Будешь нянькой, босс!

Глава 1.

Данная книга предназначена для читателей старше 16 лет.

Книга не имеет намерений оскорбить или задеть чьи-либо чувства, взгляды или убеждения.

Все события, места, персонажи и диалоги являются вымышленными.

Любые совпадения с реальными людьми или ситуациями случайны.

***

Для генерального директора транспортной компании нет ничего страшнее незапланированной доставки... весом в пять килограммов.

Демид Мантуров

– Демид Давыдович, к вам женщина с… коляской! – выпаливает на одном дыхании моя помощница Оксана, прижавший спиной к двери кабинета.

– Не понял? Торгашка, что ли? Так вроде девяностые давно закончились, дефицита нет, – снимаю очки и смотрю на эту БуреВестницу, оторвавшись от экрана ноутбука.

– В коляске ребенок! Представилась, как Суворова Мария Ивановна, – шепчет девушка так, чтобы было не слышно в приемной.

– Деньги будет просить? Так это через благотворительный фонд, отправь ее к Марине.

– Не похоже, чтобы нуждалась. Примите?

И тут дверь распахивается под напором непреодолимых обстоятельств.

А точнее, от резкого пинка. Помощница летит вперед на своих ходулях, расправив руки, как птица, и приземляется, клюнув носом пол.

В кабинете материализуется невысокого роста дамочка лет сорока и тянет за собой детскую коляску.

– Поберегись! – удивительно низким для такой комплекции грудным голосом предупреждает растянувшуюся под ногами секретаршу.

Оксана, округлив и без того огромные глаза, отползает в сторону.

Мамзель в расстегнутом кашемировом пальто цвета топленого молока, с темными короткими волосами и зелеными глазами устремляется к моему столу.

– Добрый день, Демид Давыдович, – без всякого пиетета и доброжелательности здоровается дама. – Я мама Вероники Суворовой.

Лихорадочно копаюсь в своих нейронных связях, но никакой Вероники не нахожу:

– Простите, не помню такую.

– Да неужели?! Год назад она сопровождала вас в Китай в качестве переводчика. Вот, привезла подарок из Поднебесной.

Гостья, одним движением дернув за ручки, достает из коляски «корзину» с ребенком и бесцеремонно плюхает мне на стол.

На автомате дергаюсь, как от пролитого на брюки кипятка. Дитеныш в розовом комбинезоне нервно наяривает пустышку и внимательно смотрит на меня серыми глазами.

Это что, розыгрыш?!

Не смешно, твою мать!

– Держите, папаша, – ваша дочь. Вероника уехала за границу, ребенка оставила. Мой отпуск закончился, через час лекция в университете. В пакете памперсы и смесь.

Рядом с ребенком плюхается необъятный баул, который она достает откуда-то из-под коляски.

– Вернусь в шесть вечера, заберу. Нянчитесь, дорогой «зять»! – ядовито припечатывает зеленоглазая ведьма и отправляется на выход.

Я быстро хватаю бокс с ребенком, прижимаю к себе и бегу за вздорной бабой, пытаясь предотвратить катастрофу.

– Не-не-не, вы что-то путаете, – протягиваю назад розовое недоразумение.

Суворова разворачивается на каблуках и больно тычет меня пальцем в лоб:

– Извилины напрягите, вспомните свою командировку в Китай и прибавьте девять месяцев. Вашей дочери сейчас три. Вероника перед отъездом оставила визитку, так что я пришла по указанному адресу.

Сумасшедшая снова устремляется к двери, но перед выходом из кабинета оборачивается:

– И, кстати, вашу дочь Варей зовут. Приятно провести время, РОДСТВЕННИК!

1.1

Рядом раздаётся глупое «хи-хи». Я и забыл, что в кабинете есть посторонние.

Поворачиваю голову и замечаю застывшую столбом помощнику. Кожевникова прикрывает рукой рот, заметив мои нахмуренные брови.

– Что здесь смешного? – рычу в ярости.

Я готов растерзать мерзкую бабу, которая поставила меня в это унизительное положение. Но она уже испарилась.

– Ничего. Простите, Демид Давыдовыч. Я пойду, – секретарша бочком вдоль стеночки просачивается к выходу.

– Стоять! – рявкаю во весь голос.

Выплюнутая ребёнком пустышка описывает дугу, летит на пол и в кабине включается сирена. Это маленькое, миленькое существо начинает орать так, что стекла дрожат.

Лицо красное, мокрое от слёз, из носа тоже течёт какая-то жидкость.

Наклоняюсь, хватаю пустышку и быстро затыкаю дитенышу орало.

Пара чмоков и пустышка снова вываливается изо рта, а возмущенный крик становится еще громче.

– Оксана, сделайте с ним… с ней, что-нибудь! Как её выключить? – протягиваю застывшей соляным столбом помощнице розовую возмутительницу спокойствия.

– Ой, тут два варианта: либо хочет есть, либо памперс грязный. Начните со второго, – советует офисная Мэри Поппинс и тихонько продолжает свой трусливый побег из Шоушенка.

– Я освобождаю вас от основной работы на сегодня и ввиду форс-мажора оставляю нянькой. Приступайте, – протягиваю мелкий орущий комок.

Кожевникова прячет руки за спину и бледнеет:

– Демид Давыдович, это слишком большая ответственность. Она же ваша дочь!

– Не факт.

– И всё же. Я не справлюсь. У меня нет опыта. Только теоретические знания и то сомнительные. Давайте вы уж как-нибудь сами, а меня в бухгалтерии ждут. Анна Ивановна просила подписанные счета принести, ей срочно нужно их оплатить. Короче, я побежала, – срывается в галоп бодрая газель.

Сирена не умолкает, а я остаюсь один на один с проблемой в розовом комбинезоне.

Ну не по кабинетам же с ней ходить в поисках няньки?

Ладно, сейчас двенадцать часов. До шести дотянем. А когда вернется деловая бабушка Яга, выясню, что они там задумали со своей дочуркой.

Женить решили и чужого ребенка на меня повесить?

Этот номер у них не пройдёт. Сделаю тест ДНК и по судам затаскаю мошенниц.

Укладываю девочку в люльку и первым делом набираю номер своего юриста:

– Александр Николаевич, зайди ко мне, дело есть.

Пока ребёнок здесь, надо отправить в лабораторию биоматериал и убедиться, что вздорные бабы решили развести меня как лоха.

Юристу нужно минут пять, чтобы подняться ко мне. У меня есть немного времени, чтобы заткнуть сирену.

Роюсь в пакете, нахожу пустые бутылочки, банку со смесью, детскую воду и распечатанную на принтере бумажку «Инструкция по кормлению».

Надо же, ведьма решила, что я совсем непроходимый тупица? Не могу надпись на банке прочитать? Подстраховалась, так сказать.

Ничего, голубушка, тем приятнее будет видеть твое бешенство, когда я вас с дочкой выведу на чистую воду.

­– Вызывали? – слышу от дверей знакомый голос и смотрю на шок, дробящий на куски маску спокойствия Свиридова.

Орущего ребенка в моем кабинете он точно увидеть не ожидал…