Академия жрецов

Глава 1

Солнце только начинало клониться к закату, когда на пыльную дорогу, ведущую в деревню, ступили трое в белых одеяниях. Их бритые головы блестели от пота, а на шеях покачивались амулеты в виде глаз Уаджета. Жители, завидев процессию, испуганно прятались за глинобитные стены своих домов, лишь любопытные дети выглядывали из-за углов.

В доме Нефтиды пахло лепёшками и сушёной рыбой. Девушка как раз разминала глину для починки очага, когда дверь — низкая, обитая тростником — отворилась без стука. Трое жрецов заполнили собой всё пространство: их белые льняные одежды казались ослепительными на фоне тёмных стен из сырцового кирпича. На груди старшего из них висел золотой анкх.

— Нет, прошу! Послушайте! Это ошибка… — голос Нефтиды сорвался. Жрецы подхватили её под руки и повели к выходу из дома. Она упиралась босыми пятками в утрамбованный земляной пол, но мужчины были непреклонны.

Ещё один жрец уважительно поклонился простой крестьянке — матери Нефтиды — и принял у неё потёртую кожаную сумку. Женщина улыбалась, хоть и выглядела обеспокоенной. Из-под льняной рубахи виднелись стоптанные сандалии, пальцы нервно теребили край одежды.

— Никакой ошибки здесь нет, Хенут. Мы пришли забрать тебя в Дом Сил. Пожалуйста, не сопротивляйся и прими свою судьбу с почестями… — жрецы всё продолжали рассказывать о славной судьбе слуги бога, но девушка не собиралась слушать.

— Говорю же, это ошибка! Я простая смертная. Мама, что происходит? Ты сдала меня? — Нефтида почувствовала, как к глазам предательски хлынули слёзы.

Мать ответила виноватым взглядом. На миг девушка увидела, как сильно постарело её лицо — глубокие морщины вокруг глаз, седина в чёрных волосах.

— Прости, милая. Это необходимо. Сейчас ты опасна не только для окружающих, но в первую очередь для самой себя, — попыталась вразумить её женщина. — Если так продолжится, на деревню свалится ещё больше бед. Помнишь, что стало с хлевами после вашей ссоры с Хинет? А урожай на дальнем поле?

Нефтида вздрогнула. Перед глазами всплыла картина: пересохший колодец, который раньше никогда не мелел, и внезапно павшая овца. Она чувствовала себя преданной, но сопротивление поугасло. В словах матери был смысл. Страх не отпускал, но и прятаться от судьбы было бессмысленно — она уже догнала.

— Ты пройдёшь испытание для поступающих и станешь почётной Ур-т Хекау. Принесёшь славу своей семье! — попытался подбодрить старший жрец. — Жрецы живут в достатке и бед не знают. Как только присягнёшь богу, жизнь наладится, и беды начнут обходить тебя стороной. Ты избранница Маат — великого порядка…

Жрецы продолжали заговаривать ей зубы, но Нефтида их уже не слушала. Её медленно, но верно подводили к реке. Дорога вилась между глинобитными домиками с плоскими крышами, на которых сушились связки лука и финики. У загона для скота мычали коровы. Кто-то из соседей, старик с мотыгой на плече, перекрестился древним жестом, увидев процессию, и быстро отвернулся.

Нил в предзакатном свете казался расплавленной бронзой. У берега покачивались несколько папирусных лодок рыбаков, но в стороне, на чистой воде, стояла ладья, каких Нефтида никогда не видела: длинная, из тёмного дерева, с носом, изогнутым в виде цветка лотоса. На корме возвышался человек с длинным рулевым веслом. Льняной парус был убран, и ладью удерживали на месте двое гребцов.

Нефтиду подвели к сходням. В сумке, которую жрец повесил на плечо, мать положила краюху ячменного хлеба, горсть фиников и маленький глиняный кувшин с водой. Прощальный взгляд женщины был полон боли и надежды.

Ступив на покачивающуюся палубу, девушка вцепилась в борт. Доски пахли смолой и рыбой. Она обернулась: деревня уже казалась игрушечной — кучка коричневых кубиков на фоне зелени пальм и желтизны пустыни. Мать стояла на берегу, прижав руки к груди, и не уходила.

Нефтида смотрела на удаляющийся берег и не знала, увидит ли его снова.

Восемнадцать лет жизни пролетели в мирной череде дней: стадо, поле, помощь матери, редкие праздники в честь разлива Нила. В тот день она поругалась с подругой — той самой Хинет, с которой вместе пасли гусей. Слово за слово, Нефтида в сердцах крикнула: «Чтоб у тебя язык отсох!» И у Хинет в ту же ночь начался жар, горло распухло, она едва не задохнулась. После этого Нефтиду стали опасаться. И не зря. Беды сыпались как из рога изобилия: то засохнет виноградник, то рухнет крыша в хлеву. Сила-то в ней божественная, а выходит одна беда… Но уж как пошло.

Ладья отчалила. Гребцы мерно опустили вёсла, вода за бортом закипела белыми бурунчиками. Солнце садилось за пустыню, окрашивая небо в пурпур и золото.

Привет, тыковки! Давайте немного погрузимся в лор:

Хенут — древнеегипетское почтительное обращение к женщине, означающее «госпожа».

Дом Сил (Пер-Нехет) — магическая академия, расположенная на священном Острове Пламени.

Слуга бога — человек, получивший покровительство одного из божеств и способный проводить его волю в мир людей.

Ур-т Хекау — титул, который в академии дают самым сильным ученицам. Означает «Великая чародейка»[^1].

[^1]: В Древнем Египте так называли жриц, наделённых особыми полномочиями для проведения ритуалов и общения с богами. Буквальный перевод — «Обладательница великой магической силы».