Башня Бдения. Нелетописное

Эльфийская самобытность

– Командор! – резкий оклик эльфийки Веланны нагнал Элиссу почти что у лестницы. Мысленно выругавшись – милая мама, если бы осталась жива, была бы крайне разочарована, ведь порядочные леди никогда так не ругаются, даже мысленно! – командор Серых Стражей обернулась, пытаясь придать своему лицу выражение крайней любезности и доброты. Плохо, видимо, получилось, потому что Веланну перекосило, будто ей кто навоз под нос подсунул. 
– Что-то случилось? – а вот говорить любезным голосом Элисса так и не научилась. И командование в Башне Бдения этому точно не способствовало.
– Этот ваш мерзкий шемлен[1]…
– Какой именно мерзкий шемлен? – перебила ее Элисса, чувствуя, как в висках разливается знакомая тупая боль. Если эта  эльфийка опять зарядит получасовую тираду о «мерзких высокомерных ублюдочных шемленах» и «бедных несчастных эльфах», она ей голову отрубит. Веланна сощурилась – будь она кошкой, еще бы и хвост распушила, и зашипела. Хотя, шипеть она прекрасно могла и так.
– Маг!
– Хорошо, что он опять натворил? – Элисса прислонилась к стене и прикрыла глаза. Будь ее воля – еще бы и уши заткнула, но приходилось выслушивать, советовать, ободрять… Проклятие, как же ей это надоело!
– Он пялится мне под мантию, – тоном оскорбленной андрастианской послушницы выдала Веланна. – И смотрит на мою… грудь.
– Одновременно? – притворно поразилась Элисса. Веланна взвилась, будто ее мабари укусил за то самое место, которое едва прикрывала коротенькая мантия.
– Я так и знала, что вы – мерзкие шемлены – горой друг за друга! Готова поклясться, что если бы на ваших глазах меня насиловали – вы бы прошли мимо, только б сморщили свой благородный носик!
– Я и не подозревала, что у тебя такая богатая фантазия, Веланна. Но нет, ты ошибаешься. Я обязательно поговорю с Андерсом, и объясню ему, что подобает в общении с прекрасной эльфийской девой. И кстати. Я прихожу на помощь любому – будь то эльф, гном или же человек, и уж точно не отвернусь и не наморщу свой нос, если кто-то окажется в такой ситуации.
Веланна, кажется, устыдилась своей вспышки – или успешно сделала вид, что устыдилась, и, поблагодарив командора за доброту и понимание, ушла в свой уголок, поближе к книгам. Если бы она еще не вихляла бедрами при ходьбе, вышло бы совсем замечательно, а так… Нарвется ведь, однажды, на какого-нибудь солдатика, который женщину в последний раз видел полгода назад, и то это была полуслепая и древняя трактирщица. 
Вздохнув, Элисса поднялась наверх, к комнате мага. Судя по доносившимся оттуда звукам, он опять играл с котом. Или выбрал весьма оригинальное прозвище какой-нибудь смазливой девчонке.
– Андерс, к тебе можно? – Элисса предупредительно стукнула в дверь и прислушалась. Возни нет, никто не хихикает и не пищит, значит, все-таки, он там с котом. Вздохнув, она толкнула дверь.
Андерс, радостно улыбаясь, сидел возле кровати и придерживал сэра Ланселапа, который порывался поймать волшебный огонек.
– Рад видеть вас, командор.
– Андерс, ты знаешь, что Веланна опять на тебя жаловалась? – Элисса изо всех сил пыталась казаться строгой и неприступной, но через пару секунд махнула рукой, и потянулась к коту. – Иди сюда, наглый рыжий зверь… Нет, ну вот скажи, неужели так сложно не приставать к этой эльфийке? У нас полным-полно красивых женщин…
– Они все в доспехах, и вооружены до зубов, – хмыкнул Андерс, глядя, как Ланселап пытается поймать подвеску Элиссы, выбившуюся из-под доспеха. Элисса раздраженно фыркнула.
– В Амарантайне есть красивые девушки, которые уж точно не вооружены, и ходят не в доспехах. Тебе смешно, а мне Веланна каждый раз жалуется, уже скоро плешь проест. Вы с Хоу что, сговорились? 
– Мы? Да никогда! Но, может, вы хотя бы уговорите ее не носить такие провокационные мантии?
Элисса закатила глаза и передала недовольно взмякнувшего кота его владельцу.
– Она утверждает, что это ущемляет ее права, как эльфийской Хранительницы и является крайним проявлением шемленского узколобия.
Андерс вздохнул, и в очередной раз пообещал вести себя прилично. Судя по ехидным искоркам в глазах – врал, но Элисса махнула рукой. Авось до Веланны хоть когда-нибудь дойдет, что ценность и самобытность эльфийского народа заключается отнюдь не в коротеньких мантиях. Она уже выходила из комнаты, когда Андерс «признался»:
– Хотя, знаете, командор, если бы вы надели такую мантию, то клянусь – о Веланне бы все мигом позабыли.
Элисса поперхнулась и поспешила захлопнуть дверь. Этого ей только и не хватало!

____

[1] шемлен - живущий быстро, эльфийское слово, обозначающее людей

О любви

– Как вы, смертные, объясняетесь в любви?

Нехитрый вопрос Справедливости произвел эффект разорвавшейся бомбы. Огрен раньше всех оправился от потрясения, и вдохновенно начал:

– Ну, для начала можно похвалить ее формы. Ну, там, сказать, что ее заду позавидует любой бронто, сиськи достойны возведения в титул Совершенных…

– И схлопотать по голове камнем! – отрезала Сигрун, подбоченись. – Объясняться надо… возвышенно, романтично. Или не говорить, а делать.

– Что делать? – Справедливость недоуменно взглянул на нее. Сигрун неопределенно провела в воздухе рукой.

– Ну, разное. Отмычки подарить хорошие, украсть кинжал…

– Да кому нужен этот кинжал? – фыркнула Веланна, подходя ближе. – Цветы подарить, вот что хорошо. Живые, а не эти срезанные трупы.

Натаниэль, не выдержав, тоже вступил в дискуссию.

– Да, цветы – это подойдет. Только срезанные – разве будет благородная дама возиться в земле? А еще можно прочитать ей стихи, угостить вином…

– Да все проще, – лениво отмахнулся Андерс. – Просто говоришь, что влюблен по уши, и через пару часов вы уже страстно обнимаетесь в кладовой…

– Да я б тебя первого по голове огрела! – фыркнула Сигрун, а Веланна кивком подтвердила ее слова. Справедливость растеряно обвел их взглядом.

– Я… не думаю, что ваши способы подойдут.

– Ба, наш праведный дух почуял зов плоти! – радостно рявкнул Огрен. – Ну и чьи формы заставили тебя восстать из мертвых?

– Скорее, часть его, – тихонько пробормотала Сигрун, заслужив презрительный взгляд от Веланны, и одобрительный – от Андерса.

Справедливость покачал головой и замолк. Некоторое время пообсуждав случившееся, банда Серых Стражей (как ласково называл их сенешаль Варэл) успокоилась и разбрелась по своим делам. Справедливость, убедившись, что рядом никого нет, достал лист белой бумаги и, помедлив, окунул перо в чернильницу.

«Дорогая Ора» – нет, слишком фамильярно. «Госпожа супруга Кристофа» – совсем кошмар. «Сударыня!» – безлико. Попытки написать письмо своей-не своей жене были прерваны возвращением Элиссы. Решив, что командор всегда являет собой оплот мудрости и терпения, Справедливость шагнул к ней.

– Знаешь, я думаю, это не лучшая идея, писать Оре. – Элисса задумчиво теребила прядь волос, выбившуюся из тугого узла на затылке. – Она помнит своего мужа живым, а ты… как бы так помягче сказать, не совсем он…

– И не совсем живой, – понимающе вздохнул Справедливость. Элисса кивнула, и вдруг хмыкнула.

– Давай я ей напишу. Если она согласится – вы сможете иногда видеться. Ты будешь рассказывать ей о Кристофе, о его воспоминаниях.

– Спасибо! – Справедливость искренне обрадовался этому предложению. Элисса проницательно взглянула на него.

– Это в нее ты влюбился?

– Я… – дух растерялся и смолк. Подумав пару мгновений, он осторожно произнес. – Я не думаю, что это любовь. Это воспоминание о любви. Я хочу облегчить страдания этой женщины и убедить ее в том, что ее супруг был достойным человеком.

– Ну, в последнем она и так уверена. Хорошо, Справедливость. Я напишу.

Спустя пару дней Ора ответила на письмо, согласившись встретиться с духом, который занял тело ее мужа. Справедливость нервничал и сжимал в руке букет каких-то цветов. На поясе у него болтался кинжал, украшенный сапфирами, а в наплечном мешке лежал горшок для цветов, на случай, если Ора решит их посадить. Элисса только красноречиво закатила глаза, но промолчала. Встреча Оры и ее не-мужа продлилась пару часов, после чего Ора, смеющаяся до колик в животе, отправилась домой, неся в руках горшок с цветами.

Справедливость и поверить не мог, что она согласилась видеться с ним каждую неделю. Правда, в комплекте с этим шли  подначки Натаниэля и Андерса, но можно было и потерпеть

Игра

Если на улице зарядил проливной дождь – то самое время провести инвентаризацию. Именно эта мысль выгнала Элиссу из теплой кровати с Ланселапом, который уютно мурлыкал, отбивая любое желание что-то делать. Маленький котеночек за пару месяцев превратился в здоровую зверюгу, грозу для крыс и мышей. Правда, в глазах Андерса не произошло никакой перемены, и он по-прежнему носил его, забросив себе на плечо. Элисса уже не раз шутила, что Андерсу пора отпарывать перья со своей накидки, и просто оборачивать кота вокруг шеи.

Отбросив лишние мысли, Элисса решительно пошла на склад, где, вооружившись списком, начала проверять, насколько он соответствует действительности. «Комплект тяжелой брони для человека, материал: сильверит, количество: пять штук», «комплект тяжелой брони для эльфов, материал: сильверит, количество: десять штук» – это не удивительно, эльфов приходило меньше, а вот для людей надо бы заказывать дополнительное обмундирование… Элисса продолжала сверку, пока не наткнулась на противоречие. У «комплект тяжелой брони для гнома, материал: кость дракона, количество: одна штука» отсутствовал шлем. Элисса огляделась, в расчете на то, что шлем просто укатился, или его переставили на другую полку, но нет. Шлем из драконьей кости пропал. Элисса, тяжело вздохнув, поставила галочку напротив брони и дописала: «Неполный». В глубине склада послышался чей-то смех, и командор решительно двинулась на звук. По мере приближения, голоса становились слышнее, и Элисса нахмурилась – опять эта дружная парочка: Андерс и Натаниэль. Судя по всему – напились и дебоширят. Третий голос Элиссу порядком удивил – это был Справедливость. Решив не вылетать с карающим мечом сразу, Элисса замерла за дверью.

– Ты проиграл! Пей, давай! – Натаниэль, судя по звукам, наполнил чей-то бокал. – И до дна! Не мух… мухлюй!

– Я по-прежнему не понимаю смысла этой игры, – задумчиво ответил Справедливость.

– Все просто! Либо выполняешь желание, либо пьешь. Андерс, тяни.

Что-то зашуршало и Андерс, странно хихикая, зачитал: «Залезть на шпиль башни Бдения и прокричать «Я маленькая милая порожденька!» три раза». Натаниэль расхохотался.

– Ну что?

– Ты еще спрашиваешь? Наливай! Я лучше напьюсь, чем такое орать буду!

Элисса прижала ладонь ко лбу. Судя по всему, эти двое придурков решили поиграть в фанты, да еще и Справедливость уговорили к ним присоединиться. В это время Натаниэль разворачивал уже свою бумажку.

– Хм. «Пройтись колесом по главному залу». Справедливость, ты, что ли, писал?

– Конечно, – с достоинством ответил дух. – Это одновременно смешно и не порочит ничье достоинство.

– Ладно, после этого круга пойдем в зал. Тянешь?

– «Признаться в любви стражу командору»… Что?

Этого Элисса уже не выдержала.

– Вы что творите, а?!

– Ой, – тихо сказал Натаниэль, роняя бутылку. Элисса грозно обвела компанию взглядом и вновь задала вопрос: «Что вы тут творите?»

– Мы… это, мы…

– Командор, мы решили поиграть в фанты, так как дождливая погода не способствует отдыху на свежем воздухе. – Справедливость быстро поднялся с пола и слегка покачнулся – судя по всему, вина было выпито много. – И, видимо, мне надлежит признаться вам в любви, но я не в силах исполнить это пожелание. Со всем моим почтением к вам…

– Потрясающе, – со свистом выдохнула Элисса. Тут она увидела емкость, из которой эти массовики-затейники тянули фанты, и чуть не взвыла в голос – это был тот самый шлем для гномьего доспеха из драконьей кости.

– Вы что, еще и доспехи крадете?!

– Мы пози… змаи… заимствовали! – пробормотал Андрес, не рискуя подняться на ноги. – И мы вернем! Правда!

– Так… – Элисса глубоко вздохнула и широко улыбнулась. – Значит, вам стало скучно, да, ребята? Тогда я вас отправляю в Амарантайн. Будете помогать стражникам, авось и жизнь интересней станет. Ненадолго, всего лишь на недельку.

– Когда? – вяло поинтересовался Натаниэль. Элисса, продолжая улыбаться, взглянула на него и ответила:

– Сейчас.

– Чего? Но, командор, там же…

– Вперед! Пять минут на сборы!

– Не кричите так! – взвыл Андерс, хватаясь за голову. Элисса подняла с пола щит и со всего маху врезала по нему валяющейся рядом дубинкой.

– Буду! Напились в служебное время? Получайте! Вперед, в Амарантайн! И упаси вас Создатель продолжить пьянствовать в таверне!

Проклиная башню Бдения и свое серостражество, Натаниэль и Андерс (Справедливость молчал, смирившись с наказанием) побрели надевать доспехи.

А Сигрун, только закончившая разрисовывать чердак башни, тихонько стояла на лестнице и хихикала. Все-таки, хорошо, что ее миновала карающая длань командора, хоть идея с фантами была целиком и полностью ее затеей.

Письма

Андерс с тяжелым вздохом взгромоздился на подоконник и с невыразимой тоской уставился на запечатанное письмо. Ему была знакома как печать, так и угловатый почерк на конверте. Родимый Круг Магов, чтоб он провалился, нашел его и здесь. Хотя, с другой стороны, глупо было бы ожидать чего-то иного – весть о новом сером страже, который сразился с Матерью и Архитектором, успела разлететься по всему Ферелдену, если не дальше. Приготовившись к самому худшему, Андерс вскрыл письмо, и чуть не вывалился из окна.

«Здравствуй, Андерс. Учитывая твою известную нелюбовь к нашему Кругу, я почти не надеюсь, что ты откликнешься на это письмо, но все же… Мне стало известно, что некоторое время назад ты встретился с Архитектором – разумным Порождением Тьмы. Об этой фигуре в нашем Круге, из-за некоторых событий, произошедших задолго до твоего рождения, ходят легенды. Если бы ты мог нанести нам визит и рассказать о природе этого создания – мы были бы тебе очень благодарны. Если ты не хочешь отвечать на мою просьбу – подумай о юных магах, чьи горячие головы нужно остудить, чтобы они не решили последовать твоим путем. С другой стороны – мы значительно улучшили охрану, так что сбежать из Круга теперь сложнее. Хотя, как мне кажется, этот факт тебя лишь опечалит. Если ты согласишься рассказать ученикам и старшим чародеям об Архитекторе – то ты внесешь свой вклад в развитие нашей науки, и, как знать, возможно, однажды твое имя прогремит на весь мир.

Первый Чародей ферелденского Круга Магов – Ирвинг.

Проверено и подписано – Рыцарь-Командор ферелденского Круга магов – Грегор

P.S. Не беспокойся, под замок не посадим (И.)

P.P.S Хоть и очень хочется (Г).»

– О чем грустишь? – бодро поинтересовалась Элисса, заметив странное выражение на лице у Андерса.

– Да так, вести из Круга, – уклончиво ответил он, пряча злополучное письмо в карман. Элисса, постояв пару минут в ожидании более развернутого ответа, махнула рукой на правила приличия и уселась рядом на подоконник, пихнув Андерса бедром, чтобы он подвинулся.

– Они решили тебя вернуть?

– Да кто им разрешит-то теперь? – отозвался Андерс, послушно отодвигаясь на приличное расстояние. Правда, из-за небольшой величины подоконника, отодвинуться совсем прилично не получилось, и Андерс чувствовал тепло Элиссы, устроившейся рядом. – Нет, просто хотят чтобы я… Хм, хотят, чтобы я прочитал лекцию об Архитекторе.

– Ну, ведь это отлично! – радостно отозвалась Элисса, оборачиваясь к нему. – Можешь вообще написать мемуары или научный трактат. Станешь великим ученым, и я еще буду к тебе на поклон ходить: «О, великий чародей, не откажите в милости подлечить насморк!»

Оба стража рассмеялись, представив эту картину. Андерс, повеселев, помотал головой.

– Чтобы я, да еще раз пошел в Круг – ни за что!

– А почему? – Элисса попыталась подтянуть к себе ногу, но оставила эту затею – иначе и впрямь можно было свалиться вниз, и там уже никакой целитель не поможет.

– Просто представь… Десятки детей, лишенных родительской любви и ласки. Одни и те же лица на протяжении долгих лет. Постоянная настороженность со стороны храмовников – будто каждый из нас просто мечтает попасться в лапы к демону и стать одержимым. В Круге мало чего хорошего. Хотя, – признал Андерс, – и плохого тоже нет. Ну, для большинства. Многим нравится так жить.

– Но не тебе, – задумчиво сказала Элисса. – А ты знаешь, что я в детстве мечтала стать магом?

– Ты? – от удивления Андерс чуть не свалился с подоконника окончательно, и Элисса быстро схватила его за руку. – Спасибо. Но… почему? Зачем?

– Мне казалось, что это очень здорово – владеть магией. Тебе подчинены силы стихий, жизнь и смерть. Я так хотела стать магом, что даже украла у нашего волшебника его посох.

– И? – уточнил Андерс, затаив дыхание. Элисса тихо рассмеялась.

– И ничего. Даже самой захудалой искорки не вылетело. Зато святая мать, когда увидела меня с посохом, чуть не поседела – испугалась, что дитятко магией владеет, и разнесет тут все к демонам. Папа… Папа долго ее успокаивал. Но все равно, она еще долго ко мне присматривалась.

– Ничего себе… А знаешь, я думаю, из тебя бы мог получиться вполне достойный боевой маг. – Элисса хмыкнула, но промолчала, внутренне раздувшись от гордости. Правда, Андерс тут же испортил весь эффект, ехидно добавив: «Если бы заклинание не получилось, то ты бы противника так посохом отделала, что ему бы ничего уже не помогло!»

– Ах ты ж вредный маг! – рявкнула Элисса, дернув Андерса за хвостик. – Ну, я тебе еще покажу!

Андерс с хохотом спрыгнул с подоконника и побежал по коридору, распевая на ходу: «не догонишь, не догонишь!». Элисса проводила его взглядом и откинулась на стену, закинув ноги на подоконник. Обидно, конечно, что у нее не оказалось дара. Хотя бы самого простенького. Но, с другой стороны – у каждого ведь свой путь?