Аква. Дочь двух стихий

Глава 1

— Это твоя дочь, и теперь она будет жить в твоём племени! — твёрдо вымолвила мать, голос её дрожал, но она старалась сохранить властность в тоне.

Я не могла сдержать слёз — они лились градом, обжигая щёки, застилали глаза, мешая разглядеть лицо человека, которого мне теперь предстояло называть отцом.

— Дочь? Моя? — переспросил высокий широкоплечий мужчина, внимательно разглядывая меня с неподдельным изумлением.

Его рыжие волосы, тронутые проседью, отливали медью в свете масляных ламп, мерцающих на стенах хижины. Татуировки, покрывающие мощные руки и грудь, сплетались в замысловатые узоры — знаки силы и власти, напоминающие волны и спирали морских глубин. Каждая линия на его коже говорила о том, что он не просто воин, а вождь, человек, чьё слово здесь закон.

— Да, её зовут Аква — вполне в духе твоего племени, — ответила мать, не отводя взгляда. — Я знаю, что своих детей у тебя нет, и поэтому ты примешь её и дашь возможность освоиться у тебя в племени. Правда, есть небольшой изъян: она взяла и мою магию льда, а также её кожа может переносить низкие температуры. Но, думаю, со временем она растеряет эти качества и полностью освоится! Внешне она похожа на представителей твоего племени, и лишь из‑за этого ей не место на севере, среди льдов, среди моего народа! — объяснила мать, и в её голосе прозвучала нотка отчаяния, которую она тщетно пыталась скрыть.

Мы стояли в просторной хижине, возведённой на высоких деревянных сваях над гладью воды. Сквозь щели в стенах пробивались блики солнца, отражаясь от поверхности реки, и играли на полу мерцающими пятнами. К входу вела узкая пристань, слегка покачивающаяся на волнах, а за ней простирался водный край — бескрайние протоки, каналы и лагуны, где суши было едва ли больше 20 %. Всё вокруг дышало влагой: запах тины, водорослей и свежей древесины смешивался с солёным привкусом ветра.

Здесь, кроме меня, мамы и этого мужчины, никого не было. Я сжала кулаки, надеясь, что нас никто не услышит. Я не хотела, чтобы и здесь, в новом месте, обо мне начали шептаться.

Воспоминания о жизни в мамином племени нахлынули волной: насмешки, презрительные взгляды, обидные слова… «Грязнокровка» — так меня называли. Я помнила, как дети закидывали меня снегом и камнями, превращая в бесформенный сугроб, как я пряталась за нашим шатром, чтобы хоть на мгновение укрыться от жестокости.

Представители племени льда выглядели совсем не так, как я. Беловолосые с серыми глазами, бледной, почти прозрачной кожей, они носили татуировки в виде морозных узоров, которые, казалось, проступали прямо из их крови. Эти узоры напоминали ледяные кристаллы на стекле — холодные, красивые, но безжалостные. Я много плакала тогда, страдала, и мама, видя это, приняла непростое решение — отдать меня в племя их бывшего врага, от которого она случайно родила ребёнка.

— Ты права, своих детей у меня нет, — наконец произнёс мужчина, и его голос, глубокий и низкий, эхом отдавался в стенах хижины, смешиваясь с плеском волн под сваями. — И, если честно, я думал, что больше никогда тебя не увижу, Иона. А благодаря нашей дочери такая возможность возникла! Да, эта девушка действительно взяла всё от меня. И если она не будет пользоваться магией льда, то я приму её в своё племя! Когда‑то ты спасла мне жизнь, и теперь я отплачу тебе тем же! Спасибо, что вырастила нашу дочь и за ещё одну встречу! — проговорил он, и в его глазах мелькнуло что‑то тёплое, почти отцовское.

Но я была с ним не согласна. Да, мне плохо жилось в мамином племени, но за двадцать лет я привыкла к издевательствам и одиночеству. Мама была со мной, она меня поддерживала. А сейчас я должна была назвать этого постороннего мужчину отцом? Пусть я и похожа на представителей его племени, но это не означало, что я здесь стану своей. Меня и здесь могут считать изгоем.

Я сжала край ткани шорт, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха и неуверенности. Но я уже не сопротивлялась — мама перед этим всё объяснила. Меня действительно никогда не примут у неё в племени, а со временем могут даже изгнать, заставив скитаться среди снега и льда. Одной мне не выжить в суровом климате, поэтому придётся смириться с решением жить в племени отца.

«Надеюсь, тайна моего рождения останется здесь, — подумала я, — и я научусь пользоваться магией воды, которая досталась мне от родителя».

— И тебе спасибо, Алай, — тихо произнесла мать. — А теперь позволь мне попрощаться с дочерью, и я уйду.

Повернувшись ко мне лицом, она уже не скрывала слёз. Они катились по её щекам, оставляя блестящие дорожки.

— Прости меня, моя родная, — прошептала она, голос её сорвался. — Я не надеюсь на новую встречу, да и не нужна она больше. Обживайся тут, и я надеюсь, что у тебя всё будет хорошо.

Она обняла меня — крепко, отчаянно, так, будто хотела вложить в это объятие всю свою любовь и силу. На мгновение она застыла, прижимая меня к себе, словно пытаясь запомнить каждое мгновение. Затем, с видимым усилием, оттолкнула от себя и, не оглядываясь, шагнула на пристань.

Её шаги эхом отдавались по деревянным доскам, пока она шла к лодке, привязанной у края. Лодка отчалила, и мама медленно удалялась, превращаясь в маленькую точку на фоне водной глади, окружённой тростниками и плавучими островками. Ноги мои мигом ослабели, я медленно опустилась на край пристани, свесив ноги, окунув их в воду и всматриваясь вдаль — горько, безутешно, словно сердце разрывалось на части.

Вождь молча стоял в дверном проёме хижины, наблюдая за мной. Его силуэт, чёткий и величественный, вырисовывался на фоне закатного неба. Он не пытался утешить меня — возможно, не знал как, а может, понимал, что сейчас мне нужно просто выплакать всю боль, всю тоску по прежней жизни, чтобы начать новую главу. Где‑то вдалеке кричали чайки, а волны мягко бились о сваи, будто нашептывая: «Теперь это твой дом».

Глава 2

Я сидела так долго, что потеряла счёт времени. Плеск волн о сваи хижины, крики чаек вдалеке — всё слилось в монотонный гул, который помогал мне успокоиться. Слёзы уже высохли, оставив на щеках солёные дорожки, а сердце билось ровнее.

Но вдруг тишину нарушил всплеск — из воды вынырнул какой‑то парень. С помощью магии воды он соорудил волну и, балансируя на самом гребне, ловко шагнул на пирс. Его рыжие волосы блестели на солнце, капли воды стекали по мускулистым рукам, покрытым замысловатыми татуировками.

— Привет, а ты кто? Ни разу не видел тебя у нас в племени! — усевшись рядом со мной и встряхнув рыжей шевелюрой, спросил незнакомец. От его движения брызги разлетелись в стороны, и несколько капель попало мне на лицо.

— Я Аква. Дочь вашего вождя, — представилась, одарив его взглядом.

Парень был симпатичен: такие же рыжие волосы, как у меня, серые глаза, пронзительные и внимательные. Татуировки на его руках и плечах явно показывали статус — витиеватые узоры, напоминающие завихрения водных потоков. Значит, он здесь занимает не маленькую должность. Кто он и зачем приплыл к хижине вождя?

— Вроде не припомню, чтобы моя матушка была беременна! Из этого следует вывод, что ты обманываешь меня. Кто ты на самом деле? — вымолвил парень, сдвинув брови к переносице. Его взгляд стал острым, почти колючим, и я невольно сжала край шорт. Так всегда делаю, когда волнуюсь или злюсь.

— Почему ты считаешь, что я тебя обманываю? — растерялась я, сама не понимая, зачем сразу рассказала ему правду.

— Потому что я пасынок вождя, а матушка моя после перенесённой болезни бесплодна и не может подарить отцу ребёнка. Значит, ты обманываешь меня и что‑то утаиваешь! — юноша говорил совершенно спокойно, но в его голосе звучала стальная уверенность. Я вдруг смутилась, не зная, как продолжать разговор.

Внутри всё сжалось от тревоги. Я уже наговорила много лишнего. Вдруг он поймёт, что я рождена от женщины из племени льда, и сразу же меня за это возненавидит?

— Рив, ты уже приплыл! Как тренировка? Сколько рекрутов удалось обучить? — вдруг послышался сзади голос отца, и я тут же вскочила на ноги, инстинктивно приблизившись к мужчине.

— Пока нечем гордиться, но подготовка к грандиозной охоте идёт полным ходом! Сам понимаешь, не у всех есть смелость идти на агайн (змеи вроде анаконд, которые нападают на водные племена и убивают жителей) и каруна (похож на аллигатора, но в три раза больше по размеру). Но ты же знаешь, что если мы не будем их уничтожать, то нам всем крышка! Магических сетей мало, эти монстры Все равно в находят лазейки, чтобы проникнуть в племя и кого-нибудь убить! — отчитался парень, не сводя с меня взгляда. В его глазах читался немой вопрос о моей личности, и от этого мне стало ещё неуютнее.

— Голоден? Утомился наверное? Пойдемте в дом, там мать приготовила рагу! — сказал мужчина, и тут я вздрогнула от его голоса, потому что следующие слова он посвятил мне: — Аква, ты в норме? И кстати, познакомься — это твой сводный брат, Рив!

Я буквально остолбенела. Взгляд Рива стал ещё более изучающим, почти пронизывающим.

— Так значит, она не шутила? Отец, кто её мать? Откуда она вообще взялась? — принялся засыпать вопросами отца парень, указывая на меня пальцем. В его голосе прозвучало недоверие, смешанное с любопытством.

— Я потом тебе всё расскажу, а сейчас — пошли и поужинаем! — уклонился от ответов мужчина, и мы зашли в двухэтажную хижину, стоявшую на длинных сваях.

Внутри царила атмосфера уюта и силы. Стены украшали резные изображения морских существ, рыб, висели различные снасти для рыбалки и копья для охоты, а с потолка свисали связки сушёных коралл. Всё здесь дышало духом водного племени.

На ужине за столом царило напряжённое молчание. Жена моего отца, Лилия, поглядывала на меня из‑под лба, и этот её взгляд мне не нравился. Она улыбалась, но улыбка не затрагивала глаз — в них читалось откровенное пренебрежение. Каждый раз, когда наши взгляды встречались, она чуть заметно поджимала губы, словно сдерживала едкое замечание.

Когда у всех, кроме меня, в тарелках закончилась еда, Лилия наконец подняла на меня взгляд и спросила:

— Аква, а ты почему ничего не ешь? Неужели не понравилось моё рагу? — в её голосе звучала приторная забота, но я уловила в нём скрытую насмешку.

Я почувствовала, как кровь приливает к щекам.

— Я не голодна. Прошу, можете показать мне, где я буду спать? Хочу пораньше лечь, — тихо проговорила я, избегая смотреть в лицо женщины.

— Рив, сынок, проводи девушку к себе в комнату. Пусть сегодня спит на твоей кровати, а ты поспишь в лодке! Пусть бедняжка отдохнёт с долгой дороги, а завтра мы с папой решим, где ей выделить комнату! — сказала женщина с чересчур широкой улыбкой. Она похлопала меня по плечу — прикосновение вышло нарочито ласковым, почти издевательским.

— Нет, давайте я буду спать в…

— Хорошо, пошли, Аква, я покажу свою комнату! Где твои вещи? — перебил меня Рив, легко согласившись с мнением матери. Он встал из‑за стола и, проходя мимо, ненавязчиво коснулся моей руки. От этого прикосновения по спине пробежали мурашки. — Не переживай, у меня достаточно места. И спальное место очень удобный, тебе понравится, — добавил он с тёплой улыбкой.

— Может, у вас есть скамейка? Я там могу лечь…

— Аква, прекрати! Ты же теперь член нашей семьи, и мы решили выделить тебе временное спальное место. А за Рива не волнуйся — он вообще может спать на дне, ему не привыкать. Мой сын чересчур любит воду и редко появляется дома, в своей комнате! Правда, мальчик мой? — с притворной добротой проговорила Лилия, бросая на сына многозначительный взгляд.

Рив лишь усмехнулся и слегка наклонился ко мне:
— Пойдём, Аква. Не слушай её, у нас всё будет хорошо. У меня в комнате есть вид на закат — ты точно оценишь. Он особенно красив в это время года, — его голос звучал искренне, а взгляд задержался на моём лице чуть дольше, чем требовалось.

Глава 3

Спустя десять минут Рив показывал мне свою комнату. Он лично расстелил для меня одеяло на своей “кровати” — аккуратно, с какой‑то почти трогательной заботой. А спал он, оказывается, в гамаке… Я невольно поморщилась: сегодня мне точно глаз не сомкнуть. Неудобно же! «У них тут что, нет нормальных кроватей? Что за беспредел!» — пронеслось в голове.

— Ты чего застыла? Располагайся давай, а я пойду в лодку! — сказал парень и направился к двери.

Я ничего не ответила — просто стояла и с изумлением смотрела на этот качающийся гамак, представляя, как в нём ворочаешься всю ночь.

— Спасибо! — всё же выдавила из себя.

Парень вдруг замер на пороге и, резко развернувшись, приблизился ко мне. В его глазах блеснуло что‑то новое — азарт, предвкушение.

— Хочешь поплавать со мной? — вдруг спросил он, пристально глядя на меня.

— Ч‑чего? — я аж икнула от неожиданности, сердце подскочило к горлу.

— Может, поплаваем? Я познакомлю тебя с моим карпом! А ещё я знаю красивую заводь — там очень красиво. Вода прозрачная, кристально чистая! Ну, что скажешь на моё предложение? — повторил он уже более развёрнуто, и в его голосе прозвучала искренняя надежда.

Я замялась, бросив взгляд на свой чемодан, где лежали лишь тёплые вещи.

— Гм… Я даже и не знаю, — вымолвила нерешительно.

Да, я не готова плавать — у меня нет подходящей одежды для заплыва. А плавать голышом, пусть и со своим сводным братом, увы, я не готова.

— Ну ты чего? Боишься? — вдруг взяв меня за руку, мягко поинтересовался Рив. Его прикосновение было тёплым, почти ободряющим.

— Нет, но мне просто пока нечего надеть для плавания, — призналась я, чувствуя, как краснеют щёки.

— Ой, да ладно тебе! На тебе сейчас блузка и шорты — это вполне нормальная одежда. Не волнуйся, она не пострадает от одного заплыва! — продолжал уговаривать меня Рив, и в его глазах плясали озорные искорки.

Он так уверен, а вот у меня это единственная одежда, которую я могу носить в их климате. В чемодане — только меховые и вязанные из шерсти вещи. Даже стыдно распаковывать всё это — засмеют же!

— Ладно, так и быть, давай поплаваем, — наконец согласилась я, и мы пошли к пирсу.

Спускаясь по лестнице, я мысленно настраивалась на заплыв. Водники — ловкие и умелые пловцы, а вот я родилась во льдах и не очень приспособлена для плавания. Пусть даже похожа на жителей племени воды. Так что сейчас у меня, так сказать, будет дебют. Ладони слегка вспотели, а в груди нарастало странное волнение — смесь страха и любопытства.

Мы приблизились к краю пирса, и я несмело посмотрела вниз. Вода манила и пугала одновременно — глубокая, тёмная, но в то же время живая, дышащая. Рив же, с разбега нырнул в воду, а когда вынырнул, в ожидании уставился на меня.

— Ты чего, правда испугалась? Давай, прыгай ко мне, это же наша стихия! — манил к себе парень, и его улыбка была такой заразительной, что я, глубоко вздохнув, прыгнула.

Погрузившись под воду, я сразу же была подхвачена за руку Ривом. Холодная вода обволокла тело, заставив на мгновение замереть от неожиданности.

— Ой, держи меня, пожалуйста! — буквально вцепившись в спасительную конечность, я пыталась адаптироваться.

— Ты чудная! Не бойся, я подстрахую тебя, — улыбнулся он. — Прошу, только нежнее возьмись за мою руку. Я поплыву и потяну тебя за собой! Кажется, я знаю, куда тебя в первую очередь надо сплавать!

И, рассекая ровную, зеркальную гладь, он поплыл в только ему известном направлении.

Закат уже давно окрасил небо розовыми красками, и вода была комфортной температуры — не холодной, но и не слишком тёплой. Плыть в блузке оказалось совершенно неудобно: ткань противно липла к телу, сковывала движения. Хотелось снять её, чтобы было легче рассекать руками гладь. Но я лишь крепче сжала руку Рива, стараясь не отставать.

Рив уверенно тянул меня за собой, и вскоре мы приближались к какой‑то пещере, которая выглядывала из воды. Стало немного жутко — сердце забилось чаще, а дыхание участилось. Парень, видимо, это почувствовал.

— Не волнуйся! Там я обучался плавать, когда был ещё мальцом. Мой родной отец обучал меня. Именно он вложил в меня основы магии воды. Тебе нужно научиться быстро плавать, хорошо видеть в воде и буквально передвигаться в темноте! В этом тебе поможет магия, которая есть у всех жителей нашего племени, — попытался утешить меня Рив.

Я наконец отцепилась от него, стараясь выровнять дыхание.

— Что мне сейчас делать? — спросила я, когда мы заплыли в пещеру.

Огляделась по сторонам. Здесь было невероятно живописно: сталактиты, свисающие с потолка, выступали в роли источника света. Не знаю, что именно их подсвечивает изнутри, но это было невероятно — мягкий голубой свет озарял подводные камни, кораллы и причудливые водоросли. Я буквально с открытым ртом изучала обстановку вокруг, чувствуя, как страх постепенно сменяется восхищением.

— Красиво здесь? Я люблю сюда приплывать и любоваться пейзажем, — поддержал мои эмоции Рив, и я кивнула, полностью согласившись с его словами.

— Так, ты притащил меня сюда… Для чего? — спросила после затянувшейся паузы. Я не привыкла долго плавать и уже начала уставать, постоянно поддерживать своё тело на плаву становилось всё труднее.

— Теперь мы нырнём и, проплыв по подводной пещере, заплывём в водяной карман, где я буду учить тебя плавать. Там удобно и есть небольшие площадки суши, где ты сможешь отдохнуть. Вижу, что ты устала. Не волнуйся, скоро я покажу тебе, как пользоваться магией воды, чтобы не тратить силы. Так что можешь снова взять мою руку в плен и ещё не забудь задержать дыхание. Надеюсь, ты сможешь не дышать три минуты. Ведь именно столько времени потребуется, чтобы доплыть до кармана, — объяснил Рив.

— Три минуты? Я не уверена, что смогу столько выдержать! — сказала я и даже отплыла от парня подальше, чувствуя, как нарастает паника.

— Верь мне, Аква, я не дам тебе утонуть, — заглянув мне в глаза, Рив приблизился и взял меня за руку. Его взгляд был таким уверенным, что я невольно расслабилась.

Глава 4

Не знаю почему, но рядом с Ривом я чувствовала себя намного увереннее. Он вёл себя дружелюбно — за исключением того момента, когда поделился со мной воздухом под водой. Сейчас он держал меня за руки и смотрел прямо в глаза. От его взгляда у меня внутри всё таяло, а магия бурлила в крови, словно вода в кастрюле на костре. Я не могла объяснить свою реакцию, но почему‑то сейчас испытывала к нему чувства, совсем не такие, какие должна испытывать к брату.

— Аква! — отвлёк меня от мыслей голос Рива. — Тебе нужно научиться задерживать дыхание, чтобы мы смогли вернуться отсюда. Ты ведь не хочешь, чтобы я тебя опять поцеловал?

Его улыбка была лукавой, почти игривой, но в глазах читалась искренняя забота. Я вдруг почувствовала, как часто забилось сердце, а щёки залила горячая краска.

— Не думаю, что у меня быстро получится научиться! Но это не значит, что я не буду пробовать! — уверенно вымолвила и всё же отпустила его руки.

— А это уже слова настоящего бойца! Ты молодец, Аква! — Рив одобрительно кивнул. — Сперва я научу тебя правильно делать вдох. Вот смотри, как я это делаю, и повторяй! Сперва вдыхай через нос, а потом через рот. То есть ты сделаешь два вдоха: через нос и рот. Поняла? — плавая вокруг меня, объяснял парень. Его движения были плавными, грациозными — он двигался в воде так же естественно, как птицы в небе.

— Вроде да… — с сомнением ответила я, стараясь уловить каждое его движение.

— Тогда продемонстрируй! — остановившись напротив меня, велел Рив.

Я втянула с шумом воздух через нос, потом через рот и затем выдохнула.

— Правильно? — с надеждой спросила я, глядя, как улыбается парень.

Его губы были тонкими, чётко очерченными, а когда он улыбался, возле глаз появлялись едва заметные морщинки. Внезапно я почувствовала странное желание снова ощутить его прикосновение, даже поцеловать — но тут же отогнала эту мысль, смутившись ещё сильнее.

— Нет, не правильно! Но ты сделала на троечку с минусом! Просто знаешь, я не могу понять, почему ты не умеешь плавать и находиться долго под водой? Это же все умеют, нас этому обучают чуть ли не с пелёнок! Но ты… Откуда ты взялась такая? — Он пристально посмотрел на меня и подплыл так близко, что у меня сразу перехватило дыхание. Вода вокруг нас словно загустела, наполнившись напряжением.

— Папа же сказал, что объяснит тебе всё потом! — мерзкий страх пробежал по спине, а пристальный взгляд Рива буквально заставил меня отступить, погрузившись в воду по самое горло.

Ещё чуть‑чуть — и я захлебнусь от собственных угрызений совести. Ведь он мой сводный брат, и я надеюсь, он поймёт всё. Хоть племя льда и враждовало раньше с племенем воды, может, сейчас у них всё хорошо.

Мама много мне рассказывала о войне племён воды и льда. Не знаю даже, из‑за чего началась эта вражда, но некоторые до сих пор помнят ожесточённые сражения. Но моя мама всё изменила, когда спасла отца от смерти. Именно она примирила племена, и благодаря ей был заключён договор о ненападении. Конечно, это означало, что битв и сражений больше не будет, но всё равно жители обоих племён недоверчиво косились друг на друга.

— Да, отец сказал, что всё объяснит мне потом, но я не могу так долго ждать! Мне хочется знать всё прямо сейчас! Расскажи мне всё! — Рив подплывал всё ближе, а я отплывала от него всё дальше, пока не упёрлась спиной в каменную стену пещеры. Холодный камень коснулся моей спины, усиливая ощущение ловушки.

— Я не могу! — выдавила из себя, пытаясь уйти от прожигающего взгляда парня.

— Но почему? Что с тобой не так? — Его голос звучал уже не игриво, а требовательно.

Рив вдруг упёрся руками о стену по обе стороны от моей головы, и я оказалась в плену. Он не прерывал зрительного контакта, а я всё больше начинала нервничать. Вода вокруг нас дрожала, отзываясь на его магию.

— Я чувствую через воду все твои эмоции, и это подозрительно! Аква, ответь мне, откуда ты взялась? — настаивал парень, всё больше нависая надо мной. Его дыхание касалось моей кожи, заставляя волоски на руках вставать дыбом.

— Я боюсь… И прошу, хватит давить на меня! — Я буквально расплакалась прямо у него на глазах. Слёзы смешались с водой, и я почувствовала себя маленькой и беззащитной.

Он тут же отплыл от меня и отвернулся. Я увидела, как напряглись его плечи, а от тела во все стороны пошли круги по водной глади — его магия внутри бушевала, отражая эмоции.

— Я больше не могу доверять тебе! Если ты не честна со мной, то как я могу продолжать учить тебя? — Его голос прозвучал глухо, почти обречённо.

— Прости, но тебе правда лучше это обсудить с нашим отцом! — Я не сдавалась, хотя внутри всё сжималось от боли.

— Хорошо, я обсужу это с нашим отцом, а ты пока побудешь здесь! — вдруг выдал он и резко нырнул под воду.

Я даже опомниться не успела, как осталась в этом водяном кармане одна…

Паника накрыла с головой. Я была сильно напугана и встревожена. Стены пещеры, украшенные сталактитами, вдруг показались мне зловещими, а мягкий голубой свет — угрожающим.

— Рив, стой! — закричала я в пустоту, как будто он мог меня услышать и вернуться.

Но этого не происходило. Тишина давила, а вода вокруг будто стала тяжелее.

Тогда я решила сделать так, как он мне показал. Втянула носом как можно больше воздуха, потом вдохнула ртом. Это было очень тяжело сделать в данной ситуации, особенно когда внутри всё сжимается от страха. Я чувствовала, как дрожат руки, а сердце бьётся так сильно, что, кажется, вот‑вот выскочит из груди.

Я сразу нырнула под воду и поплыла вглубь. Вот только откуда мы приплыли, я не знала. Даже где эта расщелина в скале — не предполагала. Я плавала в поисках этой расщелины, но так ничего и не нашла. Воздух в лёгких закончился, и мне пришлось всплыть.

Жадно хватая ртом воздух, я подплыла к небольшому участку суши и выбралась из воды. У меня, кажется, началась паническая атака. Я начала задыхаться. Воздух из моих лёгких будто куда‑то стремительно исчезал. Я стояла на четвереньках, вцепившись пальцами в песок, и пыталась хоть как‑то успокоить себя, но воображение сейчас играло против меня.

Глава 5

Но тут из воды высовывается огромная рыбья голова — с выпуклыми, почти человеческими глазами, толстыми губами и усами, похожими на тонкие нити. И тут до меня доходит: это же тот самый карп, о котором говорил Рив! Напряжение мгновенно спадает, плечи расслабляются, а дыхание выравнивается.

— Ты чей? — говорю с рыбой, будто она и правда может мне ответить.

Карп лишь открывает рот, шевелит губами, словно пытается что‑то сказать, и смотрит на меня с каким‑то странным любопытством. А потом резко ныряет в воду и уплывает вглубь, оставляя за собой серебристую дорожку пузырьков.

— Эй, подожди! Ты тоже решил меня бросить? — кричу я и, не раздумывая, забегаю в воду следом за карпом, ныряю.

Вода вокруг переливается изумрудными и сапфировыми оттенками, синие лучи от сияющих сталактитов пробиваются сквозь толщу, создавая причудливые узоры на песчаном дне. Надеюсь, он покажет мне выход — и я сама смогу выбраться. Вот только без помощи магии воды мне не набрать нужной скорости: мышцы быстро устают, а движения получаются неуклюжими.

Карп, оказывается, не уплыл далеко. Он сразу же оказывается возле меня, медленно кружит вокруг, будто оценивая. Я наконец могу разглядеть его как следует. У каждой рыбы племени воды свой уникальный узор на чешуе — своего рода отличительная особенность, какому хозяину он пренадлежит. У этого красавца — насыщенный зелёный цвет с витиеватыми серебристыми полосами по бокам и ярким красным пятном в виде месяца на лбу. Он словно произведение искусства, созданное самой природой.

Мне снова приходится всплыть — лёгкие горят, требуя воздуха. Карп выныривает вместе со мной, смотрит своими огромными глазами, и в них читается что‑то вроде преданности. Ясно, что он кому‑то принадлежит, вот только кто его хозяин, он, увы, не скажет.

— Слушай… Ты же хорошая рыбка, да? И ты поможешь мне отсюда выбраться? Ведь так? — подплываю к карпу и осторожно глажу его по спине.

Он прижимает спинной плавник и чуть ли не мурлычет от удовольствия, слегка покачиваясь в воде. Видно, что ему нравится, когда его гладят.

— Да, хорошая рыбка! — шепчу я, а сама делаю глубокий вдох — сначала через нос, потом через рот, как учил Рив. Затем ныряю и пытаюсь связаться со своей магией воды.

Тёплые потоки откликаются внутри, но пока слабо, неуверенно. Карп подплывает ко мне, и я хватаюсь за его боковой плавник. Он будто понимает, чего я хочу, и плывёт вглубь — прямо к расщелине, которую с поверхности и не заметишь. Рыба быстро везёт меня вперёд, рассекая воду мощными движениями хвоста.

Мы заплываем в расщелину. Проплываем несколько метров, и я начинаю чувствовать, как воздух выходит из лёгких, как мир вокруг плывёт от нехватки кислорода. Пальцы слабеют, хватка ослабевает. Я пытаюсь держаться, но силы покидают меня. Отпускаю плавник рыбы и начинаю медленно уходить на дно, а перед глазами вспыхивают разноцветные круги…

Очнулась я от того, что кто‑то трясёт меня и пытается привести в сознание.

— Аква, очнись! Очнись, прошу тебя… Прости, я полный придурок… — голос Рива звучит где‑то далеко, но постепенно становится чётче.

Я закашлялась, выплёвывая воду, резко села — и тут же меня резко прижали к мускулистой груди сильные руки Рива.

— Ты очнулась, слава Водяным духам! — прижимая меня к себе, причитал Рив. Я слышала, как часто бьётся его сердце — так же быстро, как и моё.

— Ты бросил меня… бросил там одну в этой пещере! — начала плакать и истерить, ударяя кулаками ему в грудь. — Ты сказал доверять тебе, а сам взял и уплыл! Я так испугалась!

— Прости… — тихо произнёс он, обнимая меня крепче и терпя все мои удары.

— Как ты мог? Ненавижу тебя! — плачу всё сильнее, но руки мои, вопреки словам, не прекращают цепляться за него. Он сейчас словно спасительный островок для меня, за который я цепляюсь, чтобы не утонуть в бездне страха и одиночества.

— Я больше не брошу тебя, обещаю! Только успокойся, прошу! — Рив нежно гладит меня по волосам, и это помогает — я начинаю успокаиваться. Его прикосновения такие тёплые, надёжные…

Мы по‑прежнему с ним в воде, и сейчас с помощью магии держимся на поверхности. Скорей всего, парень изменил плотность воды вокруг нас — благодаря этому мы не тонем, а будто парим в невесомости.

— Отпусти меня, я сейчас же поплыву к отцу и расскажу ему всё! — теперь я разозлилась, и это была понятная реакция. Шок от пережитого ещё не прошёл, а желание отомстить возникло вполне ожидаемо.

Я отстранилась от него и поплыла, как мне показалось, в нужном направлении. Я хотела домой и надеялась, что найду правильное направление без помощи сводного брата.

— Стой! — вдруг окликнул меня Рив. — Прошу, объясни мне кое‑что!

Парень приблизился и снова схватил меня за руку. Его пальцы были прохладными, но прикосновение обжигало.

— Что тебе ещё от меня надо? Хочешь меня уговаривать и просить, чтобы я ничего не говорила отцу? Но я всё равно ему всё расскажу, и надеюсь, он тебя…

— Откуда в тебе магия льда? — перебил меня Рив, и я замерла на месте, а внутри всё похолодело.

Откуда он узнал про эту магию?

— Я не понимаю, о чём ты! — решила прикинуться дурочкой.

— Когда я нашёл тебя, ты находилась в коконе из льда. Именно благодаря этому ты выжила. Эта магия тебя спасла, но откуда она у тебя? — повторил свой вопрос Рив. Я дрожала всем телом, а его хватка на запястье становилась всё крепче.

— Не понимаю, о чём ты! — повторила я, но он не отпускал.

— Скажи, Аква! Почему ты владеешь магией льда? — рявкнул Рив, и от звука его голоса я вздрогнула.

— Потому что моя мать из племени льда! А теперь отпусти меня, ты слишком больно сжимаешь мне руку! — всё же призналась я и увидела, как похолодел взгляд парня.

Рив сжал губы в тонкую линию и какое‑то время молча наблюдал за мной. В его глазах читалась борьба — недоверие боролось с чем‑то ещё, что я не могла распознать. А потом он встрепенулся и громко крикнул:

— Цив! Цив!

Глава 6

Карп быстро доставил меня до дома. Я забралась на причал и буквально упала на него от усталости — мышцы дрожали, дыхание сбивалось, а в ушах всё ещё звучал гул подводного мира. Тяжело дыша, я лежала на спине и смотрела в звёздное небо, усыпанное мерцающими огоньками. Цив уплыл, оставив после себя лишь лёгкие круги на поверхности воды, а я так и не могла подняться, чтобы дойти до дома. Тело казалось свинцовым, каждая клеточка кричала об отдыхе.

Я, наверное, никогда не привыкну к этому племени. Они с самого детства обучаются жить на воде и под водой — плавают, ныряют, задерживают дыхание так легко, будто это просто очередной вдох. А я лишь выживала в условиях крайнего севера, знала, как сохранить тепло в жуткий холод, как найти укрытие среди снегов. Хотя мне не страшен мороз — моя кожа к нему устойчива, — здесь я никак не могу приспособиться быть амфибией. Задерживать надолго дыхание… Это кажется невозможным, противоестественным.

Вдруг меня потревожили приближающиеся шаги — тяжёлые, уверенные. Я приподнялась на локтях и увидела папу: он шёл ко мне, его силуэт чётко вырисовывался на фоне лунного света.

— Ты чего тут лежишь? — присев на край пирса, он опустил ноги в воду. Волны ласково обняли его ступни, словно приветствуя.

— Мне не спится! — соврала я, хотя он, скорей всего, уже заметил мои влажные волосы и одежду, прилипшую к телу.

— Поэтому ты решила поплавать? Или, может, Рив тебя соблазнил? Он любит воду — его иной раз из неё не вытащить! — с улыбкой проговорил вождь, и я тоже села с ним рядом, опустив ноги в воду. Прохладные потоки коснулись кожи, принося облегчение.

— Пап, а скажи мне… Из‑за чего племя льда и племя воды воевали между собой? Почему они до сих пор ненавидят друг друга? — решила сменить тему. Воспоминания о Риве тревожили душу — его взгляд, голос, прикосновение… Всё это не давало покоя.

Папа улыбнулся и, приобняв меня за плечи, заговорил. Его голос звучал тихо, но в нём чувствовалась тяжесть прожитых лет:

— Давно это было. Все племена объединяют великие врата, через которые вы с мамой пришли сюда. Мы жили мирно, и однажды через них пришли ледяные. Они заморозили всю воду — мгновенно, без предупреждения. Представляешь? В тот день многие были под водой, занимались своими делами, охотились… Никто не смог всплыть, чтобы глотнуть воздуха. Лёд не позволил! Многие тогда погибли, и мы не могли понять, почему они так поступили.

Он замолчал на мгновение, глядя вдаль, туда, где тёмная вода сливалась с ночным небом.

— Потом выяснилось, что они подумали, будто мы убили сына вождя, которого они нашли возле великих врат. Это, кстати, до сих пор неизвестно, кто стал причиной его гибели. Но в груди парня торчал кинжал, который сделали в нашем племени. Рукоять была из зуба каруна — только мы такие делаем, больше никто. У нас ведь торговые отношения со многими племенами были… Теперь ледяные не хотят с нами сотрудничать. Они хоть и заключили с нами договор о ненападении, но отношения между нами уже не будут прежними. Слишком свежи воспоминания о той войне. Поэтому многие в нашем племени помнят, как мы доставали тела погибших, когда лёд растаял…

— А папа Рива? Он именно так погиб — под водой, когда не смог всплыть и глотнуть воздуха? — решилась спросить я.

— Нет! — Папа покачал головой. — Мы были друзьями с Аврорусом и всегда вместе ходили на охоту либо в на великую чистку, когда мы истребляем хищников, чтобы они не лезли на нашу территорию. Мы были к ледяным, где вечные льды и снега и именно там на нас напал белый ужас (похож на белого медведя, но только с бронёй по всему телу, как у броненосца). Мы не знали, как он опасен и как пробить его ледяной панцирь. Да и воды на севере нет… Мы кое‑как его одолели и еле живые готовились принять свою смерть, но тут нас нашла твоя мама.

Его голос дрогнул, а пальцы крепче сжали моё плечо.

— Она смогла спасти и исцелить только меня. А Авроруса не смогла вылечить — он умер от заражения крови. Иона прятала меня в своей хижине и рисковала своей репутацией, спасая меня и укрывая от своих соплеменников. А потом я полюбил её. Наши чувства были настолько сильными, что мы не могли никак понять, что они запретные. Но когда вождь, который тоже имел виды на твою маму, понял, что она укрывает их врага, он хотел меня убить и убил бы… Но Иона опять спасла меня. Она пообещала стать его второй женой, если он заключит договор о ненападении и отпустит меня. Я не знал тогда, что она беременна тобой…

— А если бы знал? Что бы ты сделал? Снэг силён, и тебе его было бы не победить! — Я почувствовала, как к горлу подступают слёзы. — Мама всю жизнь терпела от него упрёки и всё же родила ему еще одного сына! Только после этого он разрешил ей отвести меня к тебе. Сейчас она в статусе второй жены вождя, и теперь он её вообще никогда не отпустит…

Воспоминания были тяжёлыми, обжигающими. Я заплакала, и папа тут же притянул меня к себе, прижал к груди. Его сердце билось ровно, успокаивающе, а руки дарили ту защиту, о которой я так долго мечтала.

— Дикие нравы у ледяных, я знаю. И также знаю, сколько тебе и твоей маме пришлось пережить. Но сейчас ты со мной, и я позабочусь о тебе, — прошептал он. — Только прошу, не используй магию ледяных. Завтра я устрою тебя в школу, где тебя обучат всему, что мы знаем: магии воды, плавать под водой, задерживать надолго дыхание и нырять в воду без брызг. Ещё много чему… Лишь только надо придумать, что сказать преподавателям, когда я тебя приведу завтра в туда! — Поглаживая мои мокрые волосы, папа старался утешить меня.

— Школу? Я не хочу учиться с малолетками! Это будет смешно, ведь я уже не пятилетка, мне уже двадцать лет! — Я с мольбой посмотрела на Алая.

— Ты права! Тогда я попрошу Рива — он тебя всему научит. Надеюсь, он поймёт всё и примет тот факт, что ты наполовину ледяная! — внезапно папа озадачил меня ещё больше.

Знал бы он, что его пасынок меня недавно чуть не убил. Он ненавидит всех ледяных и, скорей всего, винит их в смерти своего отца, поэтому вряд ли согласится меня всему научить.

Глава 7

Утром я спала без задних ног. Даже после ухода отца я долго ворочалась, мысли крутились в голове, не давая уснуть: Рив, его слова, ненависть в глазах, история войны племён… Но потом сон всё же сморил меня — глубокий, без сновидений, в одной и той же позе. Поэтому, когда проснулась, всё тело болело, будто меня выжали, как половую тряпку.

Я потянулась, зевнула и вдруг замерла: в кресле у окна спит Рив. Он выглядел таким умиротворённым — ресницы отбрасывали тени на скулы, губы чуть приоткрыты, дыхание размеренное, ровное. Солнечные лучи играли в его рыжих волосах, подчёркивая бронзовые отблески кожи. На мгновение сердце ёкнуло — он был так красив в этот момент…

Но стоило мне пошевелиться, как он резко открыл глаза. Взгляд мгновенно стал суровым, холодным — прямо как вчера, когда мы с ним расстались.

— Привет! — с натянутой улыбкой поприветствовала его я.

Он не ответил, лишь хмыкнул, встал с кресла и молча ушёл. Через мгновение я услышала всплеск воды — видимо, нырнул и уплыл. Лишь бы не видеть меня.

Ну и ладно. Пусть плывёт куда хочет — я тоже не горю желанием с ним встречаться.

Я встала и вышла из комнаты, пытаясь размять затекшие мышцы. В доме пахло дымом и жареной рыбой — Лилия уже готовила завтрак. Её движения были резкими, отточенными годами привычки, а взгляд, брошенный в мою сторону, — колючим.

— Вам помочь? — предложила я, стараясь звучать дружелюбно.

— Аква! Наконец проснулась! — её голос прозвучал слишком сладко, почти приторно. — Да нет, я сама справлюсь. Ты лучше приведи себя в порядок, а то растрепанная вся. Скоро вы с папой отправитесь к швеям. Он хочет тебя приодеть. А ты, кстати, сыночка моего не видела? Вроде проходил в свою комнату, и я заглядывала — он спал в кресле!

Её тон ясно давал понять: я здесь лишняя, моё присутствие её раздражает.

— Я видела его, когда проснулась, но он сразу сбежал, — вымолвила, опустив взгляд в пол.

— Скорей всего, он поплыл к Норе. Всегда плавает к ней по утрам и дарит цветы! Любит её и хочет жениться, — поведала женщина, и в её голосе прозвучала неприкрытая гордость.

Внутри что‑то больно кольнуло. Ревность? Да, именно она. Даже сама не знаю почему. Может, после того поцелуя под водой, с помощью которого он поделился со мной воздухом… Для него это был просто способ спасти меня, а для меня — первый поцелуй в жизни.

— Понятно, — тихо ответила я и поспешила уйти, чтобы не выслушивать больше подробностей.

В ванной я долго расчёсывала спутанные волосы, разглядывая своё отражение в мутном зеркале. Бледная кожа, тёмные круги под глазами, растрепанные пряди… Не дочь вождя, а какая‑то бродяжка.

Одеть мне пришлось кофточку, связанную из шерсти, но нитка была тонкая, и поэтому она оказалась почти прозрачной. Внизу натянула вчерашние шорты — ткань была сыроватой, но выбора не было. Блузку повесила сушиться, надеясь, что скоро смогу её надеть.

Лилия уже накрыла на стол и позвала всех завтракать. Правда, Рива до сих пор не было, и всех это не очень волновало — кроме меня. Но к концу завтрака он появился: зашёл весь мокрый после плавания, капли воды блестели на плечах, а волосы прилипли ко лбу.

— Рив, сынок, садись завтракать! — сразу же позвала его Лилия, и в её глазах засветилась нежность, которой она никогда не одаривала меня.

— Нет, мама, я уже поел у Норы, — бросил он, даже не взглянув в мою сторону, и направился к себе в комнату.

Я мыла посуду и так сильно сжала тарелку, что пальцы побелели.

— Поел он! Молодец какой! — сама не поняла, как сказала это вслух.

— Нора всегда заботится о моем сыне! Следит за его питанием! Хорошая девочка! — радостно проговорила Лилия, хотя мне эта информация явно была не нужна. В её голосе звучало неприкрытое торжество, будто она специально хотела меня задеть.

— Ну и отлично, — буркнула я, домывая последнюю тарелку.

Тут вышел папа.

— Аква, ты готова плыть к швее? — спросил он, улыбаясь мне.

— Ну, если Лилии не нужна моя помощь, то да, — ответила я, хотя на самом деле была бы рада сейчас исчезнуть куда‑нибудь, чтобы не видеть ни Рива, ни его матери с её ядовитыми взглядами.

— Тогда пошли! — позвал отец и вышел.

Он спустился к пирсу и, посмотрев вдаль, вдруг громко свистнул. Тут же к нему подплыл огромный карп — примерно два с половиной метра длиной. Мужчина снял с крючка на столбе верёвку и нырнул в воду. Он стал обматывать ею карпа, делая своего рода аркан. Потом другой конец верёвки привязал к лодке, которую, как я поняла, будет тянуть рыбина. Его карп, кстати, был в красную полоску с синими пятнами — очень красивый и мощный.

— Дочка, садись в лодку! Сив потянет её. Я поплыву рядом. И, кстати, тебе тоже надо завести своего карпа и привязать к себе духовно. Надо будет потом сплавать к шаманке и поговорить с ней об этом. Надеюсь, она разрешит тебе участвовать в обряде, к которому надо будет подготовиться. Думаю, Рив тебе и с этим поможет! — проговорил отец, помогая мне сесть в лодку.

— Я думаю, Риву слишком хлопотно со мной. Может, мне лучше в школу пойти? — сказала я и тут же уставилась на удивлённое лицо отца.

— Аква, ты как‑то странно себя ведёшь, когда я говорю про Рива. У вас с ним что‑то произошло? — спросил Алай и хлопнул легонько по спине карпа.

Рыбина тронулась с места, и мы поплыли.

— Нет, всё хорошо! Просто я не хочу его обременять, тем более он занят отношениями с своей Норой, — выдала я слишком резко.

— Говоришь так, будто ревнуешь его! Ты что, влюбилась в Рива? — вдруг спросил папа, и это сильно встревожило меня.

— Нет, я… я просто не хочу ему мешать. Он ведь сам вечно занят. Поэтому я решила…

— Аква, перестань. Я поговорю с ним и всё объясню. Думаю, он согласится, а я взамен половину его обязанностей отменю! Так что сегодня покупаем тебе одежду, а потом плывём домой — буду говорить с Ривом! — папа изъяснялся уверенно, а вот я сильнее сжимала края лодки, потому что совсем не хотела, чтобы меня обучал именно Рив.

Глава 8

Дальше он молча тянул меня в неизвестном направлении. Вода вокруг переливалась изумрудными и лазурными оттенками, солнечные лучи пробивались сквозь толщу, создавая причудливые узоры на дне. Но я доверилась ему — знала, что он пообещал меня защищать. Поэтому была спокойна, особенно когда рядом появился Цив: его серебристая чешуя блестела в солнечных лучах, а плавники легко рассекали воду.

— Куда мы плывём? — всё же спросила я, стараясь не отставать.

— В школу! Там есть тренировочная заводь — очень глубокая, многие начинающие пловцы тренируются там нырять. Но перед этим мы заплывём к моему другу — думаю, он будет не против потренировать тебя! — ответил Рив и на минуту замедлил ход, а потом остановился, чтобы перевести дыхание.

Может, он и не устал, а вот я уже немного запыхалась — дыхание сбилось, мышцы начали ныть от непривычной нагрузки.

— Но я хочу, чтобы меня учил ты! — попросила я и, подплыв к нему ближе, положила руки ему на плечи.

Рив шумно выдохнул и аккуратно убрал мои руки:

— Ты уже знаешь, почему этого не будет, и повторять тебе ещё раз я не буду. Ваяс — хороший парень, нас с ним обучал мой отец. Так что он хорошо тебя подготовит! — объяснил парень и, снова взяв меня за руку, продолжил путь.

Возле дома своего друга Рив просто попросил меня подождать. Я уже не сопротивлялась и села на причал, свесив ноги над водой. С волос стекала вода, блузка промокла насквозь, облепила тело — но здесь все так выглядели, и мне тоже придётся привыкнуть к тому, что я всегда буду вымокшей.

Цив нежился возле моих ног: то выныривал и подставлял мордашку, чтобы я его погладила, то игриво нырял и показывал, как может выпрыгивать из воды, сверкая чешуёй на солнце.

— Ишь, как разыгрался! Рив, а она нравится твоему карпу! — послышался приятный баритон за спиной, и я обернулась.

Передо мной стоял рыжий парень — волосы цвета меди, серые глаза, мускулистое тело, покрытое каплями воды. Татуировки у него были лишь на предплечьях и груди — не такой высокий статус, как у Рива, но в его взгляде читалась уверенность и доброта.

— Цив, перестань! — сделал замечание своему карпу Рив и нырнул в воду. — Ну, в общем, я объяснил Ваясу задачу. Он меня понял и готов приступить к твоему обучению прямо сейчас! Так что ему и флаг в руки, а я свободен. До встречи! — бросил он и исчез под водой, оставив после себя лишь круги на поверхности.

Ваяс сел рядом со мной и с тёплой улыбкой проговорил:

— Впервые вижу его таким! Обычно он всем готов помочь, а тут просто умолял меня стать твоим учителем. Научить плавать под водой, надолго задерживать дыхание и пользоваться магией воды! Давай хоть познакомимся. Я Ваяс, сын швеи и друг Рива. Также вхожу в его команду истребителей подводных монстров! А ты? Он сказал, что ты дочь его отца и что ты была в плену у ледяных — из‑за этого не умеешь пользоваться магией воды и плавать, как все у нас в племени.

— В принципе, добавить мне больше нечего. Зовут Аква и меня удочерил вождь. Собственный сводный брат боится, и теперь тебе тренировать полную бездарность, которой я сейчас являюсь, — пожала плечами и решительно прыгнула с пирса в воду. — Поплыли в школу, пока ещё не стемнело!

— А ты, я смотрю, не высокого мнения о себе! В первую очередь, Аква, научись верить в свои способности. Никогда не унывай — и тогда у тебя всё получится! — парень тоже прыгнул в воду и, подплыв ко мне, взял за руку.

Я сразу выдернула свою конечность из его захвата:

— Я сама поплыву, без твоей помощи!

— А вот это уже боевой настрой, и он мне нравится! — обрадовался Ваяс, и мы поплыли в сторону школы.

Если честно, я погорячилась насчёт того, чтобы плыть самой. Это оказалось очень сложно — блузка хоть и была из тянущейся ткани, всё равно сковывала движения, а усталость накатывала волнами. Я сильно отставала от Ваяса, и он постоянно останавливался, дожидаясь меня.

— А далеко ещё нам до школы? — спросила я, когда мы остановились возле какого‑то камня, торчащего из воды, словно одинокий страж.

— Ну, судя по указателю, около километра, — ответил Ваяс, взглянув на высеченные на камне символы.

Я так вымоталась, что даже не заметила, как ухватилась за этот указатель, чтобы передохнуть.

— Ох, водяные духи, как же далеко… Знаешь, Ваяс, я уже согласна на небольшую помощь с твоей стороны. Может, ты поколдуешь немного, и мы доберёмся туда при помощи воды? Я помню, Рив так делал, — попросила я, чувствуя, что руки и ноги почти не слушаются.

— Хорошо, ты права — лучше сейчас воспользоваться магией. А то, когда надо будет учиться нырять, у тебя не будет сил, — смилостивился надо мной парень. Резко прижав меня к себе, он сказал: — Задержи дыхание!

Я сделала, как учил Рив, и в тот же миг мы ушли под воду. Магия подхватила нас, словно стремительное течение, и мы помчались вперёд, рассекая толщу воды. Я даже моргнуть не успела, как мы вынырнули возле небольшого острова.

Посередине этого островка была заводь в форме круга — глубокая, тёмная, с почти чёрными водами. На острове стояли деревянные дома, между ними ходили дети, подростки и взрослые представители племени — ученики и их учителя. Кто‑то тренировался в управлении водой, кто‑то отрабатывал ныряние, а несколько подростков играли в догонялки среди лодок. Мне сразу стало неловко — на меня смотрели как на чужую, и это можно было понять: меня тут никто не знал.

Ваяс начал со всеми здороваться, а я стояла в стороне, чувствуя себя лишней.

— Ваяс, кого это ты привёл? — спросил попавшийся нам на дороге пожилой мужчина. Его тело покрывали многочисленные татуировки — знак высокого статуса и почёта, а в глазах читалась мудрость многих лет.

— Это Аква, приёмная дочь вождя! Она была похищена ещё младенцем ледяными, которые вырастили её, — поэтому она ничего не умеет. Я пришёл её всему научить. Через неделю нерест карпов, она должна научиться нырять и немного магичить, чтобы обзавестись мальком! — сразу же отчитался парень.

Глава 9

… я почувствовала чьи‑то сильные руки, которые подхватили меня за плечи, резко потянули вверх.

Его губы прижались к моим, и тёплый поток воздуха ворвался в мои лёгкие — жизнь возвращалась ко мне по каплям. Очнулась я уже на поверхности, кашляя и отплёвывая воду. Солёная влага струилась по лицу, смешиваясь с потом и слезами.

Передо мной был Рив. Его лицо, обычно холодное и отстранённое, сейчас искажала неподдельная тревога — брови сведены к переносице, губы сжаты в тонкую линию, а глаза, тёмные, как глубины океана, смотрели на меня с такой силой, что внутри что‑то дрогнуло. Он тут же обернулся к Ваясу и заговорил резко, почти рыкнув:

— Ты её угробить захотел? Она же не мы! Духи воды её ещё не знают, она для них чужая!

— Но твой отец именно таким методом научил нас долго быть под водой! — оправдывался Ваяс, отводя взгляд. — Вот и я решил: если её не выпускать на поверхность какое‑то время, то она быстрее научится…

Я неосознанно прижалась к Риву — от него веяло силой и надёжностью, и в этот момент мне казалось, что только он может защитить меня от всего мира. Парень в ответ прижал меня к себе — так крепко, что стало трудно дышать, но я не возражала. Напротив, внутри разливалась странная, тёплая радость. И да, мы снова поцеловались — пусть это и было во благо спасения моей жизни, но губы Рива были такими тёплыми, такими живыми…

— Аква, ты как? — заметив, что я очнулась, с непривычной заботой спросил Рив.

— Уже нормально, — выдохнула я, и тут же парень меня отпустил.

Несусветное разочарование обожгло сердце — так быстро оборвалось это мгновение близости. Но я не показала вида, лишь сглотнула и постаралась выровнять дыхание.

— Можешь дальше продолжать тренироваться? — подплыл ко мне Ваяс, в его глазах читалось искреннее раскаяние.

— Ну, я…

— Нет, она сейчас же вернётся домой, — резко перебил Рив, дёрнув меня к себе. — Кажется, я понял, почему водные духи её не принимают!

Мы поплыли в сторону берега — Рив держал меня за руку, и его пальцы были горячими, почти обжигающими.

— И почему же? — догнав нас, спросил Ваяс.

— Не твоё дело, я сам с ней разберусь, — хмыкнул Рив, продолжая тянуть меня за собой.

— Ладно, но на свидание ты мне её пригласить позволишь? — вдруг донеслось нам в спину.

Рив тут же развернулся и инстинктивно спрятал меня за спину, словно защищая.

— На свидание? После того, как чуть не утопил? Ты нормальный вообще? — возмутился он, а потом, приобняв меня и прижав к себе ещё крепче, продолжил путь по островку.

Песок под ногами сменился травой, а вокруг расстилался вечерний пейзаж: солнце клонилось к закату, окрашивая небо в розовые и оранжевые тона, а вода мерцала, словно усыпанная тысячами крошечных звёзд.

— Но это не значит, что я не приглашу её на свидание! Аква, я завтра к тебе заплыву, хорошо? — крикнул нам вслед Ваяс.

— Хорошо! — ответила я, и тут же мой сводный брат наградил меня убийственным взглядом.

— Ты серьёзно собралась с ним на свидание? — спросил Рив, и я заметила, как он весь напрягся — мышцы на руках сжались, а на шее проступила вена.

— Да, он неплохой парень! А мне нужны друзья, — ответила я с невинным выражением лица, но внутри всё кипело.

— Но он не дружить с тобой намерен! Ты разве не видишь, как он на тебя смотрит? Я запрещаю вам встречаться и отцу скажу, чтобы он…

— Эй, ты чего? У тебя есть Нора, и мне тоже нужен парень! Я же тебе не указываю, с кем…

— В моём племени всегда спрашивают у старшего брата, можно ли встречаться с его сестрой! — голос Рива стал жёстким. — Я не разрешаю тебе встречаться с Ваясом. А теперь я объясню, почему тебя не приняли духи воды. Они не видят тебя среди своих детей. То есть ты принадлежишь духам снега и льда, но не духам воды! Тебе нужно срочно к шаманке нашего племени. Она должна провести обряд и связать тебя с нашими духами — только так ты сможешь быть как мы. Но есть одна проблема, и мне надо обсудить её с отцом!

Мы уже вошли в воду, и парень до сих пор не отпускал мою руку — его пальцы сжимали моё запястье, будто он боялся, что я исчезну.

— Рив, почему ты не разрешаешь мне сходить на свидание с Ваясом? Ты презираешь меня и не общаешься, даже избавился, отдав тренировать в нырянии своему другу. Хотя, как опытный брат, ты мог сам со мной заниматься! — возмутилась я, когда мы отплыли от берега на значительное расстояние.

— Давай не будем про это? Я тебе уже всё сказал, и хватит задавать мне глупые вопросы! И так с твоим появлением у меня образовалось куча проблем, и теперь я их должен решить! — выпалил Рив прямо мне в лицо, и от его слов стало так больно, будто он ударил меня.

— Ну извини! Я же не виновата, что родилась на этот свет! — вырвала руку из его захвата и отплыла подальше.

Из глаз брызнули слёзы — они смешивались с окружающей нас водой, и я не могла их остановить. Обида жгла изнутри, словно раскалённый уголь. Не оглядываясь, я поплыла прочь.

— Ты куда? Аква, постой! — парень попытался остановить меня.

— Не трогай меня больше! Ты меня зачем‑то спасаешь постоянно и целуешь под водой, а потом кричишь, упрекая в моей никчёмности. Всё, оставь меня, я хочу побыть одна! Не вздумай плыть за мной! — крикнула я и ускорила темп, стараясь отдалиться как можно дальше.

— Ну и ладно, плыви куда хочешь! Мне тоже надоело с тобой нянчиться! — бросил Рив и, нырнув под воду, уплыл, оставив меня одну посреди бескрайнего водоема.

Я замерла, глядя ему вслед. Солнце почти скрылось за горизонтом, окрасив воду в багряные тона. Волны мягко покачивали меня, а ветер шептал что‑то успокаивающее, но сердце всё равно сжималось от боли. Одиночество окутало меня, как холодный туман, и только далёкие крики чаек напоминали, что мир всё ещё существует где‑то рядом.

Глава 10

Вокруг всё стремительно погружалось во тьму. Небо затянуло тяжёлыми свинцовыми тучами, и вскоре начался ливень — капли били по воде, создавая тысячи мелких взрывов, а затем сливались в сплошную пелену. Я плыла наугад, просто туда, куда смотрели мои глаза. Слезы не прекращали литься из глаз — они смешивались с дождевой водой, затуманивали зрение, и, может, из‑за них я плохо понимала, что плыву не туда.

Вдруг я очнулась, увидев перед собой силуэты деревьев. Я оказалась в джунглях — они окружали меня со всех сторон. Деревья росли прямо из воды: их стволы уходили вглубь, а ветви сплетались над головой, образуя мрачный свод. В темноте они казались чудовищами — застывшими, но живыми, следящими за каждым моим движением. Было невыносимо темно и страшно. Ветер выл среди ветвей, а дождь барабанил по поверхности воды, словно отсчитывая последние секунды моей безопасности.

Я прижалась к мокрому стволу и попыталась успокоиться, но после такого тяжёлого дня и неудачной тренировки силы почти оставили меня. Тело дрожало, дыхание сбивалось, а в груди нарастала тяжесть.

— Помогите! Кто‑нибудь, на помощь! — крикнула я в пустоту, но ответом мне была лишь тишина, нарушаемая шумом дождя и далёким раскатом грома.

Неприятное чувство жгло грудь — я неосознанно ощущала приближающуюся опасность. От этого страха я сильнее прижималась к стволу, но дерево не могло меня спасти.

Сначала я почувствовала, как что‑то коснулось моей ноги под водой — лёгкое, едва уловимое прикосновение. Я дёрнулась и закричала, а затем увидела огромную пасть с рядами острых зубов, которая стремительно приближалась ко мне.

Время будто замедлилось. В голове пронеслось: «Это конец». Но инстинкт взял верх. Я резко оттолкнулась от дерева — в тот же миг чудовищная челюсть сомкнулась на стволе, раздробив древесину с оглушительным треском.

«Магия! Быстрее!» — мысленно приказала я себе. Призвала магию льда и выставила перед собой ледяной щит — он вспыхнул голубым светом, отражая редкие отблески молний. Но монстр лишь на мгновение замер, а затем с яростным рыком ударил по щиту огромной лапой. Лёд раскололся на тысячи осколков, осыпавшись вокруг меня, как смертоносный град.

Но эта короткая задержка дала мне шанс. Я рванулась в сторону, нырнула под воду и спряталась среди корней дерева, где был небольшой воздушный карман. Сердце билось так сильно, что, казалось, вот‑вот вырвется из груди. Я затаилась, стараясь не дышать, но чудовище меня нашло. Оно принялось биться мордой о корни, пытаясь добраться до меня — удары отдавались в теле вибрацией, а вода вокруг мутнела от поднятого ила.

— Помогите! Спасите! — кричала я, вжимаясь в корни, чувствуя, как страх парализует каждую мышцу.

Чудовище упрямо продолжало прогрызать себе путь. Я уже мысленно попрощалась с жизнью, приготовившись к последнему удару, как вдруг что‑то огромное врезалось в бок монстра, отбросив его в сторону с такой силой, что вода вокруг всколыхнулась волной.

Ко мне подплыл Цив. Его плавники мерцали в темноте, а глаза светились решимостью. Я ухватилась за его плавник, и он стремительно поплыл прочь от хищника. Но чудовище не отставало — оно было гораздо крупнее карпа, пусть и двухметрового. Его массивное тело рассекало воду, а зубы сверкали в отблесках молний.

Я была слаба. Рука цеплялась за плавник рыбы, но силы покидали моё тело стремительно — мышцы горели, лёгкие жгло, а перед глазами темнело.

И вдруг мимо меня пронеслось несколько представителей племени. В руках они сжимали гарпуны и трезубцы, а вокруг них мерцали магические ауры. Один из них создал прочный водяной щит — он окутал нас защитной сферой, отражая атаки чудовища. Другие начали атаковать: их движения были отточены, удары точны. Они знали, что делают.

Монстр рычал, извивался, пытался атаковать, но каждый раз натыкался на магию или остриё оружия. Наконец, получив особенно сильный удар от Ваяса — он метнул гарпун прямо в бок чудовища, — монстр отступил. С глухим рыком он развернулся и уплыл в тёмные глубины, оставив после себя лишь мутную воду и затихающее эхо.

Один из моих спасителей был Ваяс. Он поспешил ко мне и крепко обнял. Я прижалась к нему, дрожа всем телом. Меня дико трясло, зубы стучали, а слёзы текли по щекам. Я хотела домой — туда, где тепло, сухо и безопасно.

— Аква, ты что делала в запретном лесу? Туда нельзя заплывать. Как ты вообще смогла преодолеть защиту? Видимо, есть где‑то дыра — надо её залатать, — принялся отчитывать меня парень, но его голос звучал скорее обеспокоенно, чем сердито. — Цив отвезёт тебя домой!

— Кто это был? — спросила я, ненадолго отлипнув от груди парня и пытаясь унять дрожь.

— Каруна! И тебе повезло, что Цив услышал тебя. Когда он уплывал от монстра, то специально задел сигналку — мы сразу среагировали. Сегодня моё дежурство, и я после тренировки поплыл в дозор, — прижимая меня к себе и поглаживая мокрые волосы, ответил Ваяс.

— Спасибо! — поблагодарила я парня, а потом погладила карпа. — И тебе спасибо. Если бы не ты, меня бы уже съели!

— Ладно, поплыли — я тебя сам доставлю до дома. А пока плывём, может, ответишь на вопрос? — не прекращая обнимать меня, Ваяс поплыл на спине, а я лежала на нём, как на спасательном плоту.

— Что за вопрос? — поинтересовалась я, хотя по его взгляду всё уже и так было ясно.

— Аква, я понимаю, сейчас не время, но мне бы хотелось предложить тебе сходить со мной на свидание. Да, Рив против этого, но я хочу спросить у вождя. Думаю, он согласится, особенно после того, как я спас тебя, — проговорил парень, а его рука нежно гладила мои волосы.

— Свидание? Я не против! И Рив мне не указ. Поэтому я пойду с тобой на свидание, даже если все будут не согласны с этим! — заявила я и увидела, как парень буквально сияет от счастья.

— Тогда договорились. Я завтра вечером за тобой заплыву! — объявил Ваяс, и я кивнула.

Мы больше ни о чём не успели поговорить, потому что увидели лодку отца. Вождь выглядел напуганным — его лицо было бледным, а глаза расширились от тревоги. Он уже начал волноваться обо мне.

Глава 11

Отец не заметил, что я до сих пор пребываю в шоке после встречи с каруна. Или, может, он подумал, что я дрожу от холода — не знаю. Но до дома мы добрались вполне нормально. Отец отвёл меня в комнату Рива и, пожелав спокойной ночи, ушёл.

Я села в кресло и уставилась в окно. За стеклом бушевала стихия: волны бились о сваи дома, дождь всё ещё барабанил по крыше, а ветер выл, словно раненое животное. «Какой же тут опасный мир! — думала я. — И как здесь жить без магии?»

Переодевшись, я повесила свои вещи сушиться. Надела пижаму из мелких шкурок грызунов — в племени ледяных все спят в таких. Сейчас я просто хотела вспомнить своё племя и маму. Я очень по ней соскучилась. Как бы сейчас хотелось обнять её, прижаться носом к её груди, просто вдохнуть знакомый запах, а потом уснуть под шёпот северного ветра…

Легла на гамак и, обняв подушку, не заметила, как уснула. Но проснулась резко — на лицо капала вода. Открыв глаза, я увидела, что надо мной стоит Рив. Его взгляд был устремлён прямо на меня — точнее, на мою грудь и пупок, которые были оголены.

Я быстро прикрылась одеялом.

— Ты вернулся? — спросила у него и увидела, как он тряхнул мокрыми волосами, отдалившись от меня.

— Да, вернулся! Мне надо переодеться, а все мои вещи здесь. Отвернись или спи дальше! — пробубнил он и подошёл к шкафу.

Я спряталась под одеяло и слышала только, как он ходит по комнате, шуршит полотенцем, вытираясь, а потом надевает чистые вещи.

— Прости, я всегда сплю на твоём месте! Давай я уступлю…

— Не надо, лежи! Я здесь в кресле посплю. И я всё знаю — Ваяс мне рассказал, что на тебя напал каруна. Спасибо, что не сказала отцу, он бы мне этого не простил, — проговорил парень и сел в кресло.

Услышав скрип, я вылезла из‑под одеяла. Рив выглядел уставшим и вымотанным — под глазами залегли тёмные круги, плечи ссутулились. Мне его было жалко: из‑за меня ему приходится спать в неудобном положении.

— Может, тогда ляжешь со мной? Я подвинусь! — совершенно неожиданно для себя предложила я.

Рив улыбнулся и, открыв глаза, посмотрел на меня.

— В гамаке вдвоём спать можно, только тесно прижавшись друг к другу! Если ты хочешь почувствовать меня так близко, то я лягу с тобой. Хотя, если так подумать, то я этого не хочу! Всё, успокойся и спи уже! Я дико устал. Мы потом ещё искали этого каруна. Ребята ранили его, и он поплыл подыхать в своём логове. Кое‑как нашли его, — откинувшись обратно на спинку кресла, парень опять закрыл глаза.

— Я не против, если ляжешь со мной! Или, тогда давай поменяемся местами? — я поднялась и спрыгнула с гамака.

Рив опять открыл глаза и встал. Он снова посмотрел на меня, особенно задержав взгляд на груди и пупке.

— Ты необычно выглядишь в этой пижаме. Она ведь из племени ледяных? Зачем ты её надела? Скучаешь по ним? — подходя ко мне ближе, спросил парень.

— Да, её мне мама сшила, и это память о ней! Я скучаю и надеялась, что мама приснится мне во сне, — опустив взгляд в пол, ответила я.

— Иди ко мне, — вдруг сказал Рив и, резко притянув меня к себе, обнял и нежно погладил по волосам. — Я понимаю тебя, тоже скучаю по отцу! Ложись давай на гамак и не волнуйся обо мне!

Он вдруг подхватил меня на руки, уложил обратно в гамак и плотно укутал в одеяло. Потом вернулся в кресло и опять прикрыл глаза. Я заметила, как он выдохнул — будто ему стало легче.

Я тоже закрыла глаза и уснула.

Утром солнце ослепило меня. Я встала и увидела Рива — он совсем не поменял положения. Я коснулась его плеча, он вздрогнул и открыл глаза.

— Я освободила гамак, ложись и нормально поспи! — сказала ему.

Он зевнул и потянулся, продемонстрировав своё накачанное тело.

— Нет, я тоже встаю. Поплывём к шаманке, но после того, как я решу с отцом кое‑какие вопросы! — сообщил Рив, вставая с кресла. — И сними эту пижаму. Нежелательно, чтобы её мама увидела!

Парень сразу вышел из комнаты, а я поспешила переодеться и спрятала пижаму как можно дальше.

На этот раз я надела топ и шорты. Выйдя, я сразу столкнулась с Лилией. Она оглядела меня с ног до головы и просто прошла мимо.

Если честно, я думала, что она пожелает мне доброго утра или спросит, как мне спалось, но она просто промолчала. Это странно и слишком настораживает.

Отца и Рива уже не было видно — видимо, они где‑то уединились, чтобы поговорить. Я пришла на кухню. Лилия вовсю что‑то готовила и на меня уже не обращала внимания.

— Доброе утро! Вам помочь? — начала я разговор, так как она продолжала молчать.

— Я составила график, и теперь ты должна выполнять свои обязанности по дому! Я не обязана тянуть всё хозяйство одна! Теперь ты будешь мне помогать, хватит тебя жалеть! — она даже не сказала в ответ ничего приличного, лишь упрекнула.

— Но я вчера была на тренировке, а потом…

— А мне неважно, что было потом! Ты должна совмещать всё, как я! Вертишь хвостом перед парнями, а я тут работаю за двоих. Имей совесть и начинай уже мне помогать! — повышенным тоном говорила женщина, а её движения были резкими, будто она злилась.

— Хорошо, вы мне скажите, что я сегодня должна сделать! — решила сделать вид, что не замечаю её нервозного состояния.

— Сейчас мы позавтракаем, вымой посуду, потом натаскай в эту кадку воды, полную! — женщина указала на огромную бочку, которая стояла на кухне. — Затем приберись на кухне, хорошо вымой пол и окна!

У меня открылся рот. Особенно удивил тот факт, что я должна таскать воду в кадку, когда здесь есть маг воды — ей это легче будет сделать при помощи водных духов. Я только хотела открыть рот, чтобы ей это сообщить, как тут вернулись Рив и отец. Они выглядели хмурыми и задумчивыми.

— Аква, сегодня мы поплывём к шаманке! Так что сейчас позавтракаем и сразу отправимся! Лилия, милая, готов завтрак? — сообщил отец мне, а затем, обняв жену, заговорил с ней.

— Ещё пять минут и готово, но я запрещаю тебе забирать Акву. Она мне нужна для помощи по хозяйству! Пока не выполнит то, что я велела, никуда не пойдёт! — заявила Лилия и, подав мне тарелки, велела: — Пойди и расставь посуду по столу.

Глава 12

Если честно, увидев шаманку, испытала небольшой шок. Её лицо и даже глаза были покрыты татуировками — замысловатыми узорами, напоминающими древние руны. Руки до локтей и ноги до колен тоже украшали эти символы, будто написанные на непонятном языке. Они переплетались между собой, создавая жутковатый орнамент, который словно пульсировал в такт дыханию шаманки. От одного взгляда на эти знаки по спине пробежал холодок.

— Проходите. Но только без неё! — резко бросила шаманка, указав на меня пальцем. Её голос звучал хрипло, как скрип старого дерева. — Духи не рады этой девице! Пусть её имя связано с водой, но она не принадлежит нашей стихии! Есть разговор, вождь! — закончила она и, развернувшись, скрылась в хижине.

Папа повернулся ко мне и нежно провёл рукой по волосам.

— Ничего, дорогая моя, я попытаюсь уговорить шаманку задобрить духов! Нам от неё ничего не скрыть — она знает, что ты родилась в племени ледяных и что твоя мать тоже шаманка. Это от неё не скрыть, — сказал папа и зашёл следом за шаманкой.

Рив посмотрел на меня с сочувствием и последовал за вождём.

Я села на край пирса и стала болтать ногами в воде. Тёплые волны ласково касались ступней, но это не могло успокоить бурю внутри. Солнце светило ярко, отражаясь в воде тысячами бликов, а где‑то вдали слышался смех детей и крики чаек. Но для меня всё это казалось чужим, далёким.

Вдруг передо мной вынырнул Цив. Он нежно тёрся о мои ноги и что‑то булькал, будто пытался подбодрить. Я погладила его по голове и улыбнулась сквозь слёзы.

Видела проплывающих мимо жителей племени — они смотрели на меня, и некоторые даже здоровались, как будто знали. Я кивала им и приветливо улыбалась, но внутри всё сжималось от тревоги и боли. Также, присутствовало какое-то волнение, которое неприятно грызло нутро.

И тут моего плеча кто‑то коснулся. Я обернулась.

— Пошли, дочка, Лала согласилась принять тебя! Но пришлось задобрить духов и дать им моей крови, — сказал папа, и я заметила, что у него перебинтована рука.

— Что за жестокость? Мама никогда не жертвовала духам льда и снега кровь. Она так договаривалась! Папа, может, ну его, этот обряд? Смотри, меня и Цив любит! — я погладила карпа, и он булькнул от удовольствия.

— Нет, дочка, пошли! Я в норме. Лала взяла немного крови, и это мне не навредит, — попытался успокоить меня папа.

Но у меня была ещё одна причина, по которой я не хотела заходить в дом шаманки. Какое‑то внутреннее чутьё кричало об опасности — мышцы словно одеревенели, а ноги отказывались подчиняться. И дело было не только в шаманке. Нора обнимала Рива, и это причиняло мне дискомфорт. Я ревновала его к ней, хотя сама не понимала, почему это чувство так сильно меня терзает.

Собрав волю в кулак, я поднялась и медленно зашла в дом шаманки.

Внутри царила странная атмосфера. Воздух был густым, пропитанным ароматами тины и чего‑то ещё — терпкого, почти магического. Вдоль стен стояли шкафы с ингредиентами для зелий, а посередине комнаты возвышался котёл, под которым тлели угли. В нём кипела какая‑то вязкая жижа, испускающая клубы пара. Шаманка, не оборачиваясь, бросила в котёл щепотку чего-то похожего на соль, но сделала она это не для того, чтобы добавить вкуса жиже. А жидкость из-за ее действий, сразу зашипела и вспыхнула синим пламенем.

Я заметила и другие детали: в углу сушились связки водорослей и кораллов, на стене висели амулеты, а в дальнем конце виднелась маленькая кухонька. Наверху, вероятно, располагались спальни — там, где мать и дочь могли отдыхать.

Нора с Ривом сидели на диване. Девушка обнимала парня за шею, а он держал её за талию, слегка притягивая к себе. От этой картины внутри всё сжалось, а сердце болезненно застучало.

Внезапно шаманка резко приблизилась ко мне. Её глаза сверкнули, а татуировки на лице и руках начали светиться зловещим синим светом. Она шевелила губами в беззвучной речи, и я почувствовала, как мир вокруг поплыл. Голова закружилась, в ушах зазвенело, а перед глазами замелькали странные образы — ледяные пещеры, снежные бури, далёкие голоса…

Отец подхватил меня под руки — я покачивалась, готовая упасть. Рив резко отстранил Нору и оказался рядом. Его прикосновение словно вернуло меня в реальность — я прервала зрительный контакт с шаманкой и отступила назад.

Но она не отступала. Шагнула ко мне, продолжая шептать заклинания. Татуировки светились всё ярче, обжигая взгляд. Тошнота подступила к горлу, дыхание сбилось, а в груди разливалась острая боль.

— Прекратите! Я больше не могу! — выкрикнула я и бросилась прочь из хижины.

Выбежав на пирс, я нырнула в воду и поплыла куда глаза глядят. С каждым гребком становилось легче — будто невидимая сила, сковывавшая меня, ослабевала. Цив плыл рядом, как верный страж. Я схватилась за его плавник, чувствуя, как напряжение покидает тело.

Вдруг сзади раздался всплеск — кто‑то схватил меня за руку и остановил. Я обернулась и встретилась с хмурым взглядом Рива.

— Ты прервала обряд. А отец заплатил за это кровью. Немедленно вернись — надо продолжить! Духи воды не примут тебя, пока в твоём теле есть ледяная магия. Она так сильно въелась в твою душу, что не хочет покидать тебя! Лала должна вытравить её, поэтому тебе и было плохо, — строго проговорил парень.

— Я не хочу избавляться от этой магии! Если это так больно! Отпусти, я больше туда не вернусь! — крикнула я в истерике, пытаясь вырваться.

— Но если ты не избавишься от магии льда, духи воды тебя не примут! — продолжал он, сжимая мою руку.

— Ну и пусть! Я лучше останусь без карпа, чем без магии, которая досталась мне от мамы! Это тоненькая ниточка, связывающая меня с ней! — не выдержала я, и слёзы брызнули из глаз.

— Но Аква…

— Ты должен понять меня! Сам хранишь воспоминания об отце! Так не дай мне остаться без частички от мамы! — взмолилась я.

Рив замер, потом медленно разжал пальцы. Я почувствовала свободу.

— Ладно. Поплыву тогда и выясню, можно ли тебе получить одобрение духов, если не избавляться от магии льда, — произнёс он и направился обратно к хижине шаманки.

Глава 13

Хватило моей дыхалки ненадолго. Мы с карпом отплыли довольно далеко, но силы начали покидать меня. Я была сильно расстроена и до сих пор чувствовала недомогание после ритуала — тело будто налилось свинцом, а в висках стучала боль. Такое чувство, будто эта шаманка не пыталась усыпить магию льда, а буквально выдрать её из меня, оставив лишь пустую оболочку. Перед глазами до сих пор стояло её лицо — искажённое, с пульсирующими татуировками, от которых веяло холодом и угрозой.

— Аква… — вдруг услышала я своё имя и обернулась.

Ко мне на гребне волны несся Ваяс — его волосы развевались на ветру, а вокруг тела мерцала лёгкая голубая аура магии. Он выглядел таким сильным и уверенным, что на мгновение мне стало легче. Я даже улыбнулась — впервые за этот тяжёлый день.

— Привет! — поприветствовала я его, когда он приблизился и утихомирил свою магию. Волна под ним опала, и он оказался рядом.

— Привет! А что ты тут делаешь? Я смотрю, Цив совсем привязался к тебе — постоянно сопровождает везде и помогает! — с улыбкой проговорил Ваяс, погладив карпа по спине.

— Да, Цив — единственный, кто понимает меня! А остальные вечно хотят от меня большего… — с грустью выдохнула я, опустив взгляд.

— Ой, прости, я такой невежда и даже не заметил, что ты расстроена! Может, расскажешь, кто тебя обидел? Опять Рив? Я же вижу, что он…

— Нет, Рив ни при чём! Это ваша шаманка… Она отказалась помочь мне, — туманно объяснила я и тут же увидела, как нахмурились брови Ваяса. Его лицо стало жёстким, а аура вокруг него чуть дрогнула.

— А почему она отказалась? Какая причина? Неужели можно отказать приёмной дочери вождя, которая натерпелась от ледяных? Она совсем рехнулась? А ну, поплыли — я с ней поговорю! — взяв меня за руку, Ваяс потянул меня в сторону дома шаманки.

— Нет, не надо! Я не хочу туда возвращаться! — испугалась я и невольно прижалась к груди парня, ища в нём защиты.

— Ого, она, видимо, сильно тебя напугала… Ладно, я потом один к ней сплаваю! — Ваяс обнял меня и провёл рукой по волосам, его голос стал мягче.

— Не надо, там отец с Ривом с ней будут разбираться! А ты ведь на свидание со мной хотел сплавать? Так может, прямо сейчас его и начнём? Покажи, какие романтические места у вас тут есть? — я поспешила отвлечь его, чтобы он забыл про шаманку.

— Прости, Аква, сейчас я не могу — я плыл к маме, ей надо помочь в одном деле. Но вечером мы обязательно встретимся. Хорошо? Давай я тебя провожу до дома? — ответил он, и я не ожидала такого.

Мама — это святое, и я отстранилась от него.

— Нет, плыви к маме! Цив меня проводит. Не волнуйся.

— Аква, прости меня, пожалуйста! Я вижу, как ты расстроилась, но мне правда надо помочь маме! — попытался оправдаться парень и схватил меня за руку, прижав её к груди.

— Всё хорошо, я не обиделась! Плыви к маме, вечером увидимся! — я искренне улыбнулась, чтобы он успокоился.

— Тогда до вечера! — сказал он на прощание и снова оказался на гребне волны, которая унесла его прочь.

Цив подплыл ближе и подставил плавник. Но домой я не хотела — там Лилия, и с ней явно что‑то не так.

— Цив, лучше поплыли куда‑нибудь подальше. Покажи место, где можно спрятаться от всех! — попросила я карпа, и он будто понял меня.

Я задержала дыхание, и мы быстро поплыли в сторону пещер. Вода вокруг становилась темнее, а свет — приглушённее. По мере приближения к скалам тени удлинялись, создавая причудливые узоры на дне.

Оказавшись в пещере, мы вынырнули. Я погладила прилипшие к лицу волосы и поплыла к ближайшей суше. Выбравшись на берег, где желтел мягкий песок, я легла на него, чувствуя, как усталость берёт своё. Глаза закрылись сами собой, и я уснула.

Не знаю, сколько прошло времени, но вдруг я услышала голоса:

— Аква… Аквачка… Ты слышишь?

Я резко открыла глаза и села. Это было странно. А ещё я увидела на песке прямо подо мной снег — тонкую корку льда, покрывшую поверхность. Это моя магия, и она почему‑то активировалась. Я озиралась по сторонам, надеясь, что никто этого не заметил.

Цив резко вынырнул рядом, и я вздрогнула от неожиданности.

— О всемогущие духи, как же ты напугал меня! Ладно, хватит, поплыли отсюда! — я нырнула в воду и схватилась за плавник карпа. Он послушно потянул меня в сторону дома.

Снаружи пещеры уже темнело. Небо окрасилось в фиолетовые и синие тона, а первые звёзды начали мерцать над горизонтом. Я удивилась, что весь день проспала — и, скорей всего, Ваяс уже ищет меня. И не только он. Папа и Рив наверняка волнуются, и я должна быстрее найтись.

Я не ошиблась. Когда подплыла к пирсу возле дома вождя, меня там встретили трое мужчин — отец, Рив и Ваяс. Все они тут же принялись отчитывать меня. Но это было полбеды. Лилия была в бешенстве — её лицо покраснело, а руки дрожали от злости. Она опять весь дом драила одна. Поэтому на свидание с Ваясом плыть мне не разрешили и посадили под домашний арест.

Было очень грустно. Я ходила взад‑вперёд по комнате Рива, не зная, чем заняться. За окном темнело, и первые капли дождя начали стучать по крыше.

Вдруг дверь резко распахнулась — Рив буквально вломился ко мне и закрыл её за собой. Он подошёл и обнял меня, крепко прижав к своему мускулистому телу.

— Ты чего? — не поняла я его действий.

— Я ужасно волновался. Я даже уже хотел плыть в запретный лес. Я бы заглянул в пасть ко всем монстрам, которые там водятся. Ты так нас напугала! Больше не смей одна куда‑либо плавать! Ясно тебе? — выпалил парень, и я вдруг почувствовала, как тепло разливается по телу.

Неужели он волновался обо мне? Это было так приятно, что я невольно обняла его в ответ и положила голову на плечо. Рив напрягся и резко отстранился. Его глаза потемнели, а взгляд стал пронзительным — он изучал меня, будто видел впервые.

— Может, поплаваем? — вдруг предложил он и схватил меня за руку.

— Но меня же наказали! — напомнила я и пожала плечами.

— Сбежим через окно! — он подошёл к окну и открыл его. Затем щёлкнул пальцами — и столб воды поднялся прямо к подоконнику, образуя лестницу.