Будешь подо мной

1

— Сколько она тебе должна? — раздается хриплый мужской голос и будто льдом обдает: — Я заплачу.

Хватка на моем плече резко ослабевает. Пальцы разжимаются. И я мигом отшатываюсь, растираю руку.

Парень, который еще недавно зажимал и тащил меня за собой, меняется в лице до неузнаваемости. Бледнеет. С него словно бы за считанные секунды слетает вся уверенность.

Он поворачивается, смотрит куда-то за мою спину. В глазах плещется ужас. Не могу не заметить, как нервно подрагивает его подбородок.

— Не думал, что ты уже вернулся, — выдавливает с глуповатым смешком. — А то я бы… хм, я тут…

Он не просто отпускает меня. Отходит на несколько шагов.

Еще недавно этот опьяневший от вседозволенности мажор производил жуткое впечатление. Угрожал мне, выдавал всякие мерзости, запугивал. Но теперь, глядя на него запинающегося и дерганного, больше не чувствую прежнего страха.

— Сколько? — жесткий вопрос обрывает поток его путанных слов.

Немного отойдя от шока, поворачиваюсь. Наконец, могу увидеть того, кто меня спас.

Он стоит в проеме вип-комнаты. Небрежно привалившись плечом к дверному косяку, заложив руки в карманы брюк, пристально наблюдает за всем, что тут происходит.

Точнее…

Он наблюдает за мной.

Наверное, так случайно выходит, но едва оборачиваюсь, наши взгляды сталкиваются. И больше у меня глаза отвести не получается.

Массивный. Возвышается будто скала.

По голосу он казался старше. Такой низкий тембр. Глубокий, отрывистый, хриплый. Пробирающий до дрожи.

Но сейчас, увидев его, понимаю, что ему не больше двадцати пяти. Может быть, он тоже студент. Старшекурсник. Трудно понять. Просто язык не повернется назвать такого мрачного и угрюмого типа «парнем».

Мужчина. Высокий. Наверное, не меньше двух метров. Очень крупный, широкоплечий. Будто весь выкован из железных мышц. Рукава темной футболки выше локтей, потому можно различить, как выточены мускулы. Рельеф прорисован даже сейчас, в расслабленном состоянии.

Хотя эта его спокойная, нарочито ленивая поза наблюдателя уже начинает казаться мне обманчивой.

Незнакомец красив.

Знаю, не лучший момент, чтобы думать о таком, но мысль мелькает в голове сама по себе. И мой взгляд будто приклеивается к его лицу. Высокий лоб. Прямой нос. Волевая челюсть. Но сильнее всего внимание притягивают глаза. Смотришь — точно в горящую бездну проваливаешься. Резко очерченные скулы. Чувственные губы.

Стоп. Что? О чем я только думаю?

Ну вообще, это объективные наблюдения. Как в музее. Или в картинной галерее. Никто ведь не станет осуждать, если тебе понравится портрет какого-нибудь римского полководца.

Кстати, незнакомец неплохо бы смотрелся на картине. Или на обложке журнала. На экране в кино.

У него такая серьезная красота. Какая-то жесткая даже. Не слащавая, не вылизанная до идеала. А словно звериная, животная. Чисто мужская. Впервые понимаю, как это чувствуется.

Хватит.

Откуда берутся все эти глупости в моей голове?

Я попала в опасную ситуацию. Тут бы выбраться, а не залипать на неизвестного парня, которого вижу впервые и о котором ничего не знаю.

Но он…

Он же меня спас.

Невольно испытываю благодарность. Только почему-то выдохнуть до конца не могу. Сердце бешено колотится в груди.

Его взгляд проходится по мне. От макушки до пят. Слишком… цепкий. Острый. Физически ощутимый.

— Булат, — выдает мажор. — Знаешь, давай я просто уйду. Не надо ничего платить. Я… пошел. Хорошо?

Булат.

Значит, так его зовут. И это имя, наверное, подходит ему лучше всего. Хлесткое, стальное.

— Нет, — говорит он. — За все надо платить.

Мажор больше ничего сказать не успевает. Все происходит настолько быстро, что я сама не успеваю понять.

Движения Булата молниеносные.

Вот он спокойно стоит возле двери. А вот уже рядом с мажором. Сбивает его с ног одним-единственным ударом. Резким. Мощным. И тот растягивается на полу возле его ног. Без движения.

Он что… он…

С перепугу кажется, Булат не рассчитал свою силу. В ужасе смотрю, как он проверяет пульс, небрежным жестом дотрагиваясь до шеи того парня.

— Без сознания он, — говорит. — Не дергайся.

Успокаивает?

Потрясенно наблюдаю, как Булат берет довольно крупного парня, легко прихватывая, будто щенка за шкирку. А после все также невозмутимо и без особых эмоций вышвыривает его в коридор, захлопывая дверь.

— Нехер девушек обижать. Деньги требовать, — продолжает. — Совсем охуел. Но я с ним потом еще поговорю. Объясню.

Еще?..

Разве этого мало?

В напряжении смотрю, как Булат приближается ко мне. Сейчас он кажется еще выше и массивнее. И чем-то недоброе разгорается в его темных глазах, потому решаю сразу обозначить:

— Спасибо вам большое за помощь. Я заплачу, сколько скажете. Сейчас у меня не так много денег, но я найду.

— Чего? — усмехается. — Зачем мне твои деньги?

— Ну как же…

— Это я тебе заплачу, когда закончим, — обрывает.

— Что? Извините, мне кажется, вы как-то не так… — с трудом подбираю слова, ведь в голове вакуум.

— Завязывай эту болтовню, — отрезает Булат. — Трахаться хочу.

Тяжелые ладони опускаются пониже поясницы, наглядно показывая, что он прямо сейчас намерен приступить к тому, о чем говорит.

— Но вы же сами сказали, — запинаюсь, голос срывается. — Девушек обижать нельзя. А теперь?

— Так я тебя не обижу. Выебу и отпущу, — в глазах опасные искры, на губах оскал. — Голодный я. После боя. Перед выходом на ринг трахаться нельзя. Пиздец какой аппетит за эти две недели нагулял. Надо выпустить пар.

+++

Дорогие читатели, огромная просьба поддержать книгу лайком ("звездочка" в приложении или кнопочка "мне нравится") и добавить в библиотеку, чтобы не потерять! Будем очень рады вашим комментариям!

ВАШИ ВПЕЧАТЛЕНИЯ - ОГОНЬ НАШЕГО ВДОХНОВЕНИЯ!

листаем дальше, там еще прода ===>>>>>>>>>

2

Смотрю в его горящие глаза и не верю, что все это происходит со мной на самом деле. Чувствую его тяжелые ладони на своем теле и все сильнее холодею изнутри.

Как я могла так сильно влипнуть?

А ведь этот вечер должен был стать особенным. Подруга пригласила меня на свой день рождения. В элитный ночной клуб.

— Маша, это самое крутое место в городе! — сейчас ее голос звонко отбивается у меня в ушах.

Мысленно возвращаюсь в прошлое. Вспоминаю, что у меня тогда возникло дурное предчувствие, но Инесса настойчиво уговаривала, расхваливала заведение. Загорелась этой идеей, даже слышать ничего не хотела.

— Ты же собиралась отметить дома, — замечаю. — Позвать всех, посидеть нашей компанией.

— Ну да, у меня нет денег оплачивать поход в кафе для кучи девчонок. А если не позову, то обидятся.

— Мы могли бы сброситься, — предлагаю.

— Нет, теперь это не важно, — решительно произносит подруга. — Маш, ну ты реально не понимаешь? Есть только два пригласительных. Без них в этот клуб вообще не попасть. А мне повезло. И я выбрала тебя. Из всех! Потому что мы с тобой лучшие подруги.

Вообще, после окончания школы мы не слишком хорошо общались. Инесса была уверена, что я пойду учиться вместе с ней в одно училище, а у меня приняли документы в академию.

Кажется, тогда между нами словно черная кошка пробежала.

— Академия? — услышав новость о моем поступлении, она сначала даже не поверила, а потом будто расстроилась. — Ну все. Теперь найдешь себе всяких дружков-мажоров. Там же элита учиться. Дети богачей и политиков. У тебя будут новые друзья.

— Ин, ну что за глупости?

— Бросишь меня, — отмахнулась она.

Вот только в итоге сама же и перестала со мной говорить. До недавнего времени.

Я была рада, что мы снова начали общаться. Наверное, настоящих друзей ты находишь именно в школьные годы. Вопреки опасению Инессы меня совсем не тянуло общаться с мажорами.

Возможно, все потому что один из местных представителей элиты некоторое время прохода мне не давал.

Прохор Астафьев.

Он был на пару лет старше. Нигде не учился, не работал. И одно время он буквально преследовал меня.

Заметил на выпускном, когда приехал за своей подружкой. И все. Не думаю, что могла ему настолько сильно понравиться. Скорее всего он не привык, когда ему отказывают. Взбесился — и началось.

К счастью, последние несколько недель все было тихо. А совсем скоро я должна буду уехать в академию, которая находится за городом. Поэтому мы вряд ли встретимся в ближайшее время.

Нельзя всех мажоров судить по одному лишь Астафьеву. Но его грязные приставания настолько извели, что я решила на всякий случай держаться подальше от богатых парней.

В тот элитный клуб совсем не хотелось идти.

— Ну что ты сомневаешься? — восклицает Инесса. — Прохора там точно не будет. Не волнуйся. Я слышала он с какой-то моделью укатил на Мальдивы. Зря ты его в оборот не взяла. Могла сейчас тоже на золотом песке загорать.

— Ин, прекрати.

— Ладно, шучу. Знаю, что тебя кроме учебы ничего не интересует. Но давай хоть раз сделаешь исключение, а? Ради меня. Пойдем в клуб, классно время проведем. Потанцуем. Нам давно уже по восемнадцать. Так чего ты вечно боишься? Ну точно малолетка.

Видя мою реакцию подруга использовала последний аргумент.

— Если ты никуда не пойдешь, то я тоже не пойду. Вообще, не стану свой день рождения отмечать. Этого хочешь?

— Нет, конечно.

— Тогда пошли.

И я согласилась.

Чтобы этим вечером узнать, как Инесса меня предала и подставила.

Прохор не просто был в этом клубе. Как выяснилось, именно он все это и устроил. Подговорил Инессу меня привести.

— Да что ты вечно ломаешься? — схватил он меня за руку, грубо потянул за собой.

— Пусти, — оттолкнула его, отошла.

— Значит, так, да? — хмыкнул Астафьев. — Валяй. Иначе договоримся.

Он вдруг столкнул бутылку со стола. Осколки разлетелись по полу. Багровая жидкость залила пол.

— Знаешь, сколько эта бутылка стоит? — процедил Прохор. — Ты за всю свою жизнь столько не заработаешь. И твоя нищебродская семейка тоже.

— Да я эту бутылку пальцем не тронула!

— Тронула, — уверенно произнес он. — Ты же ее и разбила. Верно говорю, пацаны?

Его дружки как по команде начали кивать.

— Теперь будешь расплачиваться, — довольно ухмыльнулся Прохор, опять хватая меня за плечо. — Как я скажу.

В тот момент казалось хуже не будет.

А теперь…

Обмираю в жестком захвате Булата. Этот мрачный и пугающий тип выглядит гораздо более угрожающим, чем Астафьев. Да что там говорить. Ощущение, будто голодный зверь на меня смотрит. Момент — и набросится. Сожрет.

3

Рано я обрадовалась, что меня от Прохора спасли. Он, конечно, мерзкий, неприятный, но такого ужаса даже близко не внушал.

Какая же я дура. Еще недавно пялилась на этого Булата, чуть ли не любовалась им.

Красивый. Притягательный. Ну он и сейчас такой. Но эмоции теперь вызывает совсем другие. В его руках леденею все сильнее. Мысли путаются, мешая думать, не позволяя ничего толком вымолвить.

Что за день? Все складывается хуже некуда. Одно к одному.

Сначала Инесса.

Предательство подруги ранило больно. Такого поступка от нее не ждала.

Смотрела на девушку, с которой долгие годы близко общалась, и словно не узнавала ее.

Зачем она меня подставила? Тем более, настолько цинично.

Я же верила ей.

Вероятно, чувства отразились на моем лице, ведь она сама начала говорить.

— А как ты хотела? — бросила мне Инесса, прежде чем просто развернуться и уйти, оставляя меня в компании пьяного Астафьева и его дружков. — Что, всегда все самое лучшее только тебе одной? И учёба в элитной академии? И крутые парни? Ну знаешь, тебе и сейчас повезло.

Она усмехнулась.

— Видишь, как Прохор на тебе залип? Никак забыть не может. И что в тебе такого? — фыркнула. — Не пойму. Самая обычная.

— Почему ты так себя ведешь? — выдала наконец, ее поступки и слова в голове не укладывались. — Что я тебе сделала, что ты так со мной?

— Ой, хватит тут строить драму. Будь ты реально умной, давно бы переспала с Прохором и залетела. Жениться он на тебе не станет. Это понятно. Ему родня не позволит. Но алименты бы платил. В общем, советую перестать строить из себя монашку и воспользоваться таким удачным случаем. Или у тебя еще мажоры в женихах есть? Не смеши.

Выдав мне все это так, будто и сама не прочь бы этим планом воспользоваться, Инесса ушла.

А я оказалась во власти Астафьева. Пугало, что он пьян. Кажется, сильно.

Взгляд какой-то… осоловевший, масляный. И сколько бы я не отталкивала его от себя, не убирала его руки со своего тела, он меня опять хватал.

Его друзья ржали. Вид у них был тоже не совсем трезвый.

Я закричала. Звала на помощь. Но охрана словно бы не реагировала. Не замечали они ничего. Даже в другую сторону отвернулись. Из других гостей клуба тоже никто не спешил прийти на помощь.

Наконец, Прохор разбил бутылку. Намеренно. Вероятно, решил, что так точно добьется своего. Если я буду ему должна.

Возникло ощущение, будто я попала в бесконечный ночной кошмар. И никак не могу проснуться.

Поднялся шум.

Под хохот своих дружков Астафьев тянул меня из общего зала в какую-то вип-комнату. А я как могла упиралась, сопротивлялась насколько хватало сил.

К сожалению, физически подонок был намного крепче меня. Выше, крупнее.

Но тут к нам приблизился администратор клуба.

— Извините, господин Астафьев, — произнес мужчина. — Вы, разумеется, наш постоянный клиент. Однако эта ситуация… хм, у вас возникли проблемы?

— Нет у меня проблем, — отрезал Прохор. — Она разбила бутылку с нашего стола. А это «Дон Велиньон». Так что… пускай расплачивается.

— Ничего я не разбивала! — выпалила. — Вы же можете по камерам проверить. Не трогала я ту проклятую бутылку. Он сам… сам все…

Вспыхнула надежда, что администратор мне все же поможет. Получится до него достучаться.

— И кому вы поверите? — резко спросил Прохор. — Мне или ей?

Администратор нахмурился, медленно покачал головой.

— Я очень советую вам решать свои вопросы потише. Вы же знаете, что Хазаров наш частый гость. А он не одобряет беспредел в тех заведениях, где бывает.

— Нормально все, — хмуро бросил Астафьев. — Уверен, сегодня Хазаров занят. И ему точно не до такой херни.

Хазаров…

Впервые услышала эту фамилию.

Судя по словам администратора, это довольно серьезный человек.

Астафьев как-то стушевался при упоминании о нем. Но толком я ничего сообразить не успела, ведь дальше он все же затащил меня в отдельную комнату. И там продолжил сыпать пошлостями и пытался раздеть меня. Пока не появился незнакомец. Не спас от этого урода.

Но только жестокая ирония в том, что спас он меня для того, чтобы самому надругаться.

Теперь, чувствуя как время стремительно истекает, в моей голове снова вспыхивает эта фамилия.

Хазаров. Будто озарение.

А что если на Булата подействует?

Я должна хотя бы попробовать.

— Пустите меня, — говорю, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Хазарову это не понравится.

Булат смотрит на меня как-то странно. Он угрюмый, мрачный. И сейчас что-то все же меняется в его лице. Но я не могу понять, что именно.

Не важно. Дороги назад все равно нет.

— Хазаров не любит беспредел, — нервно сглатываю и повторяю слова администратора.

— Да, — неожиданно соглашается Булат.

Вот только Астафьев не волновался. Лишь слегка напрягся. Был уверен, что Хазаров занят чем-то и сегодня не придет в этот клуб.

Придется соврать. Отчаянно блефовать. Другого выбора у меня нет.

— Я слышала, что Хазаров приедет в клуб. Так администратор сказал. И ему… ему все это очень сильно не понравится. Отпустите меня.

Булат молчит. Очень внимательно на меня смотрит, а потом вдруг произносит:

— Не волнуйся, — криво усмехается. — С ним я договорюсь.

+++

друзья, большая просьба написать коммент и поставить лайк (звездочку на книгу), если она вам нравится! Ваша активность для нас очень важна! Это наше вдохновение!

4

Сердце судорожно сжимается. Обрывается, падая в пятки.

Вот и все…

Последняя надежда как-то вырваться из западни сгорает дотла.

И почему я вообще решила, что этот неизвестный Хазаров станет мне помогать? Мы даже не знакомы. Может он и Булат вообще приятели? Ну не похоже, будто Булат хоть как-то напряжен. У Астафьева была совсем другая реакция. А этот спокоен. Даже бровью не ведет. Только плотоядно оскаливается, продолжая внимательно меня изучать. Притягивает крепче. И я невольно обмираю. Он настолько сильно впечатывает меня в свое тело, что я могу чувствовать ВСЕ. Его бедра вбиваются в мои. Выразительно. Жестко.

— Что, залипла? — хрипло спрашивает Булат. — Так тебя еще не трахали.

Да я в принципе еще никогда не…

Но то, что сейчас чувствую, пугает до дрожи. Он слишком горячий. Слишком большой. И кажется, таким только убивать.

Земля уходит из-под ног.

Меня держат за бедра, не давая ни единого шанса ускользнуть.

Задыхаюсь. Лихорадочно соображаю, что еще можно сказать. Но тут Булат резко подхватывает меня на руки, напрочь выбивая воздух из легких этим стремительным перемещением.

— Ты что делаешь? — вырывается у меня сквозь сдавленный выдох. — Ты куда меня несёшь?

— К себе, — хмыкает. — Вижу, что здесь ты не расслабишься. Напряженная вся. По ходу этот долбоеб Астафьев тебя сильно напугал.

Да. А ты пугаешь еще больше!

Так и тянет выпалить ему это. Кажется, он считает, что меня лишь Прохор довел до такого заторможенного состояния, а он сам тут совсем не причем. Но это не так!

Пытаюсь объяснить. Даже открываю рот, когда…

— Для начала можешь мне отсосать, — заявляет Булат таким будничным тоном, словно предлагает заварить ему кофе. — Привыкнешь к моему члену. Потом легче пойдет.

Все внутри сжимается от негодования.

— Не буду я ничего отсасывать, — тут уже нервы окончательно сдают.

И вероятно, я совсем устаю бояться. Потому что во мне что-то словно бы отключается. Паника отходит на второй план.

— А ты забавная, — усмехнувшись, произносит Булат, будто я и правда сказала что-то смешное. — Но с игрой не перегибай.

— Какой игрой? — чуть дыша.

— В недотрогу, — бросает ровно.

Он думает, я притворяюсь? Изображаю что-то? Ладно, хорошо. Значит, надо все спокойно объяснить и тогда…

Булат выносит меня из вип-комнаты на руках. И я растерянно наблюдаю, как двое охранников как раз уносят Прохора. Он прижимает ладонь к лицу. Между пальцами струятся кровавые потеки. Астафьев глухо стонет.

Видимо, у него сломан нос. И наверное, еще что-то, ведь другой рукой он держится за ребра.

Кажется, Булат ударил его один раз. Но… может и больше.

Страшно представить, какая чудовищная сила скрывается в руках, которые держат меня сейчас. Спокойно, уверенно, даже… с осторожностью?

Мне Булат боли не причиняет. Пока — не причиняет. Но я уже понимаю, что его руки способны на жуткие вещи. Как и он сам.

Такой сломает и не заметит.

Оцепенение накатывает опять. Однако когда Булат начинает подниматься по лестнице наверх, мне все же удается разлепить губы и произнести:

— Я не играю. Я правда не…

— Завязывай, — обрывает он. — Знаю, какие девки тут собираются.

— Моя подруга собиралась отметить день рождения. Ей чудом удалось достать два приглашения, поэтому…

— Эти приглашения как раз шлюхам и дают, — слегка кривится и ловит мой взгляд: — Ты меня наебать хочешь?

— Нет, я, — запинаюсь, а после уже отчаяние накрывает. — Это правда!

— Знаешь, что бывает с теми, кто меня наебывает? — спрашивает мрачно.

Оскал у него недобрый. Взгляд откровенно угрожающий.

Застываю. Потрясено осознаю, как он толкает дверь ногой. Легко вроде бы, но так, что та отлетает к стене, ударяется с гулким звуком.

Мы снова наедине. Умом понимаю, что бесполезно кричать, звать на помощь.

Если с Астафьевым это не спасло, то с Булатом точно не сработает.

Он бросает меня на кровать. А я нервно отползаю по матрасу дальше и в шоке смотрю, как Булат берется за край футболки, поднимает, чтобы стянуть ее через голову…

Но тут раздаётся резкая мелодия.

Отстраненно осознаю, что это звонок.

Точно! Ему кто-то звонит.

Он отпускает футболку, достаёт телефон из кармана брюк. Хмурится, глянув на экран. И на миг кажется, сейчас сбросит вызов, снова займется мною. Но помедлив еще несколько секунд, все же отвечает и рявкает:

— Да.

Не знаю, что ему говорят. Но вид у Булата сейчас раздраженный, недовольный.

— Это что, блять, так срочно? — хмуро спрашивает он.

Опять молчит, видимо, слушая своего собеседника и отрывисто бросает:

— Да понял я, сука, понял. Сейчас решу.

Убирает телефон. Переводит потемневший взгляд на меня:

— Жди тут, — говорит. — Я скоро вернусь.

В напряжении наблюдаю, как он разворачивается и выходит из комнаты. Вздрагиваю от щелчка замка. Наверное, наивно было полагать, что уходя отсюда, он меня не закроет.

Но что если…

Лучше все проверить.

Соскальзываю с кровати. Бросаюсь к двери. Несколько раз дергаю, кручу ручку.

Ничего. Закрыто.

Поворачиваюсь. Осматриваюсь. Стараюсь успокоить нервно колотящееся сердце.

Хотя бы короткая передышка есть. Может, найду способ отсюда как-то выбраться?

А может мне повезет и Булат еще не скоро приедет?

Что же делать…

+++

Друзья, сегодня крутая скидка на однотомник "Лютый" и я дарю вам промо https://litnet.com/shrt/cOop

— Эту хочу.
Лютый буравит взглядом блондинку за барной стойкой.
— Она же просто… обычная посетительница. Не из моих девочек. Но у меня есть товар на любой вкус. И обслужат по высшему разряду.
— Ее, — отрезает.
Лютый голоден. Видно. Этой ночью блондинку не только взглядом будут буравить. Повезет ей, если сможет ноги под утро сдвинуть и вообще из-под этого амбала выползти.

OjubVCXs

5

Решаю обойти комнату. Посмотреть, что тут есть. Шагаю вперед, прохаживаюсь по кругу, стараясь внимательно изучить каждую попадающуюся мне деталь.

Вероятно, это отель. Располагается прямо в здании клуба.

Как только меня угораздило здесь оказаться. Так глупо. Поверила Инессе — и вот, куда меня это привело.

Хотя разве был повод ей не верить?

Теперь бесполезно сожалеть. Надо думать, как отсюда выбраться. Отдергиваю штору, изучаю окно.

Тут установлены решетки. Но даже если бы их не было, то это третий этаж. Или даже четвертый. За стеклом темень, трудно понять наверняка. Однако сейчас это не важно. Через окно выбраться не получится.

Закрываю шторы, прохожу дальше. За дверью оказывается ванная комната. Невольно застываю и присматриваюсь.

Зубная щетка. Несколько тюбиков на раковине. Подхожу ближе. Шампунь, гель для душа. Вообще, это не похоже на те миниатюрки, которые оставляют для постояльцев в отелях. Да и зубная щетка…

Все выглядит так, будто это личные вещи. Но за пределами ванной ничего личного нет.

Или я ошибаюсь?

Прикрываю дверь, разворачиваюсь и подхожу к шкафу. Там почти пусто. Но я замечаю несколько футболок. Брюки. Обувь внизу.

Он что, живет тут?

Ну может, приехал в город на некоторое время. Ладно, это тоже мне никак не поможет.

Закрываю шкаф и снова оглядываюсь по сторонам, когда вдруг слышится звук открываемой двери.

Даже не знаю, как я не подскакиваю на месте. Страх накрывает, буквально ошпаривает. Но я настолько цепенею, что двинуться не могу.

Вернулся? Так быстро?

Отчаяние захлестывает, однако уже в следующую секунду потрясенно наблюдаю, как в проеме показывается девушка. На ней униформа официантки этого проклятого элитного клуба. Она закатывает в комнату тележку и закрывает за собой дверь.

— Для вас оформлен заказ в номер, — сообщает девушка, плавно толкая тележку вперед. — Несколько блюд. Напитки. Но возможно, вы хотите чего-нибудь еще?

Механически смотрю на тележку.

Несколько блюд? Да тут как будто самые лучшие позиции из меню. Это что же, черная икра? Баночка открыта, поставлена в большую хрустальную емкость с колотым льдом.

Инесса мне все уши прожужжала блина с черной икрой. Даже фото какие-то показывала. Похоже все выглядит.

Ну да, вот рядом и блины. А еще морепродукты. Устрицы, креветки.

В голове звучит голос моей подруги:

— Ну нам такое, конечно, не по карману. Но может кто-нибудь угостит, а? Маш? Или хотя бы сфоткаемся с едой на соседнем столике.

— Ты чего, Ин? Не говори глупости. Или ты шутишь?

— Да какие шутки? — как будто даже оскорбилась Инесса. — Надо же будет что-то запостить. Классные фотки. Ты только прикинь, как все от зависти лопнут, если увидят нас за столиком с черной икрой.

Теперь понимаю, что мне стоило прислушаться к фразам подруги раньше. До того, как она заманила в западню.

Но прежде все это я принимала скорее за странный юмор…

Да уж. Угостили черной икрой. Угостили так угостили! Нарочно не придумаешь. Подвисаю, ощущая, как снова накрывает истерика.

Только тут отвлекает вопрос девушки:

— Вам открыть шампанское или вино? — интересуется она.

— Не надо.

— Простите?

— Не надо ничего открывать, — говорю громче.

— Вам не нравится? — в ее голосе сквозит такое волнение, что я даже отвлекаюсь от собственной тревоги на миг. — Извините, но это самое лучшие позиции, которые у нас представлены. Однако если у вас другие вкусы, то я могла бы…

Она как будто испуганна.

Из-за моей реакции?

— Это самое дорогое, — продолжает. — Самое…

Ну одну из бутылок я помню. Астафьев как раз такую разбил сегодня.

— Нет, вы меня не поняли, — замечаю. — Я вообще не пью. Не нужно никакого алкоголя.

— Вы уверены?

Очередной вопрос ставит меня уже в тупик.

— Да, — отвечаю тихо. — А почему вы так спрашиваете?

— Ну может вам не помешало бы немного расслабиться, — произносит девушка, немного помедлив, а после улыбается, как будто и меня хочет приободрить: — Я вас здесь раньше не видела. Наверное, вы с Булатом впервые. И… вы бы лучше выпили. Тем более, он сам так сказал, когда приказал доставить вам заказ в номер. Пускай выпьет, расслабится. Вот приблизительно так сказал. А если Булат что-то говорит, то лучше сразу слушаться его. Тогда и проблем никаких не будет. Знаете, ему нравятся послушные девушки.

— Послушные? — повторяю заторможенно.

— Лучше делать, как он говорит, — продолжает официантка. — Он может вам показаться… хм, жестковатым. Но Булат очень щедрый. Никого никогда не обижает.

Кажется, она искренне старается меня успокоить.

Только от каждой новой фразы мороз лишь сильнее сковывает меня изнутри, мешая соображать.

+++
дпузья, переходите в мой телеграмм-канал "Валерия Ангелос". Там очень много всего крутого и классного! Жду вас. Просто вводите мое имя автора в поиск телеграмм и найдете канал. Много визуалов, видео, мои личные фото и посты, а еще спойлеры бывают, инфа о новинках:)

6

— И много девушек тут побывало? — спрашиваю, не выдержав. — Над многими он поиздевался?

Ее лицо словно вытягивается.

— Нет, ничего подобного не было, — девушка отрицательно качает головой.

— Потому что все были послушные? — кажется, меня все сильнее накрывает истерика. — Делали все, что он говорил?

— Нет, вы… мне кажется, вы меня совсем неправильно поняли, — вздыхает она как-то нервно и судя по всему хочет поскорее закончить наш разговор. — Вообще, я не должна такие темы обсуждать.

Официантка начинает отдаляться к выходу.

— Если вам что-нибудь потребуется, то…

Мои нервы в этот момент сдают окончательно. Умом понимаю, что шансов ничтожно мало, но других вариантов пока придумать не выходит.

— Помогите мне, — выпаливаю. — Пожалуйста.

Глаза девушки расширяются. Словно от удивления. Она даже застывает.

И я шагаю ближе.

— Давайте, я просто уйду, — продолжаю. — Вы дверь не закроете и… все. Давайте договоримся. Прошу вас. Денег у меня не так много, но я найду нужную сумму. Заплачу, сколько скажете.

Теперь в ее глазах плещется откровенное недоумение. Будто она искренне не понимает, что кто-то может отказаться от… хм, общения с Булатом.

— Так он вам поможет, — замечает она, помедлив еще немного.

— Он?

— Булат, — продолжает. — Говорю же, он щедрый. И всегда поступает по справедливости. У него очень много денег.

Здесь я уже взорваться готова.

Какая тут справедливость? В чем? Меня он силой приволок в эту комнату, удерживает и дальше ничего хорошего не ждёт. Понятно, куда все клонится.

— Я не могу, — замечаю и мой голос предательски дрожит. — Не хочу.

— Вам, — она запинается. — Вам все равно лучше прямо с Булатом поговорить.

Мне лучше отсюда сбежать.

Понять бы — как?..

— Пожалуйста, — повторяю. — Мне… очень надо уйти.

Отчаянно сдерживаю себя, чтобы не наболтать лишнего.

Какое-то странное отношение у нее к Булату. Может он вообще ей нравится. Потому что не столько страх чувствую от этой девушки, сколько восхищение. Даже рассказывает о нем словно бы с придыханием.

— Да как же я вас выпущу? — наконец произносит официантка и снова пятится назад. — Повсюду охрана. Все знают, что Булат вас в свою комнату принёс. Вернётся. Вы его ждёте. Ничего не получится.

— Но если, — начинаю и осекаюсь.

А ведь у этой девушки могут быть проблемы из-за меня. Если она все же уступит, поможет мне.

— Извините, не могу, — выпаливает она, бледнея, и уже почти у двери застывает, чтобы прибавить: — Вы главное делайте все, что Булат скажет. Не спорьте с ним вот так. Тогда будет хорошо.

Еще секунда — девушка уходит, плотно прикрыв дверь.

Ладно, наверное, и правда было глупо надеяться, что я сумею настолько легко ускользнуть отсюда.

Охранники видели, что он меня сюда принёс. Вероятно, если выйду, они все равно не дадут мне далеко уйти.

Обнимаю себя руками. Начинаю ходить по комнате взад-вперед. Пытаюсь что-то придумать, но мыслей нет.

Перед глазами словно пелена, поэтому не замечаю, как в один момент случайно наталкиваюсь на тележку.

Вскрикиваю. Отталкиваю ее от себя. Колесики скользят по гладкой поверхности пола. И тележка легко разгоняется, чуть ли не врезаясь в дверь. Где ее перехватывает… Булат.

Мое сердце пропускает удар.

Леденею, глядя на массивную фигуру на пороге.

— А тебе, смотрю, спокойно не сидится, — хмыкает он. — Ты и на члене такая неугомонная?

Булат небрежным жестом отталкивает тележку в сторону. Но я замечаю, как он проходится по ней взглядом.

— Что, ничего не понравилось? — спрашивает и переводит глаза на меня.

— Мне домой надо, — говорю тихо. — Срочно.

— Утром тебя отвезут.

— Утром?

— Когда я с тобой закончу.

Он приближается вплотную. Неторопливой хищной походкой. И чувство возникает такое, будто зверь прямо на меня смотрит. В упор.

Булат выглядит… спокойным. Но при этом никаким спокойствием от него даже близко не веет. Только чем-то диким, разнузданным, бешеным.

Он обходит меня вокруг. Наверное, так животные изучают свою добычу. До того, как наброситься и сожрать.

Булат останавливается за моей спиной. Ничего не говорит. Но кажется, так все ощущается еще более жутко.

Холодные мурашки пробегают по спине, когда он вдруг с шумом втягивает воздух над моей макушкой. Тяжелое дыхание слегка щекочет кожу. И я ничего не могу сделать, чтобы побороть нервную дрожь, которая охватывает каждую клетку моего тела.

— Ты чего такая перепуганная? — хрипло интересуется он.

Не понимает?..

— Отпусти меня, — говорю. — Пожалуйста. Я никому ничего не скажу.

— Не скажешь — о чем? — хмыкает.

— Ни о чем не скажу. Просто, — сглатываю с трудом. — Дай мне уйти. Спасибо, что помог, но… я совсем не та девушка, которая тебе нужна.

— А это уже я решу, — отрезает Булат таким тоном, от которого волны холода становятся сильнее, всю меня захлестывают.

— Ты, — начинаю и осекаюсь. — Тебе не понравится. Знаю точно.

— Даже так?

Рычащие ноты в его голосе будто кипятком обдают. И меня теперь все сильнее трясет.

— Д-да, — отвечаю, невольно запнувшись. — Говорят, ты любишь послушных. А я… ну не такая. И вообще тебе совсем не подхожу.

Не выдерживаю напряжения. Разворачиваюсь к нему и выдаю:

— Пожалуйста, можно я просто уйду?

— У меня есть идея получше, — заявляет Булат, склоняя голову к плечу. — Ты встанешь на колени и возьмешь мой член в рот. А к утру сама удивишься, какой послушной можешь быть.

7

Наверное, никто и никогда не смотрел на меня настолько… выразительно. Не заставлял одним своим взглядом содрогаться от зашкаливающего напряжения внутри. Не вынуждал колени подгибаться, а пол ускользать из-под ног. При этом Булат даже голос не повышает. Недавние фразы он вообще словно бы тише произносит. Но сам тон настолько подавляющий и внушительный, что у меня сердце падает вниз.

Отчаяние накрывает.

Тяжело поверить, что еще недавно Астафьев казался мне главной проблемой. Охамевший мажор, упивающийся собственной вседозволенностью.

Булат на мажора вроде бы не похож. Не то чтобы я была специалистом. Вероятно, мажоры все разные.

Однако он… он способен за считанные секунды навеять настоящий ужас. Довести до нервной дрожи. И для этого ему не надо орать, устраивать пьяную истерику как делал Прохор, не надо хватать меня за руки, тащить куда-то. Ему достаточно просто смотреть. Вот как сейчас. Пристально. Безотрывно. Давая понять, что дороги назад нет. Из этой западни не выбраться.

Лихорадочно пробую сбросить охватившее меня предательское оцепенение. Нужно что-то придумать. Что-то сообразить. Должен быть какой-то способ. Просто я его пока не вижу.

Все, на что у меня пока хватает сил, это отшатнуться назад. Отойти на несколько шагов от него, чтобы увеличить расстояние.

Жаль, это едва ли помогает.

Возможно, наоборот. Делает ситуацию хуже. Если такую тяжелую ситуацию можно сделать хуже.

Начинаю сильно сомневаться. Во всем.

— Хочешь сыграть по-плохому, — произносит Булат.

Не спрашивает. Утверждает.

Отрицательно мотаю головой.

Никак я играть не хочу. Особенно с ним.

И почему он так быстро вернулся? Почему настолько сильно не везет?

— Нет, я просто… — начинаю было.

Договорить он мне не дает.

— Вижу, что сама нарываешься, — заявляет Булат. — Любишь жестко? Не проблема.

Оскаливается угрожающе. Так, что я кажется вовсе перестаю ощущать свой собственный пульс.

— Мне это даже больше заходит, чем обычный секс, — замечает он дальше, заставляя меня заледенеть, нервно сжаться. — Без всех этих соплей. Без нежностей. Без поцелуев. Чисто трах.

Нет, нет, у меня совсем иначе.

Иначе люблю!

Так и подмывает нечто такое выпалить, но у меня язык не ворочается, чтобы хоть что-то из себя выдавить, хоть мало-мальски осмысленную фразу ему в ответ выдать.

Вообще, я не знаю, как мне «заходит». Опыта у меня ноль. Но это не мешает понять, что то, что по вкусу самому Булату, точно будет мимо меня.

Первый раз…

Здесь? С ним?

От одной мысли кажется, что перед глазами все плывет. Стены комнаты будто сдвигаться начинают. Настолько сильно на меня вся эта атмосфера давит.

Отчаянно стараюсь понять, что могу сделать, чтобы спастись. Пока ничего на ум не приходит.

Сказать ему правду? Что я не та девушка, которая ему нужна?

Страшно.

А вдруг это лишь только сильнее спровоцирует?

Еще не идут из головы слова официантки. О том, что нельзя с ним спорить, перечить ему. Лучше сразу слушаться. Во всем.

Застываю в растерянности.

Булат опять обходит меня. Будто зверь загоняет. Останавливается позади, делает глубокий вдох, вынуждая судорожно поежиться.

Почти уверена, что сейчас он меня схватит.

Еще доля секунды — станет слишком поздно.

Надо либо сейчас говорить ему правду. Либо… боюсь, если хоть немного задержаться, то мне уже ничего не поможет.

Однако как я не стараюсь выдавить из себя хоть слово, ничего не получается. В горле забивается стальной ком. Фразы не идут с языка.

Бешеные толчки пульса оглушают.

Меня всю колотит.

Как вдруг…

Растерянно осознаю, что Булат отходит в сторону от меня. Нервно оборачиваюсь. Мне нужно понимать, куда он двинулся, что намерен предпринять дальше.

Заторможенно наблюдаю, как он усаживается в кресло, которое стоит возле стены. Достает пачку сигарет, зажигалку.

Будто завороженная наблюдаю за его неторопливыми движениями. Смотрю, как он открывает пачку, достает сигарету.

Щелкает зажигалка. Загорается огненный всполох.

Булат закуривает. Лениво, как-то небрежно. Под стать всем своим остальным действиям. Он производит расслабленное впечатление, однако меня не оставляет чувство, будто это все просто иллюзия. Напускное. А на деле — он предельно собран. В любой момент готов к броску. Будто прирожденный хищник. Кровожадный, дикий.

Его хриплый голос действует как удар.

— Давай на колени, — произносит Булат, выдыхая дым в потолок. — Покажи мне, что ты умеешь.

Он вальяжно располагается в кресле, широко расставив ноги, а после выразительно кивает вниз, четко показывает, чего от меня хочет.

Мой взгляд механически скользит туда. И я не могу не заметить крупный бугор, который проступает ниже стальной пряжки ремня, натягивает ткань брюк.

Грудь сдавливает. Биение сердца все чаще.

Мой желудок будто ошпаривает от тревожной вспышки.

— Нет, — отвечаю тихо, едва двигаю губами, а потом эмоции вырываются на волю: — Ничего я не умею. Я… девственница. Не буду я…

Отрицательно качаю головой. Отступаю назад. Еще несколько нервных шагов дают хрупкое ощущение контроля.

Но я же понимаю, что этому Булату ничего не стоит настигнуть меня. Если он захочет, если решит так, то…

Вся надежда теперь, что моя невинность его отпугнет. Вот только в черных глазах горит жгучая похоть, а губы кривятся в зверином оскале.

— Целка? — выдает мрачно.

Пристально вглядывается в мои глаза, а потом так жадно изучает мою фигуру, что кажется, уже никакая девственность не поможет. Плевать ему на все. Не отпустит.

— Свободна, — будто громом бьет.

Что?..

— Проваливай, — резко кивает на выход, а потом угрожающе прищуривается: — Но больше не попадайся мне на глаза. Еще хоть раз увижу — будешь подо мной.

Пулей вылетаю из комнаты. Пока он не передумал. Выдыхая с облегчением, не подозреваю, что скоро мы столкнемся опять.

8

Я торопливо опускаюсь вниз по лестнице. Не хочу здесь задерживаться ни секунды.

Страшно.

Вдруг этот Булат передумает? Он так легко отпустил меня. Подозрительно легко. Но думать об этом сейчас не могу. Без того вся на нервах. Шатает.

Лучше бы отсюда выбраться. И как можно скорее.

Сердце обрывается, когда перед самым выходом дорогу мне вдруг преграждает крупный охранник.

Замираю. Дышу с трудом.

Наверное, и правда все не могло закончиться настолько просто. Это какая-то игра? Ловушка?

— Я вас отвезу, — говорит охранник.

И я мигом отступаю на шаг назад.

— Не надо, — выдаю, чувствуя, как предательски пересыхает в горле. — Спасибо, но я сама доберусь.

— Вы, наверное, не поняли, — замечает он. — Булат распорядился вас проводить.

Хуже не придумать.

Сначала отпускает. Теперь так… не могу не думать о том, что тут скрывается подвох.

— Спасибо, но я… — запинаюсь. — Я лучше сама.

Охранник так и продолжает стоять. И на миг возникает ощущение, будто он сейчас меня схватит и силой куда-то затянет.

— Как вы собираетесь добираться? — наконец, спрашивает он. — Уже поздно. Вряд ли у вас получится вызвать такси. К тому же, для девушки будет небезопасно ехать в такое время одной.

А в их гадюшнике значит нормально все? Никаких вопросов по поводу безопасности?

Я же кричала. Звала на помощь. Еще когда Астафьев ко мне приставал. Никто не откликнулся. Всем было глубоко наплевать.

Нет, может, это место и считается элитным клубом для мажоров и влиятельных людей, как утверждала Инесса, однако то, что здесь творится, нормальным точно назвать нельзя.

— Я никуда с вами не поеду, — отвечаю тихо, но твердо.

Охранник хмурится. Растирает переносицу с уставшим видом.

Мне все сильнее становится не по себе.

Опасно с ним спорить. Особенно в моем положении. Но и соглашаться ехать с чужим человеком, тем более, после всего происшедшего сегодня, тоже просто безумие.

— Вам совершенно не о чем беспокоиться, — вдруг произносит охранник. — Вы можете быть абсолютно спокойны…

Ну да, конечно.

Спокойствие — то, чего мне точно теперь не хватает.

— Ты поедешь с ним, — хриплый голос обжигает.

Моментально оборачиваюсь.

Булат оказывается за моей спиной. Достаточно близко, чтобы меня снова накрыл шок, особенно от осознания того, что я пропустила момент, когда он снова подобрался практически вплотную.

Наблюдаю за тем, как он опять закуривает. Небрежным жестом достает очередную сигарету, щелкает зажигалкой. Выдыхает дым и…

— Или ты хочешь, чтобы я тебя сам отвез? — спрашивает он.

Ну что же, я не сажусь в машину к незнакомцам, но тут можно сделать исключение. Раз выбор по сути без выбора, ничего другого мне теперь не остается.

Лучше этот охранник, чем Булат.

Отворачиваюсь от него и тихо произношу:

— Хорошо.

Хотя, конечно, ничего хорошего в происходящем нет.

Дорога проходит как на иголках. Волнение сохраняется и тогда, когда машина заезжает в мой двор. Охранник выходит из авто следом за мной, провожает меня до самой двери.

Оказавшись в квартире, чувствую, что меня продолжает колотить.

К счастью, мои родители спят, не видят, в каком состоянии возвращаюсь, как сильно меня всю трясет.

Они не слышат, когда тихо открываю замок и проскальзываю в темный коридор.

Папа после ночной смены на заводе. У мамы тоже наверняка был тяжелый день. А я сказала, что переночую у Инессы. Они-то уверены, что ее день рождения отмечается дома, а не в каком-то ночном клубе. Потому не волнуются.

Охранник молча провожает меня до порога. Уходит.

А я, вероятно, могу порадоваться, что легко отделалась сегодня. Все-таки Булат поверил, отпустил. Хотя его угрожающие слова продолжают эхом звучать в моей голове.

Ну какая вероятность, что мы встретимся снова? Ничтожная. Наши миры не пересекаются. В тот клуб я больше ни на ногой. Да и вообще хватит с меня клубов.

Через несколько дней постепенно успокаиваюсь.

Все случившееся начинает казаться кошмарным сном. Далеким, нереальным. И это все словно бы не со мной происходило.

Учеба помогает отвлечься.

Знаю, что в академии очень высокие стандарты. Мне придется тяжело. Поэтому надо готовиться и прорабатывать материал заранее.

Однако вскоре появляется Инесса. Перепуганная. Бледная. И заводит очень странный разговор…

+++

Друзья, открылась подписка на книгу про Марата (как всегда - минимальная цена для первых покупателей) - https://litnet.com/shrt/xGqW

Там вас ждет ЖАРА!

9

— Стой, Маша! — выпавивает Инесса. — Подожди.

Она старается меня задержать, потому что сначала я просто пытаюсь уйти. Не хочу с ней общаться после всего произошедшего.

Надеялась, если мы и встретимся снова, то не скоро, ведь сейчас живем в разных районах. Год назад родители Инессы переехали, она вместе с ними. Учиться собирается в училище неподалеку от их нового жилья.

А я скоро уеду в академию.

Эта мысль меня сильно поддерживает. Это все словно бы начать жизнь с чистого листа.

Не хотелось бы мне сталкиваться с бывшей лучшей подругой. Или с Астафьевым. Даже старалась не думать ни про кого из них все эти дни.

Хотя конечно, какие-то мысли у меня все равно мелькали.

Например, я понимала, что Прохор, скорее всего, затаил на меня злобу. Ему же сильно досталось. Он и прежде мне покоя не давал, а после произошедшего в клубе, даже думать не хочется, на что этот мажор способен.

Однако последнее время все было тихо. Возможно, Астафьев все-таки уехал на Мальдивы или куда там его Инесса на словах отправляла.

— Маша, пожалуйста, — бросается она ко мне, хватает за руку. — Стой, это важно. Мне надо срочно с тобой поговорить.

— Извини, но разговаривать нам не о чем, — говорю ровно, и стараюсь освободиться от нее.

Но она продолжает меня крепко держать.

— Нет, ты не понимаешь, — бормочет. — Постой. Это… хм, не займет много времени. Ладно?

В ее фразах звучит настолько сильный надрыв, что я все же задерживаюсь. Наверное, играет роль то, что мы долго и хорошо общались раньше. У меня не получается все это перечеркнуть.

Глупо. Знаю. Однако даже после того, как Инесса цинично подставила меня, не могу перестать думать о том, что это все словно бы на ровном месте случилось.

Ну что я ей сделала? Почему она со мной так обошлась?

Неужели все эти годы, пока я была уверена, что мы близки, что с ней могу всем поделиться, сама Инесса испытывала нечто совершенно иное? Только и ждала возможности ударить? Получается так?

Вероятно, часть меня все же хочет разобраться.

А другая часть проявляет беспокойство, ведь Инесса выглядит непривычно взволнованной.

Что-то в ее глазах заставляет меня задержаться.

— Хорошо, — говорю. — Но убери руку.

Инесса смотрит на меня с опаской, будто полагает, что если отпустит, то я в тот же момент брошусь прочь от нее.

Однако все-таки отпускает.

— Маша, я, — запинается. — Ты, наверное, злишься из-за меня? Да? Ну после всего… ты, наверное, обижена?

Ну и вопросы.

Молча смотрю на нее, недоумевая, что можно на такое ответить. Как-то даже никаких вариантов в голове нет.

Угу. Обижена. Злюсь. А вообще, дело же совсем в другом. Только кажется, ей нет смысла что-то объяснять.

— Это то, о чем ты хотела поговорить?

— Нет, нет, — она суетливо мотает головой. — Я о другом сказать собиралась. Понимаешь, я не знаю, что именно произошло в клубе. Между тобой, Прохором, его друзьями. Ну когда ты с ними одна осталась. Я же не в курсе.

Теперь в ее глазах не столько тревога и страх… скорее похоже, будто Инесса рассчитывает на нечто плохое. В ее взгляде горит ожидание, что я с ней своими проблемами поделюсь. Под влиянием эмоций.

Только я ничем делиться не собираюсь.

А ей, похоже, лучше не знать, как мне чудом удалось уехать из клуба. Без последствий. И что ни Прохор, ни его дружки меня не тронули.

Боюсь, Инесса скорее расстроится, чем обрадуется, узнав про мою удачу.

Пауза затягивается, и помедлив еще немного, она продолжает:

— Ты прости меня, пожалуйста. Ладно? Я не хотела ничего плохого. Ну просто… я же знаю, какая ты зажатая и скромная. Думала, искренне помочь. Надеялась, между тобой и Прохором искра разгорится.

— Что? — вырывается у меня удивленно.

Нет, это уже слишком.

Так нагло лгать…

— Ин, ты прямо сказала, чего мне желаешь, — говорю. — Когда бросила меня одну в клубе, ты вообще много всего сказала. Уже не помнишь?

— Ну я немного тебе завидовала, — бросает она. — Вот и вырвалось лишнее. Но это не значит, что я не пыталась тебе помочь. Ты же постоянно в учебе. Про личную жизнь не думаешь. А знаешь, как быстро время пролетит? Вот стукнет тебе тридцать, так и будешь за книжками торчать? Ой, Маш, ну ты куда?

— Пойду, — говорю, направляясь к своему подъезду.

— Дай же я самое главное скажу, — она догоняет меня и останавливается впереди, нервно выставляя вперед руки, жестами показывая, чтобы я задержалась, а после торопливо бормочет: — Прости меня, очень тебя прошу. Не хочу никаких проблем. У моей мамы сердце слабое. Ты же знаешь. Вдруг ее инфаркт хватит? Она не выдержит, если со мной что-то дурное случится. А папа… ну у папы тоже здоровье плохое. Пожалуйста, Маш, не держи на меня зла. Мои родители не выживут, если я вдруг… ну в больницу попаду. Нельзя мне. Понимаешь, Маш?

Ничего я сейчас не понимаю.

Инессу не узнаю. Решила бы, что она просто издевается надо мной. Или это какой-то очередной ее план, чтобы меня опять в ловушку заманить. Ну кто знает? Доверять же ей точно нельзя.

Но подруга и правда сильно взволнована. Никогда прежде не видела ее такой нервной, взвинченной.

Тогда в клубе она преспокойно меня оставила в западне.

А теперь на ней словно лица нет.

— Почему с тобой должно что-то случиться? — спрашиваю, не выдержав.

— Ну а как? — нервно выдыхает. — Ты же знаешь, что с Прохором. Вот я бы и не хотела попасть под горячую руку, как Астафьев.

Видимо, на моем лице отражается настолько явное недоумение, что Инесса решает немного прояснить все.

— Прохор в больнице, — говорит она, внимательно глядя мне в глаза. — Его увезли как раз после той ночи. В тяжелом состоянии. На нем живого места нет. Так сильно его избили. Ты разве не в курсе?

— Нет, — качаю головой. — А я здесь причем?

Инесса как будто тушуется, но после опять берется за свое:

— Прости меня, Маша, если что не так… в общем, прости, пожалуйста. Больше никаких проблем от меня не будет. И сплетен разносить не стану. Я знаю, что он настоящий псих. Если даже с Прохором такое сделал, то страшно представить, как обойдется со мной. Астафьев мажор. А я… ну никто. Ты не губи меня, ладно? Не говори ему ничего. Хочешь, я на колени перед тобой встану?

10

Академия похожа на средневековый замок. Особенно центральный корпус, в котором живут первокурсники до распределения по факультетам. Это самая старая часть комплекса.

Интересно наблюдать, как современные технологии сочетаются с классической архитектурой. Лифты по соседству с винтовыми лестницами. Компьютерный класс больше похожий на космический корабль. И рядом библиотека. Высокие стеллажи. Редкие издания книг, которых в электронке не найти, а в печатном виде они сейчас чуть ли не в единичных экземплярах остались.

Уровень академии впечатляет. Во всех смыслах. И такая система обучения только здесь.

Есть четыре факультета. Прежде чем распределить студентка куда-то, проводится ряд различных тестов. По их результатам и принимается окончательное решение.

Речь не только о знаниях, об уровне подготовки. Тебя проверяют по всем параметрам, чтобы понять, где именно твои таланты и сильные стороны откроются лучше всего.

Диплом академии открывает любые двери. Но система обучения строгая. Серьезная нагрузка. Жесткие нормы дисциплины. Например, тут даже смартфонами пользоваться запрещено. Допускаются только обычные телефоны. Ну и домой поехать можно только на каникулах. В остальных случаях для первокурсников требуются отдельные разрешения, которые еще надо согласовать чуть ли не на уровне ректора.

В первый же день знакомлюсь со старостой нашей группы. Она кажется приятной девушкой, только немного напряженной и нервной. Однако я и сама сейчас волнуюсь.

Новое место. Столько новых людей вокруг. Хотя я очень рада оказаться тут. Как и думала, по-настоящему успокаиваюсь, чувствую себя в безопасности. Просто потому что тяжело представить в стенах академии Астафьева или… этого Булата.

Наконец, можно выдохнуть.

— Думаю, нам стоит объединиться, — замечает Виола на большом перерыве, когда мы идем в столовую. — В академии важно найти хороших друзей. Иначе будет тяжело.

Не совсем понимаю ее…

— Ну мы вроде нормально общаемся, — невольно улыбаюсь.

Виола хмурится.

— Ты же в курсе, что здесь жесткое разделение? — спрашивает она и еще сильнее мрачнеет, вероятно, увидев мое выражение лица. — Элита и простые студенты. Ну мы с тобой явно не из элиты, верно? Не вижу на тебе ни одного бренда. Драгоценностей тоже нет.

— Я из обычной семьи, — говорю. — Не думала, что это проблема.

Слышала про то, что здесь учится много ребят из состоятельных и влиятельных семей, но похоже, не представляла, насколько сильное разделение может быть. Или Виола сгущает краски?

— Ну как тебе сказать, — качает головой. — Нам лучше держаться вместе. Особенно накануне посвящения. Только не говори, что ты и об испытаниях не в курсе.

— Не в курсе, — признаюсь честно.

— Серьезно? — ее брови взмывают вверх. — Ты что, вообще не готовилась?

— Ну к тестам…

Начинаю говорить и замолкаю, потому что ком забивается в горле.

Нет. Не может быть. Мне, наверное, кажется.

Цепенею так, что сглотнуть не могу, не то что продолжить фразу. А голос старосты теперь доносится словно издалека.

— Ладно, сейчас я тебе все объясню. Но пожалуйста, прекрати так откровенно пялиться на Булата Хазарова. Его внимание лучше не привлекать. Здесь есть два парня, от которых лучше держаться подальше. Они настоящие отморозки. Хазаров и Ахмедов. Запомни, и никогда к ним не приближайся. Мой тебе совет. Как подруги.

11

— Маш? — зовёт Виола. — Ты меня слышишь? Ну понятно, что Хазаров привлекательный парень. Но вообще на меня нагоняет жуть. Ты разве не чувствуешь, какой он?

Я бы и счастлива отвернуться, но словно бы примерзаю к месту. И у меня даже головой повести не сразу получается.

Конечно, я и сама понимаю, что пялиться вот так на Булата полное безумие.

А вдруг он заметит?

Здесь много студентов. Сейчас пространство вокруг заполнено разными ребятами. Оживленно. Шумно. Однако у меня будто уши закладывает. Цепенею.

Булат Хазаров.

Значит, я пыталась напугать Хазарова… им же самим?

В голове громом звучат его пугающие слова. И я не сомневаюсь, что он легко выполнит угрозу. Сначала чудом меня отпустил. Теперь же, будто жестокая насмешка судьбы — наша новая встреча. И где? В академии!

Кто бы мог подумать, что Булат здесь учится? Он вообще не похож на того, кто будет проводить время в универе.

Наконец, заставляю себя резко отвернуться. Крепче прижимаю сумку с учебниками к себе. Кажется, он меня не заметил. Не успел. Во всяком случае, очень надеюсь на это.

Внутри холодеет. Допустим, сегодня мне повезло. Мы не столкнемся. А что будет завтра? Или еще через несколько дней?

В мыслях проносится идея забрать документы. Уехать отсюда.

Но где я тогда буду учиться? Уже не получится поступить в другой универ. А мне нужна стипендия. Если покажу хорошие результаты по учебе, то начну получать ее после первого семестра. Тогда смогу даже родителям помогать. Стипендия здесь хорошая.

— Он тебе понравился? — спрашивает Виола.

— Что? — выдаю растерянно.

— Ну ты так на него смотрела, — выразительно выгибает брови. — Не советую в него влюбляться. Ахмедов опасен. А Хазаров… ну говорят, он совсем отбитый. Не просто так эти двое хорошо общаются. Скажи мне кто твой друг… Ну ты поняла?

Киваю. Думаю о своем.

Какие у меня шансы не столкнуться с Хазаров? Вообще. Никогда.

Или… может, мне повезет? Он меня забыл. А может, просто не узнает? Хорошо бы.

— Много влюбленных дурочек бегает за ним, не зная про его вкусы. Но из академии он ни с кем не встречается, — прибавляет Виола. — Ему нужны особенные девушки. Такие, которые выдержат ночь с ним. Он очень жесткий. Так говорят. Поэтому выбирает тех, кто старше. Более опытных. Ну и таких, которые будут согласны на все.

Мороз пробегает по коже от ее заявлений.

— Что это значит? — спрашиваю, оторопев.

— Ты не обижайся, — замечает Виола. — Но вряд ли тебе хоть что-то с Хазаровым светит. Он даже не глянет в сторону первокурсницы. У него такой аппетит, что никто из нас не потянет. Ходят слухи, что член у него просто огромный. Девчонки со старших курсов за ним в раздевалке поглядывали. А сам Хазаров как животное. Такой, что порвет и не заметит.

От этих сплетен еще сильнее не по себе. Желудок сводит судорога.

— Ладно, — смеется Виола. — Не пугайся ты так. Говорю же, Хазарову на первокурсниц плевать. Но насчет посвящения тебе бы стоило лучше про это узнать. Морально подготовиться. А то задания нам могут выпасть самые разные. Может быть, что-то вроде «пробраться в чужую комнату и стащить какую-то вещь».

— Подожди. Надо будет что-то украсть?

— Ну да. Возможно. Это лучше, чем поесть земли или еще какой-то гадости. Никто из нас все равно не может отказаться. А если не выполнить, выживут только так. Такие негласные правила. Ребята из элиты дают задания. А мы должны все выполнить. Или… ну тут без вариантов. Никто же не хочет вылететь из академии. Хотя некоторые задания могут быть реально стремными. Например, в прошлом году парень должен был всю ночь провести в лесу. Говорят, он умом тронулся от страха. Не каждый такое выдержит.

12

— Слушай, ну это же… воровство, — вырывается у меня на эмоциях.

— Не зацикливайся на таких мелочах, — отмахивается Виола. — Может, тебе ничего подобного и не выпадет. Но как по мне, то уж лучше стащить какую-то ерунду из чужой комнаты, чем ночевать в лесу. Про тот лес вообще нехорошие разговоры ходят.

Мне уже нехорошо. И без леса.

— А кто решает? — спрашиваю. — Ну насчет заданий. Кому какое достанется. Как это выбирают?

— Старшекурсницы из элиты пишут разные варианты на бумажках. Потом мы их тянем. Как жребий. Так что все честно. Кому-то повезет. Кому-то не очень. Но я слышала, что бывают легкие задания.

Угу. Вроде кражи.

— Успокойся. Все через это проходят, — будто и правда пробует приободрить меня Виола. — И отказаться нельзя. Так что по любому без вариантов.

Внутри меня поднимается протест. Тянет найти обходной путь.

— Будем поддерживать друг друга, — улыбается староста.

Ладно. Пока что я все равно не знаю, какое задание мне выпадет. Рано переживать. Зато я точно знаю, что Булат здесь и чем позже он меня заметит, тем лучше. Нельзя привлекать внимание.

После случая с Инессой мне тяжело доверять кому-то. Особенно новым людям. Слова Виолы про кражу царапают сознание. Но возможно, у нее такой юмор? Или мне уже механически во всем видится подвох и тревожный смысл.

— Ты уже выбрала тему проекта? — спрашивает староста.

— Да, — называю свою.

— Ой, тоже взяла ее. Может тогда вместе готовить будем?

Нам нужно разделиться на пары для подготовки небольших проектов в первую неделю обучения. Время еще есть. Но наверное, удачно, что Виола сама предложила работать вместе. Будет быстрее.

— Давай, — соглашаюсь.

На следующий день я стараюсь выбрать такое место в столовой, где меня не будет видно.

Сюда заходят и старшекурсники. Наверное, здесь больше всего шансов столкнуться с Булатом. Но и ребят вокруг много. Легко затеряться в толпе.

Вижу знакомую девушку за уединенным столиком. Она тоже первокурсница. Но мы пока не общались.

— Привет, у тебя свободно? — спрашиваю.

— Да, присаживайся.

Она убирает учебник, который пролистывала, в сумку, а я невольно вижу обложку.

Эта книга мне бы очень пригодилась для проекта. Но когда я утром пошла в библиотеку, мне сказали, что на руки сейчас можно получить только один экземпляр, и он уже выдан.

Редкое издание. Но к выходным его, вроде бы, уже должны вернуть.

— Я искала эту книгу, — говорю с улыбкой.

— Вечером собираюсь ее вернуть в библиотеку, — отвечает девушка. — Думаю, уже закончу. Решила для проекта ее выбрать. В общем, если хочешь, то можем вместе пойти в библиотеку и там ее сразу на тебя переоформят? А то мне сказали, это редкий экземпляр. Повезло, что я за ней раньше всех пришла в этом году. Можно, конечно, и в библиотеке поработать. Не забирая с собой. Но с нашим графиком…

Она выразительно приподнимает брови.

— Да, — киваю. — Сейчас столько лекций, что в библиотеку не успеваешь.

Слово за слово — мы выясняем, что у нас одна тема.

— Может тогда вместе проект сделаем? — спрашивает Ася.

Именно так, как выясняется, зовут эту девушку.

— Я бы с радостью, но извини, не выйдет. Нам же надо на пары разделиться. А я уже договорилась с Виолой.

Ловлю себя на том, что лучше бы работала с Асей. Мы всего несколько минут поговорили, а у меня уже такое впечатление, что нам было бы интересно провести это небольшое исследование. И как-то мне даже… легче? С Виолой больше напряжения.

Но только поздно.

Мы же и правда договорились.

— Давай в следующий раз? — предлагаю. — Будут же и другие проекты.

— Конечно, — кивает Ася. — Еще успеем.

Буквально через минуту рядом показывается Виола. Вид у нее напряженный.

— Где ты провела прошлое лето? — спрашивает она.

— Дома, — отвечаю, чувствуя недоумение.

У Виолы такой странный вид. Раздраженный. Встревоженный.

Что случилось?

— Ты разве не была в… — она говорит такое название, которое слышу впервые. — На Лазурном берегу. Лучший отель! Ты там не отдыхала?

— Нет.

Теперь точно не понимаю, что происходит.

— Вот засада, — бросает Виола в сердцах. — Значит, я ошиблась.

— О чем ты? — не выдерживаю.

— Ну мне сказали, что ты там отдыхала. Но как теперь выясняется, тебя с кем-то перепутали. Думаешь, я бы стала тратить время на общение с кем-то из… таких же как я? Нужно заводить связи с элитой, а не с кем попало.

Виола разочарованно выдыхает.

— Я знаю, что некоторые богачи скрывают, что они из элиты. Косят под обычных студентов. Ну такой у них прикол. Хотят пожить вот так. Как все. И самое лучшее найти таких. С ними проще подружиться. Когда мне сказали, что видели тебя в крутом отеле. Что я могла еще думать? Была уверена, ты из нормальной семьи. А тут… эх, вот я влипла.

А меня кажется, отвело от новых неприятностей.

Виола отходит, потеряв всякий интерес.

— Не обращай внимания, — говорит мне Ася. — Она какая-то странная.

— Глупо вышло, — качаю головой. — С проектом.

— Почему? Думаю, теперь мы и правда можем делать его вместе. Ну как… хм, кто-то из «ненормальных семей».

Смеемся.

И я подумать не могу, что скоро мне станет совсем не до смеха. Ведь я достану худшее задание для посвящения.

+++

как думаете, какое задание получит Маша??

13

— Как думаешь, есть шанс избежать посвящения? — спрашиваю Асю, когда мы встречаемся после пар, чтобы вместе посидеть над учебниками.

— Кажется, нет, — хмурится она. — Я говорила с другом. Он в курсе про все правила. Знает некоторые лазейки. Но похоже, от этого посвящения нам никак не отделаться.

Вздыхает.

— Тебе тоже кажется, что это дурацкая идея? — вырывается у меня.

— Да. Если честно, даже бесит. Ну мы же тут, чтобы учиться. Причем здесь эти задания? Лёва объяснял мне, это вроде как очень давняя традиция. Часть культуры академии.

— Лёва?

— Мой друг, — поясняет Ася. — В общем, он так красиво и подробно все описал, что мне начало казаться, будто в этом реально есть смысл. Но на самом деле… такая ерунда. Скажи, да?

— Угу, — киваю. — Я порасспрашивала других ребят. Все говорят, придется выбирать задание. Причем надо будет сделать то, что выпадет, иначе вся элита встанет против тебя.

— Не хотелось бы, — качает головой Ася.

— Давай настроимся на то, что нам выпадет что-нибудь не слишком замороченное.

— Давай.

Нельзя противопоставлять себя большинству с самого начала учебы. Особенно когда это большинство из влиятельных семей. Похоже, нам никак не отвертеться от выполнения заданий.

Немного волнуюсь насчет того, что мне выпало жить вместе с Виолой в одной комнате.

Нас разделяют на пары.

Правда, это временно. До распределения на факультеты. Потом нам все равно придется переходить в тот корпус, куда нас определят. И там уже сосед, скорее всего, поменяется.

Теперь мне кажется, что в свете последних событий Виола не просто так оказалась вместе со мной в паре. Вероятно, договорилась с куратором, чтобы быть рядом с той, кого считала тайной «элитой».

Но на следующий день староста уже выселяется. А вместо нее куратор отправляет… Асю.

— Без обид, девочки, — заявляет Виола. — Но думаю, вам вдвоем будет гораздо интереснее.

В этот момент я даже благодарна ей. Несмотря на ее странное поведение.

— Когда так начинают, то потом обычно говорят что-то обидное, — замечает Ася с улыбкой провожая взглядом стремительно удаляющуюся Виолу. — Но это не тот случай.

— Не тот, — поддерживаю ее.

— Классно, что мы теперь еще и соседки.

— Согласна.

А вечером мы встречаемся со старшекурсницами. В пустынной аудитории. После лекций.

Наступает момент, когда надо тянуть задание.

Каждому достается по бумажке. Сжимаю свою в ладони. Наблюдаю, как меняется в лице Ася, когда читает то, что ей выпало в задании, и не спешу открывать свою.

— Нет, — говорит она. — Это… это же невозможно. Как я это сделаю?

— А что у тебя? — с любопытством интересуется Виола.

Видимо, ей самой выпало что-то легкое, потому что она уже прячет открытую бумажку в карман джинсов и судя по приподнятому настроению не особенно волнуется насчет того, как будет это выполнять.

— Вам нельзя знать задания друг друга, — строго замечает Каролина, одна из старшекурсниц, а после вдруг широко улыбается Виоле: — Хотя ты староста. Тебе можно.

Та прямо сияет от этого замечания. Заглядывает в бумажку Аси, посмеивается:

— А в чем проблема? — выдает. — Многие бы мечтали о таком задании.

Ася смотрит на нее как на ненормальную.

— А ты чего ждёшь? — вдруг оборачивается ко мне Каролина и в голосе ее звучит совсем не тот мёд, с которым она обращалась к Виоле. — Смотри давай.

Так и подмывает ей резко ответить. Но я сдерживаюсь. Пока это ни к чему. Посмотрим, что дальше будет.

С тяжелым сердцем разворачиваю небольшой прямоугольный листок, свернутый в несколько раз.

И мне приходится несколько раз перечитать задание, прежде чем суть доходит до разума.

Просто не верится в то, что читаю.

— Это шутка такая? — вылетает у меня.

— Нет, конечно, — холодно произносит Каролина. — Это задание. Все очень серьезно.

— Но…

— Ты что, спорить с нами решила? — цедит ядовито. — Не советую.

В этот раз смотрю ей в глаза. Прямо. Пока она первой не разрывает наш зрительный контакт.

После опускаю взгляд вниз. На бумажку. Перечитываю в очередной раз.

Я должна проникнуть в комнату Булата Хазарова.

И это еще не самая худшая часть задания.

Даже страшно представить, что он со мной за такое сделает.

14

— Это невозможно сделать, — говорю прямо.

— Это тоже, — добавляет Ася.

Старшекурсницы переглядываются, а потом смотрят на нас. В их взглядах читается какая-то насмешка пополам с превосходством.

— Ну что же вы так легко сдаетесь, девочки? Как вы учиться собираетесь? — интересуется Каролина, которой похоже доставляет удовольствие ее роль здесь. — Если даже с такими простыми заданиями вы уже не в состоянии справиться, то что говорить о наших контрольных? Об экзаменах? Да вы распределительные тесты не пройдете. Рано вам, значит, здесь обучаться. Придется искать место попроще.

Интересно, как задание пробраться в комнату Хазарова и украсть его медаль может повлиять на учебу?

Именно это написано в моей бумажке.

Воровство. Будто в насмешку получаю как раз то, чего опасалась.

Ну хорошо, называть вслух то, что мне выпало, запрещено. Но сделать несколько уточнений можно.

И я бы многое хотела уточнить.

— Это незаконно, — говорю. — Такое задание противоречит правилам академии.

Каролина хмурится.

— Ну вряд ли там что-то откровенно незаконное, — вдруг замечает Виола, шагая ближе ко мне. — Скорее на грани. Так часто бывает, но…

— Тебе лучше заняться Асей, — останавливает ее другая старшекурсница, кажется, Юлиана.

Всех имен пока не успеваю запомнить. Но вроде не путаю.

— Да, — кивает Каролина. — Объясни, как можно выполнить то «невозможное» задание, о котором тут многие мечтали бы.

— Хорошо, — соглашается Виола, хотя по тому, как бегают сейчас ее глаза, кажется, она совсем не прочь заглянуть в мою записку.

Однако слушается, поворачивается к Асе. Вскоре они отходят немного в сторону. Остальные тоже начинают расходиться.

А старшекурсницы подходят ко мне.

— Не волнуйся ты так, — замечает Юлиана. — Все девчонки должны поддерживать друг друга, так что мы тебе поможем.

— Конечно, — прибавляет Каролина. — Твое задание самое интересное. Тут потребуется определенная… хм, смекалка.

— Но ты справишься.

— У тебя просто нет выбора.

— Только справиться.

— Ты же не хочешь вылететь из универа?

— Уверена, что нет.

Они ведут этот диалог, и каждое новое предложение ощущается частью издевки.

— Время пока есть, — замечает Каролина.

— Скоро мы тебе скажем, где взять ключ, — добавляет Юлиана.

— Это взлом чужой комнаты, — говорю. — Это преступление.

— Если ты откроешь дверь своим ключом, то где же преступление? — картинно удивляется Каролина.

— И вообще, кто сказал, что тебя поймают? — пожимает плечами Юлиана. — Булата же там не будет. Никто ни о чем не узнает.

— Здесь везде камеры, — выдаю.

— Но они не всегда работают. Иначе как ты думаешь, другие ребята выполняют задания? Покидать академию ночью тоже запрещено. Однако кому-то все равно придется это сделать.

— Ну все, — бросает Каролина. — Мы слишком много времени потратили на пустой разговор. Лучше настраивайся на задание.

— Жди наши инструкции, — сладко улыбается Юлиана.

Я возвращаюсь в комнату одна. Когда выхожу из аудитории, Аси уже нет, как и других девчонок. Все разошлись.

Обнимаю себя руками. Иду, глядя бездумным взглядом вперед. Вскоре оказываюсь возле главной лестнице центрального корпуса.

Начинаю подниматься, и видимо, настолько глубоко ныряю в свои мысли, что в один момент спотыкаюсь, пропустив ступеньку.

Падаю. Почти. Теряю равновесие, и кажется, еще секунда — приземлюсь лицом вниз. Как вдруг вокруг талии обвивается что-то горячее, крепкое, практически стальное. Именно такие ощущения накатывают.

По телу пробегает нервная дрожь.

Кто-то успел меня подхватить. Удержал. И теперь разворачивает лицом к себе, продолжая удерживать за талию.

Слова благодарности замерзают на губах, когда вижу перед собой Хазарова.

Наши взгляды встречаются. И пусть он ничего не произносит, но все мои иллюзии, будто Булат меня не узнает или забыл, разбиваются в пыль.

Его глаза держат под прицелом так, что я едва могу дышать.

+++

Друзья, очень классная скидка на горячий завершенный однотомник "Лютый"

книга тут - https://litnet.com/shrt/O6HL

— Эту хочу.
Лютый буравит взглядом блондинку за барной стойкой.
— Она же просто… обычная посетительница. Не из моих девочек. Но у меня есть товар на любой вкус. И обслужат по высшему разряду.
— Ее, — отрезает.
Лютый голоден. Видно. Этой ночью блондинку не только взглядом будут буравить. Повезет ей, если сможет ноги под утро сдвинуть и вообще из-под этого амбала выползти.

Скидка тут - https://litnet.com/shrt/OcbJ

15

Мир будто сужается до одной точки, где наши взгляды встречаются. Больше ничего не вижу. Не воспринимаю. Пульс бешено стучит по вискам. Затылок обжигает.

Такое чувство, будто пол уходит у меня из-под ног. Колени подгибаются, подрагивают. Но Булат настолько крепко держит меня за талию, что падение не грозит.

Его глаза сейчас кажутся абсолютно черными. Их подсвечивают опасные искры. Яркие, откровенно диковатые.

Взгляд хищный.

Помню, одно время мне нравилось смотреть передачи о природе. Так вот там были крупные планы животных. Глаза ягуаров, тигров, львов. В момент охоты, когда они присматривают себе добычу. За считанные секунды до решающего броска вперед.

От Хазарова сейчас веет чем-то подобным. И его угрожающие фразы сейчас громко звучат в голове. Словно заклинивает все это. На повторе.

Чувствую себя в горящем капкане. Его пальцы будто обдают кожу огнём. Никакая одежда не спасает.

Прикладываю всю свою волю, чтобы хоть немного собраться.

Наверное, единственное, что я могу сделать в той ситуации, которая складывается… притвориться, будто сама не узнала его. Или лучше — что я это не я. В общем, вести себя так, будто в прошлом у нас никакой встречи не было.

— Спасибо, — выдавливаю с трудом, очень стараюсь, чтобы голос звучал спокойно.

Булат и бровью не ведет. Будто не слышит.

Тогда накрываю его ладони своими, пробую убрать от себя.

Наверное, я уже настолько устаю бояться в этот момент, что смелость берет верх.

— Ты можешь меня отпустить, — добавляю.

Никакой реакции.

Выражение его лица остаётся непроницаемым. Будто у робота. Но нет, для робота он слишком раскаленный. От него самого словно веет огнём. И взгляд слишком живой. Животный.

— Ты, — начинаю и запинаюсь, ведь в этот момент его глаза будто темнее становятся. — Отпусти, пожалуйста.

Мне все же улыбается удача.

Откуда-то издалека слышится оклик.

— Булат! — мужской голос, хриплый, резкий. — Ну наконец тебя нашел. Ты где проебался?

Последняя реплика звучит уже ближе. И вскоре рядом показывается тень.

— Булат? — повторяет.

Хазаров медленно отворачивается от меня. С недовольством, с неохотой. Его хватка на моей талии слабеет.

И я тут же пробую ускользнуть.

Зря.

Он сжимает снова. Еще сильнее. Хоть и смотрит теперь в сторону, меня все равно не отпускает.

— Поговорить надо, — говорит ему, вероятно, его приятель. — Идем.

Выглядит он не менее жутко, чем сам Булат. Высокий, крупный, мрачный.

Перевожу взгляд с одного на другого. На студентов они мало похожи. Оба производят тяжелое, даже пугающее впечатление.

— Занят я, — хмуро бросает Хазаров.

Тот смотрит на него будто с удивлением. Мазнув коротким взглядом по мне, снова переключается на Булата.

— Вчерашнюю тему закрыть надо, — заявляет он.

После этих слов выражение лица Хазарова словно ожесточается. И весь его вид производит еще более подавляющее впечатление, чем прежде.

— Закроем, — произносит он.

Даже не верится, что уже в следующий момент все-таки отпускает меня.

Этот его приятель буквально спасает меня.

Не жду. Стараюсь убраться отсюда как можно скорее. До меня доносится, что Булат обращается к нему по имени:

— Марат, — начинает он.

Видимо, это и есть Марат Ахмедов. Тот самый отморозок, о котором тоже часто сплетничают девчонки.

Они друзья.

Сегодня я благодарна Марату за то, что он мне помог. Иначе даже не знаю, чем все могло закончится.

Теперь Хазаров знает, что я здесь.

Мне вообще страшно думать, что будет дальше.

Особенно когда на следующий день Виола подходит ко мне после первой пары и говорит:

— Идем, Каролина хочет с тобой пообщаться.

— Перемена всего пять минут. Сейчас начнётся вторая лекция.

— Ну лучше мы на лекцию опоздаем, чем будут проблемы с Каролиной, — замечает Виола и заметно нервничает. — Идем. Она не любит ждать. Это что-то важное. Наверное, с твоим заданием связано.

Опять это идиотское задание. Может оно просто отменится? Но даже если не отменится. По дороге мысли у меня о том, как бы отказаться. Какой найти предлог. Но ничего на ум не идет.

Сейчас, когда Хазаров уже видел меня в академии, еще опаснее к нему в комнату пробираться.

И тут сознание пронизывает другая мысль.

А может он и раньше знал?..

Холод внутри лишь усиливается.

Здесь я в ловушке. И эту дурацкое посвящение только подливает масла в огонь. Может быть мне с кем-то поменяться? С кем угодно. Даже вломиться в комнату любого другого студента будет безопаснее, чем попасть к Хазарову.

+++

Друзья, сегодня крутая скидка на очень горячую завершенную книгу https://litnet.com/shrt/ovoF

— Я забираю младшую, — говорит хрипло.
Этот опасный и влиятельный мужчина собирался взять в жены мою сестру. А теперь хочет меня. Буравит черными глазами, никак взгляд не отводит. Будто скала надо мной нависает. Мрачный. Огромный.
— Но мы иначе договаривались, — начинает отец, побледнев.
— Сказал же, — резко заявляет он. — Младшую хочу.
Смотрю на него и не верю, что так жестоко складывается моя судьба. Почему в последний момент он решил выбрать меня?
Скидка тут - https://litnet.com/shrt/ovoF

16

Виола приводит меня в пустующую женскую раздевалку, где нас ожидает Каролина. Вероятно, утром ни у кого из первого курса нет занятий по физре, еще слишком рано, поэтому именно здесь можно поговорить без свидетелей.

— Надеюсь, ты готова, — заявляет Каролина. — Сейчас идеальный момент, чтобы стащить ключи у Хазарова.

Бросаю взгляд в сторону Виолы. Та совсем не выглядит удивленной. Похоже, слышит мое задание не в первый раз. Задание Аси она сразу увидела. Может, другие тоже обсуждают.

Правил в академии много. Но работают они по-разному для всех.

— У него скоро заканчивается тренировка. После этого некоторые наши спортсмены уедут на выходные в другой город. Там будут соревнования. Хазаров как раз в их числе. Без него ни одно подобное мероприятие не обходится. Поэтому считай, тебе крупно повезло. Отличная возможность незаметно выкрасть ключ. А потом можешь его на стойке администрации оставить. Никто даже не поймет, что кто-то этот ключ брал. Может, даже сам Хазаров где-нибудь его обронил.

Молча смотрю на нее. Перевариваю все, что услышала.

— Ну как? Классно я придумала? — теперь Каролина улыбается с таким видом, будто это и правда искренне.

Застываю в недоумении.

— Я не совсем поняла, — говорю. — Когда именно я могу забрать у него ключ?

Старшекурсница смотрит на часы.

— Ну примерно через пятнадцать минут, — замечает она. — Он как раз успеет зайти, раздеться и…

— Что? — вырывается у меня на эмоциях.

— Заберешь ключ, пока он будет принимать душ.

Наверное, мои чувства настолько явно отражаются на лице, что Каролина решает прибавить:

— А в чем проблема? Он оставит вещи. Уйдет. Ты просто возьмешь ключ и все. Другого момента не будет. В ближайшее время — так точно. Лучше бы тебе поторопиться.

Представляю, как захожу в раздевалку.

Хазаров принимает душ.

Просто отлично все складывается. Лучше не придумать.

— Нет, — отрицательно мотаю головой. — Я не буду этого делать. Тут не просто задание. Тут… воровство. Сначала ключи, потом медаль. Так нельзя.

— Слушай, ты что-то слишком много возникаешь, — хмуро произносит Каролина. — Тебе не кажется? Правила одни для всех. Не я одна это придумала. Ты, конечно, можешь отказаться, но знаешь…

Тут она выразительно прищуривается и переводит взгляд на побледневшую Виолу.

— Объясни ей, насколько плохо все может закончиться, — бросает и направляется на выход.

Виола тут же шагает ко мне.

— Маш, ну сделай это. Что ты драму разводишь на пустом месте? Неужели реально проблем хочешь? Да, бывало, что студенты отказывались выполнить задание и тогда, — она нервно качает головой. — Хочешь, чтобы началась травля? Чтобы ты шагу спокойно ступить не могла? Тебя из этой академии выдавят. Либо морально, либо… был один жуткий случай. Поверь, ты не захочешь связываться с элитой. Узнать, как они мстят и давят.

— Что за случай?

Виола некоторое время медлит, а потом все же выкладывает:

— Одна девушка задавала много вопросов. Как ты. Ей не понравилось то задание, которое она получила, и тогда… ну сначала ее существование стало невыносимым. Если элита против тебя, то ты здесь будто прокаженный. На тебе будто клеймо ставят. И все. Ну она держалась. Упрямая была. И тогда… они пошли еще дальше.

Последние слова Виола произносит совсем тихо.

— Дальше? — спрашиваю. — Что это значит?

— Однажды она проснулась в компании нескольких парней-старшекурсников. Сама можешь представить, что там происходило. Ей подмешали какую-то дрянь, а после этого… они ни в чем себе не отказывали.

— Подожди, — сглатываю с трудом. — И за такое никого не наказали? А как же камеры? Охрана? Это же…

— Маша, ну о чем ты? Это же не обычные студенты делали. Элита. К тому же, что она могла доказать? Ее слово против всех остальных парней. Может она сама на все согласилась? Никакого насилия не было.

— Да как же не было, — выдаю в сердцах. — Кто на такое согласится?

— Сейчас бесполезно об этом говорить, — замечает Виола. — Лучше сделай то, что нужно. Времени остается все меньше.

Вот тебе и элитная академия.

Теперь идея стащить ключи у Хазарова выглядит не такой уж плохой.

Уже по дороге в раздевалку мелькает мысль, что сама я про подобный случай не слышала раньше. Что если Каролина и Виола просто меня припугнули?

Ну лучше не проверять. Выполню задание — забуду обо всем как о кошмарном сне.

Друзья, у меня вышла горячая новинка на острую тему - https://litnet.com/shrt/gUX3

— Твоя невеста — шлюха, — резко говорит он. — Я трахал ее во всех позах. На таких как она не женятся.

— Ты что несешь? — рычит Арс.
— Не позорь семью. Найди нормальную девушку, брат.
Леденею.
Мой жених упоминал о брате несколько раз. Говорил, он живет в другой стране. Но я даже вообразить не могла, что его брат — Суворов. Мой бывший парень. Тот самый, который уничтожил меня до пепла. Разбил так, что я с трудом собрала себя по осколкам и начала жизнь заново.
— Ты должен бросить ее, — чеканит Суворов. — Она кучу мужиков через себя пропустила. Клейма ставить негде.
Ложь! У меня с ним ничего не было. Никогда. И ни с кем другим тоже. Только…
— Закрой рот! — рявкает Арс.
Моргнуть не успеваю, как они сцепляются в драке будто дикие звери.

Книга тут https://litnet.com/shrt/w8TE

17

Стараюсь себя лишний раз не накручивать, ведь стоит представить, что ждет дальше, если Хазаров заметит меня, если поймет, что пытаюсь стащить у него ключ, душа уходит в пятки. Разум будто парализует от наплыва острой паники.

Ничего. Справлюсь. Должна справиться. Надо просто все сделать быстро.

Раздевалка оказывается открытой, как и говорила Каролина, коротко описывая все, что я должна сделать.

Ну да, верно. Зачем закрываться? Кому еще кроме меня может прийти в голову сюда вломиться? И то — только ради дурацкого задания.

Осторожно проскальзываю внутрь.

Здесь тихо. Никого нет. Даже шума воды не слышно, хотя Хазаров должен был уже начать принимать душ. Один вход сюда через общий коридор. Им я уже и воспользовалась. Второй — из того зала, где вроде бы занимается Хазаров.

Или что-то пошло не так?

Может меня подставили? Может Каролина решила так надо мной подшутить?

Одна мысль за другой лихорадочно мелькают в голове, и у меня совсем не выходит сосредоточиться.

Кровь ударяет в затылок, буквально ошпаривая. Нервно смотрю по сторонам. Пока радует только то, что тут никого нет. Значит, есть шанс незаметно отсюда убраться. Если сделать это прямо сейчас…

Стоп.

Вижу одежду на лавке. Похоже, спортивная форма. Замечаю там эмблему академии. Отметку Южного факультета.

Хазаров учится именно там. На Южном. Это я поняла после нашего прошлого столкновения в универе.

Все старшекурсники носят форму. Цвета, эмблемы отличаются в зависимости от факультетов. Поэтому прокручивая в уме нашу встречу, решила, что на Южный факультет мне попадать нельзя.

Вот бы результат тестов меня туда не отправил.

Как завороженная смотрю на одежду перед собой.

Неужели действительно собираюсь шарить в чужих вещах?

Кажется, выбора нет. Через несколько секунд берусь за форму. Судя по внушительному размеру, это действительно вещи Хазарова.

Однако никакого ключа в них не оказывается.

Или я плохо проверила?

Нет у меня опыта в том, чтобы рыться в чужих вещах, потому и тяжело понять, насколько хорошо все пересмотрела. Продолжаю осторожно ощупывать эту одежду.

Тут вдруг слышатся шаги. Тяжелые, угрожающие. И все внутри обмирает, обрывается от вспышки напряжения.

Думать больше некогда.

Бросаюсь в сторону, в какой-то проем между стенами. Толком даже не успеваю понять, куда именно забираюсь, просто действую рефлекторно. Надеюсь скорее скрыться.

И…

Оказываюсь в тупике.

Прохода здесь нет. Похоже, это просто проем между стенами. Довольно узкий, совсем небольшой.

Теперь я будто в ловушке. Деться некуда. И хуже всего — поверхность прямо передо мной прозрачная. Стекло. Мне все видно. Значит, и меня разглядеть не проблема.

Спрятаться где-то еще или броситься на выход уже не успею. Хотя с выходом я бы и так не успела. Слишком мало времени.

Зависаю, увидев Хазарова.

Высокий. Крупный. Он возвышается будто скала. Из одежды на нем лишь белое полотенце, небрежно обернутой вокруг бедер.

Вжимаюсь в стенку. Не дышу.

Хотя какая разница? Он же видит меня. В любом случае. Не может не увидеть. И все внутри сжимается от ужаса, когда представляю, что последует дальше.

Но ничего не происходит.

Хазаров будто и не замечает меня?

Замираю без движения. Даже дышать боюсь. И в голове не укладывается, как такое может быть.

Стенка же прозрачная.

Заторможенно наблюдаю, как он кладет что-то поверх своей одежды. Замечаю, что это и есть ключ, который я искала.

А дальше Хазаров поднимает взгляд и будто смотрит на меня. Прямо в глаза. В упор.

Холод сковывает внутренности. Кажется, волнение достигает такого пика, что теперь у меня даже сердце не бьется.

Однако в следующий момент его взгляд слегка перемещается. Он сбрасывает полотенце. Поворачивается.

Будто в зеркало смотрит?

Кажется, там и правда было зеркало. Или путаю? Настолько сильно зашкаливала тревога, что могла не обратить внимание.

Но судя по поведению Хазарова это именно так. С другой стороны поверхность зеркальная. Мне видно его, а вот ему меня — нет.

Хорошо. Можно выдохнуть. Наверное…

Если бы Хазаров заметил меня, то без внимания это не оставил бы.

Теперь я невольно наблюдаю за тем, как он оглядывает себя. И даже это выглядит пугающе. Угрожающе. Как и все в нем. Каждый его жест.

Потом Хазаров будто разминается. Ведет головой. Плечами. Потягивается с видом ленивого хищника. И у меня снова возникает чувство будто попадаю на передачу о повадках диких животных.

Еще секунда — мой взгляд вдруг падает вниз. Просто потому что Хазаров продолжает двигаться. А я напряженно наблюдаю за ним.

Ой нет. Это то, что я точно видеть не хочу.

Моментально поднимаю глаза вверх.

И снова наталкиваюсь на его взгляд. Пристальный. Острый. Цепкий. Такой, что будто бы впивается и держит. В самую душу пробирается.

Просто жуть.

Опять мелькает сомнение. Что если он меня все же видит?

Но уже в следующий момент Хазаров резко разворачивается, вероятно, идет в душевую.

Перевожу дыхание.

По пути он выключает свет.

Сейчас еще немного выжду. Когда в душе польется вода, это будет означать, что Хазаров занят, а значит, время есть, чтобы выбраться отсюда.

Но тут вспыхивает что-то позади меня.

Оборачиваюсь. Теперь прилипаю спиной к другой стенке. Понимаю, что это свет загорается в душевой. Вижу Хазарова снова. Он включает воду, встает под мощные струи.

На секунду подвисаю.

А потом нервно мотаю головой.

Вероятно вот такая хитрая здесь система. Обе стенки с одной стороны прозрачные, а с другой зеркальные.

Странно, конечно.

Это что, для тех, кто любит подглядывать?

Женская раздевалка и душевая выглядят совсем иначе. Но отмечаю, что стоит бы проверить, нет ли и там похожих «сюрпризов». А то не хотелось бы на них попасть.

18

Нужно выбираться из этой ловушки самостоятельно. Только как?

Почему здесь все так резко захлопнулось? Я же ничего не нажимала.

А если…

От озарившей сознание мысли становится нехорошо. Сильно нехорошо.

Если я ничего не нажимала, а нас здесь только двое, то вариантов не так много.

Невольно перевожу взгляд на Хазарова.

Он не смотрит в мою сторону. Только перед собой. Хотя с чего бы ему смотреть сюда, если меня он не видит? Надеюсь.

Заторможенно наблюдаю, как Хазаров берет гель для душа, выдавливает, начинает намыливаться.

Почему-то не могу отвести глаза от этой картины.

Даже такие совсем простые действия в его исполнении выглядят неожиданно пугающе.

Хотя он не делает ничего особенного. Самые обычные жесты. Но весь его вид вызывает приступ обжигающей паники.

Хазаров намыливает грудь, живот. Теперь все его тело покрывает пена.

А потом он вдруг накрывает ладонью то, что так живо обсуждали мои одногруппницы.

Зажмуриваюсь. Отшатываюсь назад. Отворачиваюсь.

Чувствую, как сильно горят мои щеки. Прямо полыхают.

Не хотела туда смотреть. Но опять взгляд туда скользнул, просто потому что наблюдала за его руками.

Все. Хватит.

Осторожно отступаю. Начинаю более тщательно ощупывать поверхность панели. Но она кажется абсолютно гладкой. Никаких кнопок. Никаких выступов. Вообще, ничего.

Не может быть. Это все должно как-то открываться. Надо только найти механизм.

Продолжаю осматривать стенку. Нервно скольжу по пальцами в разные стороны.

Опять ничего.

Меня колотит от волнения. И еще возникает такое странное чувство. Острое, давящее. Будто кто-то наблюдает за мной.

Оборачиваюсь.

Мне казалось, парни принимают душ быстро. Но Хазаров не спешит.

Мои нервы сдают.

Мельком бросаю взгляд в сторону. Снова и снова. Взгляд Хазарова на себе не перехватываю. Только ощущение словно за мной следят никуда не пропадает.

Даже когда отворачиваюсь, перед глазами стоит ОН. Кадры мелькают перед глазами. Мускулистые плечи. Мощная спина. Крепкие ягодицы. Рельефный торс.

Не собиралась ничего рассматривать. Но все происходит будто само собой.

И то самое… тоже стоит перед глазами.

Нервно мотаю головой. Как бы это от себя поскорее отогнать.

Щелчок.

Стоп.

Мне же не послышалось?

Потрясенно наблюдаю, как панель отъезжает в сторону. Открывается выход из ловушки.

Но я же ничего не нажимала. Как?

Думать некогда. Выскальзываю, стараясь не шуметь. И замираю уже посреди раздевалки.

Взгляд падает на вещи Хазарова. На ключ.

Другой такой возможности не будет.

Сомневаться нет времени.

Либо забирать сейчас, либо… даже не знаю, как смогу проникнуть в его комнату.

Хватаю ключ.

И меня будто кипятком обдает от волнения. Сама не знаю зачем, но я опять смотрю на Хазарова.

Застываю.

Теперь становится еще сильнее не по себе. Потому что он словно бы смотрит на меня в упор.

Неподвижный. Будто каменный. Вода стекает по его лицу. И без того жесткие черты словно бы еще больше заостряются. Взгляд у Хазарова потемневший. Нечитаемый.

Холодею.

Он что, оскаливается?

Не успеваю понять, чудится мне это все на эмоциях или я просто фантазирую.

Тут Хазаров делает порывистое движение. Резко разворачиваясь боком ко мне.

И мои глаза снова оказываются прикованы к его телу. К тому, как бурные потоки воды обрисовывают впечатляющий рельеф.

Но кажется, у меня на это все начинает вырабатываться иммунитет.

Теперь практически сразу получается отлепить взгляд. А дальше я лишь крепче сжимаю ключ в ладони. Стараюсь скорее убраться из раздевалки.

Да, он в хорошей физической форме. Привлекательный. Но это не значит…

Что? Откуда этот бред в моей голове?

Не важно какой он. И думать про Хазарова мне точно не нужно.

Вечером он уедет, а я осторожно проберусь в его комнату. На этом все.

Мое испытание будет закончено.

Надеюсь, что мне повезет.

Но даже не представляю, что меня на самом деле ждет.

+++
друзья, книга про Рената завершена, возвращаемся к более регулярным продам

19

Возвращаюсь на пары. Мчу обратно, не чувствуя пола под ногами. Меня настолько сильно колотит, что я едва осознаю происходящее.

Ключ от комнаты Хазарова прячу в сумке. Во внутреннем кармане.

До сих пор не верю, что сделала это.

Успеваю как раз к началу лекции, ведь преподаватель задерживается. Но когда все начинается, и я пытаюсь вести конспект, осознаю, что ничего у меня пока не выходит. Попросту не удается сосредоточиться. Слышу все, а записать хоть пару строчек у меня не получается.

Так и подвисаю.

В какой-то момент все же умудряюсь переломить это состояние. Однако вскоре мысли снова ускользают в другом направлении.

А вдруг Хазаров никуда не уедет? Еще с самого начала сомневалась в том, что его действительно не будет в комнате. Старшекурсники вполне могут надо мной так «подшутить». Виола тоже правду не скажет, потому что заметно, как она изо всех сил пытается завести дружбу с кем-нибудь из элиты.

Представляю, как захожу в комнату Хазарова, а там он.

Мигом ошпаривает.

Нервно качаю головой, изо всех сил стараясь отогнать от себя тревожное видение.

Вообще, как он зайдет в комнату, если ключ у меня?..

Еще лучше. Сейчас Хазаров попробует зайти к себе, а когда не получится, то обратиться в администрацию. Начнутся поиски.

Нет, мне тяжело вообразить, что Хазаров будет куда-то там обращаться. Скорее всего он сам будет решать такой вопрос. И вот это пугает намного сильнее официальной власти в академии.

Какой кошмар. Я только поступила, а уже краду и собираюсь пробраться в чужую комнату, чтобы забрать медаль.

Раздается звонок, а я продолжаю сидеть бездумно глядя вперед. Когда до меня вдруг доносятся голоса девчонок за соседней партой.

— Ты сама подумай. Другого шанса не будет. Завтра — идеальный момент. Хазаров уехал на несколько дней. На выходных его не будет. Значит, у тебя есть время, чтобы все сделать.

— Нет, нет, я совсем не уверена…

— Слушай, ну его не будет. Просто сунешь записку под дверь и все. Чего ты боишься? Он же не заметит.

— Зато может заметить кто-то другой.

— Придешь рано утром. Суббота! Все будут спать.

— Не знаю, мне надо подумать.

— Вот сейчас совсем тебя не понимаю. Ты хочешь замутить с Хазаровым или нет?

— Конечно, хочу.

— Тогда сделай хотя бы это. Может быть повезет и он все-таки обратит на тебя внимание.

Моя голова гудит от напряжения. Но главное отмечаю — Хазарова не будет в академии. Вот и девчонки это обсуждают. Похоже, они его поклонницы. Вероятно, как-то следят за его графиком.

Все подтверждается. Нужно действовать. Просто сделать это и забыть.

Поразмыслив, решаю пойти туда вечером. Можно было бы и рано утром, но как бы мне тогда не натолкнуться на своих же одногруппниц.

Никто не должен видеть, как я буду в том коридоре. Ночью все спят. И по академии расхаживать запрещено.

Остаток дня ощущаю себя будто на иголках.

Захожу в комнату. Аси почему-то нет. Пары у нас закончились одновременно, только теперь понимаю, что не видела ее.

Странно. Обычно она ничего не пропускает.

Мои мысли переключаются с Хазарова на мою соседку. Время идет, а ее так и нет. Потому начинаю переживать.

Должна бы вернуться. Поздно уже.

В какой-то момент дверь резко распахивается. Поворачиваюсь и вижу, как в комнату залетает Ася. Вся раскрасневшаяся, запыхавшаяся. Она выглядит так, будто убегала от бешеных собак. Растрепанная, нервная, взвинченная. Глаза распахнуты. Губы дрожат. И смотрит перед собой будто ничего не видит. Мыслями где-то далеко.

— Ася, ты в порядке? — невольно вырывается вопрос.

Никакого ответа.

Даже не уверена, что она меня слышит.

— Ася? — зову снова.

Теперь девушка все же переводит взгляд на меня. Кажется, ее внимание понемногу фокусируется.

— Извини, Маш, мне надо в душ, — бросает.

И в следующую же секунду юркает в ванную комнату.

Только тут до меня доходит, что она после задания. Наверное. Другого объяснения для ее странного состояния найти не могу.

Ася проводит в душе не меньше часа. Выходит такая же растерянная и заторможенная. Укладывается в постель.

Похоже, это не лучшее время, чтобы заводить разговор, о чем-то ее расспрашивать.

Слышу, как она ворочается в кровати, но после все же затихает. Мне самой сегодня не до сна. Поглядываю на часы снова и снова.

Полночь.

Пора идти.

Осторожно приподнимаюсь, выскальзываю, стараясь не шуметь. Не хочу разбудить Асю.

Дорога до комнаты Хазарова проходит как в тумане. А дальше мои пальцы дрожат, пока пытаюсь открыть замок.

Получается. Переступаю через порог.

Свет включать опасаюсь. Но тут не так уж темно благодаря льющемуся из окна сиянию луны. Шторы не задернуты.

Медленно прохожу вперед. Осматриваюсь.

Комната тонет в густом полумраке.

Где же его медаль?

Наверное, мне все же лучше включить свет. Хоть на пару минут. Я уже понятия не имею насчет…

— Меня ищешь? — хриплый голос будто током бьет.

Обмираю, застыв на месте.

От Автора:

Девочки, у меня вышла очень горячая короткая завершенная история (ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!) переходим и добавляем себе - https://litnet.com/shrt/GC-i

ОНА ОБМАНУЛА БОССА МАФИИ, А ОН ЕЕ ЖАРКО НАКАЗАЛ ЗА ВСЕ!

— Выдрать бы тебя, — хрипло говорит он и с мрачной усмешкой добавляет: — Ремнем.
Надвигается на меня. Проходится хищным взглядом по всему моему телу. И похоже, на одном ремне этот напрочь отбитый отморозок сегодня ночью не остановится. Дикие искры вспыхивают в его зеленых глазах.
— Сама нарвалась, — оскаливается.
Берется за ремень. Бряцает металлическая пряжка. И видимо, все эмоции отражаются на моем лице, когда он вытягивает ремень из шлеек.
— Буду пороть, — заявляет. — А потом трахать.
Выразительным жестом рассекает воздух ремнем, после чего сам же его и перехватывает другой рукой, сжимает в кулаке.
— Всю ночь, — жестко.
Однажды я обманула опасного и жестокого мужчину. Думала, мы больше никогда не встретимся. Вот только под Новый год его люди нашли меня, выкрали, бросили к его ногам.

20

Хочется до последнего отрицать реальность, но мне быстро приходится ее принять.

Хазаров здесь. Не знаю, почему так получается. Теперь уже не важно. Главное, что он никуда не уехал. Осознание этого окатывает льдом.

Очнувшись от ступора, отшатываюсь назад. Упираюсь спиной в какой-то выступ позади. Лихорадочно соображаю, как бы отсюда ускользнуть.

Мои глаза привыкают к скупому освещению. Конечно, всех деталей видеть не могу. Однако сейчас хорошо различаю крупный силуэт Хазарова.

Он стоит прямо возле двери. Кажется, опирается спиной.

Как же я сразу его не заметила? Ничего не почувствовала?

А он будто только меня и ждал.

Иначе почему выключен свет? Кто был стал вот так стоять в темноте?

Мысли проносятся в голове хаотичным потоком. Четко мне пока ясно только одно: выйти отсюда также легко, как я вошла, не получится.

Поворачиваюсь. Бросаю взгляд на окно. Мелькает шальная идея выбраться через него. Но разум ее отбрасывает. Хазаров перехватит меня в два счета.

Лучше не дергаться. Не провоцировать его.

Хотя это наверное, уже поздно.

Даже не так. Куда еще сильнее провоцировать?! Пробралась в его комнату. Ищу здесь что-то.

— Что молчишь? — хриплый голос заставляет мои нервы натянуться до предела. — Язык проглотила?

Не вижу другого выхода.

Только сказать правду.

— Я медаль искала, — выдаю. — Мне для задания надо. Это для посвящения в первокурсники. Думаю, ты должен был об этом слышать. Может быть, сам его проходил.

Стоп, стоп, стоп.

Ну что я несу?

Тяжело представить, что Хазарова мог кто-то заставить проходить эти дурацкие задания.

— Вообще, нельзя никому рассказывать, — добавляю нервно. — Но думаю, ты должен знать.

Тишина.

Сейчас Хазаров выглядит будто каменная статуя. Не двигается, ничего не произносит. Лишь полностью перекрывает проход.

В ушах звенит от напряжения.

— Я бы никогда не стала красть твои вещи. Ну то есть брать что-нибудь у тебя. Без разрешения. И я бы сюда не зашла. Если бы не задание.

Безотчетно кажется, что если продолжу говорить, то это немного разрядит обстановку. Но похоже, так не работает.

Впечатление, будто воздух электризуется от моей собственной тревоги.

Хазаров же остается абсолютно спокоен. Не меняет позу. Не двигается. Он дальше наблюдает за мной. Ощущение такое, будто могу прочувствовать его взгляд. Как он впечатывается в мое лицо. Опускается ниже и ниже. И пусть вокруг до сих пор полумрак, это едва ли помогает скрыться от его пристального внимания.

— Хочешь взять у меня? — вдруг интересуется Хазаров.

— Да, медаль… для задания, — выдавливаю с трудом.

Но я уже слишком далеко зашла, чтобы отступать. Хотя часть меня готова броситься прочь отсюда. И как можно скорее.

Только сомневаюсь, что Булат меня легко выпустит.

Нужно с ним как-то договориться. По-хорошему. Так, чтобы он меня больше не трогал. Но в уме эта идея звучит лучше, чем есть в реальности, где я понятия не имею, как это все провернуть.

Хазаров шагает ко мне. Резко. Порывисто.

Думать больше не получается. Мое тело реагирует автоматически. Бросаюсь в сторону от него. Ближе к окну. Будто незримая сила толкает туда в поисках спасения.

Там Хазаров меня и перехватывает. Дернуться не успеваю, как он зажимает меня возле подоконника.

Свет луны хорошо подсвечивает его лицо. Потому что все лучи теперь падают именно на него, озаряя и мрачный взгляд, и резкие черты.

Цепенею, когда наши глаза встречаются. Это ощущается будто удар. И даже вдох дается с большим трудом.

Взгляд у Хазарова тяжелый, но словно расплавленный. Есть в нем что-то тягучее, почти гипнотическое. Будто смотрю на пылающий черный металл.

У него и правда настолько черные глаза? Или это зрачки так расширились в темноте?

Он обхватывает мое лицо своей большой ладонью. За подбородок. Всей пятерней. Жестко. Без боли, но подавляя. Не давая двинуться. Попросту качнуть головой.

— Можешь взять у меня, — хрипло заявляет Хазаров, и его большой палец надавливает на мои нервно приоткрытые губы. — В рот.

Смысл фразы докатывается до меня как-то не сразу. Не могу свести одно с другим, а когда вдруг понимаю, тело бросает в холодную дрожь.

Судорожно дергаюсь.

Хазаров неожиданно легко отпускает меня. Но не отходит. Его ладони по обе стороны от моих бедер. Уже на подоконнике. И пусть он не прикасается ко мне теперь, легче не становится.

Да что же это такое?..

Опять он за свое. Очередное грязное предложение, от которого буквально передергивает.

— Можно я пойду? — вырывается у меня сквозь сдавленный выдох.

— Ты вроде медаль хотела, — усмехается Хазаров.

Одно движение его губ заставляет снова содрогнуться от жгучей вспышки паники.

Он даже усмехается угрожающе. И от его обычных фраз пробегает мороз под кожей. Что тогда говорить о других…

— Нет, это была плохая идея, — выдаю наконец. — Давай я уйду. Мы забудем обо всем.

— Из раздевалки ты уходить не торопилась, — говорит Хазаров.

Первый порыв механически возразить. Но уже в следующий момент накрывает обесточивающая суть его замечания.

Булат склоняет голову к плечу. Оскаливается, изучая меня все более пристально.

— Разглядывала меня, — заключает Хазаров. — Тогда ты смелее была. А сейчас что застыла?

Ох уж эти проклятые стекла в душевой.

— Хватит смотреть, — произносит Булат. — Пора нам с тобой дальше двигаться.

Он берет мою руку и кладет на себя. Пользуясь моей растерянностью и той вялостью, которая захватывает тело от шока, Хазаров практически оборачивает мои пальцы вокруг своего возбужденного члена. Накрывает мою ладонь своей, заставляя сильнее сжать.

21

— Сейчас я уберу ладонь, — говорит Хазаров. — Расстегну брюки. И ты продолжишь сама. Поняла? Я занят. Времени сегодня в обрез. Так что отсасывать мне будешь завтра. Пока просто подрочишь.

Он выдает все это настолько спокойным и ровным тоном, что в моей голове не сходится его невозмутимая манера выражаться и сам смысл всех этих фраз.

Возникает полный диссонанс.

Он рассуждает об этом так небрежно, словно распоряжается заварить ему кофе или сделать чай.

Ком забивается в горле. Даже закричать не могу.

— Что молчишь? — спрашивает Хазаров, как будто бы с раздражением. — Ты меня поняла?

Он все еще не разжимает пальцы. Удерживает мою руку ТАМ. Но если отпустит, то я могу хотя бы попытаться рвануть прочь отсюда.

Точно попытаюсь!

— Ну раз ты так туго соображаешь, то я могу сделать все сам, — неожиданно заявляет Хазаров. — Иначе.

Одно это короткое слово действует на меня как ведро ледяной воды. Заставляет моментально включиться.

Жутко представлять, что именно Хазаров может иметь ввиду под этим самым «иначе».

— Не надо ничего делать, — выдаю нервно. — Я же объясняла. Ничего не умею. Тебе лучше найти другую девушку, которая разбирается лучше.

— Я помню, что ты девственница, — прохладным тоном замечает Булат. — Но ты уж совсем херню не неси. Хочешь мне сказать, никогда мужика за хер не держала?

— Нет, — чуть дыша.

— Ну значит, сейчас научишься, — без эмоций. — Глубокий отсос сразу делать не заставляю. Этим завтра займешься. Будешь постепенно привыкать.

— Не буду я ничем заниматься, — отрицательно мотаю головой. — Пусти меня. Или я закричу.

Мой голос предательски срывается, доходит практически до шепота. Но он настолько доводит меня этим жутким разговором, что уже готова завизжать от возмущения. Вот только немного соберусь, сброшу оцепенение, сковавшее горло.

— Кричи, — спокойно произносит Хазаров.

— Я…

— Я тебе рот хером заткну.

Смотрю на него оторопев.

Он произносит все это так, что сомнений в реальности этой угрозы не возникает. Вообще никаких.

Он на что угодно способен. Ни перед чем не остановится.

— Хочешь жестко? Будет жестко, — отрезает Хазаров.

— Я никак не хочу, — качаю головой, напрасно пробую вырвать свою руку из его руки. — Пусти. Дай мне уйти.

— В прошлый раз я тебя уже отпустил, — замечает он, продолжая прожигать меня тяжелым взглядом. — И что дальше? Ты сама в мою комнату забралась. Собиралась взять мою вещь.

— Это все из-за того дурацкого задания. На посвящение. Я хотела отказаться, но выбора не было.

— Какая ты шумная.

— Что?

— Говоришь много.

Его ладонь обхватывает мою шею. Мне кажется, он меня сейчас задушит, но это прикосновение ощущается непривычно… мягко? Хазаров словно едва трогает мою кожу.

Наверное, от этого еще более жутко. Меня всю потряхивает.

— Я тебе все сразу сказал, — чеканит.

— Да, но…

— На каких условиях отпустил?

Молчу.

— Помнишь? — хрипло.

Горло сдавливает от волнения.

— Еще раз мне попадешься — выебу.

Фраза действует как удар наотмашь.

— Я же не виновата, что мы учимся в одном универе, — выпаливаю. — Если бы знала, то даже не приехала бы в академию. А теперь… эта встреча просто случайность.

— Значит, ты случайно в мою комнату забралась?

— Нет, задание, — роняю глухо и понимаю, как это все звучит.

— Ну ты совсем отбитая, — заключает Хазаров. — Думаешь, что можно вот так задницей передо мной крутить?

— Ничего я не крутила, — чуть не всхлипываю.

— В раздевалке караулить. Смотреть, когда я в душевой моюсь.

— Я была там только из-за ключа, — вырывается на эмоциях.

Тьма в глазах Хазаров будто сгущается сильнее с каждой прошедшей секундой. И у меня вообще возникает чувство, что он меня больше не слушает. Не слышит.

Его ладонь по-прежнему сжимает мою. Пульсация под моими пальцами нарастает. Или это все со страху, или он действительно крупнее теперь.

Нужно что-то делать. Срочно.

— Если тронешь, я пойду к ректору, — бормочу. — Буду жаловаться. Это же учебное заведение, а не бордель. Ты не можешь меня заставить.

Наверное, на стрессе подбираю не лучшие слова для такой ситуации. В глазах Булата теперь еще больше искр вспыхивает. Впечатление, будто на меня сама бездна смотрит.

— Ну сходи, — бросает Хазаров, неожиданно легко соглашаясь.

Замираю под его мрачным взглядом.

— Про воровство сказать не забудь, — добавляет он. — Как мой ключ украла. Как я тебя на горячем поймал.

Сердце бешено колотится.

Чувствую, что ловушка окончательно захлопывается.

— Я тебя трахну при любом раскладе, — заявляет Булат, подаваясь вперед настолько близко, что его раскаленное дыхание обдает мое лицо. — Ты сама нарвалась. Сама на мой хер пришла. Знала, что будет. Предупреждал.

22

Он прав.

Логика у Хазарова ненормальная, больная. Но спорить с ним бесполезно. Это уже понятно.

Доказать у меня ничего не получится.

И он действительно предупреждал. Прямо сказал, что меня ждет, если мы встретимся вновь. Только я даже в кошмарном сне вообразить не могла, что наше столкновение произойдет настолько быстро. И где? В академии, где я мечтала учиться.

Может, и была ничтожная вероятность того, что Хазаров оставит меня в покое. Если бы сейчас я не оказалась в его комнате. Теперь об этом в любом случае бесполезно думать. Все уже произошло. Время назад не вернуть.

Нужно что-то делать. Как-то сопротивляться, бороться. Однако мое тело цепенеет. От его пугающей близости. От жесткого напора.

Заледенев изнутри, даже шевельнуться теперь не могу.

Моя рука до сих пор зажата его рукой. Там, где он с каждой секундой будто еще крупнее и тверже становится.

Его лицо оказывается почти вплотную к моему лицу.

Не выдержав, отворачиваюсь. Лихорадочно пытаюсь найти выход, прокручивая в голове разные идеи.

Договориться? Что ему предложить, чтобы он меня отпустил? Как бы мне его просто уговорить?

Хазаров с шумом втягивает воздух возле моей шеи. Почти ведет носом по коже, вынуждая поежиться, задрожать.

— Нет, пожалуйста, — выдавливаю нервно. — Я… не могу.

— Что ты не можешь? — словно бы с раздражением.

Он неожиданно отпускает мою руку. И едва хватка горячих пальцев ослабевает, отдергиваю ладонь. Вся пытаюсь отклониться в сторону, но положение не дает сделать этого. Я скована тем, насколько он близко ко мне. Практически всем своим телом прижимается. Так тесно, что воздуха не хватает.

Вроде бы отпустил. Но уйти все равно не дает. И потому никакого облегчения не чувствую.

Наоборот меня кипятком обдает уже в следующий момент, когда слышится металлическое позвякивание.

Улавливаю его движение. Не уловить попросту нельзя. Он слишком близко ко мне сейчас.

Хазаров расстегивает ремень.

Хочу закричать. Мне уже все равно, что придется объяснять, как попала в его комнату, признаваться в краже ключей. Пусть меня отчислят за воровство. Пусть выгонят с позором. Не важно! Пусть хоть в тюрьму отправят. Лишь бы вырваться отсюда.

Однако физически у меня выходит лишь приоткрыть рот. Рвано глотать воздух. Ни единого звука с моих губ не слетает. Настолько сильно сдавливает горло. Ничего больше выдавить не получается. Даже прошептать ничего не могу. Настолько сильный страх сковывает.

Хазаров такой. Он способен на что угодно. Чувствуется, что тормозов у него нет. Наверное, по его понятиям он даже слишком много времени уделил нашему с ним разговору. Теперь переходит к действиям.

Я никогда раньше таких как он не встречала.

Не то чтобы у меня было много знакомых парней. Совсем нет. Но от Хазарова веет чем-то реально угрожающим, опасным, леденящим, чем-то таким, что буквально выбивает почву из-под ног. Сама его энергетика ощущается как нечто стальное, непробиваемое. И до него же правда никак не достучаться.

Такое впечатление, будто обращаешься к урагану или к шторму, который все на своем пути сносит. Голая стихия. На слова не реагирует, не слышит.

Его губы впечатывается в мою шею. Зубы слегка задевают кожу.

И тут меня прорывает. Ни слова сказать не получается, ни всхлипнуть. Но из глаз начинают литься слезы. Глухие рыдания сотрясают. Истерика пожирает изнутри.

Накрывает от ощущения безысходности.

Хазаров резко отпускает меня. Но я осознаю это отстраненно. В какой-то момент понимаю, что больше не чувствую давления его тела, и его самого. Жесткие губы больше не дотрагиваются до моей шеи.

— Свободна, — хрипло заявляет он.

И мне просто не верится, что все настолько легко заканчивается.

А это и не конец.

Хазаров порывисто берет меня за плечо. Встряхивает… неожиданно мягко. Такого от него не ждешь.

— Оглохла? — мрачно выдает он. — Свободна, сказал. Или продолжения хочешь?

Отрицательно мотаю головой.

Кажется, Хазаров усмехается. Во всяком случае, так мне чудится. Сейчас он уже перемещается, шагнув в другую сторону, почти скрываясь в тени.

— Иди давай, — бросает дальше. — Нехер здесь истерику закатывать. Сам тебя потом найду.

Он не отпускает меня навсегда. Но хотя бы на сегодня. Выяснять ничего не рискую.

Скорее направляюсь к двери, тороплюсь убраться как можно дальше от комнаты Хазарова.

Не помню, как возвращаюсь к себе. Разум словно плавится от напряжения. Мысли спутываются в огненный клубок.

Выдохнуть до конца не получается даже под утро.

Все же последние фразы Хазарова не идут из головы. Он ясно дал понять, что еще не закончил со мной.

Тревога захлестывает настолько, что когда сталкиваюсь позже с Виолой даже не понимаю, о чем она говорит.

— Ну что? Как все прошло? — спрашивает девушка. — Ты смогла забрать медаль из комнаты?

Медаль. Какая еще…

— Ты слышишь меня? Маша?

— Нет, — выдаю наконец. — Ничего не получилось.

— Ты что взяла ключи и никуда не пошла?

— Нет.

— Шутишь? — хмурится. — Тебе надо выполнить задание.

— Я не буду выполнять это задание.

— Знаешь, с юмором у тебя не очень…

— Не шучу, Виола, — говорю ровно. — Больше никаких заданий. И в комнату к Хазарова не пойду.

— Слушай, не знаю, что на тебя нашло, но либо ты выполнишь это задание, либо сильно пожалеешь, — прищуривается Виола. — Или тебя элита совсем не пугает? Ну зря. Они здесь всем заправляют. Не пройдешь посвящение — тебе тут спокойной жизни не дадут.

Не знаю, что может сделать элита, а вот с Хазаровым столкнулась вчера. Мне одной этой встречи хватило, чтобы больше не пытаться у него хоть что-то стащить.

Чудом ноги оттуда унесла.

Еще неизвестно какие последствия будут.

23

Первое время ничего не происходит. Пусть это и ощущается как затишье перед бурей, но что если старшекурсникам просто не до меня? Хватает других ребят, которые должны выполнить свои задания. Неужели элита настолько следит за каждым шагом новичков? Ну и должен быть срок на выполнения задания. Вряд ли со мной начнут разбираться сразу.

Хотя как бы там события не развивались, а сейчас меня сильнее всего волнует Хазаров. Если с элитой еще может повезти, то не думаю, что с ним закончится легко.

Стараюсь сосредоточиться на учебе и на распределительных тестах, которые уже идут вовсю. Надеюсь, что не попаду на Южный факультет. Чем дальше от Хазарова, тем лучше.

В один из дней на большом перерыве я задерживаюсь в очереди за напитками. Ася должна занять столик вместе с Лёвой. В последнее время мы общаемся вместе. Помогаем друг другу подготовиться, проверяем пробные тесты.

В общем, все идет как обычно. К счастью, пока без приключений. Отхожу от стойки с напитками. Замечаю вдали ребят.

Вот только… с ними еще кто-то.

Застываю, обмирая изнутри.

Высокий парень нависает над Асей, оттеснив Лёву в сторону. И наверное, мой страх перед Хазаровым зашкаливает, ведь сейчас кажется, это именно он. Куртка как у него. Его факультет — угадываются очертания характерной эмблемы. Да и цвета подтверждают догадку. Массивная фигура тоже не оставляет сомнений. Высокий рост. Широкие плечи.

Далеко не сразу осознаю, что тот парень блондин.

Едва почувствовав угрозу, в первую очередь думаю про Хазарова. Потом сначала отпускает, но уже через секунду тревога закручивается с новой силой. Со стороны поведение того старшекурсника выглядит угрожающим. Он будто напирает, заставляя Асю отступить и вжаться в стол. Даже если это не Хазаров, еще не значит, что можно выдохнуть.

Шагаю вперед, собираясь поддержать подругу хотя бы тем, что позову на помощь в случае чего. Но похоже, слишком много думаю про Хазарова.

Как в той поговорке? Вспомнишь волка — вот и он.

Возникает будто тень. Из ниоткуда. И дальше понимаю, что больше Хазарова ни с кем не спутаю. Он двигается молниеносно. Хватает своего однокурсника — и впечатывается лицом в стол. Буквально вбивает.

Кажется, вокруг все замолкают. Стихают оживленные разговоры, смех.

Если никто не обращал внимания на то, как тот парень доставал Асю и Лёву, то появление Хазарова и последующую стычку замечают все.

Наверное, «стычка» — не лучшее определение. У того типа даже нет шанса дать отпор. Хазаров его в момент размазывает. И он корчится от боли, закрывая лицо ладонями.

У меня стойкое дежавю. Практически так мы встретились. Застываю с подносом в руках, не могу теперь с места сдвинуться.

Другие ребята заслоняют все, потому что хотят ближе рассмотреть происходящее.

А я так и не успеваю пройти дальше, ведь рядом вдруг появляется Виола и еще две девушки. Старшекурсницы. Одну уже знаю, помню по моменту, когда мы тянули задания. Юлиана. Но вторую вроде бы вижу впервые.

— Что? Довольна? — шипит она, глядя на меня каким-то мстительным взглядом.

А я вообще, не понимаю, о чем идет речь. Что происходит?

Виола забирает у меня поднос.

— Давай, — говорит. — Чтобы не мешал.

Отставляет его на ближайший стол.

— Идем, — произносит Юлиана ледяным тоном. — Нам с тобой поговорить надо.

Перевожу взгляд с одной девушки на другую. В глазах Виолы читается нечто вроде «сама виновата», и это лишь подтверждается, когда она пожимает плечами, а после вздохнув, отворачивается.

— Идем, — повторяет Юлиана.

У меня состояние полнейшей растерянности. Мы выходим из столовой. В коридоре сейчас непривычно пусто.

— Зря ты решила, что можешь настраивать Булата против меня, — вдруг заявляет незнакомая мне старшекурсница.

— Что? — вырывается на автомате. — Не понимаю, о чем ты.

— Тише, Камилла, — бросает другая и тоже поворачивается ко мне. — Думаю, ты еще не поняла, кто в этом универе главный. Но мы тебе сейчас все хорошо объясним.

— Марат — парень Юлианы, — цедит Камилла. — А Булат — мой. Так что сама это запомни, и своей наглой подружке передай. Ася или как там ее? Наплевать. Нечего к ним лезть. Ясно? Ты должна была забрать медаль из его комнаты, а не в штаны к нему забираться. Такие нищебродки как ты ему на один раз. Он с такой как ты никогда всерьез встречаться не начнет. Так тебе понятно?

Нет.

Что за бред она несет? Причем тут вообще Ася? И Марат… речь про Ахмедова? Он приятель Хазарова. Но едва ли ситуация становится понятнее.

— Полегче, Ками, — опять вклиняется Юлиана. — Слишком много эмоций.

— А как еще? — шипит. — Эта сучка…

— Тише.

Юлиана слегка отодвигает свою приятельницу. Прищуривается, глядя на меня. И я не могу отделаться от ассоциации со змеей, хоть из них двоих, именно эта девушка выражается поспокойнее.

— Ты затеяла опасную игру, — заявляет она. — Настроила Булата против моей подруги. А они встречаются. Давно. У них все серьезно.

Не выдерживаю.

— Я ее даже не знаю, — выпаливаю. — Как я могла кого-то настроить против? Мы видимся впервые. И вообще…

Если у них все так серьезно, то почему бы им не быть вместе? Всегда. Может тогда бы Хазаров оставил меня в покое? Если у него есть девушка, то зачем он пристает к другим?

Вот только впервые слышу про то, что он с кем-то встречается. Про него совсем другие рассказы ходят. Пусть это только сплетни. Не важно. Не хочу во всех этих хитросплетениях разбираться.

— Да это я тебя не знаю, соплячка! — взвивается Камилла.

Но Юлиана снова ее останавливает.

— Слушай, — прищуривается, глядя на меня. — В дуру не играй. Ладно? Мы и с твоей подругой поговорим. Для начала — выполни задание. Я про медаль. Без самодеятельности. Принесешь нам медаль — мы про все забудем.

— Нет, я больше в комнату Хазарова не пойду, — говорю твердо. — Вы с ним общаетесь, встречаетесь, поэтому сами про медаль все решите.

24

Разговор со старшекурсницами не выходит у меня из головы. Но выполнить их задание физически не могу. Не представляю, как смогу снова пробраться в комнату Хазарова. После всего того, что уже было.

Угроза, исходящая от него явная и ощутимая. А с элитой еще ничего непонятно. Может получится как-то спокойно все решить?

Хотя не похоже, будто Юлиана или Камилла на такое пойдут. Они столько всего наговорили. До них не достучаться.

Но элита не только они. Вдруг с кем-то другим получится все уладить? Или обо мне попросту забудут?

Вообще, с этими заданиями не все так просто.

— Знаешь, бесит, — выпаливает в сердцах Ася. — Выполнила все, чего от меня хотели, а стало только хуже.

— Что случилось?

— Извини, не хочу грузить…

— Ты не грузишь.

Подруга качает головой. Нам не хочется обсуждать это идиотское посвящение. Возможно, Ася и хотела бы мне рассказать, если бы знала, что я сама никакое задание так и не выполнила.

Но тут уже я не стану говорить об этом. Мало ли как все сложится? Да и к тому же, от выполнения задания отказываюсь на свой страх и риск.

Пока ясно одно: не факт, что элита от тебя отстанет. Даже если сделаешь то, что тебе выпало.

Сейчас все тихо. Меня еще не начали доставать. Но вскоре появляется все больше сомнений.

Обычный вечер. Заканчивается занятие в гимнастическом классе. Ася сюда не ходит. У нее другой факультатив.

Почти сдаю все необходимые нормативы, когда вдруг одна из девчонок толкает меня в спину. От неожиданности теряю равновесие. Движение смазывается. В последний момент все заваливаю.

Препод тут же называет мою фамилию.

— Сейчас нет времени, нам надо закончить, — продолжает женщина. — После окончания занятия задержишься и пересдашь все заново.

Поворачиваюсь и смотрю на ту девушку, которая пихнула меня в спину.

— Что? — хмуро бросает она, дернув плечом. — Я случайно.

Только это вряд ли могла быть случайность. Не первый день занимаюсь гимнастикой. Понимаю же, как бы все выглядело, будь это случайность.

Вот оно? Уже началось?

Отгоняю тревожные мысли подальше. Но когда препод начинает придираться буквально к каждому моему движению, к каждой мелочи, эти догадки с новой силой закручиваются в моей голове.

Травля от элиты?

Может так все и начинается. Постепенно, по нарастающей. Сперва достает кто-то из девчонок, потом подключаются и преподы.

Или у меня разыгрывается паранойя?

Раньше казалось, что если элита против тебя, то настраивают студентов. На преподавателей такое распространяться не может.

Но как я могу быть уверена наверняка? Едва ли в этом разбираюсь.

Чем дольше меня прессует препод, тем сильнее начинаю сомневаться. Еще недавно никаких проблем на гимнастике не было. Давно занимаюсь.

Все. Хватит. Может у нее просто плохое настроение сегодня? На это найдется десяток разных причин. И даже то, что какая-то девчонка толкнула меня, пусть намеренно, все равно еще ничего не значит.

Нормативы сдаю. Оценки выставляют высокие.

Когда наконец добираюсь до раздевалки, многие девчонки уже успевают разойтись, а кто-то как раз заканчивает принимать душ.

На автомате сбрасываю с себя форму, подхватываю полотенце. Быстро направляюсь в душевую.

К счастью, никаких зеркал с сюрпризом тут нет. Голые стены. Это не та раздевалка, что для физры. Гимнастические залы расположены на другом конце центрального корпуса.

Задерживаюсь под горячими струями.

В один момент меня начинает сильно колотить. Даже морозить. Кожа вмиг покрывается колючими мурашками.

Наверное, сказывается напряжение внутри. Накопилось много переживаний — и вот результат.

Стараюсь все это преодолеть, побороть. Усилием воли заставляю себя успокоиться.

Вроде бы помогает.

Выключаю воду. Выхожу из кабинки. Вокруг тихо.

Кажется, больше никого нет. Другие девушки разошлись. И от осознания того, что я одна в пустующей раздевалке становится неуютно, как-то не по себе.

Смотрю на крючок, где вешала свое полотенце. Там пусто. На полу ничего нет. И на лавке рядом. Когда веду головой по сторонам, тоже ничего не замечаю.

Странно. Что за…

Будто незримая сила толкает в спину. Заставляя скорее направиться к моему шкафчику.

Дергаю ручку. Обмираю, увидев, что там ничего нет. Мои вещи пропали. Начинаю механически толкать дверцы остальных шкафчиков. Закрыто.

Не могла же я перепутать? Нет. Хорошо помню, как оставляла вещи именно здесь. Теперь ничего не нахожу. Ни одежды, ни полотенца.

Ладно, даже если бы спутала шкафчики. Тот, где все оставила, должен быть сейчас открыт.

Кровь ударяет в затылок.

Мне кажется или я действительно слышу тяжелые шаги? Совсем близко. Может это мое сердце настолько сильно колотится? Пульс ударяет по вискам, потому путаю?

Больше не думаю. Бросаюсь вперед. Захлопываю дверь раздевалки, защелкивая замок.

Успеваю в последнюю секунду.

Кто-то толкает дверь. С такой силой, что я ощущаю вибрацию от двери. Звуки шагов все громче. А следом — новый толчок. Еще мощнее.

— Открывай! — раздается незнакомый мужской голос.

— Шустрая сучка… — слышится следом за ним другой.

— Закрылась, ну охренеть, — третий.

— Давай, открывай! — еще один.

— Эй, хочешь, чтобы мы дверь выломали? — и еще.

Цепенею изнутри.

Сколько их там?

Какие-то парни. Человек пять. Может и больше. Откуда мне знать? Но даже если пятеро, это уже очень плохо.

Дверь снова толкают.

А я лихорадочно озираюсь.

Тут даже прикрыться нечем. Кажется, вон в том углу были сложены полотенца. На стойке возле стены. Сейчас там пусто.

Не важно. Плевать. Полотенце меня не спасет.

Как отсюда сбежать?

Из-за двери слышится гогот.

— Блять, открывай уже! — с раздражением.

— Ты что, боишься нас? Как там тебя… Мария? Мы такую сладкую конфетку не обидим. Просто отлюбим. Нежно.