Мария
12 лет назад
Подумать только, я смогла поступить в один из самых престижных университетов Москвы! Теперь я была не только студенткой, но и еще нашла подруг. Студенческие мероприятия так меня увлекли, что я и не заметила, как сдружилась с девочками с других факультетов. Жизнерадостная рыжеволосая Катя вечно подбивала нас на безумства, романтичная Полина больше всех писала в наш чат в социальной сети, а спокойная Аня всегда была готова поддержать нас в осуществлении любой идеи.
Я всегда мечтала о том, чтобы у меня были такие подруги, и вот мечта сбылась. Конечно, учиться было нелегко, и мы общались не так часто, как хотелось бы, но переписывались регулярно.
Моя старшая сестра Кристина вечно шутила, что вместо того, чтобы часами болтать с девочками, я бы лучше охмуряла какого-нибудь старшекурсника. Я бы, может, и была не против, да только мне никто не нравился. Из нашей четверки я вечно не знала, чего на самом деле хочу, и личной жизни это тоже касалось. Да и западали на меня совершенно не мои типажи.
Сегодня была первая пара нового предмета. Я уже приготовилась было спать на лекции по «Финансовому менеджменту», как вдруг в аудиторию зашел он: высокий брюнет со стильной стрижкой. На нем были надеты черные брюки и белая рубашка, которая обтягивала его крепкие плечи. Стоило увидеть его лицо, как в животе запорхали бабочки. Первое, что я отметила, – это обалденные глаза, а точнее взгляд. От такого можно хоть трусики выжимать. Губы были четко очерчены, красивой формы. А скулы, о мой Бог, я думала таких у мужчин не бывает. Линии жесткие, но правильные. Все это дополняла щетина, которая очень ему шла.
Легкий женский шепот прошелся по аудитории. Не я одна отметила, что в зал вошел Бог секса.
– Это что, наш преподаватель? – прошептала мне на ухо моя соседка по парте Ленка.
– Видимо, – тихо сказала я, не сводя взгляда с мужчины.
Стоило ему заговорить, как мне захотелось застонать. У него был бархатный голос, с легкой хрипотцой.
– Доброе утро. Меня зовут Михаил Алексеевич Покровский, я буду вести у вас «Финансовый менеджмент».
– О боже, – зашептала Лена, – я готова вечно сдавать ему зачеты.
Я удивленно покосилась на девушку. Она была яростной фанаткой учебы, зубрила днями и ночами. Услышать от нее такое было удивительно, ведь, казалось, кроме учебы ее больше ничего не интересовало.
Мужчина начал лекцию, а моя рука сама собой потянулась к телефону. Я тут же написала девочкам в общий чат:
«SOS. Экстренная ситуация».
Секунда – и Катя уже ответила.
«Что такое?».
«Кажется, я скоро упаду в обморок. Новый препод – просто огонь».
«Фото в студию».
Это уже написала Полина. Украдкой я сфотографировала Покровского. Следующее сообщение было от Ани.
«Мамочки! А у нас этот предмет ведет какой-то старикашка».
Михаил Алексеевич был явно старше нас лет на десять, но ему это лишь шло.
«Он просто секс».
Это уже написала я.
«Вай-вай, неужели нашей Машке кто-то приглянулся!».
Катя радостно стала писать, что наконец-то мое сердце оттаяло. Я так увлеклась перепиской, что напрочь забыла о том, где нахожусь. Оказывается, Покровский уже полминуты стоял возле нашей парты. Пока Лена не пихнула меня вбок, я не отвлеклась от мобильного.
– Вам так не интересен мой предмет? – услышала я голос того, на кого пускала слюни.
Сердце испуганно подпрыгнуло. Я медленно подняла взгляд на мужчину. Он смотрел сурово, и от этого казался мне еще более сексуальным.
– Очень интересно, – пискнула я, и по залу прошелся легкий хохот.
– Повторите, что я только что говорил.
Я понятия не имела, о чем он вещал, поэтому решила побыть немного дурочкой и, мило улыбнувшись, сказала:
– Вы спросили, интересен ли мне ваш предмет.
Кажется, мою шутку он не оценил. На его лице не было ни тени улыбки.
– Как вас зовут?
– Снегирева Мария.
– Выйдите из аудитории, Снегирева Мария.
Такого унижения на учебе я еще не испытывала.
– Извините, – пролепетала я. – Я больше так не буду.
Я снова ощущала себя школьницей. Мужчина был непреклонен.
– Вы меня слышали. Выйдите.
В аудитории воцарилась звенящая тишина. Руки затряслись, под взглядами других студентов я неуклюже встала, сгребла свои вещи в небольшой рюкзачок и быстро пошла на выход. Я ощущала себя такой идиоткой.
Стараясь не смотреть никому в глаза, я уже достигла двери, как услышала за спиной:
– И так будет с каждым, кто решит, что на моих занятиях можно заниматься своими делами.
На моей памяти это был первый раз, когда кто-то из преподавательского состава вот так выставил первокурсника в этом году.