Адовы 2: Мрачново

Глава 1 - Начнём с конца

Как говорит чёрная книга с глазами и приоткрытым от удивления ртом, жить в Мрачново – не поле перейти. Так что все тёмненькие истории начинаются и продолжаются здесь. Вплоть до истории о Конце Света, но откуда тот взялся?

По телевизору нередко объявляют о последних днях. Грешат этим делом средства массовой мусоризации пустых голов населения и социальные сети для обожающих объясняться пиктограммами (как в древнем Египте). Любят эту тему мусолить блогеры на хайпе, влогеры на подхвате и пенсионеры на сдачу. А всякие гадалки, астрологи, маги и прочие «волшебники на полставки» в нём просто души не чаят, как и положено всяким чудикам. Эксперты на первом десятке монструозных каналов этим вовсе живут, как дышат, постоянно пугая людей, что «вот-вот придёт конец человечеству».

Популярная тема – конец света для людей. Но про Конец Света для монстров нигде не говорят.

– А как же насчёт информации о Конце Света для оборотней, вампиров, демонов, проклятий и прочих демонических пуделей на неделю вперёд? – заявила вампирэсса, хлебнула кофе и с прискорбным видом отложила газету в сторону. – Не порядок!

Сколько этих концов света ими пережито, по пальцам уже не пересчитать даже у монстра-многорука. Монстры-то показались на свет, но люди упрямо делают вид, что тех нет. Равенство вроде и случилось для всех за Земле, но при первом удобном случае люди напрочь забывают, что среди них полно всяких других существ, которые также желают быть обмануты СМИ.

Затем хозяйка скомкала газетку и запихала в печку. На розжиг в баню – самое то.

– Вот они – настоящие «горящие новости», – добавила с усмешкой мать необычного семейства, напоследок ещё раз посмотрев на первую страницу газеты.

Адовы в последнее время все как один получили паспорта и даже свидетельства о рождении. Мара в садике могла с гордостью показывать родословное дерево, которое тянулось от Шумеров и прочей Месопотамии. А Даймон больше хвастал Средневековьем и рассказывал с упоением, что его отец пробовал медок из самой пирамиды Хеопса. А чтобы точно поверили – показывал очки из обсидиана оттуда же.

Семья состоялась. Все как один вместе с загородным домом гордо получили фамилию «Адовы», а дети даже отчество – «Михаэлевичи». Для солидности. Чтобы соседи постоянно не переспрашивали – а отчество где? Иностранцы, что ли?

А какое тебе отчество, когда вампирэсса Блоди и оборотень Михаэль родилась задолго до появления отчеств? Тогда только одни прозвища и существовали. В основном связанными с физическими недостатками или достоинствами. Вроде Карл Хромой или Фридрих Толстый.

У нежити так отчества точно не было. Её долгое время величали не иначе, как только как «а, бежим!» и «о, нет, только не они!». Могли, правда, иногда сказать – «Ужас из Болот». Или «проклятье с гор», но это скорее наречия, чем отчества. А те отвечают на вопрос – откуда?

Блоди чиркнула спичкой и, глядя, как загорелся огонёк под дровами, закрыла печку. Открыла поддувало. Хотя на улице и без того поддувало что надо.

В посёлке Мрачново в этот день стояла чудесная непогожая погода: с самого утра тучи нависли над крышами коттеджей, надёжно спрятав солнце. С неба срывались редкие капли дождя, но до земли они не долетали. Их тут же подхватывал ураганный ветер и уносил прочь, сбивая каплями как снарядами в ближайшем лесу белочек, обстреливая бурундуков и сусликов.

Остальной фон был на любителя: разряды молний целились в редких прохожих, но те ловко уворачивались от электрических стрел, грозили кулаком небу и бормотали:

– Я те пошалю!

Потому что не люди, а нечисть. А нечисть, нежить и даже иные существа с монстрами вперемежку, привыкли гулять по миру без страха ещё тогда, когда все остальные Хомо Сапиенсы прятались по домам, подвалам и прочим бомбоубежищам. Не любили они мрачную погоду, чего скрывать? Странные эти люди. Но приходится мириться с их существованием с тех пор, как с веток слезли и куда-то в степь пошли.

Демонёнок Даймон в это время стоял на террасе новенького коттеджа Адовых и снимал происходящее на телефон, транслируя всё творящееся и вытворяющееся в прямом эфире.

Семья хотела сделать полноценный крытый балкон, но не стала заморачиваться с дополнительным возведением стен. Лишь перегородки поставили и пару шезлонгов на открытом пространстве вне крыши разместили. Место поверх гаража теперь сплошь для отдыха и обзора окрестностей!

Поэтому отсюда было удобно вести репортаж.

– Дорогие подписчики, в кадре мы видим нашего соседа – кота-оборотня Леонида. Вот он, рыжий и наглый, идёт по главной улице, поднимая таз с карасями над головой, поворачивает к дому, бежит до забора. Удар!

Небо озарила очередная вспышка.

– Мимо! – с тоской в голосе добавил демонёнок. – Что ж, продолжаем делать ставки, сколько у котов всё-таки жизней. А я напоминаю, что пока молнии не удалось попасть ни в одного мрачновца. Что только добавляет тоски в такой прекрасный непогожий день. Ведь могли и зажечь!

Сестрёнка Мара висела на перилах террасы и раскачивалась вниз головой, пытаясь поймать капельки дождя ртом. Она в очередной раз потянулась вперёд и едва не свалилась вниз.

– Вот кто так падает? – пробормотал Даймон, однако, схватив сестру за шиворот одной рукой, а второй продолжая держать телефон.

– А что? Я и не так могу, – она отцепила одну ногу, и теперь повисла криво, раскачиваясь ещё сильнее. – Как надо? Тут же почти нет высоты со второго этажа. Напрочь хряпнуться не получается. Это на небоскрёб лезть надо. А где его взять в посёлке?

– Да какая разница, как? – ответил демонёнок. – Ты откуда не свалишься, всё равно разлетаешься по косточкам. Собирай тебя потом. Морока одна. Вот кто тебя сейчас собирать будет? Пукс, что ли? Мы на прошлой неделе твою ногу у него в будке нашли. Тот ещё помощник. А левая рука вообще в огороде закопана была.

Глава 2 - Эко-логика

Незадолго до этого.

В этот день природа поскупилась на облака. И редким зевакам, поднявшим голову от гаджетов, было хорошо видно, что над Мрачново заложил вираж самолёт. Спеша к местным, он ожидаемо совершил посадку в аэропорту «Бабкин блин».

В этот погожий летний день сусликам было не до смеха. Для вида на людях они делали запасы на зиму, а на самом деле разделяли с белками сферы влияния в лесу у города Бабкино. Грибы здесь с ягодами почти не росли из-за массовой людской застройки, а деревья стояли сухие, кусты облезлые, трава чахлая и пожелтевшая, что хоть кисточкой крась, чтоб зелень ей первозданную вернуть.

Даже фотографировать противно. Потому фотографов в лесу и не водилось. Зато водились суслики и белки, которым чуждо было искусство, как и чувство прекрасного. А вот чувства собственности было сильно в каждом лесном жителе. Что и привело к напряжению в лесу, а затем и первым локальным конфликтам между зверьками.

На редких «клочках природы» с протоптанными туристами тропками не очень-то и пожируешь. И в качестве выхода, зверьки попрошайничали дополнительный провиант у парочек и семей, что выбрались на пикник из домов-муравейников поблизости. Мусора от людей хватало, но были и плюсы. В самом мусоре эти плюсы и находились временами. Нет-нет, да выкинут чего-нибудь нужного, стратегически важного.

Другое дело – глушь у села Мрачново, что расположилась в нескольких десятках километров от города. Лес там такой, что сплошь тайга. Суслики наглые, толстые, а белки смотрят на тебя как на траву и периодически говорят:

– Вообще-то я здесь хожу!

Рискуя зайти в тайгу у Мрачново за «дарами природы», обратно можно было выйти с фингалом под глазом. И дело не в лесниках, которых здесь отродясь не бывало, а в силах древних, что те места заповедными сделали.

Силы те по нраву жителям из Мрачново были, что вместе с людьми на правах хозяев в посёлке рядом с лесом поселились. И окрестности свои любили и оберегали. А также уважали самих животных, что порой им роднёй приходились.

«Один раз мрачнов, значит, всегда мрачнов», – говорили то те, то другие.

И это имело большое значение для местных. Потому даже суслики у коттеджного посёлка были суровые, особые – «мрачновская порода». Если раньше они и проще были, то с тех пор, как в лесу крыса одна завелась, совсем осмелели. Предводитель внушил им веру в свои силы и учил плохому, как умел.

Наученные Оспой суслики теперь часто сами решали где, когда и будет ли вообще у городских пикник в их лесу.

Сильно разнились город и посёлок в плане природы поблизости. Но Мрачновцам приходилось часто ездить город. Посещать цивилизацию, так сказать. Во-первых, чтобы в магазинах закупаться. Во-вторых, чтобы учиться и работать. А, в-третьих, аэропорт, железнодорожный вокзал и даже автовокзал были только в Бабкино. Само Мрачново пока до них не доросло.

Когда над головой пролетал самолёт, люди, монстры и животные точно знали, что летит тот в город. Там – единственная воздушная гавань на сотни километров в округе.

Ядвига Черепушкина, как пассажирка воздушного судна, с нетерпением ожидала этой посадки. Ностальгия замучила девушку до колик в пятке. Тоска заела по давно покинутым местам. Малая Родина призвала. Мрачновские родные места.

Девушку уже представляла, что неплохо бы, если самолёт приземлится прямо на зелёной лужайке. Сразу выйдет по трапу и сразу рухнет в одуванчики, ромашки и прочие подсолнухи. В зависимости от месяца лета.

Главное, чтобы ей тут же представилась возможность самой пробежаться по этой лужайке босиком. Очень полезно для здоровья – бегать по траве. Куда лучше, чем в туфлях с камешком под пяткой.

Как же ей надоели большие города. Всё, домой, к бабушке! На молоко, блины и загорать у речки.

Только бабуля писала, что изменился посёлок. Поселилась там, мол, «всякая нечисть рогатая и безрогая», «коты заговорили». Правда, инфраструктуры тоже прибавилось.

К примеру, администрация появилась, что теперь получила не пару домов в управление, как прошлое садово-огородное товарищество, а целый посёлок на обеспечение.

Бабка намекала, что работаешь там – и всё в твоих руках. Хочешь дрова людям выписывай, а хочешь нечисти этой рога обламывай. А ещё тренажёрный зал построили. Это совсем для ленивых. Тех, кто дрова колоть не хотел и воду таскать из колодца отказывался.

«Ну, какая ещё нечисть»? – подумала Ядвига и улыбнулась: «Стара уже бабушка, плетёт невесть что».

Скоро обнимет старушку и той больше не придётся ни о чём беспокоиться. Внучка всё под свой контроль возьмёт. И если соседи обижают – разберётся с супостатами. Ну, а что работа под боком будет, так-то даже хорошо. Недаром же у неё высшее образование. Пригодится при трудоустройстве.

Внучка погладила кресло в задумчивости. Самолёты Ядвига любила, в отличие от любого другого транспорта и всей прочей техники. Но сеном те не пахли. А также травой или хотя бы молоком, что совсем обидно.

«Правильно бабушка говорит, прогресс убивает традиции», – повторяла она, глядя в иллюминатор, как воздушное судно заходит на посадку.

Увидав очередное чудо техники, Ядвига добавляла то же самое. Но кто её там слушал в столице? А тут все свои, мрачновские.

Самолёт тоже был чудом, но с техникой у Ядвиги не ассоциировался. Летать – это прекрасно. Человек, увы, не летает, бескрылый. Но на дирижабле из города в город не очень практично. Сильно от ветра зависит. Нужно тебе на юг, а он тебя на север несёт. Это потом вдовое больше обратно шагать. На своих двоих. Неудобно.

Бабушка Лизавета говорила, что пра-прабушка Агата Карловна, что жила в Мрачново ещё в позапрошлом веке и почти была сожжена на костре, да возле него и помилована, тоже летать умела... На метле.

Это почти как самолёт, только помедленнее и без кресел. Магией та бабка Карловна владела ненаучной.

«А какая сейчас магия? Техника одна», – раздумывала Ядвига.

Не любила технику ни бабушка, что магией не владела, ни внучка, что бабушку всю жизнь слушала. Только привычка договариваться хоть с инквизиторами у костра осталась от прабабки Агаты. Вместе с чарами убеждения и просто врождённым чувством самоуверенности.

Глава 3 - Спорт – это сила

Михаэль Адов точно знал, что хорошие девушки на дороге не валяются. Но никто не мог ему подсказать – валяются ли они на пасеке? Ещё и с чемоданом в обнимку.

Как по виду, девушка на любителя. Фиолетовая, как баклажан.

«Может, под урожай маскируется»? – подумал глава семейства.

А вот козлу Валере волосы незнакомки сразу понравились. Иначе не стал бы делать новую причёску незнакомке, пожёвывая кончики волос.

– Так, уймись уже, парикмахер! – возмутился Михаэль и отогнав от жертвы леса козла-парикмахера, повернулся к дому за ответами.

Там по идее жена бродит и может подсказать, что с девушкой делать, если в духе будет. Не так уж часто к ним гости на территорию заглядывают. Ну, а если не в духе, то лучше бы лишним девушкам на территорию не соваться.

– Бл-о-оди, Бло-о-одичка? – позвал оборотень вампирэссу. – Что делать-то? В баньке её отмыть или мёдом прежде отпоить?

Михаэль даже присмотрелся к дому. Кто, как не жена подскажет? Но вампирэссы поблизости не было. Только пёс Пукс придирчиво обнюхивал гостью, готовый в случае чего взорваться. Не то, чтобы демонический фамильяр уничтожал всё, что видел наперёд, но хозяина Даймона защищать обязывался и его семью в частности. Превентивный взрыв был главным оружием демонического пуделя. А центральный лозунг: «Нападай заранее – пока враг даже не подумал нападать»!

Взрывы всегда на любителя. Одних радуют фейерверками, других печалят бомбардировками. Так что на радость взрыв пуделя будет этом человеку или на беду, этого и пчеловод пока сказать не мог. Не желая терять времени даром, гостеприимный оборотень на всякий случай пошёл сразу баню готовить и банки под мёд пустые заготавливать. Напоит сначала, потом угостит. С собой в дорогу даст. А девушку, чтобы не валялась где попало, Михаэль подмышку взял и с собой понёс. Чтобы два раза не ходить.

В своём желании помочь пёс уцепился в ручку чемодана и потащил его волоком следом. До девушки со странным фиолетовом окрасом кожи Пуксу особого дела не было. Кости как кости. А вот чемодан показался забавным. Кожаный. Особенно ручка понравилась. Она так приятно в зубах хрустела, почти как косточка. Но в то же время и палка. Пришлось тащить находку целиком. Будет что пожевать на досуге.

– Бло-о-одя! – кричал Адов. – Я, если что, девушку у всех на глазах трогаю. И ничего тайного там себе не замышляю. Видишь?

* * *

В этот момент мать необычного семейства решила заняться спортом, но без переноса тяжестей. Вампирэсса давно поставила цель вести активный образ жизни. Но насколько сильно, пока не решила, олько фитнес-треккер приобрела, а доставил его вполне шустрый посыльный на велосипеде.

Зарядила браслет вампирэсса и присмотрелась к нему. Огоньки на нём мигали, цифры, буквы появлялись. Спортивный гаджет, сразу видно.

– Сгинь, проклятье, – на всякий случай сказала вампирэсса. Но мигать он не перестал. Не было на нём проклятья. Однако, сообщениями сразу огорошил.

– Вы – крайне ленивое существо, – заявил фитнес-браслет, едва вампирэсса одела его на руку.

Испугавшись, она надела на другую.

На что гаджет тут же заявил:

– Кого ты хочешь обмануть? У тебя пульс как у спящего.

Блоди даже руками потрясла и снова посмотрела снова на показатели.

– Ты ещё жива? – тут же спросил её фитнес-браслет и добавил совсем обидно. – Это что, было движение? Я в шоке!

– Вот я тебе сейчас задам! – пообещала Блоди, прокричавшись на браслет.

– Да разве это тест на объём лёгких? – не растерялся тот. – Да цыплёнок громче зевает!

Блоди снова поменяла браслет на прежнюю руку. Попутно ходила, подпрыгивала, иногда стояла на одной ноге «ласточкой» или подтягивалась на люстре на свободной руке как орангутанг. Много движений было. Но зловредный браслет постоянно выражал недовольство.

– Ну, чего тебе надо, бестолковый? – взывала Блоди к электронному разуму. – Что ты мне тут подмигиваешь, как ёлка новогодняя? Ты толком скажи!

Фитнес-браслет появился в семье Адовых неспроста. Прислала его в подарок Лотта из клана Крылатых Мышей. Точнее, не прислала, а браслет сам добрался автостопом. Точнее, рукостопом. Браслет просто перепрыгивал с одной руки на другую руку случайных прохожих, пока не добрался до адресата. Долгая дорога его несколько утомила и подпортила характер. Но ещё больше досталось последнему курьеру, который вздумал с ним спорить, вместо того, чтобы просто отвезти к вампирэссе, как и велели союзные силы.

С Лоттой Блоди дружила ещё с давних средних веков. Хорошие то были времена: приятная компания дрожащих от страха селян, уютное тепло костров инквизиции, повсюду страх и ненависть антуражем. Их с Лоттой связывало множество добрых воспоминаний о былом.

– Либо ты сама приведёшь себя в форму, либо я заставлю, – заявил браслет.

Услышав про форму, вампирэсса усмехнулась и сразу же вспомнила Лотту. Подружка во все времена могла похвастаться идеальной формой. А идеальная в природе была лишь форма шара. В клане её так и называли – Шар-Лотта, хоть фамилию бери.

Следом фитнес-браслет добавил, что Лотта обещала навестить подругу и непременно проверить, как у Блоди идут дела с её самосовершенствованием. И хоть до шара Блоди было ещё далеко, вампирэсса решила к моменту встречи с давней подругой похудеть. Ведь маленькая и круглая Шар-Лотта всегда путешествовала не одна, а в компании со своей полной противоположностью – стройной и длинноногой сестрой Иветтой, которую чаще звали просто Веткой, что полностью соответствовало её облику. Костлявой, сухой, и тощей девы.

Ветка от формы шара отставала куда сильнее Блоди. Сама же Адова считала, что ведёт вполне активный образ жизни. Регулярно выполняет кросс до холодильника, художественно балансирует с подносами, полными бутербродов, а уж как в магазин отправится, так хоть сейчас звание чемпиона по забрасыванию шоколадок в продуктовую корзину присуждай. Чего же более? Вот если бы соревнования по шопингу проводились, Блоди бы точно взяла золотую медаль. Но почему-то фитнес-браслет всех этих спортивных достижений не замечал и пытался мотивировать её двигаться.

Глава 4 - Сила – это здоровье

Михаэль в это время как раз нёс девушку подмышкой к дому и воспринял первую часть крика жены на свой счёт. В огорчении чувств, он бросил незваную гостью со словами:

– Ну и что, что в браке и спортивный? Что мне теперь совсем женщин не касаться? Я ведь как лучше хотел!

Муж даже обиделся немного. А незнакомка от той обиды угодила прямо в бороздку у тропки. «Ливнёвка» оказалась ей строго по размеру. От плеча до плеча. И поскольку по глубине была на «два копа лопаты», Ядвига Черепушкина оказалась ниже уровня поверхности земли.

Огорчённый пчеловод, вздохнув, вернулся к пасеке. Пёс из солидарности с хозяином выплюнул ручку чемодана. Тем более, что она всё равно уже стала изрядно пожёванной.

А Блоди в доме в этот момент до того разогналась, спускаясь со ступенек, что врезалась в зеркало.

– Я тебе не вход в параллельное измерение! – испуганно взвизгнуло отражение, прикрывая отображаемую голову не менее отображаемыми руками.

Однако, зеркальная гладь удар выдержала. Даже трещинами не покрылось.

«Всё-таки умели раньше надёжные вещи делать, особенно зачарованные», – подумала хозяйка.

Иные вампирэсс не показывали. Не отражали. Не разговаривали. А теперь ещё и в параллельную реальность не пускали, как оказалось.

– И не надо ограничивать мои спортивные намеренья, – пробормотала Блоди по ходу, стараясь поспеть за обручем. – Я сама неплохо справляюсь.

– Сами у тебя только килограммы наедаются! – добавило потревоженное зеркало на прощание, пользуясь случаем.

Вампирэсса выбежала на улицу и подбежала к лежащему на земле хула-хупу.

– Ага, попался!

Тот вроде бы не двигался. На всякий случай она пнула его ногой. Он откатился исключительно по законам применения физической силы на лёгкие предметы. И даже не кричал. А значит, признаков жизни не подавал.

Но мало ли зачарованных вещей ещё по миру продаётся?

Блоди не поверила. Она пнула обруч посильнее, поддела носком, и хула-хуп заплясал на земле, скатываясь по тропинке.

– Ага, живой всё-таки! Притворяться вздумал?!

Не теряя бдительности, вампирэсса пошла за ним по полю по тропинке вдоль бороздки-ливнёвки, и вдруг увидела в ней человека.

– Дети! – закричала вампирэсса. – Кто игрался с человеком и бросил?

Дети в доме не расслышали. Даже пасечник воткнул в уши наушники и снова напевал себе под нос конкурсную песню на Монстровидение, забыв об обиде. Раз нельзя, то не очень-то и хотелось.

Михаэль старший готовился к выступлению и о женщинах не помышлял. Искусство прежде всего. Он среди всех сладкоголосых чудищ должен быть самым монструозным исполнителем. За иной образ мохнограммы не дают.

Права жена. Отвлекаться на девушек не стоит. Вскоре сами на руках носить будут. Так чего их по одиночке в лапах таскать? На руках только жену можно носить. Во избежание конфуза.

Крик вампирэссы рассеял бы ветер, и пропасть бы ему втуне. Но тут глаза открыла Ядвига.

– Кто здесь? Где я?

Блоди опустила взгляд, приподняла изящные бровки:

– Живая? Недоиграли, выходит.

Девушка зашевелилась, попыталась подняться. Но бороздка обхватила её как родную.

– Да тебя, смотрю, земля приобняла что надо. Худеть не пробовала? – и Блоди пнула хула-хуп поближе. – У меня тут обруч тележный есть. Могу подарить. Но дарить не люблю. Давай меняться? Что у тебя есть? Махнёмся, не глядя? Или ты со всеми потрохами закопалась?

– Как это закопалась? Как это земля приобняла? – запричитала Черепушкина. – Меня? Закапывать? Я свой последний обмен ещё не совершила! Рано мне ещё в реинкарнацию! Я ещё свой эко-долг природе не выплатила! А ну-ка пустите!

Блоди, привлечённая криками, наклонилась ближе, присмотрелась и в лёгком смущении сказала:

– Экий конфуз, майн фройлян. Наверное, дети хоронили и недозахоронили. Нихт, нихт. Так дело не пойдёт. Они у меня такие непоседы. Всё на полпути бросают. Вас дозакопать или так на солнышке гнить предпочитаете? Учтите, я это не всем предлагаю.

– С чего мне гнить то? Я даже мяса не ем! – возмутилась Ядвига. – Раскопайте обратно же, кому говорят!

– А меняться будешь? – уточнила вампирэсса.

– Потом уже и меняться заставляйте! – донеслось из канавки.

– Да ты не торопись с ответом. Успокойся и хорошенько подумай, – посоветовала вампирэсса. – Носиком подыши, если землёй не забит. А то вон, от недостатка кислорода посинела совсем. Или тебе уже дышать не обязательно? Может, ты из семейства зомби? И гнилая кожа – ваше наследственное?

– Мне некогда думать о собственных проблемах. Мне к бабушке надо, – ответила Ядвига, подышав через рот немного, и действительно успокоившись. – И вообще, на работу устраиваться. Часики тикают, сами понимаете. Мужчина так просто среди леса не объявится. На руках через мосты жизни не перенесёт. Жизнь сама вот только по канавам разбрасывает. И козла какого-то помню. Привиделось, что ли?

– Ну, чего же сразу не сказали, что к бабушке? – спросила Блоди, схватив девушку за ногу и выдернув из канавки, как репку. – Бабушкам внучки необходимы. Так у людей в сказках говорят? Не зря же к ним девочек с пирожками отправляют.

– У людей? – переспросила Черпушкина, глядя на перемазанные в земле руки.

Стирать или не стирать? Одно дело, что грязно. Другое – грязь почти вся лечебная. Природная потому, что лесная. Леса кругом много. Как и природы. Только волосы от её близости как колом стоят.

«Наверное, с непривычки от свежего воздуха», – ещё подумала Ядвига: «Пропиталась городской жизнью».

– А вы чьих будете? – спросила она. – Не нашенские? Или как сейчас модно спрашивать – не рода людского?

– Я об этом не думаю, – отмахнулась Блоди. – Зачем себя ограничивать какими-то рамками личностного восприятия? Я тут спортом пытаюсь заниматься, вообще-то. Адовы чужды этих условных разделений и градаций. Это вы тут недозакопанная лежите и есть не просите, а мне… – тут в животе вампирэссы требовательно заурчало. – Простите, конечно, гот вам в бок. Но мне бы покушать. Аппетит разыгрался. Пора приготовить что-нибудь вкусненькое. Дорогу показать или сама до забора доберёшься? Тут куда не шагай, везде забор будет. Это чтобы козёл не сбежал… Демоны такие непоседы.

Глава 5 - Дети знают толк в развлечениях

Даймон с одной стороны был демоном, а с другой – подростком. И как любой современный подросток фанател от прямых эфиров Гарри «Грязного Носа». Тот не боялся говорить то, что думает. На него равнялось немало молодёжи.

Любил он смотреть и Азату «Косой взгляд». Её аналитическое экспертное мнение по всем вопросам внушало уважение. Широкий кругозор достался в довесок к прыщам, веснушками и заиканию. Она походила на замаскированного монстра и стиль «хожу в чём хочу» только дополнял его.

Демонёнок постоянно смотрел монстрограм и восхищался как ловко и уверенно ребята его лет повествуют о повседневности, делая пометки в стиле «я проснулся» и «вот уже умываюсь».

– Мара, ты не понимаешь? – часто говорил он сестре. – Они без башни совсем. То полёт мух комментируют, то пыль на столе, то стук в дверь. А однажды даже доставщика пиццы обсуждали. И «на чай» донатами собрали в прямом эфире. На целую упаковку!

– А чаем его сразу напоили? – поинтересовалась сестра.

– Не помню, – буркнул брат. – Это выражение такое. На чай денег дали и ладно.

Но прыткий ум маленького проклятия не сдавался:

– Чтобы сам купил? Что ж у них чая дома не было? Странные угощенья у этих людей. Сам купи, сам завари, сам пей.

Даймон только отмахнулся, продолжая листать стримы. Как тут не восхищаться разумом человеческим? Всё готовы обсуждать и на всё-всё деньги собирать краудфандингом. Хоть на полёт на Луну. Правда, без возврата.

Демонёнок и сам мечтал в душе стать стримером. Да вот беда – контента годного не было. Что тут за городом показывать? Вся жизнь протекает в урбане!

– В их тесных муравейниках всё значимое творится, – даже повторил эту мысль вслух демонёнок.

– Каких ещё муравейниках? – тут же прислушалась сестра. – Муравьёв я люблю.

– В закоулках, которые. Тёмных, – объяснял брат.

– Я вчера голову в муравейник совала, – поделилась сестра. – Там тоже темно было. Повторить?

Но демонёнок не расслышал. В попытках прославиться, Адов-младший просто включил камеру и начал комментировать собственный дом, начав с отметки в ноль подписчиков и статуса «вы – абсолютно никто и ещё хуже».

Просторный коттедж у Адовых получился. С чердаком-крышей. Квадратов на сто пятьдесят жилой площади, а дополнительную никто и не считал. Её Топот постоянно пристраивал, копал подвалы и расширял пристройками и надстройками. То веранду сделает, под подпол, то фундамент под новую комнату распланировал. Не знает, чем руки занять.

Хороший дом. Двухэтажный, из блоков не горючих.

– Из бруса получился бы одноразовым, – говорил на эту тему отец. – Маре и Пуксу на пару дней. А так хоть месяц, да простоит.

Начал съёмку новый стример с лестницы между этажами.

– Лестница довольно просторная. Не винтовая узкая, а широкая полноценная, а то батя застрянет, – объяснил Адов. – Широкоплечий он у нас. Потому лестница с двумя пролётами. И ковриком, прибитым гвоздями. Иначе всю ночь будем слушать, как когти медвежьи скребут, когда на луну выходит попеть на улицу. Он хоть и не волк, но с ними поякшался в своё время, привык. Хорошо поёт, громко.

Никаких комментариев не было.

Но демонёнок помахал рукой в камеру и продолжил:

– Можно заночевать и слушать, как вампирэсса на холодильник в атаку ночную идёт. Зеркало висит на стене внизу, чтобы смотрела на себя, когда спускается. Совесть пробуждать. Ну и само зеркало у нас говорящее… – тут стример подошёл к зеркалу, протянул кулак. – Привет, чё как?

– Всё путём! – ответило зеркало и изобразило ответную пятюню.

Довольный демонёнок прикоснулся к поверхности ладошкой и вновь поднялся по ступенькам наверх.

– А вот и сама Блоди на террасе занимается с обручем. Вампирэсса наша, семейная. Из тех времён, когда у вилки два зубчика было. Помните старое-доброе Средневековье? Это к ней.

После этого заявления на канал тут же подписалось два человека. «Продажа ковров в Бабкино» и «Мужичок на денёк».

– Это моя мамка. Хештег вампир, – бодро заявил демонёнок в камеру уже не для себя одного, но для них тоже. – Террасы, как вы понимаете, располагают всегда выше первого этажа. Это не банальный балкон закрытый, а открытое пространство без крыши и стен. Только перегородки вот установлены, чтобы Маре было где висеть головой вниз. Ну, падает порой, когда ветрено. Что поделать?

Мара помахала в камеру, довольная вниманием.

– Надо же ребёнку развиваться, – продолжил стример. – Свобода воли, всё такое. Родители на неё сильно не давят. А знаете, почему? А? Рассыпается! Ха! Хештег сеструха-как-проклятье или сеструха-проклятье?

Даймон поправил очки и добавил бодро:

– Да бесполезно на неё физически воздействовать. Она пыткам только радуется как щекотке.

После этого заявления пришло ещё четыре подписчика, а один с ником «Хватит это терпеть, давайте терпеть другое», тут же написал: «что за треш?»

Даймон, обрадованный и вдохновлённый вниманием, продолжил вещать:

– Террасы обычно над гаражом делают на первом этаже или над комнатой. Наша вот над гаражом. Там у отца хранится всякий хлам, вроде внедорожника. Признаюсь честно – напел. Ну, значит, накричал в рифму. И немного наорал мелодично. Но джип ему нужен. На нём батя на рыбалку с соседским котом ездит. Леонидом. Хештег мяучий друг-оборотень! Йо-йо-йо! А так у нас рабочая машина есть. Майки. Наш старый грузовичок.

Даймон снова помахал, набрал побольше воздуха в грудь:

– Но в гараж мы ещё спустимся. А свой «живой хлам» вроде уликов и пчёл отец хранит в цокольном этаже, с отдельным входом с улицы. Омшаник там. Такая штука для пчёл. Ну, зимовка для тех, кто жужжит. Любите пчёл? У них если какая суета, так сразу в атаку бросаются и себе харакири делают. Одноразовые друзья выходит! Поэтому зимуют рядом с лопатами и прочим садовым инвентарём, чтобы все в саду не полегли.

Глава 6 - О бедном Валере замолвите слово

Блоди, тем временем, вышла на крыльцо передохнуть от непокорного хула-хупа и ругающихся умных часов. И только измазанные кремом пальцы выдавали в ней сладкоежку, а не спортсменку.

Козёл, совсем обезумев от детских цепких ручек, помчался прямо на вампирэссу за помощью. Столкновение было бы неизбежно, если бы Блоди не взглянула на животное гипнотическим взглядом.

– Видите? Видите?! Хештег вампир! – заявил тут же Даймон. – Она всегда так делает, когда я посуду не мою. А потом хоп и… помыто. А время кто-то перемотал.

– Стоп, стоп, – выставила тем временем руку вперёд Блоди, и козёл резко затормозил, вспарывая острыми копытами газон.

Но козёл затормозил, а Мара – нет. По инерции она перелетела через козла и шлёпнулась прямо перед Блоди.

– Мара, ты только посмотри на свои грязные руки, – тут же покачала головой вампирэсса, поднимая с земли сначала левую, потом правую руку и по очереди приставляя их к телу.

– А что сразу руки? Я сегодня их мыла, – уверенно заявила девочка. – Ну, одну – точно. Эту! Тут даже пятен нет… О, и пальцев нет! Всё, теперь не буду стричь ногти! Ура!

Даймон подошёл к козлу, спросив так, как будто брал интервью:

– Каково ощущать себя козлом, используемым всадником апокалипсиса?

– М-ме-э-э, – только и сумел произнести козёл в ответ и потряс головой.

– А чего в вас тогда демонического?

– Мэ? – снова удивился козёл, лупая глазами-«минусами».

Тут Даймон заметил, что к рогам животного прицепились мелкие, но цепкие пальцы сестрёнки.

– Это мои! Отдай, мустанг недоделанный! А то доделаю! – заявила Мара, побежав за козлом.

Новые украшения для рогов рогатый и бородатый похититель отдавать совершенно не собирался, а сама Мара никак не могла их забрать. Рук-то у неё теперь не было. А ногами дотягиваться неудобно. Разве что зубами. Но так и козлика без рогов оставить можно.

Но тут ей на помощь подоспел Даймон. Брат попрощался с сотней подписчиков, прервал эфир и ловко отцепил руки от рогов. Затем помог сестре поставить их на место.

Она тут же попыталась вновь оседлать козлика, но тот уже вышел их оцепенения и резко дёрнулся назад.

– Лошадка, не бойся, – ласково позвала козлика Мара, но козёл лишь недоверчиво посмотрел на неё и ещё на шаг отступил.

– Дети, а откуда у нас всё-таки взялся козёл? – спросила меж тем Блоди. – Что-то я не припомню, чтобы мы козла покупали. Да и толку от него? Молока не дождёшься, козьего сыра – тоже. А вяленая козлятина – это вам не кровяная колбаса.

– Тут, такое дело, – убирая смартфон, заговорил Даймон. – Ленка очень хотела на лошадке покататься.

– Ленка-пенка, – тут же запела сестра. – Коза-дериза. Давайте срочно вырвем ей глаза!

– Я тебе вырву! – пообещал брат. – Не трогай Ленку. Она неразборная. Цельная личность.

– Так ты призвал животное… – сразу догадалась вампирэсса. – …чтобы подружку порадовать?

– Ну да, – кивнул демонёнок. – Ты разве не знала, что все козлы попадают в ад? Так что некоторые вполне себе ничего. Только теперь он Маре понравился. Да и Ленке козла дома запрещают держать. Он платья ест в её комнате. На каждый день не напасёшься. А вот розы Леониду вроде и так не нравились. Поливай их каждый день. Пусть лучше ест!

Мать посмотрела строго, но больше ничего не сказала. Растёт парень, о девушках думать начинает. Впереди ещё столько войн и сожжённых на кострах девушек будет.

– Я подумал, что Ленке бы больше единорог подошёл, – признался Даймон. – Или пони на крайний случай. Но пони почему-то не призывался, а от единорога только рог портал выкинул. Можно, конечно, было продолжить призыв единорога, может, его по частям высылают в виде конструктора «Собери сам». Но почему-то получился цельным только козёл.

– Мало практики, – добавила холодно Блоди.

– Ма, я честно лошадь хотел, а там этот анк вместо третьего знака четвёртым должен был стоять в пентаграмме. Образы Анубиса и Тота похожи, только идут перевёрнутыми. Ну, или слова призыва не так произнёс…

Блоди вздохнула и погладила козла по голове.

– Отец-то хоть знает?

– Да… Валерой назвал, – ответил демонёнок без затей и добавил. – Говорит, теперь коз демонических призывать надо. Адский сыр будем делать. Займётся, как с Монстровиденья приедет. Ну и молоко опять же, нашему проклятью полезно. Да, Мара?

Сестра кивнула и добавила:

– А можно, когда они все копыта отбросят, я их тоже съем? Копыта сначала. А затем всё остальное.

Блоди вздохнула и пошла на кухню. Похоже, дети проголодались. Пора приготовить что-нибудь вкусненькое. Да и самой подкрепиться не помешало бы. После таких спортивных нагрузок. Спортсмены хорошо питаться должны. А что тортик? Какой тортик? Не было никакого тортика.

Вдруг с улицы, перемахнув через символический заборчик, вылетело нечто фиолетовое. Козлик шуганулся от этого первым, побежал к лесу.

Даймон не растерялся. Вытащил смартфон и начал снимать, побежав следом.

– Ого! Кажется, годный контент!

– Это тролль? – спросила Мара, стараясь не отставать от брата. – Его солнечный свет превратил в камень?

– Что-то на тролля не похоже, – с сомнением произнёс Даймон. – Дорогие подписчики, обратите внимание, неопознанное существо преследует нашего козла. А мы его зря, что ли, призвали? Поэтому преследуем догонщика вдогонку. Обращаю ваше внимание, НЛО полностью фиолетового цвета. Если вы где-нибудь видели подобное, напишите в комментариях.

Нечто обогнало Валеру, пробежало по полю и среди фруктового сада, затем перемахнуло за забор и скрылось в лесу. Козёл через забор сигать не стал. Так, как и так оказался доволен пробежкой. То девочки взбодрят, то неопознанные летающие объекты подгонят. Так и розы соседские не пожевать.

Даймон с Марой остановились и переглянулись.

– Может, это кикимора? – предположила сестра. – Я слышала, они обитают в дремучих лесах. Слушай, а давай дремучие леса вырастим?

– Нет, это слишком долго. Да и кикимора – зелёная. Я в интернете читал. Это что-то другое, – ответил брат и посмотрел в камеру смартфона. – Сейчас подписчики предложат варианты. Правда, ребят?

Глава 7 - Дикая охота

Где-то в западной Европе.

Чудесная погода стояла в этот день в Булонском лесу. По лазурной глади небес не проплывало ни облачка. Лучи заходящего солнца пронизывали кроны деревьев, заставляя тянуться к свету соцветия петуний, вербены и лаванды. Тишь да благодать стояла под Парижем.

Ничего не намекало на то, что прямо сейчас в этом дивном лесу разворачивается ожесточённая борьба между кланом Чёрных Котов и кланом Крылатых Мышей. Но так уж издревле повелось, что мыши и коты не очень между собой ладят, даже если мыши крылаты и клыкасты… Особенно, если крылаты и клыкасты.

Оборотни и вампиры всегда занимали одну территорию, чтобы эту территорию на протяжении веков делить. Иначе жилось им скучно. И вот, теперь разгоралось очередное противостояние между вампирским кланом Крылатых Мышей и оборотнями из клана Чёрных котов. И сошлись в этот день два партизанских отряда в Булонском лесу, не обращая внимания на толпы шныряющих туристов.

В можжевеловых кустах раздался хруст. И хрустели вовсе не ветки. Звук повторился, нарушая привычную тишину.

– Ты с ума сошла! – зашипели кусты. – Мы же в засаде!

– Это всего лишь шоколадная печенька. Беспокоиться не о чем.

– Где ты её взяла?

– В рюкзаке, – Лотта вытащила ещё одну печеньку. – Хочешь?

Иветта нахмурилась, но печенюшку взяла и тоже захрустела. В конце концов, раз хрусть, два хрусть – какая по большому счёту разница?

– И много их у тебя?

– Да полный рюкзак, – ответила сестра. – Что ж теперь, в засаде голодным сидеть?

– А где тогда сети из армированной посеребрённой стали?

– Дома, – невозмутимо ответила Лотта и снова захрустела. – Ты же знаешь, у меня на серебро аллергия. Ещё не хватало его с собой таскать. Хочешь, чтоб я вся сыпью покрылась?

– Но тебе же не на себя эту сеть надевать! Как мы врагов ловить будем?

– Ой, да нет тут никаких врагов, всё это сказки, – отмахнулась сестра. – Тут со времён Красной Шапки ни одного оборотня не осталось. Проклятые дровосеки скоро и лес последний изведут.

Кусты сильно задрожали, а затем резко поредели. Часть веток отделилась и выкатилась на поляну. В маскировочном костюме Шар-Лотта походила на круглый ходячий куст, словно идеальная работа садовника.

Несмотря на то, что на дворе стоял двадцать первый век, в европейских кланах оставались сильны те традиции, что пришли из Средневековья. Так вампиры с завидной регулярностью устраивали охоту на оборотней, а те в свою очередь время от времени атаковали вампирские резиденции.

Каждое полнолуние вампиры обязательно устраивали засаду в каком-нибудь лесу с целью изловить хоть одного оборотня. А то совсем недолго и молодые вампиры вовсе перестанут верить в опасность оборотней. Да и в самих оборотней заодно.

Традиционную рассылку делал глава клана. Обычно он использовал для этого почтовых летучих мышей, но те так часто сгрызали письма в пути, что до адресата доходила лишь пара слов. А то и букв. Однако теперь засады по лесам стали регулярными, потому что глава клана освоил интернет. И, таким образом, информация о дежурстве таки дошла до двух вампирэсс.

Лотта не очень любила покидать дом. Она бы и комнату не покидала, если бы сестра регулярно не выпихивала её оттуда. Открытые пространства ей никогда не нравились и вызывали стресс. А способ снять стресс у Лотты имелся лишь один – сладости. Особой страстью Шар-Лотты был шоколад. Она не понимала, зачем вообще придумали эти карамельки, суфле и джемы? Неужели нельзя везде добавлять шоколад? На свете не придумали ещё ничего лучше шоколада, в этом Лотта была уверена. Именно любовь к шоколаду объединила их с Блоди, хотя последняя любила еду во всём её многообразии, но шоколад тоже выделяла на фоне прочего.

Выкатившись на поляну, Шар-Лотта захрустела очередной печенькой, конечно же, шоколодной в шоколаде. Идеальное сочетание.

– Лотта! – зашипела в поредевших кустах Иветта.

– Ну, чего тебе? – прожевав, отозвалась сестра.

– Смотри, что я нашла!

Колючий куст с вампирэссой внутри нехотя пополз обратно.

– Оборотень? – спросила Лотта, добравшись до сестры, но та покачала головой.

В руках у Иветты засветился смартфон.

– Веточка, ты с ума сошла? – ужаснулась Шар-Лотта. – Нас же по сигналу запеленают! Мы же в засаде!

– Не запеленают, а запеленгуют, – поправила Иветта. – А это не страшно. Всё равно не знаю, что это такое. Лучше, посмотри, какой видосик!

На экране появилось изображение демонического козла, который что-то жевал.

– Узнаёшь? – спросила Иветта.

– Дальний родственник, что ли? – Лотта нахмурилась, пытаясь выявить общие черты у себя и у козла. Знать бы ещё, что он жевал? Не шоколадку ли, часом?

– Да не на козла смотри, вот! – сестра промотала видео чуть дальше.

Из телефона полился звук:

«Видите?! Хештег вампир! Она всегда так делает…»

И на экране появилась черноволосая вампирэсса.

– Блоди! – воскликнула Лотта. – Как она поместилась в такую маленькую коробчку? Похоже, проклятье «не твоих спортивных дел» до неё ещё не добралось.

Но сестра проигнорировала вопрос.

– Здесь есть координаты места, откуда велась трансляция. Мрач-но-во! – Иветта прочитала по слогам.

Не потому, что плохо читать умела, а для того, чтоб Лотта тоже поняла, а то мало ли.

– Ура! Нашлась! – радостно запрыгал шарообразный куст.

– Да тихо ты! – шикнула на неё Иветта. – Мы же на охоте!

– На охоте, – недовольно буркнула Лотта. – На охоте есть охота.

С тем выражением вампирэсса полезла в рюкзак за очередной порцией шоколадного печенья и тут же захрустела. А следом захрустело что-то ещё.

* * *

Полнолуние – в самом деле, чудесная пора для оборотней. Сразу ощущается прилив сил и хочется приключений. И даже несмотря на то, что до восхода луны ещё далеко, а солнце лишь наполовину уползло за горизонт, усидеть на месте просто нет никаких сил.

Глава 8 - Выйти из зоны комфорта и не заблудиться

Когда Ядвига добралась после всех приключений до бабушкиного домика, её ждало ещё одно разочарование. Дом оказался заперт. Свет в окнах не горел, да и в целом признаки жизни внутри дома не наблюдались. Он казался заброшенным. И судя по виду, не первый год.

– А бабушка не говорила, что переехала, – буркнула внучка.

Зато рядом с ветхим домом на соседнем участке стоял здоровый трёхэтажный коттедж со сверкающей крышей, сплошь усеянной солнечными панелями, по которым скользили голуби. А там, где птицы могли присесть, торчали штыри. Торчали они и на двухметровом заборе. Помимо кольев. А на воротах даже были изображены черепа. В носу такого черепа на калитке и покоился дверной звонок.

– Фу… ну и гадость, – протянула девушка.

– Да ты и сама неважно выглядишь, – тут же ответил череп. – Ты себя, вообще, в зеркало-то видела?

– А вас что, манерам на заводе-изготовителе не учат? Тоже мне… умные штуки.

Череп оскалился и затих. Просунув в него пальцы, Ядвига расслышала отдалённый звонок. Затем шорканье тапочек по асфальтированной дорожке, а после к большому удивлению дверь открыла бабушка Лизаветта, только завёрнутая по обыкновению не в старый серый платок, а в чёрную бандану с черепами.

И волосы её были зелёными, как у Кикиморы, а не седые. Но тут как раз всё нормально. Такими и помнила.

– Ба?

Но поскольку волосы самой Ядвиги были всё ещё фиолетового цвета, бабушка не сразу признала внучку.

– Чудище болотное! А ну сгинь! – замахала старушка руками, будто бы магические пассы делала.

– Ну, ба-а-а! Это я!

– Кто я? – возмутилась бабушка. – Я с чудищами в родственные связи не вступала, в карты не играла и договоры не подписывала! И неча на меня тут наговаривать!

– Ба, это я. Ядвига!

– Ядвига? – бабка присмотрелась. – Что мода-то с человеком делает? Ныне в ходу всё яркое… Заходи, чего стоишь? Популярнее уже не станешь.

– Баба Лиза, а что случилось с твоим домом? И почему ты в этом? – девушка указала на здоровенный коттедж.

Но бабушка на пороге разговаривать не собиралась и быстро впихнула внучку на территорию особняка. А пока вела к крыльцу, объяснила.

– Тебя пока не было, училась там в своих институтах на компуктерах, ко мне собственная бабушка приехала.

– У тебя есть бабушка?

– У всех есть бабушки, чудо гороховое. У меня вот – баба Агата!

– Агата Карловна?! – удивилась внучка.

– Во-во, как каркнет на меня при встрече, я чуть богу душу не отдала. Все её давно сгинувшей считали. А она живее всех живых. Работала, говорит. Некогда помирать.

– Кем работала? Разве ж твоя бабушка не должна быть на пенсии… двойной?

– Знамо кем. На телевиденье. Какая ж у телевиденья пенсия? Там, видимо, одни бессмертные работают, иные бы давно передохли, – ответила бабка и задумалась. – Так вот, как каркнет на меня. Чего, мол, в развалюхе живёшь? Чего в тряпье ходишь? Новый, говорит, дом построим, а твою халупу под экотуризм отдадим. Ну и построила, как водится. А теперь к ней люди важные на приём ходят.

– Почему ходят? Зачем?

– Мозгоправ она. Психичный политик.

– Психический аналитик? – переспросила внучка, оглядываясь по округе.

Несколько ошалев от возможностей прабабушки в экономическом плане, присвистнула. Правду говорят, что богатые живут дольше. Пересадки сердец там, лёгких, печени. Да мало ли чего не обновят, когда деньга водится?

Тут тебе и джип, и бассейн, и зона барбекю с грилем вместо мангала.

– А где поленница дров? Где баня? – не поняла Ядвига, привыкшая больше к старине.

А тут даже скважина вместо колодца. И лягушки не квакают. От старого дома одно название осталось.

– Какая тебе баня, когда сауна есть? – махнула рукой бабка и завела внучку под крыльцо. – Кнопку нажал и раз. Готово. Консьержкой тружусь. Тоже кнопку жму. Я теперь главная по кнопкам.

– Это как?

– Ай, пойдём, внутри всё покажу, – поторопила бабка. – Можа и тебя куда пристроим. Только на третий этаж не ходи. Там у Агаты кабинет. И важные люди на приёме сидят. Как на вертолёте прилетают, так все платки срывает. Банданы тем более. Хоть на гвоздик прибивай. Устала собирать по двору.

Ядвига кивнула, сонно зевая. У самой на голове черте что. Энергия кончилась. Чаю бы, помыться, да на боковую, а там уже хоть на работу устраиваться, хоть с прабабкой знакомиться.

– Сколько же ей лет, баб Лиз?

– Да сама ты подлиза! На полставки я! – ответила старушка. – Говорю же, хорошо тут у нас всё. И тебя пристроим. Будешь курсы повышения акции вести.

– Повышения квалификации?

Но бабушка уже не слышала. Потому что в свои восемьдесят была человеческого рода. А от банши в её крови было лишь капля, да и та с годами истончилась

* * *

Зато на третьем этаже в это же время мудрая банши, она же прабабушка Ядвиги – Агата Карловна собственной персоной, вела приём очередного уважаемого пациента.

Управление Первым Подпольным каналом ей наскучило после всеобщего раскрытия монстров. Перепоручив его управление Небрею Правдину со всеми потрохами, ушла она на покой в глубинку.

Ну, а чтобы совсем скучно не было, принимала старых друзей по памяти. И друзей их друзей. И всех их знакомых. Чтобы совсем без копеечки не остаться.

А что делать? Сами просят. Отбоя от них нет. Даже вертолётную площадку на крыше пришлось достраивать, чтобы на сельских разъездах в лужах грязи на своих внедорожниках не застряли.

– Проходите, не стойте на пороге, – не отрывая глаз от бумаг, раздражённо обронила Агата. В миру более известная ныне, как агатовый брэйнмастер.

Пациент снял котелок, плащ, расправил плечи и не спеша прошёл к мягкому креслу.

– Готовы? Прекрасно! – вскричала брейнмастер. – Располагайтесь удобней, расслабьтесь. Сконцентрируйтесь, пожалуйста, на дыхании. Успокойте мысли. Попробуйте отрешиться от проблем.

Глава 9 - Лес полон чудес

Лес встретил Мару и Даймона зловещей тишиной. Её вокруг столько, что можно мазать на хлеб. Или скрести коготками как по стеклу. В общем – развлекайся, как хочешь. Согласно зловещему плану или тайному умыслу. Благо у детей в запасе много того и другого.

Стоило Адовым-младшим оказаться посреди дикой природы, как она тут же присмирела и дикости своей не показывала. Ни хруста веток, ни пения птиц в кронах деревьев. А белки так и застыли среди веток, держа в лапках жёлуди и орехи, но к обстрелу приступить не решались. Человеком не пахнет. Что-то другое в лес забралось. Посерьёзнее. Кинь в такое шишку, получишь шишку, но уже на своём собственном лбу.

Зверьё сразу почуяло – в лес пришли не люди, но монстры. Раньше такие в ночи являлись, а теперь совсем обнаглели и средь бела дня забрели на лесные тропы. И, ещё неизвестно, чем дело кончится, если в них жёлудем запульнуть.

Выжидали белки и присматривались к нарушителям спокойствия исподтишка. Тормозили суслики, и приглядывалось всё прочее население Мрачновского леса исподлобья, да одним глазом. Потому что явилось нечто страшное, ранее в лесу совсем не водившееся. Городские монстры – это вам не лешие с кикиморами. А с их детишками и вовсе шуток шутить не стоит.

Как быть? Послать ли за предводителем? Стоит ли призвать Оспу?

– Вот это мрачнота! – протянула Мара, шастая среди высоких деревьев в несколько обхватов шириной. До них не добрались экскаваторы и лесовозы. Растут себе. – Давай здесь ночевать останемся. А потом жить переедем. Я, чур, на нижней ветке ночую! А ты себе… дупло забирай.

– Нет, максимум – это сделать здесь перевалочный лагерь, – ответил брат. – Так что делить территорию ни к чему.

– Но почему? – расстроилась Мара. – Тут же столько места и мрачноты вокруг! А мы всё в доме сидим, как человеки какие-то.

– Потому что родителям об этом месте мы и не скажем. А то вдруг тоже ночевать в лесу захотят. А они только от старых привычек избавились. Режим дня и ночи сменили.

– Каких привычек? – не поняла Мара. – Они что раньше в лесу жили? А кем они были? Совами?

– Не совы теперь, а роботы. Днями напролёт пашут, чтобы нам хорошо жилось. Мы-то в чащу можем войти и выйти, – объяснил демонёнок, с явным неодобрением поглядывая на исчезнувшие полоски связи на телефоне. – А чаща далеко не сразу из родителей вышла. Дикие они ещё, первобытные. Беречь таких надо. Ветки и дупло не показывать. Понимаешь? Первобытность – это тебе не шутки.

– Понимаю! Тогда я второбытная! – заявила сестра и давай кричать всё горло. – Чудовище-е-е! Ты где-е-е? Давай игра-а-ать!

Но все чудовища, если и были в лесу, то уж точно не собирались на зов жуткой девочки являться. По такой сразу видно – голову откусит и не спросит, как зовут. Потому все, кто себя лесным чудищем считал, попрятались в дупла и норки. Потому что были они все сусликами да белками, но с чудовищным самомнением, раздутым Оспой до небывалых размеров.

На зов прибежал лишь Пукс. Пудель с ходу принял игру, оторвал руку Маре и устремился в овраг. Не нужно ему кидать палок. Кость себе сам найдёт. Самостоятельный.

– Эй, это моя рука! – заявила девочка-потеряшка. – Отдай, пёсина бестолковая! Не то из меня сейчас такая чаща полезет, что никаким роботам и не снилось!

Даймон в семейной игре не участвовал. Он залез на дерево, поймал одну из чётырёх палочек связи и снова вышел в эфир. Нужно быть на связи, потому что инопланетяне могут появиться в любой момент. А ему очень не хотелось, чтобы подписчики остались без уникального зрелища. Всё-таки не каждый день в Мрачново пришельцы прилетают.

– Это не уже привычные и всем надоевшие в посёлке оборотни, вампиры, да зомби. Это что-то новенькое. Эксклюзив, свежак, он же – фреш! – пробурчал Даймон. – Итак, дорогие подписчики, мы входим в лес и даже не разулись. Только посмотрите, какая мрачнота вокруг! Всё такое тихое и зловещее. Вы что-нибудь слышите?

Мара покрутила головой.

Даймон повертел смартфоном по сторонам и продолжил:

– Вот и я тоже ничего не слышу подозрительного. Это всё потому, что лес чем-то напуган. И у меня есть все основания полагать, что испугались тут все летающей тарелки!

Тут в кадр попала Мара, вырывающая руку своей же другой рукой из маленькой, но крепкой пасти шустрого демонического пуделя.

– Ну, или моей сестры, – добавил демонёнок. – Мар, ты в порядке? Я тебя вижу! Помаши подписчикам!

– А где ты? Не вижу. Погоди. Сейчас… зрение сфокусирую!

Девочка прикрутила руку в сустав, вытащила глаза из глазниц и теперь держала их над головой. Чтобы лучше видеть. Брата она заметила на ветке, а вот пришельцев и след простыл. Отчего девочка немного расстроилась. Охота на пришельцев пока никак не шла.

– Ты тарелку видишь? – спросил Даймон. – Ну, или артефакты подозрительные. Светящиеся там или мигающие. Настройся на сай-фай!

– Чего-чего? – скривилась сестра.

– Саенс фикшн! – пояснил демонёнок.

– А-а-а. Нет настроения, – ответила Мара.

– Почему?

– Потому что нет тут никаких тарелок! – ответила она, возмущённо топнула ножкой и поставила глаза на место. – Ни мисок, ни чашек, ни даже блюдечек! Всё забрали. А я уже проголодалась! Хоть бы кусочек оставили. Чего им жалко, что ли? Так хотелось пришельтятины попробовать. Как мне теперь расти? Мне срочно надо!

Пукс подбежал к дереву. Поднял ногу. Пошёл дым, поднялся вверх, достиг белок. Те закашлялись и тут же принялись швыряться желудями. Один из них угодил Маре в рот.

– Фу, невкусные дубовые семечки! – она выплюнула плод трудов дуба и присмотрелась к грибам у дерева. – О, тут ещё есть!

Одни грибы были оранжевые, серые, другие белые и красные. Мара выбрала красный гриб, как самый нарядный. В крапинку ещё интересную.