Бал Кровавой Луны

Пролог. Часть 1

Слёзы застилали глаза. Разноцветные огни ночного города смазались. Я бежала, не разбирая дороги. Рыдания до боли сжимали лëгкие, забивая горло тяжëлым комом.

Школьный рюкзак, стучал по спине при каждом шаге. Где-то справа гудели машины. Холодный осенний ветер обжигал лицо, мелькали смутные тени прохожих. Но сейчас ничего не имело значения. Мне лишь хотелось убежать подальше и никогда не слышать той фразы, которую мама сказала отцу.

Но, словно издëвка, в ушах эхом, вновь и вновь, звучали слова, произнесённые мамой так спокойно, так тихо: «Достаточно. Я подаю на развод».

Хотелось кричать. Мне так отчаянно хотелось войти к ним в комнату и накричать на них обоих. Устроить истерику, топать ногами. Но когда родители заметили меня, стоящую в дверях, в их глазах читались лишь неловкость и глубокая усталость. Я не смогла выдавить из себя ни слова.

— Лилиан, дочка, — растерянно произнёс отец. Он протянул ко мне руку, но почти сразу её опустил. — Мы... всё объясним.

Объяснений я ждать не стала. Не хотела услышать ещё раз то, что уже впечаталось мне в сознание, быстрым ядом отравляя бешено скачущие мысли. Я развернулась и побежала. Неважно куда. Лишь бы подальше.

Казалось, я бежала целую вечность, пока ноги сами не подкосились на холодных ступенях какого-то заброшенного фонтанчика в глухом уголке парка. Я рухнула на камень, и, наконец, из горла вырвался крик — хриплый, бессильный. Но звук тут же утонул в густом ночном тумане.

Не знаю, сколько я так просидела, жалея себя и совершенно не понимая, почему моя семья должна вдруг... сломаться. Только когда сил не осталось даже на всхлипы, я заметила, что за мной кто-то наблюдает.

В густой тени раскидистого дерева определённо стоял человек. Тусклый свет луны выхватывал размытые очертания высокой тонкой фигуры. Поняв, что его заметили, человек шагнул в мою сторону. Его движения были какими-то странными, необычно плавными, текучими, будто смола.

— Здравствуй, дитя. Почему ты плачешь? — голос звучал ласково, убаюкивающе. — Если тебя кто-то обидел...

— Нет. Никто. Мне пора домой, — резко ответила я. Как бы плохо мне сейчас ни было, это не повод общаться с подозрительным человеком в тëмном заброшенном парке.

Я поспешно встала и, быстро утерев остатки слëз рукавом, сделала шаг в сторону, но незнакомец уже стоял рядом со мной. Я не заметила его движений, не слышала шагов, но он находился прямо перед моим лицом. На нём был строгий костюм и смешная шляпа-котелок, какие я видела разве что на старых картинах. Лицо этого человека было чересчур тонким, словно все черты были заострёнными. При этом он был очень красив. Его не портили даже смешные тонкие усики, уложенные строго вниз, делая их похожими на стрелки часов. В свете бледной луны на одно мгновение мне показалось, что его зрачки имеют форму звëзд и медленно, едва заметно, пульсируют. Но когда он заговорил, я моргнула и наваждение прошло.

— Не спеши, дитя. Я могу помочь, могу решить почти любую проблему. Расскажи, что произошло, — его голос стал тише, звуки тянулись, словно напев очень странной мелодии.

Пролог. Часть 2

Мне снова захотелось плакать. В носу защипало, на глаза набежали солёные слëзы, с губ сорвался сдавленный всхлип. Я сделала два шага назад, снова плюхнувшись на каменную ступеньку у фонтана. И рассказала всё этому странному незнакомцу: как вернулась после художественной секции, как услышала разговор родителей, и даже то, как папа и мама любили меня, и какой идеальной была наша семья. До сегодняшнего вечера.

— Понимаю, для ребёнка это большой удар, — кивнул он, выуживая платок из нагрудного кармана пиджака и протягивая его мне.

— Я не ребёнок, мне исполнилось тринадцать! — выпалила я, резко схватив платок.

От необычной прохладной ткани пахло травами и ветром. Когда я стëрла с лица следы своих рыданий, то почувствовала, как опухшие глаза и нос перестали болеть. Но не придала этому большого значения.

— Ох, прошу меня простить. Конечно же, не ребёнок. Но твоя печаль от этого не меньше... Однако, как и говорил, я могу помочь. Хочешь, я подарю твоим родителям нерушимую связь? — незнакомец сладко улыбнулся и его зрачки вновь дрогнули.

— Нерушимую? Они не разведутся?

— О, конечно, нет! Они не смогут жить друг без друга, это я обещаю! — на лице странного человека появилась восторженная улыбка.

Я смотрела на него с сомнением. Конечно, выговориться было неплохо, мне стало немного легче. Но поверить в то, что случайный прохожий вот так взмахнëт волшебной палочкой и всё вдруг станет прекрасно... В это поверит разве что младенец.

— Вы психолог? — спросила с сомнением.

— Вовсе нет. Я намного лучше! Мои методы действительно работают. Но, конечно, я тоже ничего не делаю бесплатно, — он пожал плечами.

— У меня нет денег, — я встала, всё же собираясь уйти.

— Мне не нужны деньги. Я предлагаю выгодную... сделку. Соглашение. Я сделаю так, что твои родители навсегда останутся вместе. А ты... — незнакомец постучал длинным указательным пальцем по своей шляпе-котелку, делая вид, что размышляет, и только сейчас я заметила, какие длинные и острые у него ногти. — Ну, скажем, устроишься на работу туда, куда я попрошу.

В памяти всплыли страшные заголовки в интернете, где говорилось о торговле органами, рабстве и других жутких вещах. Вернуться домой захотелось сильнее. Но тут же голову прорезала болезненная мысль: дома будут родители, которые больше не желают видеть друг друга, гнетущая атмосфера и неловкие взгляды в мою сторону.

— Обещаю тебе, что это будет обычная работа, — словно угадав, о чём я думаю, произнёс человек. — Кое-кто постоянно ищет персонал, рабочих рук не хватает, поэтому... Что скажешь? Мы даже подпишем контракт, всё честно.

От волнения сердце забилось слишком быстро, а кожа покрылась холодным потом. Предложение звучало слишком сказочно... Но так хотелось поверить. Вдруг этот странный человек и правда сможет что-то сделать? Поговорить с родителями и помирить их?

— Ну, если вы обещаете...

Мне подумалось, что бояться нечего. Он просто поговорит с мамой и папой. И если они всё же... разведутся, я ничего не буду должна, а если всё получится и они помирятся... Что ж, немного поработаю горничной по выходным или кто там нужен этому чудаку. Всё звучало довольно безобидно.

— А когда вы поговорите с моими родителями? — спросила, всё ещё сомневаясь.

— Зачем мне говорить с ними? Я говорю с тобой. Только скажи, что согласна, и заключим договор. Большего и не требуется! Ну?

Голос незнакомца снова звучал, как сладкий и вязкий сироп, в котором можно утонуть. Он смотрел на меня так пристально. В тонких пальцах мужчины, словно из воздуха, появился пергамент, исписанный мелким шрифтом, и острое перо какой-то необычной птицы.

— Ладно, я согласна, — кивнула, закусив губу. В голове я старалась держать мысль, что это ради мамы и папы, ради нашей семьи.

— Прекрасно. Позволь мне зачитать наш с тобой контракт! — Мужчина прочистил горло и начал: — «Я, Малкон, обещаю, что родители Лилиан останутся вместе и не расстанутся, пока Лилиан исполняет принятые на себя обязанности.
Обязанности Лилиан заключаются в работе, предложенной ей мной, в месте, выбранном мной, и в срок, необходимый для сохранения соглашения.
Лилиан подтверждает, что принимает условия добровольно и обязуется не покидать службу без дозволения.
Пока Лилиан находится на службе и выполняет свои обязанности, связь между её родителями будет сохранена в целости.
В случае если Лилиан по собственной воле прекратит службу или нарушит условия соглашения, Малкон освобождается от всех обязательств, связанных с сохранением этой связи и не несёт ответственности за жизнь родителей Лилиан.
Соглашение вступает в силу с момента согласия Лилиан и действует до его надлежащего исполнения».

Я не разобрала и половины того, что он говорил, слишком удивилась, услышав своё имя. Я ведь не представлялась. Кажется.

Но я поняла, что мужчина, назвавший себя Малконом, обещает сохранить мою семью, а мне лишь нужно помогать в заведении его друга. Это не страшно, я готова. Если он обманул и это будет опасная работа, я обращусь в полицию.

Я поджала губы, по-прежнему опасаясь брать в руки перо, но этот странный человек снова посмотрел мне в глаза, и я решила не тянуть с ответом.

— Просто напиши своё имя вот тут, — Малкон ткнул острым ногтем внизу договора.

Я взяла перо и почувствовала быстрый лёгкий укол, но едва его заметила. На кончике пера образовалась крошечная тëмная капля, потянуло кровью. Я быстро написала своё имя и отдала пергамент Малкону. На его лице расцвела приторная улыбка.

Ох, если бы я тогда знала...