Глава 11

Пока полковник Паккпекатт успел добежать до поста связи, «Леди Удача» приблизилась к Страннику на два километра. Паккпекатт, увидев это, распушил шерсть на голове до небывалой пышности, а его лицо приобрело малиновый цвет. Такого зрелища на мостике еще никто не видел.

Ледяным голосом Паккпекатт процедил:

— Калриссиан, ты очень пожалеешь об этом, я тебе обещаю.

— Полковник, приму это как ваше обещание сделать все, чтобы сохранить мне жизнь достаточно долго, чтобы удовлетворить вашу благородную ярость. Ведь труп под трибунал не отправишь, не так ли?

— Трупу можно найти другое применение. А пока ты еще жив, будь добр, объясни, какого ситха ты там делаешь?!

— С радостью, полковник. Ваше решение исключить нас из абордажной команды поставило под угрозу не только жизнь Байджо и его солдат, но и всю миссию. И ваша позиция на вчерашнем брифинге окончательно убедила меня в том, что вы не придаете никакого значения работе моего штаба и будете игнорировать все наши достижения.

Паккпекатт окончательно пришел в ярость, его резерв сдержанности слишком быстро закончился. Он прорычал:

— Ты хочешь осудить меня за вашу некомпетентность?! Вы не сделали ничего полезного, хотя с самого начала знали какую-то секретную информацию об этом корабле, вы не сочли нужным нам ее сообщить!

— Какую еще секретную информацию? О чем вы говорите?

— Вы знали, что абордажной группе будет угрожать опасность, вы знали, что корабль ждет какого-то ответа на свой сигнал, и вы знали заранее этот ответ!

— Полковник, вы явно не понимаете, о чем говорите. У нас есть только предположения, и то, что мы сейчас делаем — единственный способ их проверить.

— Вы думаете, я поверю, что вы рискуете своими жизнями только ради «предположений»?

Слышно было, как Ландо фыркнул в комлинк.

— Полковник, вы никогда не играли в сабакк? Если вы хотите выиграть много, вы должны быть готовы и рискнуть многим. Никто не станет богатым, делая ставки по одной кредитке.

— Я надеюсь, вы насладились вашей маленькой игрой, генерал? Но я всегда считал, что прятать карты — занятие для шулеров.

— Полковник, да не было у нас никакой секретной информации! Нам просто повезло, что наше исследование сразу пошло по правильному пути. Сейчас мы здесь и будем делать то, что можем, пока мы здесь. Я полагаю, вы включили все записывающие устройства?

Паккпекатт заглушил комлинк и оглянулся на стоящего рядом офицера.

— Мы записали сигнал, который «Леди Удача» использовала, чтобы приблизиться к Страннику?

— Да, сэр.

— Луч захвата на D-89 достаточно силен, чтобы удержать «Леди Удачу»?

— Да, сэр, это ведь просто гражданская прогулочная яхта.

— Гравитационное поле включено?

— Да, сэр.

— Тогда приготовьтесь передать этот сигнал, и послать D-89, чтобы он вытянул яхту.

Паккпекатт снова включил комлинк и сказал Ландо:

— Вы можете оставаться на месте и подождать несколько минут?

Ландо предостерегающе сказал:

— Мы-то можем, но, я надеюсь, вы не намерены посылать на Странник абордажную группу? Мы очень сомневаемся, что ответный сигнал может сработать второй раз.

— Нет, мы не собираемся посылать группу. Просто оставайтесь на месте.

Пакпекатт выключил связь и обернулся к офицеру.

— Готовы?

— Да, сэр.

— Тогда начинайте.

D-89 находился в одной группе со «Славным». В предполагаемой операции по захвату Странника маленький беспилотный корабль должен был играть роль второй платформы для дальномерной стереозаписи действий абордажной группы. Когда Паккпекатт решил использовать его, чтобы отбуксировать «Леди Удачу» от странника, D-89 находился лишь в нескольких километрах от невидимой сферы защиты Странника.

Когда D-89 вошел в эту сферу, Странник послал сигнал, его слышали и на «Славном», и на «Леди Удаче».

Лобот сообщил:

— Другой корабль приближается к Страннику.

3РО добавил:

— Мастер Ландо, у этого сигнала другая последовательность.

Ландо мрачно ответил:

— Я уже понял. Как я и боялся, он решил попытаться…

Когда сигнал со Странника прекратился, со «Славного» начали передавать ответ через трансмиттеры D-89. Ответ еще не был передан до конца, когда в кормовой части Странника сверкнул яркий голубой свет.

Ландо, увидев это, крикнул:

— Держитесь!

Он бросился к панели управления, пытаясь включить боевые щиты «Леди Удачи». Но он не успел найти переключателя, когда рубку «Леди Удачи» затопило светом, настолько ярким, что даже 3РО отвернулся. Включилось сразу несколько сигналов тревоги, как будто сама яхта закричала от страха.

На мостике «Славного» все это заняло, казалось, лишь несколько секунд. Все, кто смотрел на экраны, зажмурились от ослепительного света. Когда они открыли глаза, все, что они увидели, была туча обломков, разлетающаяся в космосе между крейсером и Странником.

D-89 исчез с экранов и сенсоров.

Когда голубые лучи со Странника погасли также неожиданно, как и появились, наступила тишина.

Паккпекатт спокойно спросил у оператора сенсорного поста:

— Что с «Леди Удачей»?

Офицер еще не мог справиться с нервной дрожью.

— Надо подождать, пока обломки рассеются. Они слишком сильно ионизированы. Но с «Мародера» доложили, что видят «Леди Удачу» на экранах.

— Полковник, капитан Хеннсер с «Мародера» просит ваших инструкций.

— Пусть пока подождет до выяснения обстановки. Прокрутить запись атаки с половинной скоростью. Всем смотреть на свои дисплеи. Посмотрим, что мы можем узнать о новых друзьях генерала.

Ландо выключал сигналы тревоги один за другим — сигналы повышенной радиации, опасности столкновения, и т. д. Но корабль, как ни странно, как будто не имел повреждений.

— Что это было?

Лобот доложил:

— Я заметил взрыв в восьми километрах по корме. Полагаю, мы видели демонстрацию военных технологий Квеллы.

— О Великая Сила, Лобот, скажи, что это был не десантный челнок!

Лобот поглядел на экран сенсора.

— Это был беспилотный разведчик D-89. На борту не было живых существ.

— Слава звездам…

Облегченно вздохнув, Ландо включил связь с крейсером.

— Ну, полковник, теперь вы перестанете игнорировать то, что я вам говорю?

— Я с радостью выслушаю вас, генерал, если вы скажете мне правду.

— Правду?

Паккпекатт прорычал:

— Да, правду. Можете начать с того, на кого вы теперь работаете, и почему вы решили предать Новую Республику. Странник позволил вам приблизиться, и теперь защищает вас…

— Полковник, я предупреждал вас, что контрсигнал может не сработать во второй раз. Запрос на D-89 отличался от сигнала, посланного нам, скорее всего это было сделано, чтобы не позволить кому-нибудь сделать то, что сделали вы — а именно, подслушать и украсть ключевой сигнал. Если Странник защищает нас, это только потому, что он принимает нас за своих.

— И вы еще утверждаете, что это просто «удачное предположение»!

— Полковник, мы не те, кого ждет Странник. Мы почти случайно нашли ключ.

— Тогда почему Странник еще здесь?

Ландо бросил взгляд в окно рубки. Оружие, использованное против D-89, могло быть столь же эффективно против группы иммобилизаторов. И если хотя бы один из них будет уничтожен или выведен из строя, ничто не помешает Страннику уйти в гиперпространство.

— Я не знаю, полковник. Возможно, он ждет какого-то продолжения, еще одного ключевого сигнала. Я попытаюсь подойти к нему еще ближе и посмотрю, что получится. А вам пока лучше воздержаться от слишком активных действий.

Ландо включил двигатели. К нему подошел 3РО, до этого беседовавший о чем-то с R2-D2.

— Сэр…

— Подожди, 3РО.

— Сэр, R2 говорит, что последовательность знаков нового сигнала не встречается в архивах инспекции.

— Что?

— R2 говорит, что не может определить, каким должен быть правильный ответ.

Ландо встряхнул головой.

— Полковник, вы слышите нас?

— Слышу, но не понимаю, о чем вы?

— Мы обнаружили, что первоначальный сигнал со Странника был составлен на основе генетического кода существ, называемых Квелла. Правильный ответ был следующей частью кода. Но запрос на D-89 был послан уже с другой последовательностью. Возможно, Лобот объяснит вам — раскрытие первого контрсигнала в основном его заслуга.

Лобот сказал:

— Объяснение есть, только вряд ли оно нам поможет.

Паккпекатт ответил:

— Все равно я хотел бы его услышать.

— Хорошо. Я изучал архивные записи относительно расы Квелла. Эта раса была обнаружена Третьей Генеральной Инспекцией, которая занималась исследованием обитаемых миров во владениях Республики. После того, как исследовательский корабль Инспекции улетел, контакты с ними не возобновлялись. Через восемь лет, когда республиканская дипломатическая миссия прилетела на их планету еще раз, они обнаружили, что более трети планеты Квелла покрыто льдом более ста метров толщины, и никакой разумной жизни на планете не осталось.

— Все умерли? Что там случилось?

— Считается, что планета подверглась удару астероида. Дипломаты сумели собрать генетические образцы и технологические артефакты, где лед позволял это сделать, но у них не было оборудования для археологических раскопок, да и не было времени, слишком много миров ждали дипломатическую миссию. Предполагалось послать на планету археологическую экспедицию, но она так и не была организована.

Ландо спросил:

— А почему?

Паккпекатт сказал:

— Третья Генеральная Инспекция так и не была завершена полностью. Она была прервана Войной Клонов.

Лобот подтвердил:

— Полковник прав. Все исследовательские корабли пришлось использовать в военных целях.

Ландо разочарованно вздохнул.

— Значит, больше нет информации о расе Квелла, кроме той, что у нас уже есть? Но должно же быть что-то еще! Они, возможно, совершали межзвездные перелеты. У них должны быть соседи, торговые партнеры…

Лобот сказал:

— Возможно, штаб полковника сможет обнаружить такую информацию. У меня, к сожалению, больше нет данных об этой планете и ее обитателях.

Паккпекатт ответил:

— Мои подчиненные работают над этим. Если бы у меня с самого начала была информация, которую вы мне сейчас сообщили, возможно, мы добились бы большего.

Ландо хмыкнул.

— Полковник, представьте себе двух игроков с одинаковым раскладом. Одному из них хватит такого расклада, чтобы выиграть, а второй проиграет. Если бы мы поделились с вами результатами нашей работы, что бы вы с ними сделали? И где был бы сейчас Байджо Хэммакс?

После долгого молчания Паккпекатт наконец произнес:

— Намек понят, генерал.

— Спасибо, полковник. Мы сейчас приблизились к Страннику, и почти касаемся его. Возможно, вы хотите получить все данные с наших сенсоров. Лобот может передать их вам.

— Мы сделаем все, что можем, чтобы помочь вам.

Ландо знал, как нелегко было хортеку произнести эти слова.

— Тогда постарайтесь узнать все, что можно об экспедициях на Квеллу.

«Леди Удача» медленно дрейфовала на расстоянии всего ста метров от корпуса Странника. Только сейчас Ландо мог полностью разглядеть таинственный корабль. На дальнем расстоянии он казался каким-то неправильным и не симметричным. Вблизи он был похож на связку бревен, связанных веревками. Только эти «веревки» были такого размера, что в поперечном сечении могли вместить яхту, а «бревна» могли укрыть в себе целый крейсер.

— Лобот, что ты думаешь насчет этих экструзий в корпусе?

— Не могу сказать, какую функцию они выполняют. Я не вижу повторяющихся линий, которые я мог бы разобрать.

— Может быть, это каналы для оружия? Вроде бы на корпусе больше нет ничего, похожего на оружие.

Лобот сказал:

— Возможно, его оружие заряжается энергией с поверхности корпуса. Такой способ небезопасен для кораблей, действующих в группах, но одиночные корабли могут накапливать огромный заряд на поверхности корпуса, не повреждая при этом внутренних систем. Глубокий космос — хороший изолятор.

— Что, вся поверхность корабля служит аккумулятором для оружия?

— Да. Эти экструзии, как вы их назвали, увеличивают площадь поверхности.

3РО сказал:

— Возможно, мы должны послать приветственное сообщение. Я буду рад предложить свои услуги.

Ландо отмахнулся.

— Не сейчас, 3РО. Смотрите, через этот люк Байджо собирался проникнуть на борт.

Лобот взглянул на это место.

— Это не люк. Это маркировка корпуса.

В комлинке раздался голос Пакпекатта:

— Генерал Калриссиан?

— Да, полковник?

— Думаю, вам будет приятно узнать, что IX-26 отозван из патрулирования, чтобы взять на борт археологическую группу из института Оброа-Скаи. Сейчас они направляются на Квеллу.

— Спасибо, полковник.

— Мой офицер по сбору информации предложил прикрепить к корпусу Странника дроида-разведчика. В плане действий абордажной группы предполагалось это сделать в случае, если проникновение не удастся.

— Полковник, я собираюсь прикрепить к нему целую яхту, как только догадаюсь, как это сделать.

Лобот неожиданно крикнул:

— Ландо, смотри!

Поверхность Странника вдруг осветилась маленькими пятнами света. Они появлялись и исчезали в определенном порядке, формируя какую-то последовательность.

3РО в ужасе закричал:

— О, нет! R2, смотри, он собирается атаковать!

Ландо сказал:

— Когда он открывал огонь в последний раз, происходило не это.

Лобот напомнил:

— Тогда мы находились на расстоянии двух километров и не могли точно видеть, что происходит.

Паккпекатт сообщил по комлинку:

— Мы предполагаем, что Странник включает двигатели и собирается уйти в гиперпространство. Предлагаю запустить дроида-разведчика сейчас, другого шанса не будет.

Лобот сказал:

— Может быть, это очередной запрос, адресованный нам. Если так, то мы не знаем, как ответить…

Паккпекатт потребовал:

— Я настоятельно рекомендую вам запустить дроида-разведчика и вывести ваш корабль из опасной зоны.

Ландо ответил:

— Нет! Я хочу знать, что произойдет дальше. Лобот, что там у нас с видеоданными?

— Веду наблюдение. Свет возникает ближе к кормовой части и, расходясь на два потока, двигается по контурам поверхности корабля.

— 3РО, тебе это ничего не говорит? У нас снова два потока.

— Я не могу опознать это как знак известного мне языка. Но, мастер Ландо, возможно, это не лингвистическая, а символическая связь.

— Поясни.

— Сэр, возможно, это указатели.

— Указатели? И по какому же мы должны последовать?

— Мастер Ландо, может быть, нам стоит последовать за обоими обратно к точке расхождения?

— Обратно? Но почему?

— Сэр, условия символической коммуникации не универсальны. В вашей культуре принято идти по направлению движения, а не к его исходной точке.

Лобот сказал:

— 3РО прав. Можно следовать как по направлению движения потока, так и к его источнику. Возможно, мы тут так долго находимся с тех пор, как обменялись сигналами в первый раз, что Странник решил, что мы не можем найти вход.

Ландо поднял руки.

— Ну ладно. Назад так назад.

Когда яхта, двигаясь вдоль корпуса Странника, достигла точки, из которой появлялся свет, в корпусе неожиданно открылась темная яма входа, и световые потоки исчезли.

Лобот сказал

— Нас приглашают войти.

Ландо встряхнул головой в радостном удивлении.

— Надо же, а? Лобот, не знаешь, какая атмосфера была на Квелле?

— Азот 75%, углекислый газ 13%, кислород 9%, водяной пар 1%, аргон 1%, следы гелия, неона…

— Этого хватит. Не лучшая штука для наших легких Придется одеть скафандр.

Внешний стыковочный узел яхты и отверстие в корпусе Странника были несовместимы. Решением стало старое изобретение, элегантное в своей простоте, которое Ландо сделал обязательным предметом оборудования на всех своих кораблях — растяжимый эластичный кессон. Его можно было протянуть от люка «Леди Удачи» и прикрепить к другому кораблю, создав таким образом, закрытый туннель между кораблями.

Ландо, закрыв маску шлема, прокричал Лоботу:

— Все в порядке?

Он не слишком часто пользовался скафандром, и в полностью закрытом шлеме говорил громче, чем необходимо.

Лобот ответил:

— Все в порядке, температура и давление в норме.

Ландо нажал переключатель, включив специальный автопилот, управлявший прикреплением кессона. Автопилот доложил: «Последовательность прикрепления кессона активирована. Попытка магнитного прикрепления. Проверка…магнитное прикрепление невозможно. Попытка вакуумного прикрепления. Проверка…вакуумное прикрепление невозможно. Попытка химического прикрепления №1. Проверка…химическое прикрепление №1 невозможно».

Ландо выругался:

— Вот ситхова штука! Из чего же он сделан?

Лобот ответил:

— собственно, мы здесь, чтобы узнать это.

«…Попытка химического прикрепления №3. Проверка…химическое прикрепление №3 невозможно. Попытка механического прикрепления №1. Проверка…Механическое прикрепление №1 успешно завершено».

Механическое прикрепление №1 представляло собой тысячи крошечных композитных шипов, соединенных с мономолекулярными нитями. Эти шипы входили в корпус, как множество якорей и прочно прикрепляли кольцо кессона к поверхности.

Ландо вызвал на связь Паккпекатта:

— Полковник, какие-то изменения?

— Никаких изменений, генерал.

«…Герметизация кессона». Они не слышали шипения, но почувствовали, как палуба под их ногами завибрировала.

Паккпекатт сообщил:

— Желаю удачи, генерал. Я вам завидую.

Ландо глубоко вздохнул.

— Полковник, я поменялся бы с вами местами, если бы мог. Лобот, если ты потеряешь контакт со мной, выводи корабль отсюда. Не вздумай идти за мной.

Лобот удивился:

— Ты действительно ожидаешь, что я последую твоему приказу?

Ландо усмехнулся.

— Ну…по крайней мере пока я не крикну дважды.

— Удачи, Ландо.

3РО добавил:

— Будьте осторожны, мастер Ландо.

Пройдя по пятиметровому туннелю кессона между кораблями, Ландо остановился перед темным провалом входа в чужой корабль, чтобы включить прожектор на шлеме. В свете прожектора стало видно, что перед ним — пустое пространство, окруженное голыми стенами того же цвета, что и корпус.

Ухватившись за верхний край отверстия, Ландо влез в него. Он ожидал, что что-то произойдет после его проникновения на корабль, но ничего не случилось. Вокруг было по-прежнему темно и тихо.

— Все в порядке. Я внутри. Это помещение имеет высоту где-то в два моих роста и примерно такой же длины. Здесь хватило бы места для всех четверых. Никакой реакции на мое присутствие. Здесь также нет никаких дверей, и я не вижу механизма, который открывал бы этот вход, через который я вошел.

В комлинке раздался новый голос — Байджо Хэммакса:

— Не слишком-то задирай нос. Возможно, это совсем не то место, куда ты хотел попасть.

— Эй, Байджо! Похоже, ты обиделся, что я испортил тебе свидание?

— Я решил подождать и посмотреть, что будет. Если тебя там все-таки прихлопнут, я, наверное, тебя прощу.

— Спасибо на добром слове. Подождите-ка, здесь что-то странное…

Двигаясь вдоль борта, Ландо увидел кольцо крепления кессона прямо сквозь обшивку.

— Я вижу кессон отсюда, прямо сквозь обшивку! Вы видите это на экране?

Лобот сказал:

— Нет, качество изображения плохое. Значит, корпус полупрозрачный?

— Да. Включи прожекторы яхты и направь их сюда.

Изнутри было видно, как под ярким светом прожекторов «Леди Удачи» просвечивает полупрозрачный борт Странника. Кольцо крепления резко выделялось темной тенью. Когда Ландо провел одетой в перчатку рукой по поверхности, он почувствовал, что там, где находится кольцо, поверхность неровна и слегка выступает внутрь.

— Похоже на опухоль. Как будто корпус распух там, где в него вонзились шипы. R2, иди сюда. Я хочу, чтобы ты просканировал это все и сделал запись.

Хэммакс сказал:

— Возможно, это работает функция самовосстановления. Механическое крепление повредило корпус там, где вонзились шипы. А что касается полупрозрачного корпуса, возможно, это объясняет, почему снаружи мы видим так мало деталей. Снаружи, скорее всего, не сам корпус, а только внешняя мембрана.

В это время R2 подъехал к Ландо и пискнул, докладывая о прибытии. Благодаря маленьким газовым маневровым двигателям, которыми снабжены все астродроиды, R2 двигался гораздо более ловко, чем Ландо.

— Сейчас изображение улучшилось?

Лобот ответил:

— Да, гораздо лучше. Что там еще интересного?

— Тут абсолютно не на что смотреть. Все переборки совсем голые.

Хэммакс спросил:

— Они сделаны из того же материала, что и корпус? Если да, то под ними могут быть спрятаны сенсоры и оружие. Это может быть нечто вроде зеркала, прозрачного с одной стороны. Так что за тобой сейчас могут наблюдать.

Ландо ответил:

— Не думаю. Если это корабль Квеллы, то это мертвый корабль. Он слишком долго пробыл в космосе. Полковник, похоже, что из этого помещения нет другого выхода кроме как наружу. Нам придется сделать собственный выход, точнее вход.

Лобот сказал:

— Ландо, помни, о чем мы говорили вчера. Каждый очевидный путь, каждый открытый вход может быть ловушкой. Если на переборке ты найдешь большую красную кнопку, я бы не советовал тебе ее нажимать. А настоящий вход может быть невидим для тебя, но очевиден для представителя расы Квелла.

Ландо вздохнул.

— Признаюсь, дальше я не знаю, что делать. Полковник, а у вас есть какие-то соображения?

Вместо полковника отозвался Байджо Хэммакс:

— Нет. Мы в тупике, Ландо.

Ландо сказал несчастным голосом:

— Попадать в тупик, похоже, становится нашим любимым занятием. Я надеюсь, что, если мы снова окажемся не столь сообразительны, они дадут нам вторую подсказку.

Байджо засмеялся. Лобот предложил:

— Возможно, если мы прикоснемся к пятнам на корпусе с правильной последовательностью…

— Да я уже перетрогал тут все пятна!

— Я говорю о правильной последовательности.

— Ну так скажи мне, что это за последовательность?! Светлые пятна или темные, снизу или сверху, справа или слева?

Лобот виноватым голосом сказал:

— Я не знаю, извини…

— Да это не твоя вина. Что нам нужно сейчас, так это мозг Квеллы, но, боюсь, мы не взяли его с собой.

— Ландо!

— Что?

— Ты видел когда-нибудь живопись в пятнах Донади?

— Что?! Лобот, по-моему, сейчас не самое подходящее время для разговоров о живописи.

— Просто ответь на мой вопрос.

— Вообще-то, нет, не видел.

— В восприятии человека живопись в пятнах — просто большой холст, покрытый в случайном порядке пятнами краски. А Донади сидят и смотрят на такую картину от десяти минут и больше. Если смотреть достаточно долго, пятна начинают складываться в трехмерное изображение.

Хэммакс сказал:

— Я видел это. Очень странная штука. Донади смотрят на эти свои картины очень долго, пока не приходят в состояние экстаза от своих галлюцинаций.

Лобот возразил:

— Это не галлюцинации. Живопись Донади представляет собой не изображение, а стимул к восприятию изображения. Это фокус восприятия и, похоже, он работает только для этой расы.

— То есть, ты думаешь, что в этих пятнах содержится изображение?

— Я полагаю, что эти пятна сделаны здесь не просто для для глаз Квеллы, но для разума Квеллы.

Ландо нахмурился.

— Даже если ты прав, это нам не слишком поможет.

— R2 единственный из нас способен видеть все помещение сразу. Можно задать ему другие параметры восприятия. У меня есть подобные программы для дроидов из Института Исследований Ощущений на Барабуу. Это самое обширное собрание нейрокогнитивных моделей в Галактике. R2 обработает изображение с новыми параметрами и выдаст его на наш экран.

— Это похоже на попытку собрать сабакк на четырех картах.

Лобот сказал:

— Удача — это везение, дополненное умением. Ты сам так говорил.

— Я?!

— Да, ты. Жди.

Сказано было, что семена не знают цветка, который породил их. Эти слова применимы к цивилизациям и мирам, породившим их. В долгой истории Галактики многие родословные древа были слишком запутаны, чтобы в точности помнить всех предков и потомков.

На тысячах тысяч миров жизнь зарождалась из сплава энергии и времени — и погибала в одно мгновение.

На сотнях тысяч миров жизнь зарождалась и не сдавала своих позиций, противопоставив энтропии и переменам разум и плодовитость.

На десятках тысяч миров победившая жизнь превосходила их пределы, училась преодолевать непреодолимые расстояния, пролетая сквозь космос, исследуя, покоряя и населяя миры, далекие от того, что был ее колыбелью.

И некоторые из миров, благословленных даром жизни, передавали этот дар другим мирам. Цветки порождали семена, порождавшие цветки. Но ни одно из этих семян не знало всего своего наследия, ибо память живых существ коротка. И помнить рождение первых семян жизни могла лишь сама Сила.

Народ, который называл себя Квелла, не нес дар жизни в иные миры. У них не было инопланетных владений. Они имели силы и средства, чтобы покинуть родной мир, но не имели причины это делать.

Но народ Квелла имел родителей, предков, которых он едва помнил. Народ, породивший Квелла, называл себя Куонет и имел много потомков, но также имел и родителей, которые называли себя Ара Наффаи.

Так, хотя народ Квелла не имел детей, он имел множество родственников, ближних и дальних.

И в надежде найти родственников народа Квелла, Лобот изучал архивы Института Исследований Ощущений. Лобот знал о происхождении Квелла не больше, чем они сами знали о себе, но он знал по каким принципам надо вести поиск и очень хотел найти то, что ищет. Его надежда зависела не от удачи, а от четкого алгоритма поиска, тщательности архивистов и плодовитости и устойчивости генеалогической линии Ара Наффаи.

По крайней мере, Лобот сам так считал. Удача — любимая игра Ландо, а Лобот предпочитал надеяться на что-то не столь эфемерное и непредсказуемое.

Это было нечто вроде молчаливого соперничества, и Лобот был счастлив, когда подтверждалась правильность его пути и ненадежность пути Ландо. Лобот гордился, что компетенция обычно значила больше, чем везение, а усердие вознаграждалось чаще, чем смелость.

На этот раз наградой оказались записи восприятия расы Хотта с планеты Хо Наи.

Изображение, спроецированное R2, покрывало только часть стены, но по этому образцу могло быть установлено изображение всего помещения в восприятии представителя расы Хотта. Результат был очевиден. Обработанное и переведенное в человеческое восприятие, изображение имело только одну основную точку и единственно возможное значение.

Ландо сказал:

— Это там. В углу. Это и есть твоя большая красная кнопка.

3РО объявил:

— Я ничего не вижу. R2, ты, видимо, ошибся.

Ландо возразил:

— Ты и не можешь это видеть. Это можно видеть только настоящими глазами.

Оттолкнувшись от переборки, он направился в угол.

— Генерал Калриссиан? Это Хэммакс. Предлагаю, чтобы первым это исследовал R2.

— Где полковник?

— Полковник Паккпекатт наблюдает.

— Ладно, R2, давай постучим в дверь.

R2 на своих двигателях подлетел к углу, из маленького люка на левом борту дроида выдвинулся телескопический манипулятор, и коснулся угла, где соединялись две переборки.

Ничего не произошло.

Ландо сказал:

— R2, нажми сильнее.

Маневровые двигатели дроида выбросили струи газа, его серебристый корпус завибрировал, когда он с силой нажал на ключевое место.

— Ладно, хватит, R2. Теперь я попробую.

Хэммакс обеспокоенно спросил:

— Что вы собираетесь делать, генерал?

— Все-таки этот корабль построен не дроидами и не для дроидов.

Ландо коснулся переборки. Снова никакого эффекта.

3РО сказал:

— Возможно, мы ошиблись в инструкциях. R2, ты, наверное, прочитал все наоборот.

Маленький дроид только презрительно пискнул в ответ.

Ландо сказал:

— Я не могу надавить как следует. Может быть, Квелла были сильнее, чем мы?

Лобот возразил:

— Мы еще не смогли открыть силой ни одну их дверь.

Ландо расстегнул застежку на правой перчатке скафандра. Хэммакс удивился:

— Что вы делаете?

— Может быть, скафандр и дроид регистрируются запирающим механизмом одинаково.

Резким рывком Ландо сдернул перчатку с руки.

В помещении было ужасно холодно, и руку сразу пронзила сильная боль. Зажав перчатку левым локтем, Ландо коснулся переборки. Поверхность разошлась от его прикосновения и свернулась по краям, пока в углу не образовалась дыра, достаточно широкая, чтобы Ландо мог в нее пролезть.

3РО воскликнул:

— У него получилось!

Ландо заглянул в отверстие.

— Тут нечто вроде дверной ручки. Это мне куда больше нравится. R2, иди сюда и покажи картинку ребятам на крейсере.

Хэммакс опять забеспокоился:

— Генерал, предлагаю вам снова надеть перчатку. Эта ручка может быть рассчитана на биологию Квеллы.

— Это мы сейчас выясним. R2, достаточно. Все готовы? Открываю!

Сделав глубокий вдох, Ландо схватился правой рукой за ручку в глубине отверстия.

Внезапно за внешней мембраной сверкнула вспышка ослепительного голубого света, а когда свет исчез, Ландо увидел, что исчез и туннель между Странником и «Леди Удачей». В следующий момент все, что находилось в помещении, начало высасывать в вакуум через открывшийся вход.

Ландо отчаянно вцепился в ручку, но R2 и Лобота, вырывающаяся атмосфера потянула к отверстию, маневровые двигатели дроида и скафандра Лобота не смогли противостоять внезапно возникшей буре. 3РО, не имея таких двигателей, вообще не мог сопротивляться. Но, к счастью, отверстие закрылось спустя момент после того, как Ландо дернул за ручку. R2, 3РО и Лобот ударились о полностью закрывшийся борт.

Ландо почувствовал, как пол под его ногами завибрировал.

— Корабль двигается! Хэммакс! Полковник! Что происходит?

Никто не отвечал. В комлинке не было слышно даже статических помех.

— «Славный», кто-нибудь! Ответьте!

Лобот отозвался:

— Ландо! Мы не просто двигаемся! Корабль прыгнул в гиперпространство!

Это произошло так быстро, что никто не мог сказать, что же случилось в точности. Какое-то энергетическое оружие Странника отрезало «Леди Удачу» от корпуса и ударило по кораблю-иммобилизатору «Каурианд», нанеся ему тяжелые повреждения. Когда гравитационное поле отключилось, Странник неожиданно прыгнул в гиперпространство. Командир «Мародера» не успел даже запросить разрешения открыть огонь.

Паккпекатт спросил:

— Вы засекли вектор прыжка?

— Да, сэр, он прыгнул в направлении Ядра.

Выражение лица Паккпекатта не изменилось.

— Подобрать яхту и пристыковать к внешнему стыковочному узлу «Славного». «Молнии» направиться к месту последней дислокации цели и совершить прыжок по ее вектору. Мы пойдем вторыми, «Мародер» третьим, и остальные корабли по группам с тем же интервалом. Выход из гиперпространства на границе Ядра. Странник должен быть где-то там.

— Да, сэр, но почему он должен быть там? Ведь он может долететь до самого Бисса.

Упоминание о мире, бывшем резиденцией возрожденного Императора, усугубило и без того подавленное настроение на мостике. Паккпекатт тихо сказал:

— Будем надеяться, что нет…

Загрузка...