Бессмертия Власть

ГЛАВА 1: ЗОВ ИЗ ТРЕЩИН

Тишина кладбища была не мирной, а выжидающей. Камни дышали сыростью веков, а воздух пропитался запахом тления и влажного мха. Арион стоял на краю забытого всеми некрополя, и ветер, резкий и холодный, бился о его спину, словно пытаясь столкнуть в бездну отчаяния. Он пришёл сюда не как паломник, а как беглец - от себя, от своей человеческой хрупкости, от воспоминаний о крови на руках, которую не отмыть.

Он устал бояться. Бояться смерти, которая заглядывала в глаза каждый раз на поле боя. Бояться времени, безжалостно стиравшего лица любимых в пыль воспоминаний. Его собственная сила, его умение сражаться, оказались иллюзией, мыльным пузырём, лопающимся от первого же удара судьбы.

И тут он Его услышал. Не звук, а присутствие. Зов шёл не извне, а из глубины его собственной сломленности, резонируя с чем-то древним и спящим под землёй. Это было обещание. Обещание положить конец дрожи в коленях, тупой боли в ранах, унизительной нужде во сне и пище. Обещание стать не просто сильным, а непреложным. Как закон природы. Как смерть.

Всполох сине-фиолетового света, рвущийся из-под плит мавзолея, был лишь физическим проявлением того зова. Арион не удивился. Он лишь понял, что ответ уже дан. Ещё до того, как его нога ступила на порог гробницы.

ГЛАВА 2: ДАР И ОТРЕЧЕНИЕ

Воздух внутри был тяжёлым, словно его не вдыхали сотни лет. Лунный свет, пробивавшийся через дыру в своде, падал на центральный саркофаг, превращая его в алтарь. Арион подошёл, и каменная глыба ответила. Трещины на её поверхности засветились изнутри, и из них потекла не жидкость, а сама плотная тьма, холодная и вязкая.

«Смертность - твои оковы, - шептало что-то в его разуме. - Сними их. Отдай мне свой страх. Отдай свою боль. Отдай своё бренное тело. Взамен я дам тебе Вечность».

Это не был договор. Это было поглощение. Когда его пальцы коснулись исторгаемой субстанции, боль была нечеловеческой. Это была агония всего живого в нём: клеток, нервов, воспоминаний, души. Его крик застрял в горле, превратившись в беззвучный стон. Он чувствовал, как ломаются и перестраиваются его кости, как мышцы наливаются чужеродной силой, как по венам вместо крови начинает течь ледяной огонь.

Он видел вспышки прошлого: лицо матери, первого убитого врага, брата, которого не смог защитить. Эти образы горели и рассыпались в пепел, уносимый вихрем трансформации. Он умирал. Арион, сын Элари, солдат, человек, - умирал на коленях в забытой гробнице. А на его месте должно было родиться Нечто Иное.

Старая одежда, пропитанная потом и прахом его прежней жизни, разорвалась и истлела в секунду. Его кожа стала бледной, как мрамор, прочерченной узором тёмных прожилок, словно карта нового, чужого тела.

ГЛАВА 3: РОЖДЕНИЕ ТЕНИ

Когда боль отступила, её сменила пустота. А потом - знание. Он не чувствовал холода. Не чувствовал усталости. Биение сердца в груди затихло, сменившись низким, мощным гулом - пульсацией самой вечной ночи. Он открыл глаза. Теперь он видел в темноте как днём, видел тепловые следы давно ушедших живых существ, видел потоки магии, пронизывающие мир.

Он поднялся. Движение было невероятно лёгким и точным. Он взглянул на свои руки. На запястьях материализовались и защёлкнулись с лёгким звоном призрачные, светящиеся цепи - последний призрак его человеческих ограничений, его совести, его страха. Он смотрел на них без ненависти, лишь с холодным любопытством.

Затем он сжал кулаки. Мускулы, новые, не его, откликнулись всплеском титанической силы. Цепи натянулись, запели от напряжения и - разорвались. Не со звоном, а с глухим хлопком лопнувшей реальности. Золотые осколки, не успев упасть, испарились в воздухе.

В этот момент он впервые улыбнулся. Это не была улыбка радости. Это была гримаса нового существа, впервые ощутившего вкус абсолютной свободы. Свободы от всего.

Развевающиеся клочья тьмы сгустились вокруг него, сплетаясь в ткань нового облачения - длинного, тяжёлого плаща и доспехов, похожих на хитиновый панцирь древнего чудовища. Он был больше не Арион. Он был Пустотой, обретшей волю. Он был Зовом, на который теперь должны были откликнуться все.

Он вышел из мавзолея. Мир снаружи был прежним, но воспринимался иначе. Звёзды казались тусклыми, луна - бледным пятном. Жизнь вокруг - слабым, мигающим огоньком, который можно задуть одним дыханием. Он поднялся на вершину руин, и плащ волочился за ним, как шлейф тьмы.

ГЛАВА 4: ПОВЕЛИТЕЛЬ ВЕЧНОЙ НОЧИ

С высоты ему открылось его новое царство. Долины, леса, огни далёкого города - всё это теперь было частью его. Он чувствовал каждый камень, каждое дерево, каждое спящее сердце как слабый импульс в общей сети бытия. И он знал, что может погасить любой из этих импульсов. Просто захотев.

Он протянул руку. На ладони, послушная его воле, из ничего начала формироваться сфера - ядро абсолютной тьмы, опоясанное вихрем фиолетового пламени. В её отражении, как в чёрном зеркале, мелькали видения будущего: он шёл по улицам города, и страх шёл перед ним, как авангард. Люди падали на колени не из почтения, а из животного, инстинктивного ужаса перед тем, что преодолело саму смерть. Он не будет править тронами. Он будет править самим страхом. Он станет той ночью, которая не обещает утра.

Где-то внизу, на границе его восприятия, вспыхнули крошечные точки сопротивления - группа стражников, патруль магов. Жалкая искорка. Без мысли, почти без усилия он направил в их сторону сгусток энергии со своей ладони. Вспышка вдали, короткий, заглушённый расстоянием крик - и тишина. Не было гнева, не было торжества. Был лишь… порядок. Устранение помехи.

Он сомкнул ладонь, и сфера исчезла. Ему больше не нужны были жесты. Его воля стала законом для окружающего мира. Он повернулся, и его взгляд, лишённый всего человеческого, холодный и всевидящий, устремился в бесконечность вечной ночи. Он не искал больше силы. Он сам стал ею. Не искал бессмертия. Он сам стал его воплощением.