикуется посадка в лесах яблонь. Члены общества по охране природы взяли под свое наблюдение и охрану полезных зверей, птиц и рыб, населяющих наши леса, озера и реки. Особое внимание уделено охране лосей, а также диких кабанов, бобров, выхухолей и ондатр.

В Каменском лесничестве создана большая пчеловодная пасека. Лесхоз организовал производство предметов ширпотреба: обозного оборудования, саней, граблей, лопат, топорищ, пиломатериала. Производство этих предметов механизировано. На базе лесного хозяйства в селе Киреевске создан и работает завод по производству паркета и обозных изделий. Древесина сосны, ели и осины идет на экспорт.

Большие изменения произошли в нашем районе и в сельском хозяйстве. Парк тракторов, комбайнов и других сельскохозяйственных машин по сравнению с довоенным временем в 1966 году увеличился почти в семь раз. Мелкие хозяйства объединились. В колхозы пришло много агрономов, зоотехников, ветеринарных врачей.

Вся колхозная молодежь имеет хорошее образование. В большинстве колхозов введена денежная оплата труда. Да и лицо полей изменилось. Раньше возделывались здесь в основном овес, рожь, картофель. Теперь большой удельный вес в посевном клину приобрела пшеница. Появились новые полевые культуры — сахарная свекла, кукуруза, ячмень, люпин. Установлены правильные многопольные севообороты с посевом трав. Площадь под кормовыми культурами увеличилась почти в три раза.

Механизация сельского хозяйства, а также организационно-хозяйственное укрепление и укрупнение колхозов, введение правильных севооборотов и успешное внедрение в сельскохозяйственную практику агротехнической науки помогло увеличить урожайность сельскохозяйственных культур. В 1965 году урожайность с каждого гектара зерновых по сравнению с 1964 годом увеличилась более чем на 4 центнера.

Улучшение кормовой базы, ухода за скотом и повышение материальной заинтересованности работников животноводства оказали большое влияние на рост поголовья скота и его продуктивность.

Колхозов в районе четырнадцать. Но какие это колхозы! Каждый из них объединил свыше десяти деревень. Пахотные массивы каждого колхоза превышают тысячу гектаров, а доходность — сотни тысяч рублей.

Вот несколько примеров. Центром колхоза имени Орджоникидзе стала в прошлом самая бедная деревня Дешовки. Теперь в этой деревне — добротный механизированный животноводческий городок, зернохранилище, овощехранилище, механизированный ток, гараж с десятками автомашин, большой парк тракторов, комбайнов и других сельскохозяйственных машин. В колхозе постоянно функционируют курсы по повышению агротехнических и зоотехнических знаний. Здесь выведена наиболее ценная порода гусей — калужская.

В деревне имеется 8-летняя школа с хорошим опытно-показательным участком, университетом для родителей и этнографическим музеем, новый просторный клуб на 300 мест, стационарная киноустановка, большая библиотека, детский сад и ясли, три магазина. Очень многие воспитанники Дешовской школы замечательно работают в родном колхозе.

Так же неузнаваемо изменили свой облик деревни колхозов «Победа», имени Ленина, «Октябрь», «Путь Ильича», имени Мичурина, «Завет Ильича», «Россия» и другие.

О росте культуры колхозных сел говорят такие факты: во всех сельхозартелях есть сейчас не по одному, а по нескольку клубов, библиотек-читален, в бригадах и на животноводческих фермах открыты красные уголки. Почти в каждый колхозный двор приходят газеты и журналы. Часто в колхозы приезжают агитационные бригады районного Дома культуры и промышленных предприятий. Во многих колхозах работают кружки художественной самодеятельности, хоровые, драматические, литературные и другие.

Лютой зимой 1940 года в районе почти сплошь вымерзли сады. Оставшиеся деревья не уцелели во время войны. Рабочие совхозов и колхозники вновь возродили сады на площади 450 гектаров. Качество садоводства значительно улучшилось. Сады приносят хорошие доходы, являются базой развития пчеловодства. Рядом с давно известными сортами яблок — Антоновкой, Коричным, Бабушкиным, Грушовкой растут новые сорта — Штрейфлинг, Пепин-шафранный, Бельфлер-китайка и другие. Отдельные деревья в антоновском саду колхоза «Красный плодовод» дают по пяти центнеров яблок. В совхозе «Красный комбинат» создан большой пруд, где разводится зеркальный карп. Этот совхоз получает хороший доход также от пчеловодства.

После войны в сельской местности значительно выросла сеть школ. Сейчас здесь имеется 9 средних, 22 восьмилетних и 54 начальных школы. В них обучается более 12 000 человек. Это значит, что каждый пятый человек в селах учится. Отряд учителей насчитывает более 800 человек. В школах-интернатах района воспитывается более 500 детей. В районе имеется 5 вечерних школ рабочей и колхозной молодежи, 19 детских лагерей. Летом ученики хорошо отдыхают и вместе с тем помогают колхозам в проведении сельскохозяйственных работ. Ребята ухаживают за картофелем, садами. Колхозы и совхозы в свою очередь проявляют заботу о воспитанниках лагерей. В совхозе «Красный комбинат» для ребят построен специальный городок — маленькие, но вполне удобные домики, где живут и отдыхают школьники.

Далеко шагнуло дело народного здравоохранения. В самом городе находится прекрасно оборудованная межрайонная больница. В ней есть рентгеновский кабинет с новейшими аппаратами, лаборатории, восемь поликлинических кабинетов. Совсем недавно в больничном городке построен новый двухэтажный хирургический корпус. Только в одной межрайонной больнице работают 22 врача. Напомним, что до революции в городе их было 2. В этой же больнице трудятся свыше 40 фельдшеров и медицинских сестер. Кроме этого, в районе три врачебных и восемь фельдшерских медицинских пунктов, два родильных дома, детская поликлиника, женская консультация, детская молочная кухня.

Сейчас в районе насчитывается 33 библиотеки, в том числе 24 сельских. В них — более 220 тысяч экземпляров книг. Помимо городского Дома культуры, в районе есть 3 заводских клуба, 2 совхозных, 52 сельских клуба, городской кинотеатр, 38 стационарных киноустановок и восемь кинопередвижек. Несколько раз на всероссийских смотрах художественной самодеятельности завоевывает лучшие места и звание лауреата академический хор районного Дома культуры, руководимый заслуженным работником культуры Николаем Константиновичем Родионовым.

Забота партии и государства об охране материнства и младенчества ярко проявляется в таких фактах. В детских садах и детских яслях воспитывается более 1000 маленьких граждан. Многодетные матери получают пособия, награждены орденами и медалями. Медалями «Материнская слава» награждены 1887 человек. Семнадцать матерей, родивших и воспитавших по 10 и более детей, удостоены высшего и почетного звания «Мать-героиня».

Гордостью района являются люди. На механическом заводе первыми завоевали звания коллективов коммунистического труда бригады И. Тарасовой и 3. Натаровой. Каждый член этих бригад повысил свою техническую квалификацию, учится в общеобразовательной школе, в кружках сети политического просвещения.

Есть в нашем районе деревня Костешово. Оттуда идет слава о калужских трубокладах. Когда-то там подвизался подрядчик Климов. Он подбирал в этой деревне людей, обучал сложной профессии, брал заказы на сооружение труб. Четырнадцатилетним мальчишкой завербовался к подрядчику Григорий Семин. Он обучил своей профессии двух сыновей и многих односельчан. Восьмидесятиметровую дымовую трубу турбинного завода, господствующую над Калугой, возвел Семин и его друзья. И не только ее одну. Семин с товарищами возводил трубы в Москве, Горьком, в Карелии. Кладка Семина прочная, ровная, чистая.

Тридцать лет работает в овощеводстве Татьяна Ивановна Торхова. Она руководит бригадой в колхозе имени Орджоникидзе. Овладев агротехникой, Торхова и ее бригада получают с каждого гектара по 250–270 центнеров овощей и до 27 центнеров пшеницы с гектара.

Садовод колхоза «Победа» Дмитрий Николаевич Степин вывел новые сорта яблонь, груш, крыжовника, смородины, отличающиеся зимостойкостью, замечательными вкусовыми качествами и большим весом плодов.

Николай Иванович Комлев работает в совхозе «Красный комбинат» с момента его организации. От механика он вырос до директора совхоза. Вот уже несколько лет, как совхоз является высокорентабельным хозяйством.

С любовью отзываются в районе о председателе колхоза имени Орджоникидзе Петре Ивановиче Сычеве. На посту колхозного вожака он находится более тридцати лет. Расчетливый и умелый хозяйственник сделал свой колхоз одним из самых передовых в области.

Замечательно трудится на посту колхозного руководителя Георгий Иванович Сонин. Он был председателем передового колхоза имени Кирова, а потом добровольно пошёл на руководство соседним отстававшим колхозом «Россия». Теперь этот колхоз, пожалуй, ни в чем не уступает своему богатому соседу. Труд Г. И. Сонина был высоко оценен. Его дважды, в 1952 и в 1966 гг., избирали депутатом Верховного Совета СССР. Петру Ивановичу Сычеву и Георгию Ивановичу Сытину присвоены звания Героев Социалистического Труда.

Много квалифицированных механизаторов сельского хозяйства подготовили заслуженные преподаватели и мастера профессионально-технического образования Н. М. Новиков, Н. Е. Иванов, Ц. А. Окунь, Н. Н. Конюхов.

Партийная организация района настойчиво и последовательно распространяет ценный опыт лучших коллективов и передовых тружеников. Победителям в соревновании вручаются переходящие Красные знамена райкома КПСС и исполкома райсовета, красные вымпелы и флажки. Они прикрепляются на тракторы и комбайны передовых механизаторов или в красных уголках ферм, вывешиваются перед въездом в деревню, где проживает лучшая бригада. Результаты соревнования и рассказы передовиков о своем опыте публикуются на страницах районной газеты, в стенных газетах колхозов и совхозов.

Совет по пропаганде передового опыта при райкоме КПСС выпускает листовки, рассказывающие об опыте лучших полеводов, животноводов, садоводов. Эти листовки содержат методические советы по организации труда в борьбе за высокие урожаи и продуктивность животноводства.

На базе избирательных участков созданы постоянно действующие агитпункты, которые проводят лекции среди населения, организуют вечера вопросов и ответов, демонстрацию научно-популярных кинофильмов.

Козельчане знают, ценят и уважают воспитателей своего подрастающего поколения — народных учителей. Еще в период Великой Отечественной войны, в декабре 1943 года, за успехи в обучении и воспитании детей было присвоено звание заслуженной учительницы школы РСФСР преподавателям Татьяне Федоровне Кашниковой, Клавдии Георгиевне Архиповой, Зинаиде Михайловне Ефимовой. Позднее звание заслуженных учителей школы РСФСР присвоено директору средней школы города Н. И. Ивановой, учителям 3. И. Веселовой, Н. Л. Соколовой, А. М. Паршину. Звания отличников народного просвещения РСФСР и правительственных наград удостоены учителя Т. И. Скрипкина, Л. М. Иванова, И. 3. Цитович, Л. М. Наумова, Е. А. Фортинская, М. П. Пучков, А. Д. Бескоровойная, А. И. Мэнн и другие.

Татьяна Федоровна Кашникова начала работать в Полошковской сельской начальной школе еще в 1911 году. С тех пор она обучила свыше 1500 человек. Многие из них теперь инженеры, педагоги, техники, квалифицированные рабочие, служащие, партийные работники. Татьяна Федоровна получает письма из разных концов страны: из Куйбышевской области, из Рязани, Казахстана и из многих других мест.

«Милая Татьяна Федоровна, — пишет электротехник Мария Кочергина. — Мы никогда не забудем Ваш благородный и упорный труд, с которым вы воспитывали нас, тогда шаловливых и непослушных. Теперь мы с благодарностью вспоминаем, что Вы нас приучили к труду, Вы первой посеяли в нас то стремление к знаниям, которое помогает нам овладеть техникой и использовать все ее преимущества для блага советских людей».

Недавно весь район поздравил с награждением орденом Ленина главного врача Дракунской сельской больницы Валентину Николаевну Селезневу. Высококвалифицированная и скромная, отзывчивая и заботливая, В. Н. Селезнева проработала в сельской больнице около сорока лет. Все колхозники окрестных сел не только нашего, но и Белевского, Суворовского, Ульяновского районов с благодарностью отмечают неустанную заботу и внимание, с которыми она относится к больным. Помимо лечения больных, В. Н. Селезнева проводит профилактическую работу в деревнях, является активной общественницей.

Очень много сделал для улучшения здравоохранения в районе заслуженный врач республики Григорий Захарович Болотников. Он показал себя высококвалифицированным хирургом. Самые сложные операции под скальпелем Болотникова проходили почти всегда успешно. Матери и дети особенно благодарны заслуженному врачу республики Татьяне Александровне Лисовской. Опытнейший акушер-гинеколог, заведующая родильным домом, она проявляла изумительную чуткость и внимание во всех случаях, когда требовалась ее помощь. Лисовская работает в Козельске более 30 лет. В период оккупации вместе с врачом В. С. Каложиной она лечила под видом сыпнотифозных раненых советских воинов. Сейчас она продолжает неутомимо трудиться.

Заслуженным уважением среди трудящихся пользуется старейший телеграфист районного узла связи Федор Федорович Павлов. В органах связи он проработал 45 лет. За безупречный труд награжден орденом Ленина. Звания заслуженного лесовода республики удостоен старейший лесничий района Николай Гаврилович Маркин. Около 40 лет отдали лесному хозяйству лесничий Михаил Иванович Истратов и лесник Степан Андриянович Попов.

Орденоносцы и ударники коммунистического труда есть теперь во всех сферах деятельности района. Конечно, в том, что люди стали работать лучше, что их труд высоко оценивается, заслуга партийной организации. В послевоенные годы продолжался рост рядов партии и комсомола, непрерывно повышалась авангардная роль коммунистов. Определенная заслуга в этом принадлежит руководителям райкома партии, в частности Виталию Ивановичу Смирнову — делегату XXIII съезда партии, шесть лет проработавшему первым секретарем Козельского РК КПСС. Ныне тов. Смирнов является первым секретарем Сухиничского РК КПСС.

В народной библиотеке. Зав. библиотекой пенсионер В. В. Александров выдает книг

Труженики района с благодарностью отмечают умелое партийное руководство Николая Николаевича Гусева, который за 10 лет работы на посту первого секретаря Козельского РК КПСС сумел добиться большого подъема всех отраслей, особенно сельскохозяйственного производства. Теперь Н. Н. Гусев — второй секретарь Калужского обкома партии. Он тоже был делегатом XXIII съезда КПСС.

Большую работу выполняют пенсионеры. Они часто сами проявляют инициативу и оказываются в авангарде при проведении многих хозяйственно-политических мероприятий. Валентина Ивановна Воронцова с неутомимой энергией выращивает цветы. Только георгинов на ее небольшом участке около 200 сортов. Воронцова помогает юным цветоводам городских школ.

Ростки нового, коммунистического завтра каждый день пробиваются во всех сферах деятельности козельчан — в труде, общественной жизни, в быту.

Общественная библиотека, созданная пенсионером В. В. Александровым, насчитывает 10 тысяч томов, ведет интересную воспитательную работу с читателями. Хорошо работает детская общественная библиотека; заведует ею пенсионерка учительница А. А. Щербакова.

Народный университет культуры г. Козельска, которым руководит учительница Е. Е. Романова, получил высокую оценку на Всероссийском совещании работников культуры в 1964 году.

Козельчане гордятся своими знатными земляками: докторами наук М. Д. Розановой и В. А. Ильиным, писателями Н. Н. Пановым, В. В. Архангельским, Г. А. Медынским, поэтом В. А. Волковым, доцентами Д. М. Левановым, А. Ф. Усовым, А. С. Ильиным, полководцем — участником Великой Отечественной войны К. Гуровым, семьями художников Михайловых и Розановых и многими другими, своим трудом и ратными подвигами прославившими нашу великую Родину.

В районе трудятся более пяти тысяч человек с высшим и средним образованием, из них около трех тысяч человек получили это образование без отрыва от производства. В настоящее время учатся и работают более тысячи человек. Комсомольцы колхоза имени Мичурина потребовали от райкома комсомола, чтобы в деревне Торбеево был создан консультационный пункт, куда бы систематически приезжали преподаватели для помощи в заочной учебе сельской молодежи. На каждом промышленном предприятии, в каждом учреждении, колхозе, совхозе работают кружки и школы сети партийного просвещения. В Козельске действует филиал Калужского вечернего университета марксизма-ленинизма, консультпункт сельскохозяйственных техникумов, школа атеизма и школа лекторского мастерства.

Все это развивает сознание наших людей, помогает глубже познать революционную теорию, проникнуться великими идеями нашей партии.

А завтра будет лучше

Программа Коммунистической партии Советского Союза вдохновила тружеников Козельского района на новые замечательные дела. Они досрочно выполнили задание прошлой семилетки, улучшили качественные показатели труда, создают теперь больше, лучше, красивее, с меньшими затратами мускульной энергии.

Весна 1966 года, совпавшая с XXIII съездом партии, была для козельчан особенно радостной. Подведенные итоги минувшего семилетия показали, что в развитие промышленности и сельского хозяйства было вложено более 21 миллиона рублей. Только за 1965 год объем промышленного производства возрос на 25,6 процента. Произведено сверхплановой продукции на 1 млн. 194 тысячи рублей. К съезду промышленность Козельска дала новый подарок — сверхплановой продукции выпущено еще на 140 тысяч рублей. Район досрочно выполнил государственные планы-заказы по продаже государству всех видов сельскохозяйственной продукции.

За достигнутые успехи в развитии сельского хозяйства Указами Президиума Верховного Совета СССР награждено около ста тружеников сельского хозяйства района. Ордена Ленина получили свинарка колхоза имени Орджоникидзе Анна Никифоровна Федорова и директор совхоза Николай Иванович Комлев, ордена Трудового Красного Знамени — доярка совхоза «Красный плодовод» Наталья Кузьминична Есина, доярка колхоза «Путь Ильича» Зинаида Андреевна Зимина, бригадир того же колхоза Георгий Яковлевич Чертков и пастух того же колхоза Максим Никитович Чуркин, доярка колхоза им. Орджоникидзе Наталья Ивановна Старостина, зав. МТФ колхоза «Родина» Екатерина Степановна Якушина, телятница колхоза «Путь к коммунизму» Пелагея Петровна Мышаркина, первый секретарь райкома партии, ученый агроном Ида Васильевна Перфильева, председатель исполкома районного Совета депутатов трудящихся Дмитрий Иванович Иванилов, начальник районного производственного управления сельского хозяйства агроном Александр Петрович Зыкин. Награждено много полеводов и механизаторов.

Среди награжденных работников промышленности, удостоенных ордена Ленина, крепильщик по ремонту шахты Николай Александрович Здобнев, помощник машиниста очистного комбайна шахты Сергей Стефанович Макаров, бетонщик завода «Стройдеталь» Алексей Григорьевич Иванов. Орденами и медалями награждена дежурная по станции Козельск Мария Сергеевна Сидлецкая, оператор узла связи Зинаида Алексеевна Глумова, бригадир маляров-штукатуров строительно-монтажного управления Антонина Андреевна Гришина, рабочий ремонтно-строительного участка Степан Дмитриевич Богомолов и многие другие.

Наш земляк механик колхоза «Дружба» Иван Петрович Ганин был делегатом XXIII съезда КПСС, а фрезеровщица мехзавода Нина Рузанова — делегатом XV съезда комсомола.

А каков будет завтрашний день Козельска и его окрестностей?

Вступят в строй новые цехи механического завода с полной автоматизацией производства. Намного увеличится производственная мощность и расширится ассортимент продукции, выпускаемой на стекольном заводе. На полную мощность будет работать новый завод овощных консервов в Козельске. Получат новое машинное оснащение сельские молокозаводы и льнозаводы. Будет построена фабрика валяной обуви в Нижних Прысках. Механизируются и автоматизируются производственные процессы в лесном хозяйстве и на лесоразработках. Будут не только восстановлены довоенные площади лесов, но и возникнут новые лесные массивы и питомники по выращиванию наиболее ценных лесокультур.

В текущем пятилетии производство сельскохозяйственной продукции в районе возрастет в 1,5 раза. Урожайность зерновых, по агрономическим расчетам, возрастет до 17 центнеров на гектар, картофеля — 150, сахарной свеклы — 200 центнеров. Более чем удвоятся площади под садами в колхозах и совхозах. Увеличится урожайность плодов и ягодных культур. Каждый колхоз будет иметь хороший, высокодоходный сад и пасеку. Будет непрерывно увеличиваться производство молока и мяса. Все трудоемкие процессы в животноводстве будут механизированы.

Широкое применение получит электродоение коров, электрострижка овец. Расширится инкубаторно-птицеводческая станция. С большой пользой будут использоваться существующие и новые водоемы для разведения водоплавающей птицы и ценных пород рыб. Больше будет в лесах и на реках дичи. Повысится культура охотничьего хозяйства.

Улучшится уход за землей. Большие работы будут проведены по мелиорации земель в соответствии с решениями майского (1966) Пленума ЦК КПСС.

Все населенные пункты будут подключены к единой государственной электросети, радиофицированы. В каждой деревне будет клуб или красный уголок, кинопередвижка или стационарная киноустановка.

Все школы будут работать в одну смену. Здесь появятся хорошо оборудованные кабинеты, учебно-производственные мастерские, образцовые опытные участки.

Возникнут новые медицинские и фельдшерские пункты, расширится межрайонная и сельские больницы, ветеринарная лечебница и ветеринарные пункты; в каждом колхозе будут работать детские площадки и ясли.

Разительные перемены произойдут и в самом Козельске. Будут выстроены новые жилые дома, гостиница, школа. Запланировано строительство Дома культуры, расширение Дома пионеров, краеведческого музея, клубов. Совершенно изменят свое лицо центральные магистрали города. Они будут застроены многоэтажными зданиями. Тротуары оденутся в асфальт и бетон. На окраине города возникнут новые улицы и скверы. Козельск будет утопать в зелени декоративных насаждений и садов. В городе создается парк-дендрарий, вблизи города постоянный комплекс помещений для пионерских лагерей.

Город свяжется с Москвой, Кировом, Людиновом регулярным автобусным сообщением. Дешево, удобно и быстро можно будет съездить из Козельска в Москву, в Калугу, в любой районных центр области.

Строительство ретрансляционного телевизионного центра в Сухиничах и улучшение работы Калужского телецентра позволят увеличить число телезрителей в несколько раз. Телевидение получит широкое применение в промышленности и на железнодорожных станциях.

В Козельске будут построены новые здания комбината бытового обслуживания, широко разовьется производство мебели, паркета, пищевых продуктов, фруктовых вод, строительного кирпича, разнообразных молокопродуктов и овощных консервов. Возникнет сеть специализированных магазинов, развозных автолавок. Широко будет практиковаться организация общественного питания на селе и доставка продуктов на дом и в поле.

Все это будет скоро, очень скоро.

Краткая библиография

Маркс К. Архив Маркса и Энгельса, т. VIII, стр. 144.

Ленин В. И. Развитие капитализма в России. Соч., изд. 4, т. 3.

Всемирная история. Т. III, М., ГИПЛ, 1957.

Великая Отечественная война Советского Союза. Краткая история. М., Воениздат, 1965 г.

Географическое описание нашего государства. Под ред. В. Семенова, СПб, изд. Девриша, 1899.

Партия в период иностранной военной интервенции и гражданской войны (1918–1920). М., Госполитиздат, 1962, стр. 122–123.

Апухтин А. Н. Сочинения. СПб, 1875, тт. I и II.

Атлас Калужского наместничества. СПб, 1782 г.

Арнальд Ф. История лесоводства в России, Франции и Германии. СПб, изд. А. Ф. Маркса, 1885 г., стр. 227.

Арнольди Лев. Пребывание Н. В. Гоголя в Калуге и в Оптинской пустыне. «Калужская старина», № 5, 1902 г.

Архангельский В. Юность нового века. М., изд. «Молодая гвардия», 1962 г.

Бабкин В. Народное ополчение в войне 1812 г. М., изд. «Сов. литература», 1962 г.

Белецкий К., Кривцов С. и др. Западная область. М.—Л., «Московский рабочий», 1929 г.

Баранов А. Леса калужские. Калуга, Книгоиздат, 1960 г.

Белявский П. Червленый щит Козельска. «Неделя». 28 дек. 1959 г., стр. 12.

Булгаков В. Толстой Л. Н. в последний год его жизни. М., Гослитиздат, 1957 г.

Безъязычный В. Тургенев в Калужском крае. Газета «Знамя», 1961 г., 27 июля.

В Президиуме Верховного Совета СССР. О награждении орденами и медалями СССР работников животноводства Калужской области. Газета «Вперед», № 37, 29 марта 1966 г.

Волков В. За Калугою, за Окой (стихи и поэма с предисловием Е. Долматовского). Калуга, Книгоиздат, 1962 г.

Горький М. Письмо А. С. Щербакову 22 мая 1935 г. Собр. соч., т. 30, стр. 380, 580.

Гудзенко С. Дневники. Журнал «Юность», 1960 т., № 2, стр. 81–86.

Горшков П. Слово о Козельске. Газета «Вперед», 23 февраля 1965 г.

Горелова Е. Чертово городище. Газета «Знамя», 26 августа 1957 г.

Гура В. Вступительная статья к стихотворениям Красова. Вологда, Кн. изд., 1959 г.

Грай В. Рождение колхоза. Смоленск, Книжн. изд., 1931 г.

Достоевский Ф. М. Полн. собр. сочинений, изд. СПб, 1883 г., Т. I, стр. 347–350 и 353–357.

Достоевский Ф. М. Письма в IV томах, письмо 639, стр. 29–30.

Достоевская А. Г. Воспоминания о Ф. М. Достоевском. Под ред. Гроссмана, ГИЗ, 1925 г., стр. 231–233.

Дело № 18 Третьего отделения собственной его величества канцелярии о гр. Л. Толстом. СПб, изд. «Всемирный вестник», 1906 г.

Жуковский В. А. Собр. соч., изд. 6, т. 6, СПб, 1869 г.

Журналы Козельских уездных земских собраний с 1865 по 1916 г.

Зазов А. В. О самом существенном в нашей практике (заметки садовода). Калуга, Книжи. изд., 1962 г.

Зыков И. Хозяин родины своей. М., изд. «Молодая гвардия», 1957 г., стр. 367–378.

«Искра». Сатирический журнал с карикатурами, СПб, 1859–1873 г.

«Известия Козельского уездного исполнительного комитета Советов рабочих и крестьянских депутатов». Газета, комплект, 1918 г., ГБЛ.

«Коммунист». Газета Козельского уездного комитета РКП(б) и уездного исполнительного комитета Советов. Комплект, 1919 г.

«Козельская правда». Орган РК КПСС и райисполкома Козельского района, газета, комплекты, 1931–1952 гг.

«Колокол». Газета, издаваемая А. И. Герценом и Н. П. Огаревым в Лондоне, №№ 44 — 1859 г., 73–74 — 1860 г., 101 — 1861 г., 144 — 1862 г., 161 — 1863 г. и 70 — 1866 г.

Кальяк Г., Поленков К., Хромиенков Н. Он жил для партии, для народа (к 80-летию со дня рождения А. В. Медведева). Газета «Вперед», №№ 33–35, 1964 г.

Кружков Н. Мал городок Козельск. «Огонек», № 17, 1960 г.

Козельск. Выписки из Ипатьевской летописи № 6651 (1146) и 6662 (1154), Полное собрание русских летописей, т. 2, стр. 111, СПб, 1843 г.

Кашкин Н. Родословные разведки. СПб, 1913 г.

Кавелин Л. Историческое описание Козельской Введенской Оптиной пустыни. Изд. 2, СПб, 1896 г.

Красов В. Письма из Нижних Прысок. «Литературная Вологда», 1959 г.

Куприяновский П. Комментарий к рассказу Д. А. Фурманова «На дачу». «Земляки» (литературно-художественный альманах), Калуга, 1963 г.

Лейся, песня (о творчестве козельского композитора В. С. Вагина). Калуга, Книжиздат, 1960 г.

Маслов Н. Пушкин в Калуге. Газета «Знамя», 10 февраля 1951 г.

Маслов Н. «Князь Серебряный» и Калужский край. «Молодой ленинец», 26 февраля 1958 г.

Малинин Д. И. Из Калужской старины. Вып. I, Калуга, 1935 г.

Никольская Т. Раскопки Деповского городища. «Козельская правда», 12 июля 1952 г.

Навроцкий А. А. Злой город (поэма). В сборнике «Сказания минувшего», СПб, 1913 г., стр. 3—15.

Недаром помнит вся Россия. Очерки о событиях 1812 г. в Калужском крае. Калуга, Кн. изд., 1959 г.

Незабываемые годы. Сборник, партархив Калужского обкома КПСС. Калуга, 1959 г.

Оболенский Д. А. Встречи с Л. Н. Толстым. «Памятники творчества и жизни», вып. 3, М., 1923 г., стр. 35–37.

Поленков К. А., Хромиенков Н. А. Калужане — Герои Советского Союза. Калуга, 1963 г.

Панов Н. Стихотворения и поэмы. ГИХЛ, М., 1964 г.

Перфильева И. В. Обеспечим успешное претворение в жизнь задач новой пятилетки (из доклада на собрании актива районной партийной организации). Газета «Вперед», 28 апреля, 1966 г.

Памяти К. Н. Леонтьева. Сборник, СПб, 1911 г., стр. 185.

Песни, собранные П. В. Киреевским. Изд. 1, новая серия, вып. 1, М. 1907 г.

Революционное движение в Калужской губернии в период первой русской революции (сб. документов). Калуга, 1955 г.

Спивак В., Журкин П. Очерки по истории Калужской организации КПСС. Калуга, 1957 г.

Сабанеева Е. Воспоминания о былом. «Исторический вестник», 1909 г., XXXII, стр. 838–840.

Степанов А. Предание о Калуге. «Калужские вечера», Калуга, 1825 г.

Статистическое описание Калужской губернии. Т. 1, Козельск, вып. 1, Калуга, 1897 г.

Толстой Л. Полное собрание сочинений, тт. 38, 48, 49, 53, 58, 81, 83, ГИХЛ, 1951 г.

Толстая С. Четыре посещения гр. Л. Н. Толстым монастыря «Оптина пустынь», СПб, 1913 г.

Таманская Т. На пути в Козельск. «Голос Москвы», 1910 г., 18 ноября, № 266.

Толстая А. Об уходе к смерти Л. Н. Толстого. Труды музея-усадьбы «Ясная Поляна», 1928 г.

Установление Советской власти в Калужской губернии (сб. материалов). Изд. «Знамя», Калуга, 1957 г.

Фурманов Д. А. За коммунизм. М.—Л., ГИЗ, 1927 г.

Четыркин И. Дневник раскопок, произведенных в 1898 г. в уездах Козельском, Лихвинском, Калужском, Калужской губернии. «Известия Калужского ученого архивного комитета», 1899 г., № 2, г. Калуга.

Ярощук Е. Козельско-мещовские сады. Калуга, Кн. изд., 1951 г.

Ярхо К. А. Н. Толстой в Калуге. Альманах «Земляки», Калуга, 1963 г., стр. 199–201.

Яновский А. Юрий Долгорукий. М., «Московский рабочий», 1955 г.

Редактор Г. И. Воскресенский.

Художник Т. М. Зайцев.

Худож. редактор А. Н. Гришенков.

Техн. редактор Л. И. Пулин.

Корректор Б. М. Дорогоньно

Сдано в набор 1.7.1966 г. Подписано к печати 26.11.1966 г. Бумага № 2 70х108 ¹/₃₂. Физ. печ. л. 5,5. Усл. печ. л. 7,7. ДТП1966 г. Уч. — изд. л. 7.2. Тираж 20000 экз. ЦП11084. Заказ 9136.

Приокское книжное издательство — Тула, ул. Каминского. 33.

Цена 35 коп.

Типография иэд-ва газ. «Коммунар». Тула, пр. Ленина, 36.