Багровый завет 2

Предыстория

В дальнем конце роскошного и величественного зала возвышался огромный черный трон. Его зубчатая поверхность напоминала скелет, сложенный из черепов и костей бесчисленных жертв. На этом троне восседал Повелитель Ночи. Его пронзительный и загадочный взгляд, казалось, проникал в самые глубины тьмы.

В зале стояла гнетущая тишина, которую никто из присутствующих не решался нарушить. Каждый из них чувствовал напряжение, сгустившееся в воздухе.

Повелитель мира Адие обладал внушительной фигурой. Он был одет во все черное. Рубашка была наполовину расстегнута, открывая вид на его обнаженную грудь, на которой висел массивный золотой медальон. Брюки обтягивали его широко расставленные ноги, подчеркивая мускулы бедер. Высокие сапоги завершали образ. А длинный черный плащ с пушистой меховой отделкой дополнял его и без того внушительный силуэт.

Он был наделен мужественными чертами лица, глубокими глазами и сильной линией подбородка. Его широкий лоб обрамляла густая грива взъерошенных волос, придавая ему несколько грубоватый вид. Черты лица были угловатыми и точеными, с легкой щетиной на подбородке. Губы были полными и выразительными.

Поставив локоть на подлокотник трона, Дхаа подпер голову рукой и безразлично смотрел на подданных. Со стороны могло показаться, что он спокоен, но на самом деле внутри древнего вампира бушевал шквал мыслей.

Он размышлял о девушке. Она была очаровательна: большие голубые глаза, словно ясное небо, в которых отражалось столько эмоций. Эта девушка была так похожа на его Каталину.

Тысячи лет назад его и весь народ прокляла ведьма, обрекая на вечные страдания. Она была его любимой женщиной, которую он предал из-за жажды власти, затмившей его разум.

Будучи королем, Дхаа мечтал стать правителем мира. И он достиг своей цели. Но какой ценой! Его мир стал темным, населенным демонами. На мирных жителей постоянно нападают иные существа, и покинуть этот мир он не имеет возможности. Это не та власть, о которой вампир мечтал.

Много столетий лицо любимой Каталины не давало покоя повелителю. Его искажала ненависть и злоба, а слова проклятия звучали над площадью подобно раскатам грома.

Когда юная девушка заглянула в глаза повелителя, в его груди вспыхнуло что-то знакомое, но давно забытое. В тот момент Дхаа подумал, что судьба подарила ему шанс исправить ошибку и эта девочка послана, чтобы снять с них проклятье.

Однако правда оказалась гораздо печальнее, и теперь он вновь готовился ее потерять. В первый раз из-за своей жадности, а во второй — из-за глупости сына. Кьяран, младший сын повелителя, обязательно понесет наказание за то, что не рассказал о своих планах и привел человеческую девушку в темный мир.

Дверь в тронный зал распахнулась, и на пороге появился Кьяран с ребенком на руках. Молодой вампир был невероятно привлекателен: его черные волосы, небрежно спадающие на лоб, обрамляли пронзительные карие глаза.

Тонкие губы Кьярана были сжаты в твердую линию, отражая его серьезный и решительный характер. Сильный и угловатый подбородок придавал ему дерзкий и мужественный облик. Его атлетическое телосложение подчеркивали обтягивающие брюки и белая рубашка, воротник которой был расстегнут на пару верхних пуговиц.

Кьяран подошел к трону и склонил голову.

— Мой повелитель, прошу вас наречь моего сына именем, — произнес он с глубокой признательностью.

Молодой вампир держал наследника с большой осторожностью, стараясь не причинить ему вреда. Крошечный малыш, чьи глаза были голубыми, как ясное небо, с любопытством разглядывал окружающий мир. Его пухлые губки то кривились, словно он вот-вот расплачется, то выпускали пузыри слюней.

Повелитель мира Адие, поднявшись с трона, неторопливо спустился вниз. Подойдя к Кьярану, он осторожно принял младенца из его рук. Вглядываясь в это милое личико, Дхаа задумался о том, как бы выглядел ребенок его и Каталины, если бы он тогда не отдал приказ их сжечь.

— Варас, — пронесся по залу голос повелителя темного мира. И он подал знак.

Вперед вышла вампирша, и Кьяран узнал в ней наложницу отца.

— Отвечаешь за него головой! — тихо произнес Дхаа. Тон, которым он это сказал, мог бы обратить в пепел любого.

Женщина бережно взяла на руки ребенка и поспешила скрыться за едва заметной дверью, которая находилась неподалеку от трона.

Дхаа, взглянув на младшего сына, приказал стоящим рядом воинам:

— Привести Камбиона!*

Голос повелителя звучал тихо и, казалось, спокойно, но Кьяран почему-то насторожился. Он не мог понять, что происходит и почему отец так странно себя ведет. И куда забрали его долгожданного наследника?

Кьяран хотел спросить, но понимал, что не имеет на это права. Не при посторонних. Сейчас перед ним был повелитель! Слова и действия повелителя не подлежат обсуждению.

Кьяран, погруженный в свои мысли, был внезапно отвлечен. В зал, поддерживаемая под руки, вошла Елена — его камбион, преданная спутница, которая служила ему верой и правдой уже более ста лет!

Когда девушку отпустили перед повелителем, она рухнула на колени, уткнувшись лбом в пол. Кьяран вздрогнул. По этой позе он понял, что Елена совершила что-то ужасное, и это может привести к ее гибели.

Глава 1

Пять лет спустя.

Я с осторожностью оглядела комнату, как только оказалась в ней. Спальня была скромных размеров, с простой мебелью, которая говорила о спартанском образе жизни. Небольшая кровать была придвинута к одной из стен, ее постельное белье было чистым, но изношенным. В углу стоял небольшой шкаф, его деревянные панели уже начинали показывать признаки износа. У противоположной стены стоял простой стол. Стены были лишены украшений, и комната в целом наводила на мысли о бедности и скромности.

Сердце бешено колотилось от страха, что меня застанут врасплох. Убедившись, что в комнате никого нет, я облегченно вздохнула и уже более спокойно направилась к столу, прижимая к груди книгу, словно самую большую драгоценность. Мои пальцы нежно скользили по шероховатой обложке старинного фолианта, и на губах заиграла улыбка при мысли о том, как я буду его изучать.

— Катя! — недовольный голос прозвучал в комнате как раскат грома.

Я вжала голову в плечи, а затем резко обернулась, спрятав книгу за спину. С замиранием сердца я наблюдала, как ко мне приближается привлекательный молодой человек.

Высокий, мускулистый, одет в белую рубашку и черные брюки. Его иссиня-черные волосы были в творческом беспорядке, а карие, почти желтые глаза смотрели на меня с осуждением и тревогой. Миловидные черты лица портило хмурое выражение.

Пока он приближался, я старалась как можно аккуратнее и незаметнее положить книгу на стол, к которому все же успела подойти. Это, конечно, не укрылось от его внимательного взгляда.

— Я же просил тебя не рисковать! Ты прекрасно знаешь, насколько это опасно для тебя! — с раздражением воскликнул он, остановившись в шаге от меня.

Я не смогла сдержать разочарованный вздох, виновато опустив глаза.

— Мы договорились, что в этот раз я пойду с тобой, но ты снова поступила по-своему! — продолжал он возмущаться, но уже не так громко.

— Ты был занят, а мне очень хотелось! Ну, не злись! Ты же знаешь, насколько там безопасно, никто не сможет меня обнаружить, — произнесла я и, подняв на него взгляд, едва заметно улыбнулась.

Он был единственным, кому я показала тайное крыло в библиотеке замка. Иногда мы приходили туда вдвоем. Однако чаще всего я бывала там одна, что вызывало у него сильное недовольство.

Он прикрыл глаза на мгновение, а когда открыл их, то посмотрел на меня уже спокойно.

— Ты хочешь свести меня с ума, — сказал он с легкой усталостью в голосе. — Ты же знаешь, на что мне пришлось пойти, чтобы ты могла спокойно жить. И я не хочу, чтобы из-за каких-то книг ты снова оказалась в руках правящей династии.

Улыбка мгновенно исчезла с моего лица.

Даже если бы я очень хотела, то не смогла бы забыть то, что пережила в прошлом. Обман, предательство и моя гибель — вот чем закончилась моя первая любовь.

После первой встречи с вампиром и потери подруги я мечтала о смерти. Когда она стала ближе, я поняла, что хочу жить. Но у меня не было шанса. Единственное, о чем я думала, когда умирала, — это месть.

Я пришла в себя в незнакомой комнате, которая была погружена в полумрак. Сначала я не могла понять, где нахожусь, пока воспоминания последних часов перед смертью не нахлынули на меня. Паника начала застилать разум. Я чувствовала, как задыхаюсь.

И тут я увидела его! Он оказался рядом, крепко прижал меня к себе и начал шептать что-то на ухо, нежно гладя по голове. Его успокаивающие слова помогли мне прийти в себя.

Не знаю, как мне удалось выжить. Но когда я успокоилась, то первое, что почувствовала, — это непреодолимое желание вернуться и отомстить. Я возненавидела всех, кто был хоть как-то причастен к моей смерти. Я хотела забрать то, что принадлежит мне. Сына!

— Я все прекрасно помню, — произнесла я с легкой хрипотцой в голосе, глядя ему в глаза. — И я действительно благодарна тебе за свою нынешнюю жизнь. Но тебе не стоит ни о чем беспокоиться. Я уже не та наивная девочка, которой была раньше. Браак, я твоя жена, и тебе не о чем переживать.

Только он был всегда рядом со мной. Он заботился обо мне и научил заново жить. И именно его разумные доводы стали для меня решающим аргументом, не позволившим вернуться в замок. Я осознала, какую ошибку чуть не совершила. Выступать против целой правящей семьи, будучи хрупкой девушкой, было бы равносильно самоубийству.

Мне хорошо известно, на какие жертвы пришлось пойти Брааку, чтобы я могла жить спокойно. Он отказался от жизни в столице, в роскошном замке, выбрав небольшой домик в маленьком городке на самой окраине земель Адие.

Брааку пришлось потратить много денег и сил, чтобы защитить наш дом и обеспечить безопасность от внезапного появления братьев. Хотя муж и утверждал, что никто о нем даже не вспомнит, все равно предпочел перестраховаться.

Не сразу, но я смогла довериться Брааку. Постепенно я отпустила прошлое и старалась жить настоящим, не задумываясь о будущем. Два года назад я решила ответить на его чувства. Я увидела, как он защищает меня и делает все возможное, чтобы я была счастлива, ничего не требуя взамен.

— Даже ради Вараса?

Я вздрогнула. Перед глазами возник образ моего сына. Его смешные черные кудряшки, пухлые губки и большие голубые глаза. Тогда ему был всего год, и я не боялась, что он может что-то рассказать обо мне. Сейчас же я появляюсь в его спальне, только когда он спит. Я могу прикоснуться к его шелковистым волосам или нежно погладить по щеке. Но даже эту малость я могу себе позволить лишь раз в несколько месяцев.

Глава 2

— Почитаешь, что здесь написано? — спросил Браак, указывая на фолиант, и отвлек меня от размышлений.

— Конечно, — ответила я с улыбкой и, присмотревшись к аккуратному почерку в нижнем углу обложки с внутренней стороны, нахмурилась. В груди возникло нехорошее предчувствие, а сердце болезненно сжалось.

— Тебя что-то беспокоит? — заметил Браак, уловив перемену моего настроения.

— Ее звали Каталина, — мой голос дрогнул.

— Кого? — не понял Браак, снова пытаясь что-то разглядеть на страницах.

— Ведьму.

— Но тебя явно не это беспокоит.

Браак, как всегда, прав. Имя ведьмы было необычным, но это не главное. То, что скрывается за ним, немного тревожит. Мне кажется, что повелитель не просто так назвал меня Каталиной.

— Я пока не могу точно ответить, что меня беспокоит, — негромко проговорила я. — Просто кое-что вспомнила и задумалась.

— Не хочешь рассказать?

— Когда повелитель впервые увидел меня, он назвал меня ее именем и посмотрел так, словно увидел призрак из прошлого, — произнесла я, продолжая хмурить брови. — Я пытаюсь понять, что это значит. Возможно ли, что я похожа на Каталину?

Я не смогла сдержать нервный смешок. Это было бы настоящим проклятием богов. Мало того что во мне проснулся дар ведьмы, так еще и внешность, как у бывшей возлюбленной повелителя.

Браак, почувствовав мое волнение, напрягся всем телом. Его хвост, который до этого нежно поглаживал мой живот, замер, словно ощутив настроение хозяина.

— Не стоит беспокоиться, даже если это правда, для нас ничего не изменится, — произнесла я, нежно касаясь щеки мужа. Я заставила его посмотреть на меня и, как только наши глаза встретились, ласково улыбнулась ему.

Я ощущала его страх.

Он боится, что я оставлю его. Выберу более роскошную жизнь с возможностью иногда видеть сына, а не скромную жизнь с ним. Это, конечно, глупо, но я его понимаю. Я много узнала из книг и хорошо представляю, кто такая истинная для суккуба.

Когда я выбрала не его, Браака спасло только то, что он полукровка. Иначе он бы не смог совладать со своей сущностью. И только богам известно, что тогда произошло бы.

— Ты не понимаешь, — произнес Браак. — Если повелитель пожелает…

— Перестань! — перебила я мужа, начиная сердиться. — Кьяран именно такими словами заманил меня в ваш мир! И я не заметила, чтобы повелитель был настолько кровожадным и страшным, как вы его пытаетесь описать. Нам не нужно на этом зацикливаться. Мы с тобой здесь, а повелитель и твои братья в столице.

— Но…

— Давай не будем портить этот чудесный день твоими родственниками? — предложила я, откладывая дневник Каталины в сторону. Потом прочитаю его. — Давай лучше займемся чем-то более приятным.

Мои руки коснулись обнаженной груди мужа, и я с жадностью начала изучать его тело. Взгляд Браака мгновенно изменился, а на губах появилась лукавая улыбка. Мгновение и я оказалась на спине, прижатая его телом к кровати.

— Что же ты со мной делаешь? — шепнул он, оставляя легкий поцелуй на моих губах.

— Я…

Меня прервал громкий и требовательный стук в дверь. Браак замер, нахмурившись, и я тоже прислушалась.

— Ваше темнейшество! — раздался взволнованный голос, кажется, старосты городка.

Судя по испуганному голосу мужчины, случилось нечто ужасное. Жители города старались не беспокоить нас без особой причины, зная, кем является Браак.

Мой муж с разочарованием вздохнул, понимая, что продолжение нашей близости отменяется. Он быстро скатился с меня, встал с кровати и стал торопливо одеваться, так как стук повторился.

— Оставайся здесь, — сказал Браак, прежде чем выйти из спальни.

Я тоже встала, неторопливо оделась и подошла к зеркалу, чтобы привести себя в порядок. С его гладкой поверхности на меня смотрела высокая, стройная и невероятно красивая шатенка.

Мне было нелегко привыкнуть к своему новому облику. Хотя в отражении все еще угадывались знакомые черты, девушка в зеркале была совсем не похожа на Катю — простую человеческую девушку, которая раньше казалась мне бесцветной. Сейчас же я ощущала себя яркой и живой.

Собрав волосы, я заплела их в косу и перекинула через плечо. В этот момент в спальню вернулся Браак. Я сразу заметила его беспокойство и нервозность. Почему-то в голову пришли самые страшные мысли.

— Что случилось? — встревоженно спросила я, посмотрев на мужа.

— Недалеко от города заметили иных, — ответил он.

Я судорожно вздохнула, осознав, почему он так встревожен. Хотя мне никогда не доводилось видеть иных воочию, из книг я знала, что их размеры в два-три раза превышают размеры вампира в обороте, а сила превосходит их в несколько раз. Один иной способен разорвать на части несколько десятков мирных жителей. Если же они нападут группой, от нашего городка не останется ни следа. Я также была знакома с последствиями действия яда, поскольку сталкивалась с ними лично.

— Я должен помочь разобраться с этой проблемой, — сказал Браак, нежно обнимая меня и целуя в висок. — Возможно, это займет некоторое время. Но я постараюсь вернуться как можно быстрее.

Глава 3

Я вздохнула с некоторым отчаянием, возможно, потому, что вспомнила, что Кьяран всегда добивается своего. Поэтому сейчас было бессмысленно спорить с ним. Пусть дождется целителя, убедится, что с Брааком все в порядке, и возвращается в свою столицу!

Мне совершенно непонятно, зачем он здесь! Хотя я действительно благодарна ему за помощь Брааку, но на этом все!

— Как только вы убедитесь, что Брааку ничего не угрожает, вы покинете мой дом! – сказала я, бросив на него недовольный взгляд.

Глаза вампира недобро блеснули. Похоже, ему не понравилось, что кто-то смеет ему указывать. И его следующие слова лишь подтвердили мои опасения:

— Вы хоть понимаете, с кем разговариваете?

— А есть разница? — я вопросительно подняла бровь и скрестила руки на груди, пытаясь защититься таким простым движением.

Несмотря на то что он проявлял открытое неуважение и всячески демонстрировал, что я для него ничтожество, внутри меня все же поселился страх, что Кьяран вспомнит меня.

— Я младший сын повелителя! Ты должна выказать мне уважение! — в голосе вампира послышались твердые нотки, сквозь которые прорывались рычащие звуки.

Я должна? Ему? Мне захотелось рассмеяться прямо в лицо вампира. Едва сдержала этот порыв. Как и следующий, потому что возжелала ответить Кьярану, что если здесь кто-то и должен, так это он!

— Ну, так-то я жена вашего брата, значит, тоже имею какой-то статус, — задумчиво произнесла я, заметив удивление, промелькнувшее в его глазах. — К тому же, будь передо мной сам повелитель, я бы обязательно оказала ему честь. А вы всего лишь сын… Даже не первый.

Глаза мужчины слегка сузились, а брови сошлись в напряженной гримасе. Костяшки пальцев побелели от напряжения, когда он сжал кулаки.

— Возможно, перед тобой будущий повелитель! — произнес он с угрозой в голосе. — Тебе стоит следить за своими словами, иначе...

— Тем не менее вы всего лишь третий сын, — раздраженно перебила его, покачав головой. — К тому же мы находимся далеко от столицы, где правящая династия не обращает внимания на простых подданных. И все ваши титулы здесь никому не нужны.

Его лицо исказилось в пугающей гримасе бешенства.

— Ты… — прорычал Кьяран с яростью в голосе.

Он резко рванулся в мою сторону. Если бы я была обычным человеком, то не заметила бы его движения и увидела бы вампира лишь тогда, когда он оказался рядом. Но сейчас я уже не совсем человек. И хотя я еще не до конца осознаю, кем стала, но все же приобрела некоторые навыки.

Я увидела приближение вампира и не стала ждать, пока он воплотит свои намерения. Возможно, он просто хотел напугать меня или даже придушить, чтобы у меня больше не возникало желания с ним спорить. Поэтому я просто сделала несколько шагов в сторону и обогнула Кьярана, оказавшись за его спиной.

— Прошу вас держать себя в руках, вы все же находитесь на моей территории! — сказала я спокойно.

Кьяран резко обернулся. Он стиснул челюсти и заскрежетал зубами, а его губы плотно сжались в тонкую линию.

— Оставим разговоры на следующий раз, позвольте мне встретить целителя, которого вы сами и пригласили, — сказала я, игнорируя злобный взгляд вампира, и направилась к двери, в которую тут же нетерпеливо постучали.

Я открыла дверь, чтобы впустить Орвиза в дом. Он вошел, недовольно бормоча что-то себе под нос.

— Каталина, что могло случиться такого, с чем ты не смогла бы справиться? — спросил он, переминаясь с ноги на ногу.

От своего нового имени недовольно скривилась.

Когда я пришла в себя, Браак рассказал мне, что произошло. Он сообщил о том, как в его доме внезапно появилось мое бездыханное тело. Браак был готов сжечь меня на костре, чтобы упокоить, но в этот момент он уловил что-то непонятное и неуловимое в моем теле. Тогда в его голове созрел план.

Я не стала спрашивать, где он взял тело, чтобы сжечь его на глазах у братьев. Меня интересовал только один вопрос: поверили ли они, что в огне сгорела я? Браак ответил, что они не проявили особого интереса ко мне. Они просто постояли перед костром и исчезли. А он с моим все еще бездыханным телом отправился в этот городок, подальше от родственников.

Браак купил и укрепил дом, чтобы никто не мог войти без его ведома, и стал ждать. Он рассказал, как ему было страшно и одновременно интересно наблюдать за тем, что происходит со мной. Осознание того, что я чудом осталась жива, отгоняло от него все тревожные мысли.

Муж признался, что переживал, ведь он впервые сталкивался с подобным и не знал, чего ожидать. Но когда я пришла в себя и с живым и ясным взглядом посмотрела на него, узнав, он с облегчением выдохнул.

После этого Браак рассказал мне историю, которую он придумал для местных, чтобы в будущем не возникло никаких проблем. Для жителей города и любопытных я теперь Каталина, жена Браака.

Браак предложил мне сменить имя, чтобы начать новую жизнь с чистого листа. Я была не против. В тот момент в моей памяти всплыло имя, которым ко мне обращался повелитель. Оно было созвучно с моим настоящим именем. Однако Браак все равно называет меня моим земным именем, когда мы остаемся одни.

— Прошу прощения, Орвиз, — произнесла я с некоторой долей вины в голосе, но довольно строго. — Пока я занималась ранами мужа, один особо впечатлительный вампир отправил за вами, не удостоверившись, что жизни моего супруга уже ничего не угрожает.

Глава 4

— Нам и здесь хорошо, — ответил Кьяран с легкой надменностью, заставив меня бросить на него раздраженный взгляд. — А тебе не помешало бы вспомнить о гостеприимстве и проявить хотя бы немного уважения к братьям твоего мужа.

С этими словами он прошел и уселся в кресло, откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу. Всем своим видом он давал понять, что не собирается сдвигаться с места. Мне даже показалось, что он смотрит на меня свысока, как на букашку, которую не жаль раздавить. Хотя почему показалось? Ему было бы не сложно сделать это.

— За все время, что я живу с Брааком, он ни разу не упомянул о своей семье. Да и она, похоже, не вспоминала о нем до этого дня, — с сарказмом заметил я. — Поэтому я не могу быть уверена, что вы действительно братья. Что-то нет в вас сходства. Так что я прошу вас покинуть мой дом. И пока мой муж не придет в себя, я не желаю никого здесь видеть.

После моих слов глаза Эшриала расширились. Он явно не ожидал, что его и Кьярана попробуют выставить за дверь. Именно попробуют, потому что мои слова никто не воспринял всерьез. Их просто проигнорировали!

— Нам придется забрать Браака домой в таком состоянии, — сказал Кьяран, обращаясь к Эшриалу. — Целитель осмотрел его, и кроме яда на теле брата нет других повреждений.

И ни слова о том, что я его вылечила! Вот же негодяй! И делает вид, будто это он оказал Брааку первую помощь!

Что он сказал? Забрать Браака?

— Придется, — со вздохом ответил Эшриал. — Но какой смысл? Он долго не проживет.

Мои брови удивленно поползли вверх. Они сейчас точно говорят о брате? Что-то мало верится!

— Это уже не наши проблемы, — бросил Кьяран. — Отец приказал найти и вернуть его домой. О том, в каком состоянии он будет, речи не было.

После услышанного я больше не могла сдерживать эмоции, которые так и рвались наружу. Я действительно старалась быть спокойной. Но не дай Темнейший, чтобы мне не захотелось придушить одного из братьев или обоих сразу.

— Я не позволю вам забрать Браака! — произнесла я, с трудом сдерживая рычание.

— Приказы повелителя не обсуждаются, — бросил Кьярн, отмахнувшись от меня, как от назойливой мошки. Затем он обратился к Эшриалу: — Нужно придумать способ доставить его в замок. Гранью здесь воспользоваться не получится. А трогать его… Мы рискуем доставить повелителю его труп.

— И то верно, — согласился средний брат, присаживаясь на диван и о чем-то задумавшись.

Видимо, они действительно собираются найти способ, чтобы забрать Браака в замок. Я не вижу в этом ничего плохого. И даже не стала бы противиться, ведь уверена, что он сразу же вернулся бы, как только пришел бы в себя. Но в его состоянии…

Отпускать мужа в замок — все равно что отправлять на верную смерть. Я знаю, что там никто даже не попытается спасти его. Он будет медленно выгорать изнутри, в мучениях ожидая своей смерти. Ведь от яда иного еще никому не удавалось выжить.

Никому, кроме Кьярана! Причем дважды!

Я прищурила глаза, глядя на бывшего с нескрываемой неприязнью. Надменный, наглый и бесчувственный. Что в нем могло мне понравиться? Я даже не могу сказать, была ли я счастлива рядом с ним. А вот с Брааком…

Они действительно думают, что я буду просто стоять в стороне?

— Значит, вы не собираетесь уходить? — спросила я на всякий случай.

— Тебе придется немного потерпеть нас. Как только мы решим, как будет безопасно забрать отсюда Браака, сразу же уйдем, — сказал Кьярна, даже не взглянув на меня.

— Ну что ж, я пыталась быть вежливой, — проворчала я.

Мне не нравится тратить на них время. Лучше бы я провела его рядом с Брааком или помогла Орвизу в целительской.

Я понимаю, что Брааку не понравится то, что я собираюсь сделать. Но у меня действительно нет времени пререкаться с теми, кто не уважает мое мнение!

Я подошла к Кьярану и, прежде чем положить руку ему на плечо, с вежливой улыбкой произнесла:

— Прошу прощения.

— За что? — спросил он, нахмурившись.

Но в этот момент мы оказались на улице, благодаря моему маленькому помощнику. Я даже рада, что кулон остался со мной, пусть и таким необычным способом.

Темнейшество, потеряв равновесие, удивленно вскрикнул и чуть не упал на землю. Лишь благодаря своей вампирской скорости и реакции Кьяран сумел быстро прийти в себя и вскочить на ноги.

Я разочарованно вздохнула. Мне так хотелось увидеть вампира у своих ног. Когда-то я обещала себе, что заставлю его ползать у моих ног и молить о прощении. Когда Браак узнал об этом, он взял с меня слово, что я не буду специально искать встречи с Кьяраном. Это мне больше всего нравится в муже. Он не отговаривает меня и не пытается добиться прощения его семьи. Браак переживает за меня и хочет, чтобы я держалась подальше от правящей династии. И я действительно дала ему слово, что не стану искать с бывшим встречи ради мести.

— Что за?.. — возмутился он, осматриваясь и тут же нахмурившись.

— Я заранее извинилась, — произнесла я и таким же способом вернулась в дом, где обнаружила Эшриала у окна.

Глава 5

После того как вылечила мужчину, я оставила небольшую рану на его боку и перевязала её, чтобы всё выглядело естественно. Мне не хотелось, чтобы в благодарность за спасение меня сожгли на костре, как ведьму.

Поднявшись, я подошла к женщине и, коснувшись её плеча, привлекла к себе внимание.

— С вашим мужем всё будет хорошо, — сказала я. — А теперь давайте я осмотрю вас.

Как только я закончила осмотр женщины и ребенка, рядом появился Орвиз. Он грубо схватил меня за локоть и потащил в дом.

Мы закрылись в небольшой каморке, где целитель хранит свои лекарственные травы и мази.

— Каталина, что ты творишь?! — злобно прошипел старик мне в лицо.

— А что я должна была сделать? Спокойно наблюдать, как он умирает?

Я глубоко и с лёгкой долей разочарования вздохнула. Я знала, что старик будет недоволен, но всё равно поступила по-своему.

— Да! — коротко бросил старик.

— Глупости! — раздраженно фыркнула я. — Разве можно пройти мимо того, кто нуждается в помощи? Если бы не я…

Я не могу понять, почему Орвиз так возмущён. Ведь он целитель и должен быть благодарен за каждую спасенную жизнь.

Старик продолжал негодовать:

— Если он узнает, кто ты, мужику будет всё равно, что ты спасла ему жизнь!

— Я всё равно бы так поступила, даже если бы знала, чем это может закончиться! Я не могу игнорировать нуждающихся, и если могу помочь, то обязательно помогу! — упрямо повторила я, гордо подняв подбородок.

Конечно, мне страшно, но я не могу пройти мимо умирающего человека, особенно если могу ему помочь. Совесть не позволит мне спокойно спать, если я не сделаю этого.

— Такая храбрая, да? Смерти не боишься? — с явной насмешкой в голосе произнес старик. — Тогда подумай о своём муже и обо мне, о моей семье. Себя не жалеешь, так пожалей хотя бы нас!

Больше не сказав ни слова, старик вышел из каморки, оставив меня в полном недоумении.

Хотя слова старика и были грубыми, он прав. Я больше не одна в этом мире и не должна забывать о Брааке, ведь кроме меня ему никто не сможет помочь.

Выйдя на улицу в каком-то заторможенном состоянии, я принялась за оказание помощи. Я осматривала жителей и, если рана была несерьезной, обрабатывала и давала четкие указания, как за ней следить. Если же что-то серьезное, отправляла к целителю.

Несколько раз я возвращалась домой, чтобы проверить Браака. Он по-прежнему находился в царстве морфея, и это было вполне ожидаемо. Если вспомнить, в каком состоянии был Кьяран, когда был под действием яда иных.

Ближе к ночи я почувствовала на себе чей-то взгляд. Он был тяжелым и словно прожигал насквозь, пытаясь прорваться сквозь мою защиту. Но сколько бы я ни оглядывалась, никого не могла увидеть.

Только после полуночи я смогла освободиться. На улице почти не осталось раненых, лишь самые тяжёлые из них терпеливо ждали, когда их осмотрит целитель.

Во мне кипело желание забыть о предупреждениях старика и помочь им. Однако странный взгляд из темноты, который словно следил за каждым моим шагом, останавливал меня от этого опрометчивого шага.

Передернув плечами, я еще раз посмотрела туда, откуда, как мне казалось, пристальный взгляд провожал каждый мой шаг. Но, как и прежде, я увидела лишь тьму.

Войдя в целительскую, я окинула ее беглым взглядом и остановилась на старике.

— Я со своей работой справилась. Пожалуй, на этом я вас оставлю, — сказала я.

Орвиз утвердительно кивнул, соглашаясь с моим решением.

Выйдя из целительской, я свернула за угол и оказалась в переулке. Но не успела я пройти и нескольких шагов, чтобы переместиться, как на меня напали и с силой прижали к стене, выбив из легких воздух.

— Думаешь, сможешь жить спокойно после того, что сделала? — прорычал Кьяран, заглядывая мне под капюшон.

Я лишь фыркнула, чувствуя себя в безопасности в его руках. Я осознавала, что убить меня ему будет непросто, ведь я сама вампир. Не зря я так много изучала информацию о жизни вампиров в прошлом. Сейчас эти знания были мне очень полезны.

— И что же я такого ужасного сделала, что ты решил напасть на меня? — с усмешкой спросила я.

В темноте переулка наши фигуры были скрыты от посторонних глаз, но я все равно хорошо видела. И реакция вампира на мои слова лишь развеселила меня.

— Ты! — зарычал он, и его рука на моей шее сжалась сильнее. Однако я не испугалась. Я больше не хрупкая девушка, и задушить меня ему будет не так-то просто. — Я могу казнить тебя лишь за одно твое неуважение ко мне.

— Чего же ты ждешь? — с улыбкой произнесла я. — Моя жизнь в твоих руках. Действуй!

Кьяран тихо выругался на незнакомом языке и чуть не сплюнул на землю, что снова вызвало у меня улыбку. Прищурив глаза, он склонил голову набок, разглядывая меня с каким-то странным выражением лица.

— Эшриал прав, ты похожа на нее, но ты не она, — произнес он. — Она была живой, умела чувствовать, а ты пустышка.

Мои брови поползли вверх. Было странно слышать такие слова от Кьярана. Ведь я отчетливо уловила в его голосе грусть, когда он говорил о ней. Ну, точнее обо мне в прошедшем времени.

Глава 6

Видя мой озадаченный вид, Эшриал продолжил, словно пытаясь защитить правителя:

— Не думай, отец не бросит остальных. Просто хочет для начала защитить свою семью.

Я усмехнулась, не веря в это, но ничего не сказала. Сейчас было не до этого. Мне нужно было подумать, как действовать дальше.

— Если я не буду сопротивляться, как Кьяран с Даахом со мной поступят? Я смогу остаться рядом с Брааком? — задала я самый главный вопрос.

— Вряд ли, — покачал он головой. — Скорее всего, тебя поселят в самом дальнем крыле замка и приставят охрану. Сама понимаешь, держать взаперти вампира, который может в любой момент воспользоваться Гранью, бессмысленно. Как только подтвердится твоя личность… Черт, я даже не знаю, что будет тогда. Ты же должна была умереть пять лет назад. Я сам был в шоке, когда увидел тебя. Как остальные отреагируют на правду, не могу даже предположить.

Я недовольно скривилась. Можно предполагать все что угодно, когда все узнают, кто я такая.

— Правильно я поняла, что Кьяран считает, что я не могу быть Катей? — спросила я, на что получила утвердительный кивок от Эшриала. — Кто еще знает обо мне?

— Никто, — ответил он. — Я не стал никому рассказывать. Раз ты не пожелала вернуться в замок даже ради сына, значит, у тебя есть на это причины. К тому же, после того, что тебе пришлось пережить, ты имеешь полное право ненавидеть нас.

Я с подозрением взглянула на Эшриала. Когда он стал настолько проницательным? Кажется, он все понимает и даже не осуждает меня. Как странно! Но с этим я разберусь позже. Сейчас меня волновал другой, не менее важный вопрос, который я задала вампиру:

— Когда Кьяран собирается отправиться за Брааком?

— Так уже, — ответил он, словно только сейчас вспомнив о самом главном.

— И ты молчал? — недовольно воскликнула я и, не теряя ни секунды, переместилась домой.

Внезапно я ощутила толчок, который отозвался в теле неприятной ноющей болью. Я подбежала к окну и увидела перед домом фигуру в черном плаще.

Судя по росту и широким плечам, это был мужчина. Вероятно, тот самый маг, о котором говорил Эшриал. За спиной мага я заметила нескольких вампиров-стражников, одетых в одинаковую одежду серого цвета с какими-то нашивками. Кьярана я не увидела.

Толчок повторился, и я поняла, что ждать больше нет смысла. Наша с Брааком защита не выстоит долго под натиском мага. Пытаясь создать тихое местечко, никто из нас не предполагал, что кто-то будет специально пробиваться сквозь защиту.

Я заметалась по дому. Бежать мне было некуда, но и спокойно сидеть и ждать подготовленную мне участь я не собиралась. Схватив плащ, я накинула его на себя. Заскочив в комнату, я замерла на пороге.

Браак все так же лежал на кровати, находясь то ли во сне, то ли в бессознательном состоянии. На мгновение мне показалось, что я не смогу его оставить. Однако я быстро прогнала эти мысли. Я понимала, что, если останусь рядом, ничем не смогу помочь ему.

Я почувствовала новый толчок, который отозвался в моем теле неприятной болью, и поняла, что теряю время. Я поспешила к столу и, открыв ящик, достала ведьмин дневник. Я не могу допустить, чтобы он попал в чужие руки, пока сама его не изучу.

Затем я бросилась к Брааку и, в очередной раз дав ему выпить своей крови, понадеялась, что это даст ему немного времени, пока я не найду способ помочь.

Толчок повторился, и я ощутила, как защита лопнула, словно мыльный пузырь. Дверь в дом распахнулась, и я услышала громкие тяжелые шаги. Наклонившись к мужу, я услышала, как собственное сердце бешено колотится в груди от волнения и страха за него.

За эти годы я привыкла к Брааку. Мы никогда не расставались, а теперь мне нужно отпустить его. И я не знаю, сможем ли мы снова увидеться. Я, конечно, не прекращу попытки найти способ спасти мужа, но смогу ли я пробраться к нему в замке?

— Мне придется тебя оставить, — тихо прошептала я, обращаясь к мужу, и заметила, как его брови едва заметно нахмурились. Значит, он меня слышит! — Но ты не переживай, я сделаю все, чтобы ты выжил. Главное, не сдавайся. С остальным разберемся после.

Наклонившись, я оставила на его губах легкий поцелуй, словно заранее прощаясь. В этот момент в дверном проеме появился маг.

Я резко повернула голову в его сторону, замечая, что из-под капюшона выглядывает обезображенное лицо существа. Он что-то прошептал, выставляя в мою сторону руки, но я лишь хищно улыбнулась, ощущая, как сила мага впитывается в меня, приятно будоража тело.

Глаза мага увеличились от непонимания и осознания, что его магия на меня действует не так, как должна.

Я фыркнула и, поднявшись, прижала к груди старинный фолиант. Когда существо заметило книгу в моих руках, его глаза стали еще больше. А я думала, что больше уже некуда.

— Прошу вас присмотреть за моим мужем, — тихо обратилась я к магу.

Когда за его спиной появились стражи, я исчезла из комнаты.

Не стала далеко перемещаться, появившись на противоположной стороне улицы в переулке, откуда наблюдала за тем, что происходит в доме.

Сердце сжималось от боли и сожаления. Наш с Брааком тихий мирок был безжалостно разрушен. И больше у нас не получится построить новый. Ни в этом мире, ни в другом.

Глава 7

Разочарование? Обида? Боль? Нет, этого не может быть! Вампиры не способны на такие чувства.

— Не беспокойся, я найду свое место…

— Твое место здесь, в замке! — прорычал он, прерывая меня.

Я хотела возразить, но в этот момент на меня налетело что-то сильное, оторвало от пола и сжало в крепких объятиях. На мгновение я опешила от неожиданности и начала вырываться, пока не услышала тихо произнесенное мое имя:

— Катя…

Немного успокоившись, я осмотрелась. Я находилась в сильных руках Ахаелла, который прижимал меня к своему мощному телу, уткнувшись лицом мне в шею.

— Ахаелл? — тихо позвал брата Эшриал.

Но вампир как-то странно отреагировал на зов брата. Зарычав что-то неразборчивое, Ахаелл отвернулся к нему спиной, сжимая меня в своих объятиях все сильнее.

Я была шокирована его поведением. Никогда раньше вампир не позволял себе ничего подобного. Он мог лишь слегка прикоснуться к моей руке во время разговора. Или, кажется, однажды утешал меня, когда я не выдержала и расплакалась. Но на этом все.

— Отпусти меня, — попросила я, понимая, что еще немного и он меня раздавит. Хотя это было маловероятно, но находиться в объятиях вампира мне было некомфортно.

Ахаелл напрягся, не торопясь выполнять мою просьбу. Но спустя несколько долгих минут он нехотя опустил меня на пол и разжал руки, позволяя мне отойти.

Я подняла голову, чтобы взглянуть на старшего сына правителя. Мне показалось, что он неуловимо изменился. Его взгляд стал другим, более живым.

Я мотнула головой, не понимая, что происходит. Разве такое возможно? Я думала, что изменения, которые я заметила в Эшриале, были лишь иллюзией. Но теперь я уверена, что и его брат стал другим. Не могу точно сказать, что именно в них изменилось, но они словно стали более человечными.

— Бред, — фыркнула я, отворачиваясь от Ахаелла и намереваясь вернуться к разговору с Эшриалом.

Однако мне не дали этого сделать. Я почувствовала крепкую хватку на своей руке чуть выше локтя и, подняв голову, в очередной раз взглянула на Ахаелла.

По его недовольному выражению лица я поняла, что вампир не может меня рассмотреть. В то же время я прекрасно его вижу, скрываясь от окружающего мира в глубоком капюшоне.

— Не хочешь ничего объяснить? — спросил Ахаелл.

— А должна? — спросила и попыталась выдернуть руку, но он не отпустил.

Вампир приподнял руку и попытался скинуть с меня капюшон.

— Нет! — сказала я и отодвинулась от него, наблюдая, как его рука повисла в воздухе.

Я не хочу, чтобы он прочитал меня! Прекрасно помню, как легко ему это удавалось в прошлом. В моих воспоминаниях есть то, что я бы даже ему не хотела показывать.

Пока мне удается избегать контакта с кожей благодаря длинным рукавам плаща. Но спрятать от него взгляд у меня не получится.

— Почему? — удивился он. — Ты изменилась?

— О да, брат! — протянул Эшриал, напоминая о себе. — Теперь она просто красавица! Но это еще не все, — он сделал театральную паузу и добавил: — Катя стала вампиром! А ее способности…

Он не договорил, потому что я резко посмотрела на него, недобрым взглядом обещая расправиться с ним самым ужасным способом, если он не замолчит.

Словно в порыве гнева, Ахаелл резко сорвал с меня капюшон и замер, вглядываясь в мое лицо.

Ахаелл с жадностью вглядывался в мое лицо, а затем заглянул в глаза, и мне показалось, что время остановилось. Я с шумом втянула воздух, читая в его взгляде эмоции, которых там быть не должно!

Он смотрел на меня со смесью радости и ностальгии, словно не мог поверить, что я действительно стою перед ним. Его взгляд был нежен и сосредоточен, как будто он пытался запомнить каждую деталь моих черт.

Губы его слегка подергивались в тайной улыбке, выдавая глубину его чувств. Было очевидно, что он очень скучал и наша встреча — это драгоценный момент, которого он так долго ждал.

Однако я не чувствовала ничего подобного. Наша встреча лишь всколыхнула прошлое, от которого я так старательно пряталась.

— Ты изменилась, — негромко произнес он и попытался прикоснуться к моей щеке, словно желая убедиться, что я настоящая. Но я отступила, не желая этого прикосновения.

— Я же говорил, что она красавица! — сказал Эшриал, подходя ближе, а затем добавил: — Но она не такая, какой ты ее помнишь.

Взгляд Ахаелла изменился. Он стал хмурым и раздражительным. Он вновь заглянул мне в глаза, пытаясь что-то там разглядеть. Видимо, он хотел прочесть меня. Но я была против этого!

Резким движением руки я снова надела капюшон, скрываясь от внимательных взглядов братьев. Мне даже дышать стало легче.

— Как странно, я не могу тебя прочесть, — произнес Ахаелл, заставляя меня посмотреть на него. — Ты всегда была для меня открытой книгой. Я мог видеть, через что ты прошла, и чувствовать твои эмоции. А сейчас ты словно…

Я подняла голову и посмотрела на вампира из-под капюшона.

— Оболочка? — с усмешкой предположила я, вспомнив слова Браака. — А чего ты ожидал? Что после того, как я умерла, буду продолжать беззаботно радоваться жизни?

Глава 8

У меня не поворачивается язык назвать ее женщиной.

— Хорошо, — сказала я, подходя к ней.

— Как тебя зовут? — спросила я, осознав, что без этого нам не обойтись.

— Дани.

— Дай руку, — произнесла я почти приказным тоном, когда девушка назвала свое имя.

Она словно еще сомневалась, но все же протянула ее. Я полоснула по ее ладони, отчего девушка вскрикнула.

— Повторяй за мной, — произнесла я, посмотрев ей в глаза. — Я идущими древними путями и своим естеством клянусь следовать этой клятве без сомнений и страха. Я отдаю свою кровь, свою жизненную силу, свою сущность в залог того, что никогда и ни при каких обстоятельствах не расскажу о том, что увижу в этих стенах. Мое слово, данное в крови и духе, истинно.

Как только клятва слетела с уст девушки, я с одобрением кивнула и, не мешкая, исцелила ее рану. Затем, потеряв интерес к ней, я отвернулась, полностью сосредоточившись на девочке.

Я склонилась над малышкой, прижав руку к ее хрупкому телу. Закрыв глаза, я прислушалась к ее состоянию. Мои брови нахмурились, когда я поняла, что не могу определить, что происходит с ребенком. Ее симптомы не были похожи ни на одну известную мне хворь, а я успела изучить немало недугов, спасибо вредному старику.

— Не понимаю, – пробормотала я, продолжая хмуриться.

— Что? — раздался тихий голос за моей спиной. — Что с моей сестренкой?

Я распахнула глаза и обернулась, чтобы посмотреть на девушку.

— Сестренкой? — повторила я, словно не расслышала.

И почему я решила, что она мать девочки? Ведь я видела, что Дани выглядит слишком молодо.

— Подойди, — приказала я.

Как только Дани подошла, я прикоснулась к ней и закрыла глаза, прислушиваясь к силе, которая текла в ее жилах. Наконец я поняла, что именно меня смущало. В девушке я ощущала сущность. Не могу сказать, какую именно, но отголоски ее силы отвечали мне. А у малышки…

— У твоей сестры две сущности, и каждая из них пытается взять верх. Маленькое тельце ребенка не может справиться с отголосками этого противостояния, — сказала я, отпустив Дани и вернувшись к ребенку.

— Но разве такое возможно? — дрогнул голос девушки.

— Кто знает. Я говорю то, что вижу, — недовольно прорычала я.

— И что теперь с ней… будет? — запнувшись, спросила Дани.

— Если ей не помочь, она умрет, — коротко ответила я.

— Ч-что? — выдохнула она, пошатнувшись.

Мне не следовало быть настолько суровой, но у меня не было времени на ее слезы и объяснения. Необходимо было действовать.

— Я могу усыпить одну из сущностей. Лучше было бы ее и вовсе убить, но ни я, ни ты не имеем права решать за девочку. Этот выбор она должна сделать сама. Но учитывая ее возраст… Возможно, когда она вырастет, то сможет справиться с обеими, — я вздохнула, осознавая, что времени остается не так много. — Решай быстрее! Согласна?

— Д-да, — произнесла она.

Как только она дала ответ, я вновь потеряла к ней интерес.

Время тянулось медленно, словно я потеряла связь с реальностью. Мои действия казались мне автоматическими, а разум был словно под властью магии. Память подсказывала мне нужные заклинания, и мои руки, словно бабочки, порхали над ребенком, прикасаясь к его ручкам, ножкам и даже к светлой головке.

Я чувствовала, как силы покидают меня, как слабость охватывает ноги и дрожь пробегает по рукам. Но я не останавливалась, понимая, что не имею права прерывать то, что делаю.

В голове не было ни одной лишней мысли. Хотя в глубине души появилось какое-то неприятное ощущение, я осознавала, что происходит что-то неладное, но решила подумать об этом позже.

Убрав руки от девочки, я выпрямилась, сделала глубокий вдох и на мгновение прикрыла глаза, ожидая, когда слабость немного отступит. Открыв глаза, я осмотрелась и заметила табурет у стены.

Пошатываясь на слабых ногах, я подошла к нему и почти рухнула на сиденье. Облокотившись на стену, я слегка запрокинула голову и вновь прикрыла глаза, давая себе немного времени, чтобы отдохнуть.

В небольшой комнате царила тишина. Я слышала тихое размеренное дыхание малышки, прерывистые вздохи ее старшей сестры и шум на улице. Девушка медленно приближалась к столу, чтобы убедиться, что с ее сестрой все в порядке.

На моих губах появилась легкая улыбка. Она все же переживает. А ведь сомневалась, стоит ли рисковать своей жизнью ради младшей сестры.

Она стояла у стола и нежно гладила макушку малышки. Я уже некоторое время наблюдаю за ней, и мне кажется, что я сделала неверные выводы. Дани любит свою сестру, это очевидно.

— Почему ты сомневалась? Считаешь, что твоя жизнь важнее ее? — спросила я хриплым голосом, удивив даже себя. Только сейчас я ощутила, как пересохло в горле.

Девушка вздрогнула и повернулась ко мне.

— Нет, что вы! — воскликнула она, встретившись со мной взглядом. — Просто у нас больше никого нет. Если со мной что-то случится, Арлетта останется совсем одна. Она не выживет.

Глава 9

Не то чтобы я все поняла, но некоторые новые сведения стали для меня откровением. Мне не нужно бояться Кьярана, он не посмеет причинить мне вред. Да и пусть только попробует! Я больше не позволю ему приблизиться ко мне!

Дани сообщила, что мы пришли. Я перевела взгляд на дом, возле которого мы остановились.

— Что это? — нахмурив брови, поинтересовалась я, разглядывая покосившийся небольшой домик.

На окнах отсутствовали стекла, а дверь не висела на петлях как положено, а стояла недалеко от порога, прислоненная к стене. Дверной проем был закрыт покрывалом. Подняв взгляд вверх, я заметила большие дыры на крыше.

— Это наш дом, — тихо пискнула Дани. — После нападения иных…

— Еда там есть? — перебила я девушку.

Мне не нужно было слушать о том, что после нападения иных и гибели родителей девочка выживала, как могла. Я и так это поняла.

Она с недоумением взглянула на меня.

— Д-да?

— Иди собери кое-какие продукты, мы тебя здесь подождем, — снова скомандовала я, понимая, что не оставлю девочек здесь. — За остальным вернешься утром.

— Но…

— Дани! — чуть повысив голос, я обратилась к девушке: — Твоя сестра слаба, ей нужны тепло и уют. Здесь ты не сможешь дать ей ни того, ни другого. Поэтому сейчас ты найдешь, чем можно покормить Арлетту, и мы вернемся в дом целителя.

— Но так нельзя! — возразила Дани. — Сегодня никто ничего не сказал, но завтра сюда придут староста и жители. Они не позволят нам остаться в этом доме, ведь он принадлежит целителю.

— Значит, будет им целитель, — произнесла я, прижимая к себе маленькое тельце девочки, которая, словно ощутив мое настроение, притихла. — А теперь иди, Дани.

Я предложила Дани занять большую комнату, но она вежливо отказалась, выбрав маленькую. На вопрос, как она собирается делить небольшую кровать с сестрой, девушка смущенно улыбнулась и ответила, что они привыкли спать вместе.

Я пожала плечами, как будто мне больше нечего было добавить, и оставила их одних. Сообщив, что Дани может воспользоваться кухней, я скрылась в большой спальне, предупредив девушку, чтобы она не входила туда без разрешения.

Как только за мной закрылась дверь, я сразу же закрыла глаза, представляя перед собой образ Браака. Прошло слишком много времени с тех пор, как мы расстались, и мне было необходимо убедиться, что с ним все в порядке.

Едва заметное движение воздуха, и я распахнула глаза, осматриваясь вокруг. Я оказалась в просторной спальне, оформленной в уже знакомых красно-черных тонах. Роскошная мебель, пушистый ковер под ногами, большие окна, сквозь которые виднелся едва начинающийся рассвет. И огромная кровать, к которой я сразу же направилась, не желая тратить время зря, ведь мне нужно было заглянуть еще кое-куда.

Лицо Браака осунулось. Бледный и изможденный, с синяками под запавшими глазами — до боли знакомая картина. Мое сердце сжималось от боли и безысходности.

— Я же просила тебя быть осторожнее, — произнесла я, нежно коснувшись его щеки. — Ты не только себя, но и меня подверг опасности, стремясь помочь жителям города. Что же мне теперь делать? Мир, который ты для нас создал, разрушен.

Брови мужа едва заметно сдвинулись, словно пытаясь сойтись на переносице, что выдавало его хмурое настроение.

Приподняв край дорогого шелкового покрывала, которым был укрыт Браак, я взглянула на его грудь. Практически вся она была покрыта черными змееобразными линиями. Прикрыв грудь мужа, я привычным жестом рассекла ладонь и поднесла ее к его губам.

Залечив рану, я перевела взгляд на Браака. Он стал для меня другом, любовником, а затем и мужем. Он — единственный, кому я могу доверять. И именно ему я обязана своей жизнью. Я должна найти способ спасти его, чего бы мне это ни стоило!

Прикоснувшись к лицу Браака, я печально улыбнулась и тихо прошептала:

— Я еще вернусь. Не думай, что так просто от меня избавишься.

В коридоре раздались шаги, и я поспешила переместиться в другое место, осознавая, что меня ни в коем случае не должны обнаружить, иначе я не смогу продлить жизнь Браака. Меня просто не подпустят к нему!

Другая комната встретила меня темнотой, но, будучи больше не человеком, я не видела в этом проблемы. Я отчетливо различала очертания комнаты в красно-черных тонах.

Не смогла сдержать недовольства и скривилась. Как будто в замке никто не знает о существовании других цветов!

У стены стояла большая кровать, а у окна — стул и столик, на котором были разбросаны листы, книги и карандаши. Рядом находился шкаф с книгами и комод с игрушками.

Я подошла к кровати и обнаружила на ней сладко спящего Вараса. Малыш лежал на животе, раскинув руки и ноги, и забавно посапывал. Я скинула капюшон, присела на корточки перед кроватью, протянула руку и осторожно коснулась его кудрявых волос на макушке. Поглаживая их, я не могла сдержать печальную улыбку.

Когда я вспоминала о нем, мое сердце порой пронзала боль. В такие моменты я задавалась вопросом: “Какой бы матерью я могла стать для него?”. Но, несмотря на все эти мысли, я не чувствовала той тяги, чтобы постоянно находиться рядом с ним. Возможно, это связано с тем, что я больше не человек и мне чужды такие эмоции?

Глава 10

— Мне нужны продукты, кое-какие вещи и…

— Так дела не делаются! — остановил меня староста. — Для начала я должен внести вас в реестр, указать ваше имя, возраст и сущность. Затем я передам бумаги повелителю, дождусь его распоряжения и только после этого смогу выдать вам начальную плату. В дальнейшем сумма будет зависеть от вашей работы и…

— Нет, — теперь пришла моя очередь перебивать его. — Я уже сказала, что здесь ненадолго. Возможно, на день или два. У меня нет времени на вашу бюрократию. К тому же, вам же будет лучше, если обо мне не узнает повелитель.

Старик внезапно вскочил на ноги и с изумлением уставился на меня.

— Вы преступница? Вас разыскивают? — с тревогой спросил он, переводя взгляд с меня на дверь за моей спиной, которая сейчас была заперта, и сглотнул.

— Не переживайте, вам и жителям города ничто не угрожает, — произнесла я и, вскинув руку, скинула капюшон, не желая подбирать подходящие слова, чтобы объяснить, почему старику не стоит сообщать обо мне повелителю.

— Вампирша, — выдохнул он в изумлении и бессильно опустился на табурет.

В комнате воцарилась тишина. Старик не отрывал от меня ошарашенного взгляда. Мне даже показалось, что он перестал дышать. Я забеспокоилась: вдруг он скончается, а меня обвинят в его смерти?

Неожиданно на лице старика появилась счастливая улыбка, а в глазах засиял яркий свет. Я растерялась, опасаясь, что он сошел с ума от шока.

— Неужели на старости лет мне довелось увидеть настоящую вампиршу, — выдохнул он с благоговением, совсем как недавно Дани.

— Да-а-а, — протянула я озадаченно, неловко почесав затылок.

Я не ожидала, что и старик так отреагирует. И вновь возник вопрос: почему никто не видел вампирш? Я же видела. Жена Кьярана определенно вампирша. Эшриал тоже как-то упоминал о них, говоря, что ему надоело общаться с вампиршами.

— Теперь вы понимаете, почему такая скрытность и почему не стоит писать обо мне повелителю? — уточнила я у старосты, который все еще расплывался в улыбке.

— Что заставило вас прийти в наш город? Я… Я обязан рассказать о вас повелителю! Если с вами что-то случится, всему городу придет конец! И погибнем мы не от лап иных, а от гнева повелителя, — начал испуганно тараторить старик, вскакивая со стула и хватаясь за голову.

— Не заставляйте меня жалеть о том, что я рассказала вам, кем являюсь! — рявкнула я, отчего старик замер, переводя на меня растерянный взгляд. — Я же сказала, что не задержусь в городе. Всего пару дней. Вы же не откажете мне в небольшой помощи? Я, в свою очередь, буду выполнять роль целителя. Естественно, тайно, чтобы никто не узнал, кто я. Что касается повелителя, можете о нем не переживать.

— Но как же?.. — растерянно пробормотал он, снова опускаясь на табурет. — Это неправильно.

Я поймала его растерянный взгляд и глубоко вздохнула, неодобрительно качая головой. Значит, мне все же не стоило демонстрировать старости свою сущность. Недовольно скривилась и спокойно проговорила:

— Что ж, тогда мне придется покинуть ваш город незамедлительно. Но могли бы вы для меня кое-что сделать?

— Что? — встрепенулся старик. — Уйти? Да, так будет правильно.

Он закивал головой, словно все еще не мог прийти в себя от растерянности и замешательства.

В который раз я убеждаюсь, что этот мир слишком жесток. Никому нет до тебя дела, будь ты вампиром или человеком. Они даже о своих не заботятся.

— Так вы выполните мою просьбу? — повторила я.

— Какую? — нахмурился старик.

— Девушка, которую вы видели, — произнесла я. — После нападения иных ее семья погибла, а дом сильно пострадал. У Дани никого не осталось, кроме младшей сестры. Помогите восстановить ее дом.

Брови старика медленно поползли вверх. Его взгляд из растерянного превратился в удивленный, а губы округлились в безмолвном «о».

Я не понимала почему, но очень переживала за сестер. Это было странно и неразумно с моей стороны. Я должна сосредоточиться на том, как выжить в этом мире, а вместо этого беспокоилась о людях, которые были мне совсем чужими.

Я вспомнила свое прошлое, когда осталась одна и никто не захотел мне помочь. Конечно, были долгие разговоры по вечерам с Ахаеллом, но это не в счет. Я знаю, что он искал способ мне помочь, но… Не знаю, мне казалось, что он не был готов рисковать ради человека, поэтому не старался изо всех сил.

Ведь выход был! Я узнала об этом позже. Сейчас мне даже думать об этом неприятно, но тогда я бы, наверное, согласилась рискнуть. Убить ребенка в утробе, вернуться в свой мир, найти охотников и попросить о помощи. Если бы кто-то действительно хотел мне помочь…

— Сколько веков я живу, но впервые вижу, чтобы вампира так заботила чья-то судьба, — произнес староста спустя время, погружаясь в задумчивость. — Это удивительно. Очень удивительно.

Он внимательно посмотрел на меня, затем неторопливо поднялся и начал медленно приближаться. Я лишь удивленно приподняла бровь. Поравнявшись со мной, старик поднял взгляд, и из его груди вырвался прерывистый вздох.

— Что ж, я выполню твою просьбу и даже разрешу остаться в городе, — проговорил он.

Глава 11

Мои пальцы нежно скользили по его скуле и подбородку, а затем застыли над губами. В памяти еще были свежи воспоминания о поцелуях. Сейчас я была бы не против, чтобы он меня поцеловал.

К сыну в эту ночь я не пошла, как и в следующую. Я поняла, что не смогу спокойно находиться рядом с ним, что могу не сдержаться. Я боялась напугать ребенка.

Было немного странно, что днем нас с Дани никто не беспокоил. Либо в городе закончились все больные, либо они опасались нового целителя и не спешили со мной знакомиться.

Но мне это было только на руку. Я могла, наконец. отдохнуть от всех забот, которые навалились на меня в последние дни. Дани и ее младшая сестра уже хорошо освоились, старшая больше не стеснялась меня, а Арлетта с радостью шла ко мне на руки.

На третью ночь, сидя в комнате Браака, я, наконец, осознала, что у меня нет способа помочь ему. Тогда я набралась смелости и отправилась в дом к старику Орвизу.

За время, проведенное в его доме в качестве ученицы, он стал для меня не только наставником, но и кем-то большим. Он всегда был готов поговорить со мной и дать совет. Но, видимо, это было в прошлом, потому что в этот раз старик встретил меня с недовольством, нахмурив брови.

Объяснив, что заставило меня прийти, целитель лишь удрученно покачал головой и развел руками, показывая, что не может мне помочь.

— Неужели нет никаких трав или мазей? Может быть, магия может сдержать яд? Я не надеюсь на чудо, мне бы просто вырвать у судьбы еще пару дней! — не удержалась я от возмущения, глядя на старика и не веря, что в мире со столь страшными существами никто так и не придумал, как бороться с ядом.

— Я бы хотел сказать, что есть, но, увы… — вздохнул старик и развел руками, словно не мог подобрать нужных слов. — Не глупи, девочка. Отпусти. Так ему будет лучше, и ты быстрее сможешь его забыть. То, что предначертано судьбой, уже не изменить. Значит, такова судьба твоего мужа.

Я лишь раздраженно фыркнула в ответ. Ему легко говорить, а каково мне? Они привыкли к жестокости этого мира, им безразличны чужие жизни. Но я другая.

Поблагодарив старика за то, что он не прогнал меня сразу, а снизошел до разговора, я покинула его дом и сразу же оказалась в комнате Браака.

Некоторое время я стояла посреди комнаты, прислушиваясь. Убедившись, что поблизости не слышно шагов или разговоров, я направилась к кровати. Мой взгляд скользнул по мужу, и мне стало страшно.

При виде Браака в таком состоянии ни одной хорошей мысли не осталось в голове. Его тело едва виднелось под темным покрывалом. Грудь поднималась и опускалась в редком спорадическом движении, как будто каждый вдох был усилием воли продолжать жить. Его кожа была туго натянута на кости, как у мумии, придавая ему жуткий безжизненный вид. Бледное изможденное лицо и запавшие глаза. Если бы не редко вздымающаяся грудь, я бы решила, что он мертв.

Из моей груди вырвался всхлип, переходящий в стон. На глаза навернулись слезы. Так больно. В груди все горело от того, что я увидела. Глядя на Браака, я забывала, как дышать.

Неужели он действительно умрет? Почему я не могу ему помочь? Ненавистному вампиру смогла, а Брааку не могу!

Это злит, заставляет ненавидеть себя за беспомощность.

Я присела на край кровати, глядя на своего мужа, и, вопреки своему желанию, пыталась попрощаться с ним. По лицу потекли слезы, и я не пыталась их скрыть, оплакивая дорогого мне человека.

Это был мой последний раз, когда я находилась рядом с Брааком. Я больше не смогу заставить себя быть здесь, не смогу смириться с его смертью. Поэтому сегодня я хотела попрощаться с ним.

Не знаю, сколько времени я провела, глядя в его лицо, нежно гладя по щеке и перебирая черные локоны. Внезапно на меня нахлынула дикая усталость, словно из меня высосали все силы. Я прилегла рядом с мужем, обняла его и закрыла глаза.

Я вспоминала прошлое. Годы, проведенные вместе с Брааком, его нежность и любовь. Как хорошо мне было рядом с ним! За этими мыслями я провалилась в небытие, где-то между сном и явью.

Я ощутила чье-то присутствие рядом и настороженно напряглась. Едва ощутимое прикосновение заставило меня вздрогнуть. Я попыталась открыть глаза, но не смогла. В какой-то момент мне стало трудно дышать, словно на меня кто-то навалился. Я пыталась сделать вдох, но не могла.

— Расслабься и перестань противиться, — послышался легкий шепоток, произнесенный нежным и немного раздраженным женским голосом.

Удивительно, но я последовала ее совету. Расслабилась, и через мгновение мне стало легче дышать. А потом произошло нечто странное. Перед моими глазами появился силуэт девушки. Она была молода и очень красива, и мы с ней были похожи. Отличали нас лишь небольшие детали: ее волосы были чуть темнее моих, кожа немного смуглее, и я была немного выше.

— Ну, наконец-то! — раздраженно фыркнула она. — Почему ты такая упрямая?

Пока она говорила, я пребывала в состоянии шока. Каталина умерла! Или это не она?

— Каталина? — прошептала я и тут же вздрогнула от своего хриплого голоса, словно сорванного от крика.

— А кого ты ожидала увидеть? — сморщила она носик. — Как же трудно было до тебя достучаться.

Я нахмурилась. Что она имеет в виду? И тут же вспомнила легкое прикосновение. Получается, это дело рук Каталины?

Глава 12

На мгновение мир замер, а затем на меня нахлынула волна эмоций: боль, отчаяние и ужас. Она убила его! Как я могла довериться ведьме? Как я могла совершить такую ужасную ошибку? Я собственными руками лишила жизни человека, который был мне дорог!

— Перестань истерить, мешаешь, — произнесла Каталина с раздражением.

Я попыталась вытолкнуть ее из своего тела, но замерла, наблюдая за тем, что она творит.

Опустив дрожащую руку на грудь Браака, Каталина начала нараспев читать заклинание. И впервые с тех пор, как она заняла мое тело, я ощутила жгучую, невыносимую боль в руке. Как будто там, где моя ладонь соприкасалась с грудью Браака, разгорался огонь. Мне хотелось отдернуть руку, чтобы избавиться от этой боли.

Каталина продолжала шептать, а я металась внутри, словно пытаясь вырваться из невидимой тюрьмы, не в силах больше терпеть боль. В какой-то момент я почувствовала, что силы на исходе, и перед глазами начало темнеть.

— Не смей! — хриплый голос Каталины не дал мне потерять связь с реальностью. — Ты должна будешь вытащить нас отсюда, как только я залечу его рану.

Я сосредоточилась, стараясь рассмотреть, что происходит. Постепенно мутная картинка перед глазами стала более четкой. Первое, что я увидела, — лицо Браака. Оно выглядело лучше: не таким бледным, а синяки под глазами стали чуть меньше.

Я перевела взгляд на его грудь и, всхлипнув, заметила на идеально чистой коже едва заметный след от ножа. Следов яда больше не было.

Рану от ножа накрыла моя бледная дрожащая ладонь. Спустя пару мгновений Каталина убрала руку, и на груди Браака не осталось ничего, что могло бы вызывать беспокойство. Это не могло не радовать.

— Приготовься, я передаю тебе контроль над телом. И больше не рассчитывай на меня и мою силу. Теперь каждый сам за себя, — с этими словами Каталина вздохнула. — Что ж, Катя, теперь все в руках судьбы.

И вот я вновь почувствовала себя в своем теле. На меня нахлынула слабость, словно я несколько дней разгружала вагоны. Одна. Мышцы ломило от боли, и мне хотелось взвыть, но я сдержалась.

Посмотрев на Браака, я протянула руку, чтобы коснуться его лица и убедиться, что это не сон. Я почти ощутила его тепло, но в этот момент двери в комнату распахнулись.

Я отдернула руку и обернулась, заметив в дверном проеме Кьярана, а за его спиной уже знакомого мага.

— Я знал, что это именно ты, — произнес вампир, растягивая губы в улыбке, — как только уловил в комнате брата запах крови. Такой манящий и знакомый. Мне ли не знать, кто его обладательница? Не так ли, Катя?

Он был так рад, словно выиграл в лотерею! Его глаза сверкали, как бриллианты, а на лице читалась гордость за то, что он наконец-то разгадал мою тайну.

Больше не было того презрения, с которым он смотрел на меня в нашем с Брааком доме.

Как же быстро он меняет свое мнение! Всего пару дней назад я была для него лишь пылью под ногами, а сейчас… Что же изменилось? Ничего!

Мои губы тронула усмешка. Я медленно поднялась на ноги, чувствуя, что они почти не держат. Меня слегка повело в сторону, но я устояла. Гордо вскинув подбородок, я с вызовом посмотрела на своего бывшего.

— Как же долго до тебя доходило! Ахаелл и Эшриал сразу меня узнали, — с сарказмом проговорила я. — Ну, это и не удивительно. Я же была всего лишь человечкой, так зачем же меня запоминать? Не так ли, Кьяран?

Я ответила ему тем же и, судя по его недовольному выражению лица, поступила правильно. Лучше пусть он злится или остается равнодушным, или смотрит на меня с презрением, чем будет раздражать меня довольным видом.

— Я смотрю, у тебя прорезался голосок, — язвительно протянул он. — Мне это даже нравится. Не так уж скучно будет проводить с тобой вечера.

Я раздраженно фыркнула, чувствуя, как во мне нарастает злость. Как же он самоуверен! Стоило ему узнать, кто я такая, как он уже строит планы на будущее? Но для чего? К чему эти намеки? Неужели он думает, что я забуду о прошлом и... А собственно, что?

— Губу закатай, кровопийца, — с усмешкой произнесла я, заметив, как его глаза недобро блеснули после моих слов. — Я не дура, чтобы второй раз наступать на одни и те же грабли. К тому же ты мне не интересен. Абсолютно.

Я не смогла сдержать недовольную гримасу. Не столько от разговора с вампиром, сколько от слабости, которая становилась все сильнее, мешая мне стоять на ногах.

— Не готова терпеть меня рядом даже ради сына? — спросил он, делая шаг в мою сторону.

Неужели он всерьез собирается шантажировать меня сыном? Думает, что я пойду на все, лишь бы быть рядом с Варасом? Упаду к его ногам и буду умолять? Если так, то он сильно ошибается.

—Ты не понимаешь, Кьяран. Пытаться давить на меня через сына бесполезно. Потому что во мне нет материнских инстинктов. И все благодаря тебе! Ты не позволил мне даже взглянуть на него. А я ведь просила, умоляла тебя! — мой голос слегка дрогнул, но не от боли или разочарования, а от усталости. Еще немного, и я просто рухну без сознания прямо у ног вампира.

Краем глаза я заметила движение мага. Его ужасное лицо оставалось бесстрастным, но губы едва заметно шевелились, словно произнося какие-то слова.

Глава 13

— Ты еще поплатишься за то, что сделала! — с ненавистью прошипела Мирилис, оторвавшись от моего запястья и стирая с губ капельки крови.

— А что я сделала? — спросила я удивленно, вскинув вопросительно бровь. — Я же не виновата, что ты не смогла сдержаться и вонзила в меня свои клыки. Ну а то, что моя кровь отравлена ядом иных… Нужно быть разборчивее и думать, прежде чем кусать.

— Ты!.. — закричала она в ярости и, оттолкнув меня, выбежала из комнаты.

Я посмотрела ей вслед и глубоко вздохнула, после чего перевела взгляд на кровоточащую руку. Прежде чем подойти к сыну, нужно что-то сделать с раной. Не стоит ему этого видеть. Сегодня у него и так было достаточно потрясений.

Попыталась залечить кисть привычным действием, но у меня ничего не получилось. Осмотревшись, я попыталась найти что-то, чем можно было бы перемотать рану, но ничего не нашла. И тогда…

Я пожала плечами и, не раздумывая, слизала кровь с раны. С удивлением заметила, что она быстро затягивается. Выходит, я не могу лечить, но моя собственная слюна обладает целебными свойствами. Это должно иметь какое-то значение. Но какое?

Мои мысли все еще путались, а разум был затуманен. Попав сюда, я действовала инстинктивно, стремясь защитить свое потомство. Поэтому я решила отложить размышления об этом на потом.

Я подошла к сыну и присела рядом. Протянув руку, я прикоснулась к его макушке, нежно погладив по кудрям. Варас испуганно вздрогнул и распахнул глаза, со страхом глядя на меня.

— Не бойся, тебя больше никто не обидит, — тихо прошептала я.

Внезапно сын резко бросился вперед, обнимая меня за шею и пряча лицо на моем плече. Его тело задрожало. Я присела, облокотившись на стену, чтобы устроиться удобнее. Мне хочется, чтобы этот момент длился вечно. Никогда раньше мы с сыном не были так близки.

Пока я нежно поглаживала дрожащие плечи сына, меня охватила грусть, и я задумалась о том, как оказалась в такой ситуации.

Я скрываюсь по незнакомым городам, боясь показаться на глаза жителям. Мне приходится терпеть унижения вампиров. И, возможно, я скоро умру.

— Мне было так страшно, — прошептал Варас, крепче обнимая меня. — Я знал, что ты защитишь меня. И я позвал тебя. Звал, пока ты не пришла.

Я была в полном недоумении. Неужели я действительно вырвалась из того, что стало для меня настоящим адом, и оказалась здесь благодаря сыну? Но как это произошло?

Впрочем, чему удивляться? Сколько лет я живу в этом мире, но он все еще остается для меня загадкой. Все, что я читала в книгах в прошлом, не идет ни в какое сравнение с реальностью.

— Ты умный и очень храбрый мальчик, — тихо произнесла я, нежно поглаживая его спину. — Но тебе придется еще немного проявить храбрость. Мне нужно идти.

На это Варас лишь сильнее сжимает меня в своих объятиях, отчего стало трудно дышать. Он отрицательно замотал головой.

— Не уходи! — запротестовал он. — Или забери меня с собой. Обещаю, что буду хорошо себя вести, не буду шуметь и злить тебя.

Мое сердце сжалось от боли. Я бы с радостью забрала его отсюда, но куда? Сама я живу в доме целителя на птичьих правах. Как только староста поймет, что я не целитель, он попросит освободить дом. К тому же в городах опасно, и я не смогу защитить сына от иных в одиночку.

— Я не могу пока взять тебя с собой, — тихо шепнула я, не зная, что еще сказать малышу.

Он резко отстранился, словно отдаляясь от меня. Его милое личико стало хмурым.

— Ты просто не хочешь! — бросил он со злостью. — Я тебе не нужен!

— Ну что ты такое говоришь? — спросила я с удивлением. — Ты мой сын, и я очень люблю тебя. Я бы забрала тебя с собой, но сейчас не могу. Однако я сделаю все возможное, чтобы защитить тебя, если ты боишься оставаться здесь.

— Я ничего не боюсь! — гордо вскинув подбородок, произнес Варас, а потом недовольно поджал губы.

— Верю, — произнесла я, не сумев сдержать улыбку.

Как же он мал, но как храбр!

— Хорошо, я останусь здесь. Но ты пообещай, что будешь приходить ко мне каждый день, — произнес он с уверенностью, словно маленький повелитель, не терпящий возражений.

— Обещаю, что буду приходить каждый вечер, — ответила я тем же тоном, чем заслужила согласный кивок от сына.

Он поверил мне. И это самое важное. С остальным же я буду разбираться по мере возможностей.

— Так, а теперь давай позаботимся о твоей безопасности, — произнесла я, поднимаясь вместе с сыном на руках. Мне так хочется побыть с ним подольше. — Сейчас мы с тобой навестим кое-кого.

Я появилась в спальне, окутанной темнотой, с сыном на руках. На кровати, раскинув длинные конечности, спал вампир. Одна рука покоилась на привлекательном бедре какой-то девушки.

— Мам, где мы? — тихо прошептал Варас.

Вампир встрепенулся, резко садясь на кровати. В комнате вспыхнул свет, вызвав резкую боль в глазах. Я нахмурилась и недовольно зашипела.

— Катя? — удивленно выдохнул Эшриал, расслабляясь и потирая ладонью лицо, видимо, прогоняя остатки сна. Затем он осмотрел меня более внимательно и нахмурился. — Что с тобой случилось? Почему ты здесь? И кто это? Варас?

Глава 14

Резко села, распахивая глаза. Раздраженно смахнула слезинку. Хватит себя жалеть! У меня появился еще один шанс, и я должна им воспользоваться! Мне нужно изменить свою жизнь и забрать, наконец, сына!

Мне казалось, что это никогда не закончится: слабость и боль в теле, а еще жажда. Последнее, к слову, мучило меня сильнее всего. Поначалу я пыталась утолить ее водой, но все оказалось тщетно. Нетрудно было догадаться, чему все виной, но я напрочь гнала саму мысль, чтобы пить чью-то кровь.

Собравшись с силами, я медленно приходила в себя. Стараясь не обращать внимания на слабость и боль, я медленно передвигалась по дому, с трудом выдавая слабую улыбку в ответ на сочувственные взгляды Дани.

Я понимала, что не имею права лежать в постели и жалеть себя. Я обещала сыну, что вечером приду к нему, и не могла нарушить свое слово.

День тянулся бесконечно. Я металась от стены к стене, не находя себе места. Несколько раз мы с Дани перекидывались короткими фразами. Нам было интересно, выполнил ли староста мою просьбу и починили ли дом сестер.

Я предлагала Дани сходить и проверить, как там обстоят дела, и даже обещала посидеть с ее младшей сестрой. Однако она отказалась. Неловко переминаясь с ноги на ногу, она сказала, что хотела бы позже, когда мне станет лучше, прогуляться со мной до их дома.

Не знаю, в чем была причина: возможно, она боялась идти одна или не хотела оставлять сестру со мной наедине. Ведь Дани прекрасно видела, что я изменилась. Точнее, она это чувствовала и порой бросала на меня настороженные взгляды.

К вечеру мне стало немного лучше. Я привела себя в порядок и теперь стояла перед зеркалом, рассматривая свое отражение.

На мне была простая темно-коричневая юбка в пол и белая рубашка с длинным рукавом. Мне хотелось скрыть следы от яда, которые, словно татуировка, красовались на моей руке. Они начинались от ладони и, извиваясь змейкими, поднимались к локтю и выше. Пока что они остановились на середине предплечья. Я не знала, продолжат ли они свое движение или нет, и исчезнут ли они когда-нибудь.

Собрав волосы в тугой пучок, я еще раз осмотрела себя и удовлетворенно кивнула своему отражению.

Мне показалось, что сейчас я выгляжу гораздо лучше, чем в те короткие встречи с сыном. Мне хотелось выглядеть хорошо. Ведь это будет моя первая возможность провести с ним больше времени.

Я посмотрела в окно: ночь уже близко и вот-вот наступит. В это время малыш должен готовиться ко сну, и я не хотела его отвлекать. Однако я пока не могу появиться в замке днем.

Еще раз взглянув на свое отражение, я вздохнула и…

Я попыталась перенестись в комнату к сыну, но у меня ничего не вышло. Я растерянно замерла, прислушиваясь к своим ощущениям. Мне было интересно, может ли моя слабость влиять на перемещение.

Закрыв глаза, я сосредоточилась, вспоминая обстановку в комнате Вараса. Мне пришлось вспомнить каждую мелочь, но через пять минут я все же оказалась посреди детской.

Меня слегка повело, но я устояла на ногах. Вздохнув, я почувствовала, как накатывает слабость от этого простого перемещения, которое раньше давалось мне легко.

Неужели и эта способность со временем исчезнет, как и возможность лечить? Или я зря паникую раньше времени?

— Мама! — услышала я тихий шепот сына, и, кажется, все проблемы ушли на второй план.

Я обернулась и осмотрелась. Сын сидел на кровати. Судя по расправленной постели и милой пижаме на малыше, он уже готовился ко сну.

— Привет, — тихо произнесла я, подходя к кровати.

Как только я оказалась рядом, Варас с радостью обнял меня, позволяя мне обнять его в ответ и взять на руки. С ним на руках я присела на край кровати, чувствуя, что не смогу долго стоять.

— Ты пришла, — прошептал он мне в шею.

— Я же обещала, — сказала я, нежно поглаживая его по голове. — Как ты тут? Никто больше не пытался тебя обидеть?

— Нет! — с уверенностью ответил Варас, отстраняясь и глядя на меня. — Дядя Эшриал всегда был рядом.

— Это хорошо, — с улыбкой произнесла я. — А теперь ложись обратно в кроватку. Маленьким деткам пора спать.

— Ты уже уходишь? — с огорчением спросил он.

Если бы я захотела, то могла бы провести с ним всю ночь. Но я понимаю, что ребенку нужен сон. К тому же я сейчас не в лучшей форме. Прежде чем проводить с сыном больше времени, мне нужно поправить здоровье.

— Ты хочешь, чтобы я ушла? — спросила я, решив немного схитрить.

— Нет! — торопливо ответил он, с немой мольбой заглядывая мне в глаза.

— Я буду с тобой, пока ты не уснешь, — сказала я с улыбкой. — Но тебе не о чем переживать, теперь мы будем видеться каждый вечер. Знаешь, я более чем уверена, что совсем скоро мы с тобой вообще больше никогда не расстанемся.

Я, конечно, и сама в это не верила, но все же надеялась, что так и будет. Пусть нескоро, но будет.

— Правда? — было видно, что сын не сильно верит моим словам. Но на этот раз я не собиралась нарушать свое слово.

— Конечно, — ответила я. — А теперь в кровать.

Глава 15

— В общем, ее истерика продолжалась до тех пор, пока в комнате Вараса не появился повелитель. Тогда она немного успокоилась и снова стала утверждать, что в комнате ребенка была именно ты, и что Вараса пыталась убить тоже ты, — продолжал Эшриал. — Повелитель пока не знает, что ты жива, и, конечно, не поверил ей.

Неудивительно, что Мириэла пыталась защитить свою репутацию. Кому захочется признаваться, что пыталась убить внука повелителя?

— Что было дальше? — спросила я, пристально глядя на Эшриала, который внезапно замолчал.

— Ты не удивлена?

— Я предполагала что-то подобное.

Эшриал лукаво улыбнулся.

— Удивительно! Ты, безусловно, изменилась. От прежней Кати не осталось ничего, кроме внешности. Мне нравилось, когда ты была тихой и скромной, а твои эмоции вспыхивали, словно пламя. Я наслаждался ими. И не только я! — выпалил он. — Сейчас же ты можешь затмить любую вампиршу в замке! И что-то подсказывает мне, что это еще не все сюрпризы, связанные с тобой.

Мне не хотелось слушать подобные разговоры. Зачем обсуждать, какой я была раньше и какой стала сейчас? Не стоит об этом! Поэтому я не сдержалась и произнесла с некоторым раздражением:

— Ты отвлекся от главного.

— Да там и рассказывать больше нечего, — отмахнулся он. — Отец решил расспросить Вараса. И малец не подвел! Сказал все, как ты и просила. В общем, Мириэль заперли в покоях. Теперь мне нужно узнать, что она вообще делала в крыле повелителя и как оказалась в комнате Вараса. Кьяраян в немилости у отца из-за того, что не уследил за женой и посмел допустить покушение на сына. А я в глазах отца заработал плюсик в карму. Защита Вараса теперь на мне. И вообще, как ты догадалась, что все сложится именно так? И почему я?

— Просто предположила. Что касается тебя, я уже сказала, что хотела отдать долг. К тому же мне нужно кому-то доверить безопасность Вараса, — ответила, не сумев сдержать улыбку.

Я не ожидала, что мне будет так приятно видеть, как рушится жизнь Кьярана. Он ведь любимчик отца! Женат, обладает сильным даром и даже успел обзавестись сыном раньше своих братьев. А тут я...

Точнее, его жена, которая совершила глупость, покусившись на жизнь Вараса. Но он еще не знает, что это только начало! Кьяран обязательно пожалеет, что привел меня в этот мир. Как бы ни сложилась моя судьба, у меня впереди еще столетия, чтобы портить ему жизнь.

— Почему не Ахаелл? Кажется, в прошлом у вас были хорошие отношения. Было бы логично попросить об этом именно его, — продолжая смотреть на меня с прищуром, проговорил он.

— Возможно, ты прав. Но я не хочу, чтобы он считал меня. А это непременно произойдет, стоит нам только встретиться. Есть вещи, которые я предпочитаю держать при себе, — скривившись, проговорила я.

Так не вовремя всплыли воспоминания, как в прошлом мне не удавалось ничего скрыть от Ахаелла. Для него я всегда была открытой книгой.

— К тому же я не хочу давать ему напрасные надежды. Я не настолько наивна, чтобы не понять его интерес ко мне, — закончила я свою мысль.

— Значит, во мне ты не видишь потенциального жениха? — усмехнулся Эшриал, и в его голосе прозвучали нотки обиды и оскорбления.

— Если тебе станет легче, я никого не вижу рядом с собой в этой роли, — произнесла я.

— А как же Браак? — он вопросительно поднял бровь, глядя на меня.

— Не знаю, — честно ответила я.

Нам еще предстоит разговор, и что-то мне подсказывает, что он будет непростым. Могу лишь предположить, что Браак не простит меня. Возможно, я ошибаюсь, но одно я знаю точно: как прежде уже не будет. Необходимо как можно скорее разобраться в этой ситуации, чтобы понять, является ли Браак пройденным этапом в моей жизни или еще есть шанс спасти наши отношения. Все же я его пара, и он не может так просто забыть все, что было между нами. Или может?

— Насколько я понимаю, все эти годы вы жили вместе как муж и жена. Ты спасла ему жизнь. А теперь вы оба ведете себя довольно странно. Браак не хочет ничего слышать о тебе, он ходит хмурый и постоянно о чем-то задумывается. Да и ты не спешишь его навестить, — взгляд Эшриала вновь стал подозрительным. — Есть ли что-то, чего я не знаю?

Я ожидала этот вопрос и до сих пор не могу определиться, стоит ли отвечать на него. Ведь эта ситуация может иметь серьезные последствия для меня. В конце концов, я же пыталась убить сына повелителя! С другой стороны, благодаря мне он жив и здоров.

— Чтобы спасти Браака, мне пришлось вонзить ему в грудь нож. Иначе у меня бы не получилось забрать у него это, — все же призналась я, под недоуменный взгляд Эшриала приподняла руку и чуть задрала рукав, демонстрируя черную вязь.

— Я могу взглянуть? — спросил он после нескольких минут раздумий.

Я пожала плечами и, взяв бокал в другую руку, сделала глоток. Мое состояние улучшилось, усталость и слабость исчезли без следа. И это мне очень нравилось! Ведь теперь, сразу после разговора с Эшриалом, я могла отправиться к Брааку. Больше не было необходимости откладывать разговор.

Эшриал подошел и присел на корточки рядом со мной. Он аккуратно взял мою руку и поднял рукав рубашки выше. Покрутив руку и так и сяк, он поднял на меня взгляд и спросил:

Глава 16

Я сделала несколько глубоких глотков из бокала, словно это могло помочь мне прийти в себя после шока.

— Дархан был любимцем отца, сыном его единственной супруги, которая умерла сразу после родов. Нетрудно догадаться, что именно Дархан должен был занять трон, — с усмешкой произнес Эшриал, но я уловила в его голосе нотки раздражения, смешанные с печалью. — Он даже унаследовал способность отца, как будто всему миру заявляя о своем праве на престол.

— Почему о нем нет никаких записей? Я ведь читала о семье повелителя, когда только попала в этот мир, — нахмурилась я, не зная, можно ли верить словам вампира.

С тех пор как я встретила Кьярана в своем мире, и после, когда оказалась здесь, мне постоянно лгали. Так почему сейчас не может быть также? Что, если и не было никакого старшего брата?

— Книги, — фыркнул Эшриал. — Ты не представляешь, сколько раз за все века менялась информация! К тому же все, что связано с Дарханом, было уничтожено по приказу отца.

Я понимаю желание уничтожить книги, связанные с Каталиной. Она прокляла повелителя и весь его народ, пусть и заслуженно. Но информация о сыне… Странно все это. В моем мире старались сохранить хоть что-то о почившем: фотографии, письма, какие-то вещи.

— Что с ним произошло? — спросила я, пытаясь понять, к чему ведет Эшриал.

— Он исчез, — ответил он. — Вместе с множеством других вампиров, которые были ему преданы. Его свита, гарем и стража — все они исчезли в одночасье.

Кажется, я нахмурилась еще сильнее.

— Что значит «исчез»?

— Именно то и значит, — пожал он плечами. — Однажды утром его крыло просто опустело. Остались только слуги, которые не могли дать вразумительных объяснений. Они ничего не видели и не слышали. Брата искали и в нашем мире, и в вашем, но все поиски были безрезультатны. А потом появились иные, и про брата постепенно забыли. На первый план вышел вопрос выживания.

— К чему ты мне все это рассказываешь? — спросила я, не до конца понимая суть разговора.

— Мой брат исчез сразу после того, как отец объявил о своем желании передать ему трон, — сказал Эшриал. — Хотя официальная версия того, как и почему бесследно пропало больше тридцати вампиров, так и не была озвучена, нетрудно догадаться, что кто-то не хотел, чтобы Дархан занял трон. Теперь ты понимаешь, почему я не спешу раскрывать свою способность? Пока я не разберусь, кто стоит за исчезновением брата, я не стану рисковать.

— Неужели за столько столетий тебе не удалось ничего узнать? — удивленно вскинула я бровь.

— Увы, — развел он руками. — В крыле брата не осталось никаких следов. Там не было сражения, потому что вещи лежали так, как их оставили. И следов магии тоже не было. Поэтому все поиски заходили в тупик.

Я на мгновение задумалась. Желание Эшриала защитить себя вполне понятно. В этом мире каждый борется за свою жизнь, как может. Однако странное исчезновение...

Почему-то я почти уверена, что здесь не обошлось без магии. И вампир это подтвердил. Если бы кто-то хотел сбежать, то взял бы с собой деньги и хоть какие-то вещи. Вариант с убийством можно сразу отбросить, ведь не так-то просто убить вампира, а тем более несколько десятков, да еще и без следов. Значит, все-таки магия.

Внезапно мне вспомнилась Каталина, ее сила и способности. Но на тот момент она уже была мертва. Если только... Возможно ли, что она каким-то образом вселилась еще в кого-то, кроме меня? Если это так, то она, возможно, смогла бы сотворить подобное.

Тут же я вспомнила наш последний разговор. Она упоминала, что, если я выживу, ее душа исчезнет и тайное крыло библиотеки больше не будет скрыто от посторонних глаз. Значит, она каким-то образом все эти века поддерживала защиту. Возможно, со временем и проклятие перестанет оказывать своё влияние?

— Повелитель больше не называл своего преемника, не так ли? — спросила я, ведомая одной догадкой.

Проклятье Каталины снова и снова крутилось в моей голове, подталкивая к одной не очень хорошей мысли.

— Ты права, — кивнул Эшриал, соглашаясь со мной. — Отец не может определиться, кому передать трон. Ахаелл рассудительный, у него сильная способность, но ему не хватает решительности. Я же в глазах окружающих слыву бабником и не гожусь ни на что, кроме как демонстрировать свою силу в бою. Кьяран, напротив, слишком решителен и жесток, не в силах вовремя остановиться. Кстати, он все еще ищет тебя.

— Мне довелось с ним пообщаться в тот день, когда я спасла Браака, — произнесла я и скривилась. У меня нет желания говорить о нем. — Кстати, ты поступаешь правильно, избегая трона. Иначе тебя постигнет та же участь, что и Дархана.

Эшриал мгновенно стал серьезным, его брови сошлись на переносице, а взгляд потемнел.

— Что ты имеешь в виду? Ты знаешь, что с ним случилось?

— Лишь предполагаю, — пожала плечами. — Скорее всего, все дело в проклятии, наложенном Каталиной.

— Не понимаю, как это связано, — он продолжал хмуриться, сверля меня чуть прищуренным пронзительным взглядом.

— Даах, несмотря на все трудности, стремился к власти над миром. И он ее добился. Хотя не совсем тем путем, которым хотел. Но проклятье Каталины не оставило ему выбора, — задумчиво произнесла я, продолжая делиться своими догадками. — В какой-то момент он решил отдать свой трон, тем самым идя против ее проклятия. Если я правильно понимаю, твоему отцу никогда не избавиться от статуса повелителя. Но это лишь мое предположение. Все станет ясно, когда Даах объявит своего преемника.

Глава 17

Неожиданно он нахмурился, и между его бровями появилась глубокая морщинка. Мне захотелось протянуть руку и разгладить ее. А еще я хотела прикоснуться к его губам и вновь почувствовать те чувства, которые он мне дарил: спокойствие, защиту и надежду на что-то большее. Я не думала, что так сильно по нему соскучилась.

Мой взгляд снова скользнул по его груди, остановившись на едва заметной полоске шрама. Не удержавшись, я присела на край кровати и, протянув руку, коснулась шрама.

Браак вздрогнул, распахнул глаза и, привстав на локтях, бросил на меня хмурый взгляд. Я успела заметить в его глазах мимолетную радость, которая тут же скрылась за болью.

— Катя? Что ты тут делаешь? — хриплым ото сна голосом спросил он, внимательно меня рассматривая.

Я убрала руку, нервно натягивая рукава платья пониже. Я не хотела, чтобы он видел следы яда, чтобы винил себя, если яд иных все же выжжет меня.

— Я хотела увидеть тебя, поговорить и извиниться, — ответила я, чувствуя себя немного неуверенно рядом с ним.

Расставание с ним задело меня сильнее, чем я думала. Возможно, я и не люблю Браака, но симпатия к нему определенно есть. И я привыкла к нему. И терять его не хотелось.

— Извиниться? — повторил он за мной, еще сильнее нахмурившись. Он подался в сторону, увеличивая между нами расстояние, а затем присел, облокотившись спиной к изголовью кровати. — Ты меня чуть не убила! Думаешь, извинениями тут отделаешься?

В голосе Браака явно ощущалась злость. Я понимаю его и не осуждаю за это. Ведь именно это я и предполагала. И все же мне хотелось с ним увидеться, чтобы окончательно убедиться в том, что между нами нет будущего.

— Я спасла тебе жизнь, — произнесла я с легким раздражением. — Да, это может показаться ужасным, но ты жив. И я искренне этому рада! Когда-то мне потребовалась помощь, и ты был единственным, кто смог мне помочь. Когда передо мной встал выбор: спасти твою жизнь или позволить тебе умереть, я без колебаний выбрала первое. Можешь ненавидеть меня, злиться или проклинать, но я отдала тебе долг и ни капли об этом не жалею!

С каждым моим словом Браак становился все более угрюмым.

— Хочешь сказать, что все эти годы ты была рядом со мной только потому, что больше никому не была нужна? И если бы у тебя был выбор, то ты не осталась бы со мной? — спросил он, сверля меня пристальным взглядом.

Я прерывисто вздохнула. Из всего, что я сказала, он выделил для себя только то, что хотел.

— Ты мне нравишься, — призналась я. — То, что было между нами, — лучшее, что случалось со мной в этом мире. Я не хочу, чтобы наши отношения заканчивались. Но я слишком хорошо тебя знаю, чтобы быть уверенной, что ты не простишь меня и не сможешь быть рядом. Я пришла лишь для того, чтобы убедиться в этом.

Я протянула руку, желая прикоснуться к нему, чтобы вновь ощутить те чувства, которые он во мне пробуждал. Но, встретившись с ним взглядом, я передумала. В его глазах читались обида и злость.

— Удивительно слышать это от той, которая не способна на чувства, — произнес он, отводя взгляд в сторону.

— Не все вампиры бесчувственные, — с легкой усмешкой ответила я. — Можешь не верить, но я все еще могу испытывать эмоции. И сейчас мне очень больно, потому что единственный, кто мне дорог, решил от меня отвернуться. Но я переживу. К тому же у меня есть тот, ради кого я должна хотя бы попытаться выжить.

— О чем ты говоришь? — нахмурившись, спросил Браак, подавшись вперед.

Видимо, мои слова задели что-то глубоко внутри него, что-то, что отвечает за чувства. На мгновение в его глазах промелькнуло беспокойство, но он быстро взял себя в руки.

Он хотел прикоснуться ко мне, даже протянул руку, но замешкался всего на секунду. Именно это дало мне возможность подняться и отойти от кровати. Не хочу, чтобы он трогал меня!

Я боялась не сдержаться и кинуться в его объятия, разрыдавшись и умоляя не бросать меня. Несмотря на то как холодно я пыталась держаться рядом с ним, я не хочу его терять! Потому что сейчас я снова осталась одна.

— Скажи, — вместо ответа я решила спросить: — Возможно ли, что спустя время ты сможешь меня простить? Я… не хочу тебя терять.

Мне было нелегко признать, что я скучаю по нашей размеренной семейной жизни. Я была готова вернуться в тот домик, лишь бы он простил меня и дал нам шанс...

— Прости, — только и смог сказать он, отведя взгляд в сторону.

Мои губы тронула печальная улыбка.

— Значит, все кончено, — с пониманием кивнула я. — Что ж, тогда не буду больше докучать тебе. Надеюсь, у тебя все будет хорошо.

Эшриал

— Так вот почему она сразу не согласилась, — произнес я задумчиво, появившись в спальне брата из темного угла.

Эта девушка всегда меня удивляла. Когда мы впервые встретились, я был поражен ее яркими эмоциями. Она выглядела такой хрупкой и маленькой, с огромными глазами, полными страха. Но ее сила воли будоражила что-то глубоко внутри меня.

Я понимал, что мне не суждено быть с ней, но все равно старался быть рядом, чтобы ощущать ее эмоции и наслаждаться ее обществом. Я осознавал, что рано или поздно это закончится.

Глава 18

Хотя я и приняла предложение Эшриала, я не спешила возвращаться в замок. У меня были еще дела, которые требовали моего внимания. Например, мне нужно было проверить, как обстоят дела с домом Дани, и проследить, чтобы они благополучно в него перебрались.

Я понимала, что просто ищу повод оттянуть время. Мысль о возвращении в замок вызывала у меня некоторое беспокойство. Сколько бы я ни убеждала себя, что уже не та наивная девчонка, которую легко обмануть или припугнуть, это не приносило облегчения.

Еще больше меня расстраивала мысль о том, что я снова одна в этом ужасном мире. Даже то, что я теперь тоже являюсь его частью, не приносило успокоения, а наоборот, только усиливало тревогу. Если мне придется прожить несколько столетий в одиночестве, без друзей и любви, то такая жизнь мне не нужна.

После того как Эшриал ушел, я еще долго лежала, глядя в пространство, и думала о том, как бы мы с Брааком жили, если бы он тогда не согласился помочь старосте. О тихой и спокойной жизни, которой мне сейчас так не хватает. О том, как все разом навалилось на меня, не давая ни малейшей передышки.

Я задремала только ближе к рассвету, чтобы почти сразу же проснуться от неясного шума и недовольных голосов. Сквозь них пробивался испуганный голосок Дани и тихий плач малышки Арлетты.

Не раздумывая, я вскочила с кровати и поспешила к двери, радуясь, что ночью не успела переодеться. Распахнув дверь, я шагнула в гостиную и, остановившись, с раздражением оглядела присутствующих.

Староста стоял в центре комнаты, уперев руки в бока. Недалеко от моей спальни стояла Дани. Она была бледна, испугана и дрожала от страха, прижимая к себе сестренку. Напротив нее стояли двое высоких мужчин, которые, как и староста, с раздражением смотрели на бледную Дани.

Видимо, мой вид в этот момент был впечатляющим, потому что в гостиной наступила гробовая тишина, и все присутствующие во все глаза уставились на меня.

— Что здесь, черт побери, происходит? — недовольно прорычала я.

Настроение было просто отвратительным. Сказывалось то, что я практически не спала, и мысль, что кто-то посмел ворваться в мой дом, пусть и временный, определенно его не поднимала. А еще ужасно хотелось пить. Жажда, которую ночью я вроде бы утолила, вновь вернулась.

— Каталина, дорогая, — староста подался вперед, растягивая губы в улыбке.

От его «дорогая» я скривилась.

— Что привело вас ко мне? Я не вижу, чтобы кто-то из вас нуждался в моей помощи. Никто не болен и не ранен. Но я готова это исправить, — произнесла я с недовольством и злостью, заставив старосту замереть на месте.

Он переступил с ноги на ногу, обвел глазами комнату, а затем остановил свой взгляд на мужчинах, словно ища поддержки. Я снова скривилась и скрестила руки на груди, ожидая ответа. Осознав, что никто не собирается ему помогать, староста все же заговорил:

— Я несколько раз присылал к вам своих людей, но девушка не позволяла с вами встретиться и не давала внятного ответа. Я переживал, что с вами могло что-то произойти. Вот я и решил сам к вам наведаться, чтобы убедиться, что с вами все в порядке.

— Убедились? — спросила я, как только он замолчал.

— Д-да, — запнувшись, ответил он.

Я кивнула и, растянув губы в оскале, продемонстрировала клыки:

— Раз уж вы здесь, то, пожалуй, нам стоит поговорить.

Я прошла к креслу и нагло рухнула в него. Я не собиралась строить из себя леди перед незваными гостями, даже если бы у меня было настроение. Если им что-то не нравится, это их проблемы — нечего было приходить ко мне без приглашения.

— Может быть, выпьете что-нибудь? — поинтересовалась я у старосты, показывая взглядом на кресло и предлагая присесть.

— Нет-нет, спасибо, — торопливо проговорил он, присаживаясь.

— Дани, иди к себе и успокой малышку, а после мы позавтракаем и отправимся осматривать дом, — сказала я девушке, после чего перевела взгляд на мужчину и продолжила: — Надеюсь, староста сдержал слово, и он отремонтирован.

Девушка, не говоря ни слова, скрылась за дверью малой комнаты. Я же по-прежнему смотрела на старосту, ожидая ответа. И, так его не дождавшись, спросила:

— Ну так что, дом отремонтирован?

— Конечно, конечно! — торопливо закивал он головой. — Уже к вечеру все будет готово.

— Я рада это слышать, но мы все равно должны проверить, как вы выполнили свое обещание, — я дала понять, что не верю ему на слово. — И раз уж мы об этом заговорили, я хочу узнать истинную причину, по которой вы пришли.

Не знаю, как объяснить, но я была уверена, что староста пришел сюда не только для того, чтобы узнать, как я себя чувствую. От него исходили тревога, растерянность и, казалось, безысходность. Я ясно ощущала это, хотя и не понимала, что именно это значит. Неужели так проявляется моя способность? Или это то, о чем говорил Эшриал, когда рассказывал о чувствах?

Мужчина замялся. Его лицо покраснело, затем побледнело, а глаза снова забегали по комнате. Он нервничал и не мог подобрать нужные слова, это было очевидно. Я не торопила его, просто ждала. И, наконец, я дождалась.

— Недалеко от города были замечены иные, — произнес староста, и его голос дрогнул.

Глава 19

Я медленно шла по тихой улочке городка, а рядом со мной, чуть позади, шагала Дани, крепко прижимая к себе сестренку. Мы все же решили прогуляться до их дома, чтобы посмотреть, как обстоят дела.

Выставить старосту за порог оказалось не так-то просто. Он был готов не просто просить, а умолять о помощи. Я видела это в его глазах, ощущала всем своим существом, хоть мужчина и держался достойно, не показывая страха. И все же я отказала.

Просить о помощи ради кого-то, когда я сама не могу разобраться со своими проблемами? Да я даже ради себя ни у кого ничего не просила!

Немногочисленные прохожие бросали на нас любопытные взгляды и старались как можно быстрее скрыться в ближайших зданиях. Я провожала их удивленным взглядом, не понимая, что происходит.

— Дани, скажи, почему сегодня улица такая пустынная? — спросила у девушки.

Когда мы встретились с Дани, город был переполнен жителями. Они прогуливались или спешили по своим делам. Но сейчас казалось, что некогда шумный город просто вымер.

— Когда речь идет об иных, все стараются спрятаться, — с легкой дрожью в голосе произнесла Дани.

Я ощущала злость и обиду Дани на горожан. Ведь они словно крысы прятались по норам, пытаясь спасти свою жизнь, в то время как ее семья погибала. Возможно, девушка считает, что если бы кто-то попытался им помочь, они могли бы спастись.

Это чувство меня немного пугало. Ощущать чужие эмоции и словно читать их было страшно. Порой лучше не знать, как человек относится к тебе. Однако в случае с Дани все было иначе. Она испытывала ко мне признательность и легкие отголоски страха. Она не понимала, почему я ей помогаю и что попрошу взамен за свою помощь.

Я могла бы успокоить девушку и сказать, что мне ничего от нее не нужно, но боялась напугать ее еще сильнее.

— Неужели они думают, что в доме безопаснее? — задумчиво спросила я, вспоминая то, что происходило в нашем городе. Я видела те разрушения, которые принесли с собой иные.

— Так есть хоть какой-то шанс, — тихо ответила Дани, и я ощутила от нее новую порцию боли. Видимо, в их случае не помогли и стены дома. — Мы пришли.

Я остановилась и посмотрела на дом. Сейчас он выглядел гораздо лучше. Староста все же выполнил мою просьбу. Стекла были вставлены, дверь занимала положенное место, а на крыше сидели мужчины, видимо, доделывая свою работу.

— Спасибо вам, Каталина, — тихо произнесла Дани, уткнувшись в макушку сестры и пряча глаза, полные слез. — Я уже и не надеялась, что наш дом когда-нибудь станет таким, как раньше.

Я улыбнулась. Мне было так легко помочь ей! Всего лишь пара слов — и жизнь девушки начала налаживаться. Казалось, она сама в это не верила. В ее взгляде все еще страх и благодарность.

— Иди принимай работу, — сказала я. — Давай я подержу Арлетту, пока ты будешь осматривать обновленный дом.

Дани вздрогнула, крепче прижимая к себе сестренку, и посмотрела на меня со страхом. Глупая девчонка, она подумала, что я хочу причинить вред малышке. Но разве такое возможно? В этом мире только дети не способны на предательство.

— Я бы никогда не причинила вред ни тебе, ни твоей сестре. Но если тебе будет спокойнее, я не стану настаивать, — произнесла я, отводя взгляд от сестер и посмотрев вдоль улицы. — Ладно, пойду прогуляюсь, пока вы любуетесь обновленным домом.

Прежде чем Дани успела что-то сказать, я отвернулась от нее и пошла по улице в противоположную сторону от дома целителя. Вспомнив, что так и не успела осмотреть город, я решила, что сейчас самое подходящее время для этого. Вокруг не было любопытных глаз, и я могла бы насладиться прогулкой.

Сейчас я уже не ощущала разницу между этим миром и своим. Я больше не считала его чужим и не пыталась вспомнить свой. Мои родители давно похоронили меня, и за эти годы они уже успели пережить свое горе. Поэтому возвращаться туда не имело смысла. Здесь у меня есть сын, но на этом все.

Если бы не Варас, я бы не знала, ради чего жить дальше. У меня были дом и Браак, которого я считала своим мужем. К тому же я обладала способностью лечить. Мне нравилась моя жизнь.

Но теперь я снова одна и не могу ничего изменить. Даже моя способность перемещаться исчезла! Это огорчает меня гораздо больше, чем утрата умения исцелять.

Мне не хотелось думать о том, что я больше никому не нужна, но все чаще в моей голове возникало понимание, что мне никогда не стать счастливой и не найти свое место в этом мире.

— Вот ты где, — раздался голос Эшриала.

Он появился рядом и подстроился под мой шаг. Я почувствовала исходящие от него эмоции: недовольство, любопытство и что-то еще. Пока не смогла понять, что именно. Трудно сосредоточиться на чужих чувствах, когда в собственных неразбериха.

— Что-то случилось? — спросила я, не поворачивая в его сторону голову. — Я чувствую твое раздражение.

— Чувствуешь? — удивился вампир.

— Да.

Почему он так удивляется? Он же сам говорил, что у меня пробуждается способность.

— Интересно, — задумчиво протянул он. — И на что еще ты способна?

— О чем ты? — спросила я, нахмурившись, и даже остановилась, чтобы бросить взгляд через плечо на вампира. — Ты же сам сказал, что у меня просыпается способность, так к чему эти вопросы?

Глава 20

Я заметила на пустынной улице хрупкую фигуру Дани, которая стояла у порога своего дома, крепко прижимая к себе сестренку. Она не сводила глаз с того, что происходило за моей спиной.

Обернувшись, я с ужасом увидела, как нечто страшное напало на город. Монстры. Они ломились в первые попавшиеся на их пути дома. Даже с такого расстояния я могла оценить их огромные размеры.

Я первая пришла в движение, через мгновение оказавшись рядом с Дани. Она по-прежнему стояла и с ужасом взирала на творящийся кошмар где-то там, в начале города. Где жители первыми приняли на себя их удар.

Посмотрела вновь в ту сторону и недовольно покачала головой. Крики первых жертв разнеслись по округе, и им вторил рев монстров. И никто не осмелился даже попытаться помочь бедолагам. Все трусливо прятались в своих домах в надежде, что их минует этот ужас.

Отвернувшись, я развернула Дани в сторону дома и приказала:

— Прячьтесь, быстро!

Мне было страшно, тело била крупная дрожь. Но, вместо того чтобы скрыться в Грани и уйти туда, где безопасно, я заставила себя остаться здесь. Я понимаю, что не смогу оказать существенную помощь, но, по крайней мере, в случае опасности я смогу перенести Дани и ее сестру в безопасное место. Надеюсь, у меня хватит сил для этого и я не потеряюсь в Грани.

— Это не поможет… Они найдут, достанут… А потом разорвут нас, как родителей и братьев, — бормотала девушка, не торопясь прятаться. Она замерла там же, куда я ее подтолкнула. Кажется, она только шаг сделала по инерции. — Лучше сразу умереть, чем жить всю жизнь в страхе.

— Что за глупость! — возмущенно зашипела я, как змея, хватая глупую девчонку за предплечье и ведя ее к дому. — Если ты желаешь умереть, я не стану мешать. Но сестру ты оставишь мне! Твои родители жизнь отдали, чтобы спасти вас. Братья погибли ради того, чтобы ваша жизнь продолжилась. Ты хочешь, чтобы их смерть была напрасной? Кто-то из вашей семьи должен жить!

Девушка вздрогнула, как будто я ее ударила. Я ощутила ее боль и страх. Эти чувства нахлынули так неожиданно, что я пошатнулась.

— Я хочу жить! — тихо шепнула она и заглянула мне в глаза. — И сестра будет жить!

Едва заметно улыбнувшись, я отпустила ее и проследила за тем, как она скрылась в доме. Я собиралась последовать за ней, но ощутила, как мою руку сжали в стальной хватке. Нахмурившись, я только сейчас вспомнила про Эшриала.

— Нам надо уходить, — сказал он, когда мы встретились взглядами.

— Что? — я нахмурилась. — Разве ты не отправился за подмогой? Ты же видишь, на город напали, нужно что-то предпринять. Почему ты так на меня смотришь?

Я почувствовала его эмоции. Сожаление. Он не испытывал страха или жалости к тем, чья жизнь сегодня оборвется. В нем не было желания помогать. Только сожаление. И не перед жителями, а передо мной.

— Никто не придет, не так ли? — спросила я, словно не желая в это верить. Мне хотелось, чтобы он убедил меня в обратном. Но этого не произойдет.

Вспомнился день, когда наши пути вновь пересеклись. Они знали о нападениях иных, знали, что придется оставить жителей на растерзание монстрам. Повелитель ждал этого дня, готовился к нему. Стоит только Эшриалу со мной вернуться в замок, как они его закроют. Спрячутся на столетия в подземельях, словно крысы, и будут спокойно жить, как жили до этого.

Что для вампира столетие? Ничто. Впрочем, как и чужая жизнь для этих монстров ничего не стоит.

— Мы говорили об этом, — сказал Эшриал и вскинул голову, глядя вперед. — Нам нужно уходить. Сейчас!

Я проследила за его взглядом и вздрогнула. Прямо на нас с невероятной скоростью мчался огромный монстр. Сердце пропустило удар и забилось в удвоенном ритме.

«Бежать! Спасаться! Опасно!» — эти мысли бились в моей голове, но я продолжала стоять и смотреть на существо, которое было в пять раз больше и шире второй ипостаси Кьярана.

— Катя! — рыкнул Эшриал и, не дожидаясь моего ответа, притянул меня к себе, обнимая. Осознание того, что он собирается сделать, вернуло меня к реальности.

— Нет! — вскрикнула я и оттолкнула вампира от себя. На удивление мне это удалось с первого раза. Видимо, Эшриал просто не ожидал от меня ничего подобного и не успел среагировать. — Я никуда не уйду!

— Ты не понимаешь, как это опасно! — бросил он, делая шаг ко мне. А я, в свою очередь, отступила.

— Я не стану отсиживаться в замке как крыса, пока гибнут люди! — сказала я, в очередной раз уворачиваясь от вампира.

— Они не люди! Монстры, населяющие этот мир, и единственный источник пропитания для вампиров. Словно насмешка от проклятой ведьмы! — рыкнул он, снова делая попытку приблизиться.

— В этом мире монстры — только вы! — прорычала я, и Эшриал замер. — По сравнению с вами эти существа могут испытывать настоящие чувства.

Лицо вампира исказилось от боли. Я затронула чувствительную тему.

— Можешь говорить что угодно, но им безразлична твоя жизнь, а нам — нет! — воскликнул он.

— Потому что повелитель считает, что я помогу вам снять проклятье? — рассмеялась я, а Эшриал вздрогнул от неожиданности. Правильно, ему-то откуда знать, что я видела их разговор. — Но я вас разочарую. Его нельзя снять. Вы сами заслужили это проклятье, не желая меняться. Вы привыкли так жить, и даже если проклятье исчезнет, ничего не изменится.

Глава 21

Во мне разрасталась злость на тех, кто сейчас спокойно отсиживается в замке: на Повелителя, его сыновей и прочих вампиров. Их там достаточно, чтобы обеспечить безопасность жителям этого мира. Но всем им плевать на существ, главное — спасти свою шкуру.

Вой, раздавшийся неподалеку, заставил меня действовать. Я стянула с себя плащ и накинула его на ребенка. Несколько резких движений — и он оказался укутан с ног до головы и прижат к моей груди. Шаг — и я оказалась в Грани, на этот раз без какой-либо подготовки. Видимо, уже привыкла пользоваться ею. Или, возможно, все дело в злости, которая сейчас раздирает меня изнутри.

Я вернулась в гостиную, где недавно оставила Дани с сестрой. На диване сидела Арлетта, увлеченно играя с какими-то мелочами. Дани нигде не было видно. Внезапно ребенок, которого я держала на руках, заплакал, нарушая тишину. Из кухни тут же выбежала Дани.

На мгновение она растерялась, застыв в полушаге и глядя на меня в изумлении. Кажется, Дани не ожидала увидеть меня так быстро. Однако она взяла себя в руки и, немного неловко приблизившись ко мне, посмотрела на плащ в моих руках.

— Ты сможешь позаботиться и о нем? — спросила я, слегка отодвигая черную ткань и показывая ей ребенка.

Дани ахнула, прикрыв рот рукой, словно пытаясь сдержать крик. Возможно, она узнала этого ребенка. Ее глаза выражали сожаление.

— Конечно, — произнесла она поспешно и с готовностью приняла ребенка из моих рук.

— Хорошо, — сказала я и снова шагнула в Грань.

Я надеялась, что смогу помочь еще кому-нибудь. Я понимала, что не могу помочь всем и что лучше позаботиться о себе, ведь у меня и так было достаточно проблем. Но если я перестану помогать другим, то боюсь, что потеряю свою человечность. А это единственное, что осталось от прежней меня.

Я вновь оказалась посреди улицы, но на этот раз не успела осмотреться, потому что почувствовала за спиной движение и горячее дыхание, обжигающее мой затылок. Я замерла, боясь даже представить, кто может стоять за спиной. Медленно повернула голову вбок, пытаясь разглядеть хоть что-то, и тут же испуганно вскрикнула, резко развернувшись и пошатнувшись от громкого яростного рычания, опаляющего мое лицо.

Оступившись, я упала на спину и сильно ударилась головой. Кажется, ладони ободрала, когда пыталась смягчить удар. Я сжала зубы, чтобы не закричать от боли. Приподнялась на локтях и взглянула на монстра.

Он был огромным, с синей кожей, огромными рогами, длинными острыми ушами и волосатым покровом на морде, напоминающим бороду. Острые зубы выглядывали из-под нижней губы, а вместо носа были две дырки. Его глаза горели красным огнем.

Я сожалела, что не могу воспользоваться перемещением. Как бы я ни старалась, не могла сосредоточиться и настроиться на Грань под пристальным взглядом существа.

Попыталась присесть, но яростное рычание заставило меня вздрогнуть. Я замерла с широко распахнутыми глазами, наблюдая, как монстр с открытой пастью стремительно приближается ко мне. В этот момент я подумала, что это конец. Успела лишь закрыть лицо рукой, чтобы не видеть приближающуюся ужасную пасть, надеясь, что все закончится быстро.

Затаив дыхание, я приготовилась к боли. Но ни через секунду, ни через две ничего не произошло. Медленно я чуть сдвинула руки от лица, чтобы посмотреть, что происходит. Но стоило мне приоткрыть глаза, как я вздрогнула от неожиданности.

Морда монстра находилась в считанных сантиметрах от моего лица. Мышцы на его морде странно подергивались, словно он к чему-то принюхивается.

Я неотрывно следила за ним. Мгновение — и пасть существа чуть приоткрылась, и оттуда высунулся длинный язык. Он скользнул по моей ладони, которую я по-прежнему держала перед лицом, заставляя меня судорожно вздохнуть от неприятного шероховатого касания.

Только сейчас я вспомнила, что содрала ладони при падении, и, видимо, монстр слизал капельки крови. Я продолжала смотреть на существо, не понимая, чего он медлит, ведь я уже была готова проститься с жизнью.

А оно, словно издеваясь над моей психикой, подалось вперед, сокращая остатки расстояния между нашими лицами. Ткнувшись куда-то в район ключицы, он с шумом вдохнул и с рыком выдохнул, заставляя мое тело трястись от ужаса.

Отстранившись, существо присело передо мной, склонив голову набок. Вздохнув, понимая, что есть меня пока никто не собирается, я под пристальным взглядом существа все же убрала от лица руки и приняла сидячее положение.

Яростные ярко-красные глаза сменились вполне человеческими, пронзительно голубыми, словно ясное небо, и в них я увидела осмысленность. Я осознала, что передо мной вполне разумное существо.

Может ли быть так, что они когда-то были такими же разумными, как жители этого городка?

— П-привет, ты же не станешь меня есть? — тихо произнесла я и попыталась улыбнуться, что вышло, судя по всему, не очень, поскольку монстр подался вперед, вынуждая меня отодвинуться.

Ненадолго прикрыла глаза, стараясь успокоиться. Съест ли меня это существо или нет, я не знаю. И ждать, чтобы узнать ответ, я не собираюсь. Поэтому я стала настраиваться на Грань и ужаснулась, понимая, что у меня ничего не выходит. Я попробовала снова и снова, но никакого результата не добилась.

Не понимая, в чем проблема, я нахмурилась и распахнула глаза, посмотрев на иного. Неужели все дело в нем? Кто бы мне еще ответил!