Красный броневик

Глава тридцать третья. Красная

Десять лет назад. ВСМПВНБ Красный броневик

Миша всё ещё был в ней. Он прижимал ее к себе так крепко, что стало трудно дышать.

- Я люблю тебя… - прошептал Белов, уткнувшись ей в волосы. – Я уже очень давно люблю тебя, Лесь…

Глаза защипало от слез, и Леся закусила губу, теснее прижимаясь к любовнику.

Вот и пришло время расставаться... Как же он будет без нее? Совсем один, в безумном мире, где нет ничего важнее денег? Она боялась. Ей действительно стало страшно.

- Я боюсь, Миша, - чуть слышно прошептала Лиса. – Я боюсь. Боюсь за тебя…

Но Миша не слышал. Он спал.

Как только Сазонова убедилась, что сон его крепок, она осторожно высвободилась из объятий и соскользнула с кровати. Оделась. На это ушло ровно три минуты. Олеся поцеловала Мишу на прощание и выпорхнула из комнаты.

Лиса шла быстро и уверенно, безошибочно выбирая нужные повороты на развилках. Она миновала несколько лестничных маршей, в очередном коридоре затормозила около доски почета. Посмотрела на фотографии. Хмыкнула, покачала головой и двинулась дальше.

Вот и нужная дверь. Рядом несет вахту верный Павел. Завидев Лесю, Цербер завилял хвостом.

- Ах ты шельма! – Сазонова почесала одну голову пса между ушей. Второй головой Павел боднул ее, напрашиваясь на повторную ласку.

Потрепав собаку по загривку, Олеся без стука вошла в кабинет.

Внутри царил полумрак. Единственным источником света служил видавший виды торшер с желтовато-коричневым абажуром.

Владыка сидел за заваленным журналами и папками столом. Перед заместителем стояла полупустая бутылка коньяка.

- Товарищ генерал! – Леся коснулась виска ребром ладони.

- Полноте, Олеся Евгеньевна… - хрипло отозвался заместитель. – К пустой голове не прикладывают.

- Мне на задании форма не полагается, - оправдалась Сазонова и грустно посмотрела на Владыку. – Соболезную Вашей утрате, товарищ генерал.

Заместитель горько вздохнул:

- Футурологи неоднократно предупреждали меня, что Лена умрет молодой (что при ее характере совсем не удивительно), просто я не ожидал, что так скоро… Детей хоронить всегда тяжело, - Владлен Всеславович плеснул в рюмку коньяка. – Ох как тяжело… Да сядь ты уже, Красная, не маячь!

Олеся поморщилась – за семь лет она успела отвыкнуть от кодового имени.

- Теперь твой Белов просто обязан жить и творить, - губы Владыки дрогнули. Улыбка вышла кривой и печальной. – Сама-то как? Я слышал, с диверсантом сцепилась…

- Пустяки, - Леся непроизвольно коснулась забинтованного предплечья, - царапина.

- Огнестрельная, небось, царапина?

- А-то как же! - усмехнулась Красная. – Этот бугай мне ещё по морде знатно съездил. Павел вовремя подоспел. Он у нас молодец…

- Это да, - согласился Владыка. – Что там с Беловым? Отправила?

- Так точно.

- На сколько?

- Десять лет.

Генерал-майор закивал:

- Разумно. Этого вполне достаточно. Парень сможет продолжить свои научные изыскания в привычной, так сказать, обстановке. А тебе удалось…эмм, - Владыка тщательно подбирал слова, - удалось обеспечить…ммм, так сказать… дополнительный страховочный фактор его возвращения?

- Удалось, - Леся даже не покраснела. – Коэффициент вероятности восемьдесят девять процентов.

- Ого! Ну что ж, тогда поздравляю с успешным завершением операции, товарищ капитан… Хотя нет, теперь уже – майор. Так что готовь дырочку на погонах, Красная. Документы к награде за смелость, проявленную во время вторжения, я тоже уже подготовил.

На красивом Леськином лице не отразилось никаких эмоций. Сазонова вытянулась по струнке и отчеканила:

- Служу Советскому Союзу!

В коридоре, около двери сидел Лукич. Двумя руками вахтер чесал млевшего от удовольствия Павла, третьей курил и стряхивал пепел в кадку с фикусом. Леся опустилась на корточки рядом со странной компанией.

- Ну что, отправила? – поинтересовался Лукич, не прерывая своего занятия.

- Угу, - буркнула Красная и обхватила колени руками.

- Надолго?

- Десять лет… Дай закурить.

Лукич покосился на нее, протягивая сигарету:

- А тебе разве можно теперь? Курить-то?

Сазонова испепелила его взглядом и чиркнула зажигалкой…