8 Марта. Инструкция по захвату миллиардера

Пролог

— Ты вообще помнишь, как я выгляжу без фильтров и обложек? — Лера стояла посреди его кабинета, словно сошла с рекламного баннера: длинные ноги, идеальная осанка, волосы — глянцевой волной по плечам. Топ-модель, лицо брендов, королева подиумов… и сейчас — буря в шелковом халате.

Демид даже не сразу понял, в какой момент обычный вечер превратился в показ высокой драмы.

— Лер, у меня дедлайн. Завтра встреча с инвесторами.

— У тебя всегда дедлайн! — вспыхнула она. — Инвесторы, сделки, контракты! А я? Я в каком месте твоего графика, Демид?

Он медленно закрыл ноутбук. Нервный тик века он подавил с трудом.

— Это не повод мне изменять.

В комнате повисла тишина. Звенящая. Лера прищурилась — красиво, как на съемке для парфюмерной кампании.

— Ах вот как? То есть ты занят, а виновата я?

— Ты сама сказала, что «устала быть одна». И что тебе «нужен мужчина рядом».

— Да! Рядом! А не в соседнем часовом поясе по видеосвязи!

Она схватила сумочку — крошечную, но, судя по звуку, с характером.

— Знаешь что? Тебе придется заслужить мое прощение. Если вообще захочешь. Потому что… — Лера выдержала паузу, достойную финала сезона, — мы расстаёмся.

— Лера…

— Нет. Всё. Я устала конкурировать с твоей работой.

И она ушла. Громко. С хлопком двери, от которого в прихожей качнулась картина. Тишина снова вернулась. Но уже другая — пустая. Демид пару секунд смотрел на закрытую дверь. Потом выдохнул.

— Отлично. Просто отлично.

Он потянулся к смартфону. Если уж страдать — то с комфортом. Открыл приложение доставки, ткнул в любимый сет роллов, добавил еще один — «антистресс». Подумал. Добавил третий. В комментарии к заказу написал: «Привезите быстрее, пожалуйста. Меня только что бросила девушка. Планирую обожраться. За срочность накину чаевые». Палец завис над кнопкой «Оплатить».

— Ну что ж, Демид, — пробормотал он, — сегодня ты официально свободный и очень голодный мужчина.

Заказ приехал подозрительно быстро. Будто кто-то там, наверху, решил: страдающим бизнесменам — без очереди. На пороге стоял курьер. Улыбчивый. С пакетом… и коробкой пиццы.

— Вы Демид? — уточнил он.

— К сожалению, да.

— Тогда это вам. Всё по заказу.

— Я не заказывал пиццу.

Курьер загадочно улыбнулся:

— Ошибки нет.

И ушёл, оставив Демида с пакетом и странным предчувствием. Он прошёл в гостиную, сбросил пиджак на спинку дивана, поставил всё на стол. Сначала достал роллы. Всё верно. Потом — коробку пиццы.

— Ладно… — пробормотал он. — Если это чей-то способ посочувствовать, то сегодня я не против.

Он открыл крышку и замер. Внутри, поверх идеально разложенных кусочков, аккуратно соусом было выведено: «Женись на мне». А ниже — номер телефона.

Демид смотрел на надпись секунд десять. А может и все двадцать. И вдруг усмехнулся.

— Ну надо же… — тихо сказал он. — Меня бросили пятнадцать минут назад, а мне уже делают предложение.

Он откинулся на спинку дивана, снова посмотрел на номер.

— Интересно… это судьба или маркетинг?

И почему-то впервые за вечер ему стало по-настоящему любопытно.

Глава 1

Лера остановилась перед зеркалом в бутике и медленно провела ладонью по гладкой ткани платья. Оно было безбожно дорогим. Шелк струился по телу, как жидкое золото, подчёркивая талию, линию бедра, длинные ноги. Спинка — открытая, дерзкая. Цвет — глубокий, насыщенный, такой, который не надевают «просто так». Такой надевают, когда хотят, чтобы в зале стало тихо. Но цена её не беспокоила. Её мужчина хорошо зарабатывает.

Лера чуть наклонила голову, оценивая отражение. Идеальная. Безупречная. С обложки. С билборда. Из мечты.

Шопинг давно перестал быть слабостью — это была компенсация. За пустые вечера. За сообщения «задержусь». За сухие «целую» вместо «я скучаю».

Она любила деньги. Любила их шелест, тяжесть карты в пальцах, ощущение власти, когда продавцы начинали говорить мягче и улыбаться шире.

Но ещё больше она любила восхищение. Когда на неё смотрят снизу вверх, когда готовы ждать, терпеть, унижаться, лишь бы быть рядом. Когда мужчина буквально тает у её ног.

Демид таким не был. Он с лёгкостью закрывал её материальные «хочу». Переводы — без вопросов. Подарки — редкие, но дорогие и продуманные. Иногда даже романтичные. Но каждый раз создавалось ощущение, что он делает это… спокойно. Без преклонения. Без зависимости. Работу он любил больше — это чувствовалось. Как Лера ни пыталась его прогнуть — обидами, игрой в молчанку, флиртом на его глазах, намёками на поклонников — Демид знал себе цену. И гордость для него не была пустым словом. Он не бегал, не унижался, не становился на колени. И тогда появился любовник. Тот самый — с восторженным взглядом и готовностью выполнить любой каприз. Он смотрел на неё так, будто она богиня. Соглашался на всё. Терпел её перепады настроения. Был благодарен за каждый жест. Но даже этого… со временем стало мало. Восхищение быстро приедается, если его слишком много.

Она настолько обнаглела, что однажды Демид застал их лично — в её же спальне, в его квартире. Лера тогда ждала скандала, крика, разбитой посуды. Хотя бы сцены ревности. Она хотела увидеть его ярость. Хотела доказательство, что она важна. Но Демид посмотрел молча, с холодной усталостью. казал, что обсудят позже — у него срочный звонок. И ушёл в кабинет.

В тот момент её словно ударили. Не ревнует, не бесится. Не устраивает сцен. Как будто это всё — мелочь. Как будто она — не центр его вселенной. Вот тогда Лера поняла, что этого она простить не сможет. И сегодня она сама поставила точку.

Теперь он будет страдать. Будет звонить, будет умолять. Она представляла, как его уверенность треснет, как он приедет с цветами, как будет говорить, что был неправ, что любит, что всё исправит. И всё накануне восьмого марта и Лера была уверена, что её ждут очень дорогие подарки, которые она, безусловно, заслужила.

Она улыбнулась своему отражению.

— Конечно, будешь, — тихо сказала она.

Подойдя к кассе, Лера протянула карту — уверенным, привычным жестом. Писк терминала. Пауза.

— Извините… — продавец неловко улыбнулась. — Платёж отклонён.

Лера моргнула.

— Попробуйте ещё раз.

Снова писк. Снова пауза.

— Карта заблокирована.

Мир на секунду будто накренился.

— Что значит заблокирована?

Она быстро открыла банковское приложение. Экран загрузился. И там, вместо привычной суммы с множеством нулей, значилось короткое, сухое уведомление: «Доступ ограничен владельцем счёта». Лера медленно подняла взгляд на своё отражение в зеркале напротив кассы. Платье по-прежнему сидело идеально. Вот только впервые за долгое время она почувствовала… не восхищение. А лёгкую, неприятную тревогу.

Лера сглотнула. Нет. Это какая-то ошибка. Она отошла в сторону, каблуки тихо цокнули по мраморному полу бутика, и быстро набрала Демида. Гудки. Один. Второй. Третий. Он не взял трубку. Лера нахмурилась и нажала «повторить». Гудки снова тянулись слишком долго. Без привычного «Да, Лер, что случилось?» — ровного, делового, спокойного. Она почувствовала, как внутри начинает закипать раздражение.

— Возьми трубку, — процедила она сквозь зубы.

— Девушка, — донёсся голос кассира, уже без прежней сладости, — вы будете оплачивать покупку?

Тон изменился. Ещё пять минут назад в нём звучало уважение. Почти благоговение. Сейчас — нетерпение. И что-то неприятное… оценивающее.

Лера поймала взгляд девушки. В нём больше не было восхищения. Скорее раздражение. Почти презрение, как будто перед ней не топ-модель, а какая-то нищебродка, задерживающая очередь. И это было больно.

Лера сбросила вызов.

— Да, конечно, — холодно произнесла она и достала свою карту. Свою. Она ненавидела этот момент. Ненавидела ощущение, когда приходится платить самой. Тратить свои деньги — казалось унизительным. Неправильным. В конце концов, она красивая. Она ухоженная. Она идеальная. Мужчины должны хотеть её баловать. Содержать. Дарить. Восхищаться. Так устроен мир.

Терминал снова пискнул — на этот раз одобрительно.

— Спасибо за покупку, — сухо сказала кассир.

Никакой теплоты. Лера взяла пакеты и вышла из бутика, чувствуя, как внутри медленно разрастается злость.

На улице она снова набрала Демида. Гудка не было. Секунда — и на экране высветилось короткое уведомление: «Вызов невозможен». Она моргнула. Проверила ещё раз. И поняла, что её номер заблокирован. Он. Её. Заблокировал.