Боги Безвременья

Глава 1. Пророчество

ЧАСТЬ 1.

Закат в Безвременье всегда чаровал сердце Норайо, когда богиня Солнца Аматэрасу передавала бразды правления богу Луны Цукиёми, и в нежно-розовом мареве их встречи высоко в небесах переливались галактики, сверкая миллионами бесчисленных жизней. Старик давно не путешествовал между мирами, но прекрасно помнил каждую из посещенных им планету.

– Ямамото-сан! – раздался позади него крик. – Ямамото-сан, простите, но там... срочно, пожалуйста!

Норайо Ямамото с покорным вздохом отвлекся от созерцания небес, и обернулся к бледному молодому мужчине.

– Что случилось, Горо? – спросил он глубоким голосом, обладающим свойством успокаивать, за что его и назначили главным в городе Вечных.

– Пророчество! Воды даровали новое пророчество!

Старик хладнокровно кивнул, скрывая охватившее его волнение, и направился в Храм. Первозданные воды способны были переместить душу и тело в любой из существующих миров, однако порой их волны приносили свитки, в которых содержались пророчества.

– Ямамото-сан! – почтительно приветствовала его толпа, пока он направлялся к Храму.

Зайдя внутрь, он увидел столпившихся последователей Ордена Идзанаги, растерянно застывших над диковинкой. Да, давно Воды не слали им пророчеств, последний свиток застал еще его прадед... Не к добру это, боги никогда не обращаются к смертным без необходимости!

В безмолвной торжественности он развернул свиток, скользя глазами по строчкам.

В день затмения родятся два сына,

Под кронами цветущих садов Вечных.

Один затворит, другой – освободит.

Один защитит, второй – погубит.

Благословленный Идзанаги,

И призванный Идзанами.

– Идзанами-но ками! – воскликнули монахи, когда Норайо прочел послание богов вслух. – Богиня смерти жаждет вернуться!

– Спокойно, братья мои! – произнес Ямамото, пытаясь восстановить порядок среди смятенных умов. – Это пророчество предупредило нас о грядущем, а не о свершившемся. Богиня смерти заперта в стране Ёми, и нет ей оттуда возврата.

– Однако вы сами видели пророчество, Ямамото-сан! Скоро родится ребенок, способный вызволить зло из заточения! Если Идзанами-но ками вырвется из Страны Желтых Вод, то за один день задушит всех людей во всех мирах! Так она угрожала нашему великому богу Идзанаги-но микото!

Старик и сам прекрасно помнил страшные предания темных времен. Долгие годы он служил Безвременью, и это был период благоденствия, мира, спокойствия, процветания. Порой проскальзывала мысль, что пора передать пост новому наместнику, и ускорить старение, дабы завершить свой жизненный путь, но долг призвал его в самый неожиданный момент.

– Братья, мы не позволим Смерти опустить свою тень на миры. Послание было получено вовремя.

– Что же вы предлагаете, Ямамото-сан?

Все понимали, что спасти миры можно лишь одним способом, но хотели услышать от своего лидера.

– Мы не поймем, кто из детей был призван освободить Смерть, поэтому вернем их обоих Первозданным водам.

Монахи поклонились, принимая решение Норайо. Сам же старик гордо поднял подбородок, чтобы скрыть неуверенность. Затмение вот-вот наступит, времени на долгую подготовку у них не будет, а он привык тщательно изучать каждую букву, трактовать знамения всеми возможными способами. Вдруг они ошибаются? Вдруг им стоит оставить детей в живых, и понаблюдать за ними? Достаточно бросить маленький камушек в воду, чтобы от него разошлись большие круги. Не повлечет ли казнь невинных жизней еще большие беды?

Но ведь пророчество... Оно было послано не просто так, боги почуяли опасность, и предупредили своих преданных рабов!.Только в Безвременье еще остались те, кто помнят, знают и чтят заветы творцов вселенной. Только Орден Идзанаги мог защитить человечество от уничтожения.

– Известите город Вечных о воле богов! – властно приказал Норайо. – Пусть каждая роженица знает, что ребенок мужского пола, рожденный в момент затмения, будет передан Первозданным водам во спасение миров!

Так как новость о пророчестве уже собрала почти весь город у ворот Храма, приказ был выполнен быстро, и вскоре не осталось ни одного дома, где не обсуждали бы прискорбную весть. Для жителей Безвременья было позором показывать свою слабость, страх и слезы, поэтому даже за закрытыми дверями никто не отваживался роптать на судьбу.

Через несколько месяцев, в день затмения роженицам было приказано явиться в храм богини Солнца Аматэрасу, окруженному цветущей сакурой, и к указанному сроку среди родившихся лишь двое оказались мужского пола.

Норайо бросил последний взгляд на плачущих малышей, прежде чем приказать монаху Уэно отдать детей на милость Первозданных вод. По закону богов детоубийца не имеет права жить в городе Вечных, и Уэно добровольно согласился на изгнание. Последний крик огласил Храм, прежде чем монахи покинули его на время казни.

Глава 2. Три воина

Нобу и Макото мчались наперегонки, услышав, что в Храме появилось второе за последние девятнадцать лет пророчество. Весь город стоял на ушах, обычно спокойные и неторопливые люди пребывали в самом тревожном расположении духа, опасаясь, какие еще ненастья подготовила им судьба.

– Что там? Что происходит? – вопрошал полный Нобу, решительно расталкивая людей локтями.

Стройный Макото пристроился сзади, проскальзывая вслед за своим более сильным другом.

– Ну что? – повторил Нобу, найдя в толпе старшего брата Рио.

– Тише, не суетись, ты проявляешь неуважение к богам! Пока ничего не известно! – шепотом поведал парень. – Только говорят, что Первозданные воды вновь принесли высшее послание, и Ямамото-сан сейчас внутри Храма.

– Вот же Кагуцути! – ругнулся Нобу, вызвав возмущение у брата.

– Придержи язык! Не смей вспоминать духа огня в такой момент!

Вдруг у входа в Храм показались монахи, и попросили людей разойтись. Толпа заволновалась, проявляя первые признаки нетерпения, требуя поведать о послании богов. Некоторое время они мягко препирались, пока из Храма не вышел сам Норайо Ямамото.

– Почему вы еще здесь, горожане? Разве не просили мы разойтись вас по домам? Неужели вы боитесь, что мы преследуем дурные намерения?

– Нет, Ямамото-сан! – крикнули из толпы. – Но почему вы не хотите поведать о пророчестве сейчас? Неужели нам снова грозит опасность?

– Ваши опасения имеют под собой почву, – честно ответил Норайо. – Однако мы должны изучить послание, и найти верное истолкование.

Волей-неволей, но людям пришлось разойтись без ответов. Нобу, Рио и Макото поднялись на холм, глядя с него на Храм.

– Точно что-то страшное! – неукротимо заявил Нобу. – Я хочу выяснить, кто проникнет в Храм со мной?

– Ты с ума сошел? – нахмурился Рио. – Это же преступление!

– Да ну тебя, вечно ворчишь, как старик Норайо! Макото, ты со мной?

Юноша с серебряными волосами сощурил глаза, пристально глядя на Храм. Медленно, с оттенком неуверенности, он кивнул, но друзья хорошо его знали, и понимали, что за внешней бравадой проносятся вихри идей, как подслушать монахов.

– Ну вот! Значит, пойдем вдвоем. А ты, Рио, новостей не дождешься!

Парень злился, но не мог укротить младшего брата.

– Ладно, пойду с вами. Все равно, как только влипните в неприятности – вам тут же понадобится моя помощь.

Нобу довольно ухмыльнулся, подбив друзей на приключение, и втроем они осторожно направились к Храму, избегая чужих глаз. Довольно быстро они проникли во внутренний двор, забравшись по дереву, и, спрыгнув с него, поспешили к заветному окну, едва дыша от волнения.

– Этого я и боялся, – раздался уставший голос Ямамото. – В тот день мне показалось, что мы что-то упускаем, что решение казнить детей ошибочное, но времени оставалось так мало, и люди ожидали от нас решения!

– Не корите себя, Ямамото-сан, вы поступили верно. Никому не избежать судьбы, раз мы получили второе послание – так было суждено. Но я не понимаю, что значит строка о трех воинах?

– Всему свое время!

– Юные нечестивцы! – раздался громкий возглас, и мужчины в Храме невольно вздрогнули.

Спустя секунду монахи ввели в помещение парней, которые дерзнули подслушать разговор членов Ордена Идзанаги.

– Вот, значит, как! – улыбнулся Норайо Ямамото, разглядывая юношей. – Свой ответ о трех воинах мы получили, боги сами послали нам их!

Парни недоуменно переглянулись, и нашли в себе силы посмотреть на старика. В глазах Рио явно читалось раскаяние, в глазах Нобу – интерес, зато Макото смотрел тяжело, проницательно, не выказывая мальчишеского почтения перед старшими. Норайо задумался, стоит ли отправлять на поиски спасителя столь необузданного человека, но выбора у него не было – воля богов выполняется беспрекословно.

– Вам, юноши, известно, что девятнадцать лет назад боги предостерегли нас о появлении двоих мальчиков, один из которых должен был освободить из заточения богиню смерти Идзанами-но ками. Мы воспротивились столь мрачному будущему, в котором зло восторжествует, и пожертвовали двумя жизнями во спасение всех миров. Но сегодня мы получили второе послание, в котором боги поведали, что мы были обмануты, дети выжили, и угроза до сих пор висит над нашими головами.

– Неужели? – удивился Нобу.

– Сами послушайте! – ответил Норайо, цитируя по памяти:

Время на исходе, избранник Идзанами грядет,

Первозданные воды были обмануты.

Да последуют три воина за сыном,

Избранником Идзанаги,

Спасителем.

– Значит, вы считаете, что мы должны отправиться на поиски этого избранного? Единственного, кто сможет противостоять освободителю богини смерти? – с тихим восторгом спросил Нобу?

– Да, – коротко, но без энтузиазма ответил Норайо.

Глава 3. История богов

– Ну вы себе представляете! Кто еще в нашем возрасте когда-либо покидал Безвременье? Мы войдем в историю! – торжествовал Нобу, пока его друзья спокойно завтракали в столовой Храма.

Их приняли в послушники, дабы обучить необходимому, и отправить скитаться в Первозданных водах в поисках спасителя. Макото и Рио вели себя скромно, стараясь не привлекать внимания, однако с Нобу это было невозможно. Парень не сдерживал эмоций, нервничал, задавал сотни вопросов без намерения получить ответы, и надоел монахам Храма не хуже Идзанами.

– Веди себя достойно, раз был избран! – шикнул на него брат.

– Скажи спасибо: если бы ни я – мы бы не попали в Храм, и не стали бы избранными!

Их перепалку прервал монах, пригласив на занятие с Ямамото-саном.

– Все сущее во вселенной создали бог Идзанаги и его супруга Идзанами. Они стояли на парящем небесном мосту Аме-но-укихаши, размышляя, есть ли земля внизу, и, чтобы проверить, опустили вниз копье Аменонухоко. Когда они достали его из бескрайнего океана, стекавшая с него вода превратилась в острова: так было положено начало первому из миров.

– Сколько же их всего? – спросил неугомонный Нобу.

– Никому не ведомо. Мы насчитали семь тысяч, но Первозданные воды не раскрывают все тайны за один раз: пройдут тысячелетия, а мы по-прежнему будем разгадывать их секреты. Но да сейчас у нас с вами лишь одна цель – найти спасителя. Богиня смерти – коварна и беспощадна, хотя когда-то она была олицетворением жизни. У них с Идзанаги родились дети, наши любимые боги: Аматэрасу – богиня Солнца, Цукиёми – бог Луны, и Сусаноо – бог ветров, моря, гор и деревьев. Мир процветал под их покровительством, богиню любили, величали ее Идзанами-но микото – высшее божество. Но однажды прекрасной поре пришел конец, когда богиня родила духа огня – Кагуцути. Он испил ее силу и здоровье, богиня ослабла, заболела, и ничто не могло исцелить ее.

– Бедная! – сказал Макото.

Норайо покачал головой.

– У тебя доброе сердце, но не стоит жалеть богиню, отныне и вовек оскверненную злом.

– Но как это случилось?

– Не справившись с горем, она спустилась в Ёми – подземное царство, пристанище мертвых. Там она попробовала пищу, приготовленную у очага жителей страны Ёми, и это навсегда закрыло ей путь назад.

– Всем известно, что нельзя брать пищу у мертвых! – воскликнул Нобу.

– С тех пор и стало известно, – усмехнулся Норайо. – Но да вернемся к богам. Преданный Идзанаги не смог смириться с уходом жены, и отправился за ней в страну Ёми. Он нашел ее во мраке, и попросил вернуться с ним, вновь обратиться к свету и жизни, но богиня отвергла супруга, попросила оставить ее одну. Тогда бог захотел взглянуть на возлюбленную, и, дождавшись, пока Идзанами заснет, зажег огонь. Мерзкое чудовище, представшее его взору, больше не походило на прекрасную вечно юную богиню: вместо нежной кожи он увидел гниющую плоть, по которой скользили белые личинки.

Юноши дружно скривились.

– Идзанаги испугался, громко воскликнул, и бросился бежать, что разбудило его супругу, и привело в ярость. Она послала вдогонку восемь громовых демонов икадзучи и ёмоцу-шикомэ – ведьм, уродливых женщин страны мертвых. Идзанаги бросил повязку с головы, которая превратилась в гроздь винограда: ведьмы замедлились, чтобы съесть ягоды, но после снова бросились в погоню. Тогда бог кинул оземь свой разломанный гребень, который вырос в бамбук, но чудовища снова преодолели препятствие, и их армия росла. Идзанаги пришлось достать свой легендарный меч Тоцука-но цуруги, но и он не помог в борьбе с тварями. Тогда он бросил навстречу врагам три персика, и это заставило армию отступить.

– Богиня должна была быть в бешенстве!

– Все верно, она лично пустилась в погоню, но к тому времени ее супруг покинул страну Ёми, и перекрыл валуном вход, чтобы не выпустить оттуда супругу и ее армию чудовищ. Идзанами не смогла вырваться, и в гневе сказала, что ежедневно будет убивать по тысяче людей, на что ее супруг ответил, что ежедневно будет создавать полторы тысячи новых жизней. После посещения мира мертвых Идзанаги совершил ритуальное очищение, и посвятил долгие годы защите смертных от гнева богини смерти. Ему удалось запечатать ее силу, чтобы она не смогла осуществить угрозу.

– И теперь, – подытожил Макото, – мир снова в опасности из-за рождения избранных.

– Да, один из которых – избранник самой Идзанами. Яд смерти просочился сквозь заслон, и отравил сущность мальчика еще в утробе матери. Он вернется, дабы освободить свою властительницу, поэтому для нас так важно найти избранника Идзанаги, спасителя, способного противостоять злу.

– Я не знал всех подробностей легенды! – сказал Рио.

– Однажды я уже рассказывал ее другому мужчине, – с неожиданной теплотой отозвался Ямамото-сан. – Он запутался, блуждал во тьме, и я указал верный путь, надеясь, что он не подведет. Это было давно, в другом мире, но теперь в опасности оказались все из возможных миров.

– Мы выполним свой долг! – твердо сказал Макото. – Отыщем избранного, и приведем в Безвременье.

Глава 4. Первозданные воды

В подвалах Храма находился колодец Идзанаги. Именно этот участок реки обладал силой переносить в другие миры, но его особенностью была осознанность: лишь сформировавшийся разум мог уцелеть в частице хаоса, из которого родилась Вселенная. Поэтому детей приказали сбросить в колодец, но палач, видимо, не смог совершить преступление, и отправился в изгнание вместе с малышами, защитив их от воздействия Вод.

– Вам нужно действовать осторожно! – сказал Норайо. – Возможно, предатель вырастил обоих детей, и сейчас они оба представляют опасность. Либо же он спрятал их в разных местах, и вам стоит в первую очередь отыскать спасителя, ибо избранник богини смерти сам явится без приглашения, чтобы исполнить волю Идзанами-но ками.

Все монахи Ордена собрались у колодца, провожая избранных в опасное странствие.

– Возьмите, – сказал Ямамото-сан, протягивая Рио пузырек с кровью. – Она принадлежит матери ребенка. Вам достаточно всего лишь капли, чтобы Первозданные воды привели вас к последнему месту, откуда исходит жизненная энергия мальчика. Вполне возможно, предатель сменил несколько миров, чтобы надежно укрыть спасенное дитя: тогда вы будете идти по следу, не ведая усталости, не щадя себя, во имя будущего. Не страшитесь тьмы, не поддавайтесь искушению неизведанных миров, и не вмешивайтесь в их ход событий. Ваша задача вам ясна, так исполните обещание!

Рио, Нобу и Макото поклонились, и подошли к краю колодца. Первозданные воды переливались перламутром, на поверхности вспыхивали и гасли звезды далеких галактик. Парни переглянулись, взялись за руки, и спрыгнули в неизвестность.

Переход был долгим и коротким, болезненным и незаметным, чарующим и пугающим. В нем сплетались все грани и противоположности, поэтому только взрослые могли осознать его, и перенестись в нужное место без разделения тела и духа.

Макото лучше всех выдержал путешествие, и, когда юноши оказались в первом из миров, лишь у него хватило сил устоять на ногах, пока братья катались по земле, кусая губы.

– Я думал, Воды – мягкие и исцеляющие!

– Да, для тех, чей дух находится в состоянии равновесия, а ваши – смятены.

– Ох, Макото, все-то ты знаешь.

– Вставай, Нобу! – он протянул руку другу. – Пора в путь, нам некогда расслабляться.

– Гляньте, куда мы угодили, – оторопело отозвался Рио, усаживаясь в позе лотоса.

Жуткие стволы деревьев выглядели мертвыми, высушенными давным-давно, в воздухе не раздавалось ни звука, хотя в родном Безвременье они привыкли к нежным трелям птиц, шепоту ветра, песням рек, и иным звукам, исполненным жизни. Густой слой пыли под ногами свидетельствовал об отсутствии людских поселений поблизости.

– Как думаете, мы попали в будущее?

– Да, Нобу, – ответил ему старший брат. – Это один из погибших миров. Именно это и ждет развитые цивилизации, которые только берут, и ничего не отдают взамен. Губят живое ради сиюминутных благ и наживы.

– Грустно на это смотреть! – вздохнул Нобу. – Вряд ли спаситель здесь. Надо найти Воды, и отправиться дальше.

Только Рио достал из вместительной сумки артефакт, напитанный кровью матери ребенка, как с высокого дерева спрыгнула тень, сбила с ног парня, выхватила артефакт, и исчезла в поднявшемся слое пыли.

Нобу в первую очередь бросился на помощь брату, но Макото лучше понимал, что стоит на кону, и побежал за вором. Тень в черных лохмотьях ловко огибала стволы, выбирая неожиданные просветы, но Макото не отставал, с легкостью преодолевая ловушки врага. Выбежав на поляну, он остановился, внимательно глядя во все стороны, прислушиваясь к каждому шороху, что было легко в мертвой тишине этого мира.

Его натренированное тело молниеносно среагировало, ощутив мельчайшее колебание воздуха слева, и это спасло ему жизнь: вор метнул в него клинок.

– Этого недостаточно, – спокойно произнес Макото. – Хочешь получить артефакт – сразись со мной честно. И, если победишь, заберешь его.

Незнакомец в лохмотьях поднялся с земли, с которой до этого сливался, и стянул маску с лица. Молодое лицо было покрыто шрамами, карие глаза смотрели безжалостно, цепко вбирая каждую деталь внешности противника.

– Кто ты такой? – спросил он красивым голосом. – Я тебя не видел раньше!

– Верни сначала мою вещь, и мы с тобой побеседуем.

Они стояли друг напротив друга, два парня одинакового роста и телосложения, с одинаковыми карими глазами, разве что Макото был светлокожим и красивым, а вор – покрытым грязью и изуродованным.

– Вы – люди Рифидов? Они снова открыли охоту на одиночек?

– Мне неизвестно, о чем ты. Ты первый напал на нас. Нам не нужна ссора, мы хотим вернуть артефакт, и уйти. Соглашайся, и дело решится мирно.

– А если нет?

– Ты узнаешь о науке боя Безвременья.

Глава 5. Тень погибшего мира

Вор скосил взгляд, заметив тени: Нобу и Рио окружили его.

– Вам не выстоять против меня, я – лучший воин Киото!

– Киото? Разве это не город в Японии на планете Земля?

Парень посмотрел на Нобу, как на сумасшедшего.

– Вы что, из экспериментальных городов? Это они живут, как в ушедших эпохах, и не знают, что Землю уничтожила Великая катастрофа!

Рио покачал головой, обращаясь к брату:

– Это – одна из альтернативных версий Земли, где мир был уничтожен из-за непрекращающихся катаклизмов. Мой сэнсэй рассказывал о ней, но я не думал, что попаду сюда когда-либо.

– А на первой Земле как?

– О ее будущем мне неведомо.Только об альтернативной ветви.

– Эх, жаль: пуститься в путешествие между мирами, и попасть сюда! – недовольно воскликнул Нобу. – Ты, кем бы ты ни был, отдавай артефакт, нам нужно продолжать путь!

Незнакомец пристально вгляделся в сферу.

– Есть еще миры, кроме этого? – спросил он тихо.

– Множество, и они куда лучше. Отдавай уже!

– Я пойду с вами! – решительно сказал вор, вызвав смешок у Макото.

– Хочешь убраться из этой помойки? Хорошо, что ты – не избранный, а то было бы стыдно вести тебя в Храм.

Незнакомец спокойно улыбнулся, не показывая обиды.

– Вы ищите избранного? Для чего?

– Для спасения всех миров. И это – не ты, иначе артефакт в твоей руке загорелся бы светом верховного мира.

– Как вы сюда попали?

– Нас перенесли Первозданные воды.

– Вот как! Я знаю об этой легенде, и знаю, где находится то, что вы ищите. Только река высохла, вод там больше нет.

– Поверь, эти Воды ничем не высушить! Укажи нам путь, и мы уйдем.

Вор подбросил сферу в руке, и передал ее Макото.

– Возьмите меня с собой. Я хочу выбраться из этого мира, здесь меня ждет только смерть, а я хочу увидеть свет за пределами этого мрака.

Юноши переглянулись, раздумывая, как поступить.

– Помните, Ямамото-сан сказал, что нельзя вмешиваться в события чужих миров? – неуверенно произнес Нобу. – Вдруг его исчезновение повлияет на что-то, и мы нарушим баланс?

– Согласен с братом! – ответил Рио, и все перевели взгляды на Макото.

– «Первой явится тень, поднявшись из праха», – произнес он себе под нос, опустив взгляд.

– Что ты говоришь? – переспросил Рио.

– Да так, вспомнил детский стишок.

– Не время для этого, мы решаем, что делать с вором.

– Я не вор!

– Ты украл артефакт, пытался сбежать, едва не убил меня клинком. Кто ты, если не вор и не убийца?

– Не суди так скоро. Я расскажу о себе, и тогда решай, заслуживаю я второго шанса, или нет.

Он скинул капюшон, и провел рукой по запыленным черным волосам.

– Меня зовут Керо, я родился двадцать три года назад, примерно. Первым моим осознанным воспоминанием была казарма, где детей обучали военному ремеслу. Когда вырос, и начал понимать больше, выяснил, что наследник династии Рифидов пытается установить контроль над пережившим после Великой катастрофы миром. Ему нужны солдаты, выросшие преданными ему убийцами с младенчества, поэтому он платит большие деньги торговцам детьми. Кем была моя мать – неведомо даже купившим меня рекрутерам; имя мне дали они, так как я был девятым купленным у тех торговцем мальчиком. Человек без прошлого, как и нужно Рифидам.

– Но ты сбежал, – заметил Рио.

– Я устал чинить насилие по воле безумца. В одном из боев меня серьезно ранили, – он дотронулся рукой к шрамам, пересекавшим щеки. – Командир решил, что моя жизнь не стоит спасения, и оставил гнить прямо на поле боя. С трудом, превозмогая боль, я поднялся, и набрел на кочевников, которые подобрали меня, выходили, и мы скитались вместе несколько лет.

– Почему ты ушел от них?

– Они углубились в пустыню, а я решил вернуться домой. Здесь я стал Тенью, начал сражаться с торговцами детьми, уничтожив их мерзкое ремесло.

– Если уйдешь – они снова возьмутся за старое.

– Люди ушли из Киото, я – последний житель этого города.

После рассказа Керо юноши стали держать совет.

– Мне жаль людей этого мира, но не в наших силах им помочь. Мы не должны вмешиваться в жизнь Керо, – высказал свое мнение Рио.

– А я бы взял его с собой, – удивил всех Нобу. – Он сделал все, что мог ради Киото, его исчезновение отсюда не повлияет на этот мир.

Братья повернулись к Макото, за которым осталось последнее слово.

– Нам предстоит долгий путь, друзья. Мне кажется, лучше обзавестись союзниками, способными противостоять даже самому могущественному злу. Керо видел много насилия, и великолепно владеет языком войны. Там, где мы окажемся, этот навык вполне может пригодиться.

Глава 6. Дочь дракона

– Интересная у вас миссия! – сказал Керо по дороге к Водам. – А почему бы не оставить все как есть? Зачем искать ребенка, и вести его в Храм?

– Чтобы он не позволил богине смерти вырваться на волю. Ее избранный придет в любом случае, если мы не найдем спасителя – планы коварной богини осуществятся. Все миры погрузятся в хаос, как этот.

Керо вздохнул, подумав, что нигде нет покоя от войн и насилия.

– Вот она, Камогава. Точнее, то, что от нее осталось.

Лишь небольшое углубление между берегами свидетельствовало о наличии реки в этих местах. Все давно высохло, погибло, и казалось отрывком страшного сна, а не действительностью.

Макото подошел к едва намеченному обрыву, доставая флакон с кровью матери избранного. Откупорил крышку, и капнул на сухую землю. Юноши затаили дыхание, надеясь увидеть чудо, и оно не заставило себя ждать: одна лишь капля превратилась в поток, закрутилась спиралью, меняя цвет с красного на узнаваемый перламутровый.

– Первозданные воды всегда проложат себе путь! – торжественно сказал Рио. – Нам пора идти дальше, а тебе, Керо, стоит уяснить, что Воды перенесут тебя, только если ты не станешь им противиться, и стерпишь все, что они с тобой сделают.

– Понятно, – ответил парень тоном, намекающим, что и не такое в жизни приходилось терпеть.

– Нужно взяться за руки, – скомандовал Макото.

Керо скривился, но все же встал между двумя братьями.

– Вперед!

Один шаг – и их снова подхватили вечные потоки, перенося тела и сознание сквозь пространство и время. На этот раз трудно пришлось одному Нобу, остальные же парни, включая Керо, невозмутимо вышли из водоворота. Оглянувшись, они поняли, что оказались у морского берега: солнце почти спряталось за горизонтом, прибой шептал красивые песни, птицы парили над волнами, и путешественники ненадолго застыли, очарованные контрастом между двумя совершенно разными мирами.

Первым пришел в себя Керо: наклонившись, он взял горсть песка, пропуская его сквозь пальцы, а потом направился к морю, позволяя брызгам осесть на своей одежде.

– Такого я даже в мечтах представить не мог! – произнес он сипло. – Неужели это не сон, неужели и наш мир был таким?!

– Да, давным-давно, пока его не погубили, – тихо ответил Макото. – Поэтому так важно беречь то, что есть.

Когда тьма опустилась на землю, на горизонте вместо солнца появилась белая вспышка. Парни отступили от линии воды, приготовившись и к появлению друга, и к появлению врага. Рио сжал в руке сферу, напряженно в нее вглядываясь, но она не спешила извещать о прибытии избранника.

– Кем бы он ни был, четверо на одного – неплохой расклад.

– Это недостойно, Керо! – нахмурился Рио.

– Из нас главный специалист по выживанию – это я! Так что слушайте, если вам дороги ваши жизни. Человек не может ступать по воде, а что-то идет к нам из морских глубин!

– Это девушка! – воскликнул Нобу.

Они внимательно присмотрелись, напрягая зрение во тьме ночи, и постепенно различили сияющее зеленое одеяние, развевающееся от ветра, черные волосы – длинные, гладкие, как шелк. Чем ближе она подходила, тем большим восторгом и страхом наполнялись сердца парней, ощущающих исходящую от нее силу богов.

– Кто вы такие? – спросила она мелодично, ступив на берег.

Вода не намочила ее одежду, ветер не растрепал распущенные волосы. Она была частью стихии, частью окружающего мира, и юноши невольно припали перед ней на колено.

– Мы явились издалека, из Безвременья, чтобы найти спасителя миров, избранного богом Идзанаги-но микото! Мое имя – Макото, это мои друзья – Рио и Нобу. Керо стал нашим спутником в прошлом мире, который мы посетили. Но кто ты, прекрасная дева?

– Мое имя Тоётама-химэ, я – дочь Ватацуми-но ками, дракона-повелителя морей. Вы можете звать меня Отохимэ, смелые путешественники. Я слышала о мире Безвременья от отца-владыки, полагаю, вы получили пророчество, и из-за него пустились в дальний путь.

– Все верно, Отохимэ. Великий Идзанаги предупредил нас, что родится избранник богини смерти, способный выпустить ее на волю, и его избранник, способный остановить посланника Идзанами. Дети должны были погибнуть в Первозданных водах, но палач пощадил детей, и отправился с ними в изгнание. Теперь мы должны найти спасителя до того, как богиня смерти выйдет из мира мертвых.

– Это достойный путь, для сильнейших! На вас легла ответственность за безопасность миров: Идзанами сильна, жестока и коварна, если она освободится – моря окрасятся кровью.

Макото нахмурился, опустив голову.

– Я не позволю этому случиться.

– Ты храбрый воин, как и твои друзья. Позвольте познакомить вас с моим отцом! Возможно, у него будут добрые советы и напутствия для вас! Он примет вас в нашем дворце Рюгу-дзё.

Глава 7. Подводный дворец

Зеленоглазая дочь дракона подарила каждому юноше по жемчужине из своих волос, благодаря которым они смогли беспрепятственно погрузиться в морскую пучину. Стоило воде сомкнуться над их головами, как непроглядная тьма рассеялась, открывая великолепие подводного мира: он был ярким, сиял всеми цветами и оттенками, казалось, магией была пронизана каждая частица воды! Целые леса из водорослей служили пристанищем для маленьких фигурок, игравших там в прятки.

– Это дети! – воскликнул Нобу.

Вокруг его рта образовалось много пузырьков, но восклицание услышали все, и изрядно удивились.

Отохимэ улыбнулась.

– Запомните, воины, если вы хотите обратиться ко всем – мысленно представьте, что говорите со всеми. Если же вам нужно поделиться чем-то с конкретным человеком – представьте, что говорите только с ним.

Они опускались на дно, любуясь стайками диковинных рыб, но вскоре их вниманием безраздельно завладел огромный дворец невиданной роскоши, построенный из хрусталя и кораллов белого и красного цветов. Его окружали деревья с изумрудами вместо листьев, и рубинами – вместо ягод, всюду сновали слуги в ярких одеяниях, и постепенно все они вышли наружу, встречать любимую принцессу Отохимэ в сопровождении четырех смертных.

– Нас не казнят за вторжение на территорию морского бога? – спросил Керо. – Я не хочу наводить смуту, но мне не по себе!

– Пусть твое сердце освободится от лишних тревог, – нежно произнесла Отохимэ. – Ты всю жизнь провел в мире, где не было магии, только боль, если я верно ощущаю исходящие от тебя волны горечи и удивления. Пусть тебе и сложно воспринимать происходящее, и ты ищешь во всем опасность, но здесь тебе бояться нечего. Мой отец бывает суров с теми, кто того заслуживает, но гостей принимает с положенным почетом.

Вскоре они уже шли по мосту, направляясь к воротам поразительных размеров. Принцесса оповестила слуг, которые умчались вперед, подготовить все к приему незваных гостей.

Драгоценные камни сверкали в отражении жемчужного сияния, и Керо невольно протянул к изумрудам руку, как девушка окликнула его:

– Не трогай их! Во дворце есть правило: брать можно лишь то, что будет подарено. Иначе отец сочтет тебя вором, и назначит наказание.

Нобу с братом переглянулись, вспомнив, как во время первой встречи Керо попытался украсть у них артефакт, и дружно прыснули.

Изнутри дворец превзошел все их ожидания, ибо его возвело одно из самых непредсказуемых и могущественных божеств – дракон, повелитель морей. Каждая деталь отражала его внутренний мир, и поражала равновесием между яростью и добротой, спокойствием и буйством. Устроить шторм или укротить волны, потопить корабль или спасти несчастных – на все воля Ватацуми-но ками. Лишь одно в нем было неизменно – любовь к роскоши.

В большом зале собрались дочери дракона, перешептываясь в ожидании «красивых чужеземцев», как им донесли слуги. Сам властитель морей сидел во главе стола, и внимательным взглядом одарил каждого гостя. Юноши склонились перед ним, ожидая, когда им позволят встать.

– Поднимитесь, путешественники! – произнес он грозным голосом. – Я вижу, вы не принадлежите этому миру. Откуда же вы?

Макото расправил плечи, и поведал дракону о доверенной им миссии.

– Боги опять взялись за старое, – задумчиво произнес дракон. – Эти двое начали выяснять отношения миллионы лет назад, и до сих пор не могут друг друга простить. Плохо, мне не хотелось бы увидеть закат вселенной из-за их семейных ссор!

– Отец, – произнесла Отохимэ, – их и послали сюда, чтобы не допустить гибели миров. Это достойное дело, так ведь?

– Так, – настороженно согласился Ватацуми-но ками.

– Тогда позвольте и мне отправиться с ними, чтобы помочь в борьбе с Идзанами-но ками!

«Второй жемчужина поднимется со дна морского», – подумал Макото.

– Дочь моя, уверена ли ты, что тебе стоит вмешиваться в волю богов? Во втором пророчестве было сказано, что трое воинов отправятся за спасителем. Вот они, стоят перед нами. Зачем они взяли с собой жителя погибшего мира – мне не совсем ясно, но да это их решение, и их ответственность.

Девушка сжала губы в тонкую полоску, выражая протест дракону. Никто не услышал, о чем они говорили, но она явно настаивала на принятом решении, а отец пытался ее отговорить. Около десяти минут они вели диалог, после чего Ватацуми-но ками довольно усмехнулся.

– Сразу видно, что в тебе течет моя кровь! Да будет так, я позволяю тебе отправиться в странствие с этими воинами, ибо с тобой их шансы на успех значительно поднимутся.

– Мы защитим ее! – торжественно пообещал Рио, за что получил в ответ надменный взгляд дракона.

– Ты говоришь о моей дочери, дитя! В ней течет кровь дракона, она сама сумеет защитить себя, и горе тому, кто навлечет на себя ее гнев! Пусть вас не обманывает ее внешность.

Сменив гнев на милость, он пригласил юношей за стол, и им пришлось изрядно удивиться необычному, но приятному вкусу морской пищи.

Перед их уходом дракон тайно переговорил с дочерью, попросив не доверять одному из пяти. Кем был пятый – он так и не ответил.

Глава 8. Голод

Выйдя из моря, четверо юношей и принцесса отправились к колодцу, который, по ее словам, был воплощением Первозданных вод в этом мире. Рио взял у Макото флакон, осторожно пролил каплю крови в воду, и она забурлила, превращаясь в нужную им субстанцию. Макото протянул руку девушке, властно сжимая ее нежные пальцы, и все вместе они прыгнули вниз, не разрывая хватки. В третий раз переход между мирами не составил для них труда, как и для Отохимэ, и они озирались с любопытством, пытаясь понять, куда на этот раз их занесли Воды.

– Интересно, где мы? – спросил Нобу.

– Я чувствую голод! – сказала принцесса. – Он витает в воздухе, как и боль, гнев, страх, ярость, смерть.

– О чем это ты? – нахмурился Макото.

– Сейчас узнаем. Нам туда! – тонкий палец указал на восток, где поднимались клубы дыма.

Они выбрали указанное направление, и вскоре достигли селения. Рио приказал всем отойти к деревянному амбару, чтобы бушующая толпа их не заметила, а опасность была реальна: озлобленные мужчины кидали камни в торговые лавки, выволакивали оттуда хозяев на расправу, вытаскивали мешки, дрались друг с другом за них. Некоторые деревянные постройки горели, остальных, видимо, ожидала такая же участь.

– Зачем они это делают? – возмутился Нобу, глядя, как человека волочат по земле за волосы. – Нужно вмешаться, иначе прольется кровь!

– Уже пролилась! – сказал Рио, кивнув в сторону разграбленной лавки.

Макото схватил кинувшегося вперед Нобу за шиворот.

– Усмири свой дух, друг! Наша задача – найти спасителя, а не спасать каждого встречного на своем пути. Ямамото-сан запретил вмешиваться в ход истории миров.

– Но мы вмешались, дважды! Почему сейчас должны отступить?

– Не думаю, что присоединение к нам Керо и принцессы как-то повлияет на судьбу миров. А это, – он кивнул на побоище, – выглядит куда более серьезно. Мы не станем вмешиваться.

Нобу не нашел понимания среди друзей, и обернулся к девушке, чьи зеленые глаза выражали сострадание.

– Отохимэ, посмотри на эти зверства! Разве мы не должны им помочь?

– Судьба предрешена, не было знамения, что мы можем вмешаться. Их боль отпечаталась в твоем сердце, но на нашем пути выпадет еще много зла и несправедливости, не позволь же им затуманить твой разум.

– Довольно! – Рио схватил брата за плечо. – Нам пора, сфера не сияет, избранного здесь нет.

Парень подчинился, и они повернули назад, глядя по дороге на косые домишки, некоторые из которых выглядели заброшенными. У одного из них на бревне сидел слепой старик, опираясь руками и подбородком на палицу.

Принцесса решительно подошла к нему, присаживаясь на колени.

– Доброго вам дня, сэнсэй!

Его незрячие глаза вперились в девушку.

– Какой дивный голос! – произнес он тихо. – Ты человек, или посланница богов?

– Я – создание из плоти и крови, – схитрила Отохимэ. – Мы с моими братьями пришли издалека. Расскажите, почему мужчины громят торговые лавки? Это было страшное зрелище.

Старик вздохнул.

– Видимо, вы действительно явились издалека, раз не знаете. Три года назад, в тысяча восемьсот тридцать третьем, весна и лето выдались на редкость холодными, урожай риса погиб, и наступил голод. Сначала люди держались, пытались помогать друг другу, однако положение становилось все более отчаянным, а сёгунат оказался неспособен разрешить проблему. Десятки тысяч людей погибли: я-то может и слепой, своими глазами не видел, но слышал вопли людей, потерявших близких.

– Какой ужас! – жалостливо произнесла принцесса, беря старика за руку. – Как же вам удалось пережить голод?

– Мне помогала одна девушка, приносила часть своей порции риса, но однажды соседи узнали, что она носит мне еду, и напали, чтобы отобрать рис. Только вот несчастная неудачно упала, ударившись головой, и погибла. Это была первая кровь, пролившаяся от рук соплеменников. Тогда они и начали грабить, нападать на торговцев, пытавшихся продавать рис втридорога.

Керо нахмурился, вспоминая, как они выживали в его мире.

– Сейчас мне приносят помощь от сёгуната, но не знаю, надолго ли этого хватит, – улыбнулся старик, и путешественники заметили, насколько он худ и изможден. – На следующий год после неурожая погода выдалась хорошая, но из-за нехватки рабочих рук собирать урожай было некому. То же самое повторилось и на следующий год, а в этом – снова выдалась холодная весна. Риса не хватает, голод беспощадно терзает людей, тысячи гибнут ежедневно, вот и начались опять грабежи.

Юноши переглянулись, и Рио достал запасы из своей сумки.

– Примите от нас, сэнсэй, немного еды! Она подкрепит вас до тех пор, пока сёгунат не выделит еще провизии в помощь населению.

Мужчина улыбнулся.

– Вы добры, дети, но мой час уже настал, я чувствую это. Оставьте себе, вам пригодится, и поскорее продолжайте свое путешествие. Не стоит надолго оставаться здесь, пока люди не решили поживиться имуществом чужаков.

_____

Примечание автора: описанные события происходили в действительности, и известны в истории как "голод городов Тэмпо 1833 - 1837".

Глава 9. Два опасных заклинания

Простившись со стариком, пятеро путешественников отправились к Первозданным водам, чтобы перенестись в следующий мир.

– Кажется, мы попали на Землю! – сказала Отохимэ.

– То есть, это не побочная ветвь, а настоящая Земля?

– Верно, Керо.

– Хм, от нее я ожидал большего.

– Но ведь неурожай и голод – естественное явление. Такое может произойти где-угодно.

– Узнав от Макото, что моя планета – одна из многих, еще и одна из версий Земли, я много думал, каким прекрасным должен быть край без катастроф и насилия. Но, оказавшись здесь, я увидел и катастрофу, и насилие.

Дальнейшая дорога прошла в молчании, пока они не достигли нужного места, и не отправились в новый мир. Это оказалась более красивая версия прежнего мира, полная красок, богатства и изобилия.

– Магия! – воскликнула девушка. – Здесь присутствует магия!

– Тогда нам следует вести себя осторожно, – нахмурился Рио.

– Не стоит бояться магии, она не несет в себе зла. Лишь сам человек выбирает, использовать дар во благо, или во вред.

– Магия принадлежит богам, а не смертным! – непримиримо сказал Рио. – Надеюсь у нашего спасителя отсутствует божественная сила, иначе богиня смерти сможет прельстить его, пообещать могущество в обмен на свою свободу. Нельзя допустить, чтобы он объединился с избранником Идзанами.

– Ты прав, брат, – согласился Нобу, – люди не должны стремиться к могуществу, не подвластному им.

Макото и Керо промолчали, и так и не начавшийся спор прекратился.

Спустившись с холма к раскинувшемуся внизу городку, они удивились одежде и прическам местных жителей, пока сами люди с недоумением рассматривали пятерку незнакомцев.

– Вы еще кто такие? – к ним подошла девочка лет семи, бесцеремонно проводя взглядом по наряду Отохимэ. – Почему вы так нелепо выглядите?

Следом подбежала мать ребенка, извинилась, и увела малышку.

– Чем меньше мы здесь пробудем – тем лучше! – сказал Рио, доставая сферу. – Смотрите, она сияет!

– Слабо, – возразил Макото.

– До этого вообще не отзывалась. Наверное, наш избранный побывал в этом мире, прежде чем уйти отсюда.

– Он был ребенком, – задумчиво произнесла принцесса, – вряд ли он сам узнал о Первозданных водах. Я думаю, палач, которому доверили убийство, взял мальчика, и посетил множество миров, чтобы запутать следы.

– И защитил слабого ребенка от их воздействия. Итак, вперед к Водам!

На этот раз они спешили, предчувствуя конец долгих поисков: еще один мир – и спаситель будет найден. Нужно успеть, привести его в Безвременье до того, как туда явится избранник злобной Идзанами.

Навстречу им по дороге шли три парня.

– Правду вам говорю, все в городе об этом гудят.

– Темные маги никогда раньше не нападали на магические академии!

– А на Исетскую напали! Хоть и находится она в глубинке Российской империи, но об их методах преподавания ходят легенды, а недавно там и вовсе начали пропадать люди. Оказывается, во всем виноваты темные адепты.

– Представляю, какой скандал поднялся.

– Не то слово: иностранные дипломаты потребовали объяснений, а кто-то из русского министерства по образованию наслал на них страшные заклинания.

– Какие? – с любопытством спросил у него друг.

– «Фиг-вам» и «выкуси-ка».

– Выкуси-ка, – медленно повторил парень. – Фиг-вам. Звучит страшно! А что конкретно они делают?

– Никто не понял, но дипломаты на всякий случай испугались.

Когда они поравнялись, местные с вызовом посмотрели на Макото и остальных, зато с интересом проводили взглядом Отохимэ.

– Бедняки, наверное, – шепнул парень, когда они отошли на достаточное расстояние, – не наделенные даром.

– Да, простые люди! – с презрением отозвался второй.

– Не говори так! – возмутился третий. – Так обычно рассуждают темные маги, а мы не должны позволять себе поблажек.

– Зато девушка красивая. Жаль, что из нищих.

Отохимэ закусила щеку, пытаясь не рассмеяться. Парни тоже обладали прекрасным слухом, и едва себя сдерживали, чтобы не начать разборки, но впереди их ждал спаситель, и клятва, данная в Храме, гнала их только вперед.

– Какие высокомерные! – не удержался Нобу. – Они делят людей не только по деньгам, но и по наличию магической силы!

– Поэтому я и говорил, что эта сила опасная! – пылко сказал Рио. – Она принадлежала богам, и должна принадлежать только им, смертных же магия развращает. Хорошо, что в Безвременье нет такой насмешки над природой, как маги! И этот мир, на мой взгляд, обречен.

Макото смотрел под ноги, но Отохимэ ощутила сгустившийся вокруг него гнев. Юноша злился, слова Рио глубоко задели его, но Макото не выказал и тени неудовольствия. Девушка нахмурилась, вспомнив слова отца о том, что одному из юношей нельзя доверять. Остальные были для нее открытой книгой, но светловолосый путешественник беспокоил все больше и больше.

Глава 10. Спаситель

Они смотрели на город далекого будущего, со стеклянными домами пугающей высоты, летающими над землей повозками и кислотными красками. Вот несколько лучей сошлись вместе, и прямо в воздухе зависла фраза «Добро пожаловать в Токио!»

– Одна из версий Земли будущего! – вздохнула принцесса.

– А где же зелень? – удивился Нобу. – Почему здесь нет деревьев, свежего воздуха, птиц и цветов?

– И как можно жить в такой яркости? – потер глаза Керо. – Уже ночь, а здесь светло, будто днем.

– Мерзкое место! – скривился Макото. – Рио, посмотри, сфера светится?

Парень достал артефакт, и он действительно озарился мягкой синевой, теплой и пульсирующей.

– Спаситель здесь! – шепотом произнес Рио. – Мы почти достигли цели.

Сфера выпустила тончайший луч в сторону города, и путешественники последовали за ним. Так как люди были здесь разряжены особенно причудливо, Отохимэ купила им подходящие плащи с глубокими капюшонами. Они свернули на главную улицу, и оказались в непроглядной толпе: горожане спешили, шумели, даже время суток не служило для них препятствием. Над головами летали чудесные повозки, из лавок доносилась музыка, призывы купить все на свете, и пятерка потеряла терпение, расталкивая себе путь к свободе локтями и кулаками.

– Ну и ужас! Что за спаситель нас ждет, если он вырос в таком мире?!

Все согласились с Нобу, и отправились дальше за путеводным лучом, но вскоре путь им преградил высокий забор, отделявший окраину города от основной части. Они прошли левее, где был пропускной пункт, но охрана решительно попросила убраться «бродяг» подальше.

– Нечего вам здесь делать, местная публика не жалует попрошаек!

Отохимэ остановила Керо, и мягко улыбнулась.

– Вы нас пропустите.

Охранник зачарованно открыл рот, пытаясь сфокусировать взгляд, но его рука потянулась к кнопке, и калитка перед ними открылась.

– Ты что творишь? – вскинулся его напарник, но хватило лишь одной улыбки принцессы, чтобы успокоить и его.

– Как тебе это удалось? – спросил Рио, когда они миновали препятствие.

– Я – дочь дракона, не забывай!

В этой части города не было безумных строений, только красивые минка – традиционные японские дома. Луч привел их к изящному двухэтажному дому с крышей в стиле иримоя-дзукури.

– Надо же, он похож на Китано-Тэммангу – храм в Киото! – воскликнул Керо. – В нашем мире от него остались только руины, но я видел много рисунков, изображавших его во времена расцвета! И от храма Хорю-дзи что-то присутствует.

– Словно хозяин дома пытался воспроизвести то, что увидел в других мирах, и что там было безвозвратно утеряно, – задумчиво произнес Макото.

Первой догадалась девушка.

– Значит, палач до сих пор жив, и находится рядом с нашим спасителем!

– Там кто-то есть! – Керо указал рукой вглубь сада.

Под цветущей сакурой на скамейке сидел молодой парень, увлеченно читая книгу. Перед ним раскинулся пруд, а на зеленой сочной лужайке росли фигурно подстриженные кусты. Почувствовав чье-то присутствие, он поднял голову, и путешественники были поражены его сходством с Макото: та же форма лица, густые черные брови, серебряные волосы с непослушными прядями. Но имелось и заметное отличие: взгляд был открытым, светлым, полным и мудрости, и любознательности.

Сначала он посмотрел на юношей, а потом встретился глазами с Отохимэ, и пораженно замер. Лицо Макото заледенело, когда он заметил, что для избранного и дочери дракона перестал существовать весь остальной мир.

«Третьим будет найден похититель сердца», – подумал он, вспоминая третью строчку из песни, преследовавшей его во снах.

– Приветствую незваных гостей! – приятным голосом произнес юноша, по-прежнему не отрываясь от девушки. – Могу я вам помочь?

– За этим мы и пришли! – с неожиданным волнением ответила Отохимэ.

Рио переглянулся с братом, усмехнулся, и выступил вперед.

– Меня зовут Рио, это – мой младший брат Нобу. Юноша слева – Макото, рядом с ним – Керо. Также позволь представить Отохимэ.

– Рад знакомству! – сказал он, поднимаясь со скамьи. – Мое имя – Юдай.

«Переводится как "великий герой". Ему идет!» – подумала девушка.

– Мы искали тебя, Юдай! – сказал Рио. – Сейчас наши слова покажутся шуткой или розыгрышем, но позволь объясниться. Ты был рожден не в этом мире, а в Безвременье – далеком приюте богов и смертных. Перед твоим появлением на свет бог Идзанаги-но микото даровал пророчество, гласящее, что один из младенцев мужского пола станет губителем вселенной, а второй – ее спасителем. Монахи-хранители приняли тяжелое решение умертвить детей, чтобы пророчество не сбылось, но палач позволил вам уцелеть. Юноша, избранный богиней смерти, скоро придет воплотить ужасный замысел. Нам нужен ты, чтобы остановить его.

– Мы понимаем, это звучит странно, но мы не лжем! – нежно произнесла Отохимэ. – Ты – спаситель, и ты должен вернуться в Безвременье.

– Значит, судьба настигла нас! – сказал глубокий мужской голос.

Глава 11. Подмена

Путешественники настороженно обернулись, глядя на стройного мужчину, чьи светлые волосы тронула седина.

– Я – Уэно, вы наверняка обо мне наслышаны.

– Палач, которому доверили убить детей! – воскликнул Рио.

– Из-за того, что вы предали богов, над нашими головами вновь нависла угроза уничтожения! – жестко произнес Макото.

– Не спеши с выводами, юноша, и не гневайся по пустякам.

– Вы считаете, это пустяк?

– Наша судьба была предрешена. Когда боги Безвременья планируют что-то, им невозможно помешать: если Идзанаги направил первый свиток с пророчеством, то оно сбылось бы в любом случае. Смертные не имеют права вмешиваться в решения существ куда выше их.

– Но, если дети бы погибли, смысл предсказания потерялся бы!

– Ошибаешься. Когда Ямамото-сан вынес приговор мальчикам, я был готов исполнить поручение, но, увидев малышей в корзинах, я понял, что одного из них подменили.

– Как это? – хором воскликнули братья.

– Нам сразу доставили детей, как только они родились, и я запомнил внешность обоих. Однако, когда пришло время сбросить мальчиков в Первозданные воды, я увидел, что один из них выглядит иначе. Полагаю, родители решили спасти свое дитя, либо же это сделал кто-то из монахов со злым умыслом: нельзя недооценивать растлевающее влияние Идзанами-но ками, проникающее даже из страны Ёми. Оставлять второго избранника богов в Безвременье было рискованно, и я забрал детей с собой, сменил несколько миров, надеясь узреть путь. Увы, подменыш погиб, и мы остались вдвоем.

– Вам все равно стоило обратиться к Ямамото-сану. Или вы думаете, он может оказаться предателем?

– Он последний, на кого я был готов подумать, но дело в том, что в кто-то в Храме себя скомпрометировал. Один тайный враг хуже десяти явных.

– Значит, нужно было предпринять что-нибудь еще!

– И я предпринял! Пойми наконец, все было предопределено богами. Идзанаги послал нам пророчество, и оно начало сбываться несмотря на усилия монахов Ордена. Я лишь выполнил свою скромную роль в высшем замысле, защитив второго избранника. Но почему вы уверены, что именно Юдай станет спасителем? Может, он был послан богиней смерти.

Рио покачал головой.

– Нет, мы получили второе пророчество, и оно гласит:

Время на исходе, избранник Идзанами грядет,

Первозданные воды были обмануты.

Да последуют три воина за сыном,

Избранником Идзанаги,

Спасителем.

– Изначально нас было трое: я, мой брат Нобу и наш друг Макото. Мы все родились в Безвременье. Ямамото-сан дал нам флакон с кровью матери избранника Идзанаги, и мы шли по вашему следу. В первом посещенном нами мире мы нашли Керо, и взяли с собой по его просьбе.

– Помню, жестокий погибший мир.

– Да. В следующем мире нам встретилась Отохимэ.

– Дочь дракона, повелителя морей Ватацуми-но ками! Для нас это честь, принцесса, принимать вас в нашем доме! – Уэно почтительно склонился.

Юдай с интересом посмотрел на девушку, кланяясь ей.

– Мы увидели еще два мира, – продолжил Рио, – прежде чем попали сюда. Землю изначальную и еще одну ее версию, магическую.

– Все верно, такой путь я и проделал с ребенком, прежде чем осел здесь.

– Значит, второй мальчик – избранник богини смерти – сейчас находится в Безвременье? – задумчиво спросил Юдай.

– Враг все это время был у нас под носом, и ведь никто не знает об этом! – с досадой воскликнул Нобу. – Да испепелит его Кагуцути!

Отохимэ улыбнулась Юдаю.

– Ты совсем не удивлен. Твой приемный отец рассказал тебе правду?

– Да, принцесса.

– О, не называй меня так! Просто Отохимэ. И ты раньше нас сообразил, какая опасность грозит Безвременью. Ты – настоящий избранник Идзанаги!

Он скромно потупился, что вызвало новую волну ревности у Макото.

– Отец всегда говорил, что этот день настанет, и я готовился к нему.

– Тогда стоит поторопиться, – сказал Рио. – Мы отправимся в наш мир, где спаситель пройдет подготовку в Храме, под руководством мудрейшего сэнсэя Норайо Ямамото, и вступит в бой с последователем богини смерти, когда он выйдет из тени.

– Хороший план, – хмыкнул Макото, – если второй парень уже не освободил Идзанами-но ками.

– Я бы почувствовал, – возразил Юдай, – раз мы с ним связаны. Пока что Безвременье в безопасности, но медлить не стоит.

– Позвольте угостить вас ужином, путешественники! – неожиданно сказал Уэно. – Вы проделали долгий путь, и вам необходим отдых.

– У нас нет времени!

– От одной ночи ничего не изменится.

Принцесса осуждающе покачала головой, глядя на Макото.

– Правила гостеприимства есть правила гостеприимства.

Глава 12. Вещие сны

– Сын мой, один из них преследует темные цели. Я ощущаю дисбаланс, и это меня беспокоит. Тебе опасно отправляться с ними в странствие.

Юдай почтительно поклонился названому отцу.

– Вы правы, Идзанаги-но микото предупредил меня.

– Каким образом?

– Я видел сон, прекрасное видение далекого мира, где горы парят над землей, а боги Солнца и Луны – Аматэрасу и Цукиёми – встречаются вместе на небосводе. Мое сердце охватила щемящая грусть, когда я осознал, что был рожден там, и лишен великой привилегии служить Безвременью, как вдруг рядом со мной выросла тень.

– Верховный бог!

– Да, это был он. Я не смел взглянуть на него, пал на колени, и испросил совета. Он сказал, что мое время скоро настанет, и я должен буду покинуть дом ради далекого края, чтобы найти Аменонухоко.

– Копье из легенд, с помощью которого был создан первый остров – обитель богов! А за ним – и остальная суша.

– Именно, отец. Я увидел призрачный образ древкового оружия – нагинаты, того самого Аменонухоко, а потом Идзанаги-но микото произнес следующее пророчество лично для меня:

Пятеро пройдут через миры, в поисках спасителя,

И найдут его там, где не место избраннику.

Один из них падет от рук предателя,

Второй – пройдет дорогой мести,

Третий – примкнет к губителям,

Дочь морей – подарит сердце,

Отдаст спасителю.

– Итак, пятеро путешественников явились. Если с принцессой Отохимэ все понятно, – усмехнулся Уэно, вызвав краску на лице юноши, – то остальные юноши несут в себе опасность. Двое из них встанут на сторону зла: один был рожден для этого, а второй пойдет кривою тропою по собственной воле. Кто-то погибнет от предательской руки, а сердце второго исполнится жаждой мести. Но что будет с тобой, сын мой?

Юдай вздохнул.

– Я спросил у Идзанаги-но микото, как мне поступить, как помешать замыслам врага, и он поделился вторым предсказанием:

Да отправится спаситель в Оногоро за Аменонухоко,

Без жалости и сожалений, да не повернет назад,

Ибо впереди его ждет битва и жертва.

Да укрепится его сердце.

– О какой жертве идет речь?

– Не знаю, отец, после этого тень исчезла, и я провел еще некоторое время во сне о Безвременье. А когда проснулся – оба пророчества были словно высечены в моей памяти. Я не могу забыть о них ни на секунду, все время повторяя одно за другим.

– Почему же ты не поделился со мной, Юдай?

– Не знаю. Просто было такое чувство, что я должен молчать до тех пор, пока не явятся гости из других миров.

Уэно спрятал лицо в руках.

– Ты так юн, а вся тяжесть этой вселенной уже легла на твои плечи!

– Вы сами сказали отец, что от судьбы не уйти.

– Конечно. Видимо, бремя выпало самому достойному! – с гордостью произнес мужчина. – Я много лет растил тебя, пытаясь заменить отца, но мое имя в пророчестве не фигурирует, значит, дальнейший путь ты должен будешь пройти без меня. Мне тяжело отпускать тебя, зная, что среди твоих спутников оказалось два врага на службе у Идзанами. Страшно ли тебе?

– Я боюсь подвести свою миссию, но не боюсь за себя.

– Хороший ответ, сын! Следуй зову сердца, не забывай о чести, и будь готов к бою, и к великой жертве, о которой тебя просит Идзанаги-но микото. Но пойми одну вещь: милосердие к врагу – дорога к проигрышу. Кем бы ни оказался избранник богини смерти, не поддавайся, не жалей его, не верь речам, сладким как мед, и лишенным правды. Он отравлен ядом из страны Ёми, тебе не обратить его к свету, так что найди копье Аменонухоко, и уничтожь врага.

Он прижал к себе юношу, впервые за все время обнимая. Юдай на секунду растерялся, не привыкнув к такому выражению чувств, но все же ответил на объятие.

– И еще, сын, сбереги принцессу. Не нравится мне пророчество в части, касающейся ее.

– Но согласно предсказанию, нам суждено...

Он запнулся, не решившись сказать, что им судьба полюбить друг друга. Он уже попал под чары прекрасной дочери дракона, чьи зеленые глаза и черные волосы пленили его разум и сердце.

– Все равно, будь осторожен, и защити ее.

– Даю слово, отец!

Уэно грустно улыбнулся, глядя, как Юдай направился к гостям, как они сели за стол, подкрепиться перед дорогой. Избранный сказал им, что Идзанаги отправил их не в Безвременье, а на поиски легендарного копья, и мужчина внимательно всмотрелся в каждое лицо. Они были удивлены, но больше всех его заинтересовали Нобу и Макото. Первый удивился слишком явно, а второй превосходно владел собой, не показав ни единой эмоции.

Глава 13. Предатель

– Каким образом мы найдем копье? – спросил Макото, с подозрением всматриваясь в Юдая.

– Действительно, мы нашли тебя лишь благодаря крови твоей матери! – согласился Рио. – Но как искать оружие богов?

Юдай на секунду застыл, после чего тихо-тихо произнес:

– Моя мать жива? Она вспоминала обо мне?

– Понимаешь, мы ее никогда не видели, – смутился Нобу. – Никто не знает, кем были родители детей из пророчества, монахи Ордена постарались сохранить это в тайне.

– Ямамото-сан дал нам флакон с кровью и особый поисковой артефакт, – перебил его Макото. – Так мы и нашли тебя. Все остальные ответы ты сможешь потребовать лично у Ямамото-сана, когда мы вернемся в Безвременье.

Отохимэ возмущенно посмотрела на него, и мягко обратилась к Юдаю:

– Разумеется она ждет своего сына, и будет гордиться, когда ты вернешься! Избранник Идзанаги – спаситель миров – всегда будет вызывать уважение и почет, как среди жителей Безвременья, так и в других уголках вселенной, где будут знать о твоем подвиге.

Юдай покраснел, а Макото разозлился.

– Для начала ему нужно найти копье Аменонухоко, а где оно находится – никому не ведомо!

– Не спеши с выводами! – возразил Юдай. – Терпение – это добродетель.

Макото презрительно скривил губы.

– Слушаю тебя, избранный!

Последнее слово прозвучало с тенью вызова, и Уэно укрепился во мнении, что избранником Идзанами является юноша с ненавидящим взглядом.

– Ты сам ответил на свой вопрос, Макото. Я – избранный, и лишь мне под силу отыскать Аменонухоко. Идзанаги-но микото не просто так явился в мой сон: он приказал мне отправиться на поиски, и, значит, Первозданные воды приведут меня, куда нужно. Последуйте за мной – и мы отыщем оружие вместе.

Принцесса с гордостью посмотрела на него, подумав, что Юдай силен духом, и, несмотря на внешнюю мягкость, его дух – крепче железа. Макото тоже это чувствовал, и ревновал, завидуя спасителю. Девушке стало тревожно, не посеет ли зерна вражды лидерство Юдая, ведь теперь именно он должен повести их отряд.

– Ты полон уверенности! – произнес Рио. – Мне это нравится,таким и должен быть спаситель! Я последую за тобой, Юдай!

– И я! – с готовностью отозвался Нобу.

– Твой путь – мой путь! – тихо сказала принцесса.

Керо усмехнулся, но тоже согласился отправиться за копьем Идзанаги. Макото сжал губы в тонкую линию, вспоминая второе пророчество, услышанное во сне:

И укажет путь избранник Идзанаги, и последуют за ним воины.

Да укрепится храбрость в сердце освободителя богини,

Да найдет он собственный путь, помешав врагу,

Забрав сердце жемчужины морей,

Окропив кровью Воды.

Пересилив себя, юноша кивнул Юдаю.

– Вместе мы найдем копье, и помешаем свершиться пророчеству.

Он не стал уточнять, для чего хотел отыскать копье, и какому именно пророчеству решил воспрепятствовать, но большинство не заподозрило неладное, а наиболее проницательные оставили сомнения при себе.

Вечером Юдай попрощался с отцом, пообещав исполнить благое предназначение, и с чужеземцами отправился за пределы города Токио, намереваясь отыскать Первозданные воды. Ему было грустно расставаться с близким человеком, но с самого детства он готовился к этому моменту. Все миры, через которые они прошли, каждая секунда и каждый вдох вели его к судьбе спасителя, и он решительно отверг печальные мысли, концентрируя внимание только на будущем.

Отохимэ положила руку ему на плечо.

– Ничего не бойся: раз Идзанаги-но микото возложил это бремя на тебя – у тебя хватит сил исполнить его волю.

Юдай улыбнулся ей, не заметив, какая тень легла на лицо Макото. Мысленно он уже представил смерть соперника, но сдерживался, пока они не нашли оружие великого бога. С копьем у него будет хороший шанс разрушить преграду, не позволяющую прекрасной богине покинуть страну Ёми – темное безрадостное царство, в котором ее запер вероломный супруг. Монахи чтят Идзанаги, но он поступил бесчестно с Идзанами, и еще поплатится за это, когда богиня вернет себе свободу.

Норайо Ямамото рассказал легенду о Идзанами-но ками, выставляя ее бессердечным чудовищем, изуродованным из-за влияния страны мертвых, но во сне великая богиня предстала перед Макото в удивительном облике, юном и нежном. Принцесса Отохимэ была похожа на нее, и именно этим покорила юношу, но ее взор обратился к недостойному. Юдай прожил вдали от Безвременья, в этом омерзительном мире, развращенным благополучием и вседозволенностью. Он был слаб, недальновиден, и Макото не верил в победу противника. Однако в борьбе за женское сердце не всегда побеждает лучший, поэтому только смерть спасителя откроет ему путь к назначенной цели.