Белоснежка. (не) сказочная история попаданки

Пролог

– Теперь он мой, Белоснежка, – дьявольски улыбаясь, произнесла королева, и ее глаза сверкнули злым торжеством. – Забудь его и смирись – ты проиграла!

Я всхлипнула, глядя как моя мачеха, Альбина одним мановением пальца подзывает к себе моего возлюбленного. Как он, словно ее марионетка, послушно подходит к женщине, даже не глянув на меня.

– Поцелуй меня! – требовательно бросила она, ухватив мужчину за подбородок.

И Михаил безропотно, как преданный пес, коснулся ее губ своими.

– Еще, сильней, жарче... – выдохнула королева, прижимаясь к мужчине так откровенно, будто прямо сейчас займется с ним любовью.

А у меня внутри все перевернулось, и захотелось умереть.

Как же так... Как мог такой, как Михаил, попасть под ее чары? Мы ведь любили друг друга! Неужели, я обманывалась, и его любовь была лишь видимостью?

– Смотри, дорогая падчерица... – змеей прошипела Альбина, скользя руками по могучему телу мужчины. – Так будет со всеми, кого ты любишь. Я заберу у тебя все так же, как это сделала со мной ты!

– Нет... – замотала я головой, чувствуя, как злость вытесняет отчаяние. – Нет, этого не может быть!

– Как видишь, может, – злобно рассмеялась королева.

А мой любимый, повинуясь взмаху ее руки, уселся у ног женщины, глядя на нее покорно снизу вверх.

– Нет! – снова повторила я, не в силах поверить тому, что вижу. – Ты подчинила его тело, но не сердце, я знаю! Он все еще любит меня, и сейчас я это докажу!

Я сделала шаг назад, и Альбина нахмурилась.

– Что ты задумала, девка?

Не отвечая ей, я кинулась к постаменту из черного камня, стоящему рядом с троном, и лицо королевы исказила ярость.

Догадалась, что я хочу сделать? Плевать, я все равно успею!

– Останови ее! – прокричала она, и Михаил тут же сорвался с места, бросаясь ко мне.

Но я уже взяла яблоко и откусила, почувствовав горький вкус.

– Вспомни, любимый... – выдохнула я, падая в его объятия. – Прошу, вспомни меня!

Лицо мужчины исказилось, и он прижал меня к себе так, что ребра затрещали. А после смертельная слабость от яда расползлась по телу, и я провалилась во тьму.

___________________________

Приветствую вас в своей новой истории!

Если вы хотите поддержать автора, пожалуйста, добавьте книгу в библиотеку,

поставьте "Мне нравится", и подпишитесь на автора. Моя муза будет вам благодарна!

Глава 1

Твою ж ель, да когда же этот лес закончится? Кажется, здесь я была. И здесь тоже…

Вот уже несколько часов я бестолково бродила по хвойному лесу, куда меня занесло на прогулку. Точнее, не только меня, а всю нашу дружную компанию. Только мне приспичило сфотографировать белку, я отправилась за ней, и как-то так вышло, что мои друзья исчезли. Или я потерялась.

Теперь это неважно, важно то, как выбраться из патовой ситуации. Все елки в лесу одинаковые, мой телефон разряжен, так что даже в службу спасения не позвонить. Еще и ноги проваливались в сугробы по самые щиколотки, отчего ботинки наполнились колючим от мороза снегом. Ощущения, надо сказать, были не самые приятные.

– Ау-у! – что есть мочи заорала я, чувствуя, как садится голос. – Кто-нибудь!

Вдруг мне показалось, что впереди послышался шорох. Насколько я знала, ужасных диких зверей, кроме белок, здесь не водилось, так что это вполне мог быть человек. А почему он не отзывается, другой вопрос.

Собрав последние силы, я рванула вперед, не разбирая дороги. Пару раз зацепилась ногами за корни, которых под снегом было не видно, перепрыгнула через какой-то пенек, почти добежала до того места, откуда доносился звук. Но, увы, никого не обнаружила.

– Кто здесь? – хрипло позвала я. – Эй, отзовись!

Стало вдруг страшно. А вдруг, человек не отвечает не потому, что не слышит или не может. А потому, что у него на уме что-то нехорошее?

– Хватит нагнетать, Снежана, – прошептала я сама себе, медленно обходя очередную ель. – Ну кто еще тут может быть? Какой здравомыслящий маньяк заберется в лесную чащу и…

Пообщаться с интересным собеседником, то есть сама с собой, я не успела. Правая нога неожиданно не нащупала под собой твердой земли, провалилась в снег по колено, я потеряла равновесие, полетела в сугроб. Вот только вместо столкновения со снегом меня тряхнуло, подхватило невесть откуда взявшейся метелью, бросило на спину. Дыхание вышибло, я почувствовала резкую боль между лопатками. Попыталась вдохнуть, но словно кислород закончился. В глазах потемнело, я судорожно растерла щеки снегом, но и это не помогло, и я провалилась во тьму.

***

– Эй, красна девица, ты как тут оказалась?

Голос был мужской, низкий, бархатный. Я с трудом разлепила веки, склеившиеся от слез и мороза, и уставилась на мужика в длинной белой шубе, расшитой серебром. Высокая могучая фигура, широкоплечий и статный, будто богатырь или царь какой, а в серебристых глазах светится вековая мудрость. Даже сердечко дрогнуло.

Красивый… Чем-то на моего бывшего похож.

– Ты кто? – прохрипела я, бросая себе в лицо горсть снега, чтобы прийти в чувство. – Дед Мороз?

– Отчего же дед? – удивился мужчина. – Тебе никак холодно, девица? Как тебя величать?

– Твою ж ель… – пробормотала я. Мало того, что одежда у него была странная, так еще и неподалеку била копытами тройка лошадей, запряженная в настоящие русские сани. – Холодно, ага… Снежана я. А тебя, значит, не дед Мороз? Или все-таки…

– Чудная какая, – покачал головой мой спаситель, протягивая руку и помогая мне подняться.

Ладонь у него была крепкая, мозолистая, явно не в офисе работает. Хотя, какой такому офис? Фрик какой-то… Или аниматор. Хотя, какого черта он забыл в лесу?

Странно, но я его совсем не боялась. Не может такой быть маньяком.

И я думала, что удивить меня больше, чем есть, просто невозможно. Однако, стоило мне подняться на ноги, мужчина чуть склонил голову, прижав одну руку к груди, и величественно произнес:

– Князь Михаил Морозов.

– Чего? – глупо моргнула я, начиная думать, что мне все это снится. А потом вдруг бросила взгляд вниз, на себя, и меня накрыло паникой вперемешку с ужасом.

Ааа… Боже, что это?? Куда делся мой пуховик, и что на мне за странный наряд? Какая-то шуба, варежки, валенки. Кто и когда меня переодел? Неужели…

– Что с тобой, красна девица? Эк ты побледнела… Замерзла что ль? Так как тебя зовут-то?

Я вздрогнула и растерянно посмотрела на него, чувствуя, как медленно схожу с ума.

А как без сознания было хорошо, оказывается! Никаких князей, лошадей и саночек… А теперь еще и перспектива лечить психику маячит.

– Снежана Белявская, – дрожащим голосом отозвалась я, оглядываясь вокруг в поисках хоть какой-то подсказки о том, что тут, черт возьми, происходит.

– И куда же ты путь держишь, княжна Белявская? – поинтересовался князь, глядя на меня с беспокойством, словно и он сомневался в моей адекватности.

– С княжной ты, пожалуй, погорячился, – хмыкнула я растерянно. – В дом отца. Заблудилась немножко.

– Ну, коли так, полезай в сани, – решительно предложил князь Морозов. – Мигом домчу. А то совсем замерзнешь, жалко мне красу такую.

Кажется, не только у меня не все в порядке с головой, и это радует. Но, если он вывезет меня из леса, пусть и на своих саночках, спорить я с ним не буду. А там уж разберусь, кто меня переодел и зачем. Небось друзья подшутить решили, а этот Мороз им подыгрывает. Ну доберусь я до них! Такую сказочку устрою, что мало не покажется!

Забравшись в резные серебристые сани, оказавшиеся очень удобными, я вдруг подумала, что любопытно было бы посмотреть, как он на них по нашим городским улочкам поедет. Вот только я кое-чего не учла…

_____________________________

Приглашаю вас в новый авторский литмоб (С)нежные сказки 2025!

Вас ждут необычные истории о любви Белоснежки и Морозко. Старые сказки в новом исполнении. Присоединяйтесь к нам!

https://litnet.com/shrt/8Tai

Глава 2

– Где это мы? – круглыми глазами уставилась я на деревню, раскинувшуюся перед нами.

Десятка три припорошенных снегом деревянных домов с соломенными крышами, обросшими сосульками и окнами, покрытыми ледяными узорами. Из труб вьется дымок, где-то вдали кричит петух, а между домами бежит цепочка следов.

Будто в сказку попала – не может быть в нашей стране такой деревни! Словно из прошлого, да только я же знаю, что здесь ничего быть не должно! Возле того леса, куда мы приехали с друзьями, была только база отдыха, где мы, собственно, и остановились. А это... Это точно не база. Да и средство передвижения, на котором я ехала, тоже казалось самым что ни на есть сказочным: белые, как снег, могучие кони с серебристой гривой, узорчатые сани, и прекрасный, как принц извозчик, косящийся на меня с недоумением.

– Да я ж откуда знаю, – пожал плечами мой спаситель, тормозя лошадей. – Я ж не из этих мест. Проездом тут – ехал в столицу тутошнего королевства. Вот сейчас у местных и спросим, где мы, да дорогу нужную.

Я поежилась, чувствуя, как мороз пробирается даже сквозь шубу. А может это из-за того, что мне было не по себе. Оказаться черти где, и непонятно как отсюда выбираться. А тут еще князь какой-то, говорит на родном языке и утверждает, что не отсюда. А не отсюда это откуда?

Чувствуя, что голова сейчас лопнет от вопросов, я потерла виски. И похолодела, увидев цвет выпавшей прядки волос.

– Черная... Что за?.. Ох, матушки мои, что происходит? Я же всегда была блондинкой, даже не красилась ни разу!

Перед глазами потемнело, и сознание начало уплывать куда-то во тьму.

– Ты опять бледная, – услышала я голос Михаила будто сквозь туман. – Неужто и правда застыла. Что ж девицы нынче нежные такие...

Я ощутила, как меня подхватили на руки и понесли куда-то. Кажется, кто-то что-то спросил у князя, он резко ответил, и следом мое тело окутало живительное тепло, словно от костра. Меня разморило, и я сама не заметила, как отключилась, успев подумать, что, когда проснусь, наверняка снова окажусь в лесу. Только уже в своей реальности, а не в этой сказке.

***

Мне было так тепло и уютно, что не хотелось просыпаться. Хотя сны, конечно, были странными: будто я оказалась в зимнем лесу, где встретила деда Мороза. Нет, просто Мороза, молодого и очень симпатичного, который спас меня от холода и привез в странную деревню, каких я никогда не видела.

Потянувшись сладко, я открыла глаза, уверенная, что увижу комнату в домике на базе отдыха, где мы решили с друзьями встретить Новый год. Неплохо, конечно, жаль, все приехали парами, и только я, как рыжая, одна. Как-то не складывалась у меня личная жизнь, будто проклял кто.

– Очнулась, девица? – усмехнулся сидящий в кресле мужчина, задумчиво глядя на трещащий в камине огонь.

Сначала я и не признала его: без шубы и шапки, в одной лишь длинной расписанной узорами рубахе, да штанах, расслабленного и какой-то сонного. Глядящего на меня с таким интересом, что я невольно покраснела. Села в постели и поняла, что шуба куда-то делась, и я осталась в одной сорочке. Длинной, теплой, непривычной.

Ох блин, это же не он меня раздел?

А потом в мою голову хлынули воспоминания, и я содрогнулась, посмотрев на мужчину со страхом.

Так мне все это не приснилось?? Кошмар...

– На, выпей, – с беспокойством глянул на меня Михаил, поднося кружку с парящей жидкостью. – Не помню, как сей напиток называется тут, но прогревает знатно.

Дрожащими руками я приняла обжигающе горячую кружку и на автомате сделала глоток, мельком подумав, что деревня и правда необычная, если тут у них в домах кресла с каминами.

Питье оказалось терпким и пряным, огнем разлившись внутри, и стало так хорошо, что шевелиться не хотелось. Пока не вспомнила еще одну деталь, чуть не свежую меня с ума.

Черт, где тут зеркало?!

Под удивленным взглядом Михаила я откинула тяжелое одеяло и вскочила с кровати, забыв о том, что на мне лишь сорочка. В глазах мужчины промелькнуло смятение, и он отвернулся к огню.

– Первый раз встречаю такую странную девицу, – тихо хмыкнул он, склонившись над камином и подставив руки, будто замерз.

Его слова я пропустила мимо ушей, хотя в другое время обиделась бы. Кто еще тут странный!

Но сейчас мне просто жизненно важно было посмотреть на себя в зеркале и убедиться, что я не чокнулась окончательно.

Искомое нашлось в самом углу на стене, и я буквально заставила себя подойти к нему. А когда увидела отражение, обмерла, чувствуя, как внутри разливается ледяная стужа.

Кто это? Что со мной случилось? Я что, умерла, и это моя новая жизнь?

– А ты, оказывается и правда не княжна, не соврала, – услышала я вдруг голос Михаила.

– Я же говорила... – сдавленно выдавила я, повернувшись к нему.

Вот только кто я теперь?

– Ваше высочество Белоснежка, рад знакомству с вами, – склонил вдруг передо мной голову князь. – Не думал, что в этом королевстве такие прекрасные принцессы.

Его слова добили меня окончательно, и я пошатнулась, хватаясь за стену.

Чего? Какая еще Белоснежка? Кто-нибудь, вызовите уже санитаров нас обоим!

____________________________

Встречайте новую историю нашего литмоба "(С)нежные сказки 2025"!

Нежные объятия льда

Татьяна Абалова

https://litnet.com/shrt/8uvU

Глава 3

– Вы ошиблись, – пробормотала я, зачем-то дергая себя за черные волосы, будто в надежде, что сейчас они выпадут, на их месте появятся мои родные светлые, а все это безумие тоже куда-нибудь денется. – Я ведь сказала, меня зовут Снежана Белявская. Я не принцесса, я…

На пару мгновений я призадумалась. Как бы объяснить Михаилу, что я бухгалтер в крупной компании?

– Казну я держу, –вздохнула я, наконец, сообразив. – У купца заморского. А с принцессой это не ко мне.

– Ну как же, – ничуть не смутился мужчина. – Я ж пока сани-то по главной дороге вез, аккурат полдеревни вас и признали. Сталбыть, принцесса. Али соврали мне люди?

– Обознались, – предложила я вариант попроще.

И я сама, видимо, с отражением в зеркале обозналась. Вдруг сердце кольнуло от внезапной догадки. Что, если мне все это не снится? Если вот этот мужчина в кресле – действительно князь. А я, черноволосая, с алыми, будто спелые вишни, губами, и впрямь Белоснежка?

А в лесу я оказалась, потому что…

– Гонца из местных я уже послал, – как ни в чем не бывало продолжал князь. – И ответ пришел, пока вы почивали. За вами выслали подданного королевы, дюже просили, чтоб я вас уберег, пока вы снова не потерялись. Вот и берегу.

Что может быть прекраснее, чем сторожить спящего человека? Тоже мне охранник. Любопытно, и кого это за мной послали? Подданного королевы…

Происходящее напоминало откровенный бред или… сказку! Даже две. Одна – знакомая с детства, про доброго волшебника, который, почему-то, на поверку оказался крепким широкоплечим мужчиной с ясными синими глазами. А может, и не волшебник он вовсе?

А вторая сказка была посерьезней. Тут глуповатой маменькой не обошлось бы, если я правильно помню, королева была той еще злобной интриганкой. И если кого-то она за мной послала, то это неспроста. И добра ждать от ее подданных мне вряд ли стоит.

Все эти мысли вихрем пронеслись в моей голове, складываясь в отнюдь не радужную картину.

– Делать-то что? – вырвалось у меня.

– Как это? – искренне удивился Михаил. – Сперва трапезничать. Опосля можно владения ваши поглядеть. А там уж и королевский слуга за вами поспеет.

Из всего предложенного мне хотелось только еды. Но говорить об этом князю было как-то боязно. Непонятно было, кому вообще я могла бы доверять. Так что я решила расспросить его о том, зачем он в королевство чужое отправился.

– А тут и говорить не о чем, – отмахнулся Михаил, впуская в комнату крепкую дородную бабу, лихо расставившую на столе еду и так же стремительно и тихо покинувшую нас. – Дела государственные, девам юным в таком и разбираться не след.

– А в чем должны разбираться юные девы? – заинтересовалась я.

– Знамо в чем, – пожал плечами князь. – В платьях нарядных, мехах да каменьях. Ох, дурья моя голова, и как я только позабыл? Я ж дары привез для принцессы, а коли вы здесь, сейчас и отдам.

– Может, во дворце лучше? – осторожно предложила я.

– Может и лучше, – не стал спорить мужчина. – Да только гляжу я на ваше пальтишко и думаю, как же вы не околели до сих пор?

Среди даров оказалась теплая меховая шуба, расшитые узорами валеночки и нарядный яркий платок. Еще какие-то драгоценности, которые мне, откровенно говоря, были совсем ни к чему.

Вот только они были такими красивыми, особенно голубой кокошник с жемчугом, что я разглядывала их с искренним восторгом. И почему в нашем мире такое девушкам не дарят? Причем просто так, без обязательств. Или все-таки я что-то должна князю в ответ?

Спросить его об этом я не успела: в дверь постучала женщина, которая приносила еду, и сообщила, что прибыл королевский охотник за принцессой.

Мне потребовалась пара мгновений, чтобы переварить неожиданную новость. За мной послали не подданного. За мной прислали охотника!

____________________________

Встречайте новую историю нашего литмоба "(С)нежные сказки 2025"!

Невеста зимнего князя

Полина Нема

https://litnet.com/shrt/IAe5

Глава 4

– Пожалуйста, не отдавай меня ему! – выпалила я, едва дверь за крестьянкой закрылась.

– Кому? – озадаченно уставился на меня князь.

– Охотнику! – взволнованно уточнила я, косясь на дверь и злясь на мужчину за тугоумие.

– Почему? – задал он очередной глупый вопрос.

Я поморщилась, но сдержалась.

– Долго объяснять. Ты же во дворец тоже едешь? Можно я с тобой поеду, а не с ним? Пожалуйста!

– Я говорил тебе, что ты странная? – нахмурился мужчина, и весь как-то подобрался, будто собираясь в бой. – Чем посланник королевы заслужил твою немилость? Или... это ты молвишь про королеву?

– Молвлю, ага, – раздраженно бросила я. Но тут же виновато улыбнулась, понимая, что зря срываюсь на нем. – Видишь ли, я почти уверена, что не просто так оказалась в том лесу. И что этот охотник повезет меня не во дворец, а на погибель. Понимаешь?

Князь Морозов переменился в лице и молча кивнул. А в следующий миг дверь за ним со стуком распахнулась, и я услышала хриплый, прокуренный голос.

– Ну и где тут наша беглянка?

А потом в комнату ввалился какой-то небритый тип со спутанными волосами, в засаленном охотничьем костюме. Жуткий взгляд его черных, как ночь глаз остановился на мне, и мужик криво ухмыльнулся щербатым ртом.

– А вот и вы, ваше высочество. Мы вас уже обыскались...

Михаил вопросительно покосился на меня, и я поспешила уточнить, чувствуя, как внутри все холодеет при виде этого охотника, больше похожего на бандита:

– Мы это кто? Уверены, что не спутали меня ни с кем?

– Ну что вы, миледи Белоснежка! – расплылся в лицемерной улыбке мужчина, заметивший, наконец, присутствие постороннего. – Как я могу не узнать свою принцессу? Я ведь приставлен самой королевой, чтобы сле... охранять вас!

Уверена, его заминку уловил и князь, тут же подавшийся вперед и закрыв меня собой.

– Худо как-то ты ее стережешь, недобрый молодец, – голосом, способным заморозить море, произнес Морозов. – Возвращайся туда, откуда пришел, а я уж сам позабочусь о твоё принцессе. Привезу ее во дворец в целости и сохранности, не сомневайся.

Почуяв, что добыча ускользает, охотник тут же пошел в наступление, побагровев и набычившись.

– А ты еще кто такой? По какому праву говоришь за принцессу?

Он демонстративно положил руку на пояс, где у него висел нож, и теперь я испугалась не за себя, а за князя.

Ой, мамочки, он же его сейчас зарежет!

Но я сильно недооценила Морозова, и не учла одного – он оказался магом. Самым, черт побери, настоящим магом, который тут же запустил в охотника сгустком синего огня, и тот вскрикнул, роняя покрывшийся инеем нож.

– Ах ты гнида! – прорычал бандит, и его взгляд наполнился ненавистью.

И тут я, наконец, отмерла, вспомнив, что та, в чате тело я попала, вообще-то принцесса. А Михаил вообще князь, и прямо сейчас он защищает меня от какого-то недоноска явно не королевских кровей. Что вообще не так с этим миром?

– Приказываю тебе сейчас же прекратить этот балаган! Я твоя принцесса! – рявкнула я так, что бандит замер на месте, будто я его мешком по голове огрела.

Видать, до этого Белоснежка никогда голоса не подавала и нрав не проявляла. Ну ничего, пусть привыкает, я молчать не стану.

– Перед тобой князь русский, холоп! – гневно бросила я, почти не притворяясь. – А ты смеешь угрожать ему и с ножом кидаться?

Разбойник чуть побледнел, застыв на месте с растерянным видом. Но быстро взял себя в руки, будто каждый день имел дело с князьями да королями.

– Чудно вы говорите, ваше высочество, не узнаю вас, – мрачно заметил он. – Что ж, раз так, я немедленно отправляюсь в столицу – сообщу королеве о приезде важного... гостя. И о том, что вы изволите прибыть вместе с ним.

Коротко поклонившись, явно не так, как полагается по этикету, он вышел из комнаты, одарив Михаила напоследок злым взглядом. А я тут же упала в кресло, тяжело дыша от напряжения.

Думала, помру от страха, изображая из себя ту, кем не являлась. Однако ж на этого отмороженного разбойника подействовало. Вот только не факт, что он не подкараулит нас где-нибудь по пути – слишком уж настойчиво он хотел сопровождать меня.

– Знаете, а вы правы, ваше высочество, – задумчиво заметил князь, встав рядом с креслом. – Чую, недоброе он замыслил, еще и именем королевы прикрывается. Чудные дела творятся тут у вас – сдается мне, стоит нам другим путем в столицу отправиться.

– Боишься его? – фыркнула я, борясь с тревогой. – И когда мы с тобой снова на «вы» перешли?

Мужчина сердито сверкнул на меня льдистыми глазами, а затем усмехнулся.

– Можете... можешь не переживать, Белоснежка. Я тебя в обиду не дам.

____________________________

Встречайте новую историю нашего литмоба "(С)нежные сказки 2025"!

Снежана для Ивана или тайна молодильного яблока

Александра Гусарова

https://litnet.com/shrt/D_IB

Глава 5

Собирались в путь мы основательно, будто замок королевы находился на краю географии. Заботливые крестьяне сложили нам с собой теплых вещей и продуктов столько, что на неделю бы хватило.

– Далеко до столицы? – осторожно поинтересовалась я у приютившей нас женщины.

– Так к завтрашней ночи доберетесь, – пообещала она.

К завтрашней – это прекрасно. Если не считать, что впереди у нас еще будет сегодняшняя. И ночевать в санях Морозова мне до жути не хотелось, не лето же.

Устроил он меня по-королевски: постелил какие-то шубы, укутал, нацепил на мои ноги валеночки прямо поверх сапог. Я от такой заботы даже растерялась, слишком уж странным казалось такое твоё поведение от незнакомого мужика. Впрочем, оно почти сразу нашло объяснение:

– Я тебе не охотник, негоже коли принцесса в пути околеет.

Ну да, за околевшую принцессу есть риск впасть в королевскую немилость. А Морозов в наши земли явился не просто так. Что-то он там рассказывал про дипломатический интерес, но я, откровенно говоря, пропустила его слова мимо ушей, размышляя о своем.

Мысли в голову лезли всякие. Например, о том, как жить дальше. Очевидно было, что в отчем доме добра искать не стоит. И куда, в таком случае, мне податься?

Еще и спутник на меня то и дело косился с явным интересом. А сутки путешествовать в компании малознакомого, пусть и кажущегося на первый взгляд порядочным, мужчины, затеей было странной. Вот только и выхода у меня не было.

Несколько часов я старательно рассматривала окрестности. Мы проезжали заснеженные леса, бесконечные поля, белыми полотнами уходящие к горизонту, деревушки с крепкими и справными домиками. Потом я устала, ненадолго задремала. А когда проснулась, Морозов объявил привал.

Мы торопливо пообедали и снова двинулись в путь.

– Нам бы до темна добраться, – пояснил он. – В лесу ночевать негоже.

– Ну да, в постели поудобней будет, – не стала я спорить.

Судя по тяжелому взгляду мужчины, сморозила я что-то не то. Остаток пути мы проделали в полной тишине. Заговорил Михаил в первый раз лишь тогда, когда мы остановились у крепкого забора, за которым виднелся двухэтажный дом.

– Тут заночуем, – кивнул на дом Морозов. – Других постоялых дворов поблизости не сыскать.

Мне оставалось только кивнуть. В самом деле, не в том я была положении, чтобы спорить: местных денег у меня не было, других друзей тоже не водилось. Так что, за что Морозов заплатит, там и остановимся.

Хозяйка постоялого двора, сбитая баба с хитрыми крохотными глазками, о чем-то долго толковала с явно недовольным происходящим Морозовым. Он выкладывал одну монету за другой, но баба лишь головой качала. В конце концов деньги мужчины вернулись обратно в его кошель, а сам он ко мне, с самым мрачным видом.

– Что-то случилось? – насторожилась я. – Мест нет?

– Есть, – вздохнул Михаил. – Только… Вы уж не серчайте, ваше высочество, но ночевать нам придется в одной комнате.

Только этого мне не хватало!

____________________________

Встречайте новую историю нашего литмоба "(С)нежные сказки 2025"!

Хулиганка и Ледовитый князь

Риска Волкова

https://litnet.com/shrt/MG5G

Глава 6

Комната оказалась небольшой, но чистой. Одна широкая кровать у стены, стол, два стула и камин, в котором весело трещали дрова. И… все. Ни ширмы, ни второй постели. Ничего.

Я медленно обвела взглядом помещение и нервно усмехнулась.

– Роскошные хоромы, – заметила я. – Прямо президентский люкс.

Михаил нахмурился так, что между бровей залегла глубокая складка.

– Не язви, ваше высочество. И заклинаний не надо, – Он снял плащ и аккуратно повесил его на спинку стула.

Под заклинаниями мужчина видимо имел в виду слова о президентском люксе, которые у меня случайно вылетели. Надо бы как-то контролировать свою речь, иначе кто-нибудь посчитает меня девицей со странностями, глядишь, упекут в какую-нибудь темницу. Или на лечение буйной головушки.

– Я на полу устроюсь, - сообщил Морозов. И тут же, будто услышав его слова, по комнатушке вихрем пролетел сквозняк из оконной рамы.

– Даже не думай! – резко возразила я. – Ты мне еще простудишься, князь-герой. А я потом виноватой останусь.

– Мне не привыкать, я холода не боюсь, – сухо ответил он. – А тебе, как-никак, положено на постели.

Вот упрямый-то!

– Значит, так, – я уперла руки в бока. – Мы взрослые люди. Ну… почти. И вполне можем переночевать в одной комнате без всяких… глупостей. Делим кровать пополам. Между нами положим что-нибудь, да хоть плащ твой.

Михаил несколько секунд молча смотрел на меня, будто пытался смириться с собственными мыслями. Потом коротко кивнул.

– Как скажешь, твое высочество.

Опять «высочество». Вот же…

Я быстро стянула с себя шубу, валенки поставила у камина и забралась под одеяло, оставив добрую половину кровати пустой. Михаил же, наоборот, тянул время: подкинул в огонь дров, проверил засов, выглянул в окно.

– Ты так ведешь себя, будто за нами уже гонятся, – заметила я, наблюдая за ним.

– Всяко может быть, ко всему надо быть готовым, – отозвался он, наконец укладываясь на самый край кровати, спиной ко мне.

Между нами действительно можно было ещё одного человека положить. Воздух в комнате стал вдруг слишком плотным, и мне неожиданно стало неловко. А когда мне становится неловко, я обычно страдаю излишней болтливостью.

– Слушай, – прошептала я. – А если… вот тот, охотник… Вдруг он и правда что-то недоброе затеял? Он ведь не отстанет?

Михаил помолчал.

– Не отстанет, – честно ответил он. – Такие, как он, не привыкли отступать.

– Прекрасно, – буркнула я и сильнее закуталась в одеяло. – Обожаю, когда за мной охотятся. Прям мечта детства.

– Со мной тебе нечего бояться, – спокойно сказал он.

Я хотела съязвить. Сказать что-нибудь дерзкое, смешное, привычное. Но слова почему-то застряли в горле.

– Спасибо, – вместо этого тихо произнесла я.

Морозов ответом себя утруждать не стал.

Я долго не могла уснуть. Огонь в камине мерно потрескивал, за окном выл ветер, а я лежала, уставившись в потолок, и думала о том, как нелепо и страшно перевернулась моя жизнь. Еще вчера я была бухгалтером, планировала Новый год, у меня были друзья, база отдыха. А сегодня я принцесса, где-то смотрит в зеркало, если верить сказке, злая королева, за мной гонится охотник и а в одной постели со мной невесть как оказался князь…

Да уж, Снежана, вот это карьерный рост.

Я повернулась на бок и тут же поняла, что Михаил тоже не спит. Его дыхание было слишком неровным для спящего, а почувствовав движение с моей стороны, он и вовсе его затаил.

– Ты тоже не спишь? – тихо спросила я.

– Нет.

– Думаешь о чем-то важном?

– Думаю, как быстро доставить тебя в столицу и при этом не дать никому навредить.

– Вот прямо все обо мне, да? – хмыкнула я.

Он повернул голову, но на меня так и не взглянул.

– Сейчас – да.

У меня внутри что-то странно екнуло. Опасно так екнуло.

Я поспешно отвернулась к стене.

– Спокойной ночи, князь.

– Спокойной ночи, Белоснежка.

Мы так и уснули – каждый на своей стороне, не касаясь друг друга ни на миг, будто между нами пролегла не кровать, а целая пропасть.

Проснулась я от тихого скрипа двери и запаха дыма. Не того уютного, от камина, а сырого, уличного. И еще от странного ощущения пустоты.

– Михаил… – позвала я сонно, переворачиваясь на спину.

Князя на кровати не оказалось.

Я торопливо села, накинула шубу и выскочила в коридор. У лестницы толпились люди: хозяйка, какие-то мужики, и среди них стоял Михаил. Напряжённый и очень злой.

Я сбежала вниз.

– Что случилось?

Он медленно посмотрел на меня.

– Сани пропали.

– В смысле… совсем? – глупо переспросила я.

– Уж не наполовину, – мрачно заметил князь.

Хозяйка всплеснула руками.

– Да мы сами в ужасе! С ночи группа чужих крутилась у двора, да кто ж знал… Мы думали, купцы какие, или охотники… Коли дело такое, я вам мигом сани приготовлю, коней хороших дам…

Михаил сжал челюсть так, что на виске вздулась вена.

– Это были не охотники.

– А кто? – тихо спросила я.

Он не ответил. Вышел во двор, и я пошла за ним следом.

Там, где еще вчера стояли его белые, как снег, кони, теперь остались только следы копыт, беспорядочные, нарочно затоптанные. Будто кто-то специально пытался стереть направление.

– Их украли, – глухо произнес он. – Вместе с санями.

– Ну… – я нервно передернула плечами. – Тут же предложили взять местные. У хозяйки вроде другие есть. Может, не такие красивые, но…

Михаил резко обернулся.

– Ты не понимаешь.

– Тогда объясни!

Он помолчал, а потом, точно нехотя, сказал:

– Эти сани были колдовские.

У меня внутри что-то неприятно похолодело.

– В каком смысле… колдовские?

– Самые, что ни на есть. – Он посмотрел вдаль, туда, где начиналась дорога. – Они всегда выводят туда, куда нужно. В любую метель. В любом лесу. На них невозможно заблудиться.

Вот теперь до меня дошло по-настоящему.

Глава 7

Сначала все шло почти спокойно. Почти – потому что я каждую минуту ждала, что из-за любого дерева выскочит тот самый охотник. Или сразу десять таких же.

Мы ехали вот уже несколько часов. Лес вокруг становился гуще, снег – глубже, а небо – ниже. Серое, нависшее, будто собиралось раздавить нас всей своей тяжестью.

– Ты уверен, что мы все еще на правильной дороге? – наконец не выдержала я.

Михаил нахмурился, осматриваясь.

– Уверен. Пока.

Вот это «пока» мне совсем не понравилось.

Я поежилась, сильнее закутываясь в мех. Сани тяжело скрипели, лошади фыркали, пар клубился из их ноздрей густыми облаками. Ветра почти не было, но мороз пробирал до костей.

Прошел еще час. Или два. В этом лесу время тянулось странно – словно вязло в сугробах вместе с нами.

– Михаил… – снова позвала я. – Мне кажется, мы тут уже были.

Он резко осадил лошадей. Сердце ухнуло куда-то вниз.

– Что ты имеешь в виду? – спросил он с тревогой.

Я указала на ель слева. У самой земли на стволе была странная изогнутая засечка, будто кто-то когда-то ударил по коре топором.

– Я ее помню, – тихо сказала я. – Мы мимо нее проезжали минут пятнадцать назад.

Михаил слез с саней, медленно подошел к дереву, провел пальцами по засечке.

– Это невозможно, – наконец произнес он. – Мы все время держались одного направления.

– Значит, возможно, – сглотнула я. – Потому что я ее точно помню.

Он огляделся еще раз, и его взгляд стал тяжелым.

– Магические сани не дали бы сбиться даже на шаг, – глухо сказал он. – А эти…

Я не сразу решилась задать следующий вопрос.

– Мы заблудились?

Он не посмотрел на меня.

– Да.

Слово прозвучало слишком спокойно. От этого стало только страшнее.

Я медленно опустилась обратно в сани.

– И что теперь?

– Теперь… – он задумался. – Теперь будем искать выход.

– Как? – спросила я, не скрывая паники. – Тут же везде одинаково! Лес, снег, елки! Мы можем ездить тут кругами до самой смерти!

Он резко повернулся ко мне.

– Хватит, успокойся!

Я осеклась, давя в себе истерику. Но руки все равно дрожали.

Михаил снова взял вожжи, направляя лошадей в сторону, где лес казался чуть реже. Сани скрипнули и тронулись с места, прорезая сугробы.

Следующие полчаса ничего не происходило, и мне стало казаться, что мы едем целую вечность. Бесконечный, однообразный лес, слепящий глаза снег и мрачные сосны, закрывающие солнце, навевали тоску. И жуткий холод, пробивающийся даже сквозь теплую шубу, подаренную князем.

А потом началось что-то странное.

Деревья будто сомкнулись над головой, дорога исчезла окончательно, словно кто-то стер ее ластиком. Сугробы выросли, поднимаясь почти до края саней, и лошади заржали, увязнув в снегу.

Лицо Михаила стало совсем темным, и он взмахнул рукой, расчищая магией путь. Снег взметнулся в воздух, разлетаясь по сторонам, и сани рванули дальше. Но тут же снова застряли в чудесным образом появившихся на нашем пути сугробах.

– Проклятье… – тихо выругался Михаил и посмотрел на меня виновато. – Похоже, леший играет с нами.

Я уставилась на него с недоверием. Сейчас он еще скажет, что и баба Яга существует…

– Леший?

– Ну или дух леса, по-вашему, - поправился князь, неверно истолковав мой вопрос.

– То есть… нас тут заперли? – мой голос сорвался от страха, ведь только сейчас я осознала, что мы можем остаться тут навсегда. Замерзнув и превратившись в один из этих сугробов.

– Да, - мрачно ответил Михаил, и мне стало по-настоящему холодно. Не снаружи – внутри.

– Это из-за саней?

– Из-за них, – кивнул он. – И из-за тебя – думаю, дух леса в сговоре с тем охотником. Эти существа любят морочить путников, а уж если им за это заплатят...

Я с трудом подавила желание прижаться к мужчине. Даже сейчас это было бы… чересчур

– Значит, это была не просто кража?

– Нет, - покачал головой князь.

И с силой вцепился в поводья, когда лошади вдруг резко встали, зафыркали, заржали и попятились назад. Я едва удержалась, чтобы не вылететь из запряжки.

– Что случилось?! – выкрикнула я.

Михаил уже был на ногах, прикрывая меня собой.

Перед нами, между деревьями, медленно сгущалась тень. Не силуэт. Не фигура. Именно тень – плотная, живая, будто кто-то разлил по воздуху чернила.

– Не двигайся, – тихо приказал он.

Я послушно замерла, боясь дышать. Тень колыхнулась. И вдруг… исчезла.

Лес снова стал обычным. Снег – просто снегом. Деревья – просто деревьями. Но я была уверена, что мне не показалось.

– Это и есть он? Дух леса? – прошептала я сдавленно.

Михаил не ответил, лишь молча вернулся к саням и помог мне спуститься, крепко удерживая за локоть.

– Пойдем пешком, – коротко сказал он. – Дальше на санях нельзя.

– Ты что, с ума сошел?! – я вырвалась. – Тут же мороз, лес, неизвестно что вокруг!

– Так у нас больше шансов, – жестко ответил он.

Я замолчала.

В этот момент он был не князем. Не магом. Не мужчиной, который мне был странно небезразличен. Он был единственным, кто знал, что делать.

И я впервые по-настоящему осознала: если бы он мне не встретился тогда, в том лесу – я бы погибла.

____________________________

Встречайте новую историю нашего литмоба (С)нежные сказки 2025

Яблоко желаний

Наталья Сапункова

https://litnet.com/shrt/HdvN

Глава 8

Мы шли уже не меньше часа.

Сани остались позади – брошенные за ненадобностью. Михаил шел впереди, прорубая путь между сугробами, я – след в след за ним, тайком вцепившись в его шубу.

Лес здесь был другим. Слишком тихий и густым, словно другой мир.

Даже снег под ногами будто звучал иначе – не скрипел, а глухо вздыхал. И чем дальше мы уходили, тем сильнее мне казалось, что за нами кто-то идет. Не по следам. Рядом. По воздуху.

– Ты тоже это чувствуешь? – шепнула я.

Михаил кивнул, не оборачиваясь.

– Да.

Мы остановились одновременно. Впереди снова была ель. Та самая. Та же засечка на коре.

У меня в груди что-то оборвалось.

– Это… – я не смогла договорить.

– Она, – глухо сказал Михаил.

Мы снова вышли к тому же месту. В третий раз.

Он резко выдохнул, разжал мои пальцы и отошел на пару шагов в сторону, проводя рукой по воздуху. Между его пальцами вспыхнула слабая голубоватая искра – и тут же погасла.

– Это опять он, – тихо произнес князь, и его спина напряглась. – И он не хочет, чтобы мы ушли.

– Леший? – с трудом спросила я.

– Леший, - повторил за мной мужчина, настороженно вглядываясь во тьму, скопившуюся между деревьями.

Слово прозвучало почти буднично, и все происходящее стало казаться еще более абсурдным.

– И чего нам еще ждать? – нервно хмыкнула я. – Может, и русалки тут по сугробам плавают? Разве ты не можешь просто сразить его своей магией?

– Не шути так, – строго сказал Михаил. – Это очень древняя сущность. Лес ее дом, а мы здесь – чужие.

Как будто в подтверждение его слов где-то в глубине чащи раздался тягучий, переливчатый звук, похожий сразу на вой или крик. Что-то между.

У меня задрожали колени.

– Он… следит за нами?

– Он нас водит, – ответил Михаил. – Кругами. Пока не устанем и не сдадимся.

– А потом?

Он не ответил. И мне это не понравилось больше всего.

Внезапно справа от нас что-то хрустнуло. Я дернулась, оборачиваясь – и увидела между деревьями движение. Смутную фигуру, сотканную будто из тени, коры и снега. Она не имела четких очертаний, но я знала, что она смотрит на меня. Прямо сейчас.

– Михаил… – мой голос сорвался до шепота.

Он медленно встал передо мной.

– Не смотри на него, – сказал он. – И что бы ты ни услышала… не отвечай.

– А если он позовет?

– Особенно тогда.

Сущность двинулась. Не ногами. Волной. Перетекая между деревьями, как живой туман. Воздух вокруг стал липким, тяжелым, будто пропитался чужим дыханием.

И вдруг… Из глубины леса раздался голос.

– Снежа-а-на…

У меня внутри все перевернулось.

Голос был точь-в-точь как у моей подруги. Той самой, с которой мы вместе по лесу гуляли. Той, что осталась в моем мире.

– Снежана, ты где? Мы тебя ищем!

Я сделала шаг вперед.

И тут же Михаил резко дернул меня назад.

– Назад! – рявкнул он.

Я будто очнулась.

– Это… это была подруга… – прошептала я. – Я же ее знаю…

– Леший не зовет чужими голосами, – жестко сказал он. – Он зовет твоими воспоминаниями.

Снова раздался звук. Уже другой. Голос моей матери.

– Снеженька… домой пора…

Слезы сами выступили на глазах.

– Хватит… – выдохнула я. – Пожалуйста…

Сущность стала ближе, и меня всю передернуло от страха и отвращения. Я различила в ее центре нечто похожее на лицо, только без глаз и рта. Но я чувствовала взгляд лешего кожей.

Михаил вдруг отпустил мою руку.

– Стой здесь, – сказал он.

– Ты что делаешь?! – испугалась я.

Он медленно шагнул вперед, и его руки заискрились ледяной магией.

– Хватит! – громко бросил мужчина прямо в лицо лесному созданию. – Оставь нас в покое, слышишь?

Лес вздрогнул. Сущность остановилась.

– Она не твоя, – ровно произнес Михаил. – Отпусти нас.

В ответ раздался гулкий, влажный хохот, будто ветер смеялся сквозь мертвые ветви.

И вдруг лес начал меняться. Исчезли сугробы, ели.

Я моргнула – и увидела перед собой… базу отдыха. Наши домики. Гирлянды. Снег, утоптанный человеческими ногами. Друзей, махающих мне руками.

– Снеж, ты куда пропала? – улыбалась Катя.

Я качнулась вперед. Это было слишком реально. Слишком.

– Это не настоящее! – резко сказал за спиной Михаил. – Смотри на меня!

Я повернулась. Его лицо было напряженным, бледным, но настоящим.

– Приди в себя, девочка, – сказал он, снова беря меня за руку. – Это все морок. Борись с ним!

Я закрыла глаза. И шагнула к нему.

В тот же миг все вокруг лопнуло, как тонкое стекло. Лес вернулся. Сущность взвыла – не звуком, а волной боли, прокатившейся по воздуху. Михаил пошатнулся, будто получил удар в грудь, но устоял.

А я поняла: Леший только что проиграл первый раунд. И теперь он жутко зол.

____________________________

Встречайте новую историю нашего литмоба (С)нежные сказки 2025

Невеста на откуп для (с)нежного монстра

Валентина Элиме

https://litnet.com/shrt/Xfn_

Глава 9

Темнело быстро. Не по-настоящему, не как в обычном лесу – здесь сумерки будто падали сверху тяжелым одеялом. Сначала блекло небо, потом серел снег, а следом начинали исчезать сами деревья, превращаясь в черные, вытянутые тени.

– Нам нужно укрытие, – сказал Михаил, оглядываясь. – Пока совсем не стемнело.

– А если мы его не найдем? – со страхом спросила я, инстинктивно придвигаясь к нему поближе.

– Тогда леший найдет нас.

Очень обнадеживающе.

Мы шли уже через силу. Ноги гудели, дыхание сбивалось, пальцы в варежках онемели так, что я почти их не чувствовала. Я несколько раз спотыкалась, и Михаил молча поддерживал меня, подхватывая за локоть. Ни слова. Ни упрека. Просто держал.

Лес вокруг будто наблюдал.

Иногда мне казалось, что между стволами мелькают тени. Не сами деревья – что-то другое. Живое. Ждущее.

– Он рядом, да? – тихо спросила я.

– Всегда, – ответил Михаил. – Но ночью он становится сильнее.

– Замечательно…

Мы вышли на крохотную поляну. В центре – полуразвалившаяся лесничья изба. Покосившаяся, заваленная снегом, почти вросшая в землю.

– Дом… – выдохнула я с облегчением.

Михаил замер.

– Не спеши радоваться.

Он обошел ее по кругу, провел ладонью вдоль стены, затем осторожно коснулся перекошенной двери. Между пальцев снова мелькнула та самая голубая искра.

– Пусто, – сказал он. – И… здесь, похоже, давно никого не было.

– Это плохо?

– Это настораживает.

– А снаружи будто безопаснее… – я оглядела темный лес.

Он промолчал, и мы вошли внутрь, ведь у нас действительно не было выбор.

Дом оказался холодным и сырым. Запах гнили, старого дерева и застоявшегося воздуха ударил в нос. Но крыша была цела, стены на месте, и самое главное – здесь можно было спрятаться от ветра и мороза.

Михаил быстро развел небольшой огонь в старой печи, использовав какие-то сухие щепки, найденные в углу. Пламя вспыхнуло неестественно ровно – явно будучи магическим. Даже странно, что ледяной колдун умеет разжигать огонь.

– Леший не любит огонь, – пояснил он спокойно. – Это даст нам пару часов.

– А потом?

– А потом посмотрим, кто кого, – мрачно усмехнулся он, и его глаза вспыхнули недобрым огнем.

У меня внутри все неприятно сжалось. Я села ближе к стене, поджав под себя ноги. Михаил устроился у двери, спиной к выходу. Как будто если придется – первым удар примет он.

За стенами избы раздался тихий, протяжный звук, будто кто-то водил пальцем по дереву.

– Он нас нашел… – прошептала я.

– Он нас никогда не терял, – слишком невозмутимо ответил Михаил.

Звук стал ближе. С другой стороны стены что-то медленно протащилось, будто по бревнам скользнула огромная тень. Изба тихо заскрипела.

Я непроизвольно придвинулась к Михаилу, и он не отодвинулся. Положил руку мне на плечо, и стало чуть легче.

– Если он войдет… – начала я.

– Не войдет, – перебил он. – Пока есть огонь – не войдет.

Пламя в печи вдруг дрогнуло.

Я почувствовала, как по спине пополз холодный пот.

– Михаил…

– Я вижу.

Снаружи послышался шепот. Нечленораздельный, тягучий, будто сразу десятки голосов пытались выговорить одно слово.

Мое имя.

– Он проверяет тебя, – тихо сказал Михаил. – Хочет, чтобы ты ответила.

– Я не отвечу, – прошептала я.

– Хорошо.

Шепот стал громче.

– Снежана…

Я зажмурилась, вцепилась пальцами в край своей шубы и прикусила губу до боли.

– Домой… – тянул голос. – Здесь холодно… здесь все не твое…

Пламя в печи дрогнуло еще сильнее.

Михаил резко встал, раскинул руки и что-то низко, гортанно произнес на незнакомом языке. Огонь взметнулся вверх, ярко вспыхнув голубоватым светом.

Снаружи раздался визг. Тень отпрянула от стены. На несколько мгновений снова стало тихо. Я выдохнула судорожно.

– Он ушел?

– Он отступил, – ответил Михаил. – Это не одно и то же.

Я медленно сползла по стене на пол.

– И долго ты сможешь поддерживать пламя?

Он посмотрел на меня, и впервые за все это время я увидела в его глазах усталость.

– Не знаю, – просто сказал он. – Ночь длинная.

____________________________

Встречайте новую историю нашего литмоба (С)нежные сказки 2025

Сердце (с)нежной бури

Алиса Квин

https://litnet.com/shrt/w9Yx

Глава 10

Спустя пару часов томительного ожидания огонь в печи горел совсем слабо, а под глазами у князя залегли тени, будто он держался из последних сил. Шепот за стенами больше не возвращался, но тишина от этого не стала спокойнее. Она была вязкой, настороженной, будто сам лес затаился и ждал.

Я сидела, прислонившись спиной к холодному бревну, и не заметила, как усталость навалилась сразу всем телом. Веки тяжелели, дыхание становилось глубже, а страх – странно далеким, будто это все сейчас было и не со мной вовсе.

– Не засыпай… – негромко сказал Михаил.

– Я просто… на минутку… – пробормотала я. И провалилась в темноту.

Мне снился дворец. Не такой, как в сказке – светлый и золотой. А мрачный, холодный, выложенный черным камнем. Узкие окна, будто прищуренные глаза, длинные коридоры, в которых даже эхо моих шагов было пугающим.

Я шла босиком по ледяному полу. Платье на мне было тяжелым, темным, будто пропитанным чужой волей. Я знала, куда иду. И знала – зачем.

Тронный зал встретил меня мертвой тишиной. А на троне сидела королева. Статная, красивая, но холодная и пугающая, как и ее обитель.

И я откуда-то ее знала. Знала, что ее зовут Альбина, и что она люто ненавидит падчерицу.

– Ты все-таки дошла, – произнесла она лениво, разглядывая меня с холодным любопытством. – Я уж думала, леший справится быстрее.

– Это ты… – выдохнула я. – Это ты все устроила?

– Конечно, я, – она усмехнулась. – Разве в этом есть сомнения?

Я хотела отступить, но ноги словно вросли в пол.

– Зачем? – выкрикнула я. – Что тебе от меня нужно?!

Королева медленно поднялась с трона. Платье на ней было цвета запекшейся крови, а глаза сверкали, как два осколка льда.

– Ты – ошибка, Белоснежка, – сказала она. – Лишний элемент в идеально выстроенной схеме. Ты должна была умереть в лесу. Но охотник сплоховал и не справился с задачей.

– Я не собираюсь умирать, даже не надейся, – с холодной яростью ответила ей, будто противостояние ей было моим личным делом.

– Пока нет, – согласилась она с ледяной улыбкой. – Но это временно.

Королева грациозно спустилась с трона и подошла ближе. Слишком близко.

– Ты думаешь, что спряталась? – шепнула она. – Думаешь, чужой князек тебя спасет?

Я вздрогнула.

– Не трогай его.

Альбина рассмеялась, словно стекло разбилось вдребезги.

– Ты уже просишь не за себя… – протянула она. – Как трогательно.

Она протянула руку – и в ее ладони словно из воздуха возникло красное яблоко. Блестящее. Идеальное.

– История любит повторяться, девочка, – сказала королева. – Вопрос лишь в том… кто на этот раз не проснется.

Она резко сжала яблоко, и по ее пальцам потекла темная, густая жидкость.

– Ты не принадлежишь этому миру, – прошептала она. – И он тебя обязательно уничтожит.

Пол подо мной вдруг треснул. Я полетела вниз, в черную пустоту – и в последний миг услышала ее голос:

– Передай князю… что его сани были только началом.

Я вскрикнула и резко села, хватая ртом воздух.

Изба. Печь. Огонь. Михаил, склонившийся надо мной.

– Тихо, – сказал он, удерживая меня за плечи. – Ты в безопасности. Это был сон.

Я не сразу смогла выдохнуть.

– Она… – прошептала я. – Она знает про нас.

– Кто?

– Королева.

Он замер.

– Что ты видела?

Я сглотнула, чувствуя, как холод из сна все еще живет под кожей.

– Она почти призналась, что леший – это ее рук дело. И что кража твоих саней была только началом.

Михаил медленно выпрямился. Его лицо стало жестким, как камень.

– Вот как? Что ж, теперь мне еще больше хочется навестить ее.

____________________________

Встречайте новую историю нашего литмоба (С)нежные сказки 2025

Мой (с)нежный князь

Алина Углицкая

https://litnet.com/shrt/4fEA

Глава 11

Я больше не могла сомкнуть глаз.

Сон ушел, будто его и не было, оставив после себя только липкий страх под кожей и мерзкое ощущение чужого взгляда. Я сидела, закутавшись в шубу, подтянув колени к груди, и смотрела на огонь в печи, боясь отвести взгляд.

Казалось, стоит мне закрыть глаза, и она снова окажется рядом. Королева. Злая мачеха.

– Ты все еще не спишь? – тихо спросил Михаил.

Я вздрогнула, хотя знала, что он рядом.

– Я боюсь снова засыпать, – призналась я, не поворачиваясь к нему. – Вдруг она еще раз придет… И на этот раз я не проснусь.

Он не ответил сразу. Я почувствовала, как он сел рядом, не вплотную, оставив между нами небольшую, едва заметную дистанцию. Но от его присутствия стало немного спокойнее.

– Сны — это лишь дорога между мирами, – задумчиво проговорил князь. – Но пока ты здесь, со мной, никто не имеет над ними власти.

Я медленно повернула голову.

– Ты уверен?

Он посмотрел на меня так серьезно, что внутри что-то дрогнуло.

– Я обещаю тебе, Белоснежка, – сказал он. – Этой ночью я буду стеречь твой сон.

Я робко улыбнулась.

– Князь будет охранять сон перепуганной беглой принцессы… Звучит почти как легенда.

Он едва заметно усмехнулся.

– Ты сильно недооцениваешь силу страхов.

Я протянула руки к огню, пытаясь согреть пальцы. Они все еще дрожали. Он заметил это, конечно, заметил. Осторожно, будто спрашивая разрешения, Михаил накрыл мои ладони своими.

Я вздрогнула. Его руки были теплыми, уверенными и удивительно бережными.

– Так лучше? – тихо спросил он.

Я кивнула.

Мы сидели так молча какое-то время. Огонь размеренно потрескивал, за стенами снова завыл ветер, но мне уже не казалось, что он шепчет мое имя. Страх понемногу отступал, растворяясь в тепле его ладоней.

– Ты ведь мог бы уйти, – вдруг сказала я. – Бросить меня здесь. Я тебе никто.

Он медленно повернул ко мне голову.

– Ты ошибаешься.

– В чем?

– Ты доверила мне свою жизнь, – сказал он. – Этого достаточно.

Я сглотнула. Слова застряли в горле. Вместо них я чуть крепче сжала его пальцы. Он не убрал руку.

– Ложись, – тихо сказал он. – Я буду рядом.

Я послушно устроилась на старом лежаке у стены, укрывшись шубой. Михаил остался сидеть рядом, спиной к двери, словно живая стена между мной и ночью.

Я долго смотрела на его силуэт в полумраке. На широкие плечи, на прямую спину.

– Михаил…

– Да?

– Если я усну… ты правда меня разбудишь, если она снова придет?

Он не обернулся.

– Она не придет.

– Ты же не можешь этого знать.

– Знаю, – ответил он просто. – Потому что сейчас я не сплю.

И вдруг я поняла, что верю ему. Веки сами собой закрылись. Страх отступил, оставив после себя только легкое, теплое волнение где-то под сердцем.

Последнее, что я почувствовала перед сном, как он осторожно и очень медленно укрыл меня своим меховым плащом.

____________________________

Встречайте новую историю нашего литмоба (С)нежные сказки 2025

Желание холодного сердца

Наталья Лакота (Ната Лакомка)

https://litnet.com/shrt/p7Wv

Глава 12

Я проснулась от запаха дыма и чего-то… съедобного? Сначала не поняла, где нахожусь. Грубые бревенчатые стены, белесый утренний свет, который едва пробивался сквозь перекошенное окно, печь, в которой еще тлели угли.

Михаил сидел на корточках у печки, раздувал огонь и что-то осторожно перемешивал в котелке. Его лицо было спокойным, сосредоточенным. Словно ночь, леший, кошмары – все это мне только приснилось.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить: ничего не приснилось. А вот Михаил, судя по всему, действительно не спал. Он повернулся ко мне, будто почувствовал на себе мой взгляд.

– Доброе утро, – сказал он негромко. – Ты спала крепко.

– Ты… правда сидел возле меня всю ночь?

Он пожал плечами, будто это пустяк.

– Я же обещал беречь твой сон.

Что-то мягко, коварно сжалось в груди.

– Надеюсь, я… не храпела, – попыталась я пошутить.

На его губах промелькнула слабая, теплая улыбка.

– Нет. Ты просто пару раз что-то бормотала.

– Что именно?

– Мое имя, – ответил он спокойно.

Я с трудом подавила желание обратно под его плащ. Прекрасно. Отлично. Передайте мне лопату, я сама себя закопаю.

Он сделал вид, что не заметил моих мучений, и протянул мне деревянную плошку.

– Завтрак.

Я заглянула внутрь. Какая-то похлебка: вода, крупа, подозрительные темные ягодки.

– Это… безопасно есть? – уточнила я.

– Да. – Он сел рядом, но не слишком близко. – Тут лесные сушеные ягоды, всегда ношу с собой, они не из тех, что вызывают видения.

– Как мило с твоей стороны, – фыркнула я.

Мы ели молча. Я делала вид, что смотрю на похлебку, а на самом деле поглядывала на князя. На то, как он наклоняет голову, как напрягаются скулы, когда он о чем-то думает, как внимательно он следит за лесом даже сейчас, через окно.

Я заставила себя отвлечься.

– Тебе бы тоже поспать, – сказала я.

– Не могу. – Он покачал головой. – Пока мы во владениях лешего, лучше держаться настороже.

Я поставила плошку.

– Михаил… спасибо тебе за вчера. За все.

– Это мой долг, Белоснежка, – ответил он.

– Нет, – покачала я головой. – Не долг. Ты мог бы бросить меня в лесу вчера, когда мы заблудились. Мог не сидеть рядом ночью. Мог не поддерживать меня во сне.

Он посмотрел прямо мне в глаза.

– Мог, – согласился он. – Но не хотел.

Я забыла, как дышать. Михаил поднялся первым, подошел к двери и выглянул наружу.

– Ветер стих. Можно двигаться дальше, – сообщил он.

Мы быстро собрали нехитрые вещи: мою шубу, меховую накидку, остатки припасов. Михаил проверил дверь, прислушался к лесу, будто мог услышать, что тот задумал, и только после этого кивнул:

– Пора.

Я вышла первой – и сразу ощутила, насколько тихим стало все вокруг. Лес будто наблюдал, но не нападал. Словно выжидал.

Михаил незаметно подхватил меня за руку, чтобы я не потерялась в снегу. – Идем, – сказал он тихо.

Я кивнула, стараясь не думать о вчерашнем сне. О королеве. О том, что она может видеть меня даже сейчас.

Мы сделали всего несколько шагов, как вдруг внутри все оборвалось. Я резко остановилась.

– Ты слышал? – прошептала я.

Михаил развернулся ко мне, напрягся.

– Что именно?

– Там… – я указала куда-то в сторону темнеющих елей. – Будто кто-то шуршит. И смотрит.

Снег действительно хрустнул. Но так, как будто не животное, не птица… а что-то другое, осторожное, разумное.

Михаил чуть подался вперед, прикрывая меня собой.

– Не отходи от меня, – тихо, но жестко сказал он.

Я и не собиралась – сама вцепилась в его ладонь еще сильнее.

И тогда лес… зашевелился.

Это трудно объяснить словами. Будто снег на ветвях вдруг встрепенулся, поднялся легкой пылью, и каждый снежный кристалл поймал свет утреннего солнца. Воздух стал искриться, мороз – петь. А в центре этой красоты стоял Михаил.

Он поднял свободную руку.

Пальцы его легко, почти лениво провели дугу в воздухе – и снег ответил.

Он поднялся вихрем, закружился вокруг нас серебристой спиралью, превращаясь в тонкие снежные лезвия, которые сверкали, будто клинки. Все они были направлены наружу – к тому месту, где я услышала шорох.

Снег послушно замер, вися в воздухе, как стайка острых искристых птиц.

Я выдохнула. Кажется, забыла, что нужно дышать.

– Как… красиво, – прошептала я.

– Здесь опасно, – поправил Михаил. – Держись ближе.

Снежные лезвия слегка дрогнули, будто предупреждая. Из-за деревьев снова послышались странные звуки. Но, встретив снеговой барьер, они стихли. Михаил плавным движением опустил руку. Снежные клинки осыпались вниз мягким, безобидным снегом, будто ничего и не было.

Он повернулся ко мне:

– Не бойся. Пока я рядом – тебя никто не тронет.

Я открыла рот, чтобы сказать что-то дерзкое или умное… но почему-то не смогла. Только кивнула.

И мы пошли дальше, оставляя позади избу, страхи и то, что притаилось в тени.

_________________________

Встречайте новинку нашего литмоба (С)нежные сказки 2025!

Снежный переполох, или леди в бегах

Элен Скор

https://litnet.com/shrt/-sNy

Глава 13

Мы шли долго.

Лес постепенно менялся – и я заметила это не сразу. Сначала стало больше света. Снег под ногами перестал быть таким вязким, будто лес больше не тянул нас назад. Деревья редели, их ветви уже не нависали угрожающе, не переплетались над головой, словно решетка темницы, в которой нас хотели запереть.

– Он нас отпускает? – тихо спросила я.

Михаил не сразу ответил. Он все так же держал меня за руку, и я чувствовала, как напряжены его пальцы.

– Леший не отпускает, – наконец сказал он. – Он просто теряет власть.

Я оглянулась.

Лес за нашей спиной выглядел иначе. Темнее. Гуще. Будто живая стена, которая больше не стремилась нас проглотить – лишь смотрела вслед.

– А он может передумать?

– Может, – честно ответил Михаил. – Но граница близко.

Слово «граница» прозвучало почти как спасение.

Я почувствовала это прежде, чем увидела: воздух стал другим. Чище. Свободнее. Мороз – настоящим, а не липким, магическим. Снег скрипнул под ногами так знакомо, по-настоящему.

– Подожди, – я остановилась.

Мужчина обернулся.

– Что?

Я прислушалась. Никакого шепота. Никаких голосов. Даже ветер звучал иначе.

– Тишина, – сказала я. – Настоящая.

Михаил медленно кивнул.

– Мы вышли.

Я не сразу поверила. Слишком долго лес был всем вокруг, слишком сильно давил, шептал, путал. Хотелось, чтобы леший попытался вернуть нас обратно – тогда бы стало ясно окончательно. Но он будто сдался.

Впереди открылась дорога. Узкая, укатанная, с едва заметными следами саней. Обычная. Реальная. Без магических кругов и иллюзий.

Я выдохнула – глубоко, с облегчением.

– Значит… все?

– Для него – да, – ответил Михаил. – Для нас – только начало.

Я посмотрела на него. Его лицо было спокойным, но я видела, какой ценой ему дался этот путь. Взгляд стал чуть темнее, чем раньше, плечи – тяжелее.

– Ты заплатил за это, – сказала я тихо.

– Немного, – снова повторил он свою любимую фразу.

Я не поверила. Но спорить не стала.

Мы стояли у самой кромки владений лешего. Еще шаг – и назад дороги не будет. Почему-то это показалось важным.

– Михаил, – окликнула я его. – А если бы ты не пошел со мной?

Он посмотрел на лес, потом на меня.

– Тогда он бы меня все равно забрал, – сказал он спокойно. – Но тебя – в первую очередь.

Я вздрогнула.

– Спасибо, что помог мне, хоть и не знаю, чем это заслужила.

Он сжал мою руку чуть сильнее.

– Спасибо, что не отпустила.

Мы сделали этот шаг вместе. Лес остался позади. И только когда холодный ветер ударил в лицо, замораживая тело, а не душу, я позволила себе поверить, что все позади.

Но впереди нас все еще ждала королева. И я сама не знала, зачем еду туда вместо того, чтобы прятаться. Наверное, потому, что помнила – у нее есть магия, а еще волшебное зеркало, если сказки не врали. И если уж тот охотник меня так легко нашел, то мне нигде не скрыться от королевы. А с Михаилом у меня будет шанс. Шанс выжить и найти свое место в этом мире. Может даже найти путь домой, хотя это вряд ли.

Мы отошли от кромки леса совсем немного – ровно настолько, чтобы он больше не дышал нам в спину. Дорога шла вдоль поля, занесенного снегом, и ветер здесь был обычным, не колдовским. Не нашептывал. Не путал мысли.

Михаил остановился у поваленного дерева и молча указал:

– Присядем.

Я опустилась рядом, чувствуя, как усталость накатывает вдруг и сразу. Ноги дрожали, пальцы онемели, но внутри было странно легко. Как будто что-то тяжелое, липкое, наконец отцепилось.

Мы сидели молча. Просто дышали. Слушали ветер.

Я первая нарушила тишину.

– Я думала, что не выйду оттуда, – призналась я. – В какой-то момент показалось, что лес знает обо мне больше, чем я сама.

Михаил смотрел перед собой.

– Он и правда многое знает, – сказал он. – Но не все. Главное он не понял.

– Что именно?

Он повернулся ко мне.

– Что ты не сдаешься.

Я усмехнулась – слабо, устало.

– Это не про храбрость. Скорее про упрямство.

– Иногда это одно и то же, – ответил он.

Я поежилась, и он тут же снял перчатку, молча накрыв мою ладонь своей. А я не отняла руки, хотя его прикосновение и смущало безумно.

– Ты говорил с лешим так, будто… знал его, – сказала я после паузы.

– Я встречался с такими сущностями и раньше, – ответил Михаил. – Они чувствуют страх. Но еще сильнее чувствуют выбор.

– И ты выбрал меня?

Он посмотрел прямо мне в глаза.

– Я выбрал идти рядом.

Сердце стукнуло чуть сильней, чем должно было. Я отвела взгляд, чтобы он не заметил, как мне вдруг стало трудно дышать.

– Знаешь, – тихо сказала я, – обычно, если мужчина говорит такое, это заканчивается либо свадьбой, либо катастрофой.

Михаил позволил себе тень улыбки, и мне стало неимоверно жарко прямо посреди зимы.

– На моей родине, – ответил он так же спокойно, – так говорят, когда готовы отвечать за собственные слова.

Я не нашлась, что ответить. Боялась того, что скрыто между строк.

Ветер поднял с поля легкую снежную пыль, и она закружилась вокруг нас, оседая на плечах. Михаил стряхнул снег с моего рукава, задержав руку чуть дольше, чем нужно. И я снова позволила ему это, не отстранилась.

– Нам нужно двигаться дальше, а то замерзнем, – сказал он наконец, отступив назад.

– Хорошо, – кивнула я, разочарованно вздохнув. – Только… не отходи далеко от меня.

Он не стал отвечать, лишь кивнул. Просто взял меня за руку и повел за собой.

Глава 14

Мы вышли к дороге ближе к полудню.

Лес остался позади – не сразу, не резко, а будто нехотя, отпуская нас постепенно. Сначала деревья расступились, потом исчезла эта вязкая тишина, и наконец под ногами появился утоптанный снег с четкими следами саней. Самыми обыкновенными. Не магическими. Человеческими.

Я остановилась и глубоко вдохнула. Воздух был холодным, но настоящим. Таким, каким и должен быть.

– Дорога, – сказала я с облегчением. – Даже не верится, что я так ей рада.

Михаил слегка усмехнулся и тоже остановился рядом.

– Я тоже рад, что мы выбрались.

Мы пошли дальше спокойнее, не оглядываясь каждую минуту. Я чувствовала, как напряжение понемногу отпускало, и вместе с этим приходила усталость. Та самая, честная, после которой хочется просто сесть и больше никуда не идти.

Я покосилась на идущего рядом Михаила.

– Скажи честно, – начала я, – ты ведь не просто так ехал в замок моей мачехи еще до того, как подобрал меня в лесу?

Он посмотрел на дорогу перед собой, будто взвешивая, сколько правды можно сказать.

– Не просто так, – подтвердил он.

– Я так и знала, – вздохнула я. – Ни один мужчина не едет к злой королеве без серьезных причин. Даже сказочный.

Он хмыкнул.

– И с чего это я сказочный? Самый обыкновенный. Причина проста. Визит в ваше королевство – последний шанс сохранить мир.

Я остановилась.

– Мир? В смысле… весь?

– Вполне возможно, – спокойно ответил он.

Я догнала его и пошла рядом, внимательно слушая.

– Между моими землями и этим королевством существует древний договор, – продолжил Михаил. – Его заключили еще при наших прадедах. Пока он действует, между севером и югом нет войны. Ни открытой, ни тайной.

– А если не действует? – осторожно спросила я.

– Тогда мои земли перестанут использовать защитную магию, – сказал он. – А ваше королевство лишится щита от внешних угроз. И кто-то обязательно захочет этим воспользоваться.

Я прикусила губу.

– И мачеха… королева, – поправилась я, – что-то нарушила?

– Она балансирует на грани, – ответил Михаил. – Интриги, запретная магия, шпионы в нашем царстве. Все это признаки того, что договор вот-вот будет разорван.

– А ты едешь, чтобы его… спасти?

– Или разорвать, – кивнул он. – Если королева не возьмется за ум – дальше будет только война.

Я помолчала, переваривая услышанное.

– Ладно, – сказала я наконец. – Теперь понятно, зачем тебе туда надо. А зачем туда мне, кроме желания самоубиться?

Михаил остановился и посмотрел на меня так внимательно, что я невольно выпрямилась.

– Потому что ты – единственная наследная принцесса, – сказал он. – И по законам этого королевства ты официально мертва.

– Очень приятно это слышать, – буркнула я. – Прямо поднимает самооценку.

– А зря, – спокойно продолжил он. – Пока ты числишься мертвой, королева правит без ограничений. Но она лишь регент, твоя мачеха, и если ты войдешь в замок и публично объявишь себя живой…

– То у нее будет очень неприятный день, – предположила я.

Уголок его губ дрогнул.

– У нее начнутся проблемы, – подтвердил он. – Большие. Потому что королевство обязано признать тебя. А народ – услышать.

Я задумалась, глядя на дорогу, уходящую вдаль.

– То есть мне нужно просто прийти и сказать: «Здравствуйте, я вообще-то не умерла»?

– Желательно громко, – заметил Михаил, пряча улыбку. – И при свидетелях.

– Отлично, – вздохнула я. – Всю жизнь мечтала о публичных выступлениях после попытки убийства.

Он тихо рассмеялся – коротко, почти тепло.

– Ты справишься.

– У меня есть выбор?

– Нет.

Я кивнула.

– Тогда идем. Раз уж мне предстоит воскреснуть официально, лучше не заставлять публику ждать.

Мы пошли дальше по дороге – к замку, к правде и к той встрече, от которой зависело куда больше, чем моя жизнь.

Хотя, если честно… Начать с нее было бы неплохо.

Глава 15

Дальше мы шли не спеша. Дорога была ровной, утоптанной, и впервые за долгое время мне не приходилось смотреть под ноги каждую секунду, опасаясь, что под нами земля разверзнется, и мы полетим в пропасть. Ну или что я споткнусь об очередной корень или полуразрушенный пенек.

Я даже позволила себе роскошь расслабиться.

– Знаешь, – сказала я, разглядывая следы саней, – если меня все-таки решат снова убить, я официально требую, чтобы в этот раз это было без яблок.

Михаил посмотрел на меня с непониманием. Действительно, здесь сказку о Белоснежке явно никто не читал.

– Почему?

– Я их любила, – вздохнула я. – До сих пор любила. Теперь придется проверять каждое. Это, знаешь ли, портит удовольствие. А моя мачеха питает особую страсть к убийствам через отравленные яблочки.

Он фыркнул, а потом вдруг рассмеялся. Я даже остановилась от неожиданности.

– Первый раз вижу, что ты улыбаешься, – заметила я с подозрением. – Это не противоречит княжескому кодексу?

– В нем нет такого правила, – ответил он. – Но обычно у меня нет повода. А ты… Нарушаешь мою привычную жизнь.

– Запишем меня в список необычных знакомых, – кивнула я.

– Ты скорее стихийное бедствие, – задумчиво сказал он.

– Это звучит опасно.

– Так и есть.

Мы прошли еще немного в тишине, но сейчас она была не напряженной, а скорее уютной. Есть такие люди, с которыми даже молчать получается. Михаил шел рядом, так близко, что иногда наши плечи почти соприкасались. Случайно, конечно. Совершенно случайно. Настолько, что я начала замечать это слишком часто.

– Скажи, – не выдержала я, – а ты всегда такой серьезный?

– Нет.

– А когда не такой?

– Когда рядом нет опасности.

– То есть когда рядом нет меня? – уточнила я. – Охотятся же на меня.

Он бросил на меня быстрый взгляд.

– Да уж, с тобой скучно не бывает.

– Обидно, – сказала я. – Я стараюсь быть спокойной, разумной принцессой.

– У тебя плохо получается.

– Спасибо за поддержку.

Он усмехнулся.

Я вдруг поняла, что иду слишком близко к Михаилу, настолько, что порой задеваю его рукавом. Наверное, стоило отойти, но мне почему-то не хотелось. Вместо этого я спросила:

– А ты всегда держишь дистанцию?

– Когда нужно, – ответил он.

– А сейчас нужно?

Он остановился. Я тоже.

Мы стояли посреди дороги, глядя друг на друга. Ветер трепал край его плаща, снег тихо скрипел под ногами.

– Сейчас, – сказал он тихо, – я хочу идти рядом.

И от этих слов мне вдруг стало теплее, чем от меховой накидки. Я первой снова двинулась вперед.

– Тогда пойдем, – сказала я. – Пока я не передумала и не начала задавать еще более неудобные вопросы.

– Неудобные? Это какие? – спросил он, догоняя меня.

– Например, что будет после замка, – ответила я честно. – Если мы выживем.

Он шел молча несколько шагов.

– Тогда мы решим, куда идти дальше, – сказал он. – Только без погони.

– И без леших?

– Желательно.

– И без королев?

– Я бы не стал загадывать.

Я рассмеялась и вдруг поймала себя на мысли, что иду, не думая о том, что впереди может быть опасно. Потому что рядом был он. А еще о том, что он собирается идти куда-то со мной вместе даже потом, когда вся эта история с мачехой закончится.

Деревня показалась неожиданно.

Я даже не сразу поняла, что это какое-то поселение. Сначала увидела дым: тонкую серую полоску, поднимающуюся над горизонтом. Потом – покосившиеся заборы, крыши, утопленные в снег, и наконец узкую улицу, вытоптанную сапогами и санями.

– Люди, – выдохнула я с облегчением. – Наконец-то живые люди.

Михаил не разделял моего энтузиазма. Он замедлил шаг и огляделся, будто деревня была не спасением, а новой ловушкой.

– Нужно быть осторожными, Белоснежка, – тихо сказал он. – Здесь слухи бегают быстрее лошадей.

– Думаешь, про меня уже знают? – спросила я.

– Думаю, про тебя уже говорят, – ответил он. – А правда там или нет – дело десятое.

Стоило нам войти в деревню, на нас тотчас уставились десятки глаз. Кто-то смотрел с любопытством, кто-то испуганно, а кто-то с осторожным интересом. Впрочем, были и те, чьи глаза смотрели враждебно.

Женщина у колодца замерла с ведром в руках. Старик, чинивший у ворот санные полозья, выпрямился и прищурился. Кто-то поспешно закрыл ставни.

– Это что, у меня на лице что-то? – пробормотала я. – Или я просто слишком живая для той, кого объявили мертвой?

Михаил едва заметно кивнул мне, чтобы я держалась ближе.

– Не смотри по сторонам, не надо, – сказал он. – Пусть они смотрят.

Мы прошли несколько домов, когда к нам все-таки подошли. Крепкий мужик в потертом тулупе, с красным от мороза лицом и внимательными глазами.

– Путники? – спросил он, переводя взгляд с Михаила на меня.

– Да, – спокойно ответил Михаил. – Идем в столицу.

Мужик хмыкнул.

– Все нынче туда идут. Только не все доходят.

Я сглотнула.

– А что так? – поинтересовалась я, стараясь, чтобы голос звучал легко.

Он посмотрел на меня внимательно и цепко, я с трудом подавила желание обхватить себя руками в попытке защититься от его взгляда.

– Говорят, – медленно сказал он, – принцесса живая объявилась. А королева таких новостей не любит.

Я почувствовала, как Михаил напрягся рядом.

– Глупые слухи, – ровно сказал он.

– Может, и глупые, – пожал плечами мужик. – А может, и нет. Говорят, у той девки волосы черные, как ночь, и взгляд… будто душа ее не отсюда.

Я машинально коснулась волос.

– Дурные какие-то слухи, – повторила я, чуть резче, чем хотела. – Надо же такое придумать, душа не отсюда. А откуда? Глупости это все…

Мужик усмехнулся, но глаза его оставались настороженными.

– Берегите ее, – неожиданно сказал он, кивнув Михаилу. – Времена сейчас… неспокойные.

Он ушел, оставив нас посреди улицы со странным, щемящим чувством в груди. Я выдохнула только тогда, когда он скрылся за домами.

Глава 16

Ночевку нам предложили не сразу.

Сначала долго разглядывали, прикидывали, перешептывались. Михаил говорил мало – ровно столько, сколько нужно, чтобы нас не выгнали, но и не расспрашивали лишнего. В итоге нас пустили в дом на краю деревни – низкий, приземистый, будто специально старавшийся быть незаметным.

– Устраивайтесь, – холодно бросила хозяйка, сухая женщина с цепким взглядом, которая явно не слишком была рада таким гостям.

Я кивком поблагодарила ее, и она тут же ушла к себе.

Комната была маленькая, но теплая. Скамья у стены, стол, печь и кровать – одна, зато широкая. История, кажется, начинала повторяться, но сил смущаться уже не осталось.

– Я на лавке, – сказал Михаил привычно.

– Даже не начинай, – устало отмахнулась я. – Если уж нас обсуждают всей деревней, пусть думают, что хотят. Толку стесняться.

Он посмотрел на меня с тем выражением, в котором смешались усталость и сдержанная улыбка.

– Ты странная женщина, Белоснежка.

– А ты только сейчас это понял?

Он уступил без спора.

Мы поужинали тем, что предложила хозяйка: картошкой, черным хлебом и чем-то вроде квашеной капусты. Я ела молча, чувствуя себя странно – будто тело устало, а мысли все еще бежали впереди.

Когда стемнело, деревня за окнами не сразу уснула. Голоса доносились приглушенно, будто люди старались говорить тише, но не могли удержаться.

– …говорю тебе, глаза у нее не деревенские…

– …а с ней мужик, не простой…

– …князь, что ли…

– …королева такого не простит…

Я сидела на краю кровати и смотрела на огонь в печи, стараясь не слушать. Не очень получалось.

– Они говорят обо мне, да? – спросила я тихо.

Михаил сидел рядом, но не слишком близко. Его плечо было теплым, надежным.

– Да, – ответил он честно.

– И что это значит?

– Что ты слишком живая для мертвой, – сказал он после паузы. – А это всегда пугает.

Я усмехнулась.

– Надо было выглядеть бледнее.

– Не помогло бы.

Голоса за стеной стали ближе. Кто-то прошел под окнами, замер, потом ушел.

– Они боятся, – сказал Михаил. – И тебя, и того, что будет дальше.

– А ты? – спросила я.

Он посмотрел на меня.

– Я боюсь только одного, – сказал он. – Что ты снова потеряешься, а меня не окажется рядом.

Я тихо рассмеялась, а внутри от его слов разлилось тепло.

– Знаешь, – сказала я, желая сменить тему, – странно быть слухом. Еще не королевой, не принцессой… а разговором за стеной.

– Это начало власти, – ответил он. – С нее все и начинается. Не с трона. С шепота.

Я замолчала, переваривая эти слова. За стеной кто-то снова произнес мое имя. Негромко, почти с уважением. И от этого стало по-настоящему страшно.

Я легла, прячась под одеялом, а Михаил остался сидеть, как и раньше, между мной и дверью.

– Михаил, – тихо сказала я. – Если ночью… кто-то войдет…

– Я услышу, – ответил он. – И они пожалеют.

– Я имела в виду… разговоры. Всякое может случиться.

Он посмотрел на меня чуть мягче.

– Тогда я просто буду рядом, – сказал он. – Иногда этого достаточно.

Я закрыла глаза. За стенами еще долго шептались, спорили, гадали.

А я лежала и думала о том, что, кажется, впервые в жизни меня боятся не за то, кто я есть. А за то, что я вернулась.

Я проснулась от чужих шагов. Не от скрипа пола – от ощущения, что в доме стало тесно. Будто воздух сдвинулся, потяжелел, наполнился чем-то чужим. Я лежала неподвижно, прислушиваясь, и почти сразу поняла: это не сон.

Голоса доносились из сеней. Приглушенные, торопливые.

– …точно она, говорю тебе…

– …если ошибемся – головы полетят…

– …королевская награда того стоит…

У меня внутри все похолодело.

Я медленно повернула голову. Михаил уже не сидел – он стоял у двери, совершенно бесшумно, будто вырос из темноты. Поймал мой взгляд, приложил палец к губам.

Я кивнула, сжимая одеяло так, что пальцы побелели. Дверь в сени тихо скрипнула.

– Хозяйка сказала, они тут ночуют, – прошептал кто-то.

– Ты видел девку?

– Видел. Черные волосы. Глаза… не простые.

– Значит, она. Королева велела: взять живьем.

Слово «живьем» ударило сильнее любого ножа.

Я хотела встать, но не успела – Михаил шагнул вперед. Без звука. Без лишних движений. Он распахнул дверь резко, так, что трое мужчин в сенях отшатнулись. На вид совсем не похожи на крестьян. Неужели, еще охотники? Только в этот раз, видимо за головами, а конкретно, за моей.

– Что вам надо? – спросил он тихо.

В его голосе не было крика. И от этого стало страшнее.

– Мы… мы по делу, – начал один из них, нервно теребя шапку. – Королевскому. Девку ищем. Слухи ходят…

– Слухи, – повторил Михаил, и в его голосе прозвучала явственная угроза. – А вы, значит, решили подзаработать?

Один из мужчин сделал шаг вперед с показной бравадой.

– Нам за нее обещано, – сказал он хрипло. – А ты кто такой, чтоб мешать?

Я поднялась с кровати и вышла из тени.

– Он князь, – сказала я, чувствуя, как дрожит голос, – А я та самая девка.

В сенях стало тихо.

Они смотрели на меня жадно, оценивающе, будто я была мешком с золотом. Но не решались действовать. Трусы.

– Белоснежка, – выдохнул один из них. – Живая…

Михаил сделал шаг так, что оказался между мной и ими.

– У вас есть выбор, – сказал он спокойно. – Просто уйти. И забыть, что видели.

– А если нет? – спросил самый смелый.

Михаил молча поднял руку.

И холод в доме стал иным. Не ночным – северным. Лед побежал по полу тонкими узорами, словно живой. Пламя в печи дрогнуло, но не погасло – стало голубым.

– Тогда вы не выйдете отсюда живыми.

Один за другим мужчины отступили, спотыкаясь, бормоча молитвы, и выскочили в ночь, словно за ними гналась сама смерть.

Дверь захлопнулась.

Я выдохнула так резко, что закружилась голова.

Глава 17

Мы ушли до рассвета.

Небо еще только начинало светлеть – не розовело, а скорее бледнело, будто ночь нехотя отступала, не желая отпускать свои тайны. Деревня спала, но это был не спокойный сон. Скорее притворство.

Михаил разбудил меня без слов – просто легко коснулся плеча. Я открыла глаза сразу, будто и не спала вовсе. Мы собрались быстро, почти беззвучно. Оделись, собрали вещи, открыли дверь ровно настолько, чтобы не скрипнула.

– Готова? – прошептал князь.

– Уже давно, – так же тихо ответила я.

Мы вышли. Холод ударил в лицо резко, бодряще. Снег под ногами был твердым, хрустким – предрассветным. В окнах домов темнели тени, и мне все время казалось, что за ставнями кто-то стоит. Смотрит. Запоминает.

– Они знают, что мы уходим, – сказала я, когда мы миновали крайние дома.

– Знают, – согласился Михаил. – Но не все решатся нас остановить.

– После этой ночи – особенно.

Он усмехнулся едва заметно.

Дорога встретила нас пустотой. Ни саней, ни людей, только следы – старые и свежие, переплетенные, как судьбы. Я оглянулась в последний раз. Деревня казалась маленькой. Почти беззащитной. И в то же время опасной – потому что страх всегда толкает людей на дурные поступки.

– Ты жалеешь? – вдруг спросил Михаил.

– О чем?

– Что показалась им.

Я подумала.

– Нет, – ответила честно. – Пусть знают. Слухи все равно побежали бы следом. А так… пусть бегут впереди.

Он посмотрел на меня с новым выражением – задумчивым, внимательным.

– Ты быстро учишься, – сказал он.

– У меня хороший учитель, – фыркнула я. – Очень молчаливый, правда.

– Зато надежный.

Мы шли рядом, не держась за руки, но достаточно близко, чтобы я чувствовала его тепло даже сквозь холодный воздух. С каждым шагом деревня оставалась все дальше, а впереди медленно проступал день. Солнце еще не показалось, но горизонт уже светлел, и вместе с ним внутри росло странное, тревожное спокойствие.

Мы выжили. Но теперь нас ждали. И наверняка подготовятся к моему возвращению.

Я подтянула ремень сумки и посмотрела на дорогу.

– Ну что, – сказала я тихо. – Пойдем объявлять меня живой?

Михаил кивнул.

– Пойдем.

И мы пошли – прочь от деревни, прочь от ночных шепотов, навстречу тому, от чего нельзя было отвернуться. К замку и его королеве. К правде, которая может меня погубить. Но рядом с Михаилом мне не было страшно.

Мы отошли от деревни совсем недалеко, когда я впервые почувствовала это. Ощущение – будто кто-то слишком внимательно смотрит в спину.

Я замедлилась.

– Михаил… – тихо сказала я. – Мы тут не одни.

Он остановился мгновенно. Не обернулся – просто чуть сместился так, чтобы оказаться между мной и дорогой позади.

– Кто? – спросил он вполголоса.

– Не знаю, – призналась я. – Но они близко.

Ответом стал свист. Резкий, короткий – и слишком громкий, чтобы быть случайным. Из-за пригорка впереди вышли двое. Еще трое появились справа, будто выросли из снега, в темных плащах, с оружием наперевес. Не крестьяне – слишком наглые взгляды и уверенные движения.

– Утро доброе, ваше высочество, – протянул один из них, усмехаясь. – Далеко собрались?

Я сжала зубы.

– Это они, – сказала я тихо. – Те, кто приходил ночью.

– Нет, – ответил Михаил. – Эти хуже.

Он сделал шаг вперед.

– Пропустите, – сказал он спокойно. – И вы уйдете своими ногами.

– Нам не за это платят, – хмыкнул мужчина. – За девку – живьем. За тебя – если повезет.

Мне стало холодно, но не от мороза.

– Михаил… – начала я.

– За спину, – коротко приказал он.

Я подчинилась, хотя внутри все протестовало. Он стоял прямо, не делая ни одного лишнего движения, и в этом спокойствии было что-то пугающее.

– Последний раз предупреждаю, – сказал он. – Дальше будет больно.

Они не послушали.

Первый шагнул вперед – и не дошел. Снег под его ногами взорвался вверх белой стеной. Не метелью – острыми, стремительными потоками, которые сбили его с ног и впечатали в землю. Михаил поднял руки, и воздух вокруг него зазвенел, будто натянулась ледяная струна.

– Беги, – бросил он мне, не оборачиваясь.

– Даже не думай! – выкрикнула я.

И в этот миг, с другой стороны, раздался крик. Один из нападавших попытался обойти князя – и тут же застыл, схваченный льдом по колено. Он заорал, но звук оборвался, будто его кто-то сдавил.

– Назад! – закричал кто-то из них. – Он маг!

– Поздно, – тихо сказал Михаил.

Снег поднялся снова – только теперь стеной. Он закружился, ослепляя, сбивая с ног, резал лицо холодом. Я видела лишь обрывки: силуэты, падающие в сугробы, оружие, выскальзывающее из рук, страх на лицах.

И вдруг – стрела. Кто-то решился на выстрел. А я увидела ее слишком поздно.

– Михаил! – закричала я.

Он успел. Резко взмахнул рукой – и стрела рассыпалась в воздухе ледяной пылью, не долетев до нас шага. И все резко прекратилось. Нападавшие бежали, оставляя за собой кровь на снегу и сломанные следы.

Я подбежала к Михаилу первой.

– Ты цел? – спросила я, хватая его за рукав.

– Да, – ответил он. Но голос был глухим.

Я увидела, как он едва заметно сжал пальцы – и тут же разжал, будто ему было больно.

– Ты опять использовал слишком много магии? – спросила я тихо.

– Все в порядке, – снова повторил он.

– Ты врешь.

Он лишь усмехнулся.

– Идем, пока я еще могу идти. Следующая засада будет умнее.

Я кивнула, чувствуя, как дрожат колени – не от страха, а от осознания того, что мы чуть не погибли. И это была не последняя попытка. Если королева начала охоту всерьез – дорога к замку станет куда короче, чем нам хотелось бы.

Глава 18

Мы пошли дальше, не оглядываясь. Снег за нашими спинами медленно оседал, скрывая следы. Но угроза погони от этого не становилась меньше.

До столицы мы добрались к вечеру. Просто вошли в город, как обычные путники, пряча лица под капюшонами, и на нас даже внимания почти никто не обратил.

Не так, наверное, должны возвращаться принцессы – скорей под звон колоколов и восторженные возгласы горожан, а не так, крадясь, как шпионы. Но даже так я чувствовала – о нашем прибытии уже знают, и наверняка подготовили «теплую» встречу.

Город вырос перед нами постепенно: сначала показались башни, темные на фоне багрового заката, потом стены, широкие и тяжелые, будто придавленные собственной важностью. А за ними – свет. Много света. Окна, фонари, огни жизни.

– Вот она какая, – тихо сказала я. – Столица.

И тут же осеклась, ведь кому как не принцессе было знать этот город.

Михаил остановился рядом, будто бы не заметив моей оговорки.

– Пока мы туда не пойдем, – ответил он. – Сегодня переночуем снаружи.

Я не спорила. После всего пережитого мысль о том, чтобы просто лечь и не думать ни о королеве, ни о договорах, казалась почти роскошью.

Мы обошли город стороной и вышли к окраине, где дома стояли реже, словно не решаясь приближаться к стенам слишком близко. Там и нашлась избушка – покосившаяся, заброшенная, с проваленной крышей и дверью, державшейся на честном слове.

– Романтика, – пробормотала я. – Если выживем, буду вспоминать это с теплотой.

– Лучше с иронией, – заметил Михаил.

Внутри оказалось пусто. Никакой мебели, только остатки печи да груда старых досок. Но стены еще держались, и ветра почти не было.

– Сойдет, – сказал он, осматриваясь.

Мы развели маленький огонь – осторожно, чтобы свет не был виден издалека. Я опустилась на пол, прижавшись спиной к стене, и только тогда почувствовала, как сильно устала. Не телом – морально не оказалась готова к таким испытаниям в новой жизни.

– Михаил… – тихо сказала я. – Мы ведь почти дошли.

– Почти, – согласился он.

– Завтра я войду в город, – продолжила я. – И объявлю всем, что жива.

Он посмотрел на меня серьезно.

– Завтра ты войдешь не одна.

– Я знаю, – кивнула я. – Просто… если вдруг что-то пойдет не так.

– Все будет хорошо, – спокойно сказал он.

– Я хотела сказать, – поправилась я, – спасибо. За то, что довел меня сюда.

Князь молча сел рядом – не близко, но так, чтобы я чувствовала его присутствие.

– Это еще не конец пути, Белоснежка, – сказал он. – Но дальше ты будешь выбирать сама.

Я посмотрела на костер. Он был маленьким, почти домашним.

– Странно, – сказала я. – Я должна бояться. Завтра встреча с мачехой, замок, трон… А мне почему-то спокойно.

– Потому что ты сделала самый трудный шаг, – ответил Михаил. – Вернулась.

Я улыбнулась и призналась.

– Нет, это потому, что ты рядом.

Мне показалось на миг, что во взгляде князя на миг промелькнуло смущение. Но нет, разве такого, как он, могло смутить хоть что-нибудь?

Мы устроились на ночлег как смогли: он у входа, я в глубине. За стенами шумел город, далекий, равнодушный. Там кипела жизнь, не подозревая, что на его окраине ночует принцесса, официально считавшаяся мертвой.

Я закрыла глаза. Завтра все изменится. А сегодня мне было достаточно знать, что мы дошли. И что этой ночью – я не одна.

Ночь под стенами столицы оказалась хуже, чем в лесу. Там хотя бы страх был понятен. А здесь он стал вязким, пропитанным чужими судьбами. Я уснула тяжело – и почти сразу провалилась в кошмар.

Мне снова снился тронный зал. Но теперь он был пуст.

Трон перевернут, зеркала – разбиты, а пол был залит чем-то темным, липким. Я шла по этому залу босиком, оставляя следы, и знала – если дойду до конца, назад пути не будет.

– Ты опоздала, – раздался голос королевы. – Всегда опаздываешь.

Я обернулась – и увидела Михаила.

Он стоял у подножия трона, закованный в цепи, с потухшими глазами.

– Это из-за тебя, – сказала королева с усмешкой. – Ты привела его сюда. И вы оба сегодня умрете.

Я закричала и проснулась. Резко. С надрывом. С ощущением, будто сердце сейчас вырвется из груди.

Я села, обхватив себя руками, и вдруг поняла, что плачу. Не тихо – взахлеб, сдавленно, как плачут, когда не хватает сил держаться.

– Тише… – услышала я рядом.

Михаил был уже возле меня. Я даже не заметила, как он поднялся. Мужчина опустился на колени рядом, не прикасаясь – словно боялся напугать.

– Это был сон, – сказал он спокойно. – Ты здесь. Со мной.

– Он… – я не могла говорить ровно. – Ты погиб. Из-за меня…

Я уткнулась лицом в его грудь прежде, чем успела подумать. Просто, потому что иначе бы меня поглотило отчаяние. Он замер на мгновение – а потом обнял меня. Бережно, так, словно хотел защитить.

– Посмотри на меня, – тихо сказал он.

Я подняла голову. Глаза щипало от слез, и меня всю трясло от увиденного во сне.

– Это не пророчество, - мягко улыбнулся мне Михаил, гладя по волосам, будто маленькую бестолковую девчонку. – Это просто твои страхи. А страхи не решают судьбу.

– А если это правда… – прошептала я. – Если я правда принесу тебе гибель?

Он наклонился ближе.

– Тогда это будет мой выбор, – сказал он очень тихо. – И даже не вздумай винить себя.

Я посмотрела на него, и вдруг поняла: мне страшно не за себя. За него. За то, что могу его потерять.

– Я не хочу, – выдохнула я. – Не хочу идти туда и знать, что ты можешь…

Я не договорила. Он осторожно поднял руку и убрал с моего лица прядь волос. Медленно, будто давая мне время отстраниться. Но я не отстранилась.

– Белоснежка, – сказал он. – Завтра все станет сложнее. Но я буду рядом.

– Михаил… – мой голос задрожал от волнения, но я заставила себя договорить. – Я не хочу тебя потерять.

Мужчина усмехнулся.

– Это чувство взаимно.