Балкон для двоих. Под прицелом

Глава 1. Анна

Я отчаянно жму на газ. Изображение перед глазами расплывается, но не из-за скорости — из-за слёз, ручьями бегущих по щекам.

Всего вчера... Мы с Маринкой допивали глинтвейн на моём диване. Она, захлебываясь смехом, вытирала салфеткой помаду с бокала. Той самой, ярко-алой, «для уверенных женщин», как она говорила.

А сегодня.

Эти же алые губы впились в рот моего мужа. Посреди белого дня. На лавочке у нашего дома.

Гоню прочь яркое воспоминание. Картинка не желает исчезать.

Зелёный мигает, успеваю проскочить и избежать клаксона из машины позади.

В висках стучит так громко, что заглушает барабанный бой в динамиках. Или это всё ещё стучит сердце?

И снова перед глазами он. Его язык таранит рот Маринки. Моей подруги.

Вчера звонила поболтать, а сегодня подставляет всю себя моему мужу.

Нагло. Развязно.

Посреди белого дня! На всеобщее обозрение.

Рёв мотора дарит облегчение. Это единственное, что я сейчас контролирую.

Рука вытирает слёзы. Кидаю взгляд на спидометр: восемьдесят километров в час.

Многовато для мегаполиса. Убираю ногу с педали.

Смотрю, где я.

Район незнакомый. Приходится сделать самое худшее в данный момент — остановиться.

Дышу. Заставляю лёгкие раскрываться, несмотря на спазм.

«Я ни в чём не виновата. Это всё он. И она.»

Муж и лучшая подруга.

Плечи подрагивают от всхлипов. Руки впиваются в руль до побеления костяшек. Нужно прийти в себя.

Были же звоночки! Красные флаги, как сейчас говорят. Он последние два года жил на мою зарплату.

«У меня все деньги в обороте. Это же бизнес, милая!»

Я верила. Отложила свою мечту, продолжая батрачить на «дядю». И вот она — карма. Болезненная, как хлыст.

Какая же я дура!

Вытираю мокрые щеки. Нужно ехать домой.

Вбиваю до боли знакомый адрес: «Московская 5».

Окна в машине открыты, январский мороз мне на пользу. Щёки горят от колючих снежинок, летящих прямо в лицо. Зубы отбивают незнакомый ритм. А сердце… покрывается корочкой льда. Так легче.

— Марина… Подруги со школы. Ладно он — кобель. Но ты?

Внутреннее возмущение бурлит, как пустой чайник на раскаленной конфорке.

Перебираю в памяти каждую мелочь. В какой момент подруга предала? И кто кого соблазнил? Андрей?

Десять лет брака. В одно мгновение — горстка пыли на ветру. Я не прощу. Это противно.

Снова сжимаю руль покрепче.

Вот и наш двор. Мой. Уютное гнёздышко, что я так заботливо обустраивала всё это время, отныне вызывает омерзение.

Выкину его вещи. Перекрашу стены. Выбью ковры. Выжгу это место каленым железом, чтобы не осталось даже тени его присутствия.

Лифт поднимает меня вверх. К облакам, где я так неосторожно посмела витать. Наивная.

Внутри пахнет борщом. Моим борщом, по рецепту его матери. В прихожей ваза с чуть подсохшими цветами — я купила их в среду, чтобы «оживить интерьер». Так тепло, что сердце рвется на части. На тысячи острых осколков, каждый из которых — вчера, позавчера, любой из наших трех тысяч шестисот пятидесяти дней.

Мой уютный мирок, который я лепила день за днем, он променял на другую. От этого осознания выворачивает наизнанку. И от пустоты, которая уже зияет на месте всей моей вчерашней жизни, становится тихо и страшно.

Но этот мир нужно разрушить. Безжалостно. Раз и навсегда.

По-другому никак. Я не смогу склеить свою душу. И стереть из памяти увиденное не смогу.

Снова тот поцелуй перед глазами. Маринкина голова поднята, его руки сжимают её в объятиях… А она, словно ядовитый плющ, вцепляется в его шею, волосы.

К чёрту!

Дверь кладовой открываю с такой силой, что ручка оставляет след в стене. Чемодан, его большой дорожный чемодан, летит на пол с таким треском, будто ломается ребро. Пластик колесиков визжит по паркету. Прекрасно.

Я готова карать. Рвать. Резать. Впиться пальцами в шевелюру подруги и напомнить о значении слова «дружба».

А муж… У меня сейчас даже нет сил на разборки. Просто скидываю его вещи в кучу. Руки на автомате закатывают каждую тряпку в плотный рулон и упаковывают в последний раз.

Да, я хочу вместить всё и сразу.

Андрей до сих пор молчит. Он точно видел меня. Моё глупое растерянное лицо в двух метрах от того проклятого места. Побледнел.

Трус.

Как и она. Марина.

Предатели!

Наконец, понимаю, что у моего мужа моя карта. Захожу в онлайн-банк и блокирую счета.

«Снятие наличных в десять утра. Десять тысяч.»

Значит, так ты вкладываешься в бизнес? Сколько таких Марин было за эти годы? Сколько моих денег ты потратил на чужих баб?

Снова злые слнезы застилают обзор.

Открываю входную дверь и выставляю чемодан на площадку. Квартира моя — куплена до брака. Андрей здесь даже не прописан.

Соседняя квартира пуста уже три месяца. Я это знаю. У нас общий балкон. При строительстве забыли разделительную перегородку. Но это мелочь.

На последнем этаже тишина. Густая, как патока, она окутывает с головой.

Слушаю звуки города. Смотрю в никуда.

«Аня, я нашла потрясающее место. Рядом с твоим домом, соседний квартал…»

Перечитываю сообщение от Валентины. Агент по недвижимости. Она предложила мне вариант для покупки цветочного павильона. Утро, радостное и полное надежд, разбилось вдребезги.

Я копила. Каждую копейку берегла. И ужасно раздражалась, что Андрей предпочёл игнорировать совместный семейный бюджет. Его устраивало, что мою карту можно взять и не спрашивать разрешения.

Где я ошиблась? В какой момент повернула не туда?

Грохочущие створки лифта заставляют меня очнуться. Самоедство завершается звоном ключей в замке.

Он не войдёт. Я заперлась изнутри. Блокировка. Цепочка.

Звонок неприятной трелью вонзается в мозг. Обнимаю себя за плечи. Не хочу его видеть.

Молчу.

В ход идут кулаки. Дверь вздрагивает под ударами.

— Аня, открой! Давай всё обсудим!

Глава 2. Анна

Заснуть сразу не получается. Завариваю чай с ромашкой, вдыхаю сладковатый аромат и накидываю теплый кардиган. С чашкой в руках устраиваюсь на балконе.

Темноту ночного города разбавляют огни и далекий шум. Ты не один. Сколько таких же разбитых сердец сейчас не спит?

От свежего воздуха, а может, и от чая, глаза начинают слипаться.

Утром будильник отключаю. В телефоне — пропущенный звонок от Марины и несколько сообщений.

Утренняя рутина на автомате. Поливаю цветы, варю кофе. Привычки всегда со мной.

Почти хочу спросить Андрея, что он будет на завтрак, и спотыкаюсь об эту мысль. Он ведь тоже был частью привычного мира.

Закрываю глаза и дышу. Не люблю что-то менять. Мне всегда сложно привыкать к новому. А теперь я разом лишилась двух дорогих людей.

В холодильнике лежат патчи для глаз — наконец-то пригодились. Прикладываю к коже и уповаю на чудо косметологии, которое должно избавить от припухлостей.

Разом удаляю все сообщения подруги. Бывшей подруги. Не успеваю убрать телефон — снова звонок.

Марина.

Несколько секунд смотрю на ее фото. Белокурая, кареглазая, с широкой улыбкой и ямочками на щеках. Симпатичная… шкура!

Злость затмевает разум. Жму на зеленую кнопку.

— Ну привет, подруга. Как дела, как в личном? Ах, да, подожди… Ты же теперь личное счастье прямо в нашей кровати нашла. Ну и как? К лицу чужое?

— Ань, перестань. — Я не вижу её, но прекрасно знаю этот тон, когда она закатывает глаза. — Я рада, что ты узнала. Груз с души. Надоело тебя обманывать.

В её голосе — ни капли раскаяния. Лицемерка.

— Молодец, Марина. Рада, что ты разгрузила и себя, и меня. Прям легко стало! А звонишь-то зачем? — Перед глазами проносятся картинки из детства. Со школы дружим. Никогда бы не подумала…

— Слушай, ну ты же понимаешь, что неправа? — У меня от такой наглости отнимается дар речи.

— Ой, серьезно? А в чём? — Делаю нарочито заинтересованный голос.

— Зачем ты его карты заблокировала? Сбережения все его забрала. Верни, Ань. Теперь это нам с ним пригодится.

— Марина, ты ничего не перепутала? Я заблокировала свои карты! Чтобы Андрей не тратил мои деньги на чужую бабу. По-моему, справедливо.

Слышу, как скрипят её зубы. Злится. А мне этот звук доставляет извращенную радость.

— Твои, его — какая разница? У мужа и жены всё общее. А ты его без средств оставила.

В мою сторону летит укор. Еще чуть-чуть — и я поверю, что виновата. Ну нет. Иди к чёрту!

— Марина, если ты увела мужика из семьи, то не жалуйся, что он без денег. Он последние два года в семейный бюджет не вкладывался! Так что, извини, возврат не оформлю.

Хочу бросить трубку, но слышу, как она довольно хмыкает.

— Два года он на меня тратился…

Жму «отбой».

В глазах темнеет.

Два года?

Она же мне в уши лила про богатого любовника. И на Мальдивы её возил, и шубу подарил… Горло сжимает спазм.

Мой муж два года трахает мою подругу, тратит на неё все деньги, а живет на мои.

Класс!

Сгребаю в кучу остатки своего самолюбия. Складываю в сумку документы: паспорт, свидетельство о браке… Что там ещё?

Спускаюсь на парковку и вижу записку. Белый листок развевается на лобовом стекле моей машины, прижатый дворником.

Вытаскиваю бумагу и закрываюсь в салоне. Пальцы дрожат. Я знаю, чьих это рук дело.
Выдыхаю, прежде чем набраться смелости прочесть.

Аня, прости. Ты не должна была нас увидеть. И знать про нас тоже. У нас с тобой идеальный брак, меня всё устраивает. Ты успокоишься и забудешь. Даю тебе три дня.

Твой муж.

Легкие раздуваются во всю грудную клетку, а вот слов нет. Хочется взять биту и разнести что-нибудь вдребезги. В глазах плывёт.

Удивлённо смахиваю слезы. Невероятно! Это надо же — он мне три дня дает!

Вбиваю в навигатор адрес ЗАГСа Советского района. Там поженили — там и разведут.

Снова жму на газ.

Всё ещё не верю, что это происходит со мной.

С нами.

Паркуюсь у здания, оставляя машину на аварийке. Мест нет. Какая ирония.

Внутри — очередь. Молодые парочки спешат подать заявление. Вспоминаю нашу свадьбу с горечью.

Обрывки чужих клятв вонзаются в сердце болезненными занозами: «Всегда буду любить… И в богатстве, и в бедности… Любимая…»

Как они могут верить?

Андрей тоже смотрел в мои глаза, клялся в любви… Но не упоминал верность.

— Девушка, ну что вы пришли? Сейчас всё онлайн можно подать. Вот, почитайте. — Работница тычет в меня листком бумаги.

Второй раз за утро мне приходится читать записку. Пробегаю глазами по строчкам: сайт, сумма пошлины… Что? Две тысячи рублей?

И тут я понимаю: у меня заблокирована карта. Моя же самостоятельность ставит подножку моей уверенности. Хочется выть. Беспомощность, от которой опускаются руки.

Нужно в банк.

Меняю маршрут в навигаторе.

Освобождаюсь только к обеду. На работе беру отгул. Нет ни сил, ни желания куда-то ехать.

По пути в магазин беру бутылку красного, любимый сыр. Настроение — устроить генеральную уборку. У дома вижу автомобиль Андрея. Не поняла?

Едва я выхожу из лифта, как натыкаюсь на мужа. Его глаза растерянно бегают, но он тут же вскидывает подбородок.

— Аня, вот и ты! — Улыбается, словно меня только и ждал. Но я в это время всегда на работе. Что ему нужно?

— Я не хочу тебя видеть, Андрей. Что тебе надо? — Впервые вижу, как его лицо искажает гримаса злобы.

— Ты что о себе возомнила, а? — Не успеваю моргнуть, как оказываюсь прижатой к стене.

Его пальцы впиваются в шею, перекрывая воздух. В глазах темнеет, и в этой черноте вспыхивает осознание: человек, с которым я делила жизнь десять лет, — чужой. И смертельно опасный.

— Три дня, — сипит он прямо в лицо. Запах его дорогого одеколона вдруг меняет свой флер. Нотки розового перца теперь для меня пахнут страхом. — Не вздумай перечить.

Отпускает.

Я сползаю по стене, жадно хватая ртом воздух.

А звук его удаляющихся шагов отстукивает в висках:
Это-только-на-ча-ло…

Страница моба

Литмоб «Ты Моя Вселенная»

16+

25.01 Елена Милэй «Я – Руслан Людмилы. Вернувшийся из неоткуда»

https://litnet.com/shrt/6yJu

25.01 Мирослава Меленская — «Спасая тебя»

https://litnet.com/shrt/cO-5

27.01 Ирина Дария — «Иван да Марья. Тёмные воды всё знают».

https://litnet.com/shrt/zyaX

28.01 Дива — «Пока ты рядом. Реабилитация любви»

https://litnet.com/shrt/TXNy

01.02 Ольга (Ольга Михайлова) —«Балкон для двоих. Под прицелом»

https://litnet.com/shrt/R6I7

03.02 Елена Млэй — «Ледяные горки. Любовь не по навигатору»

05.02 Екатерина Федорова — «Кузнец для моей души»

Описание Литмоба

Когда рушится твой мир, судьба посылает того, кто поможет собрать его заново — по крупицам, по осколкам, по обожжённым воспоминаниям.

Литмоб «Ты моя Вселенная» — это не просто сборник историй. Это путешествие к свету через самую густую тьму.

Здесь нет случайных встреч. Есть судьбоносные столкновения на краю пропасти, где отчаяние одного — становится якорем спасения для другого. Героиня, познавшая горечь утраты или предательства, встречает героя, который сам едва держится на плаву — с амнезией, с клеймом жертвы, с кровавым следом прошлого за плечами.

Сначала она спасает его — вытаскивает из ледяной воды, из-под обломков жизни, из лап беспамятства. Потом он спасает её — возвращает веру в себя, в любовь, в то, что после ночи обязательно наступит рассвет.

Их союз — не вспышка страсти. Это тихая, упрямая работа души, где доверие строится шаг за шагом, а любовь вызревает, как драгоценное вино, в погребе пережитых испытаний.

Мы пишем о силе, которая рождается из слабости. О честности, что становится щитом. О семье, которую можно создать из двух потерянных одиноких сердец.

Это истории для тех, кто верит, что самые прочные чувства закаляются не в безмятежности, а в шторме. Что самое большое счастье — найти во вселенной другого человека — свой неподвижный берег, свою путеводную звезду, своё тихое пристанище.

Присоединяйтесь. Давайте вместе создадим галактику, где у каждой сломанной судьбы будет шанс стать целой. Где в финале каждый герой сможет сказать другому: «Ты — моя вселенная. И этого достаточно».

Глава 3. Анна

Захожу в квартиру и закрываюсь на все замки. Из меня словно выпили все силы. Сажусь на тумбу в прихожей, пытаясь отдышаться.

Несколько минут просто смотрю в потолок. Вдыхаю привычные ароматы: мой шампунь, духи, завядшие цветы... Что же ему было нужно?

Стряхиваю оцепенение. Сапоги — на полку, пальто — на вешалку. Пакет с продуктами отправляю в холодильник.

На шее всё еще горит след от его пальцев. Фантомная боль? В зеркале вижу красные полосы. К утру будет синяк.

Снять побои? Смешно…

Боковым зрением замечаю, что ящик тумбы приоткрыт. Неприятное чувство заставляет желудок сжаться в комок.

Он что-то искал?

Тяну ручку на себя. Мои помады, расчески, мелочи. Он рылся в моих вещах? Пальцы начинают дрожать. Аккуратно выдвигаю другие ящики. Сама не знаю, что надеюсь найти.

Словно иду по минному полю. Каждое движение дается через силу.

В спальне меня ждет «сюрприз». В комоде — кавардак. Он явно спешил, перевернул всё вверх дном.

В этом ящике мы хранили наличные. Вот только утром я забрала всю сумму с собой. Неужели он опустился до кражи?

Меня передергивает от омерзения. Что еще я не знаю о своем муже? Оказывается, десять лет брака — не гарантия, что ты знаешь человека.

Сжимаю кулаки. Внутри закипает ярость, горячая волна приливает к щекам. Мои границы для него — пустой звук. Он снова ткнул меня носом в мою уязвимость.

Осквернил всё, что у нас было.

Поднимаюсь, упираясь ладонями в колени. Глубоко дышу. Как учили на йоге, в другой жизни. Воздух пахнет им — розовым перцем и сандалом.

Меня тошнит.

Нужно не реветь в подушку. Нужно действовать.

Первым делом — звонок в службу замены замков. Голос звучит ровно, слишком ровно, будто я всю жизнь только тем и занимаюсь, что отдаю приказания.

— Мне нужно заменить все замки. Включая балконную дверь. Сегодня. Сейчас.

— Девушка, график расписан на неделю вперед…

— Я заплачу вдвое. Но мне нужно срочно.

Удается договориться. Пока жду мастеров, затеваю стирку. Хочу вдыхать свежесть, а не тлетворный запах измены.

Через сорок минут у двери стоят двое — отец с сыном, с чемоданами инструментов. Наблюдаю, как они снимают старые личины, высверливают что-то, ставят новые, блестящие.

Каждый щелчок нового механизма — это маленький щит. Я словно строю крепость. Ограждаю себя от врага и от целого моря отчаяния.

Процесс гипнотизирует. Каждый клик — отвоеванный сантиметр территории. Я уже почти чувствую призрачное облегчение, когда телефон вибрирует на столе.

Сообщение.
Имя отправителя заставляет кровь остановиться, а потом ударить в виски с новой силой.

Марина.

Пальцы сами сжимаются в кулак. Первая мысль — удалить. Просто удалить и забыть! Но взгляд цепляется за превью. Это… фотография.

Дыхание перехватывает. Мир сужается до яркого экрана в темноте наступающего вечера.

Первое фото. Я стою у окна в гостиной. Прямо сейчас. На мне тот же серый кардиган. В руках — телефон.

Второе фото. Подъезд. Камера наблюдения на площадке. Я сползаю по стене после того, как он отпустил мою шею. Мое лицо — крупно. Оно искажено: широко открытые глаза, полные ужаса, полуоткрытый рот, ловящий воздух, слезы, смешанные с тушью.

Позор. Боль. Бессилие. Всё — в одном кадре. В её телефоне. И теперь в моём.

Текста сначала нет. Только эти два снимка, отправленные подряд. Они кричат громче любых слов.

Следом приходит сообщение. Короткое. Ядовитое.

Марина: Андрюша говорит, у тебя милое личико, когда ты боишься. Думаю, тебе стоит быть посговорчивее. А то, мало ли, что еще на объектив попадет.

В глазах темнеет. Но не от слез. От чёрной, плотной пелены. Чувствую, как земля уходит из-под ног, но не падаю. Держусь.

Я застываю.
Они ведь не просто следят. Они травят.
Вдвоём.

Они превращают мою боль, мой страх, моё унижение в развлечение. В инструмент давления. Это даже не месть… Это гниль, вылезшая наружу из тех, кого я считала близкими.

Экран снова мигает.

Марина: Расслабься. Просто знай, что мы рядом. Всегда. Особенно, когда тебе кажется, что ты одна.

Опускаю телефон на стол. Руки не дрожат теперь. Они каменеют.
Страх, который только что разрывал меня изнутри, внезапно кристаллизуется. Превращается во что-то твердое. Острое. В решимость.

Они хотят меня сломать. Запугать до состояния овоща, который отдаст последнее и будет молчать.

Что ж.
Я не буду молчать. И отдам я им только одно — войну, которую они сами начали.

Рабочие ушли, оставив пачку ключей и квитанцию. Пересчитываю наличные. Осталось не так много. Но достаточно.

Первым делом проверяю замки. Меняю ключи, отправляя старые в мусорное ведро. Балконную дверь проверяю изнутри. Параноидально? Возможно.

И тут мой взгляд падает на пол балкона. С моей стороны — чисто. Я провела тут тряпкой утром. Но на соседней стороне, там, где пустота уже три месяца, на слое пыли… четкий след.

Отпечаток подошвы. Мужской обуви. Кроссовка или ботинка. Свежий.
Я не хочу думать, что это значит.

Враги обозначились. Союзников пока нет. Есть только я. И тишина в моей новой, неприступной, но такой одинокой крепости.

«Я не боюсь», — лгу я сама себе, глядя в темное окно, где отражается мое бледное лицо. — «Я просто готова».

Готова сделать обыск в собственной квартире.

Час методичных поисков дает результат. В прихожей, под самым потолком, в месте, где сходятся обои, мои пальцы нащупывают небольшой предмет.

Чёрный цилиндр размером с палец. Прикреплен прозрачным скотчем.

Крошечный, почти невидимый объектив смотрит прямо в комнату. От него идет тончайший проводок, утопленный в обои и уходящий к розетке. К источнику питания.

Очень медленно, но четко, подношу камеру к своему лицу. Чтобы объектив увидел меня крупным планом. Мои глаза не моргают. Губы растягиваются в ледяную, обличающую улыбку.

— Нашла, — говорю я тихо, но внятно прямо в стеклышко. — Поздравляю. Ты выиграл приз. Приз в виде уголовной статьи за установку скрытого видеонаблюдения. 137-я статья УК РФ, на минуточку. Следующий кадр — это будет твое фото в базе данных полиции. Доброй ночи, Андрюша.