Курьер-миллиардер

Эпизод 12. Лена

Я мысленно закрываю лицо ладошками. О, нет, не хочу, чтобы Эрик стал невольным свидетелем этого скандала. Поднимаю взгляд и вижу его. Стоит в пяти шагах от нас, руки в карманах, смотрит на Антона с плохо скрываемой неприязнью.

Муж тоже замечает его, но руку не разжимает. Зато бледнеет, и сливается цветом лица с рубашкой.

— Простите. Это моя жена, она уже уходит.

— Куда? — усмехается Эрик, — точно твоя жена? вроде бы у тебя есть спутница. Ты уже второй корпоратив с этой дамой проводишь.

Антон открывает и закрывает рот в шоке, как рыба, выброшенная на берег. Вот мудак. Я сжимаю тихо зубы, и едва сдерживаюсь, чтобы не дать ему по щам.

— Мы просто с Натой друзья. Коллеги, — выдавливает он.

— Да? — Эрик криво улыбается, — друзья – это хорошо. Последний раз говорю — отпусти девушку и отойди.

— Я ее отведу…

— Тебе нос или руку сломать?

Антон снова открывает рот и быстро разжимает пальцы. Нервно и демонстративно отряхиваю плечо, будто его прикосновения меня испачкали.

Антон — трус, и никогда не мог за себя постоять, поэтому в драку не полезет. Да и он минимум на голову ниже своего оппонента.

Несмотря на злость и чувство стыда перед Эриком, в груди сами по себе прыгают смешинки. «Нос или руку сломать?». Надеюсь, Антон не побежит жаловаться на Эрика, и не испортит его отношения с коллегами.

Хотя, судя по тому, как напрягся муженек, и как он обращается к нему на «Вы», Эрик повыше его должностью будет. Интересно, кем он работает?

— Лена, пройдите со мной, — произносит Эрик. Я послушно отхожу от мужа и направляюсь к нему. Взгляд не поднимаю, потому что мне грустно будет увидеть что-нибудь неприятное для себя. Злость или недовольство, что из-за меня произошел скандал.

— Я бы ее проводил. Простите за эту сцену, но моя жена расстроена и я пытался ее успокоить, — пытается юлить Антон, поняв, что проигрывает, и что вправить мне мозги и поговорить наедине не удастся.

Эрик кладет мне руку на плечо, мягко разворачивает к лифту. Потом я слышу смешок.

— Какой же ты долбоеб, Лошков.

— Глушков!

— Вообще до пизды, — флегматично констатирует Эрик и уводит меня. Муж молчит. Видимо, ответить нечего.

Мы проходим мимо девицы на ресепшене, которая говорит с кем-то по телефону. Она не упускает момент стрельнуть в сторону Эрика заигрывающим взглядом. Тот полностью ее игнорирует.

Мы подходим к лифту.

— Прости, — тихо произношу я, потому что горло сдавливает невидимая рука, — за скандал. Надеюсь, это не испортит твои отношения с коллегами?

Эрик приподнимает весело брови и заводит меня в открытые приветливо двери. Потом тыкает пальцем в кнопку и смотрит на меня. Непохоже, что его что-то расстроило. Он выглядит крайне радостным, и я немного напрягаюсь.

— Не испортит, Лен.

— Мы наверх едем, Эрик, — осторожно замечаю я, глядя на мигающие циферки.

— Угу, наверх.

— А выход внизу же.

— Угу, внизу.

Я хмыкаю. Эрик продолжает чуточку улыбаться, а в глазах прыгают веселые искорки. Неужели его рассмешила сцена с Антоном?

Двери лифта снова разъезжаются, и Эрик берет меня за руку, переплетая наши пальцы. Моя ладошка тонет в его, и, несмотря на неприятную сцену, после которой еще остался поганый осадок, я чувствую себя неожиданно уютно и защищенно вот так.

Мы выходим в темноту офиса, и я вижу только очертания диванов, которые стоят возле высоких панорамных окон. За ними уже полная темнота. Только ночной город мигает.

Эрик щелкает выключателем, и везде вспыхивает свет.

— Бергман, блин! — рявкает возмущенно голос, и я подпрыгиваю, заметив на диване мужчину с ноутбуком. Пиджак небрежно лежит рядом. Мужчина недовольно щурится, приглаживая темные волосы с проседью, и острый взгляд темных глаз впивается в меня, — добрый вечер.

— Добрый, — осторожно произношу я. Он кивает и снова смотрит на Эрика.

— Разбудил? — хмыкает тот, — это Лена. Знакомьтесь.

— Приятно, Лена, — кивает мужчина, и я киваю в ответ, — Нет, не разбудил. Свет выруби. Я работаю, мне так удобнее.

— Вырублю, — Эрик щелкает выключателем и офис снова погружается в темноту, — ты мне скажи, Глушков — это же Вишневского подчиненный?

— Я хрен знает, кто это вообще, — бормочет мужчина, щелкая по клавиатуре.

— Звезда видео, которое нам айтишники слили недавно.

— А-а… да, вроде Вишневского.

— Слушай, будь другом, напиши нашим СБшникам — пусть накопают что-нибудь на этого Глушкова и его пассию. Передадут нам и Славику, и пусть увольняет его нахер по статье. Чтобы никуда больше не сунулся.

У меня едва не падает вниз челюсть, но я вовремя беру себя в руки. Смотрю ошалело на Эрика, но он быстро косится на меня, подмигнув, и возвращается взглядом к своему собеседнику.

Тот издает протяжный вздох.

— Блин, ты вовремя, капец. Напишу, хрен с тобой. Попозже.

— Сегодня, — лаконично отрезает Эрик, и ведет меня вглубь офиса, мимо диванчиков и панорамных окон.

— Сегодня, окей, — несется нам в спину усталое, — через часик.

— Что за видео, Эрик? — спрашиваю я, чувствуя, как сердце гулко бьется в груди. Вопрос «ты кто вообще здесь?» тоже рвется, но я задаю первым именно про видео с мужем.

Он в ответ кривит губы, и толкает одну из дверей.

— Тебе не понравится ответ, Лен. Присядь, пожалуйста, —мы заходим в просторное уютное помещение. Эрик сажает меня на диван, и я растерянно осматриваюсь.

Письменный стол с ноутбуком на нем, куча каких-то бумаг. За ним такое же панорамное окно на всю стену. В углу кадка с огромной пальмой, вроде той, что стояла внизу возле вешалок.

Эрик подходит к одному из шкафов, открывает дверцу, достает бутылку. Скручивает пробку, и наливает немного в стакан. Темная жидкость плещется на дне, когда он протягивает мне его.

Я забираю и принюхиваюсь.

— Виски, — поясняет Эрик, — выпей. Успокойся. Расслабься.

— Я спокойна, — отвечаю я, опрокидывая в себя все до последней капли. Ух, блин. Крепкий алкоголь обжигает язык и горло, оставляет приятный привкус.

— У тебя руки тряслись.

— Не хотела тебя вмешивать в этот скандал и переживала. Спасибо, что не скомпрометировал то, что между нами случилось. Мне уже все равно, но Антон бы зацепился за такое, и перевернул все так, что я осталась бы гулящей, виноватой во всем, и ничем не лучше его самого. А мне хочется спокойно развестись.

Эрик достает второй стакан и наливает себе виски.

— Я знаю, — произносит он, — вроде не первый год на свете живу.

И всё. Я задумчиво смотрю на него. Эрик явно знает больше, чем я, про моего мужа, и про эту девушку, но ничего не рассказывает, хотя, мог бы выложить, видимо, несколько шокирующие подробности. Просто молча пьет виски и смотрит рассеянно в пространство.

Я уже и забыла, как ведут себя настоящие мужчины, а не мужчинки-сплетницы, перемывающие косточки всему коллективу. Которые выгоняют с корпоратива, потому что жена может опозорить их своим видом.

— Спасибо, — еще раз произношу я.

Он пожимает слегка плечами. Все такой же задумчивый, будто что-то его беспокоит. Наверное, все-таки, я. Фиговая из меня спутница. Мало того, что видок никого особо не отпугнет из женщин, охотящихся на него, так еще я и жена Антона, который попал на какое-то скандальное видео.

Поэтому я поднимаюсь с дивана, подхожу к Эрику и протягиваю ему стакан, решив, что пора мне уже идти.

— Ты не беспокойся, — произношу я, когда он поднимает на меня взгляд, — я в полном порядке. Истерик устраивать не буду, волосы выдирать сопернице тоже. Напиши мне номер карточки, я деньги сегодня скину за пирожные. В любом случае ты знаешь, где я живу, и сможешь выбить долг, если обманываю, — у меня появляется улыбка, хотя, в сердце селится грусть, — понимаю, что я не лучшая партия на сегодня, Эрик. Поэтому мне лучше уйти. Не оправдывайся только, — я наигранно хихикаю, и пихаю ему в руку свой стакан, намереваясь развернуться и покинуть этот кабинет.

А он внезапно ловит меня за запястье, останавливая.

Наши взгляды вновь пересекаются, но в этот раз сердце ухает вниз, от того, как он на меня смотрит. Фиг я сдвинусь. Этот мужик одним взглядом пригвоздить к полу может, оказывается.

— Лен, — голос спокойный и интонации прямо непререкаемые, — ты уж извини, я обычно более ненавязчивый. Но с тобой плохо получается. Никуда ты не уйдешь. Ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра. Вообще никогда.

Волосы на всем теле встают дыбом.

— Ты меня что… похитить собираешься? — шепчу я, — и убить?