Бывшие. Противопоказано влюбляться

Глава 1

– Ты слышала последние новости?? В больнице такое случилось, ты щас упадешь!! Там скандал грандиозный, этого изменщика даже главврач, говорят, к себе вызвала!

Восторженный голос явно принадлежит Залине, санитарке из оперблока. Опять она кому-то косточки перемывает.

Я устало вздыхаю и вхожу в столовую. Хочу купить кофе в автомате и какую-нибудь шоколадку, а то голова совсем не соображает после суточного дежурства.

При моем появлении Залина замолкает и лицо у нее вытягивается, будто привидение увидела. Я прохожу к автомату, коротко кивнув в знак приветствия ей и Дарье Сергеевне, постовой медсестре. Тыкаю на кнопки, но слышу, как за спиной тихонько шушукаются.

Резко оборачиваюсь и окидываю сплетниц строгим взглядом. Залина дергается, как от удара, бегает глазами по помещению. Дарья Сергеевна де усиленно делает вид, что дно пустой чашки – самое интересное, что она видела за свою жизнь.

Значит не ошиблась, точно мне косточки перемывали.

– Залина Рашидовна, у меня что, хирургичка сзади испачкалась? Вы так смотрели, – спрашиваю я с вежливой улыбкой.

Вообще я всегда со всеми вежливая, стараюсь быть максимально мягкой и эмпатичной, хотя за пять лет работы хирургом постепенно черствеешь. Но вот быть доброй к Залине у меня не получается, как ни старайся. Все потому что она главная сплетница в отделении. Причем такая, что любой слух до масштабов катастрофы раздует.

Благодаря ее байкам когда-то уволили и моего наставника. Аркадий Семенович Миньков горел своей профессией, с удовольствием всегда помогал студентам. Я столькому у него за ординатуру научилась, столько опыта приобрела!

А потом такая вот Залина, которой от скуки делать нечего между работой, сумела даже такого профессионала, как Миньков, выжить.

Залина, услышав вопрос, тут же расплывается в улыбке и головой бешено мотает.

– Нет-нет, вы что, все у вас чистенькое! Вы вообще всегда так опрятно одеты, еще и так стильно, скажи же, Дарья Сергевна? – женщина тыкает постовую медсестру в бок, чтобы та поддержала разговор.

Но она лишь вяло кивает, явно не желая помогать подружке отмазываться.

– Просто у вас… фасон такой необычный! Очень красиво на фигуре сидит, – тараторит Залина.

Еле сдерживаюсь, чтобы не поморщиться. Забираю стаканчик с уже налитым кофе и шоколадку.

– Если вы завтрак закончили, то подготовьте операционную. А то Юрий Олегович снова будет ругаться, что после нашей смены плохо убрано, – выговариваю все тем же строгим тоном и направляюсь к выходу.

– Конечно-конечно, Василиса Евгеньевна! Сейчас, только чаек допьем! – елейным тоном уверяет Залина.

Я выхожу из столовой, прохожу пару метров, а потом резко останавливаюсь, сама не зная, почему. Обычно я предпочитаю не знать, что обо мне говорят, но… не могу объяснить, что в этот раз не так. Сердце будто не на месте.

Оглянувшись вокруг, убеждаюсь, что в коридоре сейчас никого и тихо подхожу к полуоткрытой двери.

– А ты думаешь чего она такая грымза? Конечно, злость-то надо на ком-нибудь сорвать, когда мужик напропалую гуляет! – злорадствует Залина.

– Да ну тебя, вдруг все это неправда? Ну не может такого быть, чтобы Липатов взял и почти в открытую спал с кем-то!

Едва не роняю стаканчик с горячим кофе, настолько ослабевают пальцы. Липатов – это ведь мой муж, я его фамилию ношу, Василиса Липатова… Нет, это все точно какой-то бред…

– Я тебе говорю, их застукали! – горячо доказывает Залина. – Муж пациентки и поймал! Эти супруги у нас ЭКО делали, а потом Артур Игоревич беременность этой бабы вел. А оказалось, что он ее на каждом приеме того… оприходовал! И ребенок этот может и не от мужа совсем, а от Липатова! Маринка говорит, что мужик там так орал, охрану даже вызывали, он все рвался морду Артуру Игоревичу набить! Я, говорит, жену вам сюда привез не чтобы вы ее своей спермой накачивали!

Меня начинает тошнить от подробностей. Голова гудит, я зажмуриваюсь на секунду, пытаясь осмыслить. Если это все правда, то мой муж… боже…

– Господи, ну и позор! – ахает Дарья Сергеевна.

– Да не говори! Говорят, мужик пациентки без стука зашел, а там его жена лежит на кресле смотровом. Ноги в стороны раскинула, а Липатов штаны быстренько застегивает и лепечет что-то про “дополнительную стимуляцию”. ДНК теперь делать будут. Но Липатова точно с работы попрут. Вот Васька и злая ходит. Ну а что, сама виновата, конечно. Раз мужик налево таким способом пошел, то уж точно фригидная!

Глава 2

Кровь приливает к лицу, я чувствую, как сильно горят щеки, словно их пощечинами нахлыстали. И лучше бы так, потому что слышать об измене мужа, еще и такой гнусной, это чересчур.

Когда все это произошло? Судя по всему вчера ближе к вечеру, как раз когда я была на сутках. Случилось ДТП и требовалось три срочных операции, потом еще пациент с острым животом, другой с ранением… все носились по отделению, не до сплетен было. А теперь вот и до нас слухи дошли…

Ноги становятся ватными, и я приваливаюсь плечом к стене, чтобы не упасть.

В голове до сих пор звучат слова Залины про фригидность. И это так мерзко… если все правда и Артур действительно с пациенткой спал, то, судя по ее логике, я в этом виновата?

Трясу головой и обвожу пустым взглядом коридор. Нужно уйти. Если меня вот так застукают, будет еще унизительнее.

Но я не могу двинуться с места. Вместо этого, как мазохистка, стою и слушаю дальше, словно мало уже услышанной грязи.

– Я слышала, что это даже не первая его пациентка! – продолжает Залина с нескрываемым удовольствием. – Маринка из регистратуры говорит, что раньше тоже слухи ходили всякие про Липатова. Он же первоклассный гинеколог-репродуктолог, к нему женщины на прием толпами ходили. Сама посуди, сколько там отчаявшихся, которые детей хотят до трясучки. А тут он, весь такой в белом халате, с умными речами. Ну и… сама понимаешь. Так что кто его знает, сколько баб на самом деле от него залетело, а не от ЭКО.

– Ужас какой, – Дарья Сергеевна. – Это ж сколько детей может быть по городу с его генами? Какой-то бык-осеменитеь, а не мужик…

– Вот и думай теперь. Одно дело погуливал налево, а другое, когда вот такое творил.

Желудок скручивает в узел. Я даже рада, что не успела съесть завтрак, потому что он бы попросился наружу. Желчь подкатывает к горлу, опаляет пищевод. Зажимаю рот ладошкой, боясь, что меня сейчас вырвет прямо здесь, в коридоре.

Боже… это какой-то кошмар, наверное я все-таки заснула где-то после тяжелой ночи и мне все это снится. Лучше так, чем происходящее окажется правдой.

Ведь тогда выходит, что пока я пахала на суточных дежурствах, по несколько часов стоя у операционного стола и спасая жизни, муж изменял мне напропалую. И так паскудно, с собственными пациентками. С отчаявшимися женщинами, которые приходили за помощью, верили, что Липатов поможет им стать матерями.

А он и помогал. Пользовался служебным положением, втирался в доверие, непонятно какую лапшу на уши вешал.

Если все это не россказни Залины, а правда, как от такого позора отмыться?

– И Василиса прям не в курсе была? – недоверчиво спрашивает Дарья Сергеевна.

– Да она ж вечно на работе! Когда ей следить за мужем? У него полная загруженность, у нее смены вечно. Ушла вот так в выходные, так Липатов спокойно хоть домой любовниц водить может. Да что там, вон, в кабинете оприходует!

Залина хихикает, явно гордая своей шуткой.

Мне становится так горько и плохо. Мы ведь с Артуром вместе еще с института, поженились на последнем курсе. Семь лет вместе… и никогда он не давал повода себя ревновать!

Хотя конечно, если изменять на работе, то выходные спокойно можешь проводить с женой. Никаких подозрений точно не вызовешь.

– Слушай, а как думаешь, Василиса разведется теперь?

– Да куда она денется! После такого как простить? Развод, конечно. Даже жаль Ваську, хоть и стерва она. Ей теперь вообще не позавидуешь, – без капли сочувствия в голосе Залина начинает перечислять: – Муж – изменщик, на весь город позор, еще и коллеги все в курсе. Как она теперь людям в глаза смотреть будет?

Я медленно отлипаю от стены. Кофе в руке уже остыл, а шоколадка подтаяла в сжатом кулаке. Пальцы дрожат так, что стаканчик ходит ходуном, грозя пролиться.

Как я буду смотреть людям в глаза? Хороший вопрос, Залина Рашидовна. Очень своевременный, самой бы ответ знать.

Нахожу наконец в себе силы развернуться и уйти. Не хочу больше слышать ни злорадных смешков, ни других подробностей, которые сплетницы продолжат смаковать.

Шагаю по коридору почти на автопилоте, сама не зная, куда иду. Вроде я направлялась в ординаторскую? А в какой стороне ординаторская?

Иду, будто в прострации, а в голове крутится одна и та же мысль: все знают. Сплетни об изменах моего мужа и до этого ходили, если верить словам Залины. А это значит, что кто-то знал или догадывался, но доказательств не было. Но теперь, после такого грандиозного скандала, точно в курсе вся больница от охраны до медсестер в кабинетах.

Как мне теперь жить с таким унижением? Как выдержать пересуды и смешки, еще и людей оперировать?

Надо домой. Надо просто добраться до квартиры, запереться и… и что? Реветь в подушку? Бить посуду? Ждать, пока Артур вернется, чтобы потребовать объяснений?

А поговорить придется. Хочу услышать версию мужа, как все было на самом деле. В душе еще теплится надежда, что возможно все это чудовищная ошибка. Может Залина вообще напридумывала, раздув сплетни до невероятных масштабов, как это было с Миньковым. Когда выяснилась правда, было уже поздно. Репутация испорчена и ни о какой научной работе или просто месте в хорошей больнице не стоило и мечтать.

Нет, это все так чудовищно, что не может быть правдой. Артур все объяснит и, уверена, окажется, что все переврали. Не может быть, чтобы человек, с которым я прожила семь лет, оказался таким…

Мысль обрывает громкий окрик:

– Василиса Евгеньевна!

Я вздрагиваю и оборачиваюсь на звук. Ко мне торопится Оксана, медсестра, заступающая сегодня на пост вместо Дарьи Сергеевны. Одного взгляда на ее сочувственный вид достаточно, чтобы понять, что и она в курсе скандала.

– Василиса Евгеньевна, – Оксана останавливается рядом, слегка запыхавшись. – Вас главврач к себе вызывает. Сказала, чтобы срочно явились.