Царство. Сага. Книга I. Убежище

Глава 1. Тьма, пришедшая при свете

«И Мы окружили их внезапно, когда они ещё не осознали».

(Сура 7: Аль-Араф, аят 95)

☪

Шаг спиной вперед. Еще один. Я видела, как меняется его лицо.

— Что ты делаешь? — он хрипло завопил, рассекая своим низким тембром пыльный воздух над пустырем.

— Хватит, пожалуйста, хватит уже, — я покачала головой, роняя горячие беспомощные слезы. Порывистый ветер с моря тянул за подол платья, слово желая сдернуть вниз и сбросить с утеса.

— Не шевелись, — он поднял ладонь. — Не смей!

Я сделала еще один шаг спиной вперед и все думала о том, как же много крови на его лице.

— Стой! — он заорал. Я оттуда видела, как часто дергалась его грудь от рывков возбужденного дыхания. Мелкие камни из-под моих ног скатывались вниз. Я не слышала, как они ударялись о воду: слишком высоко. Натужно сглотнула: это был конец.

— Все кончено, — я горько пожала плечами, истекая слезами.

— Не делай, — он предупредительно качнул головой.

— Ты же не настолько безумный, чтобы броситься за ней с обрыва? — Решат вдруг рассмеялся. Его раскатистый хохот напомнил, что мы были не одни. — Это верная смерть. Ты же не такой осел, нет.

Мерт медленно опустил пистолет и швырнул себе под ноги. Смотрел на меня. Долго. Напряженно. Прямо. Как он один умел.

— Разумное решение, брат, — Решат тоже опустил оружие.

Мерт вдруг сорвался с места и бросился к обрыву.

— Нет! — я вскинула руки. Он со всех ног несся ко мне, поднимая пыль.

Выстрел. И пространство разорвалось над нами.

Я вскрикнула. Дернулась в испуге. И даже не успела понять, как нога соскользнула по рыхлому краю и я сорвалась. Я перестала ощущать почву под собой и почувствовала неприятную легкость в теле.

Последнее, что я увидела в той темноте, как он отчаянно оттолкнулся от берега.

Я зажмурилась…

Два месяца назад

Аксарай встретил меня своими привычными звуками и запахами. Здесь самый красивый рассвет. Теплый и ароматный. Пахнет морем и семитами, обжигает лучами просыпающееся стамбульское солнце. Мощенная узкая улица на окраине и шумные соседи, встающие еще затемно, чтобы открыть местную пекарню. Коты уже умостились под стенами домов, встречая солнце. Здесь все привычно и особенно. Надписи на стенах, детские крики, мужские голоса из парикмахерской дяди Сейита на углу. Обсуждают политику с утра пораньше. Парни в уличном кафе горячо спорят о вчерашней игре Бешикташ.

— Алья, добро пожаловать! — Ариф, парень с чайным подносом, кивнул мне.

— Легкой работы, братец, — махнула ему в ответ и направилась дальше по улице к дому. Солнце скользило горячей волной по щекам. Я щурилась, а потом снова открывала глаза, когда на лицо падала тень от листвы чинары. И снова соскальзывала с моей кожи, пропуская яркое упрямое солнце. Так приятно пахло выпечкой, улица пропиталась ароматом хлеба и свежих булочек с корицей. Нигде больше корица не пахнет так ярко, как здесь. Сладкая пряность делала эти дворы еще уютнее. Я жадно впитывала этот родной аромат, смешанный с морским воздухом и запахом прогретой пыльной брусчатки.

— Дочка, ты со смены, возьми горячий семит, — дядя Ресул махнул мне из пекарни. — Давай-давай, — подозвал меня, — иди же, только достал!

Я вошла. Здесь так приятно пахло свежим хлебом. Внутри несколько местных мужчин оживленно спорили за чаем с выпечкой.

— Доброе утро, — я улыбнулась им и подошла ближе, пока дядя Ресул складывал для меня семиты. — Как вы?

— Ой, дочка, опять новости об этом Аданалы показывают, — один мужчина взялся за бороду.

— Зверь, Аллах-Аллах, — второй кивнул на подвешенный на стене старенький телевизор. — Три дюжины трупов нашли в его контейнере в порту. Да покарает его Аллах! — второй сделал вид, что сплюнул себе под ноги.

— Контейнер должны были переправить ночью на пароме, из-за проволочек задержали. Жара +38°C, металлическая коробка просто раскалилась изнутри, люди заживо горели, без вентиляции, без воды! Как животных заперли, Аллах!

— Да тебе почем знать?! —другой мужчина возмутился.

— Зять у меня в Амбарлы работает, зять, — он ткнул пальцев в клеенку ну столе. — Половина дети, сказал, несчастные сироты, одному Аллаху известно, что за участь им готовили! — второй качал головой.

— Люди говорят, груз должен был прибыть в Латакию, детей хотели передать в сирийские военизированные группировки, — третий проглотил чай и присоединился к беседе.