Блэквуд

1 глава

Погода была такой же мрачной, как и мое настроение. Во‑первых, на улице лил ливень, а во‑вторых… Семь часов пути и три пересадки. Большую часть времени мы ехали через лес по ухабистой дороге , и лишь изредка по дороге встречались дома, полицейский участок и единственный продуктовый магазин.

Подъезжая к университету по вымощенной дорожке, я рассматривала здание издалека. Университет Блэквуд выглядел в точности как на фото: готические шпили, вонзающиеся в серое небо, и плющ, обвивавший стены, будто поглощая здание целиком. Вокруг университета кольцом смыкался лес — древние деревья с искривленными ветвями тонули в вязком, тяжелом тумане. Казалось, лес живёт собственной жизнью, медленно подступает к стенам, выжидая момента, чтобы поглотить Блэквуд без остатка.

Как только я вышла из машины, тут же промокла до нитки. Водитель не стал повторять мою ошибку и мокнуть под дождём — просто услужливо открыл багажник. Чемодан я достала сама.

— Козёл, — буркнула я, хлопнув багажником.

Я понимала, что он не обязан мне помогать, но мог бы хотя бы проявить каплю сочувствия. Дождь не прекращался — казалось, здесь он льет сильнее всего. Чемоданы пришлось тащить по мокрой земляной тропинке: они тонули в грязи, застревали, едва катились.

Я подошла к массивным кованым воротам, узор которых напоминал переплетённые

кости.

— Ваше имя? — охранник в будке, старик с иссечённым морщинами лицом, смотрел на меня так, словно я была грязью на его ботинках. Во взгляде — ни малейшего сочувствия, лишь холодное безразличие.

— Эмилия Сент‑Клэр, — ответила я, крепче сжимая ручку чемодана. — Третий курс, факультет политических наук.

Он медленно, нарочито долго сверялся со списком, пока я окончательно промокала, потом наконец нажал кнопку. Тяжёлые створки ворот разошлись с заунывным, тягучим скрипом, от которого я поёжилась. Этот звук будто шептал: «Обратного пути нет». Швырнув сторожу недобрый взгляд, я направилась ко входу.

Внутри университет напоминал логово хищников: высокие своды, тусклый свет настенных бра и гулкое эхо, которое множило каждый мой шаг. Студенты в идеально отглаженной форме с гербом Блэквуда — чёрным вороном на золотом фоне — сбивались в группы, перешёптывались, провожая меня острыми взглядами. Кожей я чувствовала их насмешку и холодное превосходство.

— Добрый день, мисс Сент‑Клэр, —

послышалось с боку. Я обернулась.

Мужчина в строгой чёрной рубашке и брюках оценивающе смотрел на меня. Его зелёные глаза были холодны, губы плотно сжаты.

— Я — ректор, Шон Мэддокс. Пойдёмте, я покажу вашу комнату.

Я молча кивнула, поудобнее перехватив ручки двух тяжёлых чемоданов. Мужчина даже не подумал предложить помощь — просто развернулся и быстрой походкой пошёл вглубь здания.

Мы миновали величественную арку центрального холла, от которой, точно щупальца, расходились длинные коридоры. Ректор уверенно вел меня через один из таких переходов, соединяющий учебный корпус с жилым блоком. Поднявшись на второй этаж, мы прошли мимо роскошной общей гостиной, где вовсю кипела жизнь.

Несмотря на шум, я отчётливо расслышала ледяной шёпот за спиной:

— Это что, новенькая? Господи, что она тут делает? Смотрится как замухрышка...
— Кто она вообще такая?

Я стиснула зубы и не оглянулась. Когда гостиная осталась позади, а мы начали подниматься на следующий этаж, ректор вдруг проявил вежливость и взял у меня один чемодан.

— К сожалению, мы поселили вас в единственной свободной комнате. Надеюсь, вам понравится, — холодно произнёс Мэддокс.

Я криво усмехнулась. Судя по тому, насколько крутой и ветхий был лестничный пролёт, меня определили на самый чердак. Становилось ясно: жить придётся в полной изоляции. Да, подумаешь я попала сюда по гранду, хотя это было и не возможно. Но вот если долго мучится что-нибудь получится. Я нашла лазейку, и мне удалось поступить сюда, благодаря моим знаниям а не помощи отца.

Мрамор под ногами уступил место старому деревянному полу. Колёсики чемодана теперь не катились, а дребезжали, застревая в широких щелях между досками.

— Учебники получите на каждой паре. Постельное бельё возьмите у завхоза на первом этаже, — не сбавляя шага, бросил ректор.

«Очень информативно...» — подумала я. — «Теперь ещё раз тащиться вниз через всё здание».

Моя комната и правда оказалась в самом конце длинного тёмного коридора старого крыла — здесь пахло сыростью и вековой пылью. «Спасибо, что не кладовка...» — мрачно подумала я, наблюдая, как ректор возится с ключом. Дверь выглядела плачевно: дерево рассохлось и потрескалось, краска облупилась кусками. Казалось, стоит открыть — и она слетит с петель.

С пятой попытки у него это получилось. Я вошла следом и содрогнулась: по спине пробежал холодок. Дверь тут же захлопнулась с такой силой, что даже ректор вздрогнул. Внутри было холодно, серо и до жути уныло. Минимум мебели — узкая железная кровать с матрасом, перекошенный шкаф и письменный стол. Полы жалобно скрипели под шагами.

— Ну, как вам? Неплохо, не так ли? — повернулся ко мне ректор.

Он, должно быть, шутил. Я одарила его ледяным взглядом. Мужчина смутился, кашлянул и добавил:

— Я скажу завхозу, чтобы проверил замок и посмотрел щели в окнах. Отдыхайте, высыпайтесь и — добро пожаловать в университет Блэквуд.

Ректор наконец ушёл, оставив меня одну. Я огляделась.

— Да, Эмилия, придётся заняться уборкой... — уныло сказала я вслух, разглядывая слои пыли на всех поверхностях.

Я подошла к окну: старое стекло с пузырьками воздуха сквозило ужасно. Внизу под окном раскинулась тренировочная площадка. В тусклом свете кто-то занимался — их фигуры выглядели как тени, растворяющиеся в надвигающемся тумане. Дальше начиналась кромешная тьма леса.

В углу я нашла швабру и пару серых тряпок — пришлось закатать рукава. Ванная оказалась ещё хуже: стены покрыты древней треснутой плиткой, кран стонал при каждом повороте, а цвет воды даже описывать не хотелось.